Ну что, познакомимся заново?

Глава 1

Видана

— Миюша, нам нужно поторопиться, или я опоздаю на учебу, — перебирая в гардеробе наряды, предлагаю малышке платья на выбор. Плохая была идея — доверить выбор ребенку.

Я и так проспала лишние двадцать минут. Вчера допоздна рисовала эскизы для осенней коллекции, которые Марио наверняка забракует. Стоило учиться три года в Италии, чтобы мои собственные сотрудники меня критиковали?

— Хочу белое, — сидя на кресле и покачивая ножками, тычет маленьким пальчиком крошка в открытый шкаф.

— Мия, на улице сыро и прохладно, белый сарафан не подойдет. Тем более его уже видел Арсений, — применяю нечестный прием. Моя малышка настоящая модница и в свои неполные три обожает внимание четырехлетнего поклонника, а тот всегда замечает ее новые наряды. — А вот это бежевое платье мы еще никуда не надевали, — вытаскивая из шкафа наряд. — К нему и сумочка есть…

— Его хочу, — соглашаясь, кивает Мия. Посматривая на часы, быстро одеваю кроху. Темные кучерявые волосы собираю в два хвостика и цепляю на них белые бантики.

На себя времени не остается. Собрав волосы в хвост, подкрашиваю блеском губы и прохожусь тушью по ресницам. Надеваю первые попавшиеся джинсы и короткий белый топ с длинными рукавами.

— Мия, пойдем, — прихватив с собой ключи и два рюкзака, выходим из квартиры.

— Мама, красивые у тебя волосы, — Мия хватает кончики моих волос и сжимает их в своем кулачке, пока я пристегиваю ее в детском кресле. Я перекрасилась, когда сняла траур по маме. Хотелось кардинально изменить в себе все, но решилась только подстричься и сменить цвет волос. Ни разу об этом не пожалела. Длина давно отросла, а цвет я оставила, мне нравилось быть рыжей. — Я тоже такие хочу, — задумчиво тянет кроха. Тему не развиваю, а то мы еще надолго задержимся, быстро целую пухлую щечку и скорее сажусь за руль. — Мама, а можно мне тоже волосы покрасить? — кричит Мия, пытаясь привстать в кресле.

— Нет, — добавив голосу строгости. — У тебя самые красивые волосы в мире, не нужно портить их краской. Ты у кого-нибудь видела такие пружинки? — спрашиваю малышку, стараясь не отвлекаться от дороги, но взгляд все равно постоянно возвращается к ней.

— Нет. Таких пружинок ни у кого нет, — долго мотает головой, даже начинаю переживать, что она у нее закружится.

Моя малышка больше взяла от своего отца — итальянца, чем от мамы. Славянского в ней — только прозрачно-голубой цвет глаз, который контрастирует со смуглой кожей и кудрявыми черными волосами. А еще у Мии длинные загнутые ресницы…

— Мама, включи музыку, — отвлекает меня от любования ею. Остаток дороги Мия молчит, подпевая невпопад иностранным исполнителям, смотрит в боковое окно. Она такая забавная. Прячу улыбку от крохи, а то она перестанет петь. Остановившись на светофоре, устанавливаю камеру на приборной панели, включаю видеозапись, чтобы запечатлеться этот момент.

Добравшись до частного детского сада, передаю Мию воспитателю и спешу на занятия. Поступить меня заставили Кира и Марио. Я ничего не понимаю в управлении и финансах, но, если хочу, чтобы мамин бизнес приносил прибыль, нужно учиться. Успокаиваю себя тем, что программа рассчитана всего на два года.

Приезжаю к Академии за десять минут до начала занятий. С парковочными местами проблема, удается найти свободное в дальнем углу площадки. Успею добежать до аудитории. Выдохнув, забираю с пассажирского сиденья рюкзак.

Двигаюсь в сторону проходной, чтобы не застрять в очереди у турникетов. Большинство студентов никуда не спешат, медленно движутся в потоке. Кто-то и вовсе никуда не торопится, подпирая задницей капот автомобиля, курит с друзьями…

Рассматривая толпу парней и девчонок, стоящих у ворот, спотыкаюсь взглядом о знакомый профиль. Столько раз я ошибочно видела его в толпе, что и сейчас хотелось бы ошибиться…

Но это он…

Лютаев Иван Егорович — моя первая любовь, которая до сих пор отзывается горечью…

Глава 2

Видана

Мы не виделись шесть лет!

Все давно забыто, стерто в пыль и развеяно по воздуху. Тогда почему ноги отказываются двигаться дальше? Почему глаза с жадностью срисовывают его образ, замечая даже малейшие изменения во внешности?

Ваня стал старше, мужественнее. Сейчас мне кажется, что даже выше ростом. Раздался в плечах. Сменил прическу. Ему идет.

Он что-то говорит друзьям, на заостренном лице с усмешкой двигаются губы. Я знаю, как эти губы умеют целовать…

«О чем я думаю?!» — тряхнув головой, злюсь на себя.

Проблема в том, что Ваня был моей первой и пока единственной любовью. Судьба сложилась так, что мне некогда было думать о личной жизни, ходить на свидания, влюбляться и заниматься сексом.

Сбежав в Италию, чтобы залечить разбитое сердце, я всю себя отдала учебе. Стала лучшей на курсе. Несколько моих работ отобрал известный дом моды для своей коллекции, чем я очень горжусь.

Меня, конечно же, приглашали на свидания, пытались ухаживать. Было желание согласиться, сходить, но с одной целью — отомстить Лютаеву. Переспать с кем-нибудь, чтобы сделать больно ему. Так глупо…

Как бы он узнал о том, что я с кем-то встречаюсь, если не интересовался моей жизнью? Это я, как дура, первые два года после расставания следила за его соцсетями с левого аккаунта. А он обо мне забыл. Забыл еще до того, как целовался с нашей одноклассницей на выпускном.

Я не стала завязывать отношения только для того, чтобы отомстить, а потом в моей жизни опять все круто изменилось. Было не до парней…

Я больше не люблю Лютаева. Моя реакция на него — всего лишь воспоминания. Яркая эмоция подростковых чувств…

Словно почувствовав на себе долгий пристальный взгляд, Лютаев перестает улыбаться и резко оборачивается. Опустив голову, прячу лицо за упавшими на одну сторону волосами. Пристроившись за пухлым парнем, прохожу мимо кучки ребят, весело обсуждающих преподавателей.

Ускоряясь, ощущаю жжение между лопаток, будто меня кто-то сверлит взглядом. Он не мог меня узнать! Я изменилась… вон даже волосы перекрасила!

Убеждаю себя, а у самой пульс зашкаливает. Глупость какая — так реагировать на Лютаева. И вообще, почему он здесь, а не в Англии? Ваня уже должен был закончить свое обучение! Хотя я могу чего-то не знать. После второго курса он уехал учиться в Лондон, а я перестала следить за его судьбой, потому что он удалил все свои аккаунты.

Захожу в аудиторию с опозданием в одну минуту, а все потому, что пялилась на Лютаева! Лекция уже началась, несколько десятков пар глаз переводят взгляд с преподавателя на меня.

— Здравствуйте, извините за опоздание. Можно пройти? — обращаюсь к молодому симпатичному парню, стоящему за кафедрой.

Всего лишь третий день обучения, поэтому неудивительно, что я не знакома с преподавателями. Вот и этого симпатягу вижу впервые, даже не знаю, как зовут. Из-за постоянной занятости не озаботилась вопросом знакомства, а ведь нам скидывали в чат кучу информации о бизнес-школе.

— Здравствуйте, — тянет с холодком в голосе. — Проходите, — делаю несколько шагов, а мне в спину продолжает лететь его колючий голос. — Если опоздаете в следующий раз, будьте добры остаться за дверью.

Под его недовольным взглядом сажусь за парту. Он демонстративно молчит, ждет, когда я достану ручку и тетрадь. Всем своим видом дает понять, что я отбираю у него драгоценные секунды.

Если он хотел меня пристыдить, то ошибся, ничего кроме злости его высокомерное поведение у меня не вызывает! Профессора с многолетним стажем ведут себя скромнее, а этот… Айсберг что-то строит из себя!

Раскрыв тетрадь, демонстративно ставлю локоть на парту с зажатой между пальцами ручкой. Нас так в первом классе учили готовиться к письму. По аудитории пролетают смешки. Мой вызов многими был замечен. Сквозь тонкое стекло очков вижу недобрый блеск в глазах молодого амбициозного преподавателя.

Принял мой вызов?

Вот и отлично!

— Записываем…

К концу лекции я готова признать: несмотря на молодой возраст, у него интересные и доступные для понимания лекции, но это не делает его более приятным, потому что, глядя на меня, он почти незаметно кривит губы и прищуривает глаза.

Со звонком достаю из рюкзака телефон и залезаю в чат. Нахожу скинутые нам файлы. Пока будущие бизнесмены тянутся к выходу, пролистываю информацию. Так… Пропускаю пакет документов, в которых говорится, что на базе Академии, получив лицензию, открыта частная бизнес-школа. Пункты по оплате… различные программы обучения — их точно больше десяти, эту информацию я тщательно изучала, когда выбирала для себя курс.

Листаю дальше, возле двери наблюдается какое-то столпотворение. Так и не найдя имени преподавателя, поднимаю взгляд. В аудиторию входит Лютаев. Пока мое сердце вспоминает, как нужно биться, он подходит к Айсбергу. Из-за шума крови в ушах я не слышу, о чем они говорят, но резко перестаю дышать, когда Иван оборачивается и упирается в меня взглядом…

Глава 3

Видана

Сердце на миг перестает биться, а потом бешено стучит, словно хочет выскочить наружу. Смотрю на Ваню…

Впитываю, как губка, его энергетику. Она изменилась, стала тяжелой, дерзкой, властной. А может, я просто не замечала раньше, как он действует на «других», тех, кого не пускает в свой круг? Со мной Лютаев всегда был внимательным, заботливым, добрым, но и я теперь за пределами его круга.

Смотрю и срисовываю в память случившиеся за шесть лет изменения. Там, на улице, зрение не подвело меня, Лютаев стал мужественнее, красивым он был всегда. Теперь передо мной стоит мужчина, а не восемнадцатилетний парень.

Он тоже смотрит! Жадно рассматривает случившиеся за шесть лет изменения. Его губы дергаются в мимолетной улыбке, когда задерживает взгляд на моих волосах. Вижу, что ему нравится. Мы разговариваем без слов, одними глазами… как раньше…

Вокруг продолжают гудеть студенты, многие из которых намного старше меня, но сейчас ведут себя как шумные подростки, у меня не получается переключиться на них, я все глубже утопаю в вязком болоте прошлого, воскрешаю в памяти «наши» моменты. Несмотря на проблемы, которые давили на меня в то время, я была счастлива, потому что в моей жизни был он…

А потом было очень больно…

Злюсь на себя! Все в прошлом! Мы тогда были детьми, верящими, что их чувства навсегда, но у жизни на нас были свои планы. Не знаю, для чего судьба столкнула нас вновь, но точно не для того, чтобы я начала цепляться за прошлое.

Пальцы чуть сильнее сжимают мобильный телефон, когда Ваня делает шаг в мою сторону.

— Иван? — окликает его наш преподаватель, на которого я так и не нашла информацию. — Ты не договорил, — напоминает Лютаеву.

Сморгнув наваждение, быстро поднимаюсь, хватаю свои вещи. Я не готова к разговору с Ваней. Не хочу! Просто не хочу. Не сегодня!

Злюсь на обиженную девчонку, которая, оказывается, все эти годы пряталась внутри меня. Чуть позже я успокоюсь и обязательно напомню себе, что давно выросла. Что переболела первой любовью, отпустила обиды и живу дальше. Воспитываю Мию, работаю…

«А любовь? Семья?» — шепчет внутренний голос.

«Все еще будет!» — заявляю сама себе.

— Минуту, Герман… — слышу уверенный голос Лютаева. Он тоже немного изменился. В нем теперь прорезаются властные, сильные ноты. А может, я просто забыла, как он звучал раньше?

Ничего я не забыла…

И это почему-то сильно бьет по мне!

— Вида! — резко окликает Лютаев. Лавируя между студентами и рядами парт, делаю вид, что не слышу его. — Видана! — чуть громче и жестче. — Подожди!

Зачем он привлекает к нам внимание? Разве не видит, что я не хочу с ним разговаривать? Не сегодня!

Быстро направляюсь к выходу. Практически сбегаю из аудитории. Не оглядываясь, несусь обратно на стоянку. У меня еще две пары впереди, но я не собираюсь на них идти. Все чувства в раздрае. Мне нужно успокоиться.

Стирая с лица несколько непрошеных слезинок, сажусь за руль и блокирую двери. Лютаев не побежал за мной, не стал догонять, а значит, не очень и хотел…

Отпустив немного ситуацию, еще сильнее начинаю злиться на свою реакцию. Зачем? Ну зачем я сбежала? Нужно было холодно с ним поздороваться. Задать пару обязательных, но ничего не значащих вопросов и достойно уйти. А я показала, что он до сих пор мне небезразличен!

Просто я сама об этом не догадывалась! Неожиданная встреча словно лавина прошлась по мне, смыла защитный слой и воскресила призраки старых чувств и обид. Я к этому была не готова.

А как теперь вести себя дальше? Сбегать? Прятаться все два года обучения? Судя по тому, как Ваня общался с преподавателем, видимся мы не в последний раз!

Завожу двигатель, выезжаю со стоянки. Просто еду. Не загадывая маршрут, сворачиваю на улочках, кружу по городу больше часа. Можно было бы поехать в студию или в бутик, но не хочу объяснять Марио, почему я сбежала с занятий.

Останавливаюсь возле парка. Гуляю, кормлю уток. Запрещаю себе думать о Лютаеве. Мысли о нем постоянно возвращаются в мою голову, не хотят ее покидать, но я жестко их прогоняю, потому что боюсь разрыдаться. Сначала нужно успокоиться, а потом думать и анализировать…

Возвращаюсь в машину, катаюсь дальше по городу. Заезжаю в кофейню, где всегда свежая и вкусная кондитерка. Подхожу к витрине со сладостями, глаза разбегаются…

— Бери эклеры, — звучит за спиной. Голос кажется знакомым. Медленно оборачиваюсь. Как к нему там Лютаев обращался?..

Герман?..

Глава 4

Иван

Открыть бизнес-школу было неплохой идеей. Времени отнимает немного, плюс стабильный ежемесячный доход. Параллельно я могу заниматься еще несколькими сферами бизнеса, не влезая в банковское дело. Отец давно пытается затянуть меня к себе, но я вольный художник, люблю творить и делать деньги вне замкнутых стен унылых кабинетов.

Подъехав к Академии, глушу двигатель и звоню Агате, мысленно готовлюсь, что мне начнут предъявлять претензии.

— Привет! — с первого слова в голосе распознается обида.

— Привет, — поздоровавшись, откидываюсь на спинку сиденья, съезжаю немного и расставляю ноги. Быстро поговорить не получится, поэтому позволяю себе расслабиться. Агата выдерживает почти минуту. Благословенная тишина радует недолго.

— Ты обещал вчера приехать, — высокие ноты в голосе режут слух. Включив динамик, убираю трубку от уха.

— Я написал, что не получается, — растирая большим и указательным пальцами переносицу, отвечаю ей.

— Ты два дня меня игнорируешь. Не отвечаешь на звонки и сообщения, не приезжаешь домой, я хочу знать, что происходит, — требует моя девушка.

Прикрыв динамик, тяжело вздыхаю. Я и сам не могу объяснить, что со мной происходит. Встреча с Видой просто взорвала меня изнутри. Всколыхнула все нутро, где несколько лет все было выжжено напалмом.

Шесть лет прошло, а я узнал ее с первого взгляда. Будто внутри рвануло, когда зацепился взглядом за ее фигуру. Давно я так не терялся, как в тот раз. Ребята о чем-то говорили, но все пролетало мимо. Мысли крутились вокруг Виды. Она ведь меня тоже узнала. Не могла не узнать! Отвернулась и прошла, не взглянув.

Прошлое калейдоскопом пролетело перед глазами. До сих пор не понимаю, как позволил нашим отношениям дойти до точки невозврата. Не вытянул? Не хватило? Устал играть в одни ворота? Злился, что не доверяет, закрывается, не подпускает близко к себе? И это я сейчас не про секс. Да, все это было! Но я любил ее, как никого и никогда!

А потом подыхал, когда она сначала меня игнорировала, а потом и вовсе уехала, даже не поговорив! А потом выяснилось…

Много чего выяснилось. Плита вины придавила к земле и не давала вдохнуть. Отец пытался выйти с ее матерью на связь, но Лора попросила не беспокоить Виду, у которой все было прекрасно: учеба, жизнь и новый парень. Я тогда рванул в интернат и расхерачил «нашу» комнату, думал, сотру все воспоминания…

Два года эмоционально деградируя, существовал в этом мире без нее. Днем прилежный студент, ночью клубы, телки, бухло. Мало кто знал о том, что я с катушек слетал. Отец знал, устав вести беседы, отправил в Англию. Там я познакомился с Агатой. Сначала дружили, потом трахались по дружбе, потом начали встречаться, жить вместе…

Шесть лет назад я и подумать не мог, что кто-то займет место Виды в моей жизни…

А теперь она учится в моей школе! Разве это не насмешка судьбы?

Увидев ее в аудитории, забыл, зачем заглянул к Герману. Рванулся к ней, а она сделала вид, что мы незнакомы, просто взяла и сбежала. Поступила так же, как шесть лет назад. Всколыхнула в душе не самые приятные чувства и воспоминания. Не побежал за ней, но и в нашу с Агатой квартиру не вернулся в тот день. Не приехал и на следующий…

— Ваня, ты меня слышишь? — выдергивая из глубины мыслей, возмущенно произносит Агата.

— Слышу, — спокойно отвечаю. Я за многое благодарен Агате, поэтому стараюсь не грубить и не вести себя как мудак, но терпение заканчивается.

— Что происходит, Ваня? — повторяет она. — Где ты пропадаешь?

— Я ночевал у родителей, — сообщаю известную ей информацию, потому что сам не могу разобраться, что происходит со мной! Третий день я приезжаю в Академию в надежде встретить Виду, но она не ходит на занятия! Избегает меня! Не хочет даже поговорить?

— Ночевал, — подтверждает Агата. Не удивлюсь, что созванивалась с моей мамой, чтобы проверить. — Но так и не объяснил почему, — пытается продавить голосом. Переходит черту, сбивая тем самым градус моего спокойствия до минимальных отметок.

— Не помню, чтобы обещал отчитываться обо всех своих действиях, — теперь я давлю голосом.

— Ладно, не будем ругаться, — тут же отступает Агата. — Ты обещал съездить со мной сегодня в бутик, — напоминает она. — Сможешь уговорить модельера пошить мне платье, которое я выбрала?

— Заеду за тобой через час, — не прощаясь, отбиваю звонок. Стукнув головой по спинке сиденья, выхожу из машины и иду в корпус, в котором располагается моя бизнес-школа.

Через пять минут убеждаюсь, что Вида вновь прогуляла занятия. Решила бросить учебу, лишь бы не встречаться со мной? Так интересно узнать, с чего вдруг такая ненависть?!

Давлю в себе вспыхнувшее пламя и возвращаюсь на стоянку. В школе я не преподаю, раньше было достаточно заезжать сюда раз в неделю, а теперь почти поселился здесь, забросив остальные свои дела.

Агата садится в салон, тянется ко мне, целует в губы, оставляя на них липкий вкус клубничной помады. Пока она смотрится в зеркало, незаметно стираю тыльной стороной ладони блеск со своих губ.

— Что за бутик? — без особого интереса, мне просто нужно вбить адрес в навигатор.

— В «Клэренс»… — сообщает Агата, что-то еще говорит, но слова проносятся мимо сознания.

Вот же сука-судьба!..

Глава 5

Видана

— Опять прогуливаешь учебу, — цокая языком, констатирует и недовольно качает головой Марио. — Мы вроде договорились, что в студии ты появляешься только по выходным, — поджимает губы.

— Марио, не начинай, пожалуйста, — тяжело вздохнув, прохожу к своему столу. — Все конспекты у меня есть. Я занимаюсь каждый вечер, после того как укладываю Мию спать, — повторяю те же слова, что говорила ему вчера и позавчера.

После того, как мамы не стало, наши отношения с Марио стали натянутыми. Пропала легкость, появилось соперничество. Мама была сердцем и мозгом модельного дома. После ее смерти это место Марио считал своим по праву. Он много лет тянул на себе этот непростой бизнес, в котором с каждым годом все больше конкуренции. Он вкладывал силы, время, душу во все этапы производства.

Мама в свое время набрала прекрасную команду, которая слаженно работала, даже когда она заболела. Уехав со мной в Италию, мама в основном работала удаленно, создавала коллекции, контролировала процесс пошива платьев, организовывала показы, но стоит признать, что сделать это из другой страны без помощи профессионалов практически невозможно.

Мамины друзья нам очень помогали. Кира занималась юридическим вопросами, Марио — всем творческим процессом: показы, выбор моделей, производство, заказ материалов, бутики, реклама… А еще он находил время дополнять или корректировать коллекции. Когда у мамы случился рецидив, все легло на плечи Марио. Потом появилась Мия, не стало мамы… Кира вышла замуж, а он продолжал тянуть на себе весь бизнес.

Неудивительно, что Марио считает себя главным, считает, что все держится на нем, и не хочет, чтобы я принимала активное участие в творческом процессе. Не желая воспринимать меня серьезно, Марио не видит во мне профессионала…

Я должна окончить бизнес-школу для того, чтобы самой управлять сложным бизнесом, разбираться во всех тонкостях. Но больше всего я хочу создавать такие же красивые вещи, которые создавала моя мама. Пусть мне не хватает опыта, но я обязательно достигну мастерства в этом деле.

— Я посмотрел твои наброски, — переключая внимание на другую тему, Марио подходит к столу и открывает папку. — Это макулатура, — откидывает большую часть рисунков в сторону, они веером рассыпаются на столе. — Из этих, может, что-то получится, если ты их доработаешь, — припечатывает ладонью пару оставшихся рисунков. Закусив губу, чтоб не вспылить, мысленно убеждаю себя, что это почти прогресс. До этого дня Марио не нравилась ни одна моя работа. — Я на производство, потом заеду в бутик, нужно посмотреть, как оформили витрины и развесили новый товар, — произносит, направляясь к выходу. — Кстати, — остановившись в дверях, — ты обещала взять на себя частные заказы. Сегодня приедет клиентка, которая хочет получить «необычное платье на свою помолвку», — передразнивая тон заказчицы в конце предложения, Марио закатывает глаза. Сейчас он напоминает мне того прежнего Марио, которого так не хватает последнее время. — Удачи! — подмигнув, он даже улыбается мне перед уходом, что дает надежду на то, что наши отношения рано или поздно изменятся в лучшую сторону. Пусть они не будут такими, как раньше, но в них хотя бы не будет негатива.

Откладываю оба эскиза, которые почти одобрил ведущий дизайнер, и принимаюсь за работу над новыми. Прокручиваю в голове идею, которая уже несколько дней навязчивой мыслью бьется в голове. Переношу картины на бумагу. Настолько глубоко ухожу в процесс, что забываю обо всем на свете.

— Видана, к тебе клиенты, — заглядывает ко мне помощница Марио.

— Спасибо, Элла, — отвечаю не сразу, потому что несколько секунд уходит на то, чтобы вынырнуть из творческого процесса и осознать, где я нахожусь. — Пригласи их, пожалуйста, — быстро убираю наработки в папку, привожу стол в порядок.

Клиенты все не заходят, не пойму, что их задержало. Может, Элла не передала мою просьбу? Давно задумываюсь о собственной помощнице, видимо, пришло время в ближайшие дни озаботиться этим вопросом. В своем собственном доме мод я и кофе себе готовлю, и пыль протираю с поверхностей, и цветы поливаю…

Выглядываю из кабинета, прохожу в зал, где обычно дожидаются клиенты. Ноги подкашиваются, когда вижу Ивана с симпатичной девушкой. Они достаточно громко спорят:

— Ну, пожалуйста, ты обещал… — тянет капризно девушка.

Хочется сбежать, пока меня не заметили. Вспоминаю, что об этой парочке говорил Марио. Девушка желает получить особое платье для помолвки…

— Агата, я не пойду. Сказал же: подожду в машине, — не скрывая своего раздражения, Лютаев деликатно пытается отцепить от своего локтя цепкие пальчики. Бросаю на себя взгляд в зеркало — благо у нас почти каждая стена украшена зеркалами.

Выгляжу я… Нормально я выгляжу для девушки, у которой маленький ребенок. А то, что чернила на носу, так я работала. Смочив палец слюной, принимаюсь оттирать пятнышко на носу. За этим занятием меня и застают «клиенты». Сбежать не получится...

— Привет, — первым здоровается Лютаев. Оставляя за спиной невесту, делает шаг в мою сторону.

— Добрый день, — выдерживаю деловой тон. Сердце мое пытается пробить ребра, но я делаю все, чтобы этого никто не заметил. До Ивана мне нет дела. Он может явиться хоть с десятью невестами, а я им всем пошью шикарные платья и неплохо на этом заработаю!

Я уже давно не та наивная восемнадцатилетняя девочка, которая заглядывала Лютаеву в рот. У меня есть Мия, о которой я обязана заботиться. А для этого нужно, чтобы бизнес приносил прибыль и как можно дольше оставался на плаву.

— Прошу, проходите в мой кабинет, — отхожу в сторону, делая приглашающий жест рукой.

— Здравствуйте, я Агата, — вырывается вперед невеста Лютаева. Протягивает мне руку для приветствия, приходится ее пожать. — К сожалению, мой парень отказывается к нам присоединиться, — дует ненатурально увеличенные губы.

— Зря отказывается, — со стороны может показаться, что я искренне улыбаюсь Агате, а у меня челюсти сводит судорогой. — Это ведь не свадебное платье, а всего лишь платье для помолвки. Мне кажется, жених вполне может помочь невесте с выбором, — кто бы только знал, как непросто мне даются слова, я будто растеряла весь словарный запас и с трудом вспоминаю нужные слова, умудряясь их как-то складывать во фразы. — Это ведь ему весь вечер любоваться на невесту… — глядя Лютаеву в глаза.