Читать книгу Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница (Лиссбет Котцова) онлайн бесплатно на Bookz (6-ая страница книги)
Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница
Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница
Оценить:

5

Полная версия:

Отверженная жена дракона. Последняя свидетельница

– Специалист назвал это наиболее простым способом.

– Наиболее простым не значит единственным.

– Он перечислил варианты.

– Именно.

Я встала и прошлась до окна.

Во дворе сменялась охрана. Четверо мужчин в темной форме заняли места у ворот, еще двое направились к боковому входу.

После вчерашнего нападения количество вооруженных людей вокруг меня почему-то перестало казаться избыточным.

Неприятная перемена.

– Если сейчас броситься проверять всех, кто когда-либо держал в руках документы прежней Ангелы, – продолжила я, – мы предупредим человека внутри дома, если он существует.

– Вы уже решили, что существует.

– Нет.

Я повернулась.

– Я решила, что хочу сначала проверить линию, которая не зависит от печати.

– Какую?

– Нападение.

Риан помолчал.

– Им занимаются.

– Кто?

– Мои люди.

– Только ваши?

– И Палата безопасности.

Я посмотрела на него.

Он сразу понял.

– Нет.

– Я еще ничего не сказала.

– Вы собирались.

– Тогда зачем мешать?

– Потому что Дейр руководил первым расследованием, а теперь Палата участвует в расследовании нападения. Вы решите, что это подозрительно.

– Я решу, что это пересечение.

– Разница?

– Огромная.

Я вернулась к столу.

– Подозрение относится к человеку. Пересечение относится к системе. Пока меня интересует второе.

– Дейр получил дело потому, что нападение связано с осужденной по государственному преступлению.

– Логично.

– Маршрут этапирования тоже проходил через Палату.

Я замерла.

– Повторите.

Риан нахмурился.

– Что именно?

– Последнее.

– Маршрут согласовывался через Палату безопасности.

Я медленно села.

– Вы вчера сказали, что его знало мало людей.

– Так и есть.

– Но не сказали, что Палата участвовала в согласовании.

– Вы не спрашивали.

– Ненавижу этот ответ.

– Почему?

– Потому что он правильный.

Я протянула руку к чистому листу.

– Мне нужен список.

– Нет.

Я даже перо еще не успела взять.

– Вы отвечаете все быстрее.

– Это закрытая информация.

– Информация, благодаря которой меня нашли на дороге.

– Именно поэтому я не собираюсь раздавать ее шире.

– Я уже внутри проблемы.

– Это не дает вам допуска к внутренним маршрутам государственных перевозок.

– Мне не нужны все маршруты. Мне нужны люди, знавшие один конкретный.

– Их имена являются служебными сведениями.

– Риан.

– Нет.

Я откинулась на спинку кресла.

– Хорошо.

Он явно не ожидал.

– Хорошо?

– Да.

Я взяла другой лист.

– Тогда начнем без имен.

– С чего?

– С количества.

– Ангела.

– Имена закрыты. Количество тоже?

Он молчал.

– Я не прошу объяснять, как перевозят государственных преступников. Хотя должна признать, профессиональный интерес появился.

– Не советую.

– Вот и договорились. Сколько людей знали, по какой дороге пойдет мой конвой?

Риан некоторое время смотрел на меня.

– Точный маршрут целиком?

– Да.

– Семь.

Меньше, чем я ожидала.

Я записала цифру.

– Из них ваши люди?

– Двое.

– Палата?

– Двое.

– Остальные?

– Один представитель Верховной палаты. Начальник конвоя. Чиновник, отвечавший за распоряжение об этапировании.

– Этот чиновник относится к какой структуре?

– К ведомству исполнения решений Верховной палаты.

Я нарисовала семь коротких черт.

– Кто составлял маршрут?

– Начальник конвоя предложил основной вариант. Палата провела проверку безопасности. После этого маршрут утвердили.

– Кто именно в Палате?

– Этого я вам не скажу.

– Потому что закрыто?

– Потому что сначала сам проверю.

Я подняла взгляд.

Это было новым.

Не «вам не положено».

Не «не ваше дело».

Он собирался проверить.

– Хорошо.

Риан слегка прищурился.

– Вы второй раз за десять минут согласились со мной.

– Не привыкайте.

Я снова посмотрела на лист.

– Семь человек знали весь маршрут. Кто-то еще мог знать часть?

– Разумеется.

– Например?

– Караульные знали пункт отправления. Посты на дороге могли получить уведомление о прохождении конвоя. Менялась охрана. Люди готовили лошадей.

– Но точное место нападения?

– Это другое.

– Почему?

Риан подошел к карте на стене.

До этого я почти не обращала на нее внимания.

Он снял с полки тонкую указку и коснулся дороги, уходившей от Астерна на запад.

– Конвой должен был идти основной трактовой дорогой до этого места.

Указка двинулась дальше.

– Затем свернуть на старую северо-западную дорогу.

– Почему?

– На основном тракте больше поселений и движение плотнее.

– Разве это не безопаснее?

– От случайного нападения – да. От попытки освободить заключенного – нет.

– То есть маршрут специально увели туда, где меньше свидетелей.

– Где легче контролировать подходы.

– Получилось убедительно.

Риан посмотрел на меня.

– Это стандартная мера.

– Я не критикую решение. Я пытаюсь понять, что знал нападавший.

Он указал место на карте.

– Засада была здесь.

Я подошла ближе.

Дорога проходила между лесом и небольшим каменистым склоном.

– Сколько времени от поворота?

– Около часа.

– То есть ждать нас на основной дороге было бессмысленно. Они должны были знать, что мы свернем.

– Да.

– А после сворота других дорог нет?

– Есть две лесные, но тяжелая карета там не пройдет.

Я посмотрела на карту.

Значит, убийцы знали не просто направление.

Они знали достаточно, чтобы выбрать конкретное место.

– Когда маршрут утвердили?

– Накануне отправления.

– Сколько часов до нападения?

– Около восемнадцати.

– Очень короткое окно.

– Да.

– Нападающие успели:


собрать людей, прибыть на место, подготовить засаду и точно знать, в какой карете еду я.

Риан не ответил.

Я постучала ногтем по цифре семь.

– Это не случайно услышанный разговор в коридоре.

– Не обязательно.

– Объясните.

– Человек мог получить сообщение от одного из тех, кто слышал часть маршрута.

– Тогда ему пришлось бы собрать части.

– Да.

– Возможно?

– Возможно.

Я не стала спорить.

Он лучше знал собственную систему.

– Кто знал, в какой карете буду находиться именно я?

– Начальник конвоя.

– Только?

– Люди, готовившие отправление, видели посадку.

– Но убийцы могли наблюдать у ворот.

– Могли.

– Были замечены?

– Пока нет.

Я записала еще одну строку.

– Что нападавшие знали о времени?

– Судя по выбранной позиции, достаточно точно.

– Конвой опоздал?

– На двадцать минут.

– Они все равно ждали.

– Да.

– Значит, либо получили примерное окно, либо следили после выезда.

– Именно.

Я посмотрела на него.

– Вы это уже проверяете.

– С момента нападения.

– И?

– Пока ничего.

Мне понравился ответ гораздо больше, чем хотелось.

Не потому, что «ничего» было хорошей новостью.

Потому что он не пытался представить незавершенную работу как уверенный результат.

– Кто допрашивает выживших?

– Мои люди отдельно. Палата отдельно.

– Почему дважды?

– Я распорядился.

– До разговора со мной?

– Сразу после нападения.

Я замолчала.

Это было важно.

Риан не начал сомневаться в системе только потому, что я задала красивые вопросы.

Он сам не доверил пленных одному источнику.

– Почему?

– Потому что утечка могла быть где угодно.

– В том числе у вас?

– В том числе.

Вот это стоило запомнить.

– И в Палате?

– В том числе.

Я медленно опустила перо.

– Тогда мы согласны больше, чем мне казалось.

– Не делайте поспешных выводов.

– Хороший совет.

Он вернул указку на место.

– Что именно вы хотите найти в списке семи?

– Пока ничего.

– Тогда зачем он вам?

– Хочу сравнить его с первым делом.

Риан замер.

– В каком смысле?

– Кто имел доступ к доказательствам тогда и маршруту сейчас.

– Вы все-таки пытаетесь выйти на Дейра.

– Нет.

– Его имя входит в первую систему.

– И может входить во вторую. Но если войдет, это еще ничего не докажет.

– Вы сами в это верите?

– Да.

Я повернула лист к нему.

– Посмотрите. Дейр руководил первым расследованием. Его подразделение участвует в проверке безопасности маршрута. Если выяснится, что он лично видел маршрут, это будет пересечение.

– И?

– И мы запишем пересечение.

– Все?

– Пока все.

Он явно не был удовлетворен.

– Если бы я хотела обвинить его, уже могла бы придумать красивую историю, – продолжила я. – Следователь подставляет женщину, потом организует ее убийство, чтобы скрыть следы. Просто, понятно, почти убедительно.

– И неправильно?

– Не знаю.

Я пожала плечами.

– Именно поэтому не собираюсь в это влюбляться.

– Во что?

– В версию.

Риан посмотрел на меня так, будто формулировка ему не понравилась.

– Когда версия нравится слишком сильно, начинаешь защищать ее от фактов.

– Вы считаете, именно это произошло в первом расследовании?

Ирония исчезла.

– Пока я считаю, что могло произойти.

Он отвел взгляд первым.

Не пораженно.

Не виновато.

Просто подошел к окну.

Несколько секунд мы молчали.

Я понимала, куда снова пришел разговор.

К женщине, которую он осудил.

К сестре, которую едва не потерял.

К решению, которое до недавнего времени считал закрытым.

– Расскажите мне об Элире.

Риан повернулся.

– Зачем?

– Потому что в деле она пока существует только как жертва.

– Она и была жертвой.

– Я не спорю.

– Тогда?

Я собрала листы.

– Хочу понимать человека, вокруг которого строился мотив прежней Ангелы.

– Вы уже знаете достаточно.

– Я знаю, что Элира ваша сестра, ей дали пепельную соль, она чуть не умерла и собиралась выйти замуж.

– Этого мало?

– Для сочувствия достаточно. Для расследования нет.

Риан вернулся к столу.

– Что вас интересует?

– Какими были их отношения до ссоры?

– Нормальными.

– Очень полезное слово.

– Они не были близки.

– Почему?

Он чуть пожал плечом.

– Разные характеры.

– Это объясняет почти все человеческие отношения и ни одного конкретного.

– Вы хотите знать, ненавидела ли Ангела мою сестру?

– Нет.

– Тогда что?

– Могла ли Элира заметить что-то, чего не сказала следствию. Могла ли прежняя Ангела говорить с ней о вещах, которые тогда показались неважными. Почему их ссора вообще случилась.

Риан некоторое время молчал.

– Элира лучше чувствовала себя при дворе.

– Чем прежняя Ангела?

– Да.

– Это создавало конфликт?

– Иногда.

– Какой?

– Элира считала, что Ангела слишком зависит от мнения Лессаров. Ангела считала Элиру слишком самоуверенной.

Я почти усмехнулась.

– Семейное сходство.

Риан посмотрел холодно.

– Не отвлекайтесь.

– Даже не думала.

– Они спорили из-за приемов, приглашений, распределения обязанностей. Ничего серьезного.

– До помолвки?

– До ее официального объявления.

– И тогда стало серьезно.

– Да.

– Элира хотела этот брак?

Вопрос заставил его ответить не сразу.

– Да.

– Политический союз, который она сама хотела?

– Она и Леон знали друг друга несколько лет. Решение устраивало обоих.

Это было важно.

Никакой несчастной сестры, которую ведут к алтарю против воли.

– Прежняя Ангела возражала против Леона?

– Именно это мы тогда предполагали.

– А что она говорила сама?

Риан сжал пальцы на спинке кресла.

– Что проблема не в нем.

Я перестала писать.

– Что еще?

– Что объявление нужно отложить.

– Почему?

– Не объяснила.

– Совсем?

– Говорила о счетах.

У меня внутри что-то... Нет. Стоп. We need avoid cliché. Continue directly.

Перо остановилось над бумагой.

– Каких счетах?

– Тогда я решил, что речь о финансовых условиях брачного договора.

– Почему?

– Потому что обсуждались расходы, имущество, торговые обязательства двух домов.

– А она сказала, что речь именно о договоре?

– Не помню.

– Это не то же самое.

– Я знаю.

В его голосе впервые за разговор появилась усталость.

Не физическая.

Другая.

– Вы разговаривали с ней после ссоры?

– Да.

– Она пыталась объяснить?

– Пыталась.

– И?

Риан посмотрел прямо на меня.

– Я считал, что она вмешивается в дело, которого не понимает.

Я не стала отвечать сразу.

Можно было сказать многое.

Большая часть была бы слишком легкой.

Сейчас передо мной находился человек, который уже начал видеть собственное прошлое иначе. Не нужно было помогать ему ударом по голове.

– Что именно она сказала про счета?

– Не помню дословно.

– Смысл?

– Что некоторые расходы не сходятся. Что один посредник появляется там, где его не должно быть.

Я очень медленно положила перо.

– Это было до покушения?

– За несколько дней.

– Следствию сообщили?

– Да.

– И что решили?

– Что она пыталась создать объяснение своему конфликту с Элирой после того, как поняла, насколько плохо выглядела их ссора.

– Она говорила об этом до покушения.

– Я знаю.

Теперь без иронии.

Без спора.

Он действительно знал.

Просто раньше этот факт помещался в другую картину.

– Кто проверял те счета?

– Дейр запросил часть материалов.

– Результат?

– Существенных нарушений не нашли.

– Часть материалов?

– Насколько я помню.

Я посмотрела на него.

– Нам понадобятся все.

– Если сохранились.

– Почему могли не сохраниться?

– Обычные хозяйственные документы имеют срок хранения. Часть могла быть передана в Кальдер, часть уничтожена после закрытия периода.

– Когда был суд?

Он назвал дату по местному календарю.

Я пока плохо ориентировалась, но поняла главное.

Прошло не так много времени.

– Тогда шансы есть.

– Есть.

Я снова записала:

«счета до покушения».

Пока никакой «улики».

Только еще один вопрос.

Но впервые прежняя Ангела начала существовать для меня не как женщина, которая оправдывалась после обвинения.

Она что-то заметила до него.

Это могло оказаться пустяком.

Могло быть попыткой вмешаться в помолвку по причинам, которых я не понимала.

Но проверить следовало.

– Элира сможет поговорить со мной?

Риан стал совершенно неподвижным.

– Нет.

– Почему?

– Потому что я не собираюсь приводить вас к ней сейчас.

– Я спросила не это.

– Ответ тот же.

– Она боится меня?

– После того, как едва не умерла и увидела доказательства вашей причастности?

Я выдержала его взгляд.

– Да. Вероятно.

– Тогда не давите.

– Я и не собираюсь.

– Вы только что спросили о встрече.

– Позже. Когда для нее это будет приемлемо.

Риан не ожидал.

Я увидела это по короткой паузе.

– Вы не будете настаивать?

– Если женщина пережила отравление и считает это тело частью причины, мое желание задать вопросы не важнее ее права не видеть меня.

Он медленно опустил руку со спинки кресла.

– Хорошо.

– Когда она будет готова, мне нужен разговор.

– Я спрошу.

Не «решу».

Спрошу.

Мелочь.

Но я услышала.

– Насколько тяжело она до сих пор восстанавливается?

– Физически почти восстановилась.

– Почти?

– Магия слабее, чем была. Долгое превращение пока нежелательно.

– Боль?

– Иногда.

Риан говорил коротко, но теперь я слышала за словами то, чего не было в протоколах.

Не «поражение ядра пламени».

Сестра, которая месяц не могла встать без помощи.

Сестра, которой неизвестный человек едва не отнял способность быть собой в полной мере.

Я представила, как Риан видел ее в первые часы после приема.

И как спустя несколько часов ему принесли коробку с ядом из комнат жены.

Потом документ с ее печатью.

Потом свидетеля.

Потом след на браслете.

Я все еще считала, что он ошибся.

Но теперь ошибка выглядела не как холодное решение над бумагами.

Она происходила рядом с постелью человека, которого он боялся потерять.

Это не оправдывало.

Зато объясняло цену.

– Вы думали, она умрет? – спросила я.

– Да.

Одно слово.

Я кивнула.

Больше не спрашивала.

Несколько секунд слышно было только движение во дворе за окном.

Потом я вернулась к листу.

– Маршрут.

Риан будто тоже был благодарен за смену темы.

– Что с ним?

– Мне нужно понять, через кого он проходил в Палате.

– Я проверю.

– И сообщите мне результат.

– Если он относится к расследованию.

Я подняла брови.

– У нас есть договор.

– Помню.

– Там очень хороший пункт про сведения, связанные с угрозой.

– Я сам его писал.

– После того как я продиктовала.

– Не начинайте.

Я почти улыбнулась.

– Хорошо.

Он собрал бумаги.

Я посмотрела на стопку материалов старого дела.

На протокол Марты.

На заключение по печати.

На разрешение.

И внезапно поняла, чего нам не хватало.

Самого скучного документа.

Поэтому, скорее всего, самого полезного.

– Подождите.

Риан остановился.

– Что еще?

– Пепельная соль.

– Что с ней?

– Ее нашли у прежней Ангелы. Есть поддельное или сомнительное разрешение на получение компонента.

– Да.

– Но сам компонент откуда-то физически выдали.

– Разумеется.

– Значит, где-то должна существовать запись не о разрешении, а о движении товара.

Риан посмотрел на меня.

– Складской реестр.

– Вот.

– Его проверяли.

– Кто?

Пауза.

– Палата.

Я протянула ладонь.

– Мне нужен оригинал.

– Вы уже решили, что там ошибка?

– Нет.

Я посмотрела на закрытый короб с шестью доказательствами.

– Я хочу проверить вещь, которой, скорее всего, никто не пытался придать драматический смысл.

– Складской журнал.

– Самый скучный документ во всем деле.

Риан взял камень связи со стола.

– И что именно вы собираетесь там искать?

Я пожала плечами.

– Время.

– Какое?

– Когда яд на бумаге перестал быть разрешением и стал настоящим веществом, которое кто-то вынес со склада.

Он активировал камень.

По темной поверхности пробежал синий свет.

– Подготовить оригинальный журнал выдачи контролируемых реагентов по делу Ангелы Лессар, – сказал Риан. – И не копию.

Свет погас.

Я посмотрела на него.

– Быстро учитесь.

– Просто хочу закончить этот разговор.

– Конечно.

Но он уже смотрел не на меня.

На сомнительное разрешение.

И мне почему-то казалось, что закончить этот разговор у нас не получится еще очень долго.

Глава 8. Время не сходится

Складской журнал оказался тяжелее, чем некоторые люди.

В прямом смысле.

Двое служащих внесли его в кабинет на специальной деревянной подставке и опустили передо мной с осторожностью, которую обычно проявляют либо к очень дорогим вещам, либо к вещам, способным отдавить ногу.

Книга была толщиной почти с мою ладонь.

Темная кожа на переплете стерлась по углам. На корешке стояло несколько обозначений, из которых я поняла только год.

По крайней мере, решила, что поняла.

После последних дней подобная уверенность требовала осторожности.

– Оригинал? – спросила я.

– Как вы просили.

Риан стоял у окна.

Сегодня без официального камзола, в темной рубашке с закатанными до предплечий рукавами.

Я заметила это раньше, чем следовало.

И сразу вернулась взглядом к журналу.

Работа.

Очень полезное изобретение.

– Кто его принес?

– Из столичного склада Корвелов.

– Того, откуда выдали компонент?

– Да.

Я посмотрела на двух служащих.

Один был совсем молод. Второму перевалило лет за пятьдесят. На поясе у него висела связка маленьких металлических пластин с выгравированными обозначениями.

– Вы работаете с этими реестрами? – спросила я старшего.

– Тридцать два года, леди Ангела.

– Останьтесь.

Он покосился на Риана.

Не на меня.

Риан заметил.

– Останьтесь, – повторил он.

Молодой служащий вышел.

Старший остался у двери.

Я открыла журнал.

Запах старой бумаги, пыли и какого-то защитного состава ударил в нос.

Строки были ровные.

Очень много строк.

Я почувствовала почти родственное расположение.

Человечество могло менять миры, магию и продолжительность жизни драконов, но желание записывать перемещение дорогих вещей в таблицу оказалось универсальным.

– Что именно ищем? – спросил Риан.

– Сначала хочу понять, как это устроено.

– В материалах дела есть выписка.

– Поэтому и хочу оригинал.

Он сел напротив.

Старший хранитель реестров приблизился.

– Где период покушения?

Мужчина быстро нашел нужную часть книги.

Вот еще одна полезная черта людей, которые годами работают с документами.

Для остальных это тонна бумаги.

Для них карта.

Он положил закладку.

– Здесь.

Я наклонилась.

В левой колонке стояли обозначения партии.

Потом название вещества.

Количество.

Основание выдачи.

Получатель.

И несколько столбцов, которые я пока не понимала.

– Где компонент пепельной соли?

Хранитель провел пальцем вниз.

– Саму пепельную соль мы не храним.

– Я знаю. Один из компонентов.

Он нашел запись.

Название мне ничего не сказало.

Зато рядом стоял знак Кальдера.

– Этот?

– Да.

Риан подтвердил:

– Руда с северных разработок. После обработки используется для нескольких видов реагентов.

– И для пепельной соли.

– Да.

Я прочитала строку.

Количество.

Номер партии.

Разрешение.

Рядом с разрешением стояло обозначение личной печати Ангелы Лессар.

Все выглядело именно так, как обещало следствие.

Я достала копию спорного документа.

Сравнила номер.

Совпадал.

– Вот, – сказал Риан.

– Вижу.

– Реестр подтверждает выдачу.

– Реестр подтверждает, что здесь записана выдача.

Он посмотрел на меня.

Я вздохнула.

– Да, я понимаю, что раздражаю.

– Это уже прогресс.

– Не увлекайтесь.

Я снова склонилась к журналу.

У строки было два временных обозначения.

Первое я прочла достаточно легко.

Второе выглядело как двойная цифра с небольшой чертой сверху.

– Это дата?

– Да, – сказал хранитель.

Я провела пальцем рядом, не касаясь чернил.

– Второй месяц, восьмой день?

Хранитель посмотрел на меня странно.

– Нет, леди.

Я остановилась.

– Нет?

– Второй круг месяца. Восьмой день.

Я посмотрела на запись.

Потом на него.

– Объясните.

– У складских книг сокращенная запись. Месяц указывается на начале раздела

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

1...456
bannerbanner