Ну что, познакомимся заново?

— Почему? — пряча удивление, спрашиваю малышку.

— От поцелуев рождаются мальчики, а я не хочу братика. Я хочу сестричку, — объясняет мне Мия.

Я от этой теории в тихом ауте. Где здесь логика? Хотелось бы уточнить, при каких обстоятельствах рождаются сестрички, но я что-то опасаюсь уточнять. Вдруг теория из разряда 18+? Как потом выкрутиться?

— Мия, кто тебе такое сказал? — на помощь приходит Видана.

— Аня, — отвечает Мия. — Ее папа поцеловал маму, и у них родился братик, — машет маленькими ручками. Ничего криминального в ее пояснении нет, Вида сразу же успокаивается. — Мама, не разрешай себя целовать, — требует малышка. Но я собираюсь плотно войти в их жизнь, а значит, без поцелуев никак.

— Мия, я не собираюсь ни с кем целоваться, — вздыхает Видана, будто устала от нашего разговора. — Ты пришла на площадку играть или слушать сказки? — спрашивает она дочь.

— Играть, — кивая головой для убедительности.

— Тогда иди играй, а сказки я тебе вечером почитаю.

— Я тоже хочу послушать, как ты читаешь сказки, — без какого-либо подтекста, мне просто хочется провести с ними больше времени.

— Ваня, чего ты хочешь? — устало вздыхает.

— Тебя я хочу…

Глава 18

Видана

— Тебя я хочу, — с надрывом и долей злости выдает Лютаев. Видимо, устал рассказывать сказки. Мия убегает на площадку, оставляя нас наедине с Лютаевым.

Опустив голову, приказываю себе не поддаваться, не принимать его слова близко к сердцу, но они все равно цепляют что-то глубоко внутри.

— Как ты себе это представляешь, Ваня? — рассматривая рисунок, начерченный цветными мелками на асфальте, интересуюсь я. В голосе усталость от бессмысленного противостояния. Во мне сидят обида и боль предательства, но так не может продолжаться. Нам нужно решить, как общаться дальше. Не поддаваясь эмоциям, не думая о «нас». «Мы» в прошлом.

— Не прогоняй, Вида, — негромко произносит Ваня, зачесывая волосы пятерней назад. — Позволь присутствовать в твоей жизни и в жизни Мии, — удивляет своей просьбой.

— В жизни Мии? — подняв на него взгляд. — Ты о ней только что узнал, зачем тебе это? — следя за Мией, которая залезает на карусель, интересуюсь я.

— Потому что она часть тебя. Я принял Мию головой, — стукнув по виску двумя пальцами, прикладывает их к груди и добавляет: — Хочу принять сердцем. И запомни, Вида, меня не пугает и не отталкивает наличие у тебя ребенка. На этот счет у тебя не должно быть никаких сомнений, — подходит и садится рядом.

Умеет Ваня своим благородством пробить даже самую твердую броню. Я знаю, что это не просто слова. Он действительно так думает.

— А что скажет твоя невеста, когда узнает, что ты проводишь время с нами? — пытаясь скрыть ревность в голосе. — Будешь скрывать, что приезжаешь к нам? — пытаюсь его задеть, ведь, скорее всего, так и будет.

— У меня нет невесты, Вида. Я не стану вдаваться в подробности своих отношений с другой девушкой, но они точно не предполагают свадьбу и семью, по крайней мере, с моей стороны, — глядя мне в глаза, произносит Ваня. — Я не обманывал Агату, не давал ложных надежд, — делится со мной своей правдой, но я уверена, что у Агаты она другая.

— Ты просто ее использовал, Ваня? Ни одна девушка не будет встречаться с парнем, если он ей не нравится, — озвучиваю свои мысли, но подозреваю, что Ваня прекрасно все понимает. У меня есть ощущение, что Ваня собирается с ней расстаться.

— Мы дружили… потом оказались в одной постели… — нехотя признается. — Мы использовали друг друга.

Не понимаю я таких отношений.

— Что бы ты сейчас ни сказал, ты сделаешь ей больно! Агата любит тебя, — по крайней мере, мне так показалось, когда мы общались с Агатой. Возможно, она ищет выгоду в отношениях с Ваней, но у нее точно есть к нему чувства.

— Оставь этот вопрос решать мне, — отрубает Ваня, давая понять, что тема закрыта. Не очень-то и хотелось говорить о его отношениях с Агатой. Ваня прав, это не мое дело. Пусть разбираются сами.

Какое-то время мы молчим. Выпрямившись на скамейке, я слежу за Мией, которая сидит на круглой карусели, а мальчик постарше катает ее. Отталкиваясь ногой от земли, он раскручивает карусель.

— Решай, я вам не мешаю, — ставлю точку в этой теме. Достаю телефон из кармана, проверяю время. Полчаса мы еще можем побыть на площадке, а потом нужно возвращаться, мне надо покормить малышку.

— Мия, стой! — срываюсь со скамейки, когда вижу, что Мия встает на ноги. Она на полном ходу собирается слезть с карусели. У меня сердце останавливается, боюсь не успеть. Кажется, что я двигаюсь не быстрее улитки. — Мия!!! — кричу я, бегу. Ощущение, что несколько метров растягиваются в километры.

У Вани, в отличие от меня, отличная реакция и скорость. Он успевает схватить Мию до того, как она слетает с карусели. Вот она опускает ногу на специальное покрытие для детских площадок, а в следующую секунду оказывается в руках у Лютаева.

— Мия, сколько раз я говорила, что нельзя слезать с карусели, пока она не остановится?! — перепугавшись, принимаюсь ее ругать.

Хотя ругать нужно меня. Она еще маленькая, я должна была быть рядом. Должна была лучше следить за ней.

Я не позаботилась о ее безопасности, а потом сорвалась на ней. На глазах малышки блестят слезы. И в них виновата я. Мне стыдно за свою несдержанность, сама готова расплакаться.

— У меня звездочки прыгают перед глазами, видишь их, Мия? — отворачивая от меня дочку, улыбаясь, спрашивает ее Ваня. — Вот здесь зеленая, — показывает пальцем куда-то в небо. — А вот здесь красная, — указывает в противоположную сторону. — Смотри-смотри, вот здесь желтая, — продолжает отвлекать Мию.

— Где? Я не вижу, — крутит моя малышка головой во все стороны.

— Не видишь? — притворно удивляется Ваня. — Значит, у тебя голова совсем не закружилась, когда ты каталась на карусели? — продолжает «удивляться». Мия уже и забыла о неприятном инциденте.

— Не кружится, — насупившись, мотает головой Мия.

— Значит, — изображая задумчивость, — нужно искать другой способ, чтобы увидеть звезды, — воодушевленно выдает Ваня. Обняв себя за плечи, стою чуть в стороне и наблюдаю за ними. Лютаев отличная нянька, прекрасно ладит с Мией.

— Для планетария она маленькая, — негромко произношу, чтобы слышал только Ваня. Мия отвлекается на плач ребенка, упавшего на ровном месте.

— Я понимаю, Вида, — отвечает Ваня. — Мия, ты любишь пиццу? — переключает на себя ее внимание.

Собирается пригласить нас в кафе? Я не должна соглашаться. Нам не нужно сближаться с Ваней, но, несмотря на все доводы разума, я подумываю согласиться.

— Люблю! А еще люблю гамбургеры, картошку фри, мороженое… — старательно загибает пальчики моя малышка.

— Мия… — останавливаю ее. Я пока не приняла окончательное решение, но эти двое будто уже сговорились.

— Я знаю кафе, в котором есть все, что ты перечислила. А еще там есть звезды. Хочешь на них посмотреть? — эти заговорщики сейчас обо всем договорятся без меня.

— Хочу! — торжественно соглашается Мия.

— Можно вас пригласить? — наконец-то Лютаев обращается ко мне.

Не совсем честно с его стороны сначала переманить на свою сторону малышку,а потом звать меня, но я не злюсь. Наверное, у меня на это не осталось сил, до сих пор руки трясутся. Мии, как и мне, не помешает отвлечься.

— Можно, — соглашаюсь я пойти с ним и Мией в кафе…

Глава 19

Иван

— У тебя нет детского кресла, — заявляет Видана, заглядывая в мою тачку.

Блин, не подумал! Попадос. Недолго длилась радость. Зная Виду, она уже готова соскочить с крючка, на который я так старательно ее подсекал. По взгляду вижу, что испытывает облегчение.

— Заберем из твоей машины и установим кресло в моей тачке, — не предлагаю, не спрашиваю, а ставлю перед фактом. — Ключи где? — демонстрирую решительный настрой.

— В квартире. Вань, слишком много телодвижений, давай в следующий раз сводим Мию в кафе, — легко отказывается от поездки. Мог бы уступить, но следующего раза может не быть.

— Поездку в кафе отменять не будем. Мы с Мией хотим посмотреть на звезды, — нечестно с моей стороны использовать ребенка, но это из благородных побуждений. Я хочу заботиться об этих девочках. Защищать их. Неспокойно мне, что они остались одни и без защиты

Служба безопасности отца, пока собирала досье, прихреневала, что с таким бизнесом и доходами у Мии нет ни охранника, ни водителя. Хоть какой-то мужик должен быть, чтобы тупо занести покупки в дом или накачать колесо при необходимости, подстраховать с ребенком. А она даже о безопасности не думает. Все сама! Самостоятельная, блин…

— Ты поднимись за ключами, а мы подождем, — предлагаю я.

Мия пытается слезть с рук, не хочет оставаться со мной. Это и понятно, я для нее посторонний мужик. Она чувствует себя в безопасности, пока рядом мама. Подкидываю Мию у себя над головой, не слишком высоко, только чтобы подарить эмоции. Я заметил, что она бесстрашная. Малышка счастливо визжит и смеется.

— Мне нужно ее переодеть. Посмотри на ее колени, — произносит Вида, тяжело вздыхая. Тянет руки за дочкой, которая радостно сбегает в объятия матери.

Не хочется мне их отпускать одних. Есть предложение подняться вместе, но опасаюсь передавить.

— Ок. Я подожду, — отступаю.

Девочки уходят. А я вбиваю в телефоне адрес ближайшего магазина автокресел. Нахожу подходящий, тут в пятнадцати минутах езды, оформляю заказ, доплачиваю за быструю доставку. Директор магазина лично привозит мне самое лучшее кресло, что было в наличии, и помогает установить. Оно теперь в моей машине на постоянной основе. Представляю, сколько вопросов посыплется от родных и знакомых.

«Девочки не торопятся», — посматривая на часы, мысленно усмехаюсь. Надеюсь, меня предупредят, если решат бросить. Вряд ли Вида так поступит.

Ожидание затягивается, и, чтобы убить время, звоню Агате. Несколько дней пытаюсь с ней увидеться и поговорить, но Агата избегает встреч, будто чувствует, что пришло время ставить точку в наших отношениях. А может, просто обижена на мое безразличие и желает подобным поведением наказать меня. Последние две ночи она ночует в родительском доме. Раньше вечера она проводила в квартире, а теперь тусуется с подругами в клубах, умалчивая название, чтобы я туда не подъехал. При желании я мог бы узнать адрес в течение двадцати минут, но вести беседы с пьяной девушкой — зря тратить свое время.

— Привет, Ваня, — после четвертого гудка принимает вызов. Голос бодрый и радостный. Есть шанс, что сегодня мы поговорим.

— Привет, чем занимаешься? — интересуюсь, слыша на заднем фоне музыку.

— Я как раз собиралась тебе звонить, — с придыханием выдает она. Раньше меня это могло завести, но сейчас, несмотря на недотрах, организм никак не реагирует. — Ваня, я записалась на курсы минета, — сообщает мне, а я подвисаю. Наверное, она ждет от меня возгласов восторга, а у меня в голове одни матерные слова.

— На хрена? — озвучиваю самую безобидную мысль.

— Чтобы привнести в наши отношения остроты. В последнее время я чувствую, что ты ко мне охладел. Наш тренер гарантирует, что по завершении курса страсть вспыхнет с новой силой. Приходи ночевать домой, мне нужно закреплять полученные навыки, — томно тянет слова.

Ля!

Не помню, чтобы жаловался на неумелый минет! Агата вполне прилично сосет, меня все устраивало. Дело ведь не в минете, какой бы классный ни был отсос, он не разожжет чувств.

— Вань, кинь мне на карту тысяч триста-четыреста, можно чуточку больше, — включая лисицу, просит денег. Перед глазами четко встает картинка, как она закусывает нижнюю губу и хлопает глазами, будто ей неудобно.

— Курсы оплатить? — подкалываю ее.

— С девчонками хотим сходить пошопиться, а у меня на карте мизер остался. Отцу звонить не хочу, опять бурчать будет, что мне самой пора зарабатывать, — фыркает недовольно. — Вань, куплю классное белье, устрою тебе жаркую ночь, — звучит предложение, которое мне совсем не интересно. Я другую девушку мечтаю увидеть в белье, а желательно без ничего.

— Агата, давай вечером сходим куда-нибудь поужинать, — выдвигаю встречное предложение. Прикрываю глаза в ожидании ответа.

— Поужинаем дома. Я закажу еду, — звучит томный голос в динамике телефона. — Включу медленную музыку, зажгу свечи, — продолжает Агата, а я на ее месте представляю Видану. — Буду сидеть напротив тебя в сексуальном нижнем белье и наблюдать, как разгорается твой аппетит, — низким хриплым голосом проходится по нервам. Аппетит мне разжег образ Виданы в белье…

Открыв глаза, вижу, как из подъезда выходят Видана и Мия.

— Мне сейчас некогда, Агата, поговорим вечером, — собираюсь сбросить звонок, но она опережает и торопливо интересуется:

— Где ты, Ваня?

— У меня дела, Агата, — отрезаю металлическим голосом. Прежде чем отбить звонок, слышу:

— Вань, не забудь кинуть деньги на карту…

«Стоило подождать», — ловлю себя на мысли, когда вижу, как принарядились малышка и Вида. Выглядят шикарно. Оставив телефон на приборной панели, открываю дверь, выхожу навстречу Видане и Мие. Малышка в светлом платьице и кожаной курточке выглядит очень стильно. Видана в бежевой длиной юбке и черном приталенном пиджаке будто повторяет образ дочки. Таких красавиц нужно вести в самый дорогой ресторан, но Мие там будет скучно.

— Я предлагала надеть более удобную одежду, но моя модница категорически отказалась надевать штаны и мне не позволила, поэтому мы задержались, — объясняет Вида, не испытывая ни капли смущения, что заставила меня ждать.

— Вы обе очень красивые, — и это не комплимент, это констатация факта.

Вида достает из сумочки ключи от своей машины, не успевает протянуть мне, замечает детское кресло на заднем сиденье.

— Как? — удивляется она, сдерживая улыбку. Хочется верить, что ледяное сердце моей королевы начинает оттаивать.

— Доставка, — коротко объясняю. Подхватываю малышку, усадив в кресло, пристегиваю. Наблюдаю, как Мия старательно поправляет свое красивое платье. Вида не ждет помощи, самостоятельно забирается на переднее пассажирское сиденье. Отмечаю, что она села со мной рядом. Двигаюсь в правильном направлении.

Заняв водительское кресло, завожу двигатель и трогаюсь с места. Телефон вибрирует короткой трелью, привлекает внимание Виды. Она бросает короткий взгляд на экран, где от Агаты светится сообщение:

«Ваня, пожалуйста, скинь мне денежку…»

Глава 20

Ваня

Слово «денежка» — вырви глаз.

Агата знает, что я его терпеть не могу, но продолжает употреблять в письменной и устной речи. Вхожу в онлайн-банк, скидываю сумму, превышающую ее запрос. Вида одаривает меня холодным равнодушным взглядом. Успела прочитать сообщение и сделала не совсем правильные выводы.

Когда я предложил Агате жить вместе, то взял на себя ответственность за нее. Обязательство, которое я, как мужчина, должен выполнять — содержать женщину, с которой вместе живу. Предчувствую, что Вида опять превратится в колючку, к которой не подступиться. Я не могу объяснить ей понятные каждому нормальному мужику вещи. Я пополняю карту Агаты пару раз в месяц на протяжении долгого времени, пока мы не расстались, эту обязанность с меня никто не снимал.

«А-а-а-а… Зачем так много?! — тут же прилетает от Агаты. Деньги уже поступили на счет, вот она и радуется. — Спасибо!», «Ты лучший», «Люблю тебя!» — прилетает сразу несколько сообщений, следом летят поцелуи и сердечки.

Деньги совесть мою не очистят, но, возможно, помогут Агате стойко перенести разрыв. Возвращаю телефон на приборную панель. Кладу его экраном вверх. Я не собираюсь ничего скрывать, просто не считаю нужным рассказывать Видане о своих отношениях с Агатой. Придет время, мы обо всем поговорим. Она сможет задать любые вопросы.

Завожу двигатель, медленно выезжаю со двора.

— Мама, смотри, там Дима! — тыкая пальчиком в стекло, кричит Мия. — Мама, давай возьмем Диму с собой, — просит малышка.

Перевожу взгляд на Видану, она, отрицательно мотнув головой, предупреждает, чтобы я не останавливался.

— Мия, мы не можем взять Диму. Его маме это не понравится… — поворачивается Вида к малышке и на понятном языке объясняет, что договариваться о таких вещах нужно заранее.

— Мы уже приехали? — спрашивает Мия, когда мы останавливаемся на повороте возле баннера с яркой вывеской — рекламой циркового шоу.

— Нет, Мия, еще не приехали, — повернувшись к малышке, произношу с улыбкой. Как назло, в это самое время на телефон приходит сообщение. Медленно разворачиваюсь. Взгляд Виды прикован к экрану телефона.

«Этим вечером и ночью я вся твоя», — читаю сообщение от Агаты. Никак не реагирую, а напряжение в салоне растет. Нужно что-то сказать, развеять ее подозрения. Сказанным мною словам она не поверит. Завяжется спор, а у нас в машине ребенок. Мия не должна становиться свидетельницей наших ссор. Но и наблюдать молча, как изнутри леденеет королева, запирая все чувства на замок, тоже не получается.

— Я пригласил ее вечером в ресторан, чтобы поговорить. Только это. Никакого продолжения не будет. Вида, я не буду играть на два фронта, ты это знаешь, — негромко произношу, глядя на застывший профиль.

— Это твоя личная жизнь, меня она не касается, — обдает меня морозной крошкой.

— Касается, Вида, — резко отрезаю. Королева выбирает тактику игнора. Доезжаем до кафе почти в полном молчании, лишь Мия разбавляет своими вопросами тишину в салоне автомобиля.

Поездка в кафе проходит совсем не так, как я планировал. Думал, Мия будет играть, а мы поговорим, но Вида предпочла находиться все время рядом с дочкой. И в игровой комнате, и на батутах, и за столиком, за которым Мия с большим удовольствием съела почти три куска пиццы. Сегодня растопить ледяное сердце Снежной Королевы мне точно не удастся…

****

Заказав столик в тихом уютном ресторане, подъехал чуть раньше, чтобы дождаться Агату. Заказав стакан воды, достал телефон, залез в галерею. Сегодня я пополнил коллекцию новыми снимками. Пока Вида не видела, фотографировал ее и малышку. У меня до сих пор хранятся в компе ее фотографии еще со времен школы, есть снимки, на которых мы вместе…

Засмотревшись на Видану, пропустил момент, когда в ресторан вошла Агата. Приближающийся стук каблуков заставляет оторваться от телефона.

— Любимый, — Агата спешит меня поцеловать, но я делаю вид, что не заметил ее порыва. Поднимаюсь со стула, ее губы в этот момент мажут воздух возле моего рта.

— Привет, — отодвинув для нее стул, жду, когда она сядет за столик.

Мою холодность Агата заметила, вижу, как недобро блестят ее глаза. Прерывает наши гляделки официант, подоспевший с папками меню.

— Что будешь заказывать? — спустя минуту спрашиваю Агату, хотя она даже не притронулась к меню.

— Что это сейчас было? — мое равнодушие поднимает в ней утихшую бурю. Из каждой ее поры сочится обида и возмущение. — Я думала, между нами все наладилось. Я купила новое белье, приготовила дома сюрприз, а ты даже поцеловать меня не захотел, — с дрожью в голосе, выговаривает сквозь зубы. На кончиках ее ресниц блестят слезы, готовые сорваться в любой момент.

— Я хотел поговорить с тобой, Агата. Поговорить о нас, — притянув к себе стакан с водой, делаю пару глотков.

— О нас? Ну хорошо, давай, я слушаю, — сложив руки на груди, воинственно смотрит на меня.

— «Нас» давно нет, Агата, — о том, что никогда и не было, я проговариваю про себя. Мне сложно подобрать слова, чтобы красиво расстаться. Все, что крутится на языке, обидит ее.

— Что значит «нас давно нет»? — повышает тон, но, оглядевшись, тут же его сбавляет. Наверное, неплохое все-таки было решение поговорить в ресторане.

— Я не вижу нас вместе, Агата…

— Испугался помолвки? — зло хмыкнув, отворачивается от меня. — Так это была шутка, Ваня. Всего лишь шутка, а ты запаниковал! Никто тебя не тянет в ЗАГС! — опять забывается, где мы находимся, и повышает голос. Официант направляется к нам принять заказ. Махнув рукой, прошу его не подходить пока. Парень понимает, разворачивается и уходит.

— Я не боюсь женитьбы, — растирая напряженный лоб, произношу я. — Агата, ты замечательная девушка, но семьи у нас не получится…

— С чего ты взял, что не получится? — перебивает меня. — Можно ведь сходить к психологу, разобраться, в чем мы не совпадаем, и попытаться это исправить, — отказываясь меня услышать, Агата предлагает свои варианты. — Когда ты прислал сегодня деньги, я думала, что между нами все наладилось, а ты просто откупился от меня! — подавшись вперед, выговаривает она. Хватает со стола салфетку и промокает под глазами скатившиеся слезинки.

— Я не откупался от тебя, а закрыл свою потребность оставаться до конца мужчиной.

— Что бы ты ни говорил, ты от меня откупился, Ваня! Чем я тебя не устраиваю? Что во мне не так?

— Все так, Агата. Кто-то другой наверняка оценит…

— А почему ты не ценишь?! — перебивает меня. Отбросив салфетку на стол, задевает мой бокал, который я не успеваю подхватить, он летит на пол и разлетается на осколки. — Почему ты не хочешь быть со мной?! — плача, требует ответа.

— Потому что люблю другую, — честно заявляю, хотя знаю, что Агате это причинит боль. Ложь оскорбит ее еще больше. Ничего не сказав, она поднимается из-за стола и уходит из ресторана.

Вокруг суетится уборщица, официант просит пересесть за другой столик. Оставив на столе две крупные купюры, покидаю ресторан голодным. Выхожу на улицу, вдыхаю прохладный воздух.

Вот и все…

*** ***

Глава 21

Видана

Звонок в домофон проходится громкой трелью по натянутым нервам. Хоть я и знаю, кто пожаловал к нам в гости, все равно раздражаюсь. И мое настроение никак не связанно с гостем. Марио может приходить и навещать Мию столько, сколько захочет, потому что любит ее, но…

Но на данный момент у меня нет сил быть милой, а гостю нужно улыбаться и чем-то угощать. Проблема в том, что мне стыдно пригласить Марио за стол. Мия разбросала кашу по всей кухне, разлила чай и разбила чашку, а теперь ревет на весь дом, требуя ее склеить, а у меня не получается ее успокоить.

Открыв дверь, возвращаюсь к рыдающей на диване Мие.

Малышка капризничает. Обычно она не настолько капризна во время болезни, но тут Мия впервые принесла из садика стоматит. Высокая температура, боли в ротовой полости делают малышку просто невыносимой. Ей не нравится диета, которую прописал врач. Она не дает мазать ей горло и полость рта. Не спорю, лекарства на вкус так себе, но даже смазать не дает. А то, что с боем получается нанести на слизистую, тут же сплевывает. Вот так и лечимся…

— Мия, хватит плакать, — уговариваю ее, стирая крупные слезы с мокрых щек. — Купим тебе самую красивую чашку, которую ты сама выберешь.

— Я не хочу новую, я хочу мою, — продолжает реветь и горестно всхлипывать.

— Хорошо, как только ты успокоишься, прополощешь ротик и примешь лекарство, я начну склеивать твою чашку.

Психологи советуют не врать детям, но я бессовестно вру, потому что нет сил искать правильный подход.

— Не хочу мазать горлышко, — упрямо сжимает губы.

— Сначала мы выпьем сладкий сироп, — предупреждаю малышку. Жаропонижающие она принимает с удовольствием.

— Мия, привет! — появившись в дверях, радостно машет малышке Марио. Обычно ей нравятся его яркие наряды, но сегодня она никак не реагирует на стильный образ, лишь дует губы и хмурит брови. — Смотри, что я тебе принес, — достав из брендового пакета классный джинсовый костюм и фисташкового цвета рубашку, машет ими в воздухе…

Совместными усилиями нам удается проделать все манипуляции, которые помогут малышке скорее поправиться. Температура спадает, и Мия забывает о капризах. Пока Марио занимает ее мультиками и игрой, я навожу порядок на кухне. Фотографирую крупный осколок чашки, на котором сохранилось любимое изображение капибары и черепашки. Позже поищу в интернете.

Уложив дочку на дневной сон, наконец-то завариваю себе и Марио кофе.

— Выглядишь ужасно, — садясь за стол, как всегда прямолинейно заявляет старый друг. — Я могу остаться с ней, а ты сходи в салон и приведи себя в порядок, — брюзжит Марио, отпивая глоток из чашки.

— Не сегодня, — отвечаю, закатывая глаза.

— Видана, нельзя даже дома выглядеть…

— Марио, отстань. Кроме Мии… и тебя, никто меня не видит, — быстро исправляюсь, чтобы он не обиделся.

— Мы тоже хотим видеть тебя красивой, — отклоняя звонок, произносит он. — Выглядишь уставшей, — забирая со стола чашки, идет их споласкивать. — Как только Мия поправится, я могу с ней оставаться вечерами, а ты сходи развейся. Найди себе, наконец-то, мужика, — предлагает не в первый раз Марио. Каждый раз обещаю воспользоваться его предложением, но на свидание мне сходить не с кем. Перед глазами всплывает образ Лютаева, но я отбрасываю мысли о нем. Ваня и так не дает мне о себе забыть, звонит по нескольку раз на день.