Читать книгу Дракон. Не проси меня тебя убить (Ливия Норвейн) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Дракон. Не проси меня тебя убить
Дракон. Не проси меня тебя убить
Оценить:

5

Полная версия:

Дракон. Не проси меня тебя убить

Радан посмотрел на меня.

Утром он просил навсегда лишить его драконьей силы.

Сейчас передо мной стоял командир, которому только что сообщили об опасности для сотен людей.

Я видела, что он не забыл ни одного моего предупреждения.

И все же боялась ответа.

— Потом будем решать, — сказал он.

— Радан...

Он подошел ближе.

— Марта, я не собираюсь делать вид, что сегодня ничего не произошло. Но и отменять лечение, не разобравшись в обстановке, не стану.

Я хотела возразить.

Сказать, что его жизнь нельзя снова ставить под угрозу.

Что мы уже нашли способ остановить повреждение.

Что он сам пришел ко мне и согласился навсегда отказаться от полетов.

Но за стенами госпиталя находились сотни людей.

Семьи с детьми.

Старики.

Раненые, которых невозможно было просто посадить на лошадей и отправить в горы.

И я знала, что Радан думает о них.

— Нам нужно поговорить с Неллой, — сказала я. — Прежде чем вы примете какое-либо решение о превращении.

— Обязательно.

Он ответил сразу.

Это немного успокоило меня.

Но только немного.

За дверью послышались быстрые шаги.

Кто-то звал дежурного офицера. По коридору прошел санитар с сумкой перевязочных средств.

Я посмотрела на правую руку Радана.

Темная чешуя по-прежнему покрывала запястье.

Он заметил мой взгляд и медленно опустил ладонь.

— Вы сегодня сказали, что я пришел вовремя, — произнес он.

— Да.

— Надеюсь, вы не ошиблись.

Я не смогла ответить.

Потому что еще утром верила: у нас есть время.

Трое суток на лечение.

Несколько недель на восстановление.

А потом целая человеческая жизнь, которую Радан сможет прожить без страха однажды не вернуться из драконьего облика.

Теперь даже начало лечения зависело от того, что происходило за северной границей.

Радан повернулся к карте.

Я осталась рядом.

И впервые за весь день мне стало по-настоящему страшно за мужчину, который сам пришел ко мне, чтобы больше никогда не превращаться в дракона.

Глава 2. Обещание

Утром я проснулась от колокольного звона.

Не от обычного сигнала, которым в госпитале отмечали начало первой смены. На сторожевой башне били тревогу. Три удара, короткая пауза, еще три.

Я открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок.

Ночью мне удалось поспать не больше четырех часов. После прибытия гонца мы с Неллой до полуночи проверяли списки пациентов, распределяли дежурства и готовили помещения для тех, кого могли доставить с северных застав.

Потом я вернулась домой, легла, закрыла глаза и почти сразу начала думать о Радане.

О его руке с остатками чешуи.

О словах, произнесенных в моем кабинете.

О том, что он собирался навсегда отказаться от крыльев.

И о приказе, который мог заставить его снова ими воспользоваться.

Я поднялась, умылась холодной водой и оделась.

На улице еще не рассвело окончательно. Над крышами лежали низкие облака, с востока тянуло сырым ветром. По дороге к госпиталю двигались повозки. У одной из них мужчина торопливо привязывал к борту деревянный сундук, пока жена пыталась успокоить плачущую девочку.

Вчера этот двор жил обычной жизнью.

Сегодня люди собирались покинуть дома.

У ворот госпиталя меня встретила Сана.

— Марта! Нелла велела вам сразу идти в большую комнату. Там собираются командиры.

— Что с пациентами?

— Пока все спокойно. Ночью привезли троих с северной дороги. Одного с переломом ноги, двоих с легкими ранениями. Их уже осмотрели.

— Хорошо. Подготовь список тех, кто может ехать сидя. И отдельно тех, кому нужна перевозка лежа.

— Я начала.

— Тогда продолжай. После совещания проверим вместе.

Она кивнула и убежала.

Я сняла мокрый плащ, повесила его у двери и направилась к комнате, где обычно проводили собрания госпитальных работников.

Теперь там находились военные.

Радан стоял у большого стола. Перед ним лежала развернутая карта Рудной долины. Рядом находился незнакомый мне широкоплечий мужчина с коротко остриженными волосами.

На груди у него был знак старшего офицера.

— Доброе утро, Марта, — сказал Радан.

Я остановилась у порога.

Он выглядел лучше, чем вчера вечером. По крайней мере, на первый взгляд. Плечи расправлены, голос ровный, лицо спокойное.

Но правая рука оставалась без перчатки.

И чешуя никуда не исчезла.

— Доброе утро, командир.

— Это Гарт Тесс, мой заместитель.

Мужчина повернулся ко мне.

— Госпожа Вейр. Слышал о вас.

— Надеюсь, только хорошее.

— В основном жалобы солдат на то, что вы не позволяете им возвращаться в строй раньше положенного.

— Значит, информация достоверная.

Гарт неожиданно улыбнулся.

Радан указал на свободное место.

— Присаживайтесь. Сейчас подойдет дорожный мастер.

Я села рядом с Неллой.

Она протянула мне лист с ночными записями.

— У Радана состояние без существенных изменений, — тихо сказала она. — Жар немного уменьшился. Чешуя на месте. Новых провалов памяти не было.

Я быстро просмотрела записи.

— Он спал?

— Несколько часов.

— Этого мало.

— Согласна. Но сейчас у нас другие обстоятельства.

Она произнесла это без раздражения.

И я поняла, что Нелла тоже почти не отдыхала.

Дверь открылась.

В комнату вошел невысокий крепкий мужчина лет пятидесяти с поседевшей бородой. На его куртке виднелись следы дорожной пыли, а под мышкой он держал свернутые чертежи.

— Берек, — представил его Гарт. — Дорожный мастер.

— Доброе утро, — буркнул мужчина. — Хотя хорошего в нем пока мало.

Он разложил чертежи рядом с картой.

Радан дождался, пока все расселись.

— Начнем. Ночью получены еще два донесения. Северные укрепления продолжают сопротивляться, но противник уже вошел в долину через восточный проход. Передовые отряды могут появиться на дорогах в ближайшие дни.

Гарт указал пальцем на карту.

— Основные силы противника пока связаны боями у северных укреплений. Это дает нам время. Сколько именно, никто не скажет. Рассчитывать на то, что дорога будет свободна две недели, нельзя.

Я посмотрела на карту.

Рудная долина тянулась между горными хребтами. От Листвена дорога шла к Серому перевалу, затем поворачивала вдоль ущелья и пересекала его по мосту.

За мостом находился Белый Двор.

Крепость с действующим гарнизоном, складами и помещениями, где можно разместить раненых.

Когда-то я собиралась переехать туда совершенно спокойно.

Теперь весь путь до города превратился в вопрос выживания.

— Сколько гражданских остается в долине? — спросила Нелла.

Гарт открыл список.

— По последней переписи около шестисот человек. Часть уже находится ближе к перевалу. Остальные в Листвене и окрестных селениях.

— Сколько повозок?

— Сейчас можем выделить двадцать семь. Еще восемь используются для военных грузов. Есть торговые подводы, но их владельцев нужно найти. Лошадей тоже придется собирать.

— Этого недостаточно, — сказала я.

— Знаю.

— Только в нашем госпитале сорок два пациента, которых нельзя перевозить сидя. Им нужны специальные места. Если уложить людей как попало, половину дороги они просто не выдержат.

Гарт посмотрел на меня.

— Сколько транспорта потребуется?

— Я дам точный расчет после проверки состояния каждого. Но хочу сразу предупредить: обычную повозку нельзя считать подходящей только потому, что в ней есть свободное место.

— Мы выделим плотников для оборудования настилов.

— И людей, которые будут помогать переносить больных, — добавила Нелла. — Целительницы не смогут одновременно заниматься лечением и погрузкой.

— Сделаем.

Мне понравилось, что Гарт не стал спорить.

Он записывал наши требования и сразу искал, как их выполнить.

Радан слушал, опершись ладонью о край стола.

— Первые группы должны уйти сегодня, — сказал он. — Все, кто способен передвигаться самостоятельно и не нуждается в медицинском сопровождении, отправятся налегке. По дороге уже есть склады продовольствия и места водопоя.

— А госпиталь? — спросила я.

— Последним.

Я подняла голову.

— Почему?

Он посмотрел на меня.

— Потому что вам потребуется несколько дней, чтобы подготовить тяжелых пациентов. Мы не можем сейчас забрать у вас все повозки, пока не вывезли семьи из дальних селений. Кроме того, первые группы проверят дорогу и сообщат, какие участки требуют ремонта.

— А если противник успеет приблизиться?

— Поэтому госпитальная колонна пойдет под усиленной охраной.

— Сколько солдат?

Гарт ответил раньше Радана:

— Девяносто. Часть впереди, часть по бокам и позади. Отдельные разведчики будут проверять путь перед каждым переходом.

Я посмотрела на карту.

— Сколько дней до Белого Двора?

Берек подвинул к себе чертежи.

— Если идти налегке, можно добраться значительно быстрее. Но с лежачими ранеными и несколькими десятками повозок рассчитывайте почти на две недели. Дорога горная. Есть узкие места, есть длинные подъемы.

— Две недели, — повторила я.

— При условии, что мост будет цел, — добавил он.

Радан поднял взгляд.

— Именно о мосте я хотел поговорить.

Берек развернул второй чертеж.

На нем был изображен широкий каменный мост через ущелье.

Я знала это место. Проезжала там несколько раз. С одной стороны поднимались отвесные скалы, с другой проходила узкая дорога, зажатая между каменной стеной и обрывом.

— Переправа старая, — объяснил мастер. — Ее укрепляли лет пятнадцать назад. Для обычного движения мост надежен. Для тяжелой военной колонны тоже подойдет. Но дорога к нему одна.

Гарт кивнул.

— Если противник займет переправу раньше нас, госпитальная колонна окажется отрезана.

— А если мы успеем пройти? — спросил Радан.

Берек положил ладонь на чертеж.

— Тогда мост можно разрушить после выхода последней группы. Не за один удар, разумеется. Нужны люди, инструмент, подготовка. Но это возможно.

Я посмотрела на него.

— Вы собираетесь уничтожить единственную дорогу?

— После того как все наши люди окажутся по другую сторону, — ответил Радан.

— А те, кто не успеет?

— Поэтому мы должны точно знать, что никто не остался.

Он не раздражался.

Говорил так, словно вопрос был ожидаемым и необходимым.

Берек продолжил:

— Противник сможет искать обходные тропы. Отдельные пешие отряды, возможно, пройдут через горы. Но провести по ним тяжелые повозки, большое количество припасов и осадные машины быстро не получится.

— То есть вы выиграете время, — сказала Нелла.

— Именно, — ответил Гарт. — Белый Двор сможет удерживать оборону, пока подходят подкрепления.

Я задумалась.

План был понятным.

Не чудесным спасением и не надеждой на то, что один дракон уничтожит всю вражескую армию.

Просто последовательностью действий.

Вывести людей.

Подготовить мост.

Обеспечить проход последней колонны.

Разрушить переправу.

И удерживать крепость.

— А рабочие? — спросила я. — Кто будет готовить разрушение?

— Люди Белого Двора начнут работу, как только получат распоряжение, — объяснил Берек. — Я отправлю им чертежи и указания. Потом сам поеду вперед. Тамошние дорожники знают мост, но подготовку такого дела лучше поручить человеку с опытом.

— Сколько времени понадобится?

— Несколько дней на начальные работы. Основная трудность — закончить подготовку, не мешая проходу повозок. И не дать врагу захватить переправу раньше нас.

Радан повернулся к Гарту.

— Отправь двух конных посыльных разными дорогами. Один передаст распоряжение гарнизону Белого Двора. Второй — запрос на подкрепление и транспорт в соседние части.

— Уже готовлю.

— Укажи, что нам требуются прежде всего повозки, тягловые животные, припасы и люди для охраны дороги.

— А драконы? — спросил Берек.

В комнате стало тихо.

Гарт посмотрел на Радана.

— Запросить можем. Но соседние гарнизоны сами прикрывают отход своих жителей.

— Все равно запрашивай, — ответил командир. — Лучше получить отказ, чем даже не попытаться.

Он говорил разумно.

До тех пор, пока я не услышала следующую фразу.

— Если второго дракона не выделят, воздушное прикрытие останется на мне.

Я выпрямилась.

— Нет.

Все посмотрели на меня.

Радан повернул голову.

— Марта?

— Вы пришли в госпиталь для окончательного лечения. Вчера мы обсуждали ваши провалы памяти и нарушение возвращения. Сегодня вы не можете просто объявить, что продолжите летать.

— Я не объявляю. Я предлагаю обсудить условия.

— Тогда начнем с того, что каждое новое обращение увеличит повреждение.

— Я знаю.

— И можем дойти до состояния, когда лечить станет поздно.

— Это я тоже знаю.

Нелла положила ладонь на стол.

— Давайте не превращать совещание в спор, — сказала она. — Нам нужны сведения о состоянии пациента и оценка реальных задач. Ни один из нас пока не знает, потребуется ли дракон в каждом конкретном случае.

Радан посмотрел на нее.

— Я хочу отложить лечение до выхода последнего госпитального обоза из долины.

Меня словно холодной водой облили.

— На две недели?

— На время эвакуации.

— Это почти одно и то же.

— Не обязательно. Если удастся обеспечить дорогу другими средствами, я начну курс раньше.

Я нахмурилась.

— И сколько раз вы собираетесь обращаться за эти дни?

— Столько, сколько окажется действительно необходимо.

— Это не ответ.

— Другого у меня сейчас нет.

Он не пытался давить званием.

И от этого мне было еще труднее возражать.

Я понимала, что происходит за стенами госпиталя.

Понимала, почему ему тяжело оставаться в палате, когда солдаты и гражданские нуждаются в защите.

Но передо мной находился пациент с серьезным повреждением контроля.

И я не собиралась забывать об этом только потому, что пациент командовал гарнизоном.

— Хорошо, — сказала я после паузы. — Тогда у меня есть условия.

Радан кивнул.

— Слушаю.

— Перед каждым обращением полный осмотр. Решение о вылете принимается только после обсуждения с целителями и командованием. Если задачу можно выполнить обычными силами, вы не летите.

— Согласен.

— Никаких полетов ради проверки слухов, личной разведки или желания убедиться во всем самостоятельно.

Гарт кашлянул.

Я посмотрела на него.

Он старательно сохранял серьезное выражение лица.

Радан заметил это тоже.

— Продолжайте, Марта.

— Никакого длительного пребывания в драконьем облике, если можно ограничить задачу. Никакого преследования отступающего противника ради победного доклада. И никакого использования огня без необходимости.

— Согласен.

— После каждого возвращения осмотр. Если появятся признаки критического ухудшения, дальнейшие обращения прекращаются.

Он некоторое время смотрел на меня.

— Даже если кто-то останется за линией обороны?

Вопрос был неприятным.

Но именно на такие вопросы и требовалось отвечать заранее.

— Мы будем искать другой способ помочь, — сказала я. — Но не станем намеренно превращать вас в неконтролируемую угрозу для тех же людей.

Радан медленно кивнул.

— Хорошо.

Я не ожидала, что он согласится так быстро.

Возможно, потому, что он сам приехал к нам с просьбой о лечении.

И лучше всех понимал, чего стоит еще один вылет.

Нелла просмотрела свои записи.

— Я поддерживаю условия Марты. Но мы должны добавить одно. Для каждого возвращения нужна отдельная безопасная площадка. Подальше от гражданских и госпитальных повозок.

Гарт сразу откликнулся:

— У южного склона есть старый тренировочный двор. Ровная площадка, хороший обзор, с двух сторон каменные стены. Людей рядом почти нет.

— Подойдет, если расчистить въезд, — сказал Радан.

— Расчистим, — ответил Гарт.

Нелла кивнула.

— Туда будут приходить целители. После посадки Радан остается на площадке до завершения возвращения и осмотра.

Я взглянула на командира.

— Слышали?

— Слышал.

— И никаких возвращений прямо во двор госпиталя.

— А я надеялся произвести впечатление.

— В таком случае выберите менее опасный способ.

Он едва заметно улыбнулся.

Мне следовало бы порадоваться, что разговор проходил спокойно.

Но тревога не исчезала.

Потому что мы пока обсуждали, как позволить человеку снова сделать то, что могло стоить ему рассудка.


Когда совещание закончилось, я задержалась у стола.

Гарт вышел отдавать распоряжения. Берек забрал чертежи и отправился к посыльным. Нелла направилась в госпитальное отделение, чтобы продолжить подготовку к эвакуации.

Радан собирал карты.

— Вы остались, потому что хотите сказать мне что-то еще? — спросил он.

— Да.

Он положил бумаги.

— Слушаю.

— Вы понимаете, что мы не можем гарантировать безопасное возвращение?

— Понимаю.

— Даже после короткого вылета.

— Да.

Я посмотрела на его руку.

Он заметил мой взгляд и медленно сжал пальцы.

— Марта, мне не нужно объяснять, насколько серьезно мое состояние. Я пришел сюда сам.

— Тогда почему вы так спокойно предлагаете откладывать лечение?

Он некоторое время молчал.

— Потому что я знаю, сколько людей находится в долине.

— А если вы потеряете контроль?

Радан поднял глаза.

— Именно об этом я хотел поговорить с вами отдельно.

Мне не понравилось, как он это произнес.

Не из-за угрозы в голосе.

Напротив.

Он говорил слишком спокойно.

— О чем?

— О том, что должно произойти, если я не смогу вернуться человеком.

У меня пересохло во рту.

— Мы уже предусмотрели наблюдение и отдельную площадку.

— Этого недостаточно.

— Почему?

Он подошел к окну.

Во дворе солдаты грузили на повозку деревянные ящики. Двое работников госпиталя переносили носилки. У ворот столпились люди с узлами и корзинами.

Радан некоторое время смотрел на них.

— Вы знаете, что случилось с драконом из Тарнского гарнизона три года назад?

Я вспомнила старые служебные записи.

— Он потерял контроль после тяжелого боя.

— Да.

— Его не смогли вернуть?

— Нет.

Он повернулся ко мне.

— Он перестал узнавать людей. Не понимал приказов. Бросался на все, что двигалось рядом. Мы пытались его остановить.

Я молчала.

— Я был там, — добавил Радан. — И видел, чем все закончилось.

Он не рассказывал подробностей.

Не пытался напугать меня кровавыми сценами.

Но выражение его лица изменилось.

Я впервые увидела, что воспоминание действительно причиняет ему боль.

— Вы поэтому решили лечиться? — тихо спросила я.

— Отчасти. Тогда я считал, что со мной такого не произойдет. Был уверен, что сумею вовремя остановиться.

— А сейчас?

— Сейчас знаю, что могу ошибиться.

Он подошел к столу.

— Поэтому я хочу, чтобы вы заранее договорились с Гартом.

— О чем?

Радан посмотрел мне прямо в глаза.

— Если я окончательно потеряю человеческий контроль и начну нападать на людей, вы должны сообщить об этом. Гарт отдаст приказ остановить меня.

Я медленно выдохнула.

— Вы имеете в виду обездвижить?

— Если получится и это будет безопасно, да.

— А если нет?

— Тогда стрелять на поражение.

Я отступила на шаг.

Несколько секунд просто смотрела на него.

Вчера этот мужчина сидел в моем кабинете и пытался справиться с застежкой перчатки.

И даже шутил о том, что госпиталь полон непокорных женщин.

А сейчас просил меня согласиться на решение, после которого он мог не остаться в живых.

— Нет, — сказала я.

Радан не изменился в лице.

— Марта...

— Нет. Вы не можете просто прийти ко мне с такой просьбой.

— Я пришел не только к вам.

— Но сейчас говорите со мной.

— Потому что именно вы будете оценивать мое состояние после возвращения.

— Я целительница.

— Знаю.

— Моя работа — спасать людей, Радан. Я не могу обещать вам смерть на случай, если вы испугаетесь того, что с вами происходит.

Он нахмурился.

— Я не прошу убить меня из-за страха.

— Тогда объясните, чего хотите.

Радан подошел ближе, но не стал касаться меня.

— Хочу, чтобы вы не скрыли правду, если я превращусь в опасность для окружающих. Если перестану понимать речь, узнавать людей и начну нападать, мне нельзя позволить добраться до госпитальной колонны.

— Это крайняя стадия.

— Да.

— А если вы просто не сможете сразу вернуться?

— Тогда помогайте мне.

— Если будете напуганы? Если не сможете говорить?

— Помогайте.

— Если потеряете сознание?

— Лечите.

Я замолчала.

Он смотрел спокойно и внимательно.

— Но если я перестану быть человеком в том смысле, в котором мы с вами сейчас разговариваем, и начну убивать тех, кого обязан защищать, вы должны сказать об этом Гарту.

— Почему именно я?

Вопрос вырвался резче, чем я хотела.

— У вас есть заместитель. Есть Нелла. Есть другие целители.

— Они тоже будут знать условия.

— Тогда почему вы говорите это мне?

Радан некоторое время молчал.

Потом ответил:

— Потому что я вам доверяю.

Я невольно покачала головой.

— Мы почти не знакомы.

— Не совсем.

— Несколько служебных встреч не дают вам оснований доверять мне собственную жизнь.

— Вы ошибаетесь.

Он произнес это без раздражения.

— Прошлой зимой я привез сюда двух раненых солдат. Помните?

Я нахмурилась.

Зимой у нас было много тяжелых поступлений.

— Один из них был капитаном, — напомнил Радан. — Второй простой рядовой. У капитана была сломана рука. У солдата — сильная кровопотеря.

Я вспомнила.

Капитан требовал, чтобы его приняли первым.

Радан тогда тоже вмешался, потому что не сразу понял, насколько тяжелым было состояние второго раненого.

Я отказала.

Приказала перенести рядового в лечебную комнату, а капитану объяснила, что его рука подождет.

— Вы тогда возразили мне, — сказал Радан.

— Потому что ваш солдат мог умереть.

— Да. А я сначала не знал этого.

Он слегка наклонил голову.

— Вы не испугались моего звания. Не стали выбирать того, кто громче требовал помощи. Вы объяснили мне причину, и я понял, что вы правы.

bannerbanner