Колода лжи

– Везде эти чёртовы платья, – недовольно пробормотала я, перебирая ткань. – Я скоро начну их ненавидеть больше, чем Арканов.

Позади раздался смешок. Вилора умеет смеяться? Скоро буду отмечать дни в календаре, когда слышу её смех.

– Пойдём, дам тебе что-то из своего, – сказала она, отлипая от стены.

Я не раздумывая кивнула. Вилора открыла дверь, пропуская меня вперёд с таким жестом, будто я была королевской особой. Какая галантность. Интересно, все будут со мной вести так, когда я чуть не умерла? Надо будет пользоваться, пока не надоест.

– Куда? – спросила у неё, оглядывая коридор.

Она кивнула вправо, и мы двинулись. Шли недолго – минуты две, не больше. Вилора распахнула дверь и жестом пригласила войти.

Комната оказалась похожей на мою, но мрачнее. Здесь царил чёрный цвет. Даже свечи горели каким-то прозрачным, голубоватым пламенем.

Вилора подошла к шкафу, распахнула его и принялась рыться. Через секунду в меня полетели штаны, следом – рубашка, потом майка, потом ещё одни штаны. Я ловила всё это с возрастающим изумлением.

– Обувь нужна? – бросила она, не оборачиваясь.

– Ага.

На пол шлёпнулись две пары удобных ботинок. Я подобрала всё это добро, сгребла в охапку и скрылась в ванной. Переоделась быстро, с наслаждением влезая в нормальную, не стесняющую движений одежду. Штаны сидели идеально, рубашка не жала в плечах.

Вышла из ванны и прошла к креслу у окна. Села в него, скрестив руки на груди и выжидающе уставилась на Вилору. Ну вот и пришло время, блонди, отвечать на вопросы.

– Ты знаешь, кто был тот мужчина? – спросила я без предисловий.

– Да, —чётко ответила она, без запинки. – Я слышала о нём, но раньше не встречалась.

Я подняла бровь, давая понять, что жду продолжения. Вилора помедлила, но заговорила:

– Леандер. Сын Солнца. Самое жестокое и беспощадное существо в Колоде Солнца. Он – её правая рука.

– Что ты о нём ещё знаешь? – не отступала я.

– То, что он зверь, – отрезала она и замолчала.

Я раздражённо вздохнула. Опять эти недомолвки.

– Мне что, каждое слово из тебя вытягивать? Мне нужно знать больше. Он видел нас.

Вилора помедлила, потом опустилась в кресло напротив. Её лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то – не страх, но близко к этому.

– Леандер – первый из детей Солнца, – начала она медленно, будто взвешивала каждое слово. – Самый сильный. Самый древний.

– Он может обращаться? – уточнила я, вспоминая тот рык в пещере.

– Да. Говорят, в своей истинной форме он огромен. Чудовище из света и плоти, которое не берёт обычное оружие. Но это не главное.

– А что главное?

– Главное – он не забывает. Никого. Ни разу. Если ты попала в его поле зрения, он будет ждать. Год, десять лет, столетие – ему всё равно. Он придёт, когда ты будешь слаба.

– Я ему ничего не должна, – огрызнулась я.

– Ты убила Ткача.

– Почему он не убил нас тогда? – спросила я тихо. – В пещере. Он мог. Легко.

Вилора покачала головой.

– Не знаю.

– Спасибо, – выдавила я, – За информации. И за одежду.

В памяти всплыло то, что интересовало меня больше всего, но я не стала задавать вопросы на которые она определённо не ответит. В пещере был слышен рык от самой Вилоры, нечеловеческий. А потом Леандер напоследок помахал Вилоре. Сама выясню.

– Будь осторожна, Линет, – она поднялась, – Я не хочу потерять союзника.

Я кивнула Вилоре на прощание и выскользнула в коридор. Уже собиралась свернуть к своим покоям, как вдруг на меня буквально налетел вихрь.

– Линет!

Дрианта врезалась в меня, обхватив за талию и тут же отстранилась, осторожно коснувшись моего плеча – того самого, проверяя, не сделала ли мне больно. В её изумрудных глазах плескалось столько эмоций, что я на секунду растерялась. Волнение, радость – всё одновременно.

– Ночью в городе проводится карнавал в честь участников! Все пойдут, весь дворец гудит, а я тут сижу взаперти целыми днями, как в клетке! Пойдём? Ну пожалуйста!

Я хотела отказаться. Честно хотела. Моё тело до сих пор помнило каждый удар, каждый порез, каждую секунду кошмара. Но в её глазах горел такой отчаянный огонь, такой голод по жизни.

К тому же карнавал. Там будут все участники. Те, кто выжил. А значит, можно будет оценить, кто ещё представляет угрозу, а кто уже превратился в удобрение для чужих Колод. Информация – тоже оружие.

Я улыбнулась – той самой загадочной улыбкой, от которой Дрианта терялась всегда в догадках.

– Конечно, но сначала зайдём кое-куда.

– Куда?

Я не ответила.Развернулась и быстрым шагом направилась обратно, откуда только что пришла. Дрианта шла следом, путаясь в подоле своего сияющего платья и пытая меня вопросами, на которые я упорно молчала.

Дверь в покои Вилоры я распахнула без стука. Во-первых, потому что эта ледяная глыба всё равно услышала бы мои шаги за три коридора. Во-вторых, потому что она заслужила, чтобы её бесцеремонно дёргали – в отместку за все те разы, когда она заставляла моё сердце прыгать.

Вилора сидела в кресле, закинув ногу на ногу, и читала какую-то книгу. Она даже бровью не повела, когда мы ворвались – только перевернула страницу с таким видом, будто в её каждый день врываются две ненормальные.

– Кто это? – шёпотом спросила у меня Дрианта и с любопытством разглядывала Вилору.

– Та, которая вытащила твою сумасшедшую сестру из лап смерти, – ответила Вилора, не поднимая глаз.

Дрианта открыла рот, чтобы что-то сказать – наверное, поблагодарить или представить, – но Вилора подняла руку. Жест был таким властным, таким окончательным, что Дрианта послушно захлопнула рот.

– Не надо благодарностей, – отрезала Вилора.

– Какая милота, – хмыкнула я, закатывая глаза. – Пойдёшь с нами на карнавал?

Она наконец подняла взгляд от книги. В её глазах мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее интерес.

– Ты хотела сказать на похороны? – уточнила она с ледяной вежливостью.

– Пусть будут похороны. – отмахнулась я. – Пойдёшь?

Вилора посмотрела на меня долгим, немигающим взглядом. Я чувствовала, как Дрината затаила дыхание. А потом блонди едва заметно кивнула и снова уткнулась в книгу, демонстративно нас игнорируя.

Я фыркнула и вышла, утягивая ща собой сестру.

– Она всегда такая? – спросила Дрианта, когда дверь за нами закрылась.

– К сожалению, – выдохнула я. – Хуже только мертвец.

– Тогда почему ты её пригласила? – Дрианта нахмурилась, пытаясь понять мою логику. – Она же нас на дух не переносит.

– Ошибаешься, – я усмехнулась, – Она просто не умеет показывать эмоции. Зато в случае чего – без проблем прирежет любого, кто попытается нам навредить. А такая компания в этом гадюшнике дорогого стоит.

Дрианта удивлённо распахнула глаза, переваривая информацию. А потом вдруг рассмеялась – звонко, искренне, так, что эхо заметалось по коридору.

– Она мне нравится, – заявила сестра, распахивая дверь в мои покои. – В ней есть что-то настоящее. Даже если это “настоящее” хочет тебя зарезать.

– Ты странная, – констатировала я, проходя внутрь.

– Это у нас семейное.

Мы рухнули на кровать – я осторожно, бережно укладывая ноющее плечо, Дрианта – раскинув руки в стороны. Какое-то время мы просто лежали, глядя в высокий потолок.

– Дрианта… – начала я, но она тут же поднесла палец к моим губам.

– Давай поговорим о чём-то, кроме испытаний, Арканов и других ужасов, – попросила она тихо. – Хотя бы один вечер. Просто побудем сёстрами. Как раньше.

Я посмотрела на неё. На её рыжие волосы, разметавшиеся по подушке, на веснушки, которые в полумраке казались россыпью золотых искр, на улыбку— всё ещё детскую, несмотря ни на что.

– Хорошо, – сдалась я, – Как скажешь.

И мы проболтали весь день. О всякой ерунде – о том, какие дурацкие платья шьют придворные портные, о том, что в дворцовой кухне пекут пирожные, от которых можно язык проглотить, о том, что стража у входа так забавно краснеет, когда Дрианта проходит мимо. Обычные разговоры. Простые.

Но она тема всё равно всплыла.

– Шут совсем меня запер,– жаловалась Дрианта, крутя в пальцах локон. – Грозился, что если я хоть шаг сделаю за порог без его разрешения, он приставит ко мне в сопровождение Дьявола. Представляешь? Это хуже любой тюрьмы!

При упоминании Дьявола её голос странно дрогнул. Чуть-чуть, на полтона, но я уловила. И это зацепилось в сознании.

– Что у тебя с Дьяволом? – спросила у неё прямо.

– Ничего, – почти уверенно сказал Дрианта.

Её глаза слишком быстро забегали. Не умеешь врать, сестрёнка, не берись.

– Точно ничего? – я приподняла бровь, наблюдая за её реакцией.

Она вспыхнула ещё сильнее, и я уже открыла рот, чтобы продолжить опрос, как вдруг Дрианта нанесла ответный удар:

– А что у тебя с Шутом?

Я замерла. Открыла рот, потом закрыла. Открыла снова, и не нашлась, что ответить. Дрианта смотрела на меня с таким садистским удовольствием.

– Ничего, – выдавила я наконец.

– Точно ничего? – пропела она, копируя мою интонацию.

Что между нами? Я и сама не знала. Может, потому что ответа не существовала. Может, потому что ответ был слишком страшным, чтобы его признавать.

Я трахнула головой, отгоняя мысли, и перевела разговор на другую тему. Дрианта подыграла – милосердно оставила меня в покое, хотя в её глазах всё ещё плясали смешинки.

К вечеру начались сборы. Дрианта тут же оккупировала мой шкаф, вытаскивая одно платье за другим и критически оглядывая каждое.

– Ага, вот! – Дрианта выхватила из глубины шкафа что-то тёмно-синее и торжествующе развернулась.

Платье было опасным. Тёмный шёлк, глубокий вырез, длинный разрез на юбке, открывающий ногу почти до бедра. И маска в комплекте – чёрное кружево, расшитое синими камнями.

Я посмотрела на платье. Потом на себя – на бледную кожу, на синяки, которые даже лекари не могли убрать до конца, на шрам на плече, на ожоги на шее, которые всё ещё горели при каждом движении.

– Нет, я не надену это. Я ценю твои усилия. Правда. Но сегодня я хочу чувствовать себя в своей тарелке.

– Прости, Линет. Я даже не подумала. Ты столько пережила, а я со своими платьями. Я просто хотела, чтобы ты была красивой. Чтобы все видели, какая ты сильная.

Она замолчала, кусая губы. Я подошла к ней и обняла – осторожно, чтобы не задеть плечо.

– Глупая, – прошептала я ей в макушку. – Ты всегда хочешь как лучше. Я знаю. И я не сержусь. Правда.

В этот момент дверь распахнулась без стука. Вилора вошла в комнату. На ней уже был наряд для карнавала – чёрные брюки, облегающая тёмная туника, высокие сапоги. Удобно. Практично. И при этом убийственно элегантно. Конечно. Вилора даже в мешке из-под картошки выглядела бы сексуально.

– Думаю, тебе нужно нечто другое.

Она протянула мне аккуратно сложенный свёрсток. Я развернула и вздохнула.

Чёрные брюки из плотной, но мягкой ткани. Белая рубашка с длинным рукавом – достаточно свободная, чтобы не стеснять движений, но достаточно облегающая, чтобы подчёркивать фигуру. Лёгкий жилет тёмного цвета, расшитый серебряной нитью. И маска – простая, чёрная, закрывающая только верхнюю часть лица.

Я подняла на неё взгляд. В её глазах не было ни капли жалости – только оценка. Она не пыталась меня утешить. Она просто дала мне то, что нужно. Без лишних слов.

– Спасибо, – сказала я коротко.

Я ушла в ванную, прижимая к себе одежду. В зеркале снова мелькнуло моё отражение – уставшее, потрёпанное, но живое. Я провела пальцами по шраму на плече, по ожогам на шее. Уродливо. Но это мои шрамы. Мои отметены. Моя цена за выживание.

Одежда Вилора сидела идеально. Рубашка скрывала всё, что нужно скрыть, но при этом не превращала меня в бесформенный мешок. Жилет добавлял строгости. А маска делала взгляд глубже.

Я вышла из ванной и остановилась перед сестрой и Вилорой.

– Ну как?

Вилора окинула меня оценивающим взглядом с головы до ног и кивнула.

– Сойдёт, – сказала она, – По крайней мере, в случае опасности не запутаешься в юбках.

– Какая забота, – хмыкнула я, – Прямо сестра милосердия.

– Я скорее дам тебе умереть, чем буду вытаскивать каблуки из твоей заднице, – парировала Вилора.

Дрианта прыснула со смеху, закрывая рот ладошкой.

– Вы как старая супружеская пара, – выдавила она сквозь смех.

Мы с Вилорой переглянулись.

– Идём уже, – буркнула Вилора, первой направляясь к двери. – А то пропустим самое интересное.

– Ты про похороны или про карнавал? – уточнила я, подхватывая сестру под руку.

– Про то, как кто-то из участников не доползёт до финала.

– Оптимистично.

– Реалистично.

Мы вышли в коридор, собирались уже спуститься, как нас окликнул женский голос. Синхронно развернулись и увидели перед собой Луну. Тело Дрианты дрогнуло, как и моё.

– На карнавал?

Она стояла в нише между двумя факелами, там где полагалось быть только тьме. Чёрное платье струилось вдоль её тела, сливаясь с тенями и казалось, будто она не стоит на полу, а парит в сантиметре над ним. И глаза. Чёрные, без зрачков смотрели на нас троих.

Вилора только кивнула один раз. Этого было достаточно. С Луной не спорили. С Луной вообще не разговаривали, если она не спрашивала прямо.

– С вами пойдут двое моих питомцев, – произнесла она.

Я сглотнула. Питомцы Луны. Я помнила, что Шут рассказывал о них – сгустки страха с очень острыми зубками. Мысль о том, что эти твари будут следовать за нами всю ночь, не вызывала ничего, кроме ужаса.

Но Луна ещё не закончила.

– Впервые, – сказала Луна, и в её голосе мелькнул отблеск интереса. – Солнце настолько хочет убить убить человека.

Позади нас из тени раздалось рычание. Я слегка повернула голову, но никого не увидела – только густая тьма, которая, казалось, дышала. Вдруг в дальнем тёмном углу уловила движение. Оно было слишком быстрым, словно кто-то перемещался по теням с молниеносной скоростью, перетекая из одного провала тьмы в другой. Рычание стало ближе. Глубже, ниже. Оно вибрировало где-то в грудной клетке.

Рядом с нами погас факел. И тогда они предстали перед нами во всей красе.

Это были не волки. Нет. Это было что-то хуже и опаснее. Самый настоящий кошмар, обрётший плоть. Их тела не были до конца материальны – они переливались, текли, меняли очертания, будто сотканы из дыма и голода. Глаза горели холодным синим светом – абсолютно пустым, не знающим ни жалости, ни страха. Я была уверена: встреть таких в тёмном переулке, никто не выбрался бы живым. Человек – точно.

Дрианта вжалась в меня, её пальцы вцепились в мой локоть с такой силой, что, кажется оставят синяки. Я чувствовала, как она дрожит – мелко и беззвучно.

Вилора стояла с каменным лицом. Ни один мускул не дрогнул. Я перевела взгляд с неё на Луну и поймала себя на мысли, что они чем-то неуловимо похожи. Оба молча смотрели друг на друга – с каким-то понимаем. Затем Вилора развернулась к нам:

– Можем идти.

Я покосилась на тех, кто прятался в тени. Чудовищные силуэты застыли, но глаза продолжали гореть. Ещё немного – и я начну верить, что Луна не желает моей смерти. Или просто решила, что я интереснее живая.

– Боишься? – Вилора смерила меня взглядом, в котором читалось: “Ну давай, убеги в страхе, поджав хвост. Докажи, что я ошиблась”

Не дождёшься, блонди. Я обернулась, но Луна уже исчезла. Только лёгкий холодный след там, где она стояла и запах увядших следов.

Дрианта посмотрела на меня умоляющим взглядом, полным такого отчаянного “пожалуйста, уйдём уже”, что я невольно усмехнулась. Ей не терпелось увидеть карнавал. Ей хотелось света, музыки, жизни.

Надеюсь, солнечных зайчиков там не будет. Я поёжилась от одной мысли, что Солнце может выследить меня и устроить сладкую пытку за убитого Ткача. И тут же покосилась в сторону чудовищных волчат, которые так и норовили кого-нибудь загрызть. Выбор между смертью от свет и смертью от тени – не самый приятный.

Вилора ободряюще похлопала меня по плечу – если, конечно, можно назвать “ободряющий” хлопок.

– Ну-ну, Линет. Зверушки не тронут тебя, если не решишь их погладить.

– Предоставлю тебе первой эту возможность.

Мы направились к выходу. Тёплый воздух ударил в лицо, разметал волосы, и я на и я на миг прикрыла веки, ощущая почти забытую свободу. А когда открыла глаза – замерла.

Город сиял. Сотни, тысячи волшебных огней горели внизу, рассыпаясь по улицам и площадям живым, пульсирующим светом. Воздух дрожал от музыки – она долетела даже сюда, переливаясь смесью скрипок, флейт и смеха.

Дрианта в предвкушении дёрнула меня за руку, потащила вниз, в этот водоворот огней и звуков. Вилора не отставала, скользя тенью за нашими спинами.

Этот вечер обещал быть незабываемы. Надеюсь, в хорошем смысле.

Глава 13

Мы нырнули в карнавал – с головой, без оглядки.

Узкие улочки города разомкнулись, выпуская нас на главную площадь, и я на секунду забыла, как дышать. Высокие дома, увитые гирляндами живых цветов, светились изнутри тёплым золотом. Окна были распахнуты, из них лилась музыка – в одном играла скрипка, в другом кто-то пел низким голосом, а в третьем просто смеялись, и этот смех разлетался над площадью.

Прямо в воздухе парили сотни фонариков – не магических, а самых настоящих, с живым пламенем внутри. Они плыли над головами медленно, словно танцуя, и иногда один из них опускался так низко, что можно было разглядеть причудливые узоры бумажных стенок.

– Линет! Смотри! – Дрианта дёрнула меня за рукав, указывая куда-то.

На небольшом возвышении жонглёр подбрасывал в воздух светящиеся шары. Они не падали – замирали на долю секунды в высшей точке, а потом медленно опускались обратно, оставляя за собой светящиеся шлейфы. Толпа вокруг ахала и хлопала, а маленькая девочка в маске котёнка тянула руки к шарам, пытаясь поймать один.

Я невольно улыбнулась. Мы пошли дальше, и каждый шаг проносил что-то новое. В одной из арок сидела старая женщина в палатке, расшитом серебряными нитями, и раскладывала карты. Перед ней столпилось человек пять – все жаждали узнать судьбу. Чуть дальше двое уличных акробатов строили живую пирамиду под одобрительные крики публики.

Торговцы выкладывали из своих лавок, зазывая покупателей. У одного лавка была украшена волшебными цветами, которые переливались от нежно-розового до глубокого фиолетового. Я приоткрыла рот, рассматривая это великолепие. Неужели так выглядят столицы каждой из Колод? Волшебно. Прекрасно. Совсем не так, как убогие поселения на окраинах, где я выросла.

Дрианта порхала от лавки к лавке, как яркая бабочка. Она рассматривала украшения, трогала ткани, примеряла маски и спорила с продавцами с таким азартом, что даже Вилора, кажется, чуть улыбнулась.

Возле одной лавки Дрианта замерла. В витрине, на чёрном бархате, лежало ожерелье из камней изумрудного цвета – точно такого же, как её глаза. При каждом движении прохожих камни ловили свет и вспыхивали изнутри.

– Оно не может стоить восемь золотых! – возмущалась Дрианта, вертя ожерелье в руках.

Торговец – низенький, кругленький, с пышными усами и в смешном колпаке с бубенчиками – смотрел на неё с ужасом. Казалось, он боится, что она выронит драгоценность и камни рассыпятся.

– Восемь и ни монетой меньше! – всплеснул он руками. – Эти камни были найдены в недрах Опоясывающей горы. Вы представляете, каких трудом мне стоило достать их? А путь? Я проделал путь через три Колоды, чтобы доставить их сюда! Да они стоят не меньше десяти! Я вам делаю скидку!

Мы с Вилорой переглянулись.

– Отдаст за шесть, – усмехнулась Вилора, скрестив руки на груди. – Видишь, как дёргает ус?

– Не больше пяти, – покачала я головой, наблюдая за сестрой. – Она своего не упустит.

Дрианта тем временем продолжала торговаться, но внезапно притихла. Склонила голову набок, мило улыбнулась торговцу – той самой улыбкой, от которой у мужчин подкашиваются колени,– и отошла от лавки.

Она начала медленно прогуливать вдоль рядов, то и дело проходя мимо лавки с ожерельем. Торговец провожал её взглядом, его рука всё крепче сжимала заветный товар. Она останавливалась у соседних прилавков, примеряла браслеты, рассматривала серьги, но каждый раз украдкой косилась на него.

В какой-то момент она снова подошла к торговцу, открыла рот – и упорхнула к соседке, где с восторгом схватила красивый браслет такого же оттенка.

– Гениально, – выдохнула я.

В конечном итоге Дрианта купила ожерелье за пять золотых, а женщина из соседней лавки, заметив её интерес, предложила браслет за четыре. Она сияла, когда вернулась к нам, прижимая покупки к груди.

– Ну как? – спросила она, явно ожидая похвалы.

– Ты опасна, – констатировала я, – Если надоест быть сестрой участницы, иди в торговцы. Разоришь всех.

Дрианта засмеялась и надела ожерелье. Изумруды вспыхнули, заиграв в свете карнавальных огней.

– Идём дальше! – Дрианта схватила нас за руки и потащила в самую гущу праздника.

Музыка стала громе, толпа – плотнее. Вокруг кружились пары в причудливых масках, кто-то пускал мыльные пузыри, которые не лопались, а зависали в воздухе. Пахло жаренным мясом, карамелью, пряностями и ещё чем-то сладким, дурманящим – может быть, сам карнавал источал этот аромат.

Вилора шла рядом, зорко проглядывала по сторонам. Я смотрела: она не расслабляется ни на секунду. Где-то в этой толпе могли скрывать враги. Ткачи Солнца. Арканы, жаждущие поиграть с другими участниками. Одно успокаивало, что Волчата в любой момент выпрыгнут на наших обидчиков.

Но сейчас, глядя на счастливое лицо Дрианты, на её сияющие глаза, я решила: пусть этот вечер будет только нашим. Хотя бы одну ночь.

– Смотрите! – Дрианта указала куда-то вперёд.

Там, в центре площади, возводили огромную конструкцию – корабль, сотканный из тысяч огней. Он медленно поднимался в воздух.

– Загадай желание, – прошептала я.

Дрианта зажмурилась. Вилора просто смотрела, а я загадала одно: чтобы эта но не стал последней. Огненный корабль взмыл в небо и рассыпался миллионом искр, осыпая город золотым дождём. Кто-то начал подпрыгивать вверх, пытаясь поймать хотя бы одну из них.

Мы проходили мимо бесконечных рядов, и я с удивлением заметила, что каждый из них был выдержан в стиле одной из Колод. Вот лавки Солнца – яркие, слепящие, с товарами, переливающимися золотом. Вот шатры Луны – тёмно-синие, с серебряной вышивкой, мерцающей в полумраке. А вот и шатры Смерти.

Я замедлила шаг, разглядывая чёрный бархат одной из палаток. Над входом висела вывеска, выведенная бледно-серебристыми буквами: “Лавка вечных сувениров”.

– Заинтересовала Смерть? – Вилора остановилась рядом. Она сама с любопытством рассматривала лавку, и я заметила, как её взгляд то и дело цепляется за мелкие безделушки, разложенные на прилавке.

Я не успела ответить – Дрианта звонко объявила:

– После пойдём на танцы!

Она поставила нас перед фактом, даже не дав права выбора. Мы с Вилорой переглянулись и синхронно кивнули. Спорить с огненной бестией, когда в её глазах горит азарт, было бесполезно. Да и, честно говоря, не хотелось.

Втроём мы двинулась к лавке.

Торговец – высокий, бледный до прозрачности мужчина в длинном чёрном костюме – оживился при нашем приближении. Он только что объяснял что-то девушке, которая резко развернулась, взметнув копной волосы, хлестнувшей его по лицу. Девушка скрылась в толпе, а торговец проводил её задумчивым взглядом, потом перевёл его на нас, и на его губах расцвела профессиональная улыбка.

– Чего вам будет угодно прекрасным леди? – он облокотился о прилавок, принимая непринуждённую позу.

Я не ответила. Шагнула за порог, и мир вокруг изменился. Здесь было тише, чем снаружи. Звуки карнавала доносились приглушённо. Воздух пах пылью и старым деревом.

Возле стен тянулись стеллажи, заставленные самыми разными предметами. Книги в потёртых переплётах, странные механизмы из потемневшей меди и стекла. Чучела невиданных зверьков с бусинами вместо глаз. И камни. Множество камней – от крошечных, с ноготь, до крупных, размером с кулак.

Я подошла к ближайшему стеллажу, провела рукой над россыпью минералов. Некоторые были холодными, некоторые – чуть тёплыми, а один отозвался еда уловимой вибрацией, когда мои пальцы оказались рядом.

– Коллекционируете камни? – раздалось за спиной.

Я обернулась. Торговец стоял в паре шагов, наблюдая с вежливым любопытством.

– Нет, но… – я запнулась, не зная как объяснить.

– Не знаю, сколько этим камням лет, – он шагнул ближе, жестом фокусника взяв с полки один из минералов. – Но каждый из них по-своему влияет на человека.

Сомкнула в ладони камень, который отозвался вибрацией. Поднесла его близко к лицу, разглядывая со всех сторон. Камень был самый обычны. Он был тёмно-серого цвета, на одной из сторон едва были заметные какие-то тёмные линии. Пригляделась, мне даже показалось, что они едва сверкают. Интересно.