Кто выбирает за вас. Авторская теория четырёх сил, объясняющая скрытую логику личных решений и исторических перемен

Поэтому единственная эффективная стратегия выживания заключается не только в «сопротивлении» эрозии, но и в том, чтобы активно и целенаправленно «расширять» границы нашего острова. Живой организм должен постоянно почерпывать из окружающей среды больше «отрицательной энтропии», чем требуется для его собственного «упадка», и преобразовывать этот «излишек» отрицательной энтропии в «рост» и «воспроизводство» своей упорядоченной структуры.

Дерево не только должно поддерживать собственное выживание, но и стремиться пускать новые ветви и листья, чтобы занять более обширное пространство и уловить больше солнечного света. Вид не только должен поддерживать выживание существующих особей, но и посредством «размножения» создавать все больше «новых островков», несущих ту же упорядоченную информацию, распространяя модель «отрицательной энтропии» этого вида на более обширные территории.

Вот что такое «сила экспансии» — самое первоначальное, самое глубокое и самое трагическое физическое происхождение. Оно не проистекает из каких-то высших, метафизических «амбиций» или «желаний». Она — сама жизнь, чудо «отрицательной энтропии» во Вселенной, единственный и самый инстинктивный «алгоритм выживания», развившийся для противостояния той самой фундаментальной «судьбе смерти», запечатлённой в самых глубинах законов Вселенной. Расширение — это не выбор, а судьба. Отказ от расширения означает, что в итоге тебя поглотит поток нарастающей энтропии.

II. Биологическое воплощение: внутренний импульс от клеточного деления до расширения популяции

(1) «Эгоизм» генов: биологический код, лежащий в основе силы экспансии

Если физика раскрывает перед нами то грандиозное и трагическое «внешнее давление», из-за которого жизнь «должна» расширяться, то биология, в свою очередь, проанализирует для нас тот изощрённый и безжалостный «внутренний алгоритм», с помощью которого жизнь «на самом деле» расширяется. А чтобы найти «исходный код» этой программы, мы должны перенести свой взгляд с макроскопического, подверженного старению и смерти «образа» живого организма и проникнуть в его микроскопическое, почти вечное «ядро». В этом ядре один неконформистский биолог из Оксфордского университета, обладающий духом дарвинистского борца, — Ричард Докинз[6] — уже давно с помощью своей ошеломляющей теории «эгоистичного гена» нашел для нас тот «универсальный ключ», который разгадывает все тайны распространения жизни.

В своей одноимённой книге, изданной в 1976 году и перевернувшей мировоззрение бесчисленного множества людей[7], выдвинул сенсационное утверждение, полностью перевернувшее традиционные представления: на протяжении 4 миллиардов лет истории эволюции жизни настоящими главными героями никогда не были те разнообразные виды, которые мы видим невооруженным глазом, и тем более не те мимолетные отдельные особи. Настоящими главными героями являются «гены», скрытые в глубине каждой нашей клетки, использующие дезоксирибонуклеиновую кислоту (ДНК) в качестве носителя и молчаливо осуществляющие на сцене времени процессы репликации, мутаций и конкуренции.

А мы — будь то люди, слоны, дуб или травинка — все эти величественные и сложные живые организмы — не что иное, как «машины выживания», тщательно созданные и используемые этими «генами» для того, чтобы более эффективно и безопасно копировать себя и передавать свои гены следующему поколению, и которые в итоге подвергнутся разложению и будут выброшены.

Эта точка зрения подобна коперниканской революции «гелиоцентрической теории»: она безжалостно сбрасывает нас с трона «центра Вселенной», на котором мы самонадеянно восседали. Она говорит нам, что не мы используем гены для продолжения рода; напротив, именно гены используют нас для достижения своей единственной, вечной «цели» — максимально возможного самовоспроизводства любой ценой.

Именно это и есть «эгоистичные» гены, причём этот «эгоизм» не является «эгоизмом» в моральном смысле, а представляет собой чистое, лишенное какого-либо эмоционального оттенка описание, сходное с «законом физики». Если признак, кодируемый геном, позволяет «машине выживания», в которой он находится, обладать даже на 0,01 % большим преимуществом в выживании и размножении по сравнению с другими конкурентами, то после десятков тысяч и миллионов поколений естественного отбора этот ген неизбежно, подобно вирусу, распространится по всему генофонду популяции и станет «доминирующим кодом». И наоборот, любой ген, препятствующий собственному воспроизведению — пусть даже проникнутый духом «альтруизма» — в итоге будет безжалостно отсеян.

В свете этой безжалостной «геноцентрической» картины мира мы можем мгновенно понять, в чём же заключается самый глубинный «биологический код» того мощного внутреннего импульса, который движет всеми живыми организмами к неустанной экспансии. Это врождённая «команда» гена — неутолимая, которая, стремясь победить другие «аллели» (то есть своих конкурентов, расположенных на том же месте хромосомы), заставляет его «машину выживания» захватывать как можно больше ресурсов, добывать энергию и, в итоге, выполнять миссию «репликации».

Эта система инструкций невероятно изощрённым образом «закодирована» в древнейшей «операционной системе» каждого из нас.

Прежде всего она проявляется в виде базового импульса «клеточного деления». Весь «смысл» существования самого простого одноклеточного организма, например бактерии, заключается практически в том, чтобы в условиях достаточного питания делиться в геометрической прогрессии — «один делится на два, два — на четыре» — осуществляя экспоненциальное «самовоспроизведение». Такое первоначальное размножение является самым явным и чистейшим проявлением генетической инструкции.

Во-вторых, у более развитых многоклеточных организмов этот набор инструкций эволюционировал в более сложную систему «метаболизма». Эта система, подобно высокоэффективному «заводу по добыче и преобразованию ресурсов», побуждает животных охотиться, а растения — осуществлять фотосинтез. Её единственная «цель» — преобразовать беспорядочные, низкоэнергетические вещества из внешней среды в упорядоченные, высокоэнергетические материалы, способные строить и восстанавливать саму эту «машину выживания», тем самым создавая самый обильный запас «боеприпасов» для конечного акта «репродукции».

В итоге, и это самое главное, этот набор инструкций привёл к появлению «конечной программы», известной как «размножение», наполненной удивительными ритуалами и сложными поведениями. Будь то роскошные хвостовые перья павлина, кажущиеся излишними, но способные привлекать противоположный пол, или жестокие схватки рогами между самцами оленей за право спаривания — за всем этим стоит самая захватывающая и безжалостная «война посредников», разыгрываемая «эгоистичными генами» ради того, чтобы попасть на «Ноев ковчег», ведущий к следующему поколению.

Поэтому, когда мы видим льва, изо всех сил расширяющего свою территорию, чтобы добыть больше добычи; когда мы видим большое дерево, с усилием протягивающее ветви вверх, чтобы побороться за каждый лучик драгоценного солнечного света; когда мы видим муравьиную колонию, без устали строящую всё более обширное подземное царство.то мы видим уже не просто отдельные, случайные биологические явления.

Сквозь «рентгеновские очки», которые даёт нам Докинз, мы видим, как внутри этих разнообразных «машин выживания» миллиарды одинаковых, бессмертных «генов»-хозяев через своих «марионеток» единодушно издают одну и ту же древнюю и единственную команду: «Расширяйтесь! Размножайтесь! Захватывайте всё!»

Вот в чём заключается «сила экспансии» — самый прочный и самый безжалостный биологический корень. Она не проистекает из «воли» или «выбора» самого живого организма. Это «базовый код», записанный в «память только для чтения» (ROM) жизни и не поддающийся лёгкому изменению. Этот код был написан в ходе самого жестокого «генетического отбора», длившегося 4 миллиарда лет, и его единственная «синтаксическая структура» — это выживание и воспроизводство. Каждый из нас — от мельчайших вирусов до человека, провозглашающего себя «вершиной всего живого», — является лишь новейшим и самым сложным «исполнителем» этого древнего кода.

(2) Метаболизм: поглощение энергии из окружающей среды для поддержания и расширения порядка

Если «эгоистичный ген» является «главным конструктором» и «источником конечных команд» нашей «машины выживания», то «метаболизм» — это «силовая установка» и «отдел материально-технического обеспечения» этой машины. Это невероятно изощрённый и невероятно загруженный «завод по преобразованию вещества и энергии», который днём и ночью без перерыва поставляет самое основное и самое важное «топливо» и «боеприпасы» для ведения той великой войны, направленной на противодействие «росту энтропии» и осуществление «расширения».

Чтобы понять сущность метаболизма, мы должны вновь вернуться к тому самому первоочередному физическому принципу, касающемуся «отрицательной энтропии». Живой организм, будучи высокоупорядоченным «островком», ни на мгновение не перестаёт подвергаться воздействию того потока «увеличения энтропии», исходящего из космоса. Те изощрённые белковые молекулы, из которых состоит наш организм, самопроизвольно разлагаются; в структуре наших клеток постоянно возникают микроповреждения; каждое мыслительное усилие, каждое сердцебиение, каждое сокращение мышц расходует энергию и в ходе этого процесса неизбежно генерирует хаотичную «тепловую энергию», увеличивая нашу внутреннюю «энтропию».

Поэтому, если живой организм хочет просто «сохранить» свой существующий порядок и не быть разрушенным этой внутренней силой «разложения», он должен, подобно государству, которому необходимо постоянно взимать налоги для поддержания функционирования правительства, непрерывно почерпывать «отрицательную энтропию» из внешней среды, чтобы оплатить этот дорогостоящий «налог на выживание». А метаболизм — это именно та единственная и самая важная «финансовая система», с помощью которой живой организм «взимает налог».

Давайте на примере наиболее знакомой нам собственной жизнедеятельности разберем процесс функционирования этой системы. Когда мы чувствуем голод и съедаем яблоко, мы запускаем «импортную» программу этой системы. Это яблоко — не просто набор безразличных углеводов, витаминов и воды. С точки зрения физики это высокоупорядоченный «энергетический блок с низкой энтропией», содержащий богатую химическую энергию, который образовался в результате фиксации «отрицательной энтропии» Солнца растениями посредством фотосинтеза.

Когда этот «энергетический блок» попадает в нашу пищеварительную систему, начинается первый этап «разложения» на «фабрике» метаболизма. Наши зубы осуществляют физическое измельчение; желудочная кислота и пищеварительные ферменты — химическое разложение. По сути, этот процесс заключается в «разбивании» и «разделении» крупных молекул, сложных и упорядоченных химических связей внутри яблока с целью высвобождения накопленной в них энергии.

А высвободившаяся энергия и основные «строительные материалы» (такие как аминокислоты и глюкоза) по крови доставляются в «производственные цеха» — сотни триллионов клеток всего нашего организма — и поступают на второй, более важный этап метаболизма — «синтез». В этих цехах наши клетки используют энергию, только что полученную из яблока, для выполнения двух чрезвычайно важных задач:

Во-первых, это «поддержание и восстановление». Они используют эту энергию для замены стареющих или поврежденных белков, исправления ошибок в участках ДНК и удаления «мусора», образовавшегося в процессе метаболизма. Именно так уплачивается самый базовый «налог на выживание», цель которого — обеспечить поддержание существующего порядка в нашей «машине выживания», чтобы она не разрушилась слишком быстро из-за внутреннего «увеличения энтропии».

Во-вторых, и это более важно, если после уплаты «налога на выживание» от поглощённой энергии остаётся «излишек», то эта часть «бюджетного излишка» будет направлена на «расширение». Клетки используют эту энергию для деления, превращаясь из одной в две (в нашем организме это особенно заметно в тканях, требующих постоянного обновления, таких как кожа и кровь). Мышечные клетки под воздействием физических нагрузок синтезируют больше белка и становятся более крепкими. Кости в процессе роста постоянно удлиняются. Весь живой организм использует этот «излишек энергии» для построения «улучшенной версии» самого себя — более крупной, сложной и упорядоченной, чем прежде.

В итоге, после завершения этого полного цикла «разложения» и «синтеза», простые и беспорядочные «отходы» (такие как углекислый газ, вода и тепло), которые больше не содержат полезной энергии, выводятся во внешнюю среду через наши дыхательную и выделительную системы. Это и есть «выходной» механизм метаболизма. Он обеспечивает эффективный перенос внутренней «энтропии» нашей системы во внешнюю среду, что в целом позволяет поддерживать наше собственное состояние «отрицательной энтропии».

Таким образом, за метаболизмом — этой, казалось бы, обыденной физиологической деятельностью, которую мы ежедневно осуществляем бессознательно, — скрывается игра «обмена энтропией», полная мудрости и эффективности, противостоящая космической судьбе. С помощью неопровержимой логики материального уровня он идеально подтверждает гениальное утверждение Шредингера: жизнь питается «отрицательной энтропией».

А эффективность работы этого «энергетического двигателя» напрямую определяет интенсивность и форму «экспансионной силы» того или иного вида. На бескрайних африканских саваннах метаболическая система травоядных антилоп гну устроена так, чтобы эффективно извлекать питательные вещества из травы с низкой энергетической плотностью. Им приходится тратить большую часть дня на «неэффективное» питание, чтобы с трудом обеспечить себя энергией, необходимой для выживания и бега. А у львов, охотящихся на антилоп гну, система обмена веществ устроена так, что они способны мгновенно выделять огромное количество энергии для охоты и удовлетворять свои энергетические потребности на длительный период за счёт одного «высокоэффективного» приёма пищи (употребления высококалорийного мяса). Различные стратегии метаболизма формируют разные модели выживания, но лежащая в их основе «команда расширения» остается неизменной: по возможности преобразовывать «отрицательную энтропию» окружающей среды в «упорядоченную структуру» собственной популяции.

Поэтому, когда в следующий раз мы почувствуем зов голода и насладимся вкусным обедом, мы, возможно, сможем взглянуть на этот древний процесс с совершенно новой точки зрения. То, что мы ощущаем, — это уже не просто удовлетворение гастрономических желаний. Это древний «бухгалтер», заложенный в глубине наших генов, посылает нам самое строгое «финансовое предупреждение»: «Внимание! Запасы «отрицательной энтропии» этой машины выживания вот-вот иссякнут! Внутреннее увеличение энтропии скоро выйдет за пределы контроля! Немедленно пополните запасы веществ с низкой энтропией и энергии из внешней среды!» А каждое наше чувство сытости и удовлетворения — это самый успокаивающий «финансовый отчёт», который этот бухгалтер направляет нам после завершения «финансового пополнения»: «Запас отрицательной энтропии восстановлен до безопасного уровня. Система получила достаточно энергии, чтобы продолжить выполнение команд «поддержания» и «расширения».

В этом заключается сущность метаболизма. Он является самой фундаментальной и незаменимой «системой материально-технического обеспечения», благодаря которой становится возможной «сила экспансии». Без этого высокоэффективного «энергетического двигателя» любые грандиозные нарративы об экспансии будут как вода без источника, как дерево без корней.

(3) Размножение и эволюция: копирование и распространение собственной «упорядоченности»

Если «метаболизм» — это непрекращающаяся «логистическая поддержка» и «защита позиций», осуществляемая «машиной выживания», которой является жизнь, с целью поддержания «упорядоченности» самого себя как индивидуума, то «размножение» — это самая грандиозная и бескомпромиссная «стратегическая атака», которую эта машина инициирует для выполнения своей конечной миссии: для «межпоколенческой» передачи и распространения «информации об упорядоченности», закодированной в генах.

Мы должны понять абсолютную необходимость этого «наступления» через призму «времени» — самого жестокого измерения. Как мы знаем из первых принципов физики, любая единичная, локальная «островная система с отрицательной энтропией», каким бы мощным ни был её внутренний двигатель «метаболизма», в итоге неизбежно будет поглощена вечным и необратимым потоком «увеличения энтропии». Старение и смерть — это «физическая судьба», от которой не может уйти ни одна отдельная жизнь. Даже гигантское дерево, каким бы высоким оно ни было, сколько бы солнечного света, воды и почвы оно ни преобразовало за сотни лет в свою величественную упорядоченную структуру, в итоге оно неизбежно сгниет, рухнет и вернется в хаотичную прах.

Поэтому, если критерием победы в этой великой войне «жизни» против роста энтропии является лишь продолжительность существования отдельной жизни, то эта война обречена на поражение и лишена всякой надежды. Однако жизнь, или, вернее, «эгоистичные гены», движущие жизнью, с помощью мудрости, выходящей за пределы жизни и смерти отдельного индивидуума, нашли другой путь к «бессмертию». Этот путь — «размножение».

Суть размножения заключается не в «продолжении» жизни отдельного индивидуума, а в «перезагрузке информации» и «передаче факела». Это процесс, при котором, прежде чем старая «машина выживания» (родительское поколение) неизбежно придет в упадок и распадется из-за накопления энтропии, самая сущностная «информация-чертеж», хранящаяся в ДНК и определяющая «упорядоченность» данного вида, почти идеальным образом«скопировать» и «перенести» на совершенно новый «исходный носитель» (потомство) с крайне низким уровнем энтропии, полный безграничных возможностей.

Этот процесс подобен тому, как мудрый правитель, предчувствуя своё неизбежное старение, не пытается обрести призрачное «вечное молодость», а вместо этого прилагает все усилия, чтобы воспитать молодого, полного энергии преемника и полностью передать в его руки «скипетр» и «свод законов», символизирующие легитимность и мудрость королевства. Правитель умрёт, но «информация» и «порядок» королевства смогут продолжить своё существование на новом носителе жизни.

В этом заключается самый глубокий «антиэнтропийный» смысл стратегической операции под названием «размножение». С помощью неопровержимой логики она раскрывает нам: для «эгоистичного гена» мы, эти «индивидуумы», являющиеся его носителями и обреченные на смерть, — не более чем одноразовые «паромы», с помощью которых он переносится в следующий временной отрезок. Лодка может затонуть, но тот драгоценный «груз информации», который она перевозит, сможет достичь другого берега.

А чтобы обеспечить успех этой «битвы за переправу», связанной с «вечным существованием информации», ген — этот самый безжалостный «главнокомандующий» — разработал для нас, этих «паромчиков», невероятно мощную и непреодолимую «систему привода», называемую «желанием». Посредством древнейших нейронных цепей мозга, связанных с вознаграждением и удовольствием (таких как дофаминовая система), она создала неразрывную «жесткую связь» между «сексом» — чистым биологическим актом воспроизводства — и одним из самых сильных и желанных «пиковых переживаний».

Единственная «цель» этой привязки заключается в том, чтобы гарантировать, что мы, эти не всегда надёжные «машины выживания», которые часто поддаются лени и даже задумываются о «смысле существования», будем движимы всепоглощающим импульсом, проистекающим из биологического инстинкта, и верно выполняли эту важнейшую команду «воспроизведения». Будь то лосось, который во время миграции для нереста плывет против течения, покрываясь ссадинами по всему телу, и в конце концов умирает от истощения после выполнения своей миссии; или самец богомола, которого во время спаривания самка начинает пожирать, начиная с головы, но который всё равно должен завершить последнее движение оплодотворения. За всеми этими, казалось бы, трагическими и даже жестокими явлениями жизни стоит «ген» — этот базовый код, безжалостно выполняющий свой «высший приоритет»: жизнь и смерть отдельного индивидуума не имеют значения; передача информации превыше всего.

Однако если бы «размножение» было лишь однообразным, количественным «копированием» и «рассеиванием» собственной «упорядоченности», то масштабы и глубина этой экспансии жизни были бы крайне ограниченными. Она никогда не смогла бы покорить те совершенно новые, более суровые среды обитания. А жизнь, или, вернее, более мудрая стратегия экспансии, разработанная «невидимой рукой» эволюции, представляет собой более грандиозное, называемое «экосистемной сукцессией», «согласованное наступление» в стиле армейской группы.

Представим себе «выжженную землю» — полностью уничтоженную после извержения вулкана местность, где не растёт ни травинки. Это типичная хаотичная среда с «высокой энтропией». В этот момент первыми, кто прибывает на «поле боя», зачастую становятся «авангардные отряды» — «оппортунисты» с крайне коротким жизненным циклом, чрезвычайно высокой репродуктивной способностью и минимальными требованиями к окружающей среде, такие как лишайники и мхи. Они являются «пушечным мясом» и «саперами» этой экспансионной кампании. Своими телами они начинают самое примитивное преобразование этой неорганической «выжженной земли» в направлении «отрицательной энтропии». Их гибель и разложение создают на этой земле первый тонкий слой «почвы», богатой органическим веществом.

На этом тонком слое почвы смогла обосноваться вторая волна «сил быстрого реагирования» — травянистые растения. Они укрепили и обогатили почву, а также изменили местный микроклимат. Сразу же после этого начали заселяться кустарники — «бронетанковые войска». В конце концов, после долгих десятилетий, а то и столетий «создания позиций», «главные силы» — высокие деревья, растущие медленно, но обладающие чрезвычайной жизнестойкостью и наиболее сложной структурой, — смогли возвыситься над этой некогда «выжженной землёй», сформировав стабильное и процветающее «вершинное сообщество», то есть то, что мы называем «лесом».

Эта грандиозная «экологическая сукцессия» — от лишайников до леса — и есть «сила экспансии», проявившаяся на макроуровне «сообщества жизни», выходящем за рамки отдельного вида, в виде высшей степени мудрости и силы. Это уже не линейное «количественное расширение» отдельного вида, а «расширение экосистемы», основанное на взаимодействии множества видов и направленное на «упорядоченное» преобразование всей «среды» в целом.

Именно это и есть «сила экспансии» — наиболее полная «карта боевых действий» на биологическом уровне. Она начинается с микроскопического, эгоистичного импульса к репликации «гена», который через двигатель «метаболизма» снабжает энергией «машину выживания», то есть индивидуум, а затем посредством программы «размножения» распространяет «информацию об упорядоченности» индивидуума из поколения в поколение. В итоге, в рамках макроскопической «экосистемной сукцессии» силы экспансии бесчисленных видов объединяются в мощный поток, совместно преобразуя поверхность этой планеты из безмолвной, неорганической пустоши в «биосферу», наполненную зеленью, жизненной силой и порядком. Это и есть жизнь — величайшая «борьба с энтропией» во Вселенной, принесшая самое блестящее, грандиозное победу планетарного масштаба.

III. Психологическое преобразование: движущая сила желания — от «стремления к выживанию» к «стремлению к победе»

(1) Иерархия потребностей Маслоу: лестница расширения желаний

Когда этот мощный импульс «расширения», проистекающий из физических и биологических инстинктов, попадает в уникальную «операционную систему разума» человека — обладающего префронтальной корой головного мозга, способного к саморефлексии и планированию будущего, — он перестает проявляться лишь как чистая, пассивная «реакция на стресс», направленная на выживание и размножение. Она сублимируется в более высокую, более активную и более пластичную внутреннюю движущую силу, которую мы называем «желанием». А чтобы составить чёткую и универсальную «карту» этого, казалось бы, многообразного и разноликого потока «желаний», нам необходимо обратиться к одному из выдающихся пионеров гуманистической психологии — Абрахаму Маслоу[8].

Маслоу, благодаря своей знаменитой «теории иерархии потребностей»[9], предложил нам практически идеальную «пирамидальную» модель, позволяющую раскрыть внутреннюю логику всех человеческих желаний. Эта модель, подобно лестнице, ведущей вверх, наглядно демонстрирует нам, как «сила расширения» на психологическом уровне человека шаг за шагом расширяется и сублимируется, начиная с самого базового инстинкта «выживания», вплоть до самых высоких духовных сфер, связанных с «стремлением к победе» и «самореализацией».