Резидент. Часть 6

Но там пока не попадалось ничего подходящего. Хотя в самой башне меня очень интересовало, для чего Туман оставил ребус в виде пистолета «Вальтер» в тайнике? Эту загадку пытался разгадать тоже.

Своё оружие, вернее, трофейное, я оставил в тайниках в своём городе, потому что доставкой его не отправить. Если вернусь туда, то буду вооружён. Но сейчас надо думать головой, а не стрелять…

Ехали где-то за городом, проехали у реки, затем у дачного посёлка, мимо церквушки.

— Что нам ветер, — тихо играло из магнитолы, — да на это ответит?

— Вадим, — произнёс Холодов. — Как Туман обошёл нас в Бейруте?

— Что? — я вырвался из мыслей.

— Вот ты говоришь, что помнишь часть его воспоминаний. Есть там что-нибудь по Бейруту? Я там был в командировке, и мы как раз искали шпиона. Кого он завербовал?

Я задумался, потом в мыслях прошёл в один из залов, где под ногами была не плитка, а горячий песок. И там, на портрете, где был изображён писатель Антон Чехов со змеёй на плече, в чужой памяти тут же всплыли детали того дела.

— Капитан Чехов, — сказал я. — Он с кем-то спал…

С одной из Змеек, скорее всего, это их стиль.

— … и случайно выдал ей секреты.

— Вот же, блин! — Холодов ударил кулаком по рулю. — Я знал!

— Поедете забирать?

— Да уже поздно, он погиб пару лет назад в командировке. Человек-то хороший, но по дурости мог выдать…

По дурости или по умыслу, уже неважно, зато у майора будто груз упал с плеч. Вот такой человек, поверить в подобное, что он слышал, конечно же, сложно, но мало ли, веришь или нет, если можно использовать это для пользы.

Ещё бы подсказал что-нибудь, но мне нужны триггеры для воспоминаний. Связи, чтобы пробудить отдельные воспоминания и достать нужное. Так работало и раньше, но сейчас это происходит куда легче.

* * *

Мы доехали до нужного места, обычного подвала под закрытым заводом, который был в стороне от крупных городов, но связь ещё ловила. Там я и начал подготовку.

Ещё при жизни Корнеев дал мне планшет для приманки, будто я должен был принимать это дело от «папы». И тут должно быть хоть что-то мне полезное, ведь приманка должна выглядеть убедительно. Короче говоря, должна быть настоящим прототипом.

Настроил переносной роутер, который вынес наружу, чтобы видел сигнал, и подключил его к ноутбуку, который работал уже в подвале и сам раздавал сигнал, маскируя маршрут. А как обмануть планшеты Корнеева и обойти системы безопасности, я уже знал, пробовал как-то раз. Ну а пароль мне говорили.

Тут главное, чтобы планшет не передал сигнал о том, где находится, поэтому я его обманывал фиктивной геолокацией, будто нахожусь в башне «Око» в Москве. Эти же координаты он отсылал на сервер, и они записывались в логи.

Действовал почти как в тот раз, когда взламывал планшет Давида, украденный Туманом. Целую операцию тогда развернул и всё искал подсказки в памяти Тумана.

Тут же иначе, приз совсем другой. Ведь тут не просто презентация, а сама технология. Не рисунок ключа, а сам ключ, мем наоборот, короче. Похоже, служба безопасности «Корнеев-групп» ещё не поняла, что в моих руках действующий образец. А сам Корнеев явно никому не успел об этом сказать. Так что немного времени у меня есть.

Метод сработал, планшет не ругался, отсылал данные, какие нужны мне, иприсылал ответы. Ну а я подключился к единственному ярлыку на экране.

— «Сфера», — сказал я. — ИИ Корнеева, актуальный прототип, подключённый к живым базам.

— И что умеет? — спросил Холодов, глядя поверх моего плеча.

— Увидим. Вряд ли долго проживёт, но мы начнём работать.

Главное, что были админские права, и я мог почистить за собой следы. Ну а копировать себе бесполезно, модели весили сотни терабайт.

Окно программы огромное, на весь экран не влезало, но что нажимал сам Корнеев на презентации, я помнил.

И с чего начать? А начнём с себя. Узнаем, что знает обо мне ИИ Корнеева, который тоже используют для поисков меня самого.

Думал он недолго и выдал мне кучу моих слитых данных из разных служб. Видно, что это уже запрашивали. Но это я знал, поэтому кроме того, сколько я заказывал продуктов и вещей в маркетплейсах, здесь было мало что дельного. Ведь официально я жил на стипендию и пенсию за отца, поэтому за пределы этого бюджета в цифровом виде я не выходил, покупая остальное только за нал, стараясь меньше светиться.

Зато система нашла то, на что я повлиять не мог. Например, фотки однокурсников в соцсетях, на которые я попал. И система, имеющая доступы почти куда угодно в открытые источники, находила их, складировала всё в моё досье, пытаясь построить мои маршруты по геолокации из снимков.

Кто-то дал ей такой запрос, поэтому система пыталась понять, куда я могу уйти, и прогнозировала разные варианты из того, что на меня было. Хреново, но зато вижу, что ищет не в том направлении.

Зато было и хорошее — моё досье из «Контура» сюда не попало. Рогов не делился архивами своей службы, держал их на своих серверах. Правда, если меня будет искать сам «Контур» с помощью этой системы, то нужные данные они сюда загрузят.

Прямо сейчас я могу замедлить расчёты, но этим я себя обнаружу, сразу поймут, что это я. И засвечу этот планшет. Нет, пока свой козырь раскрывать не будем. Лучше как можно дольше смотреть, что у них на меня есть, причём в реальном времени.

И тут же было предупреждение о том, что я в розыске, и кто ищет, и…

— Ну и дела, — проговорил Холодов, когда я ему всё показал. — Сраная нейросетка весь интернет перевернула в поисках тебя.

— А кто меня обвинил? — спросил я.

— Формально никто, только следователь. Давид якобы вошёл и увидел тело. А охранник говорит, что ты входил последним перед ним.

— Охранник — кто он? Я знаю, что его зовут Гена. Меня интересует, откуда он взялся.

— Профессиональный телохранитель, бывал в горячих точках, — Холодов ненадолго задумался. — Его мы проверяли, он чист.

— Значит, — я задумался, — или кто-то попал к Корнееву после меня и до Давида… или они оба врут.

Майор кивнул.

— Но не мог же сынок папашу прибить, — проговорил он. — Хотя всякое в жизни бывает.

— Тогда поищем телохранителя. Потому что Давид тут заблокирован.

Я вспоминал этого Гену, охранника Корнеева. Он знал очень многое от шефа, куда больше, чем мог знать простой телохранитель. Да и было понятно по его неформальной манере общения с шефом, что у них старое знакомство и, может быть, дружба.

В памяти Тумана этого Гены, кстати, не было, но у нас же есть продвинутая нейросеть. Начал искать его в ней. Данных тоже не так много. Гена родился, учился, служил в армии, вернувшись оттуда, выучился и стал телохранителем, затем познакомился с Корнеевым, который тогда только начинал свои дела.

Досье из отдела кадров, трудовая книжка ну… к чему подкопаться? Обычные данные. Человеку не двадцать лет, следов в интернете оставляет мало.

Но это что касалось досье. В системе был и другой режим — OSINT, то есть поиск по открытым источникам и анализ. Причём предлагалось поискать совпадения среди изображений. Требует очень много ресурсов, но при такой мощности системы никто этого не заметит.

— Давай кого-нибудь другого поищем, — проговорил Холодов, посмотрев на часы. — И мне тебе перевезти надо будет ещё куда-нибудь. У меня ещё полчаса всего, потом в Москву надо возвращаться.

Логично, но… интуиция, уже моя, а не Тумана, говорила, что ещё рано сбрасывать Гену со счетов. Хотя как интуиция? Уже какой-никакой опыт, пусть и не такой крутой, как у шпиона, но всё же есть.

Если бы я был Геной, чтобы я сделал? Представил себя на его месте. Если они и правда старые друзья с Корнеевым… да я бы всё делал, чтобы найти убийцу друга. Но точно ли они друзья?

Начали появляться результаты поиска. Я сразу начал листать появившиеся старые снимки, несмотря на ворчание Холодова. Вот нашёл старый снимок, где молодой Корнеев в малиновом пиджаке и с цепью на шее открывает компьютерный магазин, где было написано «Новинка — компьютер Intel Pentium 2 всего за 1800 у.е.». На дворе, похоже, конец 90-х.

И за его спиной стоял молодой, но уже крепкий Гена. Затем нашлось фото Гены в школе телохранителей среди выпускников, и на следующем…

Стоять! Я их знаю.

— Стой! — вскричал Холодов, тоже узнавая одно лицо. — Это кто такой?

На отсканированном снимке, опубликованном аж десять лет назад, были ещё более старые времена. Здесь запечатлены десять человек, но троих из них я знал. Все молоды, явно ещё младше, чем я сейчас, но лица суровые. Узнать сложно, но тут навык Тумана, как узнать человека даже через 30 лет, оставался на месте.

Это военные, они все в форме армии РФ и все вооружены. У Гены ручной пулемёт, у другого СВД, у третьего, улыбающегося, калаш. Остальные тоже вооружены. За их спиной видно обугленное кирпичное здание с грубо сделанной надписью большими буквами: «Развалинами Бамута удовлетворены».

— На спецназ не похожи, да и он там не служил, — задумчивым голосом сказал Холодов. — Тут этот Гена и… кто этот мужик слева? Вот этот, — он ткнул пальцем в экран. — Его в конце мая в твоём городе хлопнули, когда там разборка была. Слышал же?

— Конечно.

Не только слышал, а сам же её и спровоцировал. Но пока не сказал, потому что у нас сейчас другое по плану. А то Холодов начнёт расспрашивать.

Сейчас майор говорил про улыбающегося парня с калашом, в котором было сложно узнать того мордатого мужика, которого я видел не так давно в своём городе.

Я с ним говорил сам и даже видел, как он умер. Этот мужик из той группы боевиков «ОмниПалант», которая следила за Змейкой, используя все возможности шпионской системы «Омниус». Хотели украсть наработки по «Периметру» любой ценой, даже с сопутствующим ущербом, поэтому грохнули курьера с закладками.

У них были умные следящие устройства и не менее умная техника (даже винтовка, которая наводилась машиной). Но это их не спасло, когда я стравил их с местными бандитами.

Именно этот мужик был в составе группы, притворялся чекистом и хотел меня прикончить. Он был русский, назывался Лёхой, говорил, что его послал какой-то Васька, потому что молодые без подсказок от ИИ ничего не могут. А потом умер от кровопотери, ведь был ранен.

Он мне ещё код говорил, и во дворце памяти я тут же его нашёл — 492113. Тогда я разблокировал его телефон и всё прочитал, узнав о существовании Омниуса. Но кто этот мужик на самом деле, я тогда так и не узнал и ничего конкретного по нему не нашёл.

— Это он, — настаивал Холодов. — Ещё молодой, но он.

А вот третьего он никогда не видел и не обратил на него внимания, но он явно был самым важным. Я и сам не видел его вживую, но он был в воспоминаниях Тумана, которые мне открылись совсем недавно.

Туман думал о нём просто — «Русский», брал у него деньги, но при этом опасался его.

Значит, если сложить всё, что мне известно, то Русского зовут Василий, и это он отправил группу в мой город, выдав им Омниус. А Гена связан с ними всеми.

И раз двое были в «ОмниПалант», то они явно внедрили Гену к Корнееву. Только как за столько лет он не попался? Или он не пытался действовать, а просто был спящим агентом и ждал подходящего шанса?

— Можно как-то найти его? — всё спрашивал Холодов про того мужика.

Такая функция была. Я просто выделил этого Лёху, и система его нашла через три минуты. Правда, написала, что это Воронцов Алексей, и он пропал без вести в 2001-м.

И всё, данных мало. Ну, нейросеть же ищет из электронных источников, а человек, пропавший двадцать пять лет назад, в них почти не попадает.

— Ничего нет, — сказал я.

— Ладно, зато можно уже с уверенностью говорить, что Гена повязан с «ОмниПалант»! — с восторгом воскликнул Холодов.

У него такой вид, будто он взял след и готов копать.

— Если он расколется…

— Да и вряд ли такой человек легко расколется, — я показал на снимок военного. — Это не неженка какой-то. Пойдёт в несознанку. Или скажет, что не видел его с 2001 года. Мы для себя теперь знаем, но официально-то ещё надо доказать.

— Вадим, я в этих делах… — он замолчал и задумался, не став продолжать. — Ладно, что ты предлагаешь? — спросил он мягче.

— Тут есть человек, — я показал, — который этот снимок оцифровал и выложил. Можно с ним поговорить. И вот насчёт этого тоже.

Я показал на Русского, по которому не было вообще ничего. Система его не находила.

— А этот в чем виноват? — удивился Холодов.

— Туман его помнил. Этот человек давал ему деньги.

— Вот как…

Вот это я скрывать не стал и честно рассказал, что помнил. Не так уж и много на самом деле.

Вот только сразу наткнулись на препятствие. Человек по имени Андрей, который опубликовал снимок, не заходил в свои соцсети уже почти пять лет, а последние записи — соболезнования от друзей, тоже примерно в то же время. Он умер давно.

Я не опустил руки и начал искать дальше, задав по поиску всех, кто был на снимке. Холодов уже торопился и спорил, но через десять минут нейросеть Корнеева нашла другого, рыжего парня с широкой улыбкой. Этот за тридцать лет поправился, на того пацана уже не походил, но по взгляду и характерной улыбке видно, что это он.

— Есть! — сказал я. — Живёт в Питере. Он на контракте, но в отпуске. Можно ещё успеть застать.

— Старый вояка, значит, всё воюет и воюет, всю жизнь уже, — Холодов посмотрел на крепкого мужика, которому уже за пятьдесят. — Ну хоть этот не шпион. Блин, только как бы мне уехать туда? Меня не отпустят.

— Давайте я съезжу.

— Ты? — удивился он. — И как?

— Мне нужна машина и ресурсы. И чтобы кто-нибудь помог. А дальше справлюсь.

— Ты там был хоть раз?

— Туман был. Его навыки-то остались. Да и меня же в Москве ищут. А ещё… там жил и работал Глеб Шилов. Если он прикроет, будет намного проще.

— А он тебя прикроет? — спросил майор. — Тебя же обвиняют в убийстве, Вадим.

— А помните, как он Паука застрелил?

— Твоя правда.

— В нём уверен. Мне бы только с ним увидеться. И с Наташей, конечно.

— Блин.

Холодов задумался, а потом взглянул на снимок. Я сохранил всё, что мог, потому что не факт, что будет доступ потом. Но данные я запомнил.

Не хочет меня отпускать майор, и я понимал опасения. Но шанс есть, и очень хороший. Правда, дело не только в этом.

— И тут ещё есть один факт, — произнёс я, немного разобравшись в памяти.

— Какой?

— Епископ очень любит Санкт-Петербург. Он может быть там.

Ведь у меня в голове тут же появилось старое воспоминание, сработав на этот крючок, когда я думал о городе. Воспоминание явное. Осень, шёл дождь, и, кажется, это 90-е, судя по одежде людей и большому телефону с антенной. Этот телефон Туман держал при себе.

— Он там!

Крепкие парни в кожанках и спортивных штанах пробежали по двору-колодцу, а Туман, ехидно усмехаясь, спрятался от них в парадной и смотрел в окно. Затем пошёл на точку встречи.

— Разве это было обязательно? — спросил он, увидев сидящего в кафе человека. — Ты же говорил, не будет проверок. А сам подговорил братву, чтобы меня искали.

Они говорили на английском, но Туман сказал: bratva.

— Зато когда тебя ищут местные бандиты, Дымок, — с ехидным видом сказал Епископ, — ты узнаёшь город куда лучше и намного быстрее. А ещё — это очень красивый город, его стоит узнать хорошо. Мне он нравится больше, чем Брюгге. Нечасто удаётся сюда вырваться, так что свой шанс не упускаю никогда…

Глава 11

— Мы с тобой как в летнем лагере, — пошутил я, наклоняясь к Наташе. — Ото всех прячемся, даже раздеться не выходит.

— В летнем лагере развлекался? А что ещё я о тебе не знаю? — она рассмеялась.

— Это было давно, и я был молод.

Меры предосторожности жёсткие, поэтому Наташе пришлось оставить свои телефоны и ехать далеко в один из посёлков Московской области, постоянно проверяя, не следит ли за ней кто-нибудь.

Вот и приехала на эту старую холодную квартиру, где никто не жил уже пару лет, и скоро мы с ней лежали на диване, даже толком не раздевшись, потому что в любой момент может понадобиться сорваться отсюда. Но не удержались и немного времени провели друг с другом очень тесно и жарко, а потом приступили к разговору.

— Вот сразу не поверила, когда начали говорить такое, — сказала Наташа. — Мы взяли с Глебом эту выдру, а потом такие новости…

— Ого, реально молодцы. Она раскололась?

— Да, но… — девушка сжала губы, глядя на меня. — А ты что будешь теперь делать?

— Разберёмся, — я чмокнул её в лоб. — Давай пока о делах, времени мало. Скоро ехать.

— Вадим, — с укоризной произнесла Наташа. — Нельзя так. Это всё серьёзно.

— Я не буду сдаваться добровольно, — сказал я. — Потом не выйдешь. Надо разбираться.

— Нет. Я про встречи. Поймут, что ты ко мне ходишь, и будут ждать. Уехать тебе, может?

— Пока нет. Будем искать, кто Корнеев грохнул и на меня спёр. Что там эта, как говоришь, выдра делала?

— Она что-то украла с флешки Корнеева, — начала шептать Наташа. — И куда-то скопировала.

— А что именно? — я навострил уши.

— Не знаю. Флешку сразу убрали, я не смотрела содержимое. Но там что-то серьёзное. Лежала в сейфе Корнеева. Этот Давид сразу пошёл завещание искать, как отец погиб. Открыл сейф, и выдра украла флешку.

— Прагматичный тип этот Давид, — заметил я.

— Да, но он, как я поняла, боялся, что туда вписан ты. А когда прочитал… — она вздохнула. — Вот как в кино, когда человек начинает смеяться жутко. Вот тут он смеялся. Шок или что-то такое.

— Только не говори, что он свихнулся.

— Нет, — она помотала головой. — Но его увезли в частную клинику, а потом он пришёл в себя. Сказали, что шок. Но он тогда прочитал и хохотал. Жутко так было. По полу катается и хохочет. Как в кино.

— А что-то было в сейфе и ушло в ЦРУ, — я задумался.

Лишь бы не исходный код «Сферы», за которой они охотились. Нет, должно быть что-то другое, Корнеев спрятал там что-то своё.

— Пока ищут, — продолжила Наташа. — Потому что она передала это кому-то через передатчик, а не через инет. Но выгрузить в интернет по защищённым каналам — раз плюнуть.

— Понял.

— У неё есть свой куратор, — сказала она, вспомнив об этом. — Она его выдала, он в стране, скрывается. Тоже ищут.

— А ты сейчас чем занимаешься? — поинтересовался я.

— А мы поругались с Виноградовым из-за тебя. Я и Глеб. Виноградов психанул, отправил Глеба в отпуск, а меня… ну а я показания даю, и в офисе бумажками занимаюсь.

— Вот же блин. Но ты не бойся, это недолго. Мы уже придумали, что делать.

Я знал, что Глеб сейчас не работает. Чтобы он не натворил дел, Виноградов отправил его подальше, и то, что он уедет в Питер на это время, никого не удивит. Он же там жил раньше и работал.

И при этом я думал, что Епископ, если он как-то изучает обстановку со мной, может там взять Глеба в оборот, как мой контакт, ведь остальные контакты в родном городе и Москве совсем перекрыты.

И вот над этим мы работали. Глеб в курсе, был не против.

— Пора идти, Вадим, — робко сказала Наташа, о чём-то думая.

— Скоро увидимся снова. И уже в нормальных условиях.

Вид у неё подавленный. Озадачили её. Зато доверяет мне, а что ещё надо для счастья?

* * *

На следующий день пересёкся с Глебом. Встреча была организована Холодовым по правилам конспирации, и Глеб даже виду не подал, когда мы с ним столкнулись в упор в переполненном вагоне метро в час пик. Так и ехали впритирку пару остановок.

«Еле тебя узнал, брат», — написал он на экране телефона, будто с кем-то переписывался.

Ещё бы, я замаскировался от души и выглядел на тридцать. Правда, пришлось сутулиться, чтобы хоть немного замаскировать рост, и надеть неудобную обувь с тонкой подошвой.

«Нужна твоя помощь», — написал я на том телефоне, что был у меня.

«Без б».

«Любимое место Вани знаешь?»

Глеб задумался ненадолго. Но с погибшим в прошлом месяце Иваном он был в дружеских отношениях, и, конечно, знал, где любит гулять его друг, живший в Питере.

Интернет работал даже в метро. Глеб открыл карты и начал «ездить» по улицам Питера в режиме панорамы, где видны снимки домов. В одном месте он остановился чуть дольше, чем надо, и внимательно посмотрел на меня.

Понял, это какой-то сквер. Я поставил эмодзи в виде большого пальца и молча пошёл на выход.

Теперь осталось добраться до Питера. Самолёт и поезд не подходили, но можно уехать на машине, и Холодов добыл мне старую девятку. Но маршрут пришлось построить так, чтобы держаться в стороне от тех мест, где меня могут увидеть.

Поэтому ехать придётся долго.

* * *

Перед отъездом Холодов ко мне пришёл. Он будто давно не спал, но в такой ситуации понятно, что на сон у него очень мало времени. Но зато принёс свежие данные.

— Слушай, я тут поболтал со старыми коллегами, кто давно у нас работает. Есть у нас один дед, кто ещё с 90-х в Конторе, ФСК даже застал. Он узнал этого типа с фото, которого ты указал.

— И кто он?

— Василий Литвинов, — объявил майор. — Дезертир. Участвовал в Первой Чеченской, отличился, но во Вторую его перекупили боевики. Короче, он убил командира части и ушёл к ним. А между войнами был киллером в Тамбовской ОПГ в Питере. Неприятный человек, говорят, хотя сослуживцы уважали.

— А вы его откуда знаете? — спросил я.

— Между нами — во время первой войны помогал нашим операм из ФСК искать иностранных инструкторов и наёмников. Но похоже, деньги ему оказались важнее, — с разочарованием произнёс Холодов. — Потом сам стал наёмником, уехал в Югославию, и его там зарезали по пьяни.

— Что-то не то, — заметил я. — Не сходится.

— Да. Может, ты напутал, Вадим? Сам понимаешь, свои-то воспоминания — потёмки. А чужие…

— Тут у нас другая ситуация, — я помотал головой. — Это как кино, я иногда даже картинки вижу. Туман почти ничего не забывал. Мне просто надо приводить всё в порядок, но я не мог спутать.

— Не знаю. Думаю, тут глухо, так что лучше не ездить.

— Стоит съездить. С этой стороны они удара не ждут. Да и Епископ должен быть там.

— Ладно. Слушай, — он полез в карман. — У меня тут было немного…

— Деньги есть, — я помотал головой.

Деньги-то не проблема, прошёлся вчера по некоторым криптообменникам, взял нал мелкими суммами. И были нычки Тумана с валютой, которые я перевёз сюда, и часть гаджетов, которые я смог взять.

Вот и поехал в ночи, а старая, ещё кассетная магнитола (Холодов был уверен, что я не смогу в ней разобраться, но я смог) пела:

— Солнце, наливаясь, пошло в зенит,

Музыка в моих ушах звенит.

«Не грусти и даже не делай вид!»

Каждая нота мне говорит…

Как раз нашёл кассету «Сектора Газа» в бардачке. Жаль, что тачка старая, бортовой комп не поставишь. И планшетом не воспользуешься, без мер предосторожности спалят. Так что придётся работать по старинке, как учили раньше, без всяких помогалок и умных устройств.

Хорошо, что не подсел на всё это и не обленился.

* * *

Питер на удивление был солнечным, хотя я думал, что дождь тут идёт постоянно. Но нет, даже было жарко, и в другое время остался бы в майке и шортах, но пока же приходится соблюдать маскировку и париться в пиджаке. Лишь бы бородка не отклеилась.

Когда-нибудь приедем сюда с Наташей и погуляем, а пока же восторгаться городом совсем некогда. Стоило немалого труда найти этот спрятанный между домами сквер, который показал мне Глеб, куда часто приходил Ваня, и где они пересекались поболтать перед между работой и баром.

Место интересное, и фонтан есть, правда, неработающий, но туристы про него не знают, поэтому почти никого не было. Но я помнил маршрут по тем картам, которые он показывал, и в итоге нашёл.

А вот Глеб в назначенное время не явился. Связью я не пользовался, чтобы не обнаружить себя, и, прождав нужное время, пошёл на выход, гадая, что могло случиться с Шиловым.

И только когда уходил, увидел, как он бежит по улице, сильно запыхаясь. Но подошёл не ко мне, а сел покурить, и я ждал у одной из парадных, сделав ему знак. Минут через десять он подошёл сюда, а я следил, есть ли хвост. Если за ним не следят со спутника, то нет. И дронов нет, как и камер. Место тёмное, за домами, можно недолго поговорить.

— Что случилось? — спросил я.

— Да в поезде в сортире покурил, и меня менты высадили, — он хохотнул. — Раньше не попадался, а тут…

— Глеб, — с укоризной протянул я. — Дело важное.

— Зато вышло удачно. Меня на вокзале, говорят, какие-то типы караулили у вагона. Товарища просил встретить. А я на попутке добрался. Потеряли меня.

— Понял, бро.

— Какие планы, брат? — спросил он. — У тебя голова светлая, варит. Вот я и сорвался. Наверняка что-то придумал.

— Мне нужно место, где выйдет пересидеть и подготовиться. Но которое не связано с тобой. А тебе пока надо заниматься тем, чем бы ты занимался в отпуске. Чем, кстати?