Срок годности влюбленных

Ветер пробирал каждую клеточку тела холодом.

Пар вырывался из уст.

Мурашки сновали по коже, напоминая о диком ледяном ужасе.

Огонь горел ярко и захватывал своей стихией.

Дом был охвачен пламенем. Полностью.

Всё естество кричало о том, что стоит бежать. Что стоит бежать, чтобы выжить. Но тело сковало. Ни одна мышца не могла подчиниться тому первобытному страху. Разум кричал, что нужно что-то сделать, но плоть из кожи совсем не готова была прислушиваться к этому.

Всё же жажда спасти любимых победила этот омерзительный липкий страх. Он распространялся по телу, словно яд. Паника сменилась решимостью, и тело отреагировало молниеносно.

Миг – и он внутри. Рыскал, как животное, пытаясь найти то, что ценнее собственной жизни. Пролёт один – ничего. Второй пролёт лестницы – снова ничего.

Сердце билось в груди, как бешеное, готовясь выпрыгнуть. Густой пот покрывал каждую частичку тела. Жар был настолько сильным, что лёгкие не выдерживали этого повышения температуры.

Пламя больно обжигало не только физическую оболочку, но и душу. С каждой минутой тяжесть появлялась и в разуме. Самые худшие мысли проносились в голове, но он отгонял их как мог.

Ускорялся, бежал, но дым слепил глаза. Почти ничего не было видно.

В очередном помещении он не нашёл никого и ничего, только пепел.

Нутро кричало и содрогалось. Но поиски не давали ровным счётом ничего. В нём появилась надежда, что, может быть, дома никого нет.

Он бежал к последней запертой двери в этом здании.

Детская.

Когда он открыл её, то почувствовал, как мир начал терять краски.

Там было её тело.

* * *

– Найдите мне всю информацию об Аманде Криппс, – раздался властный голос. Он прокатился по всему кабинету, эхом заполняя пространство.

Вздрогнул каждый.

Все знали – его лучше не злить. Было разумно с их стороны просто согласиться. На всё.

– Да, президент. Мы соберем досье на эту личность. Как только материалы будут готовы, секретарь принесёт их вам.

Мужчина кивнул и жестом велел покинуть переговорную.

«Я уничтожу тебя, Аманда. За всё, что ты сделала. Просто жди. Смерть покажется тебе благословением, но ты его не получишь».

Глава 5

– Элейн? – не веря своим глазам, произнёс мужчина.

– Мистер Кингсли…

Она не готова была к этой встрече.

Не сейчас, когда её душевное равновесие было столь шатким.

– Простите. Мне нужно спешить. Меня ждут, – быстро ответила девушка и выскочила из лифта. Когда она уже была у самой двери, почувствовала, как её схватили за руку.

– Элейн. Подожди. Давай поговорим…

Напряжение витало в пространстве.

Девушка вскинула голову, встречая взгляд бывшего возлюбленного. Его серые глаза молили о том, чтобы она согласилась.

Боль пронзила яростно бьющееся сердце в груди. И она резко ответила:

– В другой раз! – Элейн выдернула руку и выбежала за дверь. Такси уже ожидало её.

В груди бешено колотилось всё её естество. Гулкие удары отзывались и в горле, и в животе.

Она уже не видела, каким взглядом провожал её мистер Кингсли: тоскующим, болезненным и одиноким.

* * *

Переводя дыхание, Элейн спешила домой. Ей нужно было хоть немного успокоиться. Сегодняшний вечер явно потрепал её нервную систему. Тело до сих пор непроизвольно подрагивало от испытанного напряжения.

Как только девушка вошла в квартиру, то сразу услышала шум, доносящийся с кухни. Уловив звук открывающейся двери, Монро сразу же рванул к проёму, чтобы встретить хозяйку.

Он активно завилял хвостом, привлекая внимание к себе. Девушка опустилась на корточки, позволяя любимому животному проявить любовь и ожидание за долгий день.

– Ну тише-тише, мальчик мой, – смеясь, произнесла она, поглаживая его мягкую шерсть. – Я дома, дома. Пошли гулять, – успокаиваясь после прошедших событий, проговорила девушка, доставая из ящика поводок.

Брюнетка поменяла каблуки на более удобную обувь и скинула пальто, надев тёплую куртку.

Радостно виляя хвостом, Монро выскочил из квартиры, устремившись вниз.

– Стой, негодник! – смеясь, кричала ему вслед девушка, попутно закрывая дверь.

Спустившись по лестнице, Монро уже ждал её у выхода со здания, радостно виляя хвостом. Всё ещё посмеиваясь, девушка прицепила ошейник к поводку и затем неспешно открыла проход. Животное сразу поспешило рвануть вперёд, но Элейн ловко придержала уже его, мягко останавливая.

Они неспешно шли в сторону парка, где обычно гуляли.

Пожелтевшие листья мягко устилали землю своим покровом. Холодный ветер громко завывал, заставляя сидящих дома плотнее укутываться в пледы и закрывать окна. Вокруг была атмосфера единства и таинства, которая окутывала окружающий мир.

Спокойствие сквозило во всём, что было рядом: кофе, который приятно пах из кофейни; громкие автоматы возле арки при входе на зелёную территорию; аромат карамели, доносящийся из ларька в глубине парка.

Всё это приятно успокаивало тревожные мысли и позволяло переключить внимание на более уравновешенные раздумья.

«Итак, что мы имеем, – размышляла она. – Аманда осталась такой же стервой. С Оливером у них явно не всё столь прекрасно, как хотелось бы. Судя по тому, что видела, то детей у них нет. Значит, всё не так идеально, как она пыталась представить», – думала девушка, посматривая, где бегает её пёс.

Вглядываясь в его очертания, она вспомнила их первую встречу.

Прогуливаясь по ночной местности, девушка смотрела по сторонам и изредка поднимала взгляд на усыпанное звёздами небо. Зябкость вечера заставляла ёжиться всё тело, напоминая о том, что летнее тепло уже покидает их.

Укутавшись в едва тёплую белую кожаную куртку, Элейн продолжала путь в свою маленькую квартирку. После того как она окончательно рассорилась с родителями, девушка приняла решение съехать от них при первой же возможности.

Брюнетка не поддалась на уговоры поступать на юридический. Она долго подрабатывала художником и дизайнером, чтобы осуществить мечту: съехать от родителей при первой же возможности. Как только ей удалось накопить достаточное количество средств, она сразу же известила родных о своём решении.

Скандал – наименьшее, что могло произойти. Было много возмущений, криков и того, стоило бы забыть. Да не удается.

Рука дёрнулась к щеке, будто вспомнив пылающий след от маминой руки. Слова отпечатались в памяти. Они изредка всплывали, когда Элейн больше всего хотела семейного тепла.

«Ты нам больше не дочь! Никогда не возвращайся!» – тяжёлый приговор камнем лежал на её плечах вот уже семь лет.

Ни звонка. Ни сообщения.

Будто их никогда не было в её жизни.

Лист, который стёрли раньше, чем на нём можно было начать писать.

Обида и досада иногда сжимала сердце девушки в своих тисках, отражаясь глубокой печалью. Несмотря на то, что родители не могли принять её решение, Элейн скучала по ним. Даже понимая, что её больше не хотят видеть.

Никогда.

Семью не выбирают. Увы.

Поплотнее укутавшись в шарф, девушка продолжила вспоминать, размеренно шагая по асфальту. Тяжёлый ком встал в горле, напоминая давно забытую боль. Но тот день подарил не только разочарование, но и надежду.

Вечер зыбкий и холодный. Ноги ужасно устали от неудобной обуви. Элейн задавала себе вопрос, зачем только обула эти туфли.

Чуть ниже щиколоток, ближе к пяткам виднелись натёртые мозоли. Они выглядывали через лейкопластырь, который отнюдь не помогал унять неприятные ощущения.

Тео так опьянел, что был просто не в состоянии проводить подругу домой. Другим Элейн так не доверяла. Ей было проще самой отправиться домой, заверив друга, что она закажет себе такси. Только когда стала искать деньги, оказалось, что последние они потратили на оплату ресторана, в котором отдыхали.

Не став беспокоить Тео, девушка решила, что в принципе и сама сможет дойти до дома. Всего-то двадцать минут пешком.

Иногда оглядываясь, она бросала взгляды на пустеющие улицы. Было далеко за полночь, что тихим шёпотом в мыслях напоминало, что стоит быть более аккуратной в таких местах.

Послышался шорох из-за мусорного бака в переулке, мимо которого проходила брюнетка. Потом жалобный писк. Далее рычание в ответ. Девушка хотела уже пойти себе дальше своей дорогой, но скулёж из-за контейнеров не дал её совести просто уйти.

Тяжело вздохнув, она направилась на звук.

Заглянув за баки, Элейн увидела маленького щенка с чёрной спиной и рыжеватым воротничком на груди. Он злобно рычал на пробегавшую мимо крысу. Девушка слегка подпрыгнула от отвращения. Никогда не любила этих мерзких тварей.

Пёс слегка поскуливал и похрамывал так, будто его кто-то укусил перед этим. Увидев девушку, он слегка оскалился, поднимая воинственный взгляд на неё. Глухо зарычав, попробовал встать в стойку, но быстро подкосился из-за раненной лапы.

Девушка молча присела на корточки и медленно приблизилась к нему, давая возможность привыкнуть к своему присутствию. Его смелость покорила Элейн, заставляя ласково улыбаться. Малыш продолжал рычать, чувствуя опасность и никому не доверяя вокруг.

– Я не обижу тебя, – нежно прошептала девушка, понижая голос так сильно, насколько это было возможно.

Элейн протянула руки, пытаясь подозвать его. Он и дальше скалился на брюнетку, не доверяя незнакомке. Щенок легонько подался вперёд, принюхиваясь к новому запаху.

Немного помедлив, он стал маленькими шагами приближаться, всё так же пользуясь обонянием. Дикие глаза сверкали в ночи, но в них горел ясный ум и отблески понимания происходящего.

Поддавшись всё-таки порыву, он всё двигался к девушке шаг за шагом. Малыш подошёл к руке и лизнул ладонь Элейн. Мягкий язык быстро отрезвил её от остатков алкоголя.

Акт доверия животного человеку.

Глаза девушки слегка заслезились от милости момента. Она подняла руку, и пёс сразу сжался и жалобно заскулил, будто знал, что его могут сейчас ударить. Во взгляде Элейн блеснули злость и жесткость от мысли, что кто-то мог причинить вред этому малышу.

Девушка осторожно погладила его по средней густоте шерсти и мягко потянула на себя, чтобы взять его на руки. Нежно прижимая его к своему озябшему от холода телу, Элейн поднялась и укутала его в едва тёплую курточку. Тёплая жидкость коснулась её платья. Подойдя к фонарю, брюнетка увидела, что у малыша кровь на правой задней лапе.

Окончательно протрезвев, она приняла решение пойти домой за деньгами и поискать круглосуточную ветеринарную клинику. Быстро миновав всё оставшееся расстояние, Элейн вошла в своё жилище.

Бережно положив малыша на плед, который лежал на диване, она отправилась в ванную, желая смыть вязкую жидкость. После этой процедуры достала телефон из сумочки и начала поиск. Элейн понимала, что без срочного обращения к доктору могут быть осложнения в дальнейшем.

Найдя ближайшую работающую клинику, девушка быстро сменила наряд и вызвала такси. Подхватив малыша на руки, она спустилась по лестнице и поспешила в больницу.

Когда они появились там, на дежурстве был молодой доктор, который изрядно зевал, явно желая спать. Увидев клиента в дверях, слегка похлопал себя по щеках, приводя себя в чувство.

– Чем могу помочь?

– Нашла его на улице, но у него есть рана на лапе. И я видела кровь. Что можно с этим делать? – встревоженно пролепетала брюнетка, поднимая тёмный взгляд на мужчину.

– Пройдёмте в кабинет, – жестом пригласил её внутрь помещения. Элейн поспешила за ним.

Когда пса положили стол, он поднял на неё жалобный взгляд, будто пытаясь сказать ей: «Мне страшно. Я не хочу этого».

– Тише, тише, малыш. Доктор тебе поможет, – спокойно проговорила девушка, продолжая его гладить. Под её ласковыми прикосновениями он успокаивался.

Быстро осмотрев его, доктор сказал ей, что нужно продезинфицировать рану, наложить несколько швов, и в целом он здоров. Мужчина справился достаточно быстро, что малыш даже не успел понять, что произошло. Девушка облегчённо выдохнула и кратко поблагодарила ветеринара.

– Спасибо ещё раз вам за помощь, – искренне проговаривала Элейн. – Можете ли передать его в приют куда-то, где о нём смогут позаботиться? – доктор замялся под её взглядом.

– Я могу, но не рекомендовал бы.

– Почему?

– Обычно бездомных псов усыпляют сразу же. Редко, когда попадаются честные приюты, которые реально пытаются найти дом милым животным, – ответил устало, поднимая ответный взор на собеседницу. Элейн неловко замялась.

– Ну вы же знаете честные приюты? – сияющие от надежды глаза выстрелили в собеседника.

– Признаться честно, я ни разу этого не делал. Коллеги по работе рассказали о тонкостях, но обычно всех животных приносили их хозяева.

Девушка обречённо выдохнула. Перед ней стоял выбор: оставить малыша себе или отправить его, скорее всего, на скорую смерть. Щенок поднял умные глаза на девушку, приковывая к себе взглядом.

– Ну не смотри ты на меня так, – жалобно произнесла брюнетка. – Я живу на съёмной квартире и моя хозяйка против животных, – малыш продолжал молча смотреть на Элейн, будто самим взглядом подтверждая, что ничего страшного, он всё понимает. – Ох, ладно, что-то придумаю, – сдавшись под напором его милых глазок, пролепетала девушка. – Я забираю его.

Доктор хмыкнул себе под нос.

– Вы делаете благое дело, – улыбаясь, произнёс он.

– Да-да, я знаю. Посмотрим, что я буду делать, как хозяйка решит прийти к нам в гости, – устало произнесла Элейн и слабо улыбнулась ему. – Спасибо ещё раз. Ну, что, дружок, пошли домой, – подняв пса на руки, проговорила девушка. – И как же мне тебя назвать? Стивен? – пёс жалобно заскулил. – Ну ладно, может, Арчи? – и снова негативный ответ. – Макс? Тайгер? Монро? – и тут на последнем имени пёс утвердительно гавкнул. – Хочешь Монро? – и снова подтверждающий лай. – Ну ладно, значит, будешь Монро.

Элейн почувствовала, как что-то упёрлось ей в ногу. Вернувшись в реальность, девушка опустила взгляд и увидела верного друга, который терся о её ногу, привлекая внимание к себе.

Он радостно вилял хвостом, утвердительно гавкая, мол «Обрати на меня внимание». Девушка опустилась на корточки и ласково погладила его.

«Спасибо, что ты тогда появился в моей жизни», – мысленно поблагодарила она, почесав его за ушком.

* * *

Яркое солнце, играясь лучами, заполняло всё пространство. Блики красиво переливались на каждой фотографии, висящей на стене. На одной из них Элейн держала в руках куриную ножку, смакуя вкус, а Монро радостно прыгал на неё. На другой они втроём с Тео и Лирой обнимались и, улыбаясь, чокались бокалами с шампанским. На третьей Элейн получила первый диплом архитектора.

Каждый момент запечатлевал прекрасные мгновения жизни девушки, наполняя пространство тёплой энергией. Приятные бежевые тона ласково переливались в солнечном свете, насыщая дом мягким сиянием.

Кофе наполнял комнату вкусным ароматом. Элейн держала в руках кружку, задумчиво поглядывая на просыпающийся город. Несмотря на раннее утро, машин было уже полным-полно. Они роились по едва оживавшим улицам, задавая пульс гудящему городу.

Сделав глоток горячего напитка, девушка продолжала глядеть вдаль, раздумывая о дальнейших действиях. Она окинула взглядом гостиную и ласково погладила Монро по голове, которая покоилась на её коленях.

Брюнетка вспоминала прошлое: яркий смех, запоминающиеся моменты и прекрасную дружбу. Вот только, увы, так казалось не только ей. Кто бы мог подумать, что они встретятся снова, да ещё и при таких обстоятельствах.

Звонок телефона разрезал идеальную идиллию утра.

– Да, Тео, – облегчённый выдох. – Это прекрасные новости, – воскликнула девушка, быстро поднимаясь на ноги. Пёс неодобрительно заурчал. – Я скоро буду, – радостно закончила разговор Элейн. – Монро, ты веришь в это? Лира очнулась!

Глава 6

– Я думала, мы распрощались раз и навсегда. Но нет же! Привело опять в мою жизнь эту стерву!

Вот уже который час блондинка ходила туда-сюда, пытаясь унять дрожь и ненависть, которые вспыхнули новой силой. Она пыталась растоптать достоинство старой подруги, но Элейн изменилась. Видно невооружённым глазом.

– Ну ничего! Мы подправим твою самооценку, гадкий утенок. Преобразилась она! Ты глянь. Смотреть тошно! – фыркнула блондинка вслух и чуть не снесла рукой со стола вазу с цветами.

Тихая ярость наполняла всё её существо, требуя выхода. Агрессия так и прорывалась из неё, что считывалось через движение тела: зажатые плечи, острый как, как у сокола, взгляд и кулаки, что сжимали пальцы до хруста костей.

С коридора послышался хлопок двери.

– Я дома, – произнёс усталый мужской баритон. Через секунду в проёме двери появился блондин, окидывая цепким взглядом серых глаз жену. Мысленно отметил, что она чем-то недовольна.

Положив кожаный портфель на диван, приблизился к Аманде, желая поцеловать её в щёку. Движения были машинальные, как у робота, который исполняет одну и ту же команду по программе, заданной создателем.

Дело привычки.

Оливер и не помнил, когда в последний раз он нежился на кровати с любимой в объятьях. Или, когда они просто смеялись вместе. Или в отдельных случаях она улыбалась при взгляде на него.

Ему не нужно было принимать этот факт. Он смирился. Запер чувства на семь замков и молча ждал, пока они проснутся внутри. Так было удобно.

Девушка сверкнула глазами, синими и чистыми, как вода, но холодными, как лёд. Она кивнула ему и продолжила прохаживаться по комнате, пытаясь усмирить бурю внутри.

– Тебе пора сменить гардероб, – чуть ли не рыча, произнесла блондинка, окидывая его взглядом, будто оценивала, сколько понадобится денег на это.

– Зачем?

– Надо.

Мужчина поднял уставший взгляд на жену и присел на диван, устало откидываясь на него спиной. Снял очки и потёр переносицу, разминая затёкшие мышцы.

– Мне и так комфортно.

– Я не спрашиваю, а утверждаю, – грубо произнесла девушка, бросая в него испепеляющий взгляд.

Между ними метались искры, способные сжечь комнату дотла. Пространство было заряжено электричеством их молчаливой битвы.

– Я не буду жить по твоей указке, – тихо, но твёрдо произнёс мужчина.

– Ты забыл, кому ты всем обязан? – вспыхнула, как спичка. – Если бы не связи моего отца, то тебя давным-давно уволили бы за домогательство к школьнице!

– Это не было домогательство, а любовь. И ты сама это прекрасно знаешь. Ты и есть та самая школьница.

Между ними повисло молчание. Её взгляд метался из стороны в сторону, словно загнанный зверь, выискивая пути отхода. Оливер поднялся со своего места и неспешно двинулся к супруге. Блондин мягко опустил руки на её плечи, слегка сжимая в молчаливой поддержке.

– Что случилось? – раздался тихий голос, как гром среди ясного неба.

– Я. Встретила. Элейн.

Она порывисто встала, скидывая руки спутника. Заметалась по комнате, сжимая пальцы в кулаки.

– Это не имеет значения. Я с тобой.

– А для меня имеет! Ты любил её, – тихо прошептала девушка и бросила на него рассерженный взгляд. В уголках глаз заблестела прозрачная жидкость, собираясь сорваться вниз. – Ты был ей не нужен. И я приняла это. Приняла тебя. Я залечивала твои раны, а не она. Но ты всё равно любил её больше, чем меня, – горечь прозвучала в голосе.

Непрошеные слёзы увлажнили кожу лица, сбегая мокрыми дорожками на её руки. Девушка медленно и устало села на диван. На плечах словно была невыносимая тяжесть всего.

Серые глаза вспыхнули. В них бушевала гроза, сорвавшаяся с цепи. Оливер присел на корточки подле кушетки и мягко взял руки супруги в свои. Его палец молчаливо гладил её круговыми движениями.

– Я тоже её встретил… – тихо произнёс он. Быстрый взгляд Аманды метнулся к нему. В нём считывались злость, обида и разочарование. – Но прошлое остаётся в прошлом, Аманда.

Сердце глухо билось о рёбра. Тупая боль эхом отозвалась внутри. Мужчина слабо улыбнулся и поднялся. Он дал возможность супруге пережить это, как преодолевал Оливер.

На негнущихся ногах отправился в спальню, плотно закрывая дверь за собой.

Воспоминание всплыло само по себе.

Дрожащее тело от холода и страха. Невинный и тёплый взгляд карих глаз. Сердце дрогнуло ещё в тот момент, когда он увидел это хрупкое создание. Такую потерянную, испуганную и невероятно красивую.

Несмотря на её формы, которые слегка отличались от большинства, она была очень милой. Нежное личико обрамляли мягкие щёчки. Шоколадные глаза приковывали к себе внимание, завлекая в свои сети.

«Оливер, она же еще школьница. Нет. Нельзя. Забудь», – шептал внутренний голос, но сердце ёкнуло и замерло в груди.

Он помог ей добраться до дома, напутствуя, чтобы не ходила одна по тёмным местам. А нутро всё кричало, чтобы не отпускал. Чтобы защищал и был рядом. Но голос разума шептал, нет – он кричал, что это неправильно. И мужчина подавил в себе этот порыв, повинуясь его утверждениям.

Но когда они встретились снова…

В школе…

Где он только начал преподавать. Сердце второй раз откликнулось на манящий зов.

И тогда он понял, что пропал.

Навсегда и безвозвратно.

Тиканье часов мягко вывело его из рефлексии.

Тёмно-синие стены переливались в мягком лунном свете. Комната напоминала мрачные оттенки сумерек после заката солнца: ужасающе тихо, прохладно и гнетуще тоскливо.

По обеим сторонам кровати стояли небольшие ночные тумбочки. На каждой лежали вещи, описывая своих хозяев. У Оливера: очки, небольшие томики книг и ученические тетради с ручками. На другой стороне лежали какие-то отчёты, крем для рук и стержень, напоминающий перо.

Даже эти мелкие детали напоминали, как отличаются между собой их обладатели. Холодная, как зимняя ночь, Аманда и уютно-тёплый, как плед, Оливер.

Такие разные и такие чужие друг другу.

Мужчина прошёл в гардеробную, ослабляя захват галстука и снимая его с шеи.

Сегодня он очень устал.

Встреча с Элейн окончательно выбила почву из-под ног. Мысли крутились в голове. Воспоминания то и дело старались всколыхнуть его нервы, но он подавлял в себе это желание.

Внимание возвращалось к моменту прочтения письма от Элейн в первый раз. Он был подавлен и не понимал происходящего.

«Почему она меня так ненавидела? Почему отказалась ещё раньше, чем попробовала? Почему написала столь жестокие слова? Почему?»

Вопросы. Как много вопросов и ни одного ответа.

«Я должен встретиться с ней», – последняя мысль, что пронеслась в голове перед тем, как блондин заснул.

* * *

Холодный ветер завывал, напоминая о приближающейся зиме. Мороз мягко расползался по окнам, оставляя несуразные узоры. Дети бегали по коридорам. Сколько им ни говори, они всё равно продолжают.

Оливер перекладывал тетради на стол из своего портфеля и продолжал думать о случившемся. Его давняя любовь снова появилась в их жизни.

В его жизни.

Перед взором появилось воспоминание нынешней Элейн: точёные губы, изящные скулы и тёплые карие глаза. Последние как были мягкими и притягательными, так и остались. Фигура только изменилась к лучшему. Ранее она была как сочный апельсин, более округлая, а сейчас как утончённая линия. Изгибы её тела напоминали только что сошедший с картины образ.

Хотя и в тот раз это не было для него проблемой. Он принимал её любую: красивую, или нет, уставшую или запуганную. Это всё неважно по сравнению с тем чувством, что расцветало в груди при взгляде на возлюбленную.

И сколько бы мужчина себе ни твердил, что нельзя. Она же школьница. Его сердце всё равно замирало при каждом взгляде в её теплые карие глаза. Они излучали такой свет, что хотелось защитить, укрыть и спрятать где-то у себя в груди. Оберегать от каждого косого взгляда и колкого комментария.

Но он сдерживал порывы, понимая, что общество осудит. Что он её учитель, а она ученица.

И всё равно глупо верил в то, что когда-нибудь это станет возможным.

Сердце дрогнуло и в третий раз, когда они встретились спустя столько лет. Давно забытые чувства нытьём отозвались в наболевшем сердце, будто оживая.

Но он сказал правду Аманде. Для него это ничего не значило. Не после всего того, что сделала Элейн, отвергая его.