
Полная версия:
Ласточка

Ласточка
Автор: Исрафил Мислаури
Слово к читателю
Поколения людей сменяют поколения, а сердца человеческие не меняются в их разнообразии страстей и желаний, пороков и благодетели. Так было и в период времени, в котором разворачиваются события в данном романе. Историки назовут этот период эпохой застоя, а официальная пропаганда называла его периодом развитого социализма. Но как бы ни называли ту эпоху историки и пропагандисты, она делалась людьми, которые жили своей жизнью и своими заботами. К этому времени религия уже давно выветрилась из сознания людей. От неё остались лишь внешние ритуалы и обряды, смысл и значение которых не все понимали и воспринимали. Эти обстоятельства должны быть приняты во внимание читателями и, в особенности, читателями-мусульманами, которых могут неприятно удивить смешанное обучение и смешанное пребывание повзрослевших мальчиков и девочек, что неизбежно порождало множество видимых и невидимых проблем. Пусть читателя не смущают такие вещи, как танцплощадка; танцы старшеклассников и старшеклассниц отдельно или в паре; совместные завтраки, обеды и ужины, когда парни и девушки сидят вперемежку и беседуют друг с другом; или же игры в ручеёк, когда нужно брать друг дружку за руки. В ту уже далёкую теперь от нас эпоху атеизма эти вещи воспринимались, как норма, и мало кем осуждались. А если находились таковые, то их клеймили, как отставших от жизни несовременных ханжей. Такова была эпоха, поэтому замалчивать эти факты в романе было бы равносильно искажению правды.
Я назвал этот роман «Ласточка». Так именовал главную героиню романа Захру один из его героев. В нём повествуется о поколении тех, кто родился после возвращения ингушей и чеченцев из депортации. Это поколение, которое познало ужасы депортации, жизнь спецпереселенцев и трудности возвращения из тринадцатилетней ссылки только по рассказам своих родителей, которые сказывались ими шёпотом и с оговорками, потому что родителям было приказано под распиской всё забыть и не помнить. Это история драматической любви ингушского парня Заура и ингушской девушки Захры, которая начинается в 1981 году в г. Грозном Чечено-Ингушской АССР, в городе, которого уже нет и на месте которого стоит другой город с таким же названием. Герой и героиня романа – старшеклассники, которые учатся в разных, но соседних школах. Наши герои влюбляются друг в друга с первого взгляда, однако их ожидают испытания, которые они не в состоянии преодолеть несмотря на то, что пронесли взаимную любовь через всю свою жизнь.
Книга бурлит человеческими страстями и низменными поступками людей: зависть, ненависть, предательство, клевета, заговоры, колдовство. Похожая на волшебную сказку, но, по сути, бесконечно печальная быль, основанная на реальных событиях из жизни автора, этот роман, надеюсь, не оставит равнодушным никого: ни взрослого, ни юного, ни учителя, ни школьника, потому что каждый и каждая найдёт в нём частичку самого себя, своей первой школьной любви, а вейнахский колорит произведения придаёт ему особую уникальность.
Не могу упустить возможность искренне поблагодарить мою учительницу русской литературы и поэтессу Пехтереву Марину Васильевну за ту неоценимую помощь, оказанную мне в корректировке текста романа перед его изданием отдельной книгой, а также за её профессиональные комментарии и советы.
Выражаю благодарность Котиевой Фатиме Абдурахмановне, учительнице ингушского и русского языков и литературы, за её профессиональные советы и замечания.
* * *
Ласточка
Верю в верность, верю в доброту,
Верю в исполнение желаний.
Верю я в прекрасную мечту,
В искренность и красоту признаний…
Марина Пехтерева, поэтесса
Часть 1. Встреча
1
̶ Хасан, ты же здесь хозяин, налей мне чаю, - сказал Заур, лукаво глядя на своего кузена.
Хасан покорно встал, поставив недопитый стакан чая на блюдце, добавил Зауру заварки и стал наливать кипяток из чайника, мирно посвистывавшего до этого на кухонной плите-прометейке.
Было утро, обычное летнее утро в городе Грозном. Дверь кухни была настежь раскрыта, и через неё в комнату врывались запахи лета, сменяя друг друга, и бодрящий утренний холодок. Традиция приходить в гости с ночёвкой у Заура и Хасана установилась уже давно. Принимающая сторона была обязана создавать для гостя все удобства, и в эти обязательства входило и наливание чая.
̶ Вот и лето заканчивается, - сокрушённо произнёс Заур, отпивая из стакана, - грустно всегда от этого.
̶ Да уж, - согласился Хасан, - снова в школу теперь, уроки учи, домашние задания делай, телевизор не посмотришь.
̶ Уроки-то учить не беда, если бы не общественная работа. Много времени на
неё уходит.
̶ А ты не делай. Зачем тебе это?
̶ Мне нравится. Только очень много времени она забирает. Вот что плохо. Я весь восьмой класс провёл, занимаясь приёмом пионеров в комсомол. Часто в райком комсомола приходилось ходить. Соберёмся группой и пешком в райком.
̶ И как у вас там всё происходило? – поинтересовался Хасан.
̶ Раз в месяц районный комитет комсомола проводит свои заседания в здании райкома. Оно по соседству с тридцать четвертой школой находится.
̶ Да, знаю, - согласно закивал Хасан головой.
̶ Я привожу туда вступающих в комсомол. Вопрос принятия автоматически включается в повестку дня. Мы ждём, пока нас позовут.
̶ И долго ждёте?
̶ Иногда час, иногда два, иногда сразу приглашают. Я захожу сам и начинаю вызывать кандидатов по одному. Мне нужно их представить членам райкома, которые затем задают вопросы кандидату и мне иногда.
̶ Ну и как? – не унимался Хасан, подвигая к Зауру полную чашку с малиновым вареньем, которое любила готовить его мама.
̶ Что как?
̶ Хорошо отвечают?
̶ Да, конечно, - оживился Заур, - мы же их готовим перед райкомом, учёбы
проводим.
Хасан скривил губы, но всё же посмотрел на кузена с уважением.
̶ А ты когда думаешь вступать? – спросил Заур.
̶ А я и в пионеры не вступал. Зачем мне это? Скучно, – ответил Хасан, допивая чай. – Давай лучше в бадминтон поиграем. К нашим соседям приезжал офицер в гости, он в ГДР служил. Подарил им немецкие ракетки, а я у них попросил на время.
̶ О! Давай поиграем! – воскликнул Заур, желая скорее увидеть эти немецкие ракетки.
Хасан тоже оживился, предвкушая турнир. Накинув полотенце на посуду, он удалился в свою комнату, откуда вскоре вынес две ракетки и волан.
̶ Ух ты! – восхитился Заур. – Я таких никогда не видел.
Действительно, ракетки были сделаны добротно из дерева, на вес тяжеловатые, что позволяло бить по воланчику с большей силой, чем обычными, сделанными из алюминиевой трубки. Коричневая краска и нанесённый сверху лак придавали ракеткам солидный вид какого-то настенного украшения, нежели ракеток для игры.
̶ Мам! – крикнул Хасан в сторону матери, которая копала что-то в огороде. – Мы с Зауром в бадминтон играть идём. Скоро придём.
Тётя Рукия казалась не обратила внимания на слова сына и продолжила своё занятие, а кузены выскочили на улицу, весело размахивая ракетками и предвкушая игру.
Улица, а вернее переулок, названный именем Александра Сержантова, представлял из себя грунтовую дорогу без какого-либо покрытия, по обеим сторонам которой стояли частные дома непохожие друг на друга. Некоторые дома выходили окнами на улицу, а другие поглядывали на прохожих из-за заборов, построенных кое-как, но иногда и добротно. Вдоль заборов росли фруктовые деревья: вишни, абрикосы, сливы и даже орехи. Стояло лето, и деревья полнились своими плодами, покрытыми дорожной пылью. Слой пыли лежал и на густой листве, отчего казалось, что деревья молят о дожде, желая поскорее прихорошиться.
Кузены собрались было начать свой турнир, но Хасан предложил спуститься ниже по переулку, где дорога расширялась и было больше простора для игры. Шагая рядом вприпрыжку и с нетерпением поигрывая ракетками, они поравнялись с соседом-стариком, которого окружающие уважительно звали воти Муса. Мальчики замедлили шаг и опустили ракетки, а затем поздоровались, заметив взгляд старика в их сторону.
̶ Ди дик халд хьа, воти[1], - поздоровались они в один голос, не называя его по имени из уважения.
̶ Дукха дахалда шо, бераш[2], – улыбнулся тот им в ответ, присаживаясь на скамейку перед калиткой своего дома.
Заур поймал проникающий добрый взгляд старика, исходивший из глубоко посаженных глаз, в которых светился мягкий огонёк. Его седая широкая борода добавляла доброту в этот взгляд, который уже был знаком Зауру с тех пор, как он его впервые увидел. Было в этом старом человеке что-то родное и притягивающее.
Мальчики выбрали место для игры в том месте, где длинный деревянный забор одного из подворья под прямым углом уходил прочь от дороги, а потом вновь продолжал свой ход в прежнем направлении, резко повернувшись под тем же прямым углом. В результате дорога раздавалась и превращалась в этом месте в небольшую полянку, а сдвиг забора создавал угол, заросший высоким бурьяном. Было непонятно, с какой целью так было сделано.
Заняв позиции, мальчики приготовились начать турнир.
̶ Хьакхосса[3]! – крикнул Заур приготовившемуся подавать Хасану.
Заур всегда говорил на ингушском языке с кузеном, который родился и провёл своё детство в Орловской области. Общение с Зауром помогало ему выучить родной язык, но он всё ещё говорил на ломаном ингушском с примесью русских слов и с большим акцентом.
̶ Хьалаца[4]! – выкрикнул Хасан и ударил по воланчику.
Заур ловко парировал подачу и отправил воланчик назад, обрушив на него свою ракетку. Тот повиновался хорошо и послушно летел назад в желаемом направлении. Играть с такими ракетками было действительно приятно. В перерывах между подачами Заур посматривал на свою, пытаясь понять, что её отличает от обычной, с которой он привык играть.
Прошло минут десять, как начался турнир. Победитель ещё не выявился, но задор от игры только увеличивался. Воланчик летел взад и вперёд, мальчики поочерёдно издавали крики радости от удавшихся приёмов и подач или же громкие вздохи сожаления в случае промахов.
̶ Ооо! – крикнул Заур от огорчения, когда не смог достать ракеткой слишком высоко летевший волан, вдруг сделавший крутой вираж в воздухе из-за порыва ветра и упавший в том месте, где забор образовывал угол. – Юха а Iоежар[5]!
С этими словами Заур резко повернулся назад и хотел было подбежать к углу, куда приземлился воланчик. Угол находился за его спиной, и он не мог видеть, что там происходило. Повернувшись, он тут же остановился и замер, увидев картину, которая на всю жизнь запечатлелась в его памяти. Ноги перестали двигаться, рука с ракеткой безжизненно опустилась. Заур смотрел перед собой, разгорячённый игрой и учащённо дыша, но ничего этого он уже не замечал. Прямо перед ним и спиной к нему стояла девочка у того самого угла забора. Казалось, что она боится пошевельнуться, как птичка, попавшая в сеть птицелова, при виде которого решает перестать двигаться в отчаянной надежде не быть им замеченной. Девочка смотрела прямо перед собой в этот забор. Но на заборе ничего не было. Руки она держала впереди, прижав их к груди. По едва заметному движению локтей было видно, что она волнуется. Синеватое платье легко и естественно облегало юное тело в талии, которая в сочетании с тонкой шеей, слегка склонённой вперёд, выдавала дивную грацию этого творения Аллаха, невесть откуда появившегося тут.
«Как она тут оказалась? – задавался вопросом Заур, не сводя с неё глаз. – И что она хочет разглядеть на этом заборе?» Девочка казалась такой хрупкой и беспомощной, что любой порыв ветра мог бы сорвать её с места и унести отсюда невесть куда, чтобы она появилась уже в другом месте. Эта мысль Зауру не понравилась, и ему захотелось, чтобы она оставалась здесь и никуда не улетала.
Он посмотрел на Хасана, который почему-то лукаво улыбался ему, переводя затем взгляд на девочку. Это привело Заура в ещё большее замешательство. Он не мог понять, что происходит. Может Хасан знает, кто это и почему она смотрит в забор. Чутье подсказывало ему, что причиной такого необычного поведения девочки была её стыдливость. Но почему она его стыдится? Ведь она его в первый раз видит. И взгляд Хасана говорил, что она стыдится именно его одного, а потому и отвернулась. А может она его знает?
В воздухе чувствовалось напряжение, которое становилось невыносимым. Нужно было что-то делать. Заговорить? Заур стеснялся. О чём говорить? И зачем? Он никогда с девочками не дружил, и его воспитание в строгих ингушских традициях подсказывало ему, что этого делать было нельзя. А может она хочет уйти, но не решается? Голос внутри говорил ему, что надо что-то делать и немедля. И Заур сделал самое глупое, что можно было придумать в создавшейся ситуации. Он захотел показать девочке, как хорошо играет в бадминтон, чтобы впечатлить её своей игрой.
С этой мыслью он сорвался с места, чтобы подобрать волан, затем быстро стал в позицию и с криком: «Хасан! Хьалаца[6]!» - ловко подал Хасану. Игра продолжилась, воланчик снова полетел вперёд и назад. Раз, два, три, четыре, пять… Промах. Воланчик упал. Заур воспользовался передышкой, чтобы увидеть впечатление, которое он произвёл на девочку. Повернулся и… замер. Девочки не было. На том месте, где она только что стояла, зияла пустота, которая мгновенно проникла в грудь бедного мальчика. Грудь его стеснилась, и сердцу стало неуютно в ней. Какой ветер унёс её? Куда? Почему так быстро?
Заур повернулся к Хасану и спросил упавшим голосом:
̶ Мича яхар из[7]?
̶ Убежала, – сочувственно ответил Хасан.
̶ Убежала туда, откуда пришла. Вернулась назад. Не понимаю... – лепетал Заур почти
шёпотом. - А кто это?
̶ Это Ангуштовы. Они два года уже как здесь живут. Несколько семей.
̶ Я раньше их не замечал здесь, – недоумённо промолвил Заур. – Это ингуши?
̶ Да.
«Значит, она ингушка!» – обрадовался Заур.
̶ Ангуштовы… Я никогда не слышал про такой тейп. Красивая фамилия. А как зовут эту девочку? – робко спросил он Хасана, боясь выдать своё волнение.
̶ Не знаю, - ответил Хасан равнодушно. – Играть будешь?
Играть Зауру расхотелось, но, не желая обижать кузена, подал ему воланчик. Турнир продолжился, но игра не клеилась, воланчик всё время падал. Казалось, что и ему расхотелось играть. Заур пропускал подачи, что под конец надоело Хасану, который и предложил вернуться домой.
Кузены молча поплелись домой, каждый думал о своём. О чём думал Хасан догадаться было трудно, но мысли Заура были полностью заняты только что увиденным и столь быстро растаявшим видением, так похожим на сладкий сон, от которого никак не хочется просыпаться. Ему отчаянно хотелось вернуться назад в этот сон и оставаться там сколь угодно долго, но вместо этого перед глазами маячила пыльная грунтовая дорога, которую
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Доброго дня вам, дядя
2
Живите долго, ребята
3
«Канадская шина»
4
Лови!
5
Снова упал.
6
Хасан! Лови!
7
Куда она пропала?
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

