Жестокий развод с драконом

«...В последнее столетие появилось движение "Дочери Астрейи", названное в честь древней богини справедливости.

Его последовательницы выступают за расширение прав женщин, особенно в области магического образования и доступа к государственным должностям.

Несмотря на растущую популярность в столице, движение встречает сопротивление среди консервативной знати...»

Зачатки феминизма, как и следовало ожидать. Всегда найдутся те, кто будет бороться с несправедливостью.

«...Особый интерес представляет феномен "Пробужденных" – редких женщин, чья магическая сила проявляется спонтанно, часто после сильных эмоциональных потрясений.

Таких женщин забирают под опеку Королевского Магического Совета, и дальнейшая их судьба покрыта тайной...»

Я так увлекаюсь чтением, что не замечаю, как за окном начинает темнеть. Нога почти перестала болеть, и я полностью погружаюсь в историю этого странного мира.

«...Последний известный случай "Великого Перехода" был зафиксирован двести лет назад, когда сознание знатной дамы из рода Эльмарских было предположительно замещено сознанием существа из другого мира. Хотя многие историки считают это лишь легендой, свидетельства очевидцев...»

Стоп. Великий Переход? Замещение сознания? Это же точно про меня! Я наклоняюсь ближе к страницам, жадно вчитываясь в каждое слово.

Скрип двери заставляет меня вздрогнуть. Я так погружена в чтение, что не слышала шагов. Медленно поднимаю голову.

И…

Кто это?!

Глава 9

В библиотеку входит мужчина лет тридцати – его светло-русые волосы растрепаны, на лбу блестят капельки пота, а левый рукав порван.

Что за вид? Его будто монстр пожевал и выплюнул.

Несмотря на то что мужчина помятый, все в нем выдает лекаря. Странный, должна заметить, служитель Гиппократа.

– Госпожа… – находит меня взглядом лекарь.

– Да, а вы?

– Я Лансон Гарисон, ученик лекаря Ракиля, – представляется он.

– Господин Гарисон, – откладываю я книгу в сторону. – Вам нужна помощь?

Молодой лекарь останавливается и смотрит на меня так, словно я сказала величайшую глупость.

– Помощь? – он почти задыхается от возмущения. – Это вам нужна помощь, госпожа! Что вы делаете на ногах? В вашем состоянии нужно лежать!

Что? Да что с ним не так? Разговаривает со мной так, будто мы с ним друзья.

Пока лекарь приближается, я украдкой захлопываю книгу о Великом Переходе и прикрываю ее подушкой. Почему-то мне кажется, что видеть о чем я читаю, никому не стоит.

– Я чувствую себя вполне сносно, – пожимаю плечами, но тут же морщусь от пронзившей ребра боли.

– Конечно, сносно! – фыркает Гарисон, ставя на столик кожаную сумку. Несмотря на молодость, в его манерах чувствуется профессиональная уверенность. – Трещины в ребрах, сотрясение головы, ушибы, вывихнутая лодыжка – сущие пустяки! Куда только муж смотрит?

Ну и вспыльчив этот лекарь. Да и не позволит себе незнакомец так общаться с леди, которую видит впервые. Арья определенно с ним знакома. Но насколько близко?

– Арья, ну сколько можно так себя мучить? – внезапно хватает меня за руки лекарь. Да так шустро, что я не успеваю вовремя среагировать. – Я давно просил тебя уйти от этого… Он не любит, да пойми же ты это!

Вот это поворот! Значит, этот Лансон влюблен в Арью? А генерал в курсе? И это очень опасный момент. Что будет, если нас застукают в этом двусмысленной ситуации?

Осторожно высвободив свои руки из захвата, я строго смотрю на лекаря.

– Благодарю за заботу, господин Гарисон. Но со своей личной жизнью я разберусь сама. Мне уже гораздо лучше. Мне жаль, что вас напрасно потревожили.

Нельзя допустить, чтобы он ко мне прикасался. Я же не знаю какие отношения связывают этого лекаря с той Арьей и кто вообще в курсе о их знакомстве. Это на мужские измены в этом мире смотрят сквозь пальцы, но никак не на женские. А мне проблемы ни к чему.

– Уверены? – уточняет Гарисон, вновь переходя на деловой тон.

– Да!

– Хорошо, но я настоятельно советую наложить тугую повязку, но сначала нужно снять отек. Вот намажьте этой мазью – достает он из сумки глиняный горшочек. – И на ребра тоже нужно нанести. И прошу, не нарушайте постельный режим.

– Хорошо. Я буду следовать вашим рекомендациям.

– И еще…

Дверь библиотеки распахивается, и на пороге появляется Кара. Лекарь вмиг замолкает. Лицо служанки бледно, как полотно, а руки заметно дрожат.

– Госпожа, я...

– Я закончил, – говорит Гарисон, направляясь к двери. – Помогите госпоже дойти до спальни и нанесите мазь. Повязку наложите завтра, когда спадет отек. И никаких прогулок!

Он кланяется и выходит, оставляя нас с Карой наедине. Как только дверь закрывается, я спрашиваю:

– Что случилось? На тебе лица нет.

Кара сжимает пальцы так сильно, что костяшки белеют.

– На крайние границы королевства напали дикие хайны, – говорит она едва слышно, словно боится, что стены могут подслушать. – Говорят, они сожгли две деревни и движутся к форту Северный.

Хайны? Кто это такие? Судя по реакции Кары, какие-то весьма опасные враги. Если поинтересуюсь, кто это такие, то вызову ли подозрения?

– Хайны? И генерал отправился туда? – спрашиваю я, хотя ответ очевиден.

Кара кивает, помогая мне подняться с дивана.

– Да, госпожа. Он всегда в центре битвы. Первым бросается в пекло, – в голосе ее звучит нескрываемое восхищение. – Даже женитьба его не изменила...

Она внезапно замолкает и прикрывает рот рукой, испугано глядя на меня.

– Ой! Простите, госпожа, я не хотела...

– Все в порядке, Кара, – улыбаюсь я. – Я не обижаюсь на правду. Скажи, а долго генерал обычно отсутствует в таких... поездках?

Мы медленно движемся по коридору, и я опираюсь на руку служанки. Каждый шаг отдается болью в лодыжке, но терпимо.

– По-разному, госпожа. Иногда неделю, иногда месяц, – Кара помогает мне подниматься по лестнице.

– А он... не оставил для меня какой-нибудь записки перед отъездом? – спрашиваю как бы между прочим.

– Нет, госпожа. Он никогда не оставляет писем, – Кара качает головой. – Говорит, что слова – это ветер, а поступки – камень. Вы сами это мне говорили. Неужели и этого не помните?

Какая глубокая философия. Прямо мудрец, а не генерал.

– Помню. И спасибо, Кара. Ты можешь идти. Я немного отдохну, – говорю я, когда мы оказываемся в моих покоях.

Служанка кланяется и выходит. Как только дверь закрывается, я со стоном облегчения откидываюсь на подушки. Все тело ноет, а голова кружится от избытка информации.

Генерал уехал. Надеюсь, надолго. Это и плохо, и хорошо одновременно. Плохо, потому что я так и не получила ответы на свои вопросы. Хорошо, потому что теперь у меня есть время все разузнать самостоятельно.

Подойдя к окну, я смотрю на раскинувшийся внизу сад. Яркие цветы, аккуратно подстриженные кусты, извилистые дорожки... Внезапно со стороны стола раздается странный щелчок.

Я резко оборачиваюсь. На письменном столе, которого я почти не рассматривала, стоит небольшая резная шкатулка из темного дерева. Кажется, раньше она была закрыта, а теперь крышка приоткрыта.

Хромая, подхожу к ней и осторожно заглядываю внутрь. Там лежит свернутый пергамент, запечатанный красной восковой печатью с изображением дракона. Я аккуратно беру его, и, ломая печать, разворачиваю.

"Арья,

Меня не будет несколько дней. Оставайся дома до моего возвращения. Никаких выездов в город, никаких визитов. Предупрежу стражу – никто не войдет и не выйдет без моего разрешения."

Короткий, сухой приказ. Ни "береги себя", ни "скучаю". Просто домашний арест.

– Как романтично, – фыркаю я, сминая послание от муженька.

Но вместо того, чтобы обидеться, я довольно улыбаюсь.

Генерала не будет несколько дней или даже недель, это шикарная возможность пробраться в его кабинет! Наверняка там можно найти брачной договор.

Вот только соваться туда наобум нельзя. Очевидно, что генерал не оставил кабинет с распахнутой дверью.

Там должна быть какая-то защита – магическая или механическая. Нужно выяснить, какая именно, и для этого мне понадобится Кара.

Я прячу записку обратно в шкатулку и закрываю крышку. Щелчок – и она снова запечатана. Интересная вещица, надо будет изучить ее поближе.

Когда Кара возвращается с подносом, на котором дымится чашка травяного отвара, я улыбаюсь.

– Кара, завтра утром мы отправимся на небольшую прогулку по саду. Мне нужен свежий воздух.

– Но лекарь сказал...

– Я буду очень осторожна, – перебиваю ее. – И недолго. Это поможет мне быстрее восстановиться.

Кара колеблется, но затем кивает:

– Как скажете, госпожа.

Значит, прислуге генерал не давал указания держать меня под замком. Отлично. В моей голове уже начинает вырисовываться план.

Одевшись утром в простое зеленое платье – оно позволяет двигаться свободнее, чем вчерашний синий наряд. Кара помогает заплести мне косу и подает шаль.

– Готовы, госпожа?

Я киваю, опираясь на трость, которую мне принесли по приказу лекаря. Мы выходим из комнаты и неспешно движемся по коридору. Почти у самого выхода в сад я внезапно хлопаю себя по лбу и издаю возглас досады.

– Ох, ну как же так?! – вскрикиваю я, чем сильно пугаю служанку. – Совсем забыла!

– Что забыли? – оглядывается по сторонам Кара.

– Деньги.

– Деньги? – хлопает ресницами служанка. – Зачем они вам для прогулки по саду?

– Я хотела дать садовнику на новые розовые кусты, – быстро придумываю я. – Кажется, я оставила кошелек в кабинете мужа, когда заходила туда... недавно.

Лицо Кары мгновенно бледнеет. Её глаза расширяются от ужаса.

– В кабинет генерала? – шепчет она. – Но госпожа, вы же знаете, что нам туда нельзя.

– Нельзя? Почему?

– Госпожа…

Глава 10

“Да говори ты уже. Почему молчишь на самом важном моменте?” – хочется крикнуть мне.

Мне во что бы то ни стало нужно проникнуть в этот кабинет.

– В кабинет генерала никто не может войти, госпожа, – шепчет Кара с таким ужасом, словно я предлагаю ей что-то невозможное. – Никто. Даже вы.

Мда. Приплыли. Но ведь сколько раз в своей жизни я слышала “невозможно”, “куда лезешь”, “тебя раздавят”. И ничего. Не раздавали. Я всегда находила выход. Вот и в этот раз не сдамся.

– Даже жена генерала? Это странно, не находишь?

– Там защита, госпожа, – Кара нервно оглядывается по сторонам. – Дверь зачарована кровной магией. Открывается только от прикосновения руки самого генерала.

– Кровная магия? – переспрашиваю я.

Интересно.

– Да. А еще там есть замок с тремя ключами. Один генерал всегда носит с собой. Говорят, если кто-то попытается войти без разрешения, сработают охранные руны. Одна служанка пыталась...

Кара замолкает и бледнеет еще сильнее.

– И что случилось с той служанкой? – спрашиваю я, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения или… предвкушения?

– Никто не знает, – Кара опускает голос до едва слышного шепота. – Она просто исчезла.

По спине бегут мурашки. Неужели генерал избавляется от тех, кто посмел посягнуть на святые святых?

Я по себе знаю, что в кабинете, скорее всего, хранятся вещи не для любопытных глаз. Но прибегать к столь радикальным методам охраны… Должно быть, там хранится действительно что-то важное для муженька.

Но вот чтобы из-за этого убивать… Дракон настолько чудовищен? Но что-то мне подсказывает, что это скорее страшилка для прислуги, чем реальная история.

– Понятно, – киваю я. – Что ж, тогда придется обойтись без монет. Пойдем в сад?

Кара с облегчением кивает, и мы выходим из дома.

Солнце приятно согревает кожу. Медленно спускаюсь по широким каменным ступеням, опираясь на руку Кары. Боль в лодыжке притупилась, но все еще дает о себе знать.

Я ведь не могу отлеживаться. Нет у меня на это времени. Нужно как можно скорее разобраться, в каком месте я оказалась.

Вот это да!

Дом генерала впечатляет не меньше снаружи, чем изнутри. Трехэтажное каменное здание с высокими окнами и остроконечной крышей. По фасаду вьется дикий виноград, придавая строгому строению нотку живописности.

Вокруг дома – ухоженный сад с извилистыми дорожками, аккуратно подстриженными кустами и яркими цветочными клумбами.

Высоченный каменный забор окружает территорию. За ним виднеются крыши соседних домов – таких же внушительных и богатых. Видимо, это район для знати.

– Красиво, – говорю я, вдыхая аромат цветущих роз.

– Генерал очень любит сад, – отвечает Кара, бережно поддерживая меня под локоть. – Сам выбирал каждое растение.

А жена? Арья не выбирала разве?

Молчу. Глупо ведь будет и об этом спрашивать.

Мы идем по аллее, обсаженной высокими деревьями, чьи ветви переплетаются над головой, создавая живой туннель. В конце аллеи видна изящная беседка, увитая глицинией.

– Давай присядем там, – показываю я на беседку.

Кара помогает мне дойти и устроиться на деревянной скамье. Отсюда открывается чудесный вид на весь сад и дом.

– Кара, не принесешь мне лимонад? – прошу я, устраиваясь поудобнее. – День обещает быть жарким.

– Конечно, госпожа. Я мигом, – она торопливо кланяется и спешит обратно к дому.

Оставшись одна, я закрываю глаза и подставляю лицо солнцу. Как же хорошо! После всех потрясений этот момент покоя особенно ценен.

Но мысли о кабинете генерала не дают мне расслабиться. Кровная магия и три ключа... Сложно, но не невозможно. У меня уже начинает формироваться план. Очень надеюсь, что он будет удачным.

Во-первых, кровная магия. Если она настроена на мужа, то должна реагировать и на меня. Ведь по всем документам я – его жена. А если брак скреплен магическим артефактом, Красным Кристаллом, то наверняка существует магическая связь.

Ну звучит логично.

Во-вторых, ключи. Один с собой у генерала. А где остальные два? Разумно предположить, что они где-то в доме. Может, у управляющего? Или в каком-то тайнике?

Женские голоса за забором не дают сконцентрироваться на своих мыслях. Будто рой пчел, ну честное слово!

И что мне делать? Конечно, я невольно прислушиваюсь.

– Ты слышала последние новости? – говорит звонкий голос. – Черный Дракон привел в свой дом какую-то девицу!

Так, так, так.

А вот и местная сплетня. Их я терпеть не могу, но вот почерпнуть кое-какие сведения вполне возможно.

– Да что ты! – отвечает второй голос, более зрелый. – А как же его жена?

– А что жена? Терпит, бедняжка. А что ей остается? Ты же знаешь, что развод на руку только мужчине. Мы должны терпеть все эти унижения, если не хотим оказаться на улице.

– Эти законы! – фыркает второй голос. – Якобы защищают женщин, а на деле всегда на стороне мужчин. Будто женщина – вещь, которую можно выбросить, когда надоест.

– А разве это не так? Особенно если муж – влиятельный человек, близкий к королю. Говорят, его жена ничего не знала о его похождениях, пока не увидела своими глазами...

Голоса удаляются, и я больше не могу разобрать слов. Но сказанного достаточно, чтобы трясло от злости.

Женщины этого мира – терпилы. Без права голоса и возможности себя защитить. Но вот что это за законы такие? Мне обязательно нужно их прочитать и как можно скорее. Вот с кабинетом генерала разберусь, а там и в законодательную систему можно углубиться.

Кара возвращается с подносом, на котором стоит запотевший графин с лимонадом и хрустальный бокал.

– Ваш лимонад, госпожа, – она ставит поднос на небольшой столик рядом со скамьей. – Вам нехорошо? Вы очень бледная.

– Все в порядке, – заставляю я себя улыбнуться. – Просто задумалась.

Да, задумалась. О том, как попасть в кабинет генерала и узнать правду. Потому что теперь это вопрос выживания.

– Доча-а-а! – внезапно раздается позади меня.

Что… за?!

Что это?

Кто?

Мать Арьи? Боги…

Глава 11

– Доча-а-а! – раздается за спиной такой знакомый и одновременно чужой голос.

Вздрогнув, я медленно поворачиваюсь.

Что… за?!

Что это?

Кто?

Мать Арьи? Боги…

По саду к беседке идет высокая, статная женщина в дорогом ядовито-жёлтом платье. Ее каштановые волосы, тронутые сединой, уложены в сложную прическу, украшенную жемчужными шпильками. Острые черты лица, тонкие губы, крючковатый нос. Мать Арьи.

А взгляд-то какой! Милая снаружи, а хищница внутри! С такой будет непросто.

Как вести себя с ней? Что говорить? Я ведь понятия не имею, какие у нее с дочерью отношения.

Мне нужна ее помощь, а никак не вражда.

Женщина приближается, а Кара приседает и склоняет голову.

– Матушка, – произношу я осторожно, поднимаясь навстречу. – Какой сюрприз.

Да уж. Сюрприз так сюрприз. Припослал Бог родственничков, как говорится.

– Сиди-сиди, – она делает пренебрежительный жест и окидывает меня оценивающим взглядом. – Я слышала, ты снова чудишь.

Кара стоит рядом с подносом, явно не зная, что делать. Женщина замечает ее и морщится, будто перед ней какой-то таракан, а не человек.

– Ты еще здесь? – бросает она служанке. – Неужели не видишь, что мы с дочерью хотим поговорить наедине?

– Но госпожа просила лимонад... – начинает Кара, нервно теребя передник.

Видно же, что девушка не хочет нас оставлять. Почему это?

– Вон! – отрезает мать Арьи. – И чтобы до обеда глаза мои тебя не видели.

Вот так поведение. Будто в этом доме хозяйка не ее дочь, а она сама. Надо к мамочке присмотреться основательно.

Бедная Кара бледнеет, делает неуклюжий реверанс и торопливо уходит. Было бы хорошо поставить мать на место, вот только вдруг этим подставлю себя? Еще не время. Вот разберусь, что к чему, тогда и покажу мамуле кто здесь кто.

А перед Карой я извинюсь, но чуть позже.

Женщина садится напротив меня, расправляя юбки так медленно, что аж начинает действовать мне на нервы. Затем мамуля наклоняется вперед и как зашипит:

– Что за скандал ты устроила во дворце?

Вот мы и перешли к главному. Я молчу. Пусть мать выговорится, вернее, проговорится.

– Ты посмела расстроить мужа? – продолжает она. – Дала ему повод для развода? Ты что, все мозги растеряла?

Сколько же яда в ее голосе. Глаза сверкают гневом, а пальцы впиваются в подлокотники скамьи. А она точно моя мать?

– Мы столько сил приложили, чтобы заполучить генерала! Столько интриг, столько денег потрачено! А ты своей глупостью все разрушаешь!

Даже так? Неужели генерал угодил в хорошо спланированную ловушку? Вот не похоже на него.

Итак, генерала женили насильно. А семья Арьи, судя по всему, приложила к этому руку. Интересно, каким образом?

– Матушка, – осторожно начинаю я, – я вовсе не хотела его расстраивать. Просто... Так вышло. Хорошо, что ты приехала. Я сильно расстроилась из-за случившегося и получила травму. Я забыла некоторые моменты, а теперь генерал хочет развестись, говорит, что я нарушила пункт нашего договора…

– Развестись?! – вскакивает мать. Затем вновь садится. – Из-за скандала? Бездна, Арья! Что ты натворила?

– Я смутно помню. Мам, а ты читала договор?

Глаза ее сужаются, превращаясь в щелочки.

– Какой еще договор?

– Брачный, – невинно отвечаю я. – Хотела его перечитать, но не нашла копию.

– А зачем тебе его перечитывать? – подозрительно спрашивает она. – Ты и так прекрасно знаешь условия.

– Просто хотела освежить память, – пожимаю плечами. – Ты не помнишь, что там говорилось о...

– Я лично его не читала, – резко перебивает она. – Твой отец занимался этим. И тебе, между прочим, запрещено обсуждать его с кем бы то ни было. Неужели не помнишь?

А это скользкий путь. Кто, как не мать, может догадаться о подмене?

– Прости, матушка, – я притворно морщусь от боли. – У меня голова кружится. Ушиблась сильно, когда упала.

Мать закатив глаза, фыркает:

– Прекрати этот спектакль. Мужа все равно рядом нет, некого впечатлять своими страданиями.

Вот это черствость! Да еще к родной дочери. Ничего не скажешь, мать что надо.

– Лучше подумай, как заполучить его любовь, – продолжает она, понизив голос. – За три года брака он так и не полюбил тебя. А нам нужен наследник, Арья. Наследник, чтобы надежно привязать к себе дракона.

Дети, ага. С таким-то мужем. Так и хочется сказать: “Хочешь наследника, то роди его сама!”

– Я стараюсь, матушка, – шепчу я, опустив голову.

– Я вижу! Жаль, что дракона нельзя привязать к себе магией, – вздыхает мать. – Так бы у нас давно уже был наследник.

Мечтай, мамуля. Будет у тебя наследник. Особенно сейчас, когда в теле твоей дочи я.

А что, если…

– Матушка, – спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно, – Ты ведь у меня все знаешь. А есть ли способ открыть дверь, если она запечатана кровной магией?

Наступает тишина. Мать застывает, ее глаза впиваются в мое лицо, изучая каждую черточку. Воздух между нами словно густеет от напряжения. Не перегнула ли я палку?

Наконец, уголки ее губ медленно поднимаются в хитром оскале.

– Неужели ты решилась на это?

Глава 12

Решилась? Интересно на что?

Оо, будь моя воля и возможность, я бы уже перевернула дом вверх дном, но нашла бы этот проклятый договор. Но нельзя. С этим драконом так нельзя. А вот применить хитрость нужно. Вот маменька мне и поможет.

– Это должно когда-то произойти, – осторожно говорю я.

Я же не знаю что там придумала маман Арьи. Вдруг она имеет в виду не то, о чем думаю я?

– А я тебе что говорила? Давно нужно было пробраться в спальню к мужу. А то где это видано, три года женаты, а жена и не была в постели мужа. Ну и что, что брак фиктивный? Его всегда можно сделать настоящим. Это ты все время глупила. А вот послушала бы маму… – тараторит мадам.

У меня аж голова начинает болеть от этого жужжания. Но мать подтвердила, что Арья с мужем были только на бумаге. И дракон что, свою спальню от жены запирает магией? Боится, что ли? Или были прецеденты?

Интересно же как!

– Ты права, мам. Зря я тебя не слушала, – поддакиваю я, придвигаясь ближе к даме. – Но что мне делать?

Очень надеюсь, что сейчас я узнаю способ как открыть запечатанную дверь этой магией.

– Доча, не все так просто. Ты бы открыла эту дверь, будь по-настоящему женой дракона, – доверительно шепчет мать. – У тебя два выхода. Либо достать кровь дракона, либо…

Мадам замолкает на самом интересном.

Проклятье, я ведь понятия не имею как добуду кровь мужа. Ну не с ножом на него бросаться? Хотя идея, должна признать, неплохая. Вдовой этого гада приятнее быть, чем разводиться.

Хотя, если подумать…

– Ну? – наклоняюсь я еще ближе.

– Что ну? – гаркает мать. – Консумировать брак надо. – тихо добавляет она.

Вот же…

Значит кровь.

– Мама…

– Что мама? Тебя научить надо? Раз в спальню не можешь пройти, то хоть в саду соблазни его. Не железный же он. Обычный мужчина, падкий на женские прелести. Или ты думаешь, что твой все три года целомудрие хранит? – жестко усмехается мать. – Не глупи! Все они одинаковые. Женщине приходится только склонить голову. Пока муж обеспечивает, то все хорошо.

Мда…

Ну и мать!

А если бы на моем месте была настоящая Арья? Каково бы было ей это слышать? В этой женщине нет ни капли материнской любви. Ни капли заботы.

Если бы у меня была дочь и попала в подобную ситуацию, я бы этого недо-муженька размазала по асфальту. Что бы мою малышку так унижать? Придушила бы!

– Я поняла, мам, – спокойно отвечаю я, поднимаясь. – Ты к нам надолго?

– Что за вопрос? – удивленно смотрит на меня мадам. – Разве моя комната не готова?

Значит, придется потерпеть.

– Готова, конечно, – улыбаюсь я. – Но я пойду проверю.

Резко повернувшись, не рассчитав силу, я со свистом втягиваю воздух. Больно-то как!

– Ты что, не притворялась? – безразлично интересуется мать.

Она будто не о здоровье дочери спрашивает, а о том, напоили ли лошадей. Вот это любовь.

– Разве о таком врут? – едва бросаю я.

– Проклятье! Осторожнее надо быть, Ари. Вдруг на теле шрамы останутся. Мужчинам это не нравится.

Она это серьезно? Мужчинам не нравится?

Спокойно! С мамашей надо дружить. Нельзя злиться, но запомнить можно!

Посмотрев на мать, и мило улыбнувшись, я говорю:

– Знаю мам. Ты не волнуйся. Со мной все в порядке. Драгоценное тело не повреждено. Эйгард будет доволен.

Видят боги, как мне хочется поставить на место эту женщину. Вместо любви и поддержки, она продает свою дочь. Разве так можно?

Ну ничего, матушка. Ты подожди. Скоро я во всем разберусь, и придет твоя очередь получить все по заслугам.

– Ну и хорошо. Ты же знаешь, что будет, если генерал с тобой разведется. Это будет крах для нашей семьи. Ты же так не поступишь, да, милая?