Полная версия:
Ласточка
̶
Да. Девятый класс, – вдохновенно ответила Захра.
̶
Девятый класс, - повторила баба Дуся, прикидывая что-то в уме. – Мальчики ещё не липнут?
Захра испугалась такого откровенного начала, но в конце концов она и пришла сюда пооткровенничать с этой старой женщиной.
̶
Нет, а почему они должны ко мне липнуть? Пусть только попробуют.
Баба Дуся в ответ снисходительно улыбнулась, повернувшись к ней головой. Помолчала.
̶
Значит, будут липнуть. Но ты их никогда не впускай в
своё
сердце, дочка. Не впускай. Предадут они тебя, сердца их непостоянны
.
Захра не совсем понимала смысла её слов. Причём тут предательство?
̶
Баба Дуся, а что значит не впускай в своё сердце? – с задором спросила Захра, не скрывая своё любопытство.
̶
Это значит, не влюбляйся по уши ни в кого. Пусть они всегда сомневаются в твоей любви, держи их на расстоянии, не подпускай
к себе близко, но и не отпускай.
Голос бабы Дуси изменился. Захре стала не по себе. Ей захотелось уйти, но соседка продолжила, немного успокоившись.
̶
Был у меня, дочка, один парень в молодые годы. Я была в него влюблена, я была готова пойти с ним на край света. А у него была
ещё
другая, и он никак не мог выбрать между нами. Под конец он выбрал ту, а я осталась со своими
неразделёнными
чувствами. Как ни старалась выкинуть его из
св
оего сердца, не смогла. И жить-то осталось всего ничего, а
всё
не выходит.
Баба Дуся вытащила носовой платок из кармана кофты и стала утирать слезы с глаз. Захра пожалела старуху и погладила её по руке.
̶
Не надо, баба Дуся.
̶
Извини меня, дочка, старую, - сказала она, - разоткровенничалась я тут с тобой.
̶
Ну а муж? – осмелилась Захра задать вопрос. – Его тоже нельзя впускать в сердце?
Баба Дуся в ответ только махнула рукой со сжатым в ней носовым платком:
̶
Они все одним миром мазаны.
̶
Захра! – услышала она зов мамы. – Мичай хьо
14
?
̶
Здесь я! – ответила Захра и, попрощавшись
с бабой Дусей, направилась к калитке своего дома.
Потянув ручку двери, она уже хотела войти во двор, как вдруг заметила краем глаза слева от неё за ореховым деревом чью-то ногу в мужских брюках. Она задержалась у двери, чтобы посмотреть, кто это и что он делает здесь. На прошедшей неделе кто-то уже стоял за этим самым деревом вот таким образом, но тогда она не обратила на это особое внимание. И теперь он снова здесь. Нога исчезла, а вместо неё показался край лица молодого человека. Невозможно было распознать, кто это. Поняв, что его заметили, лицо тут же исчезло за деревом и больше не показывалось.
6
Для Руслана начались тяжёлые дни. Он был единственным ребёнком в семье. Отец его погиб в автомобильной аварии, когда ему было всего лишь 3 года от роду. Мальчик познал одиночество уже с раннего детства. Одиночество сделало его замкнутым, он мало общался даже со своими ровесниками. После смерти мужа мама вернулась в отчий дом и жила со своей матерью, бабушкой Руслана. Дедушка давно умер. Они жили совсем недалеко от дома Ангуштовых, недавно поселившихся в нём. Так в жизни Руслана появился новый человек. Её звали Захра, его ровесница. Их пути нередко пересекались. Он видел её то идущей в магазин, куда ходил и он, то спешащей в школу и из школы, и просто прогуливающуюся с подружками. Она его совсем не замечала, можно сказать в упор не видела.
В школе Руслан учился хорошо, и мама очень гордилась его успехами. Геометрия и география были его любимыми предметами, по которым он неизменно получал пятёрки. Однако, восьмой класс Руслан на удивление всех закончил без особых достижений, чем сильно огорчил мать. Но это был для неё не единственный неприятный сюрприз. Сын стал плохо кушать, мама это заметила и сделала ему замечание несколько раз. Не помогло. Отсутствие со стороны Захры какого-либо внимания к нему удручало его. Внешность у него была завидная. Высокого роста, крепкого телосложения, приятный на лицо. Так ему говорила бабушка всё время, и Руслан наконец поверил в это. До этого ему казалось, что бабушка, как всегда, хвалит его по привычке. «Вот вырастишь, все девочки по тебе будут сохнуть!» – говаривала она ему с лукавой улыбкой на лице.
Руслан стеснялся этих слов и от стыдливости старался удалиться, если рядом находились чужие люди. Но с недавних пор он стал подолгу разглядывать себя у зеркала. Похоже, бабушка была права, такие девочкам должны нравиться. Ему становилось хорошо от этой мысли. Правда он немного сутулился, но это можно легко исправить. Он стал искать встречи с Захрой.
Стояло лето, каникулы, делать было нечего. И Руслан вышел из дома, чтобы пройтись по улице мимо дома Захры, надеясь её увидеть. Улица была пуста, люди попрятались по своим домам, спасаясь от разогревшегося воздуха и солнца, уже высоко поднявшегося в небе. Он заметил на улице только одну старушку, сидевшую на скамейке у крыльца своего дома, который стоял по соседству с домом Ангуштовых. Нужно было спрятаться где-нибудь, чтобы старушка не заподозрила чего-то неладное. Хождение туда и сюда около её дома не могло не вызвать подозрений в плохих намерениях.
Он выбрал ореховое дерево, которое облюбовал в прошлый раз, когда приходил следить за домом Захры. Орехи ещё не поспели, но уже можно было их кушать, рискуя испачкать руки из-за зелёной кожуры, которая отпадала сама по себе только после полного созревания. Кожура содержала краску, которая никак не отмывалась с рук. Необходимо было прождать несколько дней, прежде чем она постепенно исчезала естественным образом в силу трения кожи рук о различные предметы.
Руслан сорвал с ветки один такой недозрелый орех, приложил к стволу дерева и ударил по нему ладонью. От удара под рукой во все стороны разлетелись брызги той самой краски. Он достал съедобную часть ореха, забросил её в рот и посмотрел на образовавшуюся на руках кляксу, так что пришлось пожалеть о своей шалости. Теперь долго не отмоешься.
Руслан услышал скрип калитки и выглянул из-за дерева. Из проёма двери показалась голова Захры. Он встал за деревом по стойке смирно, чтобы слиться в единое целое со стволом, и стал наблюдать. Захра вышла и присела рядом со старушкой. Видно было, что они беседуют о чём-то. Руслан прислонился к стволу, чтобы устроиться поудобнее, и не заметил, как его левая нога оказалась на виду. Прошло какое-то время. Затем Захру позвали, и она поднялась со своего места, сказала что-то старушке напоследок и пошла к калитке. Но тут она вдруг остановилась и посмотрела в его сторону. Увидела! Он быстро втянул ногу за дерево.
Руслан вернулся к себе домой ещё более грустным. Он присел на диван в гостиной головного дома и включил телевизор. Там шла какая-то опера. Взрослые дяди и тёти о чём-то беседовали между собой нараспев и во всё горло. Вошла мама и позвала пообедать.
̶
Не хочется, я не голоден, - угрюмо пробурчал он, уставившись в экран.
Мама, собравшаяся было вернуться в кухню, передумала, вошла в гостиную и присела рядом с сыном на диване, поправляя свой фартук. Наступила пауза, во время которой мать и сын делали вид, что смотрят телевизор. Наконец, мама встала и понизила звук телевизора, чтобы не мешал поговорить с сыном.
̶
Руслан, - сказала она мягко и вкрадчиво, - что с тобой? Ты изменился.
̶
Ничего со мной не случилось, мама, тебе кажется, - постарался отнекаться Руслан.
̶
Я знаю, я чувствую, я твоя мама. С тобой что-то происходит. Ты у меня единственный сын, я хочу, чтобы ты был счастлив. Скажи мне, что тебя беспокоит. Может
, я тебе помогу советом.
От таких слов Руслан почувствовал острое желание рассказать всё матери, но он никак не решался. О чём можно говорить? Ему всего лишь пятнадцать лет. Влюблённые хотят пожениться, но не в пятнадцать же лет. Просить женить себя в таком возрасте не имеет смысла, а тогда о чём ещё просить маму?
Мама не спускала с него внимательного взгляда.
̶
У тебя появилась девушка, да? – спросила она доверительно.
̶
Да, - выдавил из себя Руслан, и от этого признания он почувствовал, как с его плеч упала гора.
̶
Ну это же хорошо! – воскликнула мама, стараясь подбодрить сына, и, не скрывая своё материнское любопытство, спросила. – И кто же она?
̶
Это неважно.
̶
Как это неважно? Почему?
̶
Она на меня не обращает внимание. Она даже не знает, что я существую.
̶
А ты с ней разговаривал?
̶
Нет, но мне приходилось её
видеть в нашем магазине. И потом бывало, что она шла мне навстречу по дороге из школы. Она меня в упор не видит. Смотрит перед собой или под ноги, ни направо не посмотрит, ни налево.
̶
А, скромная значит, - улыбнулась мама. – Так кто же она всё-таки?
̶
Дочь нашего соседа Ангуштова. Того, кто на А
ндреевской живёт.
Наступило молчание. Из телевизора приглушённо звучала опера. Там кипели другие страсти.
̶
У Ангуштова несколько дочерей, как зовут твою избранницу
? – спросила Жарида. Так звали маму Руслана.
«Мою избранницу?» - Руслан благодарно посмотрел на мать.
̶
Захра, - стеснительно, но с воодушевлением выдавил он.
̶
А, знаю её, - сказала Жарида, приняв серьёзный
вид. – Эту будет трудно достать. У
неё есть другие ухажёры?
̶
Не знаю, - встревожился
Руслан. - Нет, насколько мне известно. Не думаю, такая никого не подпустит.
А может… - тут он запнулся и вопросительно посмотрел на мать.
̶
Ну вот что, сын, - принялась подводить итог разговору Жарида, вставая со своего места, - вы оба ещё маленькие, до восемнадцати лет её
никто замуж не выдаст. У нас 3-4 года в запасе, а за это время можно
многое устроить. Кроме того, у
неё есть старшие сестры, которые ещё
не замужем. Будем спешить, не поспешая.
̶
Её могут украсть, - скривил губы Руслан.
̶
Да, могут. И мы можем, не так? –
лукаво улыбнулась Жарида, прищурив глаза.
Руслан промолчал, а Жарида продолжила, приняв серьёзный вид:
̶
Позволь мне сначала поговорить с её
мамой. Разведка боем, так сказать. Выше нос, мой сын. Ты у меня один, и твоя мама сделает
всё для своего единственного сына, - заключила она на торжественной ноте и добавила, - А теперь марш на кухню обедать!
Руслан встал с ленцой со своего места и поплёлся на кухню, обнадежённый словами матери.
7
К заботам Жариды добавилась новая. Она стала искать встречи с Асией, мамой Захры, которую она знала, как дальнюю соседку. Дело это было нетрудное. Они уже встречались и раньше в продуктовом магазине или по дороге домой с работы или на работу. Дальше взаимных приветствий и обычных расспросов о житие-бытие дело никогда не заходило, но теперь ситуация изменилась. Жарида была настроена решительно, и вскоре искомый случай представился. Она увидела Асию в автобусе, в той самой пятёрке, на передней площадке. Находившаяся на задней площадке Жарида ждала её выхода из автобуса, чтобы выйти самой там же. Догадаться, где выйдет Асия, было нетрудно. Остановка «Школа №25». Обе женщины вышли и направились к пересечению улиц Ленина и Андреева. Жарида быстрым шагом догнала Асию и с напускной радостью обратилась к соседке:
̶
О! Какая встреча! Асия!
̶
Та оглянулась и, узнав соседку, улыбнулась ей.
̶
А, это ты? Какими судьбами, Жарида?
̶
С работы возвращаюсь. Устала за день. Хорошо, что увидела тебя. Будет с кем путь домой скоротать.
Как вы поживаете? Как ваше здоровье? –
стала расспрашивать Жарида.
̶
Слава Аллаху, всё
хорошо. А вы как? Как ваше здоровье?
̶
Тоже хорошо, Асия.
Оклемались в Грозном?
̶
Да, давно уже. Район хороший, нам нравится. Школа рядом, даже две.
̶
А вот об этом я и хотела тебя спросить, - ухватилась Жарида за удобный предлог. - Почему ваши дети ходят в сорок шестую, когда двадцать пятая гораздо ближе? Я своего единственного сына отдала в двадцать пятую.
̶
Так получилось, - вздохнула
Асия. – Когда выбирали школу, нам сказали, что в сорок шестой преподавание на более высоком уровне. Вот и отдали туда, а теперь менять уже поздно, да и хлопотно. Дети привыкли к своей школе, к преподавателям, друзьям. Зачем
всё рушить?
̶
Да, но ты должна понимать, что такая длинная дорога каждый день пешком для твоих девочек чревата всякими опасностями. Они у тебя уже взрослые. Скоро замуж начнут выходить.
Асия взглянула на Жариду с улыбкой, но ничего не сказала, а Жарида стала развивать тему:
̶
Я вот только вчера видела твою Захру. Она шла домой откуда-то. Ну совсем одна была.
Идёт
по пустынной улице, а кругом ни души. Мне стало тревожно за
неё
. А какая лапочка она у тебя стала! Ну прямо куколка.
Асия продолжала улыбаться из вежливости, но молчала, почувствовав своим материнским чутьём, куда соседка клонит. Ждать развязки пришлось недолго. Жарида была женщина деловитая и любила брать быка за рога.
̶
Асия, милая, ты знаешь, как мне трудно пришлось в жизни. С мужем мы недолго пожили вместе, он погиб в аварии. Вс
ё, что у меня теперь осталось, — это
мой единственный сын. Я живу для него, хочу, чтобы хоть он был счастлив. Я хочу сделать
всё
, чтобы хоть у него хорошо сложилась жизнь. Я сделаю
всё, чтобы у него с его будущей женой всё
пошло хорошо. Не так, как у меня.
В голосе Жариды послышались жалобные нотки, казалось, что она готова была заплакать. Они подошли к перекрёстку двух улиц и повернули направо на Андреевскую.
̶
Не надо, Жарида, - нарушила возникшую паузу Асия, - ты ещё
молода, тебе и сорока нет. Почему ты не выходишь замуж? Почему до сих пор не вышла? Не поверю, что не предлагали.
̶
Нет, Асия, - сокрушённо вздохнула Жарида
, - я решила жить для сына. Это
всё
, что у меня осталось в этой жизни. Я сделаю
всё
, чтобы его супруга была счастлива с ним. Мне больше ничего от этой жизни не надо.
̶
Нельзя так, Жарида, говорить. Сын твой поженится, у него будут своя жизнь, а у тебя должна быть своя.
̶
Да я думала об этом. Ты
думаешь,
не думала? Только вот сыну это не понравится.
̶
Так нельзя рассуждать, - задумчиво произнесла Асия, - женщина должна быть при муже, а мужчина
при жене. Такими нас создал Бог. Ислам не поощряет холостую жизнь.
̶
Не знаю, Асия, что тебе и сказать. Я хотела о наших детях с тобой поговорить. Хочу сообщить тебе, что мой сын
влюблён
. Кушать перестал, молчит целый день.
̶
Ну, в этом нет ничего особенного, – насторожилась
Асия. - У них сейчас возраст такой. Это
пройдёт.
̶
Он в твою Захру влюблён, - Жарида резко повернула голову в сторону Асии, чтобы увидеть её
реакцию на такую новость. Лицо Асии не выразило ни удивления, ни любопытства, а только настороженность.
̶
Она ещё
маленькая. Ей рано об этом думать, –
занервничала она, не скрывая своё раздражение и желая закончить неприятный разговор.
̶
Ну конечно, конечно, – затараторила Жарида, - я всё
понимаю. И мой сын маленький, но они быстро вырастают. Не успеешь оглянуться
-
а они уже взрослые люди. Я подумала,
может быть, помолвим их сейчас.
Асия молчала. Разговор ей не нравился. Она видела сына Жариды и ничего плохого о нём не знала. Рано или поздно её девочки должны будут выйти замуж, и конечно не мешало бы заранее найти достойных молодых людей, с которыми они были бы счастливы.
̶
Жарида, я поговорю с Захрой. Если ей твой парень нравится, то у меня не будет возражений. Сообщу мужу, пусть решает. Но уговаривать е
ё ни в чё
м не стану.
Жарида была очень рада такому повороту. Она не сомневалась, что её сын нравится девочкам. И почему бы он не понравился Захре? Нужно только найти правильный подход.
̶
А вот и мой дом, - сказала Асия, остановившись и переведя дух. - Может зайдёшь к нам на чашку чая?
̶
Нет, большое спасибо. Как-нибудь в следующий раз.
Женщины распрощались. Асия вошла во двор и поставила сумку на стул под навесом времянки. Из дома выскочили её дочери, обрадовавшись возвращению матери. Асия присела на скамейку, стоявшей у стены, и стала наблюдать за дочерями. Такие взрослые уже. Как быстро время пролетело. Старшие две уже на выданье, столько раз к ним уже сватались, а сейчас вот и к Захре стали. Забот теперь полон рот. Она посмотрела на Захру, которая живо обсуждала с сестрой какую-то передачу по телевизору. Ещё ребёнок. Что она знает про жизнь?
Тамара, старшая дочь, спросила маму, не хочет ли она покушать. Ася согласно кивнула головой. Со своего места вспорхнули Захра и Заира и стали накрывать на стол, помогая друг другу. А младшенькая Зарема и Тамара уселись на скамейке справа и слева от мамы, обняв её за плечи.
̶
Ну что, - обратилась Асия с усталой улыбкой на лице, - всё ещё не решилась ответить Ма
ргизовым?
Маргизовы долго добивались руки Тамары для своего сына, но та медлила, не решалась. Хотелось сначала закончить университет. Тамара глубоко вздохнула и промолчала.
̶
Ты уж поспеши со своим решением, тут уже к Захре джигиты приглядываются, - продолжила
Асия, поглядывая на ничего не подозревающую дочь, суетившуюся у газовой плиты.
̶
Так ей же всего 14 лет
. К
акие ещё джигиты? – неприятно удивилась Тамара.
̶
Люди спешат, боятся упустить вас, - улыбнулась мама, бросив взгляд на перезревшее яблоко, упавшее с яблони на асфальт двора и разлетевшееся на кусочки во все стороны. – Мне по дороге домой повстречалась Теркиева, соседка наша, живёт выше по улице у поляны.
̶
Да, знаю, - заинтересовалась Тамара. - И что ей надо?
̶
Сын её
влюбился в нашу Захру. Говорит, что аппетит потерял, кушать перестал.
Тамара улыбнулась, прикрывая лицо рукой и поглядывая на Захру, которая тоже смотрела на них догадавшись, что разговор идёт о ней.
̶
О чём вы там? – буркнула Захра, следя за кастрюлей на плите, в которой подогревался суп.
̶
Джигит у тебя появился, - рассмеялась в ответ Тамара, чем тут же вызвала любопытство Заиры.
Захра покраснела от внезапно нахлынувшего волнения.
̶
И кто же этот джигит, мама? – вмешалась в разговор Заира, наполняя чайник водой и ставя его на плиту на свободную горелку, из которой ровным кругом пробивали голубые язычки горящего газа.
Захра напрягла слух, чтобы не пропустить ничего.
̶
Сын Теркиевой.
̶
Так он же ещё пацан, - скривила губы Заира.
̶
Она помолвки просит, боится упустить нашу Захру, – махнула рукой Асия.
Услышав про сына Теркиевой, Захра справилась со своим волнением и облегчённо промолвила:
̶
Я замуж не собираюсь, я ещё
школу не закончила.
̶
А тебя никто и не выдаёт
. Знаю, что ты у меня маленькая
ещё
, моя девочка. Но мне нужно ответить этой Теркиевой, обещала. Хочу узнать, что ты думаешь об этом парне.
̶
Ничего не думаю. Видела его в магазине. Теперь понимаю, почему он на меня так смотрел. Джигит. Это наверно он тут стоял за деревом.
̶
Какое дерево? – насторожилась мать.
̶
Там за орехом на углу стоял кто-то и следил за нашим домом. Два раза видела.
Асия задумалась над словами дочери. Её охватило беспокойство за дочерей. Нужно будет сообщить об этом мужу.
̶
Ну раз он тебе неинтересен, то я так и скажу Жариде, – промолвила она наконец, показывая, что хочет закончить этот разговор.
Захра налила маме суп и присела за столом. Заира следила за чайником на плите, который стал закипать. Асия и девочки тоже пересели к столу. Захра всё ещё волновалась. Такой разговор о ней заходил в доме впервые. Ей было не по себе, она хотела убежать, ей было стыдно перед сёстрами, которые ещё не определились в жизни, а тут она теперь в спину им дышит.
Тамара и Заира нежно смотрели на сестру уже совсем новым взглядом. Вот и Захра повзрослела. «Выше нос, сестричка, - попыталась подбодрить её Тамара. – Мы тебя никому в обиду не дадим». Захра попыталась выдавить из себя улыбку. Не получилось. Мимо пролетела ласточка и виртуозно приклеилась под карнизом дома, где уже давно свила себе гнездо. Из гнезда показалась головка другой ласточки, которая тут же исчезла внутри, выставив наружу свой раздвоенный хвостик. Послышался писк птенцов, а затем чивиканье родителей «чивик-чивик, церррр, чивик-чивик, церррр». Такая активность птичек удивила присутствующих. Что там у них могло случиться? «Вот видишь, - не унималась Тамара, обращаясь к сестре, - и наши ласточки тебя любят».
Начинало темнеть. Асия закончила свой суп и, отпив чашку чая, засобиралась делать вечерний намаз. Дочери приготовили для неё лоханку и кумган для омовения и пошли в гостиную заниматься своими делами, а Асия удалилась во времянку, где уже молился её муж. Дождавшись, когда он закончит, Асия заступила на коврик и приступила к молитве. В комнате было тихо, слышалось только жужжание мухи, безуспешно пытавшейся пробить брешь в оконном стекле, чтобы вырваться на свободу.
Абдул-Рахман, муж Асии, полулежал на кровати, перебирая чётки. Это был закалённый жизнью, прошедший большевистские лагеря мужчина сурового вида и крепкого телосложения. Асия закончила молиться и села на стул рядом с кроватью.
̶
На нашу Захру уже стали заглядываться, - сообщила она ему тихим голосом.
Абдул-Рахман удивлённо посмотрел на жену, желая понять, чего она хочет сказать.
̶
Встретила Теркиеву по дороге домой. Просила помолвки с Захрой для своего единственного сына.
̶
С ума посходили. Она же
ещё школьница, – спокойным голосом сказал Абдул-Рахман.
̶
Говорит, что сын влюбился, молчит, перестал кушать. Он
её
ровесник. На год только старше
, – продолжила Асия.
̶
А ты его знаешь?
̶
Да так, видела иногда на улице, парень как парень. На вид ничего, плохими делами не занимается, насколько мне известно.
̶
С дочерью разговаривала? – поинтересовался Абдул-Рахман.
̶
Захра расстроилась, узнав новость. Мальчик ей не нравится, и вообще она об этом и слышать не хочет, пока
её сестры не выйдут замуж.
̶
Не нравится, значит и вопрос решён
и ответ готов. Помолвки не будет. Так можешь и ответить. Против воли дочерей никого не отдам. А
Тамара всё ещё решает или уже приняла решение?
̶
Всё
решает, да никак не решится, - вздохнула Асия. – Раньше проще было, ни тебе университетов, ни тебе госслужбы. А теперь то надо закончить, это сделать. А время
идёт.
̶
Ну, у неё ещё есть достаточно времени, - ответил отец, вставая с кровати, и, подойдя к радио, висевшему на стене, включил его.
