Эпидемия: Голоса бездны

* * *

Когда я проснулся, в каюте уже было светло. Сияние дальнего перехода исчезло, за иллюминатором появились звёзды, а на панели возле двери горел зелёный сигнал выхода на безопасный маршрут.

Я не сразу понял, почему не могу пошевелиться. Сабрина спала на моей правой руке, Эйра — на левой. Александра обнимала правую ногу, Селена — левую, а Кассандра лежала прямо на груди и тихо дышала.

Я осторожно посмотрел на экран времени. Мы действительно проспали почти весь переход.

Сабрина проснулась первой. Она подняла голову, увидела моё лицо и сразу улыбнулась. Потом наклонилась и поцеловала меня — мягко, но уверенно.

— Доброе утро, — прошептала она.

— Доброе. Ты всё ещё держишь мою руку.

— Теперь буду держать её всегда, если ты позволишь.

Сабрина снова положила голову мне на правую руку и несколько минут просто лежала рядом, переплетя пальцы с моими.

— Я поняла, что теперь буду спать вместе с тобой, — сказала она. — Не только приходить за поцелуем перед заданием. Мне нужно просыпаться рядом и знать, что ты здесь.

— Ты уверена?

— Я принцесса. Я не произношу такие обещания случайно.

Она поцеловала меня ещё раз, осторожно поднялась и поправила ночной наряд.

— Я пойду на мостик. Но если позовёшь — прибегу сразу.

— Даже если будет тревога?

— Особенно если будет тревога. Но сейчас мне нужно проверить маршрут.

Сабрина вышла. Едва дверь закрылась, Александра пошевелилась. Она проснулась у моей правой ноги, подняла голову и посмотрела на освободившуюся руку.

— Она ушла? — сонно спросила Александра.

— Да.

Александра не стала вставать. Она сама перебралась от правой ноги вверх, осторожно устроилась рядом с моей правой рукой и снова обняла её.

— Тогда я займу это место, — сказала она. — Раз уж оно стало свободным.

— Ты ведь только что лежала у ноги.

— Это была первая версия. Теперь будет вторая.

Она поцеловала меня в щёку и закрыла глаза, продолжая держать правую руку.

— Я тоже теперь буду спать вместе с тобой, — сказала Александра. — Но предупреждаю: перед сном и после сна я всё равно буду проверять твой пульс.

— Даже если я попрошу не проверять?

— Особенно тогда.

Она ещё несколько минут лежала рядом, счастливо улыбаясь, а потом всё-таки поднялась.

— Я в медицинском отсеке. Если заболит хоть что-нибудь, зови меня. Я прибегу быстрее, чем ты успеешь сказать, что это «пустяки».

Через несколько мгновений проснулась Эйра. Она подняла голову с моей левой руки и сразу заметила, что Сабрины нет.

— Она уже ушла?

— Да.

Эйра наклонилась и поцеловала меня. Потом положила голову обратно на левую руку и несколько минут не собиралась двигаться.

— Я тоже теперь буду спать вместе с тобой, — сказала она. — И это не приказ, а решение.

— Командирское решение?

— Решение девушки, которая слишком долго делала вид, что умеет держать дистанцию.

Эйра погладила мои пальцы.

— Сегодня я буду на мостике. Если начнётся тревога, я уйду первой, но вернусь к тебе сразу же.

— Ты обещаешь?

— Я не обещаю без причины.

Она поцеловала мою ладонь, поднялась и тихо вышла.

Селена проснулась почти сразу после неё. Она лежала у моей левой ноги, несколько секунд смотрела на звёзды, затем заметила свободное место возле левой руки.

— Эйра ушла? — спросила она.

— Да.

Селена сама перебралась от левой ноги к освободившейся левой руке и устроилась там, осторожно обняв её.

— Тогда я буду здесь.

— Ты не хочешь сначала проснуться окончательно?

— Нет. Я хочу запомнить, каково это — просыпаться рядом с тобой и не бояться, что всё исчезнет.

Она поцеловала меня и несколько минут лежала на моей руке.

— Теперь я тоже буду спать вместе с тобой, — прошептала Селена. — Даже если между нами будет океан, я найду дорогу обратно.

— А если я позову тебя?

— Прибегу. Но, возможно, сначала приплыву.

Селена улыбнулась и вышла последней из тех, кто собирался на работу.

Кассандра проснулась, когда дверь закрылась. Она всё ещё лежала на моей груди и слышала весь разговор.

— Значит, все уже объявили новый закон? — спросила она.

— Похоже на то.

Кассандра подняла голову, поцеловала меня и снова положила ладонь мне на грудь.

— Я ничего объявлять не буду. Я просто покажу.

— Что именно?

— Что теперь у меня тоже есть место рядом с тобой. И если ты решишь, что можешь убрать меня с кровати, я восприму это как личное оскорбление.

Она ещё несколько минут лежала сверху, счастливо улыбаясь.

— Я буду спать с тобой, солдатик. Даже если ты будешь утверждать, что тебе нужно пространство.

— А если действительно понадобится пространство?

— Я дам тебе целых пять сантиметров.

Кассандра поцеловала меня в щёку, поднялась и надела свою накидку.

— Я буду в командном отсеке. Не скучай. И не пытайся без нас спасать целую планету.

Я остался один всего на несколько секунд. Потом быстро привёл себя в порядок и вышел следом.

Сабрина ждала возле выхода из каюты. Она сразу взяла меня за руку — именно за правую, ту, которую первой обнимала ночью, — и не отпустила.

— Мы опоздали на мостик? — спросил я.

— Нет. Но я решила провести ещё одну важную процедуру.

— Какую?

Сабрина посмотрела на меня с притворно строгим выражением лица.

— Проверку, что ты действительно идёшь со мной, а не за кем-то ещё.

— Это ревность?

— Это ответственность принцессы.

Она крепче сжала мою руку.

— И ещё одно: пока мы смотрим на Гаффу-87, ты будешь держать меня за руку. Это тоже важная процедура.

— А если я не отпущу?

— Тогда я буду уверена, что всё делаешь правильно.

Мы вошли в командный отсек. Сабрина не отпустила мою руку даже тогда, когда на главном экране появилась планета.

Когда мы подошли к центральному столу, Сабрина всё ещё не отпускала мою руку. Кассандра заметила это первой.

— Принцесса, если ты будешь держать его так крепко, он не сможет поднять карту.

— Тогда карту поднимешь ты.

— А если я откажусь?

— Я напомню, что ночью ты заняла всю его грудь.

Кассандра тут же замолчала. Эйра попыталась скрыть улыбку, Александра покачала головой, а Селена сделала вид, что очень внимательно изучает маршрут.

Я посмотрел на Сабрину.

— Ты действительно не собираешься отпускать?

— Пока на экране не появится Гаффа-87 — нет.

— А потом?

— Потом посмотрим. Возможно, мне понадобится ещё одна важная процедура.

Она сказала это так серьёзно, что даже Эйра не стала спорить. Через несколько секунд на главном экране появилась огромная голубая планета, и Сабрина сжала мою руку ещё сильнее.

В командном отсеке уже собрались все. На центральном столе лежала схема Гаффы-87, а рядом — контейнеры с защитными костюмами, фильтрами и водонепроницаемыми коммуникаторами. Эйра вывела на экран правила экспедиции.

— Первое: не расходимся без связи. Второе: не пьём местную воду и не принимаем пищу, пока Александра не проверит образцы. Третье: любое голубое свечение, повторяющийся гул или изменение поведения жителей считаем признаком очага.

— Четвёртое, — добавила Кассандра, — не отдаём мою шляпу без боя.

— Четвёртое: не провоцируем местную охрану, — продолжила Эйра, глядя на неё.

— Я просто уточнила.

Александра разложила на столе датчики.

— Эпидемия длится около месяца, но это не значит, что очаг появился месяц назад. Мы видели на Эгиде-12, как якорь мог долго оставаться скрытым. Вирус мог распространяться медленно, пока система проверяла подходящую среду.

— На Гаффе подходящая среда — океан, — сказала Селена. — Если очаги связаны под водой, их можно не заметить даже рядом с городом.

— Поэтому мы высаживаемся на внешнем острове, — сказала Эйра. — Внутри города нас могут уже ждать.

Я посмотрел на изображение Олимписа.

— А если Дантей не захочет слушать?

— Тогда мы выслушаем его первым, — ответила Эйра. — Нам нужна информация, а не спор.

— Но если он защищает якорь…

— Тогда мы поймём, почему. После этого решим, как действовать.

Сабрина встала рядом со мной.

— Мы возвращаемся домой Селене. Нельзя позволить страху превратить нас в захватчиков.

Селена благодарно коснулась её руки. Но на схеме вокруг Олимписа уже мигали красные зоны ограниченного доступа.

После её ухода я тоже встал и привёл себя в порядок.

В зеркале я увидел человека, который выглядел старше, чем утром на Эгиде-12. На шее осталась тонкая царапина, на запястье — след от фиксатора, а под глазами залегли тени. Но взгляд был другим: усталость не исчезла, зато появилась ясность.

Я надел форму экспедиции, проверил крепления ботинок и спрятал серебряную застёжку Кассандры во внутренний карман. Мачете Данилы осталось в чехле: после слов Матильды я не хотел превращать его память в привычку хвататься за оружие. Но я взял с собой пустой держатель, чтобы вернуть клинок на место, когда нам отдадут вещи.

На выходе я задержался у двери. Внутри остались следы ночи: смятое одеяло, пять подушек, шляпа, которую Кассандра забыла на краю кровати, и тихий запах океанского сна. Я улыбнулся и вышел навстречу новому уровню отношений.

Сабрина ждала меня возле выхода из каюты.

— Все уже собрались, — сказала она. — Эйра просила тебя прийти на мостик.

— А ты почему не позвала раньше?

— Хотела дать тебе несколько минут спокойно проснуться.

— Спасибо.

— Я теперь ответственная девушка.

— Матильда действительно сильно на тебя повлияла.

— Она всегда на меня влияет. Просто иногда я делаю вид, что нет.

Мы вместе направились в командный отсек.

По дороге Сабрина рассказывала, как остальные девушки спорили, кому первой идти будить меня. Эйра заявила, что командир не должен вмешиваться в личное расписание экипажа. Кассандра ответила, что командир просто завидует тому, что у неё нет расписания.

— А ты что сказала? — спросил я.

— Я сказала, что если вы обе продолжите спорить, я сама разбужу Влада водой.

— Ужасный метод, — заметил я.

— Эффективный.

У двери командного отсека Сабрина остановилась и поправила мне воротник.

— Ты уверен, что готов?

— К Гаффе — нет. К вам — да.

Она улыбнулась и на секунду прижалась лбом к моему плечу.

— Тогда держись рядом. Сегодня мы будем смотреть на твою новую планету вместе.

* * *

На главном экране появилась планета.

Сначала я увидел только голубой свет. Потом изображение приблизилось, и под кораблём возник огромный шар, почти полностью покрытый водой. Белые облака тянулись над океанами длинными полосами. Между ними виднелись небольшие острова, архипелаги и крупные участки суши, на которых сияли слабые огни городов.

Гаффа-87 была прекрасной и тревожной одновременно.

Мы наблюдали за планетой несколько минут, не произнося лишних слов. На дневной стороне океан отражал свет звезды, и казалось, что весь шар покрыт движущимся стеклом. На ночной стороне голубые точки городов соединялись тонкими линиями. Некоторые цепочки гасли одна за другой, будто кто-то медленно выключал целые районы.

— Это происходит сейчас? — спросил я.

Селена кивнула.

— Иногда связь с платформой исчезает за одну минуту. Иногда сначала пропадает свет, потом вода в каналах становится мутной, а через несколько часов жители перестают отвечать.

Александра включила запись.

— Нам нужно фиксировать каждый симптом. Не только болезнь, но и изменение инфраструктуры.

— Если якорь изучает вирус, — сказала Эйра, — он может менять среду так, чтобы заражение переходило от человека к человеку быстрее.

— Или от воды к человеку, — добавила Селена.

Кассандра впервые не пошутила. Она смотрела на планету и тихо сказала:

— Если девяносто девять процентов воды связаны одной системой, очаг может добраться куда угодно.

Я смотрел на маленький голубой шар и думал о том, что для его жителей океан был не пейзажем. Он был дорогой, домом, памятью и единственным способом связаться друг с другом. Если якорь захватил воду, он захватил саму жизнь Гаффы.

Изображение увеличилось. Облака над Гаффой-87 были не белыми, а с голубовато-серыми прожилками. Между ними виднелись огромные круги течений, настолько большие, что их можно было принять за материки. На ночной стороне планеты мерцали города, однако часть огней образовывала странные цепочки, уходившие в океан.

— Это города? — спросил я.

— Городские платформы, — объяснила Селена. — Многие поселения соединены подводными тоннелями. Гафяне строили их веками. Мы почти не разделяем море и сушу: для нас это один дом с разными комнатами.

Александра включила спектральный слой.

— Посмотрите на эти голубые линии.

На экране появились тонкие дуги, которых не было видно в обычном диапазоне. Они связывали несколько островов и сходились возле Олимписа.

— Сигналы очагов? — спросила Эйра.

— Пока только совпадение. Но энергия у них одинаковая с той, которую мы видели на Эгиде-12.

Селена побледнела.

— Эти линии проходят рядом с моим городом.

— Значит, времени мало, — сказал я.

— Времени никогда не было много, — ответила она. — Мы просто узнали об этом слишком поздно.

Пилот сообщил, что корабль готов к снижению. «Апполеон» повернул к внешней дуге островов. В иллюминаторах уже можно было различить отдельные платформы: одни светились ровно, другие мигали, словно кто-то под водой пытался подать сигнал.

Кассандра наклонилась к экрану.

— Вон там корабль без огней.

Селена долго смотрела на него.

— Это спасательный транспорт Олимписа. Если он дрейфует, значит, команда не смогла вернуться.

В отсеке стало тихо. Красота планеты больше не казалась праздничной. Каждый остров выглядел возможной точкой бедствия.

— Почти девяносто девять процентов воды, — сказала Селена.

Она стояла возле навигационного экрана, не отрывая взгляда от родной планеты.

— Даже больше, чем я представлял, — сказал я.

— Когда живёшь здесь, перестаёшь замечать океан. Он становится дорогой, стеной, источником еды и частью дома. Но теперь многие участки воды стали опасными.

— Из-за вируса? — спросила Александра.

Селена кивнула.

— Гафяне обнаружили его около месяца назад. Сначала заболели жители одного острова. Потом связь с соседними платформами начала исчезать. Через несколько дней появились первые сообщения о странных очагах.

Эйра посмотрела на карту.

— Сколько населённых пунктов потеряли связь?

— Точного числа нет. Некоторые города просто перестали отвечать. В других люди ещё передают сигналы, но не разрешают приближаться к берегу.

— А Олимпис?

— Олимпис пока отвечает. Поэтому нам нужно попасть туда как можно скорее.

Селена вывела на карту архивные данные, сохранившиеся в её навигационной панели. Сначала появились названия островов, затем даты. Первое сообщение о болезни было отправлено тридцать один день назад. Через два дня после этого связь с островом Лаэрис оборвалась. Ещё через четыре дня исчезли сигналы от двух подводных станций.

— Почему правительство не эвакуировало жителей? — спросила Эйра.

— Эвакуация на Гаффе сложнее, чем на обычной планете. Перевезти людей можно только по воде или через защищённые шлюзы. Если течения закрыты, город становится отдельным островом.

— А Дантей объявил карантин?

— Сначала он говорил, что это временные ограничения. Потом патрули перестали пропускать суда, а сообщения начали проходить через дворец.

Александра нахмурилась.

— Значит, мы услышим только ту версию, которую разрешит власть.

— Дантей был правой рукой моих родителей, — сказала Селена. — Он всегда верил в порядок. После их смерти совет передал ему трон, потому что по закону принцесса получает право править только после тридцати двух лет. Мне двадцать восемь.

— Четыре года разницы, — сказал я.

— Для закона — целая вечность.

Сабрина сжала её ладонь.

— Для тех, кто хочет спасти народ, возраст не должен быть препятствием.

Селена улыбнулась, но потом посмотрела на красные зоны.

— Если Дантей увидит во мне угрозу, он вспомнит не мои слова, а закон. Если он уже знает о якоре, он может решить, что я вернулась разрушить его власть.

Эйра отключила архив.

— Тогда мы будем говорить о фактах. Вирус обнаружен около месяца назад. Система якоря связана с океаном. Один якорь имеет семь очагов, и разрушать их нужно по порядку. Мы не станем ломать ничего вслепую.

— Я хочу верить, что он это поймёт, — сказала Селена.

— А если не поймёт? — спросил я.

— Тогда мне придётся напомнить ему, кому он когда-то клялся служить.

Кассандра наклонилась над картой.

— А где у вас на этой планете находятся сокровища?

Селена посмотрела на неё.

— Сейчас ты серьёзно?

— Я пытаюсь понять географию.

— Конечно.

Сабрина подошла к иллюминатору.

— Где твой родной город?

Селена увеличила карту. Среди огромной синей поверхности возникла цепочка островов. В центре находился большой круглый участок, окружённый платформами и высокими башнями.

— Вот Олимпис. Он построен вокруг древнего кораллового основания. Нижняя часть города находится под водой, верхняя — на больших каменных и металлических платформах.

— Красиво, — сказала Сабрина.

— Было красиво, — ответила Селена. — Я не знаю, что осталось теперь.

Эйра включила общий канал.

— Пилот, запрос на безопасную посадку.

— Получаю ответ от внешнего островного поста. Главный город не разрешает посадку иностранных кораблей внутри городской зоны.

— Садимся на внешнем острове, — сказала Эйра.

Селена быстро повернулась к ней.

— Оттуда можно добраться до Олимписа по воде. Я знаю маршрут.

— Нас встретят?

— Должны.

— «Должны» меня не успокаивает.

— Меня тоже, — тихо сказала Селена.

Корабль начал снижение.

При снижении «Апполеон» вошёл в плотные слои атмосферы. По корпусу прошёл мягкий гул, а на иллюминаторах появилась тонкая плёнка влаги. Навигационная система предупредила о нестабильных потоках над западным океаном.

— Причина? — спросила Эйра.

— Температурные аномалии и сильные восходящие потоки, — ответил пилот.

Селена увеличила карту.

— В этом секторе раньше не было таких потоков.

Александра вывела на экран состав воздуха.

— В атмосфере присутствуют частицы соли и органического аэрозоля. Это может быть обычным явлением для океанической планеты, но концентрация выше нормы.

— Вирус в воздухе? — спросила Сабрина.

— Я не могу утверждать. Пока только следы неизвестного вещества.

Эйра приказала закрыть внешние клапаны и перейти на внутреннюю фильтрацию. Корабль накренился, и все на секунду схватились за поручни.

— Добро пожаловать на Гаффу, — сказала Кассандра. — Здесь даже воздух хочет проверить нас на прочность.

Селена положила руку на стекло.

— Не сердись на планету. Она не выбирала, что с ней сделали.

Под нами появились первые острова. Они выглядели как тёмные зелёные пятна, разбросанные среди огромного океана. На некоторых стояли башни и платформы, другие были пустыми. Между островами двигались небольшие суда. Часть из них шла с включёнными огнями, а часть дрейфовала без движения.

Александра внимательно смотрела на показания датчиков.

— В воздухе нет признаков заражения. Но это не исключает опасность в воде.

— Мы будем использовать защитные костюмы, — сказала Эйра. — Никто не пьёт местную воду и ничего не касается без проверки.

— Даже если это будет красивый цветок? — спросила Сабрина.

— Особенно если это будет красивый цветок.

Корабль опустился на площадку внешнего острова.

Перед посадкой мы ещё раз проверили снаряжение. Защитные костюмы были тонкими и почти невесомыми, но в воротниках имелись фильтры, а на запястьях — световые индикаторы заражения. Эйра настояла, чтобы каждый запомнил цвет сигнала: зелёный означал норму, жёлтый — необходимость остановиться, красный — немедленную изоляцию.

— А если индикатор станет голубым? — спросила Кассандра.

Александра ответила не сразу.

— Тогда не трогайте его руками и зовите меня.

— Мне начинает нравиться зелёный.

Корабль мягко коснулся посадочной площадки. Платформа была старой: металлические секции разошлись в нескольких местах, а между ними росли низкие водоросли. На дальнем краю острова стояла башня с погасшим маяком.

Селена спустилась первой и вдохнула влажный воздух. Она закрыла глаза, будто пыталась отделить настоящий запах родной планеты от воспоминаний.

— Здесь раньше продавали горячий хлеб из морских зёрен, — сказала она.

— А сейчас? — спросила Сабрина.

— Сейчас здесь пусто.

Вдоль берега лежали перевёрнутые лодки. На одной из них сохранилась эмблема Олимписа, но краска была покрыта серой плёнкой. В воде возле камней светились тонкие нити, похожие на корни.

Александра присела и поднесла датчик к поверхности.

— Низкая активность. Не трогать.

Селена показала на восток.

— Город в той стороне. Плыть около часа, если течение спокойное.

— А если неспокойное? — спросила Эйра.

— Тогда оно решит, куда нас принесёт.

— Отлично, — сказала Кассандра. — Уже чувствую гостеприимство Гаффы.

Когда рампа открылась, внутрь ворвался влажный воздух с запахом соли, водорослей и тёплого камня. Вдали шумели волны. Над океаном летели птицы с прозрачными крыльями, а возле берега плавали небольшие существа, похожие на светящиеся ленты.

Селена спустилась первой и на несколько секунд замерла.

Я увидел, как она смотрит на воду. Она вернулась домой, но этот дом встретил её тишиной.

— Ты узнаёшь это место? — спросил я.

— Да. Здесь я впервые училась плавать.

Сабрина подошла к ней.

— Ты можешь показать мне?

Селена улыбнулась.

— Конечно.

Эйра проверила оборудование и разрешила нам пройти к воде. У каждого были лёгкие защитные накладки, пояс с запасом воздуха и водонепроницаемый коммуникатор. Селена объяснила, что до первого городского шлюза нужно добраться вплавь: местные патрульные не разрешали чужим кораблям приближаться к Олимпису.

— Мы действительно поплывём? — спросил я.

— Да.

Кассандра посмотрела на океан.

— Я надеюсь, что у меня будет возможность сохранить шляпу сухой.

— У тебя есть водонепроницаемый футляр, — напомнила Александра.

— Он защищает шляпу от воды. Но не воду от шляпы.

Мы вошли в океан.

Вода оказалась теплее, чем я ожидал. Защитный костюм помогал держаться на поверхности, а небольшие двигатели на поясах позволяли двигаться вперёд. Селена плыла рядом с Сабриной и постоянно показывала ей что-то внизу.

Под нами проходили длинные коралловые арки. Между ними двигались стаи маленьких серебристых рыб. На глубине виднелись светящиеся растения, которые раскрывались при приближении людей. Огромное существо с прозрачными плавниками проплыло на расстоянии нескольких метров и исчезло в синей темноте.

— Ты видела? — спросила Сабрина.

— Это светокрыл. Они приходят к островам перед сменой течений.

— А там что?

— Подводный сад. Раньше туда приезжали семьи. В воде выращивали растения, которые светились ночью.

Сабрина повернулась к нам.

— Почему он закрыт?

Селена не ответила сразу.

— После начала эпидемии оттуда перестали выходить сигналы.

Мы остановились возле подводного сада. Его купол почти полностью зарос светящимися растениями, а входная арка была перекошена. Внутри медленно колыхались длинные ленты водорослей. На их поверхности появлялись и исчезали голубые точки.

— Это не обычное свечение, — сказала Александра через коммуникатор.

Селена подплыла ближе, но Эйра остановила её жестом.

— Не приближайся.

— Я знаю этот сад. В детстве здесь жила моя тётя.

— Именно поэтому ты не должна входить первой.

Над куполом прошла волна. Голубые точки одновременно вспыхнули, и в воде раздался низкий гул. Он был почти неслышным, но от него у меня заложило уши.

— Это тот же звук, — сказала Селена.