Судьба Иных. Книга I – Барсук

– Вот Барсук! – прокричав, Лёд стянул с себя противогаз и положив в открытый барабан стиральной машины, самый угловой, он потянул на себя вторую стиралку, которая стояла левее. – Держи пушку при себе! – с натугой проревел он, роняя эту самую стиралку на пол, она завалилась дверцей вперёд, а сам Лёд упал за нее, я очумело смотрел в его сторону и не понимал, что здесь вообще происходит.

Дверь резко распахнулась и внутрь ввалились двое, они вытаращились на меня, и начали тыкать в мою сторону каким-то автоматом, такого я ещё не видел, полностью черный. Само собой я испугался и оружие мое выпало из рук, я поднял руки вверх и прокричал.

– Не стреляйте! – что делать, я не знал, а Льда по всей видимости придавило этой самой стиралкой, альтернативы, почему он не помог мне, я не видел.

– Сука! Он наших завалил! Вали его! – прокричал второй, у него как и у прежних, был прокуренный, противный и пугающий голос, он был чуть позади и в руках у него была железная выдерга, для гвоздей.

– Хватай его! Не хочу патро… – с брезгливостью начал второй, но неожиданно для меня, пуля влетела ему куда-то в область шеи, вторая вошла в голову, звук третьего и возможно четвертого выстрела, я уже не слышал.

Мужик с автоматом в руках, в предсмертных судорогах зажал спусковой крючок пальцами и с небольшими отсеками, он выпустил целых две пули, но черт побери, пулек в стволе у него было много, все улетели неизвестно куда, первый выстрел куда-то вообще гораздо левее, чуть выше стиралок, а второй выстрел уже в потолок, это была дробь, не знаю почему, но никто про такое мне не говорил, что калаш, может стрелять дробью, удивиться я не успел, так как думал о своей скорой смерти, неужели мне повезло? Или же все таки, просто Лёд очень изобретательный, проницательный и подготовленный мужик, не знаю.

Мужик с выдергой завалился на спину, держась за живот он вопил от боли.

– ААА! Сука, убили, суки! Меня убили! – протягивая крики боли, его стоны оборвал вставший из-за стиральной машинки Лёд. Но стрелял он не в голову, а куда-то в грудь, видимо попал в сердце.

Меня непременно стошнило от вида четырех трупов, чуть в противогаз не набоюлювал, едва успел стянуть его, а Лёд не обращая внимания на меня, подошёл к свежим трупам, забрал автомат и отложил в сторону, рыться в одежде трупов он не стал, видимо побрезговал.

– Нахера ты это сделал! Блять, это же были просто люди, мирные, они нам не угарожали! – стоя на четвереньках и вытирая рот рукавом, кричал я на этого страшного, бездушного убийцу.

– Заткнись блять. – прервал он мои возгласы. – Если хочешь, напиши на меня заявление в полицию. – отмахнулся он от меня.

После того как он послал меня, он прошел в подсобку, навесной замок лежал под дверью, только сейчас я смог это разглядеть, когда он вернулся, из подсобки оттуда виднелись танцующие языки пламени, после чего, я просто сорвался.

– Ты сука! – я взревел как раненый тигр, ну или кошка и бросился на него.

Пробежав в его сторону, я хотел просто повалить его на землю, но заметил, что Лёд чуть развернулся, он ударил мне в челюсть, чем остановил меня и заставил отшатнуться. Но каким-то чудом, видимо, благодаря своей пустой башке, я не отключился, хотя сознание, вернее мой взгляд, сильно мигнул. Я решил перейти в агрессивную атаку, вспоминая драки с теми наркоманами, а главное, вспомнив свои несколько побед, я рубанул кулаком наотмашь, поведя руку от корпуса, прямо оттуда, где она была, от места, между грудной клеткой и животом, просто зарядил ему… просто, в его сторону, из-за неудобного положения увернуться у него не получилось, но мою руку он заблокировал своей рукой, прикрыв голову локтем, боль ударила мне по руке в ту же секунду, а он этого будто бы и не заметил, быстро выпрямившись и не давая завершить мне второй удар, после которого началась бы мельница, замах правой руки даже не успел дойти до крайней точки, как его нога выбила из меня весь воздух, врезавшись куда-то, чуть ниже ребер.

Вдох сделать не получалось, я словно задыхался, вот же урод, вот же сука, он убил людей не за что, поджёг здание… чего он хочет? Он просто псих! Боль долго не унималась, я просто лежал скрючившись на полу и хватая воздух ртом, что сделать тоже слабо получалось.

– Извини. – подойдя ко мне, произнес Лёд. После этого, он помог мне, сначала схватив за руку, потом за ворот, приподнял меня и перекинул руку через плечо.

Вставать после такого удара было адски больно, а шагать так и вовсе, мне казалось, что я умираю, вот вот и конец. Усадив меня на стиралку, которую он опрокинул ранее, я попытался лечь на нее, так было проще, не так больно. Но Лёд издевался надомной, он не дал мне этого сделать, он открыл фляжку с водой и залил содержимое мне в рот.

– Попей, скоро пройдет. Просто не надо вот так… не разобравшись. – в его голосе я чувствовал нотки раскаяния и сожаления.

– Зачем… ты… – я с болью в груди тыкал пальцем в сторону подсобки, Лёд присел рядом и попытался объяснить, по отцовски, сбоку, приобняв рукой за плечи.

– Смотри Макс. Это все, – он обвел рукой пожар, который был за закрытой им дверью. – это мусор, который ни стоит ни грамма. Знаешь почему? – остановился он, после своего встречного вопроса.

– Нет… не знаю, ты сам говорил… другое. – боль потихоньку начала отступать, но я все ещё держался за место удара.

– А вот за то, Макс. Эта дрянь убивает людей, медленно и уверенно, такой херне нет места в мире, каким бы он ни был. – с лёгкой душой проговорил Лёд.

– А люди? – коротко спросил я.

– Эти? Это уже не люди. Это трупы, беглые зеки, не веришь если, пойди, на руки посмотри, на ружья глянь, они царапали на них полоски, знаешь что это значит? – вновь задал он вопрос на понимание.

– Не знаю. – поведя плечами ответил я с какой-то виной в голосе, я действительно поспешил с выводами.

– Ну вот. Лучше такое вообще никому не знать и не делать, но это счётчик. На этом счётчике девять людей, – он указал на ружье, которое стояло прямо у закрытой двери, то был, тоже тоз, с двумя вертикальными стволами, а на прикладе там действительно виднелись какие-то насечки.

– Счётчик чего? Людей? – хмыкнув, мне показалось забавным такое выражение, зачем каждый владелец будет выбивать на ружье канавку? Мне показалось это бредом.

– Нет Макс. Я не знаю, с какой планеты ты свалился, но это счётчик убитых из этого ружья людей. – поведя в сторону одной рукой, он похлопал меня по плечу и встал. Я смотрел на него большими, округленными глазами. – Собирайся, бери те два рюкзака и поехали назад. – рукой он указал на два рюкзака в центре комнаты и на автомат-дробовик. Брать его в руки тоже не хотелось, вдруг из него убили кого-то, Лёд ещё и на их рюкзаки положил мой револьвер, всё полезное в две куски собрал. – И газик не забудь. – подняв противогаз, он кинул его мне, я с отозвавшийся вновь болью, поймал его, фляжку он оставил рядом со мной, я сделал ещё несколько глотков.

Боль полностью ушла через ещё минуты две, но за это время я успел забрать автомат убийц, закинуть его к себе на шею, револьвер как обычно, спрятал в кармане, а вот с ещё двумя рюкзаками пришлось повозиться, было неудобно нести два рюкзака и сумку с собой. Я думал, что эта сумка будет нужна для транспортировки клада, который какие-то звери нашли раньше нас, но мы оказались сильнее, вернее Лёд, оказался круче четырех мужиков с оружием. Справился бы я с таким? Определенно нет. Убить двух ничего не подозревающих людей, которые считали меня своим, стало для меня тяжёлой проблемой, а вот так, лоб в лоб, или при какой нибудь перестрелке ещё где-то, думаю, что обязательно поймаю пулю быстрее, чем потенциальный враг.

Перед выходом, Лёд остановил меня.

– Ты хотел знать кто я, ещё интересно? – почти готовый к возвращению, спросил у меня Лёд.

– Я думал, это тайна. – удивлённо произнес я, разминая плечи и все ещё трогая свою грудную клетку, боль все таки иногда напоминала о себе.

– Ну тогда слушай. Капитан Ульянов Андрей, СОБР. Если ты не знал, то на всякий случай поясню, СОБР – специальный отряд быстрого реагирования, твоим языком, спецназ. – словно поставив галочку для себя, он принялся натягивать противогаз, но я остановил его.

– Погоди. Об этом я и сам догадывался. Можешь объяснить, зачем ты сделал это? – я вновь указал на подсобку. – Ты же понимаешь, что не этим, так другой херней себя убивать будут, только нам уже выгоды от этого, никакой не будет. – в непонимании, я вновь поднял этот вопрос. Для меня его поступок был равносилен тому, что то сжег миллион баксов, прямо сейчас, без сожаления.

– Из-за дочери. Она погибла из-за этой херни. Вопросы ещё будут? – сухо, со взглядом в никуда, произнес он. Сейчас он выглядел довольно мрачно, хотя по нему было видно, что он смирился с этим давно.

– Извини. Я не знал. – мне действительно было жаль напоминать ему о таком несчастье. И положительных сторон в смерти, думаю нет никогда, даже если эта смерть просто не даст увидеть тебе смерть всего мира, конкретно говоря, если человек умрет раньше, чем будет жить в таком мире, каким стал наш.

– Забей. Сто раз слышал. – усмехнувшись, он вновь начал натягивать противогаз на лицо, но перед этим добавил. – Бьешь кстати как баба.

Ни капли обиды от этого я не почувствовал, потому, что мне было стыдно перед Льдом за все, за то, что напал на него, не разобрался в ситуации, за то, что напомнил ему о таком печальном моменте в жизни. Но судя по всему, Андрей не испытывал горечи из-за напоминания, я зря загоняюсь.

Мы приехали к нашему старому убежищу, нашли мы его быстро.

– А зачем мы сюда приехали? – прокричал я ему через противогаз, мы как раз только вошли через дверь. Андрей сначала снял противогаз с лица, а после ответил.

– Ну, если хочешь, могу дать тебе ключи, сам университет найдешь? – повесив на палец ключи от байка, предложил он.

– Какой ещё университет? – с новой долей непонимания, переспросил я.

– Федеральный. – со вздохом ответил он. – Бункер там, под университетом, на человек двести, твоя Лена там. Только если даже я не решусь в такую погоду ехать туда, то и тебе не советую. – забрав ключи обратно и спрятав в карман, произнес он. Мы начали разгружать просевший байк, он действительно был не слабо так загружен рюкзаками и оружием.

За небольшими разговорами, подай, передай, пошли, мы дошли до самого убежища, сразу же зажгли лампу и я принялся топить печку.

– А там, что вообще, в бункере? – потирая озябшие руки над небольшим огоньком, спросил я у Андрея. Положив последнему баул на пол, он все же ответил.

– Да ничего. Просто спокойная жизнь, работу найти не сложно, у них свиньи есть в том бункере, убирать свинарники кому-то надо, кормить тоже, курицы есть, несколько гидропонных ферм, это те, что на воде выращивают все. Лабораторные фермы ещё есть, там овощи всякие выращивают. – не знаю почему, но он выделил слово “овощи”, будто на что-то намекая, ещё и зыркнул так в мою сторону. – они под охраной целого участка там сидят, двадцать полицейских охраняют, бункер там здоровый, генераторы есть, собственно по этому у них электричество есть, вода горячая из бойлеров, котельная даже своя имеется, на угле и на электричестве. С запасами топлива у них сильный излишек, говорят на лет двадцать хватит, но вот с медициной проблемы большие, кроме йода, зелёнки и бинтов ничего нет. Я им возил пару раз обезболивающие, пару хирургических наборов отдал, таблетки всякие, да вплоть до тампонов. – разбирая сумки, попутно рассказывал он. – Когда Лену твою туда завозил, они говорили, что бар открыли в одном из корпусов бункера, вроде как в жилом, так что, думаю им и водку теперь возить надо будет. Только вот проблема, хер знает, сколько такая погода ещё стоять будет, да и радиация совсем ебанулась, так только в первые два дня зашкаливало, но понимаешь, радиация тоже разная бывает. Вот взять альфа и бета излучение, оно здесь ещё долго будет торчать, но мы от него в безопасности, через одежду даже не проходит, а альфа и подавно, только дышать без противогаза им не советую, да и в принципе, дышать воздухом там, не стоит. Ещё есть гамма частицы, огорчу тебя и обрадую, от них тебя не защитят эти стенки, – он постучал по ближайшей стене, после чего достал сковороду из под кровати и поставил ее на печку, наливая в нее растительного масла.

– Так, получается мы умрем от лучевой болезни? – встревоженно, поднял я такой интимный вопрос.

– Все мы когда-то умрем… – философски подметил Андрей. – Но я пока умирать не собираюсь, как минимум, потому что гамма излучения прошло ещё в первый день. Под землёй от него спрятаться можно было, сейчас уже смысла даже нет, просто из-за такого фона, на улице теперь опасно, хапнешь вот так радейки, да помрёшь через неделю. – покачал он головой с небольшой ухмылкой.

– А что тогда делать? Сидеть в бункере и носа наружу не высовывать? – сразу же спросил его я, снимая с себя куртку, надо было перевязать рану, так как она начала болеть, да и время перевязки уже наступило.

– Да, ничего больше не остаётся, там дышать даже нечем, думаю так теперь по всему миру, на улицах теперь сдохнуть только можно, не думаю, что те парни, которых мы оставили в прачке, со игрались уходить оттуда ближайшее время. Знаешь Максим, я тоже собираюсь засесть в университетском бункере. Там многие меня знают, как никак, коллеги бывшие, тоже есть, только тогда польза от меня пропадет. А жить так, как они, спрятавшись в бункере, не хочется. – Он сделал небольшую паузу, с тяжёлым вздохом, после чего продолжил. – Но придется Максим, придется. Сидеть и не чирикать, как воробей.

– Какой воробей? – я прервал его депрессивные высказывания.

– Ты че, не знаешь анекдот про воробья? – весело хмыкнув, ответил он в еврейской манере.

– Не, впервые слышу. – покачал я головой.

– Да ну, шутишь, что ли? – заржав ответил он. – А про трёх сельких мужиков в борделе?

– Не, я только про зону, несколько анекдотов запомнил, от Нины Петровны. – пожав плечами, ответил я, закидывая в сковороду пельмени и подготавливая к ним пакет сливок, понюхал его, вроде нормальный запах, испортиться не должен был, мороз все таки.

– Ну, Макс, тогда слушай. Зима значица. Лютый мороз. На дорогу падёт замёрзший воробей…

Как ни крути, когда два мужика сидят и рассказывают анекдоты, рано или поздно дело дойдет до бутылки с водкой, но по итогу дошло до нее немного раньше, чем еда успела попасть на стол. Я был в шоке от наших новых запасов, тут тебе и селёдочка, в круглой упаковке, для водки, вот тебе и дорогая икра в банке, настоящая, а к ней брусок сливочного масла. На столе закусок было много, хороший сыр, мясная нарезка, бутерброды со шпротами, малосольными огурчиками и вялеными томатами, из банки, да и не одну водку мы пили, начали с портвейна, полирнули бутылкой джина с ежевичным привкусом, раздавили на двоих бутылку дорогущего виски, а потом уже дело дошло и до беленькой.

Анекдоты и разговоры про жизнь лились сплошным потоком, курили мы часто, благо запас сигарет был почти не ограничен, в одном из рюкзаков бывших зеков нашлось целых три блока каких-то импортных, качественных сигарет. Кроме пельменей, на буржуйке, мы больше ничего и не приготовили, все остальное собиралось собственноручно. Будучи ещё не сильно пьяными, Андрей, будто бы и вовсе был чист как стёклышко, пытался объяснить мне принцип действия и работы нового дробовика-автомата. Кстати он пояснил, что никакой к черту это не автомат-дробовик, а полуавтоматическое ружье, с названием “Сайга”. Магазин в нем вмещал восемь патронов, что как по мне было дохрена, для дробовика то, а калибр у нее был двенадцатый. Выпивший я вновь не испытывал страха к оружию, а Андрей, чуть заикающимся голосом, объяснил мне такую вещь.

– Запомни, Макс. *ИК!* – он постарался максимально сосредоточится. – Не оружие убивает человека. А человек, в руках которого это оружие. *ИК!* – чуть отпив сока из кружки, он продолжил. – По этому, не надо боятся оружия, надо опасаться людей, вот в чем главная твоя причина боязни, этих самых оружий… – крутя рукой в воздухе, пояснял он мне, а я сидел и качал головой с серьезным видом, внимая его словам в полупьяные уши и разглядывая в руках эту самую сайгу, права без патрона в патроннике и без магазина.

Пьяных нас, на приключения не потянуло, и слава богу, обошлось как-то без этого. Тихо и мирно, выпили по последней стопке и легли спать, чуть позже полуночи. Пробуждение снова далось с тяжестью, во рту кошки нагадили, вода не помогает, руки подрагивают, а ноги как ватные. Все таки зря водку пили, это точно был последний раз, когда я выпивал эту гадость. При одной только мысли о водке, меня чуть не стошнило, пришлось залить в себя ещё немного воды. Делать было нечего, Лёд все ещё спал, угольки в буржуйке уже почти догорели, прохлада уже чувствовалась, если не укутываться в одеяло. Пришлось подкинуть дров, раздуть огонь и уже тогда, я смог поставить сковороду, мясные сосиски надо было доедать, так же как и мясо. С мясом решил сделать все по простому, посолил, поперчил и обжарил с двух сторон по несколько минут, чтоб внутри оно осталось немного розоватым, было бы на плите все это дело, или на сильно разогретом гриле, то вообще по полторы минуты на сторону ушло бы. Получилась прожарка медиум велл. Когда я сел обедать, ровно во время обеда, это я сверил по наручным часам, которые были на полочке, их там лежало целых четыре штуки, двое часов от вчерашней вылазки, ещё часы от Мамона и ещё одни, четвертые часы, которые с собой таскал Лёд, запасные, ведь у него, на запястье левой руки, всегда были какие-то особые, противоударные и водонепроницаемые часы. Двенадцать ноль пять. Но стоило мне все разложить на столе, налить себе кофе и нарезать хлеба, как Андрей “неожиданно” проснулся.

– Вкусно пахнет. – бодро произнес он. Вот же человек, пили наравне, а голова трещит только у меня.

– Я на тебя тоже приготовил, время обеда уже. – с натугой проговорил я, ведь все ещё состояние мое было немного ужасным.

– Вот здорово то. – он глянул на свои часы. – Тогда обедаем и выезжаем. – довольно качая головой, произнес он.

– Ага, только думаю, на твоём байке мы все это не увезем. – вилка в моих руках нарисовала круг, обводя помещение.

– Так газель же есть, Макс, не тупи. – съежившись, произнес он зевая.

– А бензин? – спросил у него я, ведь он сам вчера говорил, что в байке бензина осталось мало, а газель здесь потому и стоит, что заглохла из-за отсутствия топлива.

– Я вчера ещё аккумулятор снял, сегодня прикурим его и поедем на газельке. С бензином все просто, там в кузове ещё три канистры топлива, а ехать нам минут десять. – пожимая плечами с ухмылкой произнес он.

– Ты ведь тогда на несколько часов потерялся… – с упрёком заметил я. – Когда Лену увез.

– Да, по делам заезжал, да и там я тоже почти час убил, пока договаривался на счёт твоей барышни, пока то, пока сё, как белка в колесе. – мягко махнул он рукой, разрезая стейк. – Это что, кровь? – посмотрел он на меня с удивлённым взглядом.

– Нет, это сок мяса, – пожал я плечами, закидывая кусок стейка на вилке, себе в рот. – Так вкуснее, попробуй. – предложил ему я.

– Нет, спасибо. – он кашлянул в кулак. – Я мясо с кровью не ем. – с какой-то брезгливостью, он перенес тарелку с куском мяса к буржуйке, вернул сковороду на нее и закинул мясо дожариваться.

– Ну и дурак. – пожал плечами я, смотря на такое варварство.

– За то без глистов. – кинул он мне с насмешкой, на что я только покачал головой, держась за эту самую голову рукой.

Но кто же знал, что все получится так, что покинуть этот ТЦ, сегодня нам было не суждено. На улице погода была точно такой же как и вчера, радиация была даже чуть выше, Лёд заставил ходить в противогазе, даже вне павильонов, простота холле и на этажах. Когда мы зашли на склад, сняли противогазы, лёд сказал следующее.

– Так парень, чтоб нам теперь тут выжить, надо как минимум затянуть тут все окна полиэтиленом, а лучше ещё и досок найти, либо кирпичей со штукатуркой. Короче, делай что хочешь, будем искать, чем затянуть двери и окна, чтоб радиоактивные осадки с пылью и снегом сюда не попадали. – тыча в меня пальцем, вещал он с самым серьезным видом.

– Так может все таки, просто уедем? Тут же недалеко, ты сам говорил. – всплеснув руками от негодования, непонимающим голосом проговорил я.

– Нет Барсук, не прокатит. Радиация слишком высокая, даже для противогазах, дозу будем получать постоянно, рисковать своей жизнью я не собираюсь. – отрицательно покачала головой произнес Лёд.

– Ну ладно, тогда я пойду искать, чем заделать дыры. – собираясь натянуть противогаз, отвечал ему я.

– Стой, а что у вас тут на складе интересного есть? – обведя рукой склад баб Нины, спросил он у меня.

– Да ничего интересного, – я начал прокручивать в голове весь список хозяйства, – вот там на нижней полке, под накидкой, пулемет, в правом углу, вот там, – я указал на ящик под стеллажами, совсем рядом с дверью в убежище, – ящик с гранатами, их там штук двадцать. Ну а остальное знаешь. – пожав плечами, закончил я, глядя на округлившиеся глаза и вытянутое лицо Льда.

– Вы тут случайно не партизанами стать хотели? – ошеломленно произнес Лёд.

– Да нет. – также пожимая плечами, я натянул противогаз и вышел за дверь.

На складе баб Нины было много чего интересного, все что надо было Андрею, там имелось, молоток, гвозди, отвёртка и саморезы, полиэтиленовая пленка у нее там тоже была, только вот как по мне, сначала лучше взять из строительного магазина на втором этаже деревяшки, такие плоские. Ах точно, вот как, ДСП, из них было сделать нормальные перегородки, если заморочиться, был бы инструмент подходящий, которых я даже не знаю толком, можно было бы как нибудь снять металлические листы с машин, железные занавесы, с закрытых павильонов, да и много чего другого, полезного. Но в строительном магазине, на складе, дверь в который пришлось ломать, не замок, а именно пластиковую дверь со стеклопакетом в ней. Пластик плохо поддавался моим ударам кувалды найденной в этом же магазине, а вот стеклопакет треснул, а потом и чуть отошёл внутрь, но не осыпался, как обычное стекло. Тут я вспомнил, что можно ведь открыть ее с другой стороны, так и сделал, проснул руку в проделанную мной дырку в стекле и потеребил фиксатор, прокрутив его против часовой стрелки, замочек все же щёлкнул, задвижка отъехала в сторону и дверь открылась, а моя рука чуть не застряла там, из-за чего я с опаской едва вытащил ее из этого отверстия. Кстати, ключи для двери, я искал, но не нашел и был таковым.

На складе всего было много и мало одновременно, ведь это сто процентов склад товаров, которые можно просто и быстро разместить на витринах, а все основные их товары, находятся где-то на здоровых складах, в промышленных зонах, ну ясно дело, если человек захочет купить у их магазина три тонны кирпичей, здесь они просто займут все место на складе. Поэтому здесь были в основном всякие инструменты, электроинструменты, какие-то круглые штуки, похожие на виниловые пластинки, всякие кусачки, большие и маленькие, которые лежали в наборах с пассатижами, вот их я знал, хотя в руках ни разу не держал даже. А вот о предназначении других инструментов, я мог только догадываться исходя из их форм, размеров и названий. Вот допустим бокорезы, не думаю, что ими надо отрезать где-то бока, больше похоже на то, что ими можно разрезать какие-то гвозди, провода всякие, так же и ножи разных форм и размеров. Но вот гребанные стрипперы, круглогубцы и плазморез, вызывали у меня уцму вопросов. Тут же нашлосл и несколько генераторов в коробках, как ими пользоваться, ноль понятия, почему мы не взяли их здесь раньше? Нина Петровна говорила, что раз топлива у нас нет, то и смысла от генераторов не будет, ведь его тоже найти надо, а вот масляная лампа, это да, вещь. Телефон ведь давно сдох, а ведь он все равно был полезной штуковиной, фонарик и часы одновременно, да ещё и как записную книжку можно использовать, а вот был бы интернет, так вообще, самая ценная вещь в мире была бы. Почему же мы не ценили всё это, когда такие богатства, великие знания, были у нас в карманах и руках, но никак не доходили до головы. По крайней мере, так было у меня и у огромного количества народа, почти всех людей, которых я знал и видел, хотя бы несколько раз в жизни. На складе, в коробках в нашел и как-то техническую литературу, инструкции, понять ничего не смог, словно на другом языке написано, омы, амперы, вольты и ватты, какие-то странные и ужасные формулы, даже какой-то учебник по освещению попался, в котором были какие-то расчеты освещения, где фигурировали люксы, люмены, все это просто не воспринималось моим мозгом, ускользало от моего взгляда, которым я пытался понять хоть, что то, даже картинки в этих учебниках не помогали. С инструкциями все было чуть проще, но так же сложно, что такое амперы, я не понимал, кто такие омы, где есть вольты, куда их включать, тоже не понятно. Решил просто отложить эти вещи в сторонку, до скорейшего времени. Если мы действительно здесь застряли на неопределенный срок, сначала стоит обезопасить себя, а чтоб не умереть со скуки или не спиться, можно начать читать эту самую техническую литературу, может что-то да получится узнать, тем более на третьем этаже есть книжный магазин, думаю, стоит начать оттуда.