Читать книгу Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница (Лиссбет Котцова) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница
Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница
Оценить:

5

Полная версия:

Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница

– Вас едва не убили.

– Поэтому я и спрашиваю.

– Сначала осмотр.

– Кто знал маршрут?

Тишина вокруг словно стала немного плотнее.

Риан ничего не сказал.

Я продолжила:

– Они пришли не случайно. Не грабить. Не освобождать. Они знали, в какой карете я еду, и сразу пошли к ней.

– Я видел.

– Тогда кто знал дорогу?

– Ангела.

– Это мое имя. Ответа в нем нет.

Теперь он действительно уставился на меня.

Мне начало казаться, что я нарушаю какие-то правила, о существовании которых пока даже не подозреваю.

Придется привыкать.

– Вы должны лечь.

– Я уже лежала. Несколько раз. Не понравилось.

Он перевел взгляд на мои руки.

– Вы всегда отвечаете вопросом на распоряжение?

Опасная формулировка.

Потому что я не знала, как отвечала прежняя женщина.

– Сегодня да.

В его лице опять мелькнуло что-то трудноуловимое.

Подозрение.

Вот это я узнала.

С ним приходилось сталкиваться достаточно часто и в своем мире.

Не со стороны бывших мужей, конечно.

Но принцип не менялся.

Риан видел перед собой знакомую женщину и получал незнакомое поведение.

Плохое сочетание.

Особенно для человека, который привык замечать угрозы.

К нам подошел мужчина с кожаным футляром в руках.

– Лорд Корвел.

– Осмотрите ее.

Целитель взглянул на меня.

Слишком быстро опустил глаза.

Он меня знал.

И, судя по лицу, не испытывал восторга.

Прекрасно.

Очередной человек с уже готовым мнением.

– Здесь? – спросил он.

– Здесь.

Мне указали на перевернутый дорожный ящик.

Я села.

Риан не ушел.

Целитель осторожно проверил затылок, плечо, запястье. Задал несколько вопросов о тошноте и зрении.

На вопрос, теряла ли я сознание, пришлось ответить:

– До нападения?

Он нахмурился.

– Сегодня.

– Тогда не уверена.

Рука целителя остановилась.

Риан тоже услышал.

– Что значит «не уверены»? – спросил он.

– Значит, когда я пришла в себя в карете, она уже ехала.

– Вы спали.

– Возможно.

– Вам давали успокаивающее.

Вот это было полезно.

– Кто?

Целитель бросил быстрый взгляд на Риана.

Не лучший знак.

– Перед отправлением, – сказал он. – По назначению тюремного лекаря.

Я запомнила.

Не потому, что уже подозревала лекаря.

Потому что сейчас я записывала мысленно все.

Это было единственное имущество, которое у меня точно не могли отобрать.

Целитель закончил осмотр.

– Переломов нет. Сильные ушибы. Истощение. Пульс слабее нормы. Ей нужен покой.

– Слышали? – спросил Риан.

– Да. Последнее слово особенно.

– Вы останетесь под наблюдением.

– Если переживу вашу заботу.

Целитель сделал вид, что очень занят футляром.

Риан посмотрел на меня без всякого выражения.

– Еще вопросы?

– Один.

– Вы уже задавали.

– Я не получила ответа.

Он повернулся к дороге.

– Маршрут знали люди, которым полагалось его знать.

– Замечательно.

– Это закрытая информация.

– Еще лучше.

Риан медленно вернул ко мне взгляд.

– Почему?

– Потому что случайный разбойник не мог ждать нас именно здесь.

– Это очевидно.

– Тогда мы наконец в чем-то согласны.

– Мы?

– Вы, я и люди, которые знали маршрут.

Теперь выражение его лица стало совсем холодным.

– Осторожнее.

– С чем?

– С обвинениями.

– Я никого не обвиняла. Я сказала, что информация откуда-то вышла. Это разные вещи.

Он молчал.

– Сколько людей знали?

– Достаточно мало.

– Десять?

– Ангела.

– Пятьдесят?

– Я не обсуждаю внутренние сведения моего рода посреди дороги.

Вот теперь прозвучало полезно.

Его рода.

Не только государственные чиновники.

Я кивнула.

– Хорошо.

Он явно ожидал продолжения.

Я его не дала.

Пока.

К нам подошел один из людей с завернутым в ткань предметом.

– Лорд Корвел.

Риан протянул руку.

На его ладонь лег небольшой металлический знак.

Ничего особенного на вид. Потемневший круг с неглубокой насечкой по краю.

– У кого? – спросил Риан.

– У того, что лежал у второй повозки. Во внутреннем кармане.

– Еще?

– Монеты. Никаких гербов. Оружие без клейма мастерской.

Риан перевернул металлический круг.

– Платежная метка?

– Похоже. Но знак посредника мне незнаком.

– Снять копию. Оригинал запечатать.

Человек ушел.

Я посмотрела ему вслед.

– Что такое платежная метка?

– Не ваша забота.

– Меня только что пытались убить люди, которым, возможно, заплатили через нее.

– Именно поэтому она моя забота.

– Какая удобная система.

Риан ничего не ответил.

– Это подтверждает, что они были наемниками?

– Нет.

– Но предполагает.

– Да.

Первое прямое «да», которое я от него получила.

Уже достижение.

– Профессионалы?

– Несколько человек точно.

– По чему вы это определили?

– По тому, как они выбрали место. По оружию. По порядку атаки. По тому, кого пытались убрать первым.

Я посмотрела на лежащего у обочины старшего охранника.

Того самого, который дал мне воду.

Люди целителя работали рядом с ним.

Жив.

Я заметила движение груди.

Напряжение в плечах немного отпустило.

– И по тому, что они не стали грабить остальных, – добавил Риан.

Я посмотрела на него.

– Вот об этом я и хотела сказать.

– Что?

– Им были нужны мои вещи.

Он замолчал.

– Объясните.

Я рассказала коротко.

Про приказ забрать бумаги и украшения.

Про сумку.

Про мужчину, который заметил движение моей руки к груди.

Риан слушал, не перебивая.

Его взгляд опустился к вороту моего платья.

Под тканью лежал медальон.

Я машинально накрыла его ладонью.

И сразу пожалела.

Во второй раз за день.

– Что у вас там?

Те же слова.

Только произнесенные совершенно другим голосом.

Я убрала руку.

– Медальон.

– Какой?

– Фамильный, полагаю.

– Покажите.

Я не двинулась.

– Зачем?

– Ангела.

– Это снова мое имя.

– Я помню.

– Тогда попробуйте ответить.

Он вытянул руку.

Не приблизился.

Просто раскрыл ладонь.

– Если убийцы заметили украшение и изменили поведение, я хочу его осмотреть.

Разумно.

Мне это не понравилось именно поэтому.

Я достала медальон из-под платья.

Риан посмотрел на него и сразу узнал.

– Лессар.

– Моя семья?

– Ваш род.

Небольшая разница в формулировке.

Я отметила ее.

– В нем что-то есть?

– Обычный фамильный медальон.

– Вы уверены?

– До сегодняшнего дня был.

Хороший ответ.

Я расстегнула цепочку и положила медальон ему на ладонь.

Риан перевернул его.

Провел пальцем по краю.

Никакого света, магии или внезапных откровений не появилось.

– Следов вскрытия нет.

– Это можно определить так?

– Иногда.

Он вернул украшение.

Не попытался оставить.

Еще один факт.

– Убийцы могли искать не его, – сказал Риан.

– Могли.

– Вы слишком быстро согласились.

– Потому что это правда.

– Но?

– Но они искали что-то.

Я посмотрела на разбитую карету.

Наши вещи уже выносили наружу и раскладывали на плаще.

Одежда была перевернута.

Шкатулка открыта.

Сумка разрезана.

– Если им просто нужно было меня убить, копаться в белье довольно бессмысленно.

Риан проследил за моим взглядом.

– Вы уверены, что это сделали они, а не охрана после нападения?

Хороший вопрос.

– Шкатулка была закрыта, когда я ее открывала до нападения. Потом я сама вернула ее в короб.

– Вы открывали вещи во время этапирования?

– Мне было скучно.

– Вы никогда не трогали дорожные сундуки сами.

Я посмотрела на него.

Вот оно.

Нечаянно сказанное знание о прежней Ангеле.

– Сегодня трогала.

– Я вижу.

Он снова изучал меня.

Не платье.

Не ушибы.

Меня.

– Что?

– Вы изменились.

Прямо.

Без подготовки.

Я не позволила себе отвести взгляд.

– После покушения на жизнь люди иногда меняются.

– На вас напали меньше часа назад.

– День выдался насыщенный.

– Я говорю не об этом.

Вот теперь стало опаснее, чем рядом с ножом.

С ножом хотя бы было понятно, чего хочет человек.

Я поднялась с ящика.

Слишком быстро.

Земля поплыла.

Пришлось схватиться за край кареты.

Риан двинулся ко мне.

Я подняла ладонь.

– Не надо.

Он остановился.

Снова.

Я дождалась, пока дорога перестанет качаться.

– Вот теперь целитель может считать себя правым, – сказала я.

Риан не поддержал попытку перевести разговор.

– Что вы помните?

Очень мало.

Слишком мало.

И ответ «другой мир» пока ничего мне не даст.

Кроме вопросов, на которые у меня самой нет ответов.

– Достаточно, чтобы понимать: люди с ножами мне не друзья.

– Ангела.

– А чего вы хотите услышать?

– Правду.

Я почти усмехнулась.

– Судя по тому, что мне уже успели рассказать, с ней у нас обоих были сложности.

Его лицо застыло.

Попала.

Пока не знаю куда, но попала.

Риан сделал вдох.

Медленный.

– Вы действительно не собираетесь оправдываться?

– В чем?

– Вы знаете.

– Нет. Именно этого я и не знаю.

Он смотрел на меня несколько секунд.

– Вы утверждаете, что ничего не помните?

– Я утверждаю, что сейчас не собираюсь обсуждать с вами мою память посреди дороги.

Его собственные слова.

Он понял.

– Удобно.

– Мне сегодня уже это говорили.

– И?

– Удобства я пока не заметила.

Где-то рядом застонал раненый.

Риан сразу повернул голову.

Одного из его людей переносили на импровизированных носилках.

Он подошел, коротко поговорил с целителем, сам помог поднять край носилок, пока освобождали проход.

Никто вокруг не суетился возле него.

Не пытался показать усердие.

Они просто выполняли свои задачи.

И он замечал их.

Кого несли первым.

Сколько осталось лошадей.

Кто охранял связанных нападавших.

Кому не хватало перевязочного материала.

Власть выглядела не как титул.

Она выглядела как количество вещей, которые человек считал своей ответственностью.

Это мне было понятнее.

И неудобнее.

Проще было бы, окажись бывший муж самодовольным идиотом.

Я могла бы спокойно его ненавидеть.

Риан вернулся минут через десять.

К этому времени возле дороги уже появился временный лагерь. Раненых уложили под растянутым между деревьями полотном. Связанных нападавших рассадили далеко друг от друга. Вещи из моей кареты собрали отдельно.

Я стояла рядом с ними.

– Чего не хватает? – спросил Риан.

Я посмотрела на него.

– Откуда мне знать?

Он замер.

Опять.

Черт.

– Вы сами собирали вещи перед отправлением.

– Возможно, мне сейчас не до описи.

– Возможно.

Он присел перед разложенными предметами.

Взял разрезанную сумку.

– Бумаги?

– Я их не видела.

– Ни одного документа?

– Нет.

Риан поднялся.

– Украшения?

Я показала на шкатулку.

– Что было внутри, то и осталось.

– Вы уверены?

– Я видела кольцо, серьги и этот медальон.

– Больше ничего?

– Нет.

Его взгляд опять стал слишком внимательным.

– Вы помните содержимое коробки, но не помните, что сами туда положили.

Вот поэтому умные люди иногда очень неудобны.

– Я открывала ее сегодня.

– Зачем?

– Уже отвечала.

– Скучно?

– Очень.

Он выпрямился.

– Вы плохо лжете.

– А вы слишком быстро решаете, что человек лжет.

Тишина.

Несколько людей вокруг вдруг оказались очень заняты своими делами.

Я поняла, что сказала.

И поняла, что назад не заберу.

Риан смотрел на меня спокойно.

Именно так, как в источниках мира предупреждали бы описывать опасного человека, если бы у меня были источники.

Без крика.

Без угрозы.

– Повторите.

– Не вижу смысла. Вы прекрасно слышали.

– Вы считаете, я ошибся?

– Я пока ничего не считаю.

– Но говорите именно об этом.

– Я говорю о привычке принимать вывод раньше, чем закончились вопросы.

В его лице ничего не изменилось.

Только голос стал еще тише.

– Вы не знаете, какие вопросы были заданы.

– Верно.

– Не знаете доказательств.

– Верно.

– Не помните собственного суда.

– Тоже верно.

– И все же делаете вывод.

– Нет.

Я покачала головой.

– Я задаю вопрос.

Он ждал.

– Если доказательства против меня были настолько убедительны, почему человеку, который организовал сегодняшний налет, оказалось недостаточно моего приговора?

Риан не ответил.

Я продолжила:

– Я лишена положения?

– Да.

– Брак расторгнут?

Едва заметная пауза.

– Да.

– Меня вывозили из столицы под охраной?

– Да.

– Значит, политически и социально прежняя Ангела уже проиграла.

Он никак не отреагировал на то, что я назвала себя в третьем лице.

Или отреагировал, но я не заметила.

– Тогда зачем тратить людей, деньги и риск на убийство женщины, которая уже ничего не контролирует?

– Месть.

– Тогда зачем искать вещи?

Молчание.

– Ограбление, – сказал он.

– Тогда почему не забрали деньги у убитых охранников?

Риан посмотрел на тела.

– Они спешили.

– Тогда почему один полез именно к моему медальону, когда мог просто перерезать мне горло?

Он снова ничего не сказал.

Я кивнула.

– Вот теперь у нас есть вопрос.

– У нас?

– Меня пытаются убить. Ваш закрытый маршрут оказался известен убийцам. Думаю, местоимение подходит.

Риан медленно прошел взглядом по дороге, по пленным, по разбитой карете.

Потом снова посмотрел на меня.

– Вы не поедете дальше.

Это уже звучало как решение.

– Куда?

– В место изгнания.

– Очень обнадеживает. А куда поеду?

– В Астерн.

Я несколько секунд просто смотрела на него.

– С вами?

– Под моей охраной.

– Это не ответ.

– Со мной.

Вот теперь бывший муж действительно вошел в мою новую жизнь.

Я посмотрела на его людей.

На связанных убийц.

На медальон у себя в руке.

На дорогу, по которой меня совсем недавно везли подальше от столицы.

– Я вернусь для расследования нападения?

– Вы вернетесь, потому что оставлять вас на дороге после этого невозможно.

– Для вас, может быть.

– Ангела.

– Лорд Корвел.

Первое употребление титула явно не доставило ему удовольствия.

Хорошо.

Мне тоже.

– Наш брак расторгнут? – спросила я.

– Я уже ответил.

– Ответьте еще раз.

Он понял, что именно я спрашиваю.

В этот раз пауза была длиннее.

– Расторгнут.

– Полностью?

– Полностью.

– Значит, возвращение в Астерн с вами не означает возвращения к вам.

Рядом кто-то перестал застегивать седельную сумку.

Риан даже не посмотрел в его сторону.

Только на меня.

– Нет.

Одно слово.

Без раздражения.

Без попытки напомнить о прошлом.

– Хорошо.

– Хорошо?

– Теперь условия хотя бы понятны.

– Это не переговоры.

Я посмотрела на разбитую карету.

Потом на людей, собиравших тела.

Потом снова на него.

– Пока не переговоры.

Кажется, эта мысль ему не понравилась.

Мне стало немного легче.

Не потому, что я начала доверять Риану Корвелу.

До доверия нам было примерно как до моего прежнего мира.

Но теперь я знала две вещи.

Кто-то заплатил профессионалам за мою смерть.

И человек, однажды поверивший в мою вину, только что решил вернуть меня туда, где все началось.

Глава 3. За что меня осудили

До Астерна мы поехали уже в другой карете.

Не тюремной.

Разница оказалась не такой впечатляющей, как могла бы показаться.

Здесь были мягкие сиденья, целые окна и дверь, которая открывалась изнутри. Зато напротив меня сидел Риан Корвел, и почему-то именно это обстоятельство сильнее всего напоминало, что свободу мне пока никто не вернул.

За окном медленно темнело.

После нападения дорогу расчистили быстро. Раненых отправили вперед под охраной, выживших нападавших разделили и увезли отдельно. Мне снова предложили лекарство.

Я отказалась.

Целитель был недоволен.

Риан тоже.

В результате мы сошлись на воде и каком-то горьком настое, состав которого мне объяснили достаточно подробно, чтобы я согласилась его выпить.

Теперь плечо ныло терпимо, голова почти перестала кружиться, а самое главное, у меня появился человек, который знал ответы.

Оставалось заставить его разговаривать.

Риан сидел напротив, слегка повернувшись к окну.

Он успел сменить одежду после превращения. Темная рубашка, длинный дорожный камзол, никаких украшений, кроме узкой печати на правой руке.

В первой главе моей новой жизни он появился драконом.

Во второй выяснилось, что человек немногим менее неудобен.

Я подождала минут пять.

Он не заговорил.

Еще пять.

Тоже ничего.

Похоже, молчание Риан мог использовать как рабочий инструмент.

– Элира ваша сестра?

Он перевел взгляд от окна ко мне.

– Да.

– Младшая?

– Да.

– Она жива?

На этот раз пауза оказалась почти незаметной.

– Жива.

Я не знала, почему именно этот ответ позволил мне выдохнуть свободнее.

Я не была виновата в ее отравлении.

Но женщина, в чьем теле сидела сейчас, могла быть.

Пока я этого не знала, смерть Элиры сделала бы положение еще хуже.

– Насколько серьезно она пострадала?

– Очень.

Коротко.

Я ждала.

Риан понял.

– Несколько дней целители не могли сказать, выживет ли она. Поражение ядра было сильным. После этого она почти месяц не вставала без помощи.

Я запомнила незнакомое слово.

– Ядра?

– Ядра пламени.

Он посмотрел на мое лицо.

– Вы и это забыли?

– Я задаю вопросы о том, что мне сейчас важно.

– Это не ответ.

– Вы уже заметили закономерность.

Его губы чуть сжались.

– У драконов есть магический центр, связанный с превращением и силой. Пепельная соль повреждает его.

– Пепельная соль и была ядом?

– Да.

Наконец конкретика.

– Что это?

– Запрещенный алхимический состав.

– Я спрашиваю не юридический статус.

– Я понял.

– Тогда зачем отвечаете им?

– Потому что пытаюсь определить, насколько далеко заходит ваша предполагаемая потеря памяти.

Я посмотрела на него.

– А я пытаюсь определить, за что меня осудили. Может, сначала закончим с моей задачей?

– Вы всегда были настойчивы.

– Похоже, не всегда достаточно.

Фраза вышла жестче, чем я собиралась.

Риан не отвел глаз.

Я тоже.

Несколько секунд карета ехала под размеренный стук колес.

– Пепельная соль, – наконец продолжил он, – особенно опасна для драконов. В небольшой дозе вызывает резкое ослабление магии. В большей может лишить способности к превращению. Еще большее количество убивает.

– Элире дали смертельную дозу?

– По мнению целителей, да.

– Но она выжила.

– Главный целитель Корвелов начал стабилизацию ядра до того, как определил яд.

Это уже звучало не как чудо.

Просто человек оказался хорош в своей работе.

Мне нравились такие объяснения.

– Как ей дали яд?

– В напитке во время приема.

– Кто приготовил напиток?

– Обслуживание.

– Очень конкретно.

– Следствие проверяло всех, кто имел доступ.

– И нашло меня.

– Не только вас.

– Но осудили меня.

Он снова замолчал.

Я сложила руки на коленях.

– Давайте проще. Если бы вы сейчас объясняли дело человеку, который ничего о нем не знает, что бы вы назвали первым доказательством?

– Яд нашли среди ваших вещей.

Вот так.

Без смягчения.

Я ожидала услышать это еще с дороги, но все равно неприятное ощущение появилось где-то под ребрами.

– Где именно?

– В ваших комнатах.

– Открыто?

– Нет.

– Тогда где?

– В небольшой коробке среди личных принадлежностей.

– Кто нашел?

– Люди Палаты безопасности во время официального обыска.

– После отравления?

– Через несколько часов.

Я кивнула.

– Сколько?

– Достаточно, чтобы подтвердить происхождение вещества.

– Не ответ.

Его взгляд стал тяжелее.

– Ангела.

– Вы хотите, чтобы я поняла, почему все решили, что женщина в этом теле виновна. Значит, мне нужны факты.

Он смотрел на меня еще пару секунд.

– Небольшое количество. Не полная доза.

Это было важно.

– То есть остаток.

– Да.

– Его могли подбросить?

– Теоретически можно подбросить что угодно.

– Теоретически можно и человека отравить.

Риан не отреагировал.

– Следующее доказательство?

– Разрешение на получение одного из контролируемых компонентов.

– Подписанное мной?

– С вашей личной печатью.

– Печать нельзя подделать?

– Можно.

Ответ пришел сразу.

Я чуть приподняла брови.

– И это никого не остановило?

– Потому что печать была не единственным доказательством.

Вот оно.

Фраза, которая потом еще не раз должна была иметь значение.

Но сейчас я этого не знала.

Сейчас я только услышала человека, который до сих пор считал свою логику последовательной.

– Кто проверял печать?

– Специалисты Палаты.

– Независимые?

Риан нахмурился.

– Что вы имеете в виду?

– Человек, который расследует преступление, и человек, который подтверждает подлинность ключевого доказательства, подчиняются одной структуре?

– Да.

– Тогда это не независимая проверка.

– Палата является государственным следственным органом.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Они не имели причины подделывать заключение.

– А я не говорю, что подделывали.

Я чуть подалась вперед.

– Я спрашиваю, проверял ли кто-нибудь вывод со стороны.

– Нет.

Первое настоящее «нет».

Я вернулась к спинке сиденья.

– Хорошо. Дальше.

– Вас видели около помещения, где готовили напитки.

– До отравления?

– Незадолго.

– Кто?

– Служанка.

– Имя?

– Марта Нейл.

Я запомнила.

– Она видела, как я трогала напиток Элиры?

– Нет.

– Входила в помещение?

Риан посмотрел на меня.

– По ее словам, вы выходили оттуда.

– По ее словам или в протоколе?

Тишина.

Вот теперь я почувствовала, как он по-настоящему сосредоточился.

– Почему вы спрашиваете именно так?

– Потому что это разные вещи.

– Она подписала показания.

– Я тоже много чего подписывала в своей жизни. Иногда человек подписывает текст, написанный другим человеком, если считает, что общий смысл передан правильно.

Он чуть сузил глаза.

– Вы помните это, но не знаете, что такое ядро пламени.

Опасная территория.

Я не могла постоянно отвечать уклончиво и надеяться, что он перестанет замечать противоречия.

Но раскрывать все сейчас было рано.

Я сама еще не понимала, как именно сюда попала.

– Я помню способы, которыми люди работают с документами.

– Зато забыли собственный суд.

– Похоже на то.

– Очень выборочная потеря памяти.

– Можете внести ее в список проблем после попытки убийства.

Он ничего не сказал.

Я вернулась к делу.

– Марта была единственным свидетелем?

– Единственным, кто видел вас непосредственно возле помещения.

– Дальше.

– За несколько дней до приема вы поссорились с Элирой.

Вот здесь его голос изменился.

Совсем немного.

Но теперь он говорил не только о доказательстве.

О сестре.

– Из-за чего?

– Ее предстоящего объявления.

– Какого?

– Это не имеет значения сейчас.

– Если из этого сделали мотив, имеет.

Челюсть Риана напряглась.

– Вы требовали, чтобы она отказалась от решения.

– Какого решения?

– Объявить о предстоящем браке.

Я замолчала.

Политический брак?

Похоже.

Судя по тому, как он избегал деталей, там находилось что-то большее.

bannerbanner