Проблема майора Багирова

Леха беззлобно попросил его заткнуться, не обратив внимания на поведение друга. Обычно ведь парни смело договаривают свои мысли.

Какие она именно сосны рубит, догадаться несложно, я все-таки медик.

— Надеюсь, под корень хоть рубит, а то потом остатки выкорчевывать приходится хирургам… лесным или полевым хирургам, — хмыкнула я. Леха рассмеялся, а Стас пригрозил отрезать мне язык.

Глава 11

Алеста

Оранжевое солнце скрылось за горизонтом. Удушливую дневную жару сменил прохладный вечер. Опустив немного стекло, я наслаждалась потоками ветра, который приятно обдувал лицо. Стас посапывал на переднем сиденье, Леха вел джип и слушал музыку.

Мне спать не хотелось, но я сидела с закрытыми глазами и наслаждалась тишиной, которую нарушали лишь негромкая музыка и рев двигателей. Мы ехали по пустынной местности, здесь не было никого кроме нас. Ложное ощущение покоя и мира.

— Через час где-то сделаем небольшой привал. Отольем, поедим и двинемся дальше, к утру должны добраться до места, — прерывает молчание Лешка. Мой желудок при упоминании еды издает неприличный звук, хорошо, что в салоне играет музыка.

Стаса не пришлось будить, он сам открыл глаза, когда мы подъехали к месту стоянки. Я не спешила выходить. Леха предупредил, что парни сейчас пойдут отлить. Не хотелось еще раз нарваться на разгневанный взгляд Багирова. На улице было темно, и лишь свет фар освещал местность. Я подглядывать не собиралась, но вдруг нечаянно гляну, а майор опять начнет кричать, что я не мужик.

Кинув на землю спальники, рюкзаки, у кого что нашлось, мы расположились прямо на земле. Распаковали несколько сухпайков, приступили к разогреву консервов на сухом спирте. Не могу сказать, что армейская еда мне нравится, но сейчас я готова была съесть все что угодно.

— Серый, может, тебе лучше не ужинать? — открывая металлическую банку, смотрит на меня Леха. Я готова была вцепиться в эту тушенку и съесть ее холодной, а он мне говорит не ужинать? — На такой жаре консервы могли и подпортиться, а у тебя желудок слабый, — поясняет он для всех. Вот стукнуть бы его чем-нибудь. И Стаса с его легендой заодно.

— Оставь парня, пусть поест, — встрял Стас, достал шоколадку и протянул мне. Еще бы чаю или кофе, но наглеть я не стала. Мне досталось жаркое с курицей, которое я с удовольствием уплетала, пока парни шутили и грели следующие консервы.

Багиров ел тушенку из говядины. Аккуратно так ел, будто совсем не проголодался.

— Извини, — наклонившись ко мне, шепнул Стас. — Придется терпеть мат или затыкать уши, — то, что мы шушукаемся, привлекло внимание Багирова. Он застыл с полной ложкой тушенки, хмуро и подозрительно глядя на меня.

— Я не видел, чтобы она с кем-то общалась. На первый взгляд девочка хорошая, серьезная, а там – кто ее знает? Может, на гражданке у нее кто-то есть, — несмотря на то, что говорить мне было сложно, хотя я всю дорогу чем-то лечила горло, старалась говорить громко, чтобы меня услышал майор. Путь думает, что мы обсуждаем деликатную тему.

«Ты что несешь?» — легко можно было прочесть по выражению лица Стаса.

— Багиров на нас смотрит, — тихо поясняю свою выходку.

— Что за девчонка, Стрелок? — спросил Мечник. С Лехи можно рисовать портрет для актерских классов, как правильно изображать удивление.

— На кого ты там глаз положил? — завелись парни. Ну еще бы они не завелись, на это и был расчет.

— Мы всех девочек на базе знаем. Давай рассказывай, поможем, подскажем. Дадим характеристику… — посыпались скабрезные шуточки.

— Вы ее пропустили, олухи, — ухмыляется Стас. — Не туда смотрели.

— Да ладно?

— Колись, на кого запал?

— Я сказал, вы ее не знаете, — подхватил Стас мое вранье, уверенно поедая свою гречку с подливой и говядиной.

— Этого не может быть. Красивую девочку я бы не пропустил, — смеется Артем.

— Серый, как ее зовут? — парни решили допросить меня. Я пыталась придумать имя несуществующей медсестрички, но Стас, гад, меня опередил и выдал:

— Алеста, — ухмыляясь, произносит. Из-за шума, я надеюсь, его не расслышали.

Стас, вот где твои мозги? Любой из них, оказавшись на базе, выяснит, что я теперь служу в отряде Багирова! Ты бы еще им мой паспорт показал!

Так стоп… паспорт. Меня ведь должны были оформить официально к Багирову в отряд. Там тоже произошла ошибка? Или он просто не проверил, кого ему оформил «писарь»? Неужели и в штабе Борисыч прикрыл? Все чуднее и чуднее.

— Ее зовут Алеста, — теперь чуть громче, так, чтобы все расслышали. — Коротко – Аля, — мечтательно закатывает глаза этот актер погорелого театра! Мое жаркое полезло не в то горло, и Леха с такой силой врезал мне между лопаток, что непрожеванный кусок мяса вылетел изо рта и преодолел траекторию прямо до щеки Багирова.

Глава 12

Алеста

Непрожеванный кусок курицы плавно и никуда не спеша, будто насмехаясь, стекал по щеке командира. Вот что за напасть? Почему нельзя было полететь чуть левее или чуть правее? Когда не надо, я бью четко в цель – закон подлости.

— Серега сегодня поражает своей меткостью, — ржет Мечник, прикрываясь кулаком. Вот не гад этот комментатор?

Курица не успевает упасть Багирову на китель, в последний момент он подхватывает ее пальцами. Смотрит, как на кусок дерьма. Хотя, нужно признаться, приблизительно так это и выглядит.

Вы когда-нибудь видели, как у человека от злости наливаются глаза кровью? Я тоже нет, но сейчас, в темноте, мне казалось, что у Багирова они окрасились багрянцем. Почему багрянцем? Да потому что столько оттенков в его глазах, что лучшего сравнения не подобрать.

— В следующий раз бей, чтобы его сразу вывернуло! — рявкнул майор на Леху так, что тот приосанился. — А тебя не учили жрать аккуратно и с закрытым ртом? — это уже в мой адрес прилетело.

Как-то извиняться и объясняться желание пропало.

Хорошо, что в сухпайках есть стерильные салфетки. Пара штук еще осталась на импровизированном столе после дезинфекции рук. Багиров тщательно протирает лицо, так тщательно, словно боится подхватить от меня какую-то заразу. Так и хочется сказать, что гомосексуализм через слюну не передается. Но боюсь, меня потом никто не спасет.

— Могу справку показать, что ничем не болею, — брякнула с раздражением, когда Багиров так же тщательно стал протираться второй салфеткой. В это время парни как раз разрывали пакетики с галетами, мой хриплый голос потонул в шуме. Майор хмуро глянул в мою сторону, ожидая, что я повторю, но Стас незаметно пихнул меня в бедро, так что язык я прикусила.

Остаток ужина прошел нормально, только, видимо, мой плевок испортил Багирову аппетит, он не стал доедать тушенку, обошелся галетами и джемом.

— Багир, у нас колесо спускает, — крикнул Мечник, когда был отдан приказ «по машинам».

Матерный хор голосов дружно выразил недовольство, но никто не остался в стороне, все направились менять колесо. Все, кроме меня. Я решила отправиться в машину, зато не буду путаться под ногами и мешаться. Закинув под голову рюкзак, прикрыла глаза…

Разбудил меня спор Стаса и Лехи.

— Давай я сяду за руль, а ты отдохни, у тебя глаза слипаются!

— Не дергайся, я не сплю.

Этот спор повторялся еще несколько раз, но за руль Леха Стаса так и не пустил. Утренняя прохлада сменялась жарой. То ли колесо долго меняли, то ли еще что-то случилось по дороге, но подъехали мы к «стоянке» ближе к обеду. Это был большой дом на окраине села. Местами обстрелянный, ограда в осколках, погнутые от крупных снарядов ворота.

Как из муравейника, из нескольких дверей посыпались вояки – встречать ребят. Стас с Лехой забыли обо мне, вышли из машины и попали в объятия друзей. Видно, что переживали.

За нашим автомобилем тормознул второй джип. Натянув маску-шарф на лицо, выползла с заднего сиденья. Тело с непривычки болело, особенно попа. Она наверняка от долгого сидения потеряла округлую форму.

Закинув на плечо рюкзак, двинулась в сторону ребят. Было не просто волнительно, было страшно. Одна среди мужчин…

Ноги подгибались, но я старалась идти ровно, потому что Багиров недовольно косился в мою сторону. Он на ходу отдавал приказы, народ рассеивался, круг становился меньше. Интересно, сколько человек в отряде? Посчитать я не успела, майор посмотрел на меня и выдал холодным тоном:

— Знакомьтесь, ребята, наш новый медик Серега, — кивает в мою сторону Багиров, разворачивается и уходит. Его отношение почти не задевает.

Сбрасывая на землю тяжелый рюкзак, смотрю на команду, в составе которой теперь буду служить.

Лица у мужиков вытянулись, как только они поймали мой взгляд. Я сразу поняла, что дело дрянь. Не спасет меня мой маскарад.

— Ну какой же ты Серега, девонька? — обращается ко мне с улыбкой самый старший из них. — Может, Оля? Лена? Настя?.. — мотаю головой на каждое имя. Улыбаются все в тридцать два зуба, весело им, а у меня ком в горле застрял. Только приехала, теперь обратно чапать. Зная Багирова, может и пешком отправить.

— Меня Алеста зовут, — голос звучит хрипло, горлом надо серьезно заняться. Врать бесполезно, поэтому я стягиваю маску с лица. — Можно просто – Аля.

— Вот интересно, когда командир заметит подставу? — смеется кто-то из толпы. — Он реально не понял, что ты девчонка?

— Никто не понял, — признаюсь я, лица мужчин вытягиваются.

— Ослепли они, что ли? — доносится удивленное из толпы. Толпа – человек шесть-семь.

— Вы ему не говорите, — со страхом в голосе. Не сомневаюсь, что Багиров выпрет меня из отряда, как только поймет, что ошибся. — Мне очень нужно задержаться, — готова слезно умолять, но не приходится.

— Даже мысли такой нет, Аля, — весело, наперебой заговаривают ребята. Ребята, которые значительно старше меня. Предвкушаю какой-то звездец.

— Ну что, прикроем девчонку? — обводит строгим взглядом тот, кто сразу меня раскусил – самый взрослый из них.

— Ставки будем делать?..

— А как же…

— А если другие поймут? Не расскажут? — обращаюсь к старшему.

— Старик скажет молчать – будут молчать, девонька. Ты только сама не проколись…

Глава 13

Алеста

Мужчинам весело, а мне что-то не по себе. Осознание того, что я играю с огнем, накрывает меня паникой. Багиров не дурак и рано или поздно поймет, что его обманули. Ребята каждый день ходят по лезвию ножа, им нужны эмоции, приколы, веселье. Потроллить командира, даже если это потом обернется для них звездецом, сейчас кажется хорошей идеей. А до меня начинает доходить, насколько опасно ходить по острию бритвы.

— Как вы поняли, что я девушка? — обращаюсь к мужчине, который с первого взгляда меня раскрыл.

— Это они зеленые, почти все неженатые, детей нет, — обводит рукой небольшую компанию. — А у меня дома три дочери. Я их один воспитывал. Старшая на тебя похожа. Я в первые секунды думал, что Анька моя опять чудит, жопу собрался пороть, — ребята ухмыляются. — Они бы не поняли, — махнул рукой. — Им же белой ручкой в лицо надо ткнуть, а ты перчатки надела. Губы надуть, глазками пострелять, а ты все спрятала. Еще и волосы обрезала, — недовольно покачал он головой.

— Пришлось, — пожать плечами под грузом бронежилета и рюкзака не получилось. — Тихо, — испуганно прохрипела, когда к нашей небольшой толпе стал приближаться Мечник с двумя парнями. Натянув незаметно на лицо шарф, постаралась расслабиться.

— Серый, идем, покажем тебе располагу, — кивнул Мечник.

— Я сам покажу, — выступил из-за их спин Стас. — Вы тачки Заиду загоните, пусть посмотрит, колеса сразу подлатайте. Лехе с Багиром поспать надо. Не шумите сильно.

— Да у нас тут дело есть, мы шуметь не будет, — загадочно произнес кто-то из толпы. Представляю, какое у них дело – ставки. Хоть одним глазком бы заглянуть в этот список. А может, мне тоже поучаствовать? Денег заработаю…

Заманчиво, но если майор узнает, что я еще и ставки против него делала, точно голову оторвет, обратно не приделает. Плетусь за Стасом, ноги подкашиваются. А я ведь «мужик»! Где моя бравая походка? А нет ее. Я шаги считаю до входа. Спрашивается, зачем я с собой столько всего набрала?

— Потерпи, — чуть слышно произносит Стас.

Мне приятно, что он заметил мое плачевное состояние. Как только мы переступаем порог, он стаскивает с меня рюкзак, а я тихо в шарф мычу от удовольствия.

— Не делай так, — строго произносит Стас. — Фантазии ненужные в башке рождаются от твоего стона, а мы тут без баб неделями находимся, — лучше бы не пояснял. Я так к полу и приросла. Не, ну а что я хотела? Головой нужно было думать, когда на авантюру подписывалась.

Столько мужиков… и без баб… голодные…

А я тут одна….

— Ты чего себе там придумываешь, пошли давай. Никто не тронет, если сама не попросишь.

— Не порошу, — мотая головой. — Честно-честно, мне не надо, — Стас начал надо мной ржать. Заливистый смех, красивый. Я чуть расслабилась, страх начал отступать.

— Не было еще мужика у тебя, Аля? — так легко и просто интересуется, будто не мою девственность обсуждаем, а политику. Ничего не буду отвечать. — Не хочешь говорить – не надо, — подмигивает мне. — Почти пришли. Медики у нас раньше с командиром в одной спальне ночевали, но… — выдерживает паузу, — не нравишься ты что-то Багирову, просил тебя переселить, — усмехаясь. — Мы тут рокировку провели, со мной и Лехой будешь спать в одной комнате.

— Лешка может раскрыть, что я девушка, — не задумываясь, выдаю. Подумаешь, узнает, тут уже треть отряда в курсе, и с каждым часом количество осведомленных будет становиться больше.

— Он уже знает, — выдает Стас и открывает дверь.

Я застываю на пороге. На двуспальной кровати сидит Леха и, насупившись, смотрит на меня. Злится. Интересно, по какой причине? Из-за того, что я оказалась девчонкой, или из-за того, что он узнал об этом только что от Стаса? Ну да, мы это скрыли, но разве стоит из-за таких пустяков расстреливать меня взглядом?

— Где я буду спать? — ничего умнее в мою голову не приходит, чем перевести тему.

— Тут у нас небольшая загвоздка, мы пока не решили, как будем размещаться, — чешет свой лоб Стас, скидывая с головы фуражку. — Даме кровать, — после того, как закрыл дверь, тихо произносит. — Но спать на жестком полу в спальниках то еще удовольствие, после второй ночи можно выбрасывать позвоночник.

— Я буду спать на полу, — тут же подхватываю. Мой позвоночник и так сплющило под тяжестью броника и рюкзака.

— Нет, мы все будем спать на кровати, — недовольно и холодно выдает Леха. Мне с ним спорить страшно. Сейчас он напоминает мне грозного вояку, а не добряка-водителя. — Разместимся как-нибудь. Она большая…

Глава 14

Алеста

«Все чуднее дела твои, Алька», — думала я, косясь на двуспальную кровать. Постельное белье не первой свежести… и даже не второй. Покрывало смято, и не найдешь, где одеяло. Не сказать, что бардак и грязь, но мне, как девочке, захотелось чистоты и свежести. Руки чесались убраться, все вымыть, перестелить постель, постирать…

Со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Неизвестно, как на это отреагируют парни или Багиров, если заметят мои старания. С другой стороны, мне теперь тут жить… и спать на одной постели с двумя мужиками. Так и хочется стукнуть себя раскрытой ладонью по лицу и покачать удрученно головой. Видела бы меня тетя…

Убила бы!

Напоминаю себе, что эта жертва не напрасная. Ладно, ночью разберемся, кто и где будет спать, а пока:

— Где у вас тут медкабинет? — может, там есть какая-нибудь кушетка, лягу на ней.

— Какой медкабинет, Аля? — глаза Стаса полезли на лоб. Я явно недопонимала, куда попала, судя по выражению его лица. — Этот дом нам предоставил местный военачальник. Хозяин с семьей уехали после первых обстрелов. Когда город заняли, нам нужно было где-то остановиться. Мы тут друг на друге спим. Есть кухня. Туалет. Душ – бочка с водой на улице, потому что в ванную комнату прилетел снаряд. Медик наш хранил все запасы в рюкзаке, если кого-то подлатать приходилось, то это где придется. Сегодня мы здесь, а завтра в другом месте. Куда пошлют, заранее не знаем. Мы тебе освободим несколько полок, разложишь аптечку и свои вещи.

Мои ожидания и реальность – разные вещи. Разочарование, неприятие ситуации. В такие моменты хочется спрятаться, поплакать. Выхода нет. Уехать обратно? Придется признаться в обмане, но на меня там ставки делают, не подводить ведь мужиков…

— Пока Багир спит, сваргань что-нибудь поесть, — встрял в разговор все еще обиженный Леха. Прозвучало это так, будто от меня больше нет никакого толку. — Кухню тебе Стас покажет.

— Точно, давно мы нормальной еды не ели, — Стас попытался сгладить обстановку, но меня тон Лехи все равно задел.

Почему мужчины думают, что если ты женщина, то обязательно должна уметь готовить? Отвернувшись от них, принялась снимать броник. Ребята уже успели снять обмундирование. Как только положила его на тумбу, вздохнула с облегчением.

Такая легкость.

Как же хорошо.

Как мало надо для счастья…

Прятаться в спальне не было смысла, тем более Лешка собирался ложиться спать. Скинув берцы, принялся раздеваться…

Отвернулась, когда он снял китель и принялся за штаны. Поправив покрывало, развалился поверх него в одних трусах. Стас внимательно наблюдал за моим смущением. Да, да, я не готова к такому соседству! Решила пока сбежать в душ. Кухня подождет.

Душ, как Стас и говорил, находился во дворе. Какие-то металлические балки были сложены так, чтобы сверху можно было поставить бочку, хотя это скорее небольшая цистерна, которую наполняют водой из шланга.

«Душевая комнатка» из пластика. Вместо двери кусок непрозрачного целлофана. Вроде сквозь него ничего не видно, но настолько короткий, что можно будет рассмотреть мои ноги до самых бедер. А если кто-то заглянет? Выхода не было, я вспотела так, что мне плохо станет, если не приму душ.

— Ты искупайся, я посторожу, — кивнул в сторону «сооружения». Видя разочарование на моем лице, негромко поинтересовался: — Ты чего?

— А раздеваться где?

Стас задумался, а я про себя продолжила:

«Вот неужели легче было построить вот это, чем отремонтировать ванную комнату?»

— У меня шлепки белого цвета, — озвучиваю мысли, которые взрывают мою голову. Надо было брать синие, но мне покрасивее подавай, а не практичнее. Шлепки у меня в размер – тридцать седьмого. Для мужчины маленький. Берцы на размер больше, а я сама мелкая. Поэтому, наверное, нестандартный для мужчины размер ноги не сильно бросается в глаза. Не продержусь. На всех фронтах засада! Даже нижнее белье сушить негде!

Нужно идти сдаваться.

Но ведь парни в меня верят.

— Покараулишь ночью? Я лучше схожу в душ, когда все будут спать.

Чтобы Стас не хмурил брови, пришлось подробно обрисовать ситуацию....

— Иди, сложи сменку в пакет, а я пока что-нибудь придумаю с дверью.

Не время спорить. Искупаться-то хочется. С пакетами Стас хорошо придумал. Не будет же Багиров в них заглядывать. Натягиваю на лицо шарф, опускаю кепку на глаза и спешу наверх. По дороге, как назло, врезаюсь в высокого парня, которого не заметила. Выбиваю у него из рук бутерброд с толстым слоем масла, который, повинуясь закону бутерброда, а также закону подлости, летит маслом вниз.

— Извини. Я уберу, — спешу все исправить. Это чисто женское поведение, но я не знаю, как в такой ситуации повел бы себя мужик. Хорошо, что этот парень знает, что я девушка. Он был в числе встречающих.

— Иди, я сам уберу, — наклоняясь и поднимая хлеб. Масло по полу так и осталось размазанным, но он ведь обещал убрать.

Тихо прокралась в спальню. Леха спал. Вытащила рюкзак в коридор, чтобы собрать вещи. Запасной пакет беру с собой, сложу туда берцы и форму.

Резкий грохот внизу, от которого я дернулась, разлетается эхом по всему дому. Грохот сопровождается громким криком и отборным матом…

Глава 15

Алеста

Мат, конечно, режет слух, но если представить, что там кто-то разбился, то брань оправдана. Я не успеваю подняться с пола и броситься на помощь, следующие две секунды стали катастрофой. В этот момент перед моим лицом распахивается сначала одна дверь…

Успеваю увидеть немного: волосатые ноги, черные боксеры, в которых у мужика почему-то очень тесно. Не успеваю проанализировать увиденное, потому что нужно успеть отскочить к стене. Мужик в черных трусах вниз не смотрит. Не видит ни меня, ни рюкзак, ни разобранных вокруг вещей. Он летит спасать мир. Спотыкаясь о мой рюкзак, летит вперед и со всего маху впечатывается лицом в резко открывшуюся вторую дверь. Откуда мог выйти только Леха…

Леха тоже летит. Раздается очередной грохот. Из-под Лехи вылезает Багиров и, нецензурно выражаясь, ищет взглядом виновника всего этого кошмара.

Хочется стать незаметной и вообще исчезнуть. У Багирова разбита губа, из носа течет кровь. Леха стонет. Они зло смотрит на меня.

Внизу мужики кричат, спорят. Все плохо. Все очень-очень плохо. Леха хочет меня прибить. Поднимается, растирает локти. Багиров уже на ногах.

Смотрю на голого мужика, мысленно отмечаю плюсиком каждую рельефную мышцу. Все тело можно разрисовать этими плюсами. Леха тоже хорош, но он чуть выше, худее и более долговязый.

Вот спрашивается, чем я занимаюсь? Это все от стресса. От стресса и от страха лезет ерунда в голову.

— Что здесь?.. — вспоминая мою мать, требовательно задает вопрос. В двух словах не опишешь, что виной травмы части отряда является всего лишь один слабый медик.

Багиров отводит от меня взгляд. Дышать стало чуть легче, но только до тех пор, пока я не проследила за его взглядом. Вот как?! Как он умудрился ударить рюкзак так, чтобы выбить из бокового кармана коробку с тампонами? Наверное, только идиот не поймет, что в желто-оранжевой упаковке не конфеты.

Зачем я их взяла с собой? Ведь практически ими не пользуюсь. Несколько раз всего понадобились, когда ездила на озеро летом и на речку.

Говорят, что в стрессовых ситуациях мы реагируем, не задумываясь, действуем на инстинктах и выбираем самый правильный вариант решения проблемы. Если есть угроза смерти, то тело складывается в самую безопасную позу. Насколько это утверждение верно, сказать не могу, не проверяла. Но прямо сейчас я действую, не задумываясь. Подхватываю с пола тампон, срываю обертку и, оказавшись на ногах, со словами:

— Как знал, что понадобятся, — уверенно впихиваю тампон Багирову в ноздрю. Он настолько погрузился в свои мысли при виде гигиенических средств, что мои скорые манипуляции не успел остановить на подлете.

— Мы так на практике драчунам кровь останавливали. Иногда за ночную смену вся упаковка расходилась, — нагло и дерзко вру. Горло сжалось не только от боли, но и от страха. Голос звучит, как у восьмидесятилетнего старика. Это мой первый опыт запихивания тампона в ноздрю. Надо сказать, успешный опыт. Первый блин совсем не комом.

Вообще вид у Багирова забавный. С тампоном в носу он смотрится комично. Еще эта веревочка, торчащая из носа.

— Когда кровь остановится, нужно потянуть за веревочку… — на языке вертится «и дверь откроется». Но инстинкт или шокированный взгляд Лехи предупреждают – не время шутить. — …И удалить тампон, — заканчиваю я.

Взглядом меня линчевали, расстреляли и поглумились над телом. Внизу прекращаются крики. Кто-то требует медика. А я продолжаю разглядывать мужика. В больницах столько лет практики – и вот впервые вижу такой образец. В основном попадаются старички, мужики с животиком, редко симпатичные парни, спортсмены – вообще эксклюзив. Но ни у одного не было такого шикарного вида. А тут и спереди, и сзади есть на что посмотреть. Я про плечи и мышцы. Я даже где-то понимаю Светку и весь остальной сестринский состав. Даже трусы на Багирове подчеркивают достоинство. И выглядит это достоинство достойно.

Вот у Лехи тоже все достойно – и плечи, и ноги, и рост, и кубики на животе. Тогда почему я Багирова рассматриваю?

— Завтра же чтобы его здесь не было! — выдергивая тампон из носа, сквозь зубы цедит майор. Тампон прилетает четко мне в лоб. Хлопнув дверью, Багиров скрывается в своей комнате.

То ли тампон его так возмутил, то ли опять заметил мой взгляд…

— Правильно говорят: баба на корабле к беде… Ты не беда, Алька. Ты катастрофа! — шепчет едва слышно Леха. — Багиров правильно делает, что не подпускает вас близко к отряду, — тихо ржет гад. — Не бойся, выспится, успокоится. Идем теперь Зоркого лечить. Только не тампонами, ладно? — держится за живот. А мне вот совсем не смешно, меня только что из отряда выперли.

Эх, вот и сходила в душ…

Глава 16

Алеста

Леха пошел надеть штаны, чтобы не смущать мой девичий взор своим полуголым видом. Я очень просила его вернуться спать, но Лехе представления с Багировым было мало, он желал продолжения веселья.