Читать книгу Невеста жатвы из Уичмира (isacat meow) онлайн бесплатно на Bookz (10-ая страница книги)
Невеста жатвы из Уичмира
Невеста жатвы из Уичмира
Оценить:

4

Полная версия:

Невеста жатвы из Уичмира

— Господин Торн. — Посыльный снял шляпу и осторожно поклонился. — Отец Олдрик прислал вам письмо.

Корвен не пригласил его внутрь. Взял конверт и тут же вскрыл. Мужчина попытался передать приветствия священника по поводу невесты, но Корвен уже читал. Олдрик благодарил за приём Невесты урожая из Уичмира и объяснял, что Изольда от волнения не завершила все положенные клятвы. Он надеялся, что в поместье о ней временно позаботятся, пока она не успокоится и не сможет выполнить оставшиеся условия.

На последнем абзаце уголок рта Корвена едва заметно дёрнулся.

— Что ещё он сказал?

Посыльный помедлил. Олдрик хотел знать, жива ли невеста, не ранена ли и согласна ли остаться в поместье. Корвен посмотрел на письмо, не отвечая. Наверху скрипнула передвигаемая мебель, затем раздалось несколько слабых стуков. Посыльный поднял глаза к освещённому свечой окну. Вспомнив слухи о том, как горько плакала невеста, осторожно спросил, устроилась ли Изольда на ночь.

— Она жива, — ровно ответил Корвен, складывая письмо. — Если Олдрик хочет узнать что-нибудь ещё, пусть спрашивает меня сам.

Посыльный хотел было продолжить, но Корвен уже отвернулся. Мужчина нахлобучил шляпу и поспешил к лошади. В прихожей Корвен положил письмо на длинный стол и взглянул в сторону гостевой комнаты в конце верхнего этажа. Там по-прежнему горел свет, но дверь была крепко закрыта. Через некоторое время он услышал, как передвигают стул, затем приглушённый кашель.

Наверх он не пошёл. Лишь когда поздно ночью поместье окончательно затихло, убрал письмо Олдрика в ящик и вернулся к старым книгам, разложенным на столе.

Глава 12. Комната невесты

Когда Изольда проснулась, уже рассвело. Серый утренний свет пробивался сквозь тяжёлые занавески и ложился на резные столбики кровати, освещая пыль. На мгновение ей показалось, что она дома. Но стоило ей коснуться незнакомого постельного белья, как воспоминания о ночи нахлынули разом: страшное лицо, длинные пальцы, кровь у рта и пугающее спокойствие мужского голоса за дверью.

Она села слишком резко. Боль пронзила колено, заставив вскрикнуть и вцепиться в раму кровати, пока приступ не прошёл. Похоже, она уснула на полу, а потом, когда стало слишком холодно, как-то доползла до постели. Кресло, которое она придвинула к двери, по-прежнему стояло криво. Никто его не трогал.

Свеча у кровати догорела. На столике остались неровные потёки воска. Белое нижнее платье порвалось там, где она падала, а кровь из раны на колене оставила на простынях бледно-розовые пятна. Она сидела в оцепенении, пока живот громко не заурчал. Только тогда поняла, как давно нормально не ела. Смутившись, Изольда вздохнула и осторожно спустила ноги с кровати. Прихрамывая и опираясь на стул, добралась до умывальной.

В тазу была холодная вода, рядом лежали чистые тряпки и несколько бинтов. Были ли они здесь вчера? Она не могла вспомнить. Помедлив, вымыла руки и как могла обработала рану. В маленьком глиняном горшочке ещё оставалась мазь, которую положила Агнес. Изольда осторожно нанесла её и перевязала колено. Щипало так сильно, что на лбу выступил пот.

— Ну правда… Знала бы, что так будет, ни за что не надела бы вчера эти туфли.

Сидя на стуле, она потрогала распухшую щиколотку.

— Теперь еле хожу. А что делать, если эта тварь снова появится?

Тут же пожалела, что заговорила о чудовище, и обернулась к двери. Снаружи ни звука. Поместье стояло в такой тишине, что были слышны капли воды, падавшие в таз. После долгих сомнений Изольда решила искать еду. Нельзя же сидеть в спальне, пока не умрёшь с голоду, ещё до возвращения монстра. Она приоткрыла дверь на щёлочку. Коридор пуст.

Ковёр расправили, опрокинутый подсвечник исчез, даже грязные следы возле лестницы кто-то вытер. От этого стало не по себе. Она ведь помнила, как всё опрокидывала, как платье зацепилось за крюк под ковром. Почему теперь всё выглядело так, будто ничего не было? Изольда медленно шла вдоль стены, прислушиваясь у каждой двери. Добравшись до лестницы, наконец осмелилась посмотреть вниз. Прихожая была пуста.

Кто-то снова разжёг камин. На длинном столе стояли книги и серебряный подсвечник. У окна поставили высокое кресло. Изольда понаблюдала сверху, затем спустилась. Проходя место, где вчера упала, поискала железный крюк. Его вдавили обратно в край пола; осталась лишь неглубокая царапина. Она содрогнулась от воспоминания о ледяной руке и поспешила дальше.

Кухня находилась за прихожей. Изольда нашла её не сразу. Внутри стояли большой деревянный рабочий стол, медные кастрюли и аккуратная стойка с ножами. В шкафах обнаружились мука, сушёные бобы, овёс и прекрасно сохранённые корнеплоды. Даже банки с вареньем нашлись. Она ожидала, что кухня чудовища-людоеда будет полна чего-нибудь ужасного. Вместо этого она оказалась опрятнее её собственной.

Изольда замялась, открыла банку с овсом и понюхала. Ничего странного. Она достала маленькую кастрюльку, чтобы сварить себе завтрак. Плита отличалась от домашней. Огонь уже горел, а рядом лежали незнакомые железные приспособления. Ставя кастрюлю, она задела ручкой медный половник. Раздался громкий звон. Изольда застыла и посмотрела к двери, ужаснувшись, что шумом привлекла монстра.

В коридоре ничего не шевельнулось. Наконец она снова задышала и продолжила мешать кашу.

— Даже кашу варить — словно ворую, — пробормотала она. — Как меня сюда занесло? Агнес бы со смеху умерла, узнав, что я боюсь шуметь на кухне.

Мысль об Агнес стёрла улыбку. Изольда дотронулась до серебряной подвески у ворота и снова склонилась над кастрюлей. Когда каша сварилась, она устроилась с миской в углу кухни. Так проголодалась, что обожгла язык первой же ложкой. Сидела, дуя воздухом сквозь рот, и ругала себя за глупость. Завтрак помог собраться с мыслями.

Прошлой ночью входная дверь не поддалась. Однако Корвен говорил, что двери открываются изнутри. Она не знала, солгал ли он, а видеть ночью ту ужасную фигуру снова совершенно не хотела. Нужно поискать другие выходы и, если получится, карту. Хотя бы узнать, как далеко поместье от Уичмира. Опираясь о стену, она отправилась исследовать коридор по другую сторону прихожей.

Дом оказался ещё больше, чем она представляла. Слева располагался почти пустой банкетный зал с длинным столом под выцветшей скатертью и стульями, выставленными рядами вдоль стен. Напротив — небольшая гостиная с видом на запущенный сад. У одной стены стояло старое пыльное пианино. Изольда нажала клавишу. Звук оказался неожиданно чистым. Она испугалась и отдёрнула руку.

Дальше находился кабинет с книжными полками почти до потолка. На столе лежали карты, записные книжки и незапечатанные письма. При виде такого количества книг страх немного ослаб. Изольда с детства любила читать. Девочкой она выдумывала поручения — будто должна отнести лекарство от Агнес, — только чтобы зайти в церковь и одолжить книги у Олдрика. Потом перечитывала все доступные сказки и истории столько раз, что знала концовки наизусть.

Теперь ей страшно хотелось узнать, что стоит на этих полках. Но она вспомнила чудовищное лицо Корвена и отдёрнула протянутую руку.

— А если он терпеть не может, когда трогают его вещи? — пробормотала она.

Потом чуть не рассмеялась над собой.

— Я даже не знаю, выйду ли отсюда живой, а переживаю, что разозлю хозяина?

В конце концов она решила посмотреть только то, что лежало на столе, и не открывать ящики. На стене висел большой портрет: мужчина в тёмной парадной одежде, рядом богато украшенный меч, а за его спиной — поместье, стены которого ещё не оплёл плющ. Лицо показалось знакомым. Изольда подошла ближе и увидела серые глаза. Остановилась.

Изображённый на портрете мужчина был почти точной копией Корвена. Изольда рассмотрела латунную табличку под рамой. На ней значилась дата более чем трёхсотлетней давности. Она дважды перечитала её, коснулась края таблички, словно проверяя, не ошиблась ли, и медленно отступила.

— …Не может быть.

Может, семейное сходство. Агнес всегда говорила, что родственники порой наследуют особенные черты, а улыбка Изольды похожа на улыбку её родной матери. Но глаза, нос, линия челюсти совпадали почти полностью. Даже еле заметная отметина возле правой брови была такой же. Тревога усилилась. Наконец она заставила себя отвернуться и поискала карту.

На столе лежал план окрестных земель. Были отмечены тропы к северному и западному лесу и несколько заброшенных строений. Забрать карту Изольда не осмелилась. Запомнила расположение мест и огрызком карандаша переписала несколько названий на свой листок. В кармане оставался набросок морского берега, который дала Элеонора. Достав его, Изольда увидела нарисованный маяк.

Всего несколько недель назад она стояла в обеденном зале постоялого двора и с восторгом расспрашивала Элеонору, насколько огромно море. Теперь казалось, что с тех пор прошла целая жизнь. Она ещё переписывала названия с карты, когда от двери раздался голос:

— Что ты делаешь?

Изольда едва не выронила карандаш. В дверях стоял Корвен. На нём была чистая тёмная рубашка, волосы свободно собраны на затылке. В одной руке — нераспечатанное письмо. Сейчас он снова выглядел человеком. Пальцы были совершенно обычными. Но серые глаза тут же напомнили ей о кровавом существе прошлой ночью.

— Я… я искала карту. — Она отступила на шаг, путаясь в словах. — Я не открывала ваши ящики и не брала книг. Только хотела выяснить, как вернуться в деревню. Если вы против, чтобы я заходила в кабинет, я немедленно уйду.

Корвен посмотрел на бумагу на столе, потом на её перевязанное колено. Вместо упрёка он положил письмо, подошёл к полке и взял небольшой свёрнутый план. Разложил его на столе и повернулся к выходу. Изольда уставилась вслед.

— П-подождите… Это… мне?

— На карте показана дорога к деревне.

Она посмотрела на него и тихо поблагодарила. Корвен не ответил. Уже направлялся к двери. Изольде хотелось спросить о стольком, что она не могла решить, с чего начать. Наконец выдавила:

— Господин Торн, вчера вы сказали, что лучше дождаться утра, прежде чем решать, уходить ли мне. Ну вот, уже утро. Можно… можно вас кое о чём спросить?

Он остановился и оглянулся. Изольда стиснула листок. Голос был совсем тихим.

— Если я захочу вернуться в Уичмир, вы рассердитесь?

Корвен так долго смотрел на неё, что она уже приготовилась к отказу. Потом ровно сказал:

— Дверь вон там.

Она осталась стоять, пока он уходил. Лишь спустя мгновение до неё дошло, что, возможно, он и правда позволяет ей уйти. Изольда поспешила к двери кабинета и крикнула вслед в коридор:

— Подождите! Вы серьёзно? Я действительно могу уйти? Вы не пошлёте никого, чтобы меня вернуть?

Ответ спокойно донёсся издали:

— Как пожелаешь.

Изольда долго стояла в дверях, переводя взгляд с карты на пустой коридор. После случившегося понять Корвена стало ещё труднее.

Глава 13. Хочешь уйти — уходи

Изольда была уверена, что Корвен рассердится, когда она попросит разрешения уйти. С тех пор как её отправили в лес, все звали её Невестой урожая. Для неё сшили платье, провели обряд и оставили одну в его поместье. Завершился брак или нет, Корвен наверняка понимал, зачем её привели.

Она даже собиралась предложить помощь по дому. Может, остаться служанкой, заработать немного денег и тогда попросить его помочь ей вернуться домой. Несколько раз мысленно репетировала такой разговор. Но и представить не могла, что он даже не попробует её остановить. Изольда долго стояла у кабинета, потом свернула карту. Она никак не могла поверить, что он так легко её отпустил, поэтому пошла следом по коридору и нашла Корвена у лестницы, выходившей в прихожую.

Он стоял у окна и читал письмо. Обернулся лишь тогда, когда она окликнула его.

— Господин Торн, я хотела бы уточнить кое-что, — сказала она, придерживаясь за перила и стараясь успокоить голос. — Когда вы сказали, что я могу уйти, вы действительно разрешили покинуть поместье? Я могу вернуться в Уичмир или поехать куда-то ещё, и вы не будете против?

— Угу.

Изольда ждала объяснений. Их не последовало.

— Но священник отправил меня к вам как невесту. Заставил пройти всю церемонию, они даже платье сшили. Вам и правда не нужно, чтобы я осталась? А если он потом спросит? Что мне ему сказать?

Корвен сложил письмо и поднял глаза.

— Это забота Олдрика. Хочешь домой — иди домой.

Изольда не сразу нашлась с ответом. Ей хотелось попросить его проводить хотя бы часть пути, но вспомнилось страшное существо прошлой ночью. Посмотрев на его руки, снова обретшие обычную форму, она проглотила просьбу. Корвен тоже не собирался продолжать разговор. Он раскрыл письмо и направился к маленькой гостиной внизу.

Изольда проводила его взглядом и негромко поблагодарила. Вернувшись к себе, она всерьёз принялась собираться. Свадебное платье было чересчур тяжёлым, а во время падения юбки сильно порвались. Чистить и зашивать его времени не было. Она порылась в шкафу и нашла старую рубашку. Ткань жёсткая, фасон безнадёжно устаревший, плечи и рукава слишком широкие и длинные.

Изольда подвернула манжеты, перехватила рубашку поясом от свадебного платья и с тяжёлым вздохом оглядела себя.

— Боже правый. Если так выйду на улицу, все решат, что я украла мужскую одежду.

Она долго возилась перед зеркалом, пока наряд не стал выглядеть чуть менее нелепо. Под рубашкой оставалось длинное белое нижнее платье, поверх плеч легла тёмная шаль. С обувью было хуже. У неё осталась лишь одна свадебная туфля, а прошлой ночью беготня босиком изрезала ступни. Перерыв спальню и соседнюю кладовку, она нашла под шкафом старые кожаные сапоги. Явно слишком большие. Даже набив внутрь сложенную ткань, ноги болтались, но это всё же лучше, чем босиком.

Когда Изольда завязывала шнурки, внизу открылась дверь и раздался металлический звон. Она замерла и прислушалась. Звук шёл из-за кухни. Хотелось не обращать внимания, но в дорогу понадобятся вода и еда. Наконец она, прихрамывая, спустилась вниз. Корвен только что вошёл через заднюю дверь. В руках он нёс туго завязанный мешок с добычей.

Сквозь ткань проступали тёмные пятна. Увидев их, Изольда невольно отступила. Корвен на неё не взглянул. Положил мешок на каменную столешницу возле кухни и вымыл руки. Она стояла у двери, желая сбежать, но не в силах отвести глаз. Затем заметила в отверстии мешка серо-коричневый мех и немного расслабилась. Может, кролик.

Когда Корвен закончил мыть руки, он поднял голову.

— Тебе что-то нужно?

Изольда слишком поспешно покачала головой, потом вспомнила, что собиралась уходить.

— Я хотела взять немного хлеба и воды. Вчера я заблудилась в лесу, и если снова поверну не туда, добираться до деревни придётся целую вечность. Можно взять что-нибудь с кухни? Я верну деньги, когда они у меня появятся.

Корвен бросил взгляд на полки и велел брать, что нужно. Она ожидала отказа. Его безразличие почему-то смущало. Изольда взяла два куска ржаного хлеба и наполнила маленькую флягу. Несколько раз едва не спросила, не слишком ли много берёт. Корвен на неё не смотрел, занимался добычей у столешницы. Она старалась держаться подальше.

Почти дойдя до кухонной двери, остановилась.

— Господин Торн…

Он поднял глаза. Помедлив, она спросила:

— Та тварь вчера ночью… которая гналась за мной по коридору. Вы знаете, где она сейчас? Если я сегодня выйду, могу с ней столкнуться? Понимаю, глупо звучит, но мне очень страшно. Я думала, она меня съест.

Руки Корвена на мгновение замерли. Изольда заметила, как медленно сжались его пальцы, и тут же пожалела о вопросе. Она вспомнила серые глаза на лице чудовища и то, как мужчина за дверью говорил, что «сейчас» не собирается её есть. Но вслух произнести свои подозрения не могла. Ждала хоть какого-нибудь успокаивающего ответа.

— Днём обычно безопаснее, — наконец сказал Корвен. — Но если забредёшь туда, где никогда не бывала, я не знаю, что тебе встретится.

Она нахмурилась.

— Но ведь в лесу есть тропы. Они отмечены на карте, которую вы дали. Или они тоже опасны?

— То, что тропа существует, ещё не значит, что ты дойдёшь до её конца.

От этих слов яснее не стало.

— Тогда вы не можете подсказать, какая безопаснее? Я только хочу домой. Не собираюсь причинять неприятности.

Корвен отложил то, что держал в руках, и разложил на столе меньшую карту. Показал старую тропу к востоку от поместья, которая вела к каменным воротам. Она проходила мимо ручья и заброшенной каменной беседки. Если держаться её, до темноты можно добраться до ворот. Изольда внимательно изучила маршрут и заставила его повторить, с какой стороны — слева или справа — должна оказаться беседка.

— А что будет у каменных ворот? — спросила она. — Вы не знаете, деревенские их охраняют?

— Ты вошла через них.

— Знаю, но они заперли их за мной. Если ворота всё ещё закрыты, меня наверняка услышат, если я начну звать с другой стороны. Эдвин часто их проверяет. Подожду, пока он придёт и впустит меня обратно.

Корвен не стал возражать. Подвинул ей карту. Изольда тщательно запомнила дорогу и свернула лист, чтобы вернуть. Но он дал понять, что карту можно оставить себе. Она искренне поблагодарила, взяла еду и вышла с кухни. К полудню всё было готово.

Изольда несла узел из старой ткани, на ней болтались неподходящие рубашка и сапоги, а в руке была короткая деревянная палка, найденная в саду. Раньше она поддерживала цветочную решётку. Изольда решила, что ею можно раздвигать траву и, если нападёт зверь, хотя бы попробовать отбиться. В прихожей она проверила все свои вещи: записная книжка Агнес, серебряная подвеска, красная нить — всё на месте.

Затем глубоко вдохнула и подошла к входной двери. В этот момент из кабинета вышел Корвен. Изольда остановилась и крепче прижала узел к себе.

— Эм… Я ухожу.

Корвен посмотрел на неё. Взгляд ненадолго задержался на огромных сапогах, затем он пошёл к лестнице. Изольда в изумлении ждала. Он даже не собирался её останавливать. Она так боялась, что её удержат силой, но теперь, когда можно уйти, не верилось, что всё настолько просто.

— Вы точно не рассердитесь? — снова спросила она. — Деревенские, наверное, наговорили вам всякого про свадьбу, но они сами всё устроили. Я никогда не соглашалась оставаться. Если встретите отца Олдрика, объясните ему, пожалуйста, что я не хотела доставить вам неприятности.

Корвен остановился.

— Изольда.

Она резко подняла голову.

— Что?

— Хочешь уйти — уходи.

От его спокойствия она растерялась. Изольда кивнула, взялась за ручку входной двери. Днём та поддалась без труда. Солнечный свет ложился на каменные плиты, ветер шевелил верхушки далёких деревьев. При дневном свете сад выглядел совсем не таким, как в ночном кошмаре. Изольда переступила порог и оглянулась. Корвен уже поднимался по лестнице, даже не обернувшись.

Она ещё несколько секунд постояла в дверях, затем закрыла створку и пошла по садовой дорожке. У железной ограды оглянулась на окна верхнего этажа. Там никого не было. Она понятия не имела, что думает этот человек. И расспрашивать уже некогда. Сжимая деревянную палку, Изольда вошла в лес по маршруту, отмеченному на карте.

Глава 14. Дорога через лес

Только покинув поместье, Изольда поняла, что даже днём здесь легко заблудиться. Солнечные лучи пробивались сквозь густую крону, ложась на толстый слой опавших листьев. Кое-где ещё стояли лужи после дождя.

Одолженные сапоги были такими большими, что приходилось постоянно останавливаться и подтягивать шнурки. Повреждённая правая щиколотка ныла. На карте дороги выглядели понятными, но под деревьями многие развилки скрывались в траве, а ручей, к которому она рассчитывала выйти, всё не появлялся. Изольда проверяла положение солнца и держалась наиболее заметных колей. Поначалу настроение было неплохим.

Корвен по крайней мере за ней не пошёл, а поместье осталось далеко позади. Она представляла, как покажет Агнес свой нелепый наряд, сварит горячего супа и проспит много часов подряд. Если Томаса уже освободили, он наверняка скажет, что она похожа на воровку, укравшую одежду плотника. Элеонора как-то обещала сводить её за настоящими походными ботинками, если Изольда приедет в город.

При этой мысли она улыбнулась, а потом вдруг захотелось плакать. Почти через час до неё наконец донёсся шум воды. Мелкий ручей вился между деревьями, по поверхности плыли пожелтевшие листья. На берегу лежали плоские камни, на которых когда-то, должно быть, отдыхали путники. Она сверилась с картой и убедилась, что всё ещё идёт верно. С облегчением присела, сняла сапоги, чтобы осмотреть щиколотку, и попила воды.

Кожу на правой пятке натёрло до крови, на носке осталось красное пятно. Она медленно обмотала ногу бинтом, морщась от боли, вновь натянула сапог и уже завязывала шнурки, когда рядом послышался голос:

— Ох, милочка, что же ты здесь совсем одна делаешь?

Изольда резко подняла голову. На противоположном берегу стояла пожилая женщина с корзиной. На ней были серо-коричневое платье и тёмный платок. В корзине лежали зелень и грибы. Она ничем не отличалась от женщин, которые собирали травы на холмах возле Уичмира. Увидев, как Изольда вздрогнула, незнакомка улыбнулась и помахала рукой. Сказала, что просто проходит мимо и ничего плохого не хочет.

Сперва Изольда обрадовалась встрече с человеком, выглядевшим совершенно обычным. Но Агнес предупреждала, что некоторые существа умеют подражать человеческим голосам. Поэтому девушка осталась на своём берегу и осторожно поздоровалась.

— Здравствуйте… Простите за беспокойство, эта тропа ведёт в Уичмир? Я пришла с востока и иду уже очень давно. Не слишком хорошо знаю дорогу.

Женщина переложила корзину и окинула Изольду улыбчивым взглядом.

— Уичмир? Конечно знаю. А чего ты так странно одета, девочка? Сапоги-то на несколько размеров больше. Попала в неприятность в лесу?

Изольда смущённо оглядела свою одежду и объяснила, что уходила в спешке, а ничего подходящего под рукой не оказалось. Женщину это, кажется, позабавило. Незнакомка присела на камень у воды и спросила, чья она дочь и почему прежде её не встречала. Изольда замялась, не желая называть своё имя. В Уичмире все знали, что нынешнюю невесту отправили в лес. Если незнакомка знакома с кем-нибудь в деревне, она может сообщить Эдвину, где находится Изольда.

Она сказала лишь, что хочет домой, уже несколько раз сворачивала не туда и будет благодарна, если ей подскажут более простой путь.

— Тогда иди вниз по ручью, — весело ответила женщина. — Миновав старую каменную беседку, увидишь дорогу в деревню. Только ходишь ты медленно, милая. Боюсь, до темноты не доберёшься. Может, ко мне зайдёшь отдохнуть? Я рядом живу. Поешь, а после обеда продолжишь.

Изольда поспешно покачала головой. У неё есть вода и еда, она не хочет никого обременять. Незнакомка выглядела разочарованной, но всё же советовала передохнуть. Девушке опасно бродить по лесу в одиночку, тем более раненой. Изольда напряглась и опустила взгляд на щиколотку. Рану закрывали носок и сапог. С другого берега её вряд ли можно было увидеть.

— Откуда вы знаете, что я ранена? — спросила она, стараясь говорить непринуждённо. — Просто сапоги велики. Поэтому я медленно иду.

Старушка хихикнула.

— Да ведь видно, когда девочка хромает. Не хочешь ко мне — посиди хоть тут, отдохни. А где ты ночевала? Далеко отсюда? В той стороне ведь есть огромный дом, верно?

Сердце Изольды дёрнулось. Она ни словом не упоминала поместье.

— Я… не совсем уверена, — проговорила она, поднимаясь с палкой. — Спасибо за дорогу. Мне лучше идти, семья будет волноваться, если задержусь.

Женщина слегка прищурилась.

— Твоя семья… Должно быть, они очень по тебе скучают.

Изольда натянуто улыбнулась и закинула узел на плечо. Пошла вдоль ручья, стараясь именно идти, а не бежать. Женщина больше ничего не сказала. От этого почему-то стало ещё тревожнее. Когда Изольда наконец оглянулась, камень на противоположном берегу был пуст. Исчезла и корзина с зеленью. Только ручей всё так же спокойно журчал.

Она какое-то время смотрела на пустой берег, затем решила не возвращаться. Идя по совету незнакомки вниз по течению, не могла перестать думать о странных вопросах. Почему та так интересовалась, откуда пришла Изольда и где ночевала? Зачем звала к себе девушку, которую видит впервые? В памяти всплыло предупреждение Корвена. Может, она слишком поспешно ушла из поместья.

Но тут она представила его окровавленные руки и яростно покачала головой. Какие бы опасности ни ждали в лесу, ещё одну ночь под крышей с чудовищем она проводить не собиралась. После полудня Изольда нашла беседку с карты. Половина крыши обвалилась, колонны покрылись мхом, внутри валялись сухие ветки и птичьи перья. Мимо проходила явно используемая тропа. Вдоль неё стояли несколько очень старых указателей. На одном ещё читалось слово «Уичмир», хотя стрелка почти стёрлась.

bannerbanner