Алый цвет моей одержимости

Когда, блять, это прекратится? Может, пора пойти к мозгоправу? Потому что, это не нормально - постоянно думать о той, которая выпотрошила меня несколько лет назад. Я настоящий мазохист, раз одержим этой ведьмой не смотря ни на что! Даже толком не помню, что вчера делал на работе, потому что мог думать только о том, что где-то в этом же здании находится она. Что она делает здесь? В какой из фирм работает и кем? Много ли у них в коллективе мужиков? И если есть хоть один, то я точно знаю, как именно он смотрит на неё! Её яркие образы преследовали меня на протяжении всего дня и даже вечером я не смог избавиться от неё. Забил встречу с несколькими кентами и всё равно не смог забыться. Даже, когда трахал какую-то девку, которая с подружками была в нашей компании, видел перед собой только свою Свету. Да только не свою, напоминаю себе, а общую.

Засыпал с мыслями о ней и проснулся с ними же. Увижу её сегодня или нет? Может, она передумает и больше не появится здесь? От этой мысли почувствовал мгновенную вспышку отрицания такого варианта. Та Света из прошлого вполне могла бы испугаться и передумать работать по соседству со мной. Она была скромной, пугливой и застенчивой. Но эта... Эта Света другая. Она слишком упрямая, дерзкая, в её серебряных глазах полыхает ледяное пламя непокорности. Нет, она точно не отступит. И где-то глубоко внутри я испытываю каплю радости и облегчения от этого осознания. И я даже понимаю почему испытываю эти эмоции. Всё просто. У меня появится шанс доказать ей, что она больше не имеет власти надо мной. Света увидит, что я не испытываю к ней ничего, кроме презрения и отвращения. И даже этих чувств от меня, для неё много.

Нажимаю кнопку вызова лифта и тут же чувствую, как меня окутывает свежий цветочный аромат. Я ещё не успел понять, что рядом она, но долбанная тахикардия уже бьется молотом в грудную клетку.

Смотрю влево, и конечно же, вижу Свету. Взгляд сразу спотыкается на полных алых губах, опускается ниже и сканирует стройную фигуру в лёгком мятном платье до колена, бежевую сумочку с красной лентой на ручках и невысокие босоножки в тон аксессуару. Возвращаю взгляд обратно и встречаюсь с кристальным взглядом, который уже сутки не оставляет меня в покое.

Мимолётную вспышку радости давлю раздражением. Какая, к чёрту, радость?! Да я только мечтаю, чтобы больше её не видеть.

- Ты всё-таки здесь? - недовольно спрашиваю.

Она лишь насмешливо улыбается мне, но взгляд остаётся холодным.

- И тебе доброе утро.

Ничего не успеваю сказать в ответ, потому что приезжает лифт и его двери раздвигаются, приглашая желающих им воспользоваться. Люди заходят в лифт, я указываю рукой к дверям, пропуская этим жестом Свету вперёд. Но эта сучка делает маленький шаг назад и отрицательно качает головой.

Молчим. Буквально сверлим друг друга взглядами. А затем я прохожу в лифт.

Не хочет ехать со мной в одном лифте! Да кто она такая?! Это я! Я! Мог бы отказаться находиться с ней в тесном помещении, но не она!

В бешенстве залетаю в свой кабинет и вызываю к себе помощницу. Через пару минут она приносит мне кофе и озвучивает план на сегодняшний день

- Через час совещание с руководителями отделов. Потом у тебя назначена встреча в одиннадцать с руководителем сервисных центров, он приедет сюда. К двум придут юристы, чтобы обсудить правки для нового контракта с «Орионом». На три назначена встреча с Климовым. На сегодня это все срочные дела.

- Маша, что за гадкий кофе сегодня? - раздражённо отставляю чашку.

- Обычный кофе. Что тебе не нравится?

- Ты сама его пробовала?

- Нет. От такой крепости у меня выпадут зубы.

- Маша, - я едва сдерживаюсь, чтобы не нагрубить ей.

- Ладно, я поняла, что тебе сегодня не до шуток. Не буду сегодня лишний раз попадаться тебе на глаза. Если что-то будет нужно - пиши.

Хамка. Это я её распустил. Сам виноват, что не держу с ней дистанцию. Да только поздно уже что-то менять. Да и не хочу, нам обоим комфортно работать в дружеской атмосфере. Сегодняшний день не будем брать в расчёт.

Погружаюсь в изучение отчётов, чтобы подготовиться к совещанию. Уже даже не удивляюсь, что мысли постоянно улетают к Свете. Но я стараюсь их отгонять. Работать-то тоже надо.

Вот какого хрена в отчёте Дроздова, нашего маркетолога, такие низкие показатели? Сколько бабла он влил в таргет, а прибыли нет, а потом будет сидеть с опущенной головой и бояться слово сказать. Хотя даже Света всегда смотрит мне в глаза и не боится сказать даже то, что мне не понравится.

Так, Света!

У меня отчёты, а не Света!

Фух, кто там дальше? Чупрыкина уже третий раз подряд даёт мне отчёт по закупкам мелкой бытовой техники. И третий раз я не понимаю, почему мы не закупим больше умных чайников, если нам их каждый раз не хватает? Неужели не видно спрос?! Мы же не собираемся создавать искусственный дефицит на какие-то чайники. А если бы бабам красной помады не хватало в магазинах? Ходили бы все бледные и я не зависал бы на сочные алые губы...

Твою мать! Опять эта дрянь в мою голову залезла! Какая связь между чайником и красной помадой, а?! Видимо в моей, помешанной на Свете голове, самая прямая.

Так, надо собраться. Вдох. Выдох. Делаю глоток остывшего кофе и продолжаю изучать отчёты.

Отчёт по выплатам и начислению премий. Не понял... А с чего это у нас такие большие премии в отделе аналитики? За какие заслуги им такие премии, если они не могут рассчитать, сколько надо долбанных чайников заказать? Наша главная бухгалтерша по зарплатам, Широкая Надежда Ивановна, считать разучилась? Только и может, что конфеты целыми днями жрать. Конечно, почему бы и нет, у неё же явно нет аллергии на конфеты, как у меня. У меня только на одну Конфету нет аллергии, но и её мне нельзя.

Зарываюсь пальцами в волосы и закрываю глаза. Сижу неподвижно несколько минут. Может, правда к мозгоправу пойти? Это же явно не нормально, любое действие и мысли связывать со Светой. Четыре года назад все мысли тоже были только о ней и ничем хорошим та люб... одержимость не закончилась. А сейчас всё гораздо серьёзнее. Это уже не учёба, на которую тупо забивал. Это огромный бизнес, а я себя так накрутил, что готов уволить каждого присутствующего на совещании.

Беру себя в руки и заставляю успокоиться. Выдыхаю и пишу Маше, чтобы принесла мне какое-нибудь успокоительное. Дожился, в свои двадцать пять лет уже на успокоительных. Зато Света сейчас работает в этом же здании и даже не вспоминает обо мне.

- Опять, - глухо стону я.

Сгребаю все отчёты в одну стопку и в кабинет заходит Маша.

- Вот успокоительное. Но я не понимаю, что с тобой.

Она очень внимательно вглядывается в меня, а я же рассматриваю её. Может мне с ней трахнуться? Так сказать, клин клином? А что, она симпатичная, я начну мучиться угрызениями совести, что совратил свою помощницу и забуду о Свете.

- Маш, может переспим?

Её глаза широко распахиваются, а рот удивлённо приоткрывается. Вылупилась на меня и даже не моргает.

- Чего ты так удивляешься? Я красивый, ты тоже ничего.

Она отмирает.

- Я через месяц замуж выхожу.

- Да не парься, он нам не помешает.

- Иногда я не понимаю твоих приколов. Этот вообще предпочту забыть, - с серьёзным лицом она оставляет на столе поднос со стаканом воды и блистером каких-то таблеток, и направляется к двери. - Совещание через десять минут.

Игнорирую поднос, беру папки и иду в конференц-зал. Всё же мне удалось успокоиться и я достаточно продуктивно провёл совещание. Даже никого не уволил.

Потом вполне эффективно работаю в базе, обсуждаю ключевые вопросы бизнеса с подчинёнными и иду обедать в кафе на первом этаже.

Света вполне может тоже там обедать, как и вчера. Может там действительно нормально кормят, зачем же каждый раз ехать в ресторан? А если я её случайно встречу, то даже не гляну в её сторону.

Конечно, этот столик в конце зала я выбрал из-за большого панорамного окна из которого открывается прекрасный вид на улицу. Точно не из-за того, что отсюда открывается широкий обзор на весь зал. Что мне там рассматривать? Сотрудников различных фирм, которые пришли на обед?

О, а вот и коллеги Светы, с которыми она вчера не поехала в лифте. Резко отворачиваюсь, а потом понимаю, что её среди них я не увидел. Но ведь она сегодня пришла на работу. Неужели решила не обедать, лишь бы не встречаться со мной? И тут же я краем глаза замечаю в окне хрупкую девушку в мятном платье, которая выходит из БЦ и пересекая широкую площадку тротуара, направляется к стоянке перед зданием. Рядом с мощным припаркованным джипом стоит тот самый Смоленский, с которым я видел её на благотворительном вечере. Он галантно целует ей ручку и придерживая за спину, помогает ей сесть в машину.

Они уезжают. А я цепенею. Насколько у них всё серьёзно?

Мои мысли прерывает официант и я заказываю грибной сырный суп и говяжий стейк слабой прожарки медиум. Сейчас это именно то, чего мне хочется. Ведь я чётко понимаю, что мне здесь торчать до окончания обеденного времени, чтобы убедиться, что она вернулась на работу. И я даже не собираюсь аргументировать или оправдывать для себя это решение.

К окончанию обеда, я всё же дожидаюсь долгожданную машину из которой выходит Света и с ней явно что-то не так. Мой мозг сканирует малейшие изменения в ней, пока она прощается со Смоленским. Света отворачивается, плечи опускаются, голова опущена, а походка становится немного дёрганной и поспешной. Что он ей сделал, что она сама не своя?

Не контролирую себя и даже не пытаюсь анализировать свои действия, кидаю деньги за обед на стол и вылетаю из кафе прямиком в холл, где успеваю перехватить Свету.

Глава 9

Обед из горьких слёз

После встречи с Денисом у лифта, я на удивление остаюсь спокойной. И довольной. Могу себя поздравить, ведь с каждой нашей встречей я всё сильнее контролирую свои эмоции и могу дать ему достойный отпор. Пусть в моей жизни будет хоть один мужчина, которому я не позволю унижать себя.

Утренняя встреча подарила мне такой прилив сил, что энергия во мне буквально кипела. И я решила направить её в рабочее русло. Тем более, погрузившись в работу, я могла отключиться от ожидания неприятной встречи.

Но, как ни старайся, а время замедлить нельзя и время обеда неминуемо наступило. На телефон приходит сообщение о том, что Гриша ждёт меня внизу и я предупреждаю коллег, что обедаю не с ними.

Приподнятое настроение понижает свой градус, но всё же не до нуля. Надо приучать себя не поддаваться унынию из-за каждой встречи с Гришей. Тем более очень скоро нам придётся жить под одной крышей. В совместной с ним жизни у меня останется место для радостей и хорошего настроения. Вот и сейчас я не буду грустить, а вполне могу настроить себя провести обед с женихом на позитиве.

Выхожу из здания и сразу же направляюсь к нему. Он целует мне руку и поприветствовав друг друга, мы садимся на заднее сиденье машины. Снова борюсь с порывом вытереть след его слюнявых губ со своей руки немедленно, но делаю это пока он обходит машину, чтобы сесть рядом со мной. Водитель трогается с места и минут через десять мы уже оказываемся в ресторане.

Как только хостес нас поприветствовала, Гриша неожиданно хватает меня чуть выше локтя и молча тащит мимо ресторанного зала, вглубь холла.

- Куда мы?

Но мой растерянный вопрос остаётся без ответа. Смотрю на его напряжённый профиль и вижу лишь ярость на его напряжённом лице. Он заталкивает меня в туалетную комнату и резким рывком швыряет в стену. Не успеваю опомниться, как он сгребает в кулак волосы на моем затылке и упираясь лбом в мой лоб, цедит сквозь зубы.

- Я тебя сколько раз просил не малевать губы этой шлюханской помадой?

Он тянет волосы назад и мне ничего не остаётся, как запрокинуть голову. Чувствую, как в глазах скапливаются жгучие слёзы физической боли и очередного унижения. Пока я кусаю губы, чтобы не доставить ему удовольствия от стонов, он подтаскивает меня к зеркалу, так же крепко держа за волосы наклоняет моё лицо к раковине, включает воду и начинает с силой умывать меня. Больно трёт моё лицо ладонью, затем намыливает и снова смывает.

Всё это время я пытаюсь отбиться, но безрезультатно. В неудобной позе, практически обездвиженной захватом за волосы, я не могу справиться с этим боровом. Слёзы жгут глаза, тем самым выжигая остатки надежды на то, что Гриша не такой, как мой отец. Мне никогда не выбраться, моя жизнь всегда будет в аду.

- У тебя пять минут, чтобы привести себя в порядок. Я жду в зале, - абсолютно будничным тоном говорит Гриша. - Не советую задерживаться.

С этими словами он выходит, а я остаюсь наедине со своим отражением. Кожа лица горит, будто её тёрли наждачкой, тушь нормально не смылась и чёрные подтёки под глазами усугубляют картину. В глазах слёзы и пустота. Что ж, зато сейчас предельно всё понятно. Сама виновата. Проверила уровень его терпения и на что он способен, когда его завуалированные приказы не выполняются.

Отключаю все эмоции и, как робот, привожу себя в порядок. Механическими движениями умываюсь, наспех крашу веки жидкими тенями, на губы наношу нюдовый блеск и остаюсь довольна своим видом. Не найдя больше причин, чтобы отсидеться здесь подольше, иду в зал. Гриша не только ждёт меня, но уже заказал для нас пасту с морепродуктами и греческий салат. Как только подхожу к столику, он поднимается, чтобы отодвинуть мне стул.

- Прекрасно выглядишь, - будничным тоном произносит он.

А я даже не знаю, что ответить. Он ведёт себя так, будто ничего не произошло. Это издёвка? Или специальный ход, чтобы не придавать значения тому, что случилось? Я не стану ничего на это отвечать. Даже глупое «спасибо» не смогу сейчас из себя выдавить. Мне просто хочется плакать. Даже пожалеть себя. Почему нет? Хоть это и слабость, но иногда помогает.

- Надеюсь, ты не обиделась? - всё так же равнодушно продолжает он.

- Я разве имею на это право?

- Рад, что ты это понимаешь. Но в случившемся виновата только ты. Я не раз предупреждал тебя, - он некоторое время смотрит на меня и не дождавшись ответа, даёт новый приказ. - Ешь.

Молча ковыряю салат. Аппетита нет вообще. Мелкая дрожь рук не прекращается.

- Как на работе?

Я поражаюсь его способностью менять тему разговора и в любой ситуации делать вид, что ничего серьёзного не произошло.

- Хорошо.

- Чем там занимаешься?

- Рисую.

- Светочкаа, - тянет он елейным голосом, - я надеюсь, что ты будешь больше принимать участия в наших беседах. Сейчас я сделаю скидку на твоё состояние, но это лишь в качестве исключения. Просто потому что у нас период более близкого знакомства друг с другом.

- Спасибо за понимание. Учту на будущее.

Он недовольно поджимает губы, но мой ответ не комментирует.

- Ты ни к чему не притронулась, а впереди ещё целый день. Ешь. Голодной я тебя не отпущу.

А вот это хороший стимул. Готова силой запихивать в себя еду, лишь бы наша встреча быстрее закончилась.

- Завтра мы так же встретимся в обед, а вечером идём в театр. В семь я за тобой заеду. Надеюсь, мне не надо напоминать про внешний вид?

Я продолжаю тщательно жевать салат и лишь киваю ему. Но Гришу такая форма ответа не устраивает.

- Я не слышу.

Что ж, видимо отвечать женишку, важнее, чем поесть. Делаю глоток воды, прежде чем ответить.

- Я всё поняла.

- Вот и отлично.

Мы заканчиваем обед практически одновременно. Я торопилась быстрее закончить эту встречу и теперь испытываю острое чувство дискомфорта, будто вся еда застряла огромным булыжником в пищеводе. Ещё и пережитый стресс не отпускает меня. Каждый раз, когда вспоминаю, как он тащил меня, как смывал с меня помаду, с каким остервенением тёр моё лицо, мне хочется разрыдаться и я с огромным усилием заставляю себя сдержаться.

После ресторана в машине мы едем молча. Я отвернулась и смотрю в окно, а он просматривает какие-то бумаги. Когда приезжаем к БЦ, Гриша выходит первый и снова галантно помогает мне выйти из машины.

- Светочка, я очень надеюсь, что завтрашний наш обед пройдёт гораздо лучше, - только глухой не расслышал бы предупреждающие нотки в этом тихом голосе.

- Я тоже, - в тон ему отвечаю.

Да, я осознаю, что хожу по тонкому льду, но находясь в многолюдном месте и на знакомой территории, я чувствую слабую безрассудную смелость. Конечно, это проявление характера, который иногда прорывается сквозь все барьеры и предупреждения, абсолютно бессмысленно. Но мой инстинкт самосохранения иногда просто отключается.

Гришу явно разозлил мой ответ, но он не стал развивать тему.

- Что ж, до завтра.

Гриша целует меня в щёку и после этого я торопливо направляюсь к вращающимся дверям офисного здания. Закусив нижнюю губу, стараюсь не разрыдаться. После прощания с ним, с каждой секундой сил остаётся всё меньше, чтобы бороться с подступающей истерикой. Ускоряюсь, чтобы быстрее пересечь холл, но на полпути чувствую неожиданную хватку на руке, и снова чуть выше локтя.

Денис резко дёргает меня на себя и я с трудом удерживаю равновесие.

- Что у тебя случилсь? - спрашивает он.

Глава 10

Хочу знать всё

Хватаю её за локоть и резко разворачиваю к себе, так, что от неожиданности она почти упала на меня, но всё же смогла устоять. Не без моей поддержки, конечно.

- Что у тебя случилсь? - нервно спрашиваю.

Она молчит и не поднимает голову. Беру её за подбородок и приподнимаю лицо, чтобы увидеть... Мокрые дорожки слёз и бледное лицо.

Сука! Я убью этого урода!

- Что случилось, я спрашиваю? - с тихой яростью повторяю вопрос.

Света медленно освобождает руку из моего захвата. Выпрямляет спину, гордо вскидывает голову и дрожащим голосом отвечает:

- Ничего.

- Ты плачешь.

- И что? - равнодушно спрашивает она и не дожидаясь ответа, обходит меня, и идёт к лестничному пролёту, игнорируя лифты.

Смотрю ей в след и не двигаюсь. Нет. Не побегу за ней. Даже если он её обидел, то это её выбор.

Не пойду.

Не побегу.

Понимаю, что если бы её что-то не устраивало, то она не позволила бы себя обижать. Да, я не знаю, что у них произошло, но даже слепому понятно, что она расстроена. Но, сука, держится, всем своим видом показывая, что это не важно. Бледная, как полотно художника, но отмахивается от меня с гордо поднятой головой.

Да и отлично! Мне, так вообще, похеру. Только чувствую себя полнейшим дебилом. Понимал же, что творю полнейшую дичь, когда попёрся в это кафе, чтобы «случайно» встретить там Конфету. На что надеялся? Не усвоил я урок четыре года назад. Сейчас опять таскаюсь за ней, только в этот раз уже добровольно поддаюсь своей одержимости. Когда-то я безумно её любил и сейчас должен быть честным с собой - тянет меня к Свете до сих пор. Но сейчас от прошлой любви осталась только одержимость и я уничтожу последние крупицы былых чувств.

Захожу в свой кабинет и погружаюсь в изучение предварительного контракта с новым поставщиком швейцарской бытовой техники «Орион». Позже приходят трое наших юристов и мы обсуждаем, что именно мы можем изменить и какие для «Ориона» выгодные условия предложить, чтобы смягчить наши требования. Наша встреча проходит довольно продуктивно и уже через полчаса я остаюсь один на один со своими мыслями.

Света.

Где-то на подкорке постоянно зудит ощущение, что я что-то упускаю. В грудной клетке словно проворачивается тупое сверло дрели, которую заклинило и отключить её без отсоединения от сети невозможно. Понимаю, что должен всё досконально узнать, чтобы Света больше не казалась мне такой загадочной. Может, тогда интерес к ней пропадёт.

Принимаю решение и звоню Тимуру, нашему начальнику службы безопасности.

- Да, Ден, - раздаётся бодрый голос в моём мобильном.

- Тим, мне человека надо пробить.

- Что именно интересует? - его голос сразу становится собранным.

- Всё. Самую первичную инфу хочу через час-два. Где работает, кем, где и с кем живёт, номер телефона. Ну в общем, что успеешь. А остальное, скрытое, когда нароешь.

- Ты думаешь, что есть что-то скрытое?

- Вот ты и узнаешь. Ты ж профи. У тебя нюх заточен на любые несостыковки.

- Я тебя понял. Сделаю. Кого изучаем?

- Светлана Анатольевна Шимина. Она в нашем БЦ работает недавно. Вот для начала и узнай, кем, на кого.

- Тоже запал на эту красотку? - он усмехается, а я стискиваю зубы до глухого скрежета. Что значит «тоже»?! - Оно и понятно, её невозможно не заметить. Жди, скоро с новостями приду.

Отключаюсь и расслабленно откидываюсь в кресле. Чувствую небольшое облегчение, из-за того, что перестал отмахиваться от своей проблемы, а взялся за её решение. Всё узнаю, если у неё есть какие-то трудности, то помогу решить. Просто по-человечески. И всё, на этом я перелистну страницу под названием «Света» и продолжу жить спокойно.

В три приходит Юрий Климов, владелец крупного интернет-магазина по продаже техники и попросив у Маши два кофе, мы располагаемся на диване, который стоит в другом конце моего офиса, и долго обсуждаем наши общие дела. Нас прерывает мой отец, который никогда не предупреждает о своём появлении. С одной стороны это понятно. Хоть он практически передал мне все дела, но проверять не перестал. Ну и манию тотального контроля так просто не искоренить.

Минут двадцать мы в дружеской обстановке пообщались втроём, ведь папа много лет сотрудничает с Юрой, а потом Климов попрощался с нами и мы остались вдвоём. В этот момент на телефон приходит сообщение от Тима, что первые данные он скинул мне на почту. Понимаю, что сейчас не смогу посмотреть файл и занимаю своё кресло, а отец садится в кресло для посетителей, напротив меня.

- Мог бы и предупредить, что придёшь, - в упор глядя на него, говорю я.

- Ещё чего. Я пока ещё остаюсь здесь хозяином.

- Никто не спорит, но я мог быть занят с важным клиентом.

- Я звонил Маше и узнал у неё, с кем ты сейчас и где. Так что не нуди.

Я недовольно сжимаю челюсти, но всё же справляюсь с волной раздражения.

- Зачем пришёл? - прямо спрашиваю его.

- В пятницу открывается новый ресторанный комплекс за городом. Мы должны там быть.

- Кто открывает?

- Да один наш известный ресторатор. Как раз и познакомишься с ним. Это влиятельный человек в нашем городе. Знаю, что ты не любишь подобные сборища, но там ты должен быть. Я тоже не пропущу это событие.

По опыту я уже знаю, что в подобных обстоятельствах спорить бесполезно. Соглашаюсь и обещаю, что заеду в пятницу за отцом. Как только за ним закрывается дверь, прошу Машу никого ко мне не пускать и открываю данные от Тима.

Читаю информацию и неосознанно улыбаюсь. Моя Конфета всё-таки осуществила свою мечту - стала дизайнером интерьера. Когда мы встречались, она нехотя делилась со мной своими мечтами и тем, что отец у неё строгий и никогда не позволит ей работать, а сейчас она занимается любимым делом. Да ещё и в фирме Тани, довольно известной и перспективной. Я искренне за неё рад. Теперь я знаю, где она работает и кем.

Смотрю на часы, затем приглядываюсь к досье, где указано время её работы. Я ещё собирался задержаться в офисе, но решаю, что срочных дел нет и я могу уйти пораньше. Будет время заехать на файер-шоу, может тоже поучаствую.

- Маша, я ухожу, ты тоже свободна на сегодня, - ускоряю шаг, потому что время поджимает. Понимаю, что не контролирую свою потребность увидеть её хоть мельком, но я уже устал бороться с собой. Мне просто надо убедиться, что сейчас с ней всё в порядке.

Я успеваю увидеть её на первом этаже холла, переполненного людьми, которые тоже в это время закончили работу. От бледного лица и поникшей фигуры, которые я видел в обед, не осталось и следа. Она так же уверена в себе, как и всегда. Спина прямая, алая помада плотно покрывает губы, походка уверенная. Провожаю взглядом, как она садится на заднее сиденье дорогого авто и уезжает.

Казалось бы - увидел, убедился, что всё в порядке. Когда, блять, успокоюсь?

Ответ на этот вопрос я перестал искать уже на следующий день. Потому что я не мог совладать со своей одержимостью и поджидал её каждый раз, когда мы могли «случайно» пересечься. По утрам я стал вести бессмысленные разговоры с охранниками, пока ждал её появления, на обед ходил только в кафе на первом этаже, чтобы каждый чёртов день наблюдать, как за ней заезжает это тип на крутой тачке и они уезжают обедать. Вечером стал заканчивать работу ровно в пять, чтобы взглядом проводить её до машины. Сам себя презираю, но её образ словно доза антидепрессанта, без которой я не могу нормально работать. А так увидел её, успокоился и держусь до следующей встречи. И так всю долбанную неделю. Мы не разговариваем, рядом не оказываемся, потому что я чётко контролирую зону наблюдения, но я вижу её каждый день.