А если нас никогда не было?

— Потерпи немного, дорогая! — успокаивает девушку приятная женщина в голубой медицинской форме. — Все доктора сейчас заняты.

— Ай! — воет рыжая гиена, хватаясь за ногу. — Долбаный капкан! Позовите хоть кого-нибудь уже или я сейчас умру!

Твою же мать!

Где эта Маленькая Катастрофаумудрилась отыскать капкан?

Да ещё и перед праздничной ночью! Спасибо, что не ровно под бой кремлёвских курантов.

Нет, я, конечно, ещё в поезде понял, что девица бедовая, но не настолько же!

Мы же не в деревушке какой-нибудь по соседству с лесными угодьями, в конце концов. А в самом центре культурной столицы.

Вон, Исаакиевский сквер напротив.

До Дворцовой, что превратилась в огромный каток с величественной ёлкой посередине, рукой подать.

Только вот новогоднего настроения нет совсем.

Да и о каком настроении может идти речь, когда жизнь катится в пропасть со скоростью триста пятьдесят километров в час.

Медсестра несётся на ресепшн, дабы успеть подойти к разрывающемуся оглушительной трелью звонка телефону.

— Медицинский центр «КАССИОПЕЯ»! — она хмурится. За секунду из милой доброжелательной женщины превращается в злобную сварливую ведьму. Известное дело.— Да куда к нам?! У нас аншлаг! — на её лице появляется выражение вселенской скорби, не меньше. — Авария на Невском? Ладно, везите!

Кажется, в номер я сегодня уже не вернусь.

Подхожу к ресепшену и сначала вглядываюсь в имя на бейджике.

«Администратор Светлана»

— Добрый вече…

Договорить не успеваю.

Светлана злобно зыркает на меня и принимается орать:

— Я диспетчер! Мужчина, вы разве не видите, что я занята?! Лезут и лезут без очереди! Сядьте и ждите, пока я не освобожусь!

Даже так.

Давненько со мной не говорили в подобном духе.

Даже начинаю сомневаться, что пришёл по верному адресу. Не частный медицинский центр премиум класса, а обыкновенная сельская поликлиника.

Гневно сопя себе под нос, моя будущая (хотя уже!) подчинённая уносится прочь, совсем позабыв про рыжего монстра женского пола, что не перестаёт стонать (или виртуозно симулировать)на весь приёмный покой.

Убедившись, что поблизости нет врачей и медсестёр, что собирались бы, как минимум, провести осмотр несчастной девы, направляюсь прямо к ней.

И очень зря.

— Опять вы! — встречают меня недружелюбно пронзительные зелёные глаза.

— Кто это? — незамедлительно интересуется её кудрявая подружка, с интересом меня разглядывая.

— Маньяк из поезда, — расплывается в улыбке девица.

— Что у вас случилось? — киваю на окровавленную ногу.

Она подозрительно спокойна для особы, на ноге у которой защёлкнулся настоящий охотничий капкан.

Повезло, что обычный кроличий. Если бы медвежий, то кости бы к чертям раздробило. Было бы жаль.

— Убежала с бала, хрустальная туфелька увязалась следом, — язвит девчонка.

— Мы собирали в лесу шишки, — подружка оказывается куда более разговорчивой. — Заблудились, а потом Эльза упала и закричала. У меня чуть инфаркт не случился от страха. Хорошо, нас лесник нашел. Скорую вызвал.

Какие, к чёртовой бабушке, шишки? Они издеваются?!

— Шишки? — непонимающе переспрашиваю я.

— Еловые, — усмехается Эльза и достаёт одну из кармана. — Никогда не видели?

Вот же заноза ядовитая.

— А лес где нашли?

Опускаюсь на корточки и бегло осматриваю повреждённую ногу.

Капкан снят с фиксации, но конечность девчонки почему-то от него не освободили.

Кровотечение остановили… почти профессионально.

Видно, что своими силами сначала пытались, а уже потом фельдшеры скорой подключились. Немудрено. Лесники по этой части обычно толковые ребята. Научены выживать в дикой природе.

— Смотровые заняты, но какой-нибудь НАСТОЯЩИЙ врач совсем скоро освободится и окажет мне первую помощь. Не утруждайте себя, Дурнев.

— Раз язвите, то вашей жизни точно больше ничего не угрожает.

— Эй! Мужчина! — к нам подлетает всё та же крикливая Светлана. В этом вашем Питере что, все женщины из одного теста?— Доктором Хаусом себя возомнили? Ну-ка…

Поднимаюсь и одновременно достаю из кармана свои документы.

— Богатырёв Герман Анатольевич, ваш новый заведующий хирургии.

— Ой! — удивлённо таращится на меня администратор. — А мы вас сегодня не ждали, Герман Анатольевич.

— Ну хоть святых выноси! — за моей спиной недовольно стонет Эльза.

— Вы такая язвительная из-за недостатка родительского внимания? Хотелось бы посмотреть, кто воспитал такую…

— Да ради бога! — усмехается обворожительно Эльза. — Папочка!

Какой-то цирк шапито, честное слово. Питер — город сумасшедших.

— Значит, так, пациентку в смотровую на перевязку и нужно обязательно сделать рентген, чтобы убедиться в отсутствии переломов. И…

— Что происходит? — к нам подходит мужчина с едва заметной проседью в тёмных волосах. — Почему Эльза до сих пор здесь, Света?

— Так…

— А вы кто? — вопрос предназначается мне.

Понятно.

Яблоко от яблони.

Что-то смутно знакомое мне видится в этом мужике, но вспомнить, где мы с ним могли повстречаться я не могу. Наверное, просто глюк.

— Герман Анатольевич Богатырёв, лечащий врач вашей дочери.

— Богатырёв? — вдруг расплывается в улыбке он. — Гера? Ай да Астахов!

А вот к этому жизнь меня точно не готовила.

___________________________

[1] «Доктор Хаус» (House, M.D.)— американский сериал в жанре медицинской драмы, рассказывающем о команде врачей, которую возглавляет гениальный доктор Грегори Хаус

Глава 2. Случайности не случайны?

У любви есть шипы,

Что острее, чем

бритвы.

Они рушат мечты

И счастье превращают

в поле для битвы.

ЭЛЬЗА

Герман, чтоб его, Дурнев-Богатырёв!

Как же так?!

Неужели подобное случается не только в фильмах, но и в реальной жизни?

Не верю!

Просто отказываюсь верить во весь этот дикий абсурд!

Да, я не романтик.

Предпочитаю смотреть на мир своими собственными глазами, а не сквозь розово-фиолетовые линзы с напылением из сахарного 3Д-фильтра.

— Правильно ли я понимаю, что твой папа служил с горячим красавчиком из поезда?

И ничего он не красавчик. Да и вовсе не горячий.

Ладно-ладно.

Может быть, совсем чуть-чуть.

Ещё и ногу повредила прямо перед соревнованиями.

Честное слово, вокруг дурдом!

С тех пор, как я совершенно случайно перепутала купе в поезде и повстречалась с этим нахальным, высокомерным и самоуверенным типом, неудачи преследуют меня везде и всюду.

Мне нельзя пропускать ни сборы, ни соревнования, ни тренировки.

На кону стоит слишком многое.

Я с детства мечтала попасть в Олимпийскую сборную по фигурному катанию и никак не могу упустить шанс.

Мне двадцать четыре! На пенсию скоро.

Как правило, в одиночном катании обычно выступают в среднем до девятнадцати лет, потом совершать сложные прыжки становится всё труднее. Верхнего порога возраста, конечно, нет, но…

Есть хорошие примеры «одиночниц» и старше. Двадцати трёх-двадцати восьми лет, но конкуренция с более юными соперницами по-настоящему серьёзная.

В шестнадцать или семнадцать куда легче уверенно исполнять четверные прыжки, чем в двадцать с хвостиком. Износ организма, последствия травм и банальные возрастные изменения женского тела ещё никто не отменял. Потому многие уходят в танцы на льду, в парное, просто в шоу.

Не скажу, что я не командный игрок, однако горький опыт убедительно доказывает — верить можно только в себя. Да и я в прекрасной форме.

Была. До последнего дня.

Сейчас почти не чувствую боли из-за литра обезболивающих, но, тем не менее, с самым несчастным видом посматриваю на свою конечность в бинтах.

Почему именно сегодня?

Зачем только согласилась ехать с Ташей в канун Нового года к чёрту на куличики за грёбаными шишками? Будто на нашей ёлке игрушек новогодних недостаточно!

У всех проблем одно начало — сидела женщина, скучала…

Теперь ближайшие две недели придётся приходить в клинику на перевязки.

Это при том условии, что злобный Дурнев вообще даст добро на домашнее лечение. И тренер к Ледовому дворцу на триста метров не подпустит, пока нога не заживёт окончательно.

— Ну не дуйся, — Таша садится на краешек моей кровати. — Откуда было знать, что там есть капканы?

— Если я не попаду на соревнования, то прокляну тебя на всю оставшуюся жизнь!

Без шуток!

— Тогда я разрешу сломать мне ногу, — протягивает мизинчик подруга, корча милую моську всем известного кота.

— Ну да, — хмыкаю я недовольно. — Вот больше нечего делать, как лишать женскую команду по хоккею одного из лучших защитников. Даже если та пока в запасе.

Здесь могла бы быть трогательная история о том, как мы с Ташей дружим с детства, познакомившись в те времена, когда ползали в одной песочнице, но… постойте, почти так всё и было!

Ташу я встретила во дворце спорта. Мамы привели нас на фигурное катание.

Только вот моя подруга особой любовью к конькам не пылала, как и к этому виду спорта в целом, в отличие от меня.

В четыре года я уже грезила льдом, насмотревшись с бабушкой и дедушкой всевозможных танцев на льду.

В десять я получила свой первый разряд, а Таша ушла из фигурного в женский хоккей.

Она моя единственная и лучшая подруга… что в общем-то нисколько не мешает на неё злиться.

— Ты до сих пор ничего не рассказала, — подаёт голос Таша. — Твой доктор…

— Он вовсе не мой!

— Ладно, вовсе не твой доктор. Он реально с твоим отцом знаком?

Реально.

Папа счастливо мне сообщил, что они с «Герой Богатырёвым» служили вместе и как он рад, что теперь в его клинике будет работать настолько замечательный врач.

Талант! Гений! Фей в белом халате!

Аж тошно.

Ну как такое могло со мной приключиться? Беды и невзгоды льются, словно из рога изобилия.

И всё после встречи с ним!

— Да, — тяжело вздыхаю я. — Это папин боевой товарищ. И если верить отцу, то он просто хирург с большой буквы.

В чём лично я очень сильно сомневаюсь.

Он надменный, самоуверенный, эгоистичный и…

— Эльза, — Таша выуживает из кармана смартфон. — Мне мама звонила уже пять раз, оказывается. Пойду наберу её, пока меня в федеральный розыск не объявили.

Анита Фёдоровна может. Мама Таши – начальник уголовного розыска по Центральному району.

Но надолго в одиночестве я не остаюсь.

Стоит подруге выйти из моей палаты, как дверь снова распахивается и на пороге показывается мой врач.

Принесла же нелёгкая всякую нечисть.

— Как вы, Эльза?

— Прекрасно.

Он зачем-то садится в кресло напротив моей постели, гипнотизируя взглядом.

Становится максимально не по себе.

— Думаю, нам нужно поговорить.

— Пожалуй, — задумчиво тянет Дурнев.

Ну что он такой спокойный?!

Будто всё у него под контролем!

Принимаю сидячее положение, свесив ноги с кровати.

— Ногу поберегите, не вставайте. Страшно представить, как вы занимаетесь фигурным катанием с вашей-то координацией.

— Очень хорошо, — цежу сквозь зубы. — И это совсем не ваше дело, Дурнев.

Ну просто индюк самовлюблённый! Решил, что знает всё на свете!

— Рад за вас.

У-у-у!

Как же он меня бесит!

— Принимая во внимание нашу с вами ситуацию, предлагаю сделать вид, будто между нами ничего не было.

Боже!

Неужели я ЭТО сказала вслух?

— А между нами что-то было? — пронзает своим ледяным, колючим взглядом.

Вот бы в Питере такие заморозки! А то дождь и дождь… без конца!

«А между нами что-то было?»

Вот же… мудак в белом халате!

Наверное, в этот момент я слишком гневно на него смотрю, потому что Дурнев расплывается в улыбке, а потом начинает хохотать.

Обидно немного.

— Господин доктор, а может вам того… таблеточки для памяти попить? Всё-таки возраст. Часики тикают, никто не молодеет.

— Мне тридцать пять.

А мне двадцать четыре.

Если так посмотреть, то одиннадцать лет — это немного.

— Говорю же, возраст. Сколько до пенсии осталось? — подначиваю его.

— В поезде тебя мой возраст не сильно беспокоил, — ехидно замечает.

— Мы перешли на ты?

— Ну, после того, что между нами было, странно друг другу выкать.

— А между нами что-то было? — победно возвращаю Дурневу его же слова.

Шах и Мат!

*****

ЭЛЬЗА

Казань,

Три дня назад

— После чемпионата объявишь о том, что уходишь из спорта.

Что?

В шоке смотрю на своего жениха и до последнего жду какой-то иной развязки этого неприятного во всех отношениях диалога.

Это ведь шутка, правда?

Жестокая, злая и совсем не смешная.

И на этот счёт у меня есть свой пожизненный запас анекдотов.

— Моя будущая жена должна сидеть дома и обустраивать наше семейное гнёздышко, но никак не ставить на полку кубок за кубком.

Нас снимает скрытая камера?

Я участница плохой перезагрузки «Отчаянных домохозяек?»

В эфире рубрика: как довести свою девушку до белой горячки за пять секунд и остаться в живых?

— Дань, ты серьёзно? — тяжело вздыхаю, продолжая собирать спортивную сумку.

Через четыре часа у меня финальный этап соревнований Гран-при России по фигурному катанию, а настроение всего за несколько секунд опустилось ниже плинтуса.

И всё из-за любимого человека, который должен был поддержать и пожелать удачи, а не заставлять чувствовать себя во всём виноватой.

От кого, но вот от Устинова я предательства точно никак не ожидала.

Мы вместе уже почти четыре года.

Познакомились на ледовой арене.

Сначала просто дружба, плавно перешедшая в симпатию и отношения. Полгода назад он сделал мне предложение, и я сказала «да».

Впервые увидела Даню после тренировки – он сам спортсмен, капитан хоккейной команды.

Не в самом очаровательном виде.

Потного, загнанного, с разбитой нижней губой.

У меня тогда было первое занятие с моим нынешним тренером, и я решила прийти пораньше… чтобы стать свидетельницей крайне некрасивых разборок между здоровыми хоккеистами.

Два тафгая, стеной идущие друг на друга — зрелище впечатляющее.

— Странно, что ты этого сама не понимаешь, — он включает спортивный канал на проекторе, делая вид, что ему очень интересен большой теннис. — В семье не может быть двух спортсменов одновременно.

Бредовые стереотипы.

— Что ты говоришь! А как же твои мама с папой?

На минуточку, мать Дани — балерина, отец — футболист.

Сейчас, конечно, профессиональный спорт уже давно в прошлом.

Инесса Леонидовна преподает в собственной школе балета, а папа Дани — успешный бизнесмен.

— О чём и речь. Всё своё детство я слушал, как отец с матерью ругаются из-за постоянных маминых выступлений и гастролей. Моему отцу нужна была жена, мне — мать, а не прима Большого театра.

Есть плохая новость.

Кажется, однажды я забыла разглядеть в своем женихе шовиниста и морального абьюзера.

Что за дела?

На дворе двадцать первый век!

Семья — это два человека. А не тогда, когда один добывает мамонта, а вторая послушно кашеварит дома.

Мне вообще максимально странным кажется, когда любимый человек в трезвом уме и светлой памяти ХОЧЕТ, чтобы его девушка двадцать четыре на семь готовила для него еду и ходила с тряпкой или пипидастром, следя в оба глаза за каждой пылинкой!

Сидеть дома — не равно быть хорошей матерью.

Вот моя родительница, к примеру, ни дня в своей жизни не проработала.

А толку?

У нас с мамой всегда были странные отношения. Её интересовали только светские рауты, наряды и внешний вид.

Она меня любит, правда. И я её. Но какой-то своей, особенной любовью. Наверное, мы больше похожи на подружек, чем на мать и дочь.

Мама — непостоянная, несерьёзная, забывчивая. Часто предпочитает держать дистанцию.

Запросто может запамятовать приготовить обед или закупиться продуктами, а вот сходить к косметологу вовремя — никогда.

С отчимом отношения у нас тоже не сложились.

Мама вышла замуж во второй раз, когда мне исполнилось двенадцать.

Мы уехали на постоянное место жительства в другую страну. Может быть, именно поэтому с Робертом и не получилось сдружиться.

Меня оторвали от привычного мира. От друзей, от отца. Увезли из любимого города.

Роб нас полностью обеспечивал. Маме не приходилось работать и думать о финансовой стороне вопроса.

Она часто говорит, что они с папой были молодыми и не подходили друг другу.

Но я знаю, что ей не нравилась профессия, которую папа выбрал.

Это он сейчас доктор наук, управляет филиалом одного из самых престижных медицинских центров в России, а раньше… студент-медик, без малейшего намёка на блестящее будущее.

— Мне пора, — бросаю в сумку лак для волос. — Тебя ждать или останешься в номере?

— Я приеду, — сухо отвечает, продолжая пялиться на теннисисток. — Мы с тобой договорились?

— Нет. Мы не договорились.

Всё-таки отрывается от экрана, очевидно, планируя своим взглядом расстрелять меня прямо на этом самом месте без суда и следствия.

— Если ты собираешься всерьёз стать моей женой…

Что-что?

Боже, скажите, что у меня галлюцинации на нервной почве начинаются!

— Ты ультиматум мне ставишь?

Даня действительно пытается заставить выбирать между ним и фигурным катанием? Я в шоке!

— И мне жаль, что я вынужден это делать, но ты сама виновата. Надо было просто согласиться и не ломаться, как первокурсница.

Ему жаль?

Жалко у пчёлки в попке, а у обиженного мальчика Дани Устинова прогрессирует комплекс неполноценности.

— И в чём я виновата? — срываюсь на крик. — Может, в том, что не хочу бросать любимое дело? А давай ты оставишь свой дурацкий хоккей и будешь устраивать наш очаг!

Знаю.

Запрещённый прием.

— Почему я?

— А почему нет? Ваша команда уже второй год не может выйти хотя бы в плей-офф, а у меня на кону — чемпионат страны и Олимпийские игры. И раз количество спортсменов в нашей семье надо уменьшить ровно вполовину, то пусть им будет кто-то одна.

— Поговорим потом. Ты явно не в себе.

Не поговорим!

— Да пошёл ты к чёрту, Устинов! Вместе с армией твоих тараканов! Свадьбы не будет! Я не выйду за тебя!

*****

ЭЛЬЗА

Шесть часов спустя

Дворец спорта,

Казань

— Ну и объясни мне, почему лучшая фигуристка России стоит с такой грустной миной? — с сияющей улыбкой спрашивает лучшая подруга.

Не разделяю её хорошего настроения.

Вот ни капли!

— Не лучшая. Всего лишь второе место.

Паршивое серебро.

Оглядываюсь по сторонам на автомате, по привычке надеясь увидеть Даню и слишком запоздало понимаю, что совсем не хочу этого.

Не сейчас.

Мы так плохо расстались в номере… просто ужасно!

Возможно, дело всё в нашей постоянной занятости, но я с женихом почти и не ругалась никогда.

Это первая наша громкая буря.

Как же он мог?

Даня лучше всех на свете знает, что нельзя выводить спортсмена из душевного равновесия накануне важного мероприятия.

Это ведь финал Гран-при!

Конечно, я неплохо откатала. Вполне недурно.

Для аутсайдера!

От обиды и злости плакать хочется.

Не так, чтобы заливаться слезами и лопать мороженое прямо из ведёрка по традициям лучших романтических комедий нулевых… на душе чувство противное до ужаса. Оно разъедает меня, словно ядовитая кислота.

— Второе место далеко не последнее, — пытается утешить меня Таша. — Согласна?

— Не говори ерунду, — пинаю коньком невидимую пылинку. — Второе место — не первое.

Я должна была стать лучшей!

Должна!

Всего двух баллов не хватило, чтобы получить желаемое.

Целый год усилий, чтобы взять и проиграть за три секунды до триумфа. Я выжимала из себя всё! Работала на износ!

И в очередной раз победа досталась моей главной сопернице Кате Гладковой.

Та ещё змея, хочу заметить.

Нет, она настоящая лернейская гидра!

Сколько не руби гигантские чудовищные головы, новые на их месте вырастают. Но талантливая зараза.

Я могла бы откатать более чисто.

Не поехала бы ногой в конце, как больной страус, тогда… но история не терпит сослагательных наклонений.

До сих пор чувствую на себе взгляд тренера — это было настоящее разочарование.

Концентрированное, ничем не разбавленное разочарование.

— Эльза! — светясь как рождественский фонарь, к нам подплывает вышеупомянутая Гладкова, широко распахивая объятия и обнимая меня крепко-крепко. Если рёбра сломаются, то я точно знаю, кого в этом счастье винить. — Я так рада, что мы с тобой вырвались вперёд.

Ты вырвалась, чёртова мегера.

— Взаимно, — хриплю я и отстраняюсь от неё. — Отличная была программа.

— И у тебя, — сладко улыбается. — Но побеждают сильнейшие, правда?

— Правда.

Кажется, свой ответ уже злобно рычу, а не говорю.

Потому что мой голос звучит в аккурат, словно противный скрежет мелом по доске. У демонов в преисподней и то приятнее тембр будет.

— Увидимся в Москве!

Катя на прощание посылает нам с Ташей воздушный поцелуй, и мы синхронно закатываем глаза.

— Стерва! — одновременно произносим.

— И чего ей в парном не сиделось? — бурчу себе под нос.

— Я слышала, что её напарник тире парень подставил свою предыдущую партнёршу. Всё вскрылось и его дисквалифицировали. К фигурке на пушечный залп не подпустят до конца времён. Плюс уголовное дело завели.

— Что он сделал?

— Уронил партнёршу почти с двух метров, — охотно рассказывает Таша. — Ты разве про Полину Вишневскую не слышала? Её отец тренирует «Ледяных демонов».

— Что-то слышала, — припоминаю я. — Она выиграла в позапрошлом году чемпионат страны и объявила о своём перерыве в карьере. Эффектно. И всё после серьёзной травмы и занятий у самого крутого тренера в мире.

— Ну так вот, — заговорчески сообщает мне Таша. — Этот парень специально уронил Вишневскую. Ему очень хорошо заплатили.

Вот ведь моральный урод!

— Мудак!

— Ещё какой!

Говоря про чудаков на букву «М». Вот и мой крендель чешет.

— Вы поссорились? — толкает меня в бок Таша.

— Даня хочет, чтобы я сидела дома и варила борщи, пока он теряет зубы на льду.

— Чего?!

В ответ только развожу руками.

У самой голова кругом идёт.

— Эльза, давай отойдём?

С моих губ срывается тяжёлый вздох, но я всё-таки подхожу к жениху, надеясь на какое-то чудо.

Пора бы понять, что магии и волшебства не существует. Как и летающих единорогов.

Здоровые отношения и адекватные мужчины в этом же списке.

— В конце совсем потекла, — со знающим видом произносит он.

— Жаль, что не из-за тебя, — парирую в ответ злобно. — Хотя… как сказать, да?

— Не вини меня в своих неудачах. Надо было больше тренироваться.

Козёл!

— Не надо было меня доводить! Мог бы перенести свой бессмысленный разговор на потом!

— Не ори, — обнимает меня за талию и притягивает к себе. — Не позорь нас.

Да. Это фиаско.

Вам тоже кажется, что никто не собирается извиняться? Вот и мне тоже.

— Никаких нас нет! — толкаю его в грудь со всей силы. — По крайней мере, пока ты не перестанешь вести себя, будто полный козёл!

Ох, девочки… права однозначно была Фаина Георгиевна Раневская:

«Бог создал женщин красивыми, чтобы их могли любить мужчины, и глупыми – чтобы они могли любить мужчин».

Иначе, как собственной глупостью, я объяснить не могу, почему Даня никогда не был для меня плохим парнем, а за считанные секунды превратился в тирана, манипулятора и абьюзера.

*****

ЭЛЬЗА

— Хорошо выступила, дочка…

— Пап! Ну хотя бы ты не начинай рассказывать сказки! — перебиваю я отца. — Всё было просто ужасно! Особенно в конце! Ещё бы чуть-чуть и я плюхнулась прямо попой на лёд, словно впервые на коньки встала.

Отличилась чемпионка, нечего сказать.

Дайте золотую медаль! Сразу две!