Читать книгу Во власти Ассасина. Я тебя покорю ( Иман Кальби) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
Во власти Ассасина. Я тебя покорю
Во власти Ассасина. Я тебя покорю
Оценить:

3

Полная версия:

Во власти Ассасина. Я тебя покорю

Ее горе даже не имело права вырываться наружу- она не могла плакать, кричать, биться в агонии утраты… У правителей нет такой роскоши… За власть всегда приходится платить… Этот свой первый урок она усвоила еще в тот день, когда сразу после того, как тело отца было завернуто в саван и предано земле, едва стоящую на ногах, не оставили задыхаться в боли невосполнимой утраты, а сразу повели на государственный совет, заставили вникать, заставили брать себя в руки и начинать думать не как юная девочка, а как новая правительница.

Она помнит понимающий, но серьезный и сосредоточенный взгляд мастера по иностранным делам Омуна, одного из ближайших соратников отца, который тихо, но решительно и непреклонно нашептывал ей, что проявлять слабину, «уходить» в Зенубию-девочку сейчас нельзя… Враги извне только и ждут этого, надеясь накинуться на Пальмиру и их новую молодую правительницу, как на кусок дымящегося мяса в пустыне, где вода дороже золота…

И она вникала, забыв о горе… Вернее, спрятав его глубоко в сердце, не давая выйти наружу даже тогда, когда была один на один с собой… Это была ее плата за величие… Плата за благословение иметь власть над живительной влагой… Созидать…

Отсутствие мужчины рядом с собой она тоже приняла как плату за власть… В глубине души Зенубия понимала, что слишком много заплатила за право быть королевой… Она отдала за это право свои иллюзии, свою молодость, свои фантазии, свою наивность, она даже отдала свои чувства, ибо теперь не имела на них права… Никто не знал этого, но она глубоко в душе понимала точно — не будет рядом с ней никого… Она не встретит достойного, с кем была бы готова поделиться властью… Завещанию отца не суждено было сбыться… Вместо того чтобы активно подыскивать себе хорошую партию, королева созидала, выстраивала стратегию, занималась укреплением власти… Отсутствие у нее наследника отнюдь не означало падение их города… Она сама подберет и воспитает наследника…

А потом случился Он… Наглый Наемник, самонадеянное ничтожество, какой-то чужак-гладиатор, осмелившийся убить Джабаля… Конечно, она презирала его и не воспринимала всерьез… Но ее эмоции, насильно оживающие там, под слоем толстой золотой брони, категорически ей не нравились… И в то же время, когда их глаза пересекались, зажигая смесь из огоньков азарта, интереса и вызова, внутри просыпалась девочка — Зенубия-младшая… Именно эта самая девочка и не давала королеве Зенубии казнить своих стражников за невнимательность и выставить целую роту солдат перед входом в ее покои, чтобы разоблачить и поймать наглеца, который каждую ночь каким-то образом проносил ей свой подарок… Ей словно самой хотелось поймать его с поличным, подсмотреть за действиями… Как он умудрялся каждый день проскальзывать незамеченным перед носом у стражников? Ее покои охраняли опытнейшие из воинов, с автоматами и ночными прицелами. Служанки? Мог он оставлять свои «знаки внимания» руками ее личных прислужниц? Вход в покои королевы ночью был запрещен и им… Она пыталась не спать, подкараулить его приход… Но всякий раз сон наваливался незаметно, засасывая в свои объятия, а на рассвете она вновь открывала глаза, чтобы увидеть сухой хрупкий цветок, истончающий слабый, едва уловимый аромат жизни посреди смерти…

Сегодняшняя ночь тоже не была исключением. С пустыни накатывал нежный ветер, принося прохладу и запах сухой полыни. Богатый город Пальмира погрузился в покой, а Зенубия сама не поняла, как сон нежно погладил ее по голове и коснулся своим благословением длинных густых ресниц… Она была уже не в своих землях…

Странное, пугающее место… Черные острые скалы вади (араб.- долина реки), бескрайнее песчаное море, такое же пугающее, как и давящий горячий воздух вокруг, раскаленный за день и не остывший даже ночью. Это не знакомая ей золотая пустыня Пальмиры. Это черные пугающие волны песка… Никогда она не видела такой пустыни — гремящей тишиной, кричащей безмолвно, безжалостно кидающей свои песчаные волны на острые, как ножи, камни плато… Ее шею болезненно сковывало железное кольцо — старое, ржавое, мешающее дышать… Она была на коленях… Поверженная, уничтоженная, пригвожденная к неприветливой земле… Попыталась пошевелиться, встать на затекшие ноги, но кольцо сомкнулось еще сильнее… Зенубия начала задыхаться… Ее зрачки расширились, легкие сдавило болезненным спазмом. Она беспомощно распахнула рот и начала хрипеть… В глазах потемнело… Конец… Это конец… Это твой незавидный конец, Зенубия…

— Зенубия! Зенубия! — чувствует, как кто-то пытается выдернуть ее ото сна. Насилу размыкает глаза и не сразу понимает, что происходит…

Она в своей постели… Перед ней Альвир… А на шее… Пытается пошевелиться, но он резко останавливает ее.

— Не смей! — грозно предостерегающе шипит. — Это пустынная гадюка, Зенубия… Самая опасная из ядовитых тварей в этих краях… Ее укус смертелен… Сначала она удушает жертву кольцами, а потом впрыскивает яд одним точным укусом в глаз, если жертва дернется…

— Всевышний… — шепчет Зенубия беспомощно. — Ты все-таки пришел меня убить…

Взгляд Альвира стал сосредоточенным и серьезным. Настолько, что между его бровей пролегла морщинка, а губы сжались в тонкую линию.

— Не шевелись… Что бы ни произошло, не шевелись… — снова тихо проговорил он.

Королева сама не поняла, что произошло дальше… Его руки были столь ловкими и быстрыми, что единственное, что почувствовала женщина — как на ее щеку брызнуло несколько капель чего-то теплого. Следующее, что она увидела — безжизненной веревкой висящую на руке мужчины змею. Глубоко вздохнула, резко подавшись вперед. Судорожно прикоснулась к лицу, увидев на пальцах кровь… Кровь хищника, едва не убившего ее… И только через пару мгновений, немного отойдя от шока, снова смогла посмотреть на сосредоточенного мужчину на краю ее кровати, возле которого лежал сухой полевой цветок…

— Я пришел и увидел на тебе змею… — тихо проговорил он. — Это большая удача… Появись я на пару мгновений позже, ты бы была уже мертва… Гад уже успел бы обвить твою шею и приготовился совершить бросок к твоему глазу…

— Как… Как она попала сюда? — хрипло, не своим голосом, все еще не до конца придя в себя, произнесла Зенубия.

— Вокруг тебя гораздо больше врагов, чем ты думаешь, королева Зенубия…

В этот момент двери в покои королевы резко распахнулись и на пороге показались сразу с пятеро стражников из личной гвардии. Одним броском они оказались подле Альвира, схватили его, заломив руки назад и прижав лицом к прохладному каменному полу.

— Теперь тебя точно ждет смерть, Наемник… — грозно проговорил заходящий медленной, вальяжной походкой в покои королевы Закий, сжимающий в руке автомат, направленный прямо в затылок Альвиру.

ГЛАВА 12

Зенубия все еще не отдавала отчет происходящему. Шок никак не хотел ее отпускать… Голова была, как в тумане, тело — каким-то ватным, не слушающимся… Именно поэтому она плохо помнила, когда Закий приказал увести Альвира в камеру, именно поэтому не вслушивалась в его голословные обвинения, градом сыплющиеся вслед окруженному кучей стражников Наемнику…

Королева все это не видела. Мысли были совершенно о другом. Парадоксально, но она до последнего ощущала себя в полной безопасности в своих покоях, в своей цитадели, в своей Пальмире… Но валяющийся на полу труп пустынной гадюки красноречиво свидетельствовал об обратном… Осознание этого факта никак не укладывалось в ее голове.

— Я уже говорил тебе, Зенубия, что твоя беспечность в отношении этого Наемника тебе аукнется… — раздраженно ворчал Закий, наматывая круги по просторным покоям королевы, сжимая в руке планшет с отчетом. — Я предупреждал. Я чувствовал…

— Он спас меня, убив змею…

Закий гортанно засмеялся — сухо, зло, без капли веселья.

— Ты сейчас в своем уме? Когда стража вошла в твои покои, он нависал над твоей кроватью со змеей в руках! Откуда она здесь взялась? Он ее и притащил! Он сам ее сюда притащил! Поймал в пустыне и притащил! Это классическая схема: сначала запугать, потом «спасти» — и ты у него в руках.

— Не знаю… — покачала головой Зенубия, задумавшись. — Она не могла заползти сюда, скажем, по стене? Случайно? В цитадели полно щелей, древняя кладка…

— Исключено, — отрезал главный советник. — Вся территория дворцового комплекса всегда проходит процедуру дератизации и деинсектизации. Змея сюда попросту бы не проползла! Да и подобного вида аспиды не водятся в этих землях. Никогда не водились. Я проверял хроники. Эта тварь родом с восточных перевалов, из-за Загроса. Ее сюда кто-то привез. Или принес.

— Я все равно уверена, что это не Альвир… Он все время сидит в казарме под присмотром Галиюна. Где он возьмет змею, по-твоему? Тем более такую ядовитую и не местную?

— В таком случае другой вопрос — что он делал в твоих покоях? Почему-то этот факт тебя не смущает вообще. Я чего-то не знаю, Зенубия? — взгляд Закий диким огнем полоснул по королеве, и она отчетливо увидела в нем самое безумное и ненужное чувство, какое только возможно между мужчинами и женщинами — ревность.

Никогда ей не доводилось его испытывать, но сколько раз она видела этот нездоровый огонек в глазах главного советника, стоило только очередному отважному смельцу из числа правителей соседних городов проявить к королеве внимание… Со стороны оно всегда казалось нелепым и низводящим испытывающего его человека до слабака. Но сейчас этот огонек был направлен на нее — и ей стало не по себе.

— Оставь меня, Закий, — ушла от прямого ответа Зенубия, отворачиваясь к окну, за которым медленно серел рассвет над пустыней. — Что ты делаешь в моих покоях? Я тебя не приглашала! И вообще, откуда ты узнал о случившемся так быстро?

Мужчина лишь фыркнул в ответ, не удостоив последний вопрос вниманием.

— Альвир должен быть казнен! — отрезал он. — Уже утром. Публично. Чтобы остальные Наемники знали, что бывает с теми, кто приближается к королеве без позволения.

— Нет, — твердо ответила Зенубия. — Не будет никакой казни, пока мы не разберемся в обстоятельствах. Я не казню человека, который, возможно, спас мне жизнь. Даже если он Наемник из чужих краев. Не на таких началах стоит Пальмира!

Снова раздраженный выдох — тяжелый, сквозь зубы.

— И как ты собралась разбираться? Все очевидно. Он проник в твои покои. Он принес змею. Или подослал ту служанку, что обрабатывала его раны. Он спал с ней, я знаю. Улики налицо.

От его слов о том, что они спали… Почему-то больно укололо в сердце… дура, Зенубия… Какая же ты дура…

— Моя госпожа, — в этот момент в покои королевы вошла бледная, заплаканная Ирма, держащая в руках небольшой глиняный сосуд. — Вы должны это знать…

— Ну что еще? — раздраженно перевела взгляд с советника на помощницу Зенубия. Голова раскалывалась, каждый звук отдавался болью в висках.

— Госпожа, в случившемся моя вина! — королева и советник перевели на женщину изумленные взгляды, а она продолжала, запинаясь и глотая слезы. — После случившегося я решила осмотреть свои врачевательские запасы в подвальном помещении… и с ужасом обнаружила, что отсутствует одна змея… Я… Простите меня, госпожа… Это моя ошибка… Мне нет оправдания… Дело в том, что месяц назад купцы из-за восточных перевалов доставили мне среди прочих средств для изготовления лекарств и ядов трех змей… Я заказывала яд пустынной гадюки, но его состав меняется в зависимости от времени года и возраста аспида… Я попросила именно живых змей, чтобы иметь возможность получать компонент разного состава в нужное время самостоятельно… Две другие змеи не вызвали у меня сомнений — они выглядели так, как я привыкла их видеть, а эта… Я понимала, что она гадюка, но не знала, что это… именно та самая загросская смертоносная… Она занесена в Красную книгу, почти вымерла… Я хотела изучить ее… Уникальная возможность… Простите меня, как только я услышала про случившееся, немедленно побежала в подвал и… обнаружила пропажу.

— Хорошо, если даже так… Эта комната по понятным причинам надежно охраняется… — перебил ее Закий. Ему словно не понравилось открытие Ирмы, он скрестил руки на груди, всем видом показывая недоверие.

— Да, но туда имеют доступ находящиеся в моем ведении служанки для уборки и смены посуды… Так вот, накануне там была Фиола, хотя… Ей было поручено заниматься другими вопросами. Она зашла без спроса, как сказали другие девушки.

— Кто такая Фиола? — раздраженно спросила Зенубия. — Ты хочешь, чтобы я знала всех служанок поименно? У меня государство, Ирма, а не женская половина гарема.

— Фиола — это прислужница, которая была отправлена к Наемнику Альвиру на обработку его ран неделю назад… — сказала Ирма, потупив взор и теребя край туники.

— Ну вот вам и доказательство! — воскликнул торжествующе Закий, разводя руками. — Все пути так или иначе ведут к наглому Наемнику! Сначала он очаровывает служанку, та достает ему змею из твоих же запасов, он проникает в покои — и вот ты уже готова объявить его героем!

Зенубия мрачно вздохнула, потирая виски. Любовница Альвира хотела ее отравить? Он специально поставил этот спектакль, чтобы расположить королеву к себе?

— Где эта Фиола? — спросила королева раздраженно. Утро еще не передало бразды правления над небом дню, а она уже была вымотана так, словно целый день не слезала с лошади, патрулируя границы, или провела несколько часов в тренировках под палящим солнцем.

— Мертва, моя госпожа… — Ирма всхлипнула. — Ее нашли в ее келье со вскрытыми венами… Похоже, дочь шакала испугалась последствий своих деяний и покончила с собой… Оставила записку, просила прощения. Писала, что не хотела причинять вам зла, что ее заставили…

— Или ее убили, — снова вставил Закий, многозначительно подняв палец. — Не слишком ли все теперь очевидно? Слишком гладко. Слишком… подстроено. Наемник впутывает в свои дела служанку, та крадет змею, пытается убить королеву, а потом, когда план проваливается, ее убирают, чтобы замести следы. А наш герой-любовник разыгрывает спасение. Классика.

— Приведите Альвира! — повелительно приказала Зенубия, и голос ее зазвенел металлом, не терпящим возражений. — Закий, тебе пора покинуть нас. Это приказ. А ты, Ирма, как раз наоборот, постарайся быть внимательней при разговоре с Наемником… Одна твоя невнимательность и недосмотр уже чуть не стоили мне жизни. И если выяснится, что ты покрывала эту Фиолу или знала больше, чем говоришь…

— Что вы, госпожа, клянусь водой из древних источников, я ничего не знала! — Ирма упала на колени, прижимая руки к груди.

— Встань. И приготовь все для допроса. Я хочу знать правду. Всю правду.

Закий задержался на пороге, обернулся. Его взгляд был тяжелым — почти ненавидящим.

— Ты играешь с огнем, Зенубия. Этот Наемник опасен. И ты это знаешь. Но почему-то продолжаешь его защищать. Спроси себя — почему. И спроси себя — не стала ли ты сама пешкой в его игре.

Он вышел, хлопнув тяжелой каменной дверью. В покоях повисла тишина, нарушаемая только потрескиванием керосиновой лампы и далекими криками муэдзина с минарета, созывающего верующих на утреннюю молитву.

Зенубия осталась одна. Провела пальцами по шее — там, где еще виднелся след от змеиных колец. И прошептала в пустоту:

— Кто ты, Альвир? И чего ты на самом деле хочешь?

ГЛАВА 13

Когда Альвира снова завели в покои королевы, его лицо был заметно «подрумянено» охранниками — на острых скулах красовались кровоподтеки, а из носа сочилась кровь, оставляя красные капли на светлом камне пола.

— Кто разрешил? — недовольно спросила королева, критически осматривая состояние Наемника.

— Ваше величество, Наемник осмелился сопротивляться и оскорблять стражей… Ему… преподали урок, — старший из конвоиров виновато опустил глаза, но в голосе чувствовалось самодовольство.

Зенубия закатила глаза устало-раздраженно… Почему все они были так бесконечно примитивны… Мужчины…

— Вон, все вышли вон… И освободите его руки! — повелела королева.

Старший из стражей посмотрел на нее с удивлением, но решил, что возражать будет стоить себе дороже… Молча развязал Наемника и удалился вместе с остальными, плотно закрыв за собой тяжелую дверь.

Альвир прокашлялся, растер затекшие руки. Глубоко вздохнул, подняв на Зенубию знающий, прищуренный взгляд — спокойный, почти насмешливый, несмотря на разбитое лицо.

— Прости… — невольно сорвалось у нее с губ… что вызвало у Ирмы ошарашенный взгляд… Королева, ее надменная, холодная королева, подчас жестокая королева, и вдруг… такая неуместная нежность в отношении какого-то жалкого Наемника… Обескураживало, ничего не скажешь.

— Сегодня утром в своей келье была обнаружена Фиола… — тихо проговорила Ирма, не глядя на мужчину. — Мертвая, со вскрытыми венами… Оставила предсмертную записку.

Он даже не шелохнулся… Продолжал смотреть на Зенубию, словно его взгляд был пришит к ней, словно Ирма вовсе с ним и не разговаривала.

— Что можешь сказать на это, Наемник? — спросила несколько раздраженно старшая помощница. Ей совсем не нравилось его поведение… Абсолютно равнодушное, спокойное… Он не был похож на Наемника, не был рожден пресмыкаться, как все они, окружающие королеву… Эту разницу всегда ощущал тот, над кем доминировали… Рожденный ползать всегда инстинктивно смотрит снизу вверх на того, кто летал.

— Скажу, что мне жаль девчонку, но убиваться я из-за этого не буду, — чуть приподняв бровь, ответил Альвир. — И при чем здесь это?

— Хм, — усмехнулась Ирма, скрестив руки на груди. — Значит, убиваться не будешь? Несмотря на то, что она уже неделю ходит к тебе, якобы, смазывать увечья, и ты сношаешь ее, как пустынный жеребец?

Теперь усмехнулся Альвир. Неплохое сравнение. В старых легендах говорили, что жеребцы из северных оазисов славились на весь Левант — самые выносливые, самые статные, самые ценные. А теперь многие из тех оазисов были под властью Ассасина…

— Мне прислали женщину, — спокойно ответил он. — Почему я должен отказывать себе в ее теле? Но все же, я до сих пор не понимаю, как мои отношения с прислугой связаны с покушением на жизнь королевы…

— Фиола одна из немногих имела доступ к залу врачевания, где и держали змей для ядов… — пояснила Ирма, не сводя с него подозрительного взгляда.

Зенубия резко выдохнула, полоснув по Наемнику острым взглядом. Было видно, она не ожидала такого поворота событий…

— Подослал свою шлюху меня убить? — резко бросила она ему, встретив лишь ухмылку.

— Ты сама знаешь ответ, королева… — тихо сказал Альвир. — Это было бы слишком глупо и примитивно. Если бы я хотел тебя убить, ты была бы мертва еще на арене, когда я смотрел на тебя с песка.

- Подговорил ее, чтобы она дала тебе змею, а ты инсценировал мое спасение?

Он скептически приподнял бровь. И правда, это звучало нелепо… Зенубия это понимала отчетливо, потому что как никто другой отдавала себе отчет в способностях Альвира… Все эти его белые цветы на ее подушке…

— Фиола — болтливая служанка… — продолжила Ирма, перебив его. — Она почти сразу рассказала девочкам о своих похождениях, расписав в красках недюжинные способности Наемника, свои неземные чувства… Вот только… Мое мнение, она решила пойти на такой риск не потому, что он ее подослал… Просто… она ревновала, королева, как бы смешно это ни звучало…

Ирма сказала это и опустила глаза в пол. Со стороны это должно было, наверняка, звучать чудовищно — королева и Наемник… Золото и грязь… Как этот мезальянс мог в принципе давать кому-то право на такое неуместное чувство, как ревность…

Зенубия хмыкнула.

— Почему же прислуга ревновала тебя ко мне, Альвир? — подошла вплотную и приподняла его лицо за подбородок. Он все еще стоял на коленях. Никто не давал ему право встать. И он не осмеливался больше перечить госпоже, на себе испытав сполна последствия… «Хоть чему-то научился», — подумала про себя девушка.

— Потому что она знала о моем притяжении к тебе, королева, — сказал он хрипло, посмотрев в ее глаза так, что внутри все перевернулось…

Зенубия сама не поняла, как со всей силы наотмашь ударила его по лицу — туда же, куда уже успели стражи. Почему? Почему снова причинила боль? Или эта пощечина была направлена не только ему, но и себе? Они забываются, они говорят о невозможном, неприличном… Пора приходить в себя…

— Закий был прав, тебя действительно следует убить… Просто за то, что из-за твоих постельных утех с прислужницей Пальмира едва не лишилась королевы… — срывающимся голосом произнесла Зенубия, отворачиваясь к окну.

Альвир сплюнул кровь на пол, не стесняясь того, что находился в покоях королевы. Видимо, неслабый удар снова открыл кровоточащие после экзекуции стражников капилляры. Снова поднял на нее глаза. И почему она никак не могла прочитать их до конца… Там всегда оставалось что-то ей недоступное, непонятное…

Молча протянула ему платок — белый, расшитый золотыми нитями — и снова отошла на безопасное расстояние.

— Послушайте… — начал Альвир, вытирая лицо. — Не думаю, что Фиола сделала это из-за ревности… Надо обладать некой сноровкой, чтобы умело управляться с таким аспидом, как загросская гадюка… Будь она простой недалекой служанкой, ее прикосновение к змее стало бы первым и последним… Исключено… Если это и правда Фиола, то она была далеко не той, за кого себя выдавала…

— Что ты хочешь этим сказать? — ошарашенно посмотрела на мужчину Ирма, делая шаг вперед.

— Когда она поступила в ваше услужение? Откуда она? Наверняка, не местная… Скорее всего, прибыла почти тогда же, когда сюда попала и эта змея… За свою жизнь я видел много убийц… И только один орден из них использует этот метод… И они действуют только через загросских гадюк, самых смертоносных в этих краях… Я сразу узнал эту змею по характерному черному хохолку на морде — у обычной пустынной гадюки его нет. Ее можно перепутать с обычной гадюкой, яд которой тоже очень опасен, но от него есть противоядие. Но загросская гадюка, в отличие от своих собратьев, имеет этот черный хохолок… Члены ордена принимают яд этих аспидов в малых дозах на протяжении нескольких лет, чтобы выработать стойкость организма… Прикосновение к ним для них безопасно. Змея все равно жалит, в этом ее особенность… Но убийца почти ничего не чувствует, кроме самого укуса… Можете проверить ее руки — наверняка, на них будут следы укусов и небольшое покраснение, старые шрамы. А еще под волосами на затылке у этих убийц вытатуирован перевернутый к полу серп полумесяца и звезда… Проверьте труп Фиолы, я уверен, что там будет этот самый символ.

- Ты говоришь… про… ассасинов?- на выдохе произнесла Зенубия.

Ирма пораженно смотрела на Альвира, пытаясь переварить только что услышанное… Потом резко выскочила из зала, направляясь исполнять совет Наемника. А они с Зенубией так и остались вдвоем, глядя друг на друга в тяжелой тишине, нарушаемой только далекими звуками просыпающегося города.

— Веришь мне? — спросил он тихо.

— Не верю, — ответила королева хриплым голосом, отведя глаза, — но разве это что-то меняет. Я здесь, стою перед тобой, живая… И это ты убил змею… Ты, а не кто-то из моей стражи…

- Ты встречался с ассасинами?- спросила она прямо.

-Встречался,- он смотрел ей в глаза, не моргая.

- Ты один из них? Федаинов?

- Нет,- ответил он прямо, так же не моргая,- я слишком похотлив и непостоянен, чтобы обладать таким аскетизмом.

- Они представляют для меня опасность?

- Определенно. Да… И только я могу помочь тебе, Зенубия. Я знаю, как защитить тебя от самого изощренного киллера… Что еще нужно сделать, чтобы доказать тебе это? Сейчас сюда снова вернется твоя служанка и ошарашенно воскликнет, что я был прав… И тебе станет неловко, что твои люди снова избили твоего спасителя… Того, кто действительно смог предотвратить твою смерть буквально за секунду до того, как она бы неминуемо произошла… И что тогда?

Зенубия облизала губы. В горле пересохло… Внутри все бушевало… Оказалось, верить в то, что Альвир убийца или хотя бы косвенно виновен в произошедшем, было легче, чем признать, что он спас ее, нагло, без спроса, заявившись в ее покои посреди ночи… А еще признать реальную опасность от мифических ассасинов… Но она была. Во всей своей классике… Идеальные убийцы… Их фирменный почерк…

— Тогда я снова предложу тебе свободу… — тихо ответила она, не глядя на него. — Отпущу тебя восвояси… Дам воды, провизии, оружия — уходи на все четыре стороны.

— А я снова откажусь, — мгновенно ответил он, и в голосе не было ни капли сомнения.

Зенубия вздохнула, закатив голову к потолку, где мерцал слабый свет керосиновой лампы. Она устала… Устала от этой ситуации… До невозможности устала…

— И что ты хочешь, Альвир? Озвучь, наконец… Только не надо снова скатываться к нелепым, несбыточным фантазиям… — раздраженно ответила, массируя виски.

— Мое желание неизменно. И оно вовсе далеко от фантазий… Я хочу охранять тебя, Зенубия… Хочу быть твоим личным телохранителем… Неужели ты до сих пор не поняла? В Пальмире нет ни одного человека, кто был бы способен убить меня, прекрасная королева! Любой, кто попытался бы поднять на тебя руку, встретил бы свою смерть еще до того, как хотя бы один волос упал с твоей головы. Если я буду твоей охраной, ты будешь неуязвима. Даже перед Ассасином.

bannerbanner