Ты мой рок-н-ролл

– Ну не знаю. Лондон не так уж плох. – он замолкает, – когда ты здесь в правильной компании.

Я смеюсь. Правильная компания – это я?

– Тебе не обязательно льстить мне. Мы уже переспали.

– Я и не думал. – просто отвечает Тэд.

Мы снова молчим. Идем рядом. Он сохраняет дистанцию, но подстраивает свой шаг под мой. Иногда рукав его бомбера задевает рукав моей куртки. Так, вполне комфортно.

– Не боишься, что за тобой начнут охоту твои фанатки? – решаю съязвить я, чтобы не думать о том, что значит эта прогулка.

Тэд закатывает глаза.

– А что будешь ревновать?

– Я не ревную.

Он лишь хмыкает и отводит взгляд.

Мы заходим за кофе. Тэд разворачивается ко мне:

– Тебе как обычно? Американо?

– Не, – быстро отвечаю я, – я хочу вон ту сладкую жижу с молоком, – киваю бариста на напиток в меню.

Настроение мое ни к черту. В такие моменты я готова воспользоваться стратегией лучшей подруги и устроить сахарную бомбардировку организму.

Тэд удивленно смотрит на меня:

– Кто ты и что сделала с настоящей Рокс?

– Ничего я не сделала. Просто экспериментирую.

Он касается рукой моего лба.

– Может у тебя жар? – театрально вздыхает он, – Ты подхватила лихорадку Эбола?

– Единственное, что я могла подхватить – это инфекции, передающиеся половым путем. От тебя. Но они вроде как не поражают мозг, – говорю я, забирая стакан кофе, обильно политого сливками.

– То есть ты признаешь, что это… – Тэд кивает на мой напиток, – вызвано поражением мозга?

Я только лишь хмыкаю, опуская губы в стакан и обмакивая их в сладких сливках.

– Что ты имеешь против сладких напитков? – говорю я.

– Я? Ничего. Это же ты обычно выбираешь черный кофе, – он делает театральную паузу, и продолжает драматичным голосом, – черный как твоя душа.

Я смеюсь.

– Моя душа не черная.

– Нет. Еще как черная. – смеется он в ответ и тянется к моему стакану, – а ну ка дай попробовать.

Я протягиваю ему стакан, наши пальцы соприкасаются. В этом нет никакого сексуального подтекста, но я почему-то обращаю внимание. На это ощущение тепла на кончиках моих рук. На ощущение комфорта рядом с ним.

Он делает глоток в возвращает мне напиток. Его губы все в сливках, и пока он облизывает их, я вдруг думаю, что хотела бы поцеловать его прямо сейчас и проверить, как изменится вкус его поцелуя. Из терпкого и мятного как обычно он станет сладким?

А ну, Рокс, хватит думать об этом. Не сейчас. Сейчас вы просто друзья.

– А если серьезно, почему ты грустная? – спрашивает Тэд, когда мы идем дальше.

– Я не грустная.

Тэд поворачивается спиной по направлению движения и заглядывает мне в глаза.

– Давай мы пропустим этот бессмысленный акт, где ты отрицаешь очевидное и сразу перейдем к тому месту, где ты рассказываешь, в чем дело.

Я злобно зыркаю на него. Но потом вздыхаю и решаю поделиться.

– Просто предвкушаю возвращение домой, – обреченно говорю на выдохе.

– И почему тебе грустно по этому поводу?

Я бросаю взгляд на успокаивающую рябь реки.

– Потому что пока я здесь. Просто тусуюсь, я могу сделать вид, что… я просто в отпуске. На паузе. А в Шеффилде… я не смогу притворяться что моя жизнь, – я замолкаю, подбирая нужное выражение, – ведет в никуда, – говорю я обреченно.

– В никуда? – усмехается Тэд, – что за бред?

Я просто молчу. Он может издеваться сколько хочет. Тэд смотрит на меня и его смех тухнет, быстро как пламя спички.

– Стоп. Ты что, серьезно так думаешь?

– Нет, я просто пробуюсь на роль в дешевой драме. Вот репетирую, – огрызаюсь я.

– В это я больше готов поверить.

– Очень смешно.

Я снова окунаю губы в кофе, сливки уже почти растаяли, но сладость все так же остается на языке.

Тэд останавливается и касается ладонью моего предплечья.

– Стой. Почему ты так думаешь?

Я перевожу взгляд с его руки на лицо. На его очень озабоченное лицо. Хочу одернуть его, отшутиться. Но вместо этого выпаливаю:

– Да потому что! Мало того что я ничего не добилась. Я еще абсолютно не знаю, чем я должна заняться. Кем я хочу работать. Что делать со своей жизнью. Я просто плыву по течению. Пора определиться, а я не знаю как. Все серьезное меня… угнетает, – заканчиваю я тихо.

– И что в этом плохого?

– Ничего. Или все. Не знаю.

Я действительно не знаю. Не знаю, куда иду. Не знаю, чего хочу. Как будто у меня должен быть вселенский план, цели, мечты, а их нет. Я пустая. Поверхностная оболочка – только и умеющая тусоваться и прожигать свою жизнь. Даже наша договоренность с Тэдом это подтверждает. Я настолько плоха в нормальных отношениях, что гожусь только как женщина для удовлетворения потребностей.

– Ты не должна все знать. Ты же не какой-нибудь просветленный философ в балахоне.

– А что? Может, мне зайдут балахоны?

– Неа, – смеется Тэд, – ты и часа не проходишь в балахоне.

– Чушь! – бросаю я, радуясь, что Тэд дал мне повод отвлечься от дурацкого разговора о моем будущем. – Я вполне могу ходить в мешкоподобной простынке.

– Ага. И не выпячивать напоказ свои прелести? – он кивает на мою грудь, – Полная хрень!

Я корчу недовольную гримасу и закрываюсь курткой. Он прав, я люблю одеваться открыто. Он раздражает, что он прав.

– Рокс, тебе не нужно прятаться за балахонами. И тебе точно не стоит пытаться накинуть на себя личину просветленного мудреца и пытаться узнать вселенский план.

Он подходит ближе и берет меня за руку. Легко и естественно – его пальцы сжимают мои, посылая тепло по коже.

Я почему-то сглатываю.

Я хочу перевести тему, снова шутить, но мой язык прирос к нему и никак не двигается.

Это совсем не я. Обычная Рокс – громкая, яркая, привлекает внимание и отшучивается от серьезных тем.

Почему рядом с ним сейчас я не могу быть такой?

Его пальцы снова сжимают мои, пока мы молча стоим.

– Пошли, – он тянет меня за руку.

– Куда?

– Просто пошли. Не задавай вопросов и расслабься. Я не уведу тебя в сексуальное рабство. Я просто хочу показать тебе одно место.

Спустя 20 минут мы сворачиваем за угол и Тэд открывает неприметную дверь.

Мы заходим внутрь. Помещение встречает нас гулом приглушенных голосов и дергаными звуками гитары. Будто кто-то настраивает инструмент.

Я оглядываюсь. Теплый полумрак помещения обволакивает меня и заманивает внутрь.

Рядом с нами тут же возникает мужчина лет за сорок, с бородой и дредами. На нем накинута джинсовая жилетка. Он улыбается.

– О, сам Тэд Райдер вновь пожаловал к нам, – открыто говорит он, и обнимает Тэда, похлопывая его по спине.

– Привет, Финн. знакомься, это Рокс. Моя… – пауза – подруга.

– Привет, Рокс, – Финн тут же лезет с объятиями ко мне, отчего я слегка опешиваю, но принимаю это приветствие, – тоже пришла поиграть?

– А? – я удивленно пялюсь на него.

О чем они вообще?

– Нет. Она просто со мной.

– Ну хорошо. Располагайтесь, чувствуйте себя как дома, если что, я на баре, – Финн хлопает Тэда по плечу и оставляет нас.

Тэд берет меня за руку. Гитара провожает издавать жалобные звуки.

– Что это за место? – спрашиваю я.

Мы проходим вперед. По периметру стоят плюшевые диванчики и небольшие столики. Барная стойка в углу. Все это было бы похоже на обычный бар, но в середине помещения стоит открытая сцена, на которой располагаются самые разные инструменты. Именно оттуда раздаются звуки гитары. Молодой парень настраивает красивую глянцевую акустику. Рядом сидит девушка, и постукивает барабанной палочкой по тарелке.

Мы садимся за маленький круглый столик.

– Грубо говоря – это джем-бар, – говорит Тэд.

– Джем? – переспрашиваю я, – что это?

– Слышала что-нибудь про джем-сейшн?

– Нет.

– Это когда музыканты собираются и просто импровизируют. Этот бар открыл Финн, чтобы у каждого была возможность поиграть совместно. Как репточка, только уютно и со зрителями. Свободный формат. Хочешь - выступай, хочешь – сиди и слушай.

Ребята на сцене переговариваются и продолжают мучить свои инструменты. Я оглядываюсь. Людей немного, все они явно старше 25, многим так вообще под 40. Одни тихо переговариваются. Вторые с интересом поглядывают на сцену.

– Я люблю это место, – тихо говорит Тэд, – Здесь не надо выпендриваться и соответствовать чьим-то ожиданиям. Ну и можно играть что угодно. Раньше я частенько приходил сюда и играл на вон той красотке. Warwick Corvette.

Он кивает на бас в углу.

– Тебе что, мало музыки в группе? – недоверчиво спрашиваю я. Судя по тому что я вижу – здесь место для любителей. Тэд же играет на профессиональном уровне: они сочиняют музыку, записывают и зарабатывают на этом кучу денег.

– Это другое.

Он стучит пальцами по столу.

Парочка на сцене начинает играть. Мы какое-то время наблюдаем за их попытками сыграться. Судя по моим скромным оценкам – у них в этом деле большие проблемы. В этот момент к нам за столик падает Финн.

– Ну что, Тэдди, ты сам то еще играешь? Или давно продал весь талант за популярность?

– Ой, да иди ты, – отвечает Тэд со смехом, но отводит взгляд.

Какого черта?

Я слышала его музыку и это потрясающе, какого хрена он так реагирует? Мне вдруг хочется вступиться и сказать что-нибудь умное, но я нифига не разбираюсь в этом.

– Ну что, может вам добавить объема? – громко кричит Финн в сторону сцены, и кивает в сторону Тэда. – К нам тут как раз звезды подвалили.

Потом он наклоняется, чтобы слышали только мы:

– Давай, помоги ребятам. Без баса у них нифига не клеится.

– Ладно-ладно, – тянет Тэд, – так и знал, что к тебе не заглянешь просто так.

Он встает, подходит к сцене, берет бас и усаживается на пол. Парень с акустикой берет несколько аккордов, и Тэд начинает подыгрывать ему.

Через минуту они уже играют полноценную мелодию. Музыка начинает литься более объемно, и даже те двое уже не так лажают.

– Хорош, чертенок. – смеется Финн, подвигаясь поближе ко мне, и потом более задумчиво изрекает, – Без хорошей басовой партии нет музыки.

Я пожимаю плечами.

– Я не особо в этом разбираюсь.

– Ты не играешь и не поешь?

– Нет.

– И давно вы вместе? – с улыбкой спрашивает Финн.

– О, нет. Мы не вместе. Мы друзья.

Он усмехается.

– Интересно.

– Что же тут интересного?

– То, что раньше Тэдди частенько здесь зависал, и ни разу не приводил друзей.

Почему-то мне очень слабо в это верится.

– И что? Может, я особенный друг?

– Может, – соглашается он.

В музыке, которую играют ребята вместе с Тэдом, намечается кульминационный момент, и Тэд вдруг переходит на более быструю игру.

Финн снова усмехается.

– Показушник.

Он постукивает пальцами по столу в ритм музыке.

– Видишь, что он делает? – он пальцами показывает на Тэда. – Этот парень слишком хорош в импровизации. Большинство играют на басу, как бы это выразиться… просто. Два аккорда и все. Он же – делает бас-гитару полноправной частью композиции. Да что уж там, этот парень может даже на басу основную партию сыграть. Их группе повезло с ним.

– Да, наверно, – соглашаюсь я.

Я никогда не думала об этом. В моем понимании, как и у большинства других, басисты – это не самые важные ребята в музыкальном коллективе.

– Так а ты чем занимаешься, Рокс?– отвлекает голос Финна, – Нечасто у нас тут… немузыканты.

– Я? Да ничем.

– Ничем?

Ох, черт. Вот этого мне и не хватало – обсуждать мои никакущие карьерные перспективы с малознакомым чуваком.

– О, прекрасное время. – улыбается Финн.

Мои брови поднимаются:

– Прекрасное?

– Конечно. Помню, когда я бросил работу в юридической фирме, я несколько лет занимался ничем. Ну как… Перекантовывался временной подработкой, чтобы платить по счетам. Так вот прекрасное было время. Ни лишних забот – ничего!

Я хмыкаю. Сомнительно…

– А что потом?

– Потом открыл это место. Забот точно прибавилось, – смеется он.

– То есть ты бросил карьеру юриста и открыл это место?

– Ага.

Хм… Мои брови хмурятся сами по себе.

– А ты что из тех, кто считает, что заниматься нужно непременно серьезными вещами?

– Я? Нет.

Вроде. Задай мне этот вопрос два месяца назад, я бы сама спорила до усрачки, что никому не нужна серьезная карьера. А сейчас… я сама не знаю.

Может зря я уволилась из холдинга? Ладно, не зря. Я бы не смогла работать с Марком в одном офисе. Но возможно, мне стоит поискать работу в маркетинге просто в другой компании. Тогда и мать от меня отстанет, если я наконец буду занята серьезной карьерой.

Вчера я встречалась с отцом. Последние пару лет он живет разъездами между Шеффилдом и Лондоном. Ему звонила мать и просила повлиять на меня. Отец сказал, что всегда готов поддержать меня в любом начинании, и мне нужно только лишь определиться, что я хочу от жизни. Он даже обещал подкинуть мне денег на мои поиски себя. В общем, папа как всегда нашел повод “откупиться” от участия в жизни дочери. Но кто я такая, чтобы отказываться от щедрых вливаний в мою жизнь.

Проблема в том, что я не понимаю, что я хочу и куда мне идти.

– Когда я пошел в юристы, – начинает Финн, – думал “хочу делать мир лучше”. Защищать невиновных людей, стать адвокатом. И я честно занимался этим, пока у меня к этому лежало. А потом…

Я смотрю на этого мужчину. Его лицо выглядит так, будто он действительно видел жизнь. Я пришла сюда в предубеждении. Но что-то есть в его выражении лица, что заставляет меня с интересом прислушиваться к нему.

– А потом меня просто перестало это зажигать. И я ушел.

– Так просто?

Он поворачивается ко мне и пристально смотрит.

– Да. Я не знал, чем хочу заняться. Не знал, что буду делать с счетами за квартиру. Но одно знал точно – работать не на своем месте я не хочу.

– И как ты нашел свое место? – тихо спрашиваю я.

Он смеется.

– А нашел ли я? Не знаю, сейчас я владею этим баром. Кто знает, может через пару лет я пошлю все к черту и стану вязать носки.

Со сцены раздается несколько агрессивных ударов по бочке. Музыка прекращается, и Тэд переговаривается с ребятами, подмигивая мне. Я слабо улыбаюсь в ответ.

Финн хлопает ладонью по столу:

– Ну чего это я? Наверно совсем тебя загрузил. Давай я исправлюсь и предложу тебе выпить. Это я сейчас умею в совершенстве.

Я усмехаюсь.

– Ладно, я хочу какой-нибудь сладкий коктейль.

– Секунда!

Он отходит к бару. Я стучу ногтями по столу, наблюдая за Тэдом. Судя по отрывкам слов, которые до меня доносятся, они обсуждают какие-то музыкальные темы. Я никогда не видела его в этой стезе. Мне казалось, что он больше просто соответствует образу безбашенной рок-звезды. Пока Тэд не показал мне, что он тоже сочиняет музыку, мне казалось что он в группе исключительно ради славы, денег, фанаток и других привилегий. Сейчас я начинаю понимать, что Тэд скорее – супер-клей для их группы. Именно он склеивает немного одухотворенного Мэтта и абсолютно практичного Кевина.

И он на самом деле глубоко вовлечен в музыку, в группу и в то, что они делают.

Интересно, каково это быть настолько влюбленным в свое дело?

Пока я отвлеклась, Финн вновь возник рядом со мной с бокалом чего-то розового и с зонтиком.

Я воодушевленно хватаюсь за коктейль, когда на мое плечо ложится ладонь.

– Снова пьешь сладкую пургу? – раздается голос Тэда над ухом.

Я бросаю на него недовольный взгляд.

– Если тебе тоже хочется, можешь попросить.

– Спасибо, воздержусь.

Он падает рядом со мной.

– Отличная у тебя подруга, Тэдди, – Финн хлопает Тэда по плечу, – приводи ее почаще.

Я закидываю ногу на ногу и посылаю ему одну из самых очаровательных своих улыбок.

– Да, я такая.

Не знаю как, но этот суровый на вид парень растопил мое сердце.

Тэд усмехается:

– А я смотрю настроение у тебя уже получше.

– Ага, розовые жидкости творят чудеса. – отвечаю я, потягивая коктейль.

Поболтав еще немного с Финном, мы с Тэдом возвращаемся в отель. Ему нужно на какую-то модную вечеринку. Рия опять где-то зависает с Мэттом, а я остаюсь один на один со своими мыслями.

Листаю Нетфликс в поисках чего-нибудь годного. Но ничего не цепляет. Мысли о будущем все так же гнетут, но я все чаще ловлю себя на мысли, что хочу написать Тэду.

Мы расстались всего два часа назад, а я не могу выдержать даже одного вечера сама с собой. Эту острую потребность в общении с ним я списываю на свою менструальную хандру. Беру телефон и делаю дебильное селфи, распластавшись на подушке. Хочу отправить ему это фото, и написать что, моя вечеринка будет точно покруче чем его.

Но когда я захожу в соцсеть, моя лента публикаций тут же подкидывает мне фотографии с той самой вечеринки, на которую пошел он.

Фотографии, которые мне совсем не понравилось видеть.

Глава 32

Тэд

Чем больше времени я проводил на этой тупой вечеринке в честь бренда, с которым Роуз удосужилась подписать мне контракт, тем больше я хотел свалить.

Мы провели отличный день с Рокс, и я хотел бы остаться с ней. Но вместо этого я ем очередную оливку и слушаю восторженные охи и ахи проходящих мимо людей.

Не знаю, что они тут нашли. Обычная вечеринка. Ничего особенного.

Разве что моя бывшая активно мозолит глаза.

Просто невероятно, блин. Я хотел поговорить с ней с тех самых пор, как увидел эту ересь в ее аккаунте, но пока что мы постоянно были в обществе.

Я ем очередную оливку и думаю, стоит ли написать Рокс и спросить, проходит ли ее вечер лучше чем мой, когда рядом со мной появляется Бриджит.

Рыженькая продюсерша, которая помогла нам найти менеджера, когда Роберт кинул нас.

– О, Тэд Райдер, наша новая знаменитость, – говорит она, – как ваши дела?

– Неплохо.

Бриджит всегда казалась мне стервой. Но она стерва с хваткой. И несколько месяцев назад, когда мой лучший переживал непростой период, она нам помогла.

– И как тебе твое новое амплуа популярного парня? – подмигивая мне, спрашивает Бриджит и тянется за бокалом мартини.

– Сносно.

– Затмил красавчика Мэтта, теперь о тебе говорят больше, чем о нем. А я говорила, все дело в девчонке. В музыкальной индустрии фанаты не любят, когда кто-то уводит их идолов. Поэтому такие свободные герои, как ты, будут на коне.

Я закатываю глаза. Я бы дохера отдал за то чтобы иметь то, что есть у Мэтта.

Мне бы хотелось иметь ту, кого мог бы полюбить я. И кто мог бы полюбить меня в ответ. Но сейчас единственная, к кому я близок, чтобы испытать подобное, воспринимает меня исключительно как развлечение.

Но я полный и конченный мазохист: потому что с ней согласен и на это.

– А может я не совсем свободный герой?

– Никого не волнуют твои случайные пассии, Тэд. Это только подогревает интерес. Они считают, что тоже могут там оказаться.

– Ну только они не могут, правда? – раздается елейный голос слева от меня, и мой локоть обхватывает женская ладонь.

Дейзи. Всегда чертова Дейзи.

Она прижимается ко мне ближе, будто мы, мать его, пара.

– У Тэда всегда были довольно избирательные вкусы, – говорит она, обращаясь к Бриджит, и слегка задевает рукой волосы.

Бриджит бросает на нас оценивающий взгляд. Она видела нас раньше. Но так уж сложилось, что она каким-то образом оказалась в курсе всей ситуации. Так что я не знаю, какие выводы она может сделать.

А ещё я не знаю, какого черта я продолжаю стоять как истукан, позволяя ей виснуть на моем локте.

– Дейзи… – тянет Бриджит сквозь зубы, – как поживаешь?

– Прекрасно, – выпаливает она, – моя модельная карьера пошла в гору с прошлого года. Я теперь здесь главное лицо.

Бриджит нервно поднимает брови. Кивает и отступает на шаг:

– Прости, Тэд, я вас оставлю. Мне нужно ещё поздороваться с несколькими людьми, прежде чем начнется официальная часть банкета.

Я провожаю её взглядом, и как только она удаляется достаточно, освобождаю свою руку от хватки Дейзи.

– Какого хрена?

– Что?

– Что это за спектакль? Объятия? Серьезно?

– Да ладно тебе, – она толкает меня ладошкой в плечо, – у нас с тобой такое прошлое. Почему я не могу обнять тебя?

Потому что я не хочу. Потому что все что я хотел – наконец забыть это и идти дальше. В чем я наконец преуспел.

– Дейзи, – начинаю я, желая расставить все точки над i, – это все в прошлом.

Рядом что-то щелкает. Дейзи снова хватается за меня, и я чувствую липкую помаду на своей щеке. Через секунду она снова повисает на моем локте.

Я пытаюсь скинуть её руку, но она лишь сильнее сдавливает локоть и шипит:

– Улыбайся.

Я наконец замечаю, что перед нами стоит фотограф, а рядом с ним девчонка с телефоном, которая тоже снимает нас.

– Дейзи, ты знакома с Тэдом? – спрашивает она, тыкая пальцем на свой телефон, показывая, что она ведет запись.

– Конечно, – расплывается в фальшивой улыбке моя бывшая, – вы разве не знаете, что мы с Тедом всегда были довольно близки…

В ответ на эту фразу во мне вскипает такое негодование, что я тут же одергиваю руку.

Какого черта она несет?

Я разворачиваюсь прямо к ней, намереваясь высказать все, что во мне копилось. Но в этот момент со сцены звучит постукивание по бокалу от организатора вечера. Приглашающее всех к столу. Весь гул в помещении стихает, и мне приходится заткнуть рвущиеся наружу слова.

Дейзи снова берет меня под руку. Нас снова снимают. Она ведет меня к столу, и мы садимся.

– Видишь, хорошо, что наши места рядом, и мы сможем поговорить.

Я глубоко вздыхаю.

– Итак, может, ты расскажешь мне, какого черта ты творишь? – тихо говорю я ей, пока все увлечены речью ведущего о том, как много денег этот бренд вкладывает в благотворительности.

– А что? Мы с тобой теперь вместе представляем этот бренд. Представь, сколько внимания будет к нам, если мы при этом афишируем наши отношения.

Что она несет?

– У нас нет никаких отношений, – шиплю я сквозь зубы.

– Между нами всегда есть отношения, Тэд.

– Никаких отношений. – снова чеканю я.

– Тэд, мы были вместе, – мягко говорит она, словно именно я здесь отрицаю реальность.

– И это в прошлом.

– Ну как сказать. Ты всегда хотел меня.

Ну а теперь не хочу.

– Это тоже в прошлом, – говорю я.

Она поворачивается ко мне. Её рука резко ложится на моё бедро.

– Мы оба знаем, что у нас с тобой слишком большое прошлое, чтобы оставить его. Лично я готова идти дальше. Ты изменился. Я изменилась. Мы можем попробовать снова.

Её голос звучит мягко. Ее глаза смотрят на меня. Рот приоткрыт. Три месяца назад я бы заглотил эту удочку с радостью, даже не раздумывая. Три месяца назад я бы думал, как заставить этот рот вытворять неприличные вещи в постели. Три месяца назад я был бы счастлив, что она обратила на меня свой взор.

До тех пор как в моей жизни не возникла другая блондинка и не снесла Дейзи с её пьедестала.

Но теперь я вижу ясно как божий день. Я больше не зависим от этой девушки. Меня не трогает её прикосновение. Меня не цепляют её слова. Я абсолютно спокойно убираю её руку со своего бедра.

– И для этого ты выкладываешь у себя на странице наши старые фото? – спрашиваю я, – чтобы пробовать снова?

– А… ты об этом? - она открывает свой аккаунт и показывает мне одну из своих последних публикаций.

Старая фотография. Она в моей футболке. В моей постели. Обнимает меня за шею и кладёт голову мне на плечо.

Одна из фотографий, где я думал, что у нас все хорошо.

– Просто смотрела архив и захотелось поделиться, – задумчиво говорит она. – Посмотри, какие мы тут счастливые.

Я отворачиваюсь.

– Нет, Дейзи. Даже не пытайся. Это бессмысленно. Нас больше ничего не связывает.

Она разворачивается сильнее ко мне и оценивающе проходится по мне взглядом. Я просто хочу поставить точку в этом.

– Ты что, завел себе девушку?

– Причем здесь это?

– Ну… – тянет она приторным голосом, – ты говоришь, что больше не хочешь меня. Значит у тебя кто-то есть.

– Это не имеет отношения к делу. Это касается меня и тебя.

– Ох, Тэд, – она тянется к своему бокалу мартини, – и кто она?

Отпив, она разворачивается ко мне, напуская на себя самый заинтересованный вид.

У меня автоматически закатываются глаза.

– Черт возьми, Дейзи, не пытайся делать вид, что я тебе интересен. Я прекрасно вижу, что происходит. Ты игнорировала меня столько времени, но как только моя популярность подросла, ты сразу тут как тут. Ищешь как воспользоваться ситуацией. Публикуешь фото, чтобы привлечь внимание. Вешаешься на меня. Это показушная хрень. И я вижу тебя насквозь.

Она вздыхает.