Правда без прикрас

— Ага, — смеётся он и исчезает на кухне.

***

Лежу, как обычно, на лужайке, виляю хвостом. Трава щекочет живот, а солнце греет шёрстку. Между лап бегает майский жук, забавляет меня. Он переворачивается на спинку и смешно дрыгает ножками, пока я тыкаю его носом.

Неподалёку в конуре отдыхает мама, папы снова нет. У папы дела — он вожак большой стаи.

Когда я вырасту, стану таким же крутым, как он. Буду уходить далеко, собирать вокруг себя других псов, и все будут знать, кто я такой. Наверное, тогда папа будет мной гордиться.

Но прямо сейчас становится взрослым ещё рано, поэтому снова придавливаю жука лапой и смотрю, как он выбирается наружу. Он мой самый настоящий друг, хоть и не умеет лаять.

Вскоре нос улавливает знакомый запах. Я мгновенно вскакиваю, подхватываю жука и бегу навстречу. Хочу показать папе, как смешно переворачивается на спину мой друг.

Но не успеваю добежать, как слышу мамин лай. Она стоит у входа в конуру и скалится, не пускает папу. Он молча смотрит на неё. Мама рычит, шерсть на загривке встаёт дыбом, и вдруг она бросается на папу, кусает его. Я прижимаю уши и замираю. Но папа никак не реагирует, не пытается её оттолкнуть. Почему?

Мама снова кусает его, и тогда я тявкаю изо всех сил, так громко, как только умею. Она смотрит на меня, но я не останавливаюсь. Папа по-прежнему молчит. Мама тоже замолкает, а после и вовсе уходит из конуры, из стаи. Я долго смотрю ей вслед и чувствую неприятную пустоту в груди.

Почему она уходит? Я же просто защищаю папу.

Поворачиваюсь к нему, а хвост уже сам пускается в пляс. Наверное, завтра папа возьмёт меня с собой и познакомит со всей стаей, покажет им будущего вожака. Уж теперь-то я точно ему ровня. Но утром он снова уходит один. Ничего страшного, он обязательно позовёт меня с собой в другой раз.

Ложусь рядом с жуком, теперь нас всего двое в большой конуре. Гулять и валяться в траве с другими щенками совсем не хочется, я жду, когда вернутся мама и папа.

Дни проходят, но ничего не меняется, мамы по-прежнему нет, а папа появляется так поздно и так ненадолго, что кажется неправдой. Зато жук всё ещё рядом.

Но однажды утром он перестаёт двигаться. Сначала думаю, что это новая игра, но нос подсказывает: мой друг мёртв. Мне становится грустно и одиноко.

Как же я теперь стану важным псом? Важные псы не грустят!

После этого решаю больше никогда не грустить. Вот тогда мной точно можно будет гордиться.

Но когда папа наконец возвращается, он приходит не один. Рядом с ним бежит щенок — полностью чёрный, и от него пахнет большой стаей, прямо как от отца.

***

Перед глазами мелькает какой-то металлический блеск, и кажется, тело постепенно возвращается ко мне.

Какие, к черту, собаки?! Я только что разговаривал с собаками?! Нет, я был собакой!

Эта мысль кажется настолько абсурдной, что я сгибаюсь пополам от смеха. Слышу, как кто-то смеётся вместе со мной. Хочу разглядеть, кто именно, но всё вокруг плывёт, словно комнату сфотографировал на плёнку безрукий Чебурашка.

Прикрываю глаза и снова вижу металлический блеск, только теперь я могу его разглядеть. Это серебристые крылья из булавок.

Резко открываю глаза. Сижу на каком-то задрипанном диване. Обивка выглядит так, будто на ней мариновали сало, а на подлокотнике красуется прожжённое пятно. Хочется пить. Инстинктивно хватаю какую-то бутылку. По счастливой случайности в ней оказывается вода, а внутри плавают кусочки лимона.

— Вы из Ирландии? — спрашиваю у них и слышу, как рядом снова кто-то смеётся.

Плевать. Открываю бутылку и пью, будто только вернулся из Сахары. От удовольствия аж веки опускаются.

Но расслабиться толком не успеваю — в щёку врезается металлическое крыло. Удар такой неожиданный, что я вздрагиваю и обливаю брюки. Вместе с этим в памяти всплывает, как я сажусь в машину и еду в жалкую деревушку, где у Куры своя плантация.

На другом краю дивана шевелится какой-то незнакомый парень, я двигаюсь от него подальше. На телеке сменяются абстрактные картинки, наподобие эквалайзера, только они совсем не попадают в музыку. Меня аж передёргивает.

Это всё Стас! Я же просил чуть-чуть!

Хватаюсь за край дивана и пытаюсь подняться, но ничего не получается. Мышц в теле будто вовсе нет. Ладно, за руль я точно не сяду, даже если дойду до машины.

Шарю по карманам, с трудом нахожу и разблокирую телефон. Миллиард пропущенных от Ани. Нажимаю «перезвонить», параллельно благодаря человечество за такую функцию, потому что сам бы сейчас не догадался этого сделать.

— Денис? — ударяет по ушам слишком чёткий голос с проговариванием каждой буквы. — Ты где?

— Забери меня, пожалуйста...

***

— Эй, Дэнчик, — трясёт меня кто-то за плечо. — За тобой мамочка приехала.

— Мама? — с трудом разлепляю глаза и вижу Стаса.

— Да чёрт знает, но выглядит так, будто она всех нас тут кастрирует.

— А, — скидываю его руку и пытаюсь встать, но гравитация тянет вглубь дивана.

Стас смеётся, но подхватывает меня под локоть:

— Пойдём, дегустатор.

— Заткнись.

До калитки добираемся совместными усилиями. За ней стоит Анна Викторовна. Узнаю её по пучку, на котором сразу же хочется повешаться. Она подходит ко мне и, обшарив карманы, достаёт ключи от машины.

— Садись, — говорит спокойно, но дальше почти всю дорогу до дома молчит.

Лишь когда въезжаем в город, Аня спрашивает, что заставило меня довести себя до «такого» состояния. Я рассказываю правду — про скуку и желание развеяться. Она уточняет, знал ли я заранее, что меня ждёт в доме Стаса, и после честного «да» тяжело вздыхает. Жду, когда её уже разорвёт на атомы от злости, но ничего не происходит. Она молчит, будто ей всё равно.

Отворачиваюсь к окну. За стеклом мелькают дома и магазины, но смотреть на них не хочется. Внутри снова становится пусто, прямо как в тот день. Рука сама тянется к рёбрам — туда, где вытатуирован отпечаток лапы Жука.

15. Валя

Так и сижу одна в переговорке. Жду, когда меня уже разорвёт на атомы от безысходности, но ничего не происходит.

Прямо под носом стоит кофе с лимоном, а я никак не могу заставить себя подняться на ноги. Будто если я не выйду из переговорки, второй зам вернётся и скажет, что передумал. Пустые надежды, конечно, он не вернётся. И что хуже, я прекрасно понимаю: он не пошутил. Мне действительно предстоит заняться целым бизнес-кейсом.

Молодец, Валя, отстояла свои права. Но что теперь делать со свалившейся на голову ответственностью, от которой так страшно, что руки леденеют?

Снимаю очки и прячу лицо в ладонях. Они все правы, под моим руководством академия не выйдет за рамки презентации начальству. Как я вообще могу управлять командой, если даже с собственной собакой не всегда в состоянии справиться?

Ну хороша, нечего сказать. Заперла Диониса в кабинете, а теперь сижу и жду, что всё каким-то чудом сложится в мою пользу. Можно же было с ним просто поговорить или придумать что-то менее радикальное. Например... блин, даже не знаю.

— Ну наконец-то! — дверь распахивается, и вместе с потоком свежего воздуха в переговорку просачивается Гришка. — А ты чего такая? — плюхается он на соседний стул и слегка касается моего лба. — Температуры вроде нет. Что случилось?

Кажется, со скрипом перевожу зрачки в его сторону и только потом с огромным трудом выдыхаю:

— Мне отдали проект.

— Уже знаю.

— И это ужасно.

— Ужасно? — расплывается в улыбке Синицын. — Да это же топовая новость.

— Чего в ней топового?

— А чего ужасного? — сморщив нос, он отодвигает подальше кофе с лимоном и, чуть склонив голову, смотрит на меня с совершенно искренним недоумением. — Ты же хотела этот проект. Ты сама его придумала и теперь будешь заниматься реализацией. Разве это не топ?

— Придумать и просто поучаствовать в одном из блоков — это не то же самое, что руководить целым проектом. Я ведь даже бизнес-кейсы составлять не умею. То есть в теории, конечно, умею, но фактического опыта у меня ноль.

— Ну вот и научишься.

— У меня всего неделя.

— Значит, придётся учиться быстро.

Он говорит это всё так просто, будто мы обсуждаем не моё катастрофическое положение, а необходимость взять десерт на бизнес-ланче. У меня даже не находится слов в ответ.

Гришка продолжает:

— Ты сейчас так говоришь, потому что никогда этого не делала. Но если не делала, тогда откуда знаешь, что не справишься?

Я снова молчу.

— Вот именно, — указывает он пальцем куда-то в потолок. — Надо сначала попробовать, а уж потом делать вывод: справилась или нет.

А ведь действительно, с чего я вдруг решила, что бизнес-кейс мне не по плечу? Я же уже столько всего придумала. Просто до сих пор смотрела на это как на свою идею, а не как на настоящий проект.

Да, моя версия далека от того, что требуется в реальности, но в качестве основы вполне подойдёт. К тому же в планах пока только пилотный проект, а не полномасштабная ежегодная академия. Для начала достаточно собрать рабочий механизм, посчитать затраты и доказать, что всё это вообще имеет смысл.

— Блин, Гришка! — чувствую, как позвоночник из полукруга вытягивается в струну.

— Блин, Валя?

Кажется, вместе с позвоночником выпрямляются и мысли. Вскакиваю со стула и, не успев придумать ничего лучше, заключаю Гришку в объятия. Сдавливаю так крепко, что он аж кряхтит.

— Ну вот, совсем другое дело, — подаёт признаки жизни Синицын, едва я ослабляю хватку.

Ощущаю себя идиоткой, которую настигла грозовая туча. Только вместо того, чтобы поднять голову и увидеть, что туча размером с диванную подушку, я послушно остановилась в ожидании ливня.

— Спасибо, что не дал промокнуть, — отстраняюсь от друга и уже спешу на выход.

— Промокнуть?

— Потом объясню!

Из переговорки выхожу уже совсем другим человеком. Ну, по крайней мере, мне так думается. Чувствую себя уверенно как никогда — даже четверо коллег, скучковавшиеся у моего стола, не кажутся чем-то апокалиптическим.

— Гриха нам рассказал, что это твоя идея, — делает шаг в сторону Сергей, чтобы я могла пройти к своему месту. — Дионис просто взял её и выдал за свою.

— Не совсем так, — зачем-то защищаю его. Наверное, потому, что второй зам мне фактически... помог? В конце концов, именно благодаря ему у моей идеи появился шанс на жизнь.

— Ага, конечно, — тянет Алина, не отрываясь от телефона. — Просто случайно придумал абсолютно то же самое сразу после того, как ты ему об этом рассказала. Совпадение века.

Не знаю почему, но даже её едкий тон вызывает улыбку. А следующая фраза Людмилы и вовсе воодушевляет так, что кажется: после проекта у меня ещё останутся силы горы свернуть.

— Давай, девочка, теперь мы все в одной лодке и все хотим получить повышенную премию. Поэтому с тебя идея, с нас опыт.

— И кофе, — добавляет Пашка, теребя галстук.

— Кофе сам себе наливай, — тут же огрызается Алина. — А вот если лодка пойдёт ко дну, имейте в виду, я первая сойду.

Дальше всё несётся с такой скоростью, что кажется, будто листы календаря слиплись и вместо одного перелистнули сразу четыре. Бесконечное планирование, переговоры с кадровиками и финансистами. Созвоны с подрядчиками, уточнение цен и сроков. Километровые таблицы с расчётами.

Мы разбиваем весь проект на отдельные блоки, чтобы выяснить, сколько людей понадобится для каждого из них и из каких отделов Аквариума их придётся вытаскивать. Определяем оптимальное количество школьников для пробного сезона академии. Пашка ищет подходящее помещение для обучения. Сергей выясняет, достаточно ли у нас своих компьютеров или придётся докупать. Или даже выгоднее взять в аренду. Людмила следит, чтобы каждый этап вписывался в бюджет, который нам насчитали финансисты. Алина же следит за тем, чтобы эти красивые цифры не испортили красоты самого мероприятия. Я продолжаю заниматься концертами и параллельно собираю все данные в презентацию для начальства.

За несколько дней делаем много всего, но впереди остаётся ещё больше.

Самыми сложными оказываются переговоры с айтишниками. Руководитель АкваGame обещает выделить несколько сотрудников для разработки обучающего материала и дальнейшего преподавания, но на обещаниях всё и стопорится.

Так незаметно пролетает одна неделя и начинается другая. К этому моменту у нас уже большая часть данных собрана. Но самый важный блок — обучающий — всё ещё только в мечтах.

Во вторник прихожу на работу одной из первых и одной из первых узнаю, что ситуация не изменилась. АкваGame по-прежнему молчит. А без айтишников нет смысла во всей проделанной нами работе, нет смысла вообще в ИТ-академии. Кажется, руки опускаются, но я не позволяю себе раскиснуть.

У нас всё получится!

Но могло бы получиться гораздо быстрее, если бы наш гениальный второй зам ещё хоть раз после того случая в переговорке объявился на работе. Хватило бы всего часа. Он бы позвонил руководителю АкваGame и наверняка с ним обо всём договорился бы. Всё-таки у Диониса тоже руководящая должность, его бы не стали игнорировать, как нас.

Так, хватит мечтать! Нет никакого смысла рассчитывать на человека, который словно по щелчку Таноса испарился с лица земли.

Но обида на всю эту ситуацию и на второго зама в первую очередь вдруг затмевает остальные эмоции. Неожиданно со всей силы хлопаю ладонью по столу и сама же от этого вздрагиваю. Становится ужасно стыдно. Резко прячусь за перегородку и тут же утыкаюсь в презентацию.

Постепенно офис заполняется людьми, но мне настолько не хочется отрываться от работы, что я, не глядя, киваю всем, кто со мной здоровается. Лишь на знакомый голос Гришки и его:

— Доброе утро.

Отвечаю:

— Ага, доброе.

Кажется, Синицын говорит что-то ещё, но я, в отличие от него, не умею делать всё одновременно, поэтому, извинившись, признаюсь, что не слушаю. Уверена, он поймёт и не обидится.

В следующий раз отрываюсь от монитора, когда Пашка подходит сообщить, что прямо в здании Аквариума есть подходящее помещение для проведения лекций в академии. Позже Сергей приносит новости по подрядчикам, а Алина предлагает включить в расчёты затраты на мерч.

Постепенно бизнес-кейс начинает походить на бизнес-кейс, но прямо в его середине всё ещё зияет огромная дыра. От этого становится не по себе. Мысли и так кипят, но теперь буквально готовы взорвать черепную коробку, будто в них капнули масло. Беру кружку и отправляюсь на прогулку до кулера.

— В чём проблема? — слышу Гришкин голос, когда прохожу мимо Лилиного стола.

Оборачиваюсь, но ни Гришки, ни Лили не вижу. Вместо них Людмила, чья химзавивка сегодня особенно напоминает облако, обращается куда-то вниз:

— В том и проблема, что АкваGame никого нам не дают, — скрещивает она руки на пышной груди. — Я уже который день обхаживаю их со всех сторон, а толку — как от зонтика в аквариуме.

— И это всё? — снизу снова раздаётся голос Гришки, и я догадываюсь заглянуть под стол.

Так и есть: растрёпанный Синицын сидит на полу и что-то крутит отвёрткой. Рядом с ним выдвижной ящик и ещё какая-то непонятная металлическая штука. Увидев мой вопросительный взгляд, он добавляет:

— Направляющая расхлябалась, вот перекручиваю.

Совершенно не понимаю, о чём речь, но переспросить не успеваю. Людмила с возмущённым:

— Ничего себе «и это всё»! — хлопает по крыше подстольного коллеги.

— Ну а что? — высовывается Гришка. — Вы напрямую к руководителю лезете, а попробуйте пойти от обратного. Обратитесь к тимлидам. Они, может, быстрее до своего начальника достучатся, — пока говорит, поворачивается ко мне. — Валь, у тебя же брат тимлид?

Пока в голове складывается какая-то простая истина, ловлю на себе взгляд Людмилы:

— Какой ещё брат?

— Ну, Рома Крылов, — Гришка берёт ту непонятную железяку и снова пропадает под столом.

— Тот самый Крылов? — от удивления у Людмилы даже кудряшки подпрыгивают. — Этот красивый молодой мужчина-айтишник — твой брат?

— Ну... да, — смущаюсь так, будто комплимент был адресован мне.

— Вот так новость! И что мы тут стоим, бока греем? Ну-ка, быстро к брату в гости!

С какой-то кудахчущей интонацией, подозрительно напоминающей мамину в подобных ситуациях, Людмила тут же подгоняет меня к лифту. Я даже не успеваю ей возразить, как двери закрываются, и вот я уже еду на Ромкин этаж с пустой кружкой в руках.

Вообще, я не очень люблю добиваться чего-либо посредством родственных связей. Более того, за всё время, что я работаю в Аквариуме, поднималась к Ромке только один раз. Причём тогда он встретил меня у самого лифта, и мы сразу зашли в него обратно. Обычно мы с братом встречаемся на парковке в конце рабочего дня или ещё иногда можем пересечься в кафе на первом этаже бизнес-центра. Поэтому меня никогда не волновало, что я понятия не имею, где именно его рабочее место. Даже пока еду в лифте, не беспокоюсь по этому вопросу, но всё меняется, как только разъезжаются двери.

Этаж выглядит так, будто я случайно забрела в мир киберпанка. Ряды чёрных матовых столов, мониторы, двойные мониторы, тройные мониторы. Под столами мигают разноцветные лампочки системных блоков, кое-где на перегородках висят маленькие неоновые фигурки, а из людей почти никто не разговаривает. Зато все с невероятно сосредоточенными лицами стучат по клавиатуре.

— О, привет!

Громкий голос аж заставляет вспотеть ладони. Хотя, может, он вовсе не громкий. Просто в текущей обстановке человеческая речь звучит как нечто запретное.

К счастью, обладателем этого «привет» оказывается Макар. В широких голубых джинсах и клетчатой рубашке поверх белой футболки парень подходит ко мне.

— Пришла в гости? — с любопытством оглядывают меня большие тёмно-карие глаза. — Или по делам?

Вокруг по-прежнему царит такая тишина, что я не решаюсь говорить в голос, как Макар, поэтому перехожу на шёпот:

— Где Ромка?

Кажется, делаю это достаточно тихо, но один из айтишников, который сидит ближе всех, на меня косится.

— К Роману Алексеевичу, значит, — поправляет Макар, и до меня сразу доходит. Ромка только для меня просто Ромка. Для мамы он — Ромочка, для Крис — Аквамен, а здесь он Роман Алексеевич.

— Давай, провожу, — избавляет меня Макар от мучительного желания шагнуть обратно в лифт.

Следую за ним по коридору и к собственной радости быстро оказываюсь в кабинете Романа Алексеевича. Как и полное имя брата, обстановка вокруг него кажется непривычной. Он сидит за широким столом, смотрит в один из трёх мониторов, рядом ещё зачем-то открыт ноутбук, на столе большая кружка с каким-то программным кодом вместо надписи «big boss», а лицо до мурашек серьёзное.

Ромка поднимает голову и, заметив меня, хмурится.

— Что-то случилось, мелочь? — Причём говорит это таким тоном, что даже мама безоговорочно пошла бы убираться в комнате.

— Ничего с ней не случилось, — невозмутимо вмешивается Макар. — Вон, видишь, чай пришла с нами попить.

— Что? — не понимаю я.

— Ну не просто же так ты пришла с кружкой. Тебе какой? Чёрный или зелёный?

Несколько секунд смотрю на него, а потом меня так прорывает на смех от всей этой ситуации и от того, что я притащилась на другой этаж бизнес-центра со своей пустой кружкой.

Глядя на меня, бородатое лицо брата тоже расплывается в улыбке.

— По работе пришла, — наконец выдавливаю сквозь смех.

Сажусь на стул рядом с Ромкой — Макар занимает второй — и начинаю рассказывать про академию, бизнес-кейс и то, что руководитель АкваGame нас уже который день кормит завтраками.

— А раньше почему не сказала? — сводит брови серьёзная версия брата.

— Потому что это моя работа, а не твоя.

Ромка откидывается в кресле и неожиданно деловым тоном интересуется:

— Сколько вам нужно лекторов?

— Хотя бы двое, желательно трое.

— Да без проблем, — тут же оживляется Макар. — Я и Ромыч уже есть.

— В смысле Ромыч? — одна из серьёзных бровей брата трансформируется в знак вопроса.

— Ну а что? Ты самый опытный. Будешь методичку писать. Плюс можешь к Даркнессу обратиться, если высшее звено проигнорирует.

— Нормально ты всё разложил. А третьим лектором кого решил выбрать? Тоже Даркнесса?

— Нет, — отмахивается Макар. — Это уже перебор. Пригласи своего друга-казаха из интерфейсников.

Они ещё несколько минут что-то обсуждают между собой, а я просто сижу и слушаю. Вот так пять минут разговора — и проблема, с которой мы всей командой боремся уже несколько дней, внезапно перестаёт выглядеть проблемой.

И почему я раньше не обратилась к Ромке? Да, мне не нравится добиваться чего-либо с помощью родственных связей. Но я ведь и не прошу его пронести меня на ручках по карьерной лестнице или договориться, чтобы проект одобрили без презентации. Нам действительно нужны люди, а Ромка может с этим помочь.

Значит, ничего такого я не делаю. Просто использую все возможности, которые у меня есть.

Вот только когда Ромка достаёт телефон и звонит руководителю АкваGame, внутри меня всё равно что-то неприятно съёживается. Как ни крути, этот маленький прорыв происходит лишь потому, что я сестра Ромы Крылова.

Стараюсь убедить себя, что это не ради моей собственной выгоды, а ради проекта и людей, с которыми я над ним работаю. Но получается пока не очень.

16. Денис

— Получается пока не очень, но это и не удивительно, учитывая мою занятость, — явно на что-то намекает Лиля, отвечая на вопрос про личную жизнь.

— Не понимаю, — прислоняюсь к стене позади её рабочего места.

— О, правда?

Подкрасив губы, координаторша сжимает их в линию и с характерным звуком «П» резко разжимает.

Офис кажется ещё более унылым, чем обычно. Даже единственная надежда хоть как-то скрасить моё пребывание тут ведёт себя настолько бесцветно, что хочется уснуть.

— А ничего, что в ваше отсутствие, Денис Леонидович, часть обязанностей ложится на меня? — прямо через зеркальце эта самая надежда делает попытку застрелить меня взглядом.

Ну начинается.

От скуки налаживаю зрительный контакт с комнатой отдыха, мысленно прикидывая, какой сделать кофе. Однако размышления слегка притормаживают, когда неподалёку обнаруживается Крылова. Обхватив одной рукой другую, она смотрит куда-то под ноги и время от времени кивает. Рядом стоит Ванёк в своих фирменных штанишках не по росту и что-то активно ей втирает.

— И помимо этого, — продолжает Лиля, — я ещё каждому встречному-поперечному должна объяснять, почему тебя нет на месте. Причём не забыть, что сказала одному, и другому сказать то же самое.

— Не знаю, чем тут помочь. Поучи стишки для тренировки памяти. Говорят, помогает.

— Дени-и-ис, — чуть не взвывает Лиля и полностью поворачивается ко мне. Плохой знак. — Я правда устала покрывать тебя. Да я даже не помню толком, зачем это делаю.

— Ну как? — оглядываюсь по сторонам и снова натыкаюсь на Валю в компании опоссума-переростка, который явно за что-то отчитывает её. — Очень жаль, — снова смотрю на Лилю. — А ведь я спасаю тебя от полного подчинения Ваньку. А ещё тебе нравится шампанское, которое я принесу завтра.

— Две, — отрезает Лиля.

— Что «две»?

— Две бутылки принесёшь завтра.

— Как быстро лечится память, — улыбаюсь координаторше и уже собираюсь стартануть за кофе, как снова замечаю залысину Ванька. — Слушай, не знаешь, что ему нужно от Крыловой?

— Кажется, она забыла доделать какое-то задание, — смотрит Лиля в сторону моего кивка. — Пост для корпоративного портала, что ли.

Интересно. Отлепляюсь от стены и направляюсь к этой парочке. Идти стараюсь не спеша, чтобы успеть хоть что-нибудь услышать.