Новая Жизнь

Ковшер заметил, как во время разговора пальцы генерала на секунду упрямо дрогнули.

Ровно через два часа тяжелая дубовая дверь кабинета бесшумно приоткрылась. В сопровождении вооруженного до зубов оперативника ГУБОПиК внутрь вошел высокий, подтянутый человек в безупречно отутюженном черном костюме, чье бледное лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. На его правой руке тускло блеснули стальные наручники, намертво пристегнутые к рукоятке массивного бронированного кейса. Курьер Особого сектора КГБ действовал с особой тщательностью, без единого лишнего движения. В зашторенном помещении в то же мгновение повисла звенящая, удушающая атмосфера государственной тайны.

Не произнося ни слова, человек в черном достал из кармана ключ, отпер замок и извлек из недр раскрытого кейса плотную, пожелтевшую от времени папку, скрепленную сургучными печатями. На обложке жирным шрифтом горел гриф: «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ОСОБЫЙ АРХИВ ЦЕНТРА».

Генерал хладнокровно придвинул к себе бланк строгой отчетности и поставил свою размашистую подпись в графе получения. Офицер связи Особого сектора забрал квитанцию, сухо кивнул и так же бесшумно покинул кабинет вместе со штурмовиком сопровождения.

С этой секунды вся колоссальная, смертельная ответственность за судьбу секретных материалов полностью и единолично ложилась на плечи генерала. По закону национальной безопасности, кроме него всю подноготную и прошлую деятельность беглеца во всем ведомстве МВД имел право знать только один человек — его ближайший, проверенный годами заместитель.

Жоржевич и полковник Ковшер молча сели рядом как два закадычных друга, придвинули специальный бланк и зафиксировали свои подписи под документом о неразглашении полученных данных. За нарушение этой подписки обоим грозил немедленный трибунал и закрытая камера в «Володарке».

Генерал взял в руки нож для бумаги, аккуратно срезал сургуч, и увидел перед собой стопку из пятнадцати папак которые им предстояло проверить. И не теряя в даром, он в первую очередь начал сверять фото с камеры наблюдения с фото людей из просмотренных досье. И на седьмой папке архива, он увидел идентичность лиц на обеих фотографиях. И с азартом игрока, начал вчитываться в первые строчки лежащего дела. Ковшер придвинулся ближе, читая досье вместе с начальником:

ГРИФ: СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ОСОБЫЙ АРХИВ ЦЕНТРА.

УЧЕТНАЯ КАРТОЧКА ЛИКВИДАТОРА ВЫСШЕЙ КАТЕГОРИИ № 097-Х

• ФИО: Кравченко Анатолий Степанович.

• Дата рождения: 14 мая 1981 года.

• Возраст: 45 лет.

• Место рождения: Белорусская ССР, Минская область, город Солигорск.

• Специальный статус: Ликвидатор высшего класса. Бывший ведущий оперативный специалист Спецотдела Х — тайного автономного подразделения по ликвидации международного терроризма и скрытых угроз государственной безопасности.

ФИЗИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ И СПОРТИВНАЯ КВАЛИФИКАЦИЯ:

Обладает уникальной физической выносливостью, твердым характером и способностью сохранять ледяное спокойствие в экстремальных ситуациях. В досье зафиксированы следующие государственные квалификации и спортивные звания:

• Мастер спорта СССР/РБ по пулевой стрельбе из штатного и специального оружия (снайперский аудит, ведение огня в движении навскидку, ювелирная точность на дистанциях до 1500 метров).

• Мастер спорта по военно-прикладному плаванию и глубоководному погружению (подготовка по программе боевых пловцов, форсирование водных преград в условиях скрытности).

• Мастер спорта по армейскому рукопашному бою и восточным единоборствам (владеет техниками жесткого подавления, болевых захватов, перехватов оружия и мгновенного обезоруживания противника в ближнем бою без применения огнестрельного оружия).

• Мастер спорта по спортивному ориентированию на местности и выживанию в дикой природе (безупречно читает карту, ориентируется по приборам и без них в глухих лесных массивах, промзонах, городах и болотистой местности при полном отсутствии видимости).

БОЕВЫЕ НАВЫКИ И СПЕЦИАЛИЗАЦИЯ:

• Диверсант-разведчик высшей категории: Прошел углубленную подготовку по организации скрытных операций в тылу противника, минированию, преодолению любых инженерных заграждений, систем сигнализации и колючей проволоки.

• Оружейный эксперт: В совершенстве владеет всеми известными мировыми видами холодного и огнестрельного оружия. Способен в темноте по звуку определить тип ствола, за секунды провести разборку, чистку механизма, замену магазина и устранение заклинивания затвора.

• Лингвистическая подготовка: Свободно, без акцента владеет пятью иностранными языками (включая английский, немецкий, тайский и индонезийский диалекты, зафиксированные во время командировок в Джакарту и Тайланд.

• Оперативная маскировка: Мастер скрытого внедрения. Способен годами вести образ жизни обычного гражданского человека (репортера-международника, скульптора по дереву), полностью маскируя свои навыки от спецслужб.

• Особые зарубежные операции: Имеет опыт ведения боевых действий высокой интенсивности в условиях джунглей Юго-Восточной Азии. В составе мобильных групп Спецотдела Х принимал непосредственное участие в закрытых операциях на территории Таиланда и «Золотого треугольника». Лично ликвидировал несколько главарей тайской триады. Успешно руководил боевыми рейдами по жесткому подавлению остатков Гоминьдановской армии, ликвидации укрепленных баз наркосиндикатов, уничтожению подпольных фабрик и стратегических хранилищ героина. Продемонстрировал безупречные навыки ведения партизанской войны и уничтожения превосходящих сил противника в отрыве от основных баз снабжения.

ГОСУДАРСТВЕННЫЕ НАГРАДЫ:

За проведение сложнейших автономных спецопераций за пределами Республики Беларусь, ликвидацию террористических ячеек и предотвращение угроз национальной безопасности, награжден:

Орденом «Герой Беларуси» (награжден секретным указом Главы Государства с вручением Медали Героя);

• Орденом Воинской Славы;

Т• Орденом за Личное Мужество (дважды);

• Медалью за Отвагу;

• Специальным наградным оружием от имени Главы Государства (пистолет ПМ с особой гравировкой).

ПРИМЕЧАНИЕ ОСОБОГО СЕКТОРА КГБ:

Спецотдел Х полностью расформирован 7 лет назад специальным указом правительственной группы, так как в силу своей тотальной автономности начал выходить из-под контроля государства. Все бывшие сотрудники заканспирированы, их личные данные изъяты из гражданских серверов МВД. Объект Кравченко А.С. чрезвычайно опасен. Обладает навыками ухода от любых стандартных планов «Перехват». В случае обнаружения и идентификации — немедленное задержание силами спецподразделений Алмаз или Альфа с применением штурмовых групп.

Полковник Ковшер медленно отстранился от стола, его интеллигентное лицо в то же мгновение побледнело, а взгляд стал абсолютно стеклянным. Он тупо смотрел на пожелтевшую страницу, где золотым тиснением был обозначен Орден «Герой Беларуси». В зашторенном кабинете ГУБОПиК повисла мертвая тишина, что было слышно, как на улице за закрытым окном мерно гудит минский полдень.

Генерал Добровольский сидел намертво вцепившись пальцами в края дубового стола. Его гвардейские усики дернулись, а лицо превратилось в каменную маску первобытного шока. Хладнокровно анализировать ситуацию, как он привык это делать за тридцать лет службы, мозг генерала отказывался решительно.

Жоржевич молча поднялся и подошел к массивному скрытому сейфу в углу кабинета и медленным движением руки достал оттуда тяжелую, дорогую бутылку французского коньяка «Hennessy XO». Руки генерала с легкой дрожью плеснули янтарную жидкость в два широких стеклянных бокала, стоявших на подносе. Один бокал он хладнокровно толкнул в сторону своего заместителя, а второй в то же мгновение осушил сам, почти до половины. Ковшер, обычно любивший употребить только дома под хороший ужин, без лишних слов взял стекло и сделал приличный, обжигающий глоток. Алкоголь немного снял мертвенный ступор.

— Твою ж мать, Василич… — тихо, сиплым хриплым шепотом выдавил Жоржевич, нарушая гробовое молчание. — Мы кого в Шабанах упустили? Героя Беларуси. Ликвидатора Спецотдела Х, который в одиночку в Таиланде стирал с лица земли героиновые фабрики триады. Человека, который знает пять языков, владеет любым стволом с закрытыми глазами, и который как малолетних детей оставил ни с чем, вооруженных подготовленных парней, даже не сбив дыхание.

Ковшер судорожно сглотнул подступивший к горлу ком, натянул маску профессиональной собранности, поправил галстук дрожащей рукой:

— Игорь Жоржевич, я забыл Вам сказать, вот какую деталь. В рапорте было указано, что он ещё и извинился перед бойцом, которого слегка помял, прежде чем скрыться. Теперь я понимаю, почему компьютер выдавал глухую ошибку доступа. Его досье изъято из всех гражданских серверов страны по личному распоряжению самого верха. Юридически этого Кравченко не существует. Если он решит уйти на дно, используя свои диверсионные навыки мастера по ориентированию на местности, мы его в наших лесах и болотах не найдем никогда в жизни. Он призрак.

Генерал Добровольский сделал еще один короткий глоток коньяка, и его взгляд уставился гостю кабинета прямо в переносицу. О его привычных мыслях о женщинах и интригах сейчас не напоминало абсолютно ничего.

— Ничего, Василич, — жестко, со стальной хрипотой произнес Жоржевич, ставя бокал на дубовый стол, и доставая очередную сигарету. — Главное — держать строй. Если мы аккуратно возьмем его. Нас прикроют от любых нападок

— Но Петро Шабан убит на своей автобазе в Шабанах, — ровно добавил Ковшер, и его лицо вытянулось от осознания масштаба катастрофы. — Этот вор в законе имел прямые, теснейшие выходы на некоторых высокопоставленных чиновников в министерствах. Там такие бабки завязаны, что Минск сейчас начнет трясти сверху донизу. И на всех камерах, которые брали тот сектор в обозрение, над трупом авторитета срисован Кравченко. И если криминальный мир Беларуси узнает, а он обязательно узнает, вероятность небольшой утечки всегда есть, что Петро ликвидировал именно Кравченко, начнется тотальная война на уничтожение. Бандиты объявят на него охоту по всем регионам, от Бреста до Гомеля. Сами не зная, что охотиться за свой погибелью.

Жоржевич хладнокровно захлопнул папку с сургучными печатями и швырнул её обратно в сейф, закрыв замок на два оборота.

Глава 1

— Слушай мой приказ, Василич, — скомандовал он. — Задействуй прессу, что бы фото было на экране новостей. И отправь ориентировки куда только можно. Начнем охоту, и помни про подписку о неразглашении — намертво. Про досье Кравченко знаем только ты и я. Официально для всех — мы ищем опасного вооруженного преступника по плану «Перехват». Но аккуратно, по закрытым каналам связи, поднимай по тревоге штурмовые группы «Алмаза». Мы обязаны взять Героя Беларуси раньше, чем его найдут воры в законе или оперативники смежного ведомства . И упаси нас Бог, если при задержании кто-то из наших парней решит нажать на курок без моей команды…

— А вот ещё что, наружку если его найдем, не выставляй. Нет смысла, если он опытный диверсант, срисуют их как пить дать. Пробей по всем каналам, где он живёт, если женат, найди семью. И в районе частного дома, если это дом, или жилого многоквартирного здания. Обязательно выстави охрану, круглосуточную, состоящую из бойцов Алмаза, — Ты меня слышь Коля! Из бойцов Алмаза. Если появится он, будем брать, появятся бандосы, нужно будет защищать его семью, если она есть конечно. — А я попробую, обратится к своим старым должникам, может они чем смогут помочь.

Слепая зона

Анатолий действовал как призрак, растворяясь в серой удушливой сырости Шабанов. Оставив черную сумку с проклятыми тысячами Кракена, прямо на залитом кровью асфальте автобазы, он наглухо обрубил эту деструктивную привязку. У него не было времени на сантименты. На его банковской карте еще оставались 900 000 рублей, но Толя прекрасно понимал, что до блокировки всех его счетов оставалось около десяти часов. Добравшись до ближайшего круглосуточного банкомата на окраине района, он успел обналичить ровно 100 000 рублей. Остальную сумму он перевел Кате на карту. Так как времени снять остальные деньги ,просто не оставалось — сирены МВД уже стягивали кольцо. В то же мгновение Анатолий выключил свой телефон, разбил и выбросил его в рядом находившуюся ливневую канализацию. Ликвидировав тем самым любой шанс цифрового отслеживания со стороны оперативников.

Двигаясь по слепым зонам камер, Толя добрался до глухого гаражного кооператива, затерянного среди серых промзон на окраине Минска. Здесь, за неприметными железными воротами стандартного бокса, скрывался его главный стратегический плацдарм, который он тщательно ковал для себя и семьи в прошлом. Открыв потайной люк в полу гаража и спустившись по стальной лестнице вниз, он осмотрел взглядом все ли в порядке. И убедившись, что все осталось без изменений с момента прошлого посещения убежища, Толя наглухо закрыл люк, и щёлкнул свет, подачу которого продумал сам, полностью исключающего слежку по линии коммунальных сетей. Электричество в подземный бункер подавалось от мощного автономного массива, состоящего из четырех тяговых гелиевых аккумуляторных батарей глубокого разряда емкостью по 200 Ампер-часов каждая. Этот весомый блок питания Толя скрытно разместил на плоской крыше гаражного бокса, ювелирно замаскировав его под стандартный короб вентиляционной системы и наглухо укрыв гидроизоляцией от зимней метели. Силовые кабели сечением 16 квадратных миллиметров спускались вниз по внутренней полости полой стальной опоры гаражного каркаса, исключая риск визуального обнаружения. В самом бункере постоянный ток от двенадцативольтовых батарей поступал на инвертор с чистой синусоидой мощностью 3 Киловатта, который хладнокровно преобразовывал его в стабильные 220 Вольт, обеспечивая бесперебойную работу экономного светодиодного освещения, вентиляционных кулеров и зарядных устройств для телефона. Сам подземный подвал был выкопан глубиной в три метра, шириной три с половиной и длиной ровно шесть метров. Толя копал его когда-то полностью сам, в глухие ночные часы, упрямо и скрытно привозя кубометры бетона, чтобы намертво забетонировать стены от грунтовых вод.

Это было идеальное автономное убежище, где были созданы абсолютно все условия для жизни. Здесь стоял крепкий диван, рабочий стол, была проведена вода и функционировала сделанная его руками надежная канализация. У стены выстроились стеллажи с законсервированными продуктами и сухими пайками — этого запаса хватило бы на два года автономного выживания вперед. В ящиках хранились все необходимые медикаменты, запасная чистая одежда на все сезоны года по паре каждой вещи и новая обувь, около десяти пар.

Ни теряя ни секунды, он достал машинку для стрижки, встал перед небольшим зеркалом и состриг все свои удлиненные волосы, полностью побрив голову наголо. Затем с особой тщательностью он сбрил устоявшуюся бороду, обнажив жесткие, волевые скулы. Из зеркала на него теперь смотрел совершенно другой человек — суровый, монолитный воин, готовый к партизанской войне. Смыв остатки волос шампунем и водой, подачу которой он спроектировал и смонтировал сам. Водоснабжение подземного объекта было его отдельной инженерной победой. Чтобы не подключаться к общей сети кооператива и не оставлять цифровых следов в приборах учета, Толя прямо из подвала пробурил индивидуальную абиссинскую скважину глубиной пятнадцать метров до чистого водоносного горизонта. С помощью специальной техники которую арендовал. В технологической нише он установил компактную насосную станцию с гидроаккумулятором на двадцать четыре литра и электронным реле давления, которая автоматически поддерживала в системе стабильные две с половиной атмосферы. Вода из скважины проходила через трехступенчатую систему магистральных фильтров тонкой очистки, убирающих железо и примеси, а для бытовых нужд Анатолий смонтировал плоский тридцатилитровый бойлер мощностью один киловатт, подключенный к общему инвертору. Сточные воды из раковины и санузла по наклонной трубе уходили в глубокий дренажный септик, забитый под бетонным основанием ниже уровня промерзания грунта. Система работала безупречно и абсолютно бесшумно.

Переодевшись в чистую темную одежду, Толя открыл один из потайных ящиков стола. Откуда извлек один из двадцати кнопочных телефон Nokia, полностью защищенный от современных шпионских программ удаленного доступа. Рядом с аппаратами в специальном кожаном чехле хранился его главный оперативный резерв связи — около 20 запасных SIM-карт, оформленных на совершенно разные вымышленные имена и на посторонних людей. Мастерским движением защелкнув крышку телефона и закинув часть наличных в карман, он бесшумно покинул бункер.

Встреча

На засыпанных снегом, улицах Минска, упрямо замерзали декабрьские сумерки. И именно в этот день, за весь декабрь, второй раз пошел снег. Настоящая зима в этот год,долго не решалась вступить в свои права, но сейчас, вместе со стремительным и резким похолоданием, с потемневшего неба наконец повалили тяжелые, крупные хлопья. Морозный ветер закружил их в расцвете внезапной, колючей вьюги, мгновенно стирая серые пятна асфальта на тротуарах.

Понимая, что впереди его ждут долгие часы автономного выслеживания в условиях жесткой стужи, Толя на этот раз, подготовился на совесть, и оделся по-зимнему тепло. Его крепкую фигуру,надежно защищала объемная черная куртка Columbia с технологией термосбережения. На побритую голову он натянул плотную теплую шапку Norfin, способную выдержать любой шквальный штормовой ветер, а на ногах у него были прочные, жесткие зимние ботинки Outventure, с глубоким протектором, уверенно державшие сцепление со скользкой дорогой. Полностью изменив внешность и застегнув плотный воротник на все замки, он упрямо отправился прямиком на засыпанный снегом проспект Независимости. По роду своей службы и семейному расписанию он знал: именно в это время, в самом расцвете этой зимней вьюги, Катя должна привезти их сына, к репетитору по математике.

Продвигаясь сквозь снежный буран, Толя каждую секунду действовал по высшему протоколу скрытности. Он постоянно проверялся на предмет слежки. Наш герой то резко менял темп шага, то останавливался у витрин магазинов, то внезапно сворачивал в проходные дворы-лабиринты, заставляя условный хвост потерять себя. Он внимательно вглядывался в отражения стекол, гипнотизировал фары редких проезжающих машин и просчитывал в голове каждый шаг. Убедившись, что за ним нет, ни наблюдения ни бандитских машин. Он скользнул в ночную тень массивной сталинской арки на проспекте, поглубже укрывшись в капюшон своей куртки от летящих хлопьев белого плена.

Спустя десять минут ожидания, сквозь белую пелену снегопада, показался знакомый силуэт. Катя шла по засыпанному тротуару проспекта, кутаясь в капюшон он зимней стужи. Она только что оставила сына у преподавателя и теперь шла одна в сторону ЦУМА. На её лице, даже сквозь летящий снег, Толя заметил следы изнуряющей, глубокой тревоги.

Он дождался, пока она поравняется с аркой, и тихо, но со стальной хрипотой позвал её из ночной тени:

— Катя. Это я. Не оборачивайся резким движением. Зайди в арку.

Она в то же мгновение вздрогнула, резко замерла, и повернув голову, уставилась в темноту подворотни. Сделала три несмелых шага под гранитный свод и остановившись, она была поражена увиденным. Перед ней стоял гладко выбритый мужчина в теплой шапке, объемной черной куртке и тяжелых ботинках, в котором она лишь по глазам смогла узнать своего мужа. Из её глаз в то же мгновение потекли горячие слезы. Она бросилась к нему на грудь, судорожно схватив руками за плотную зимнюю ткань:

— Толя! Господи, Толя… Что происходит?! Почему тебя все ищут? Утром к нам в загородный дом приезжали хмурые люди из милиции, всё перевернули в твоем кабинете! Они говорят страшные вещи про убийство в Шабанах… Толь, скажи, что это ошибка! Скажи, что они перепутали!

Анатолий мягко, но крепко обнял её своими сильными руками, чувствуя, как её тело дрожит от переживаний и слез.Его лицо по-прежнему сохраняло выражение абсолютной непроницаемости, но внутри всё сжималось от душераздирающей боли. Пришло время сорвать все затворы.

у и Алину и увезет вас в безопасное место, глубоко в регионы, куда не дотянутся ни бандиты, ни оперативники. Ты веришь мне?

Катя, судорожно глотая слезы сквозь бушующую метель, упрямо кивнула, прижимаясь к его крепкой груди. В то же мгновение Анатолий достал из кармана свою защищенную кнопочную Nokia, готовый сделать свой первый законспирированный звонок.

Действуя прямо под защитой гранитных сводов сталинской арки, он вскрыл чехол с левыми номерами. Его сильные, онемевшие от зимней стужи пальцы уверенно выдавили из пластины первую попавшуюся SIM-карту, оформленную на вымышленное имя. Защелкнул её в гнездо аппарата, накинул заднюю крышку и нажал кнопку включения. Дисплей послушно моргнул тусклым светом.

Он набрал по памяти старый, глубоко засекреченный одиннадцатизначный номер, принадлежавший его бывшему сослуживцу по Спецотделу Х, который теперь держал крупную легальную компанию в Минской области. Шквал метели за стенами арки упрямо продолжал выть, бросая хлопья белого плена прямо под ботинки Outventure.

Трубку на том конце провода сняли на четвертом гудке. В динамике телефона раздался тяжелый, настороженный мужской голос. Толя не стал тратить время на пустые приветствия. Лицо его по-прежнему сохраняло выражение непроницаемой ледяной маски профессионала.

— Говорит Девятый, — сухо, со стальной хрипотой произнес Толя в микрофон кнопочного аппарата, используя свой старый позывной времен тайных операций в Таиланде. — Мой гражданский маркер полностью вскрыт. Система уже пишет траектории. Мне нужна полная эвакуация первого периметра.

На том конце провода на секунду повисла мертвая, удушающая тишина. Собеседник Анатолия мгновенно оценил смертельную опасность. Бывших не существовало, и старый кодекс чести обязывал включить протокол защиты.

— Куда слать колеса? — коротко, без лишних вопросов, спросил голос в динамике.

— Здание А, — хладнокровно скомандовал Анатолий, упрямо прижимая Катю к своей куртке Columbia. — Нужен большой черный бус, машина полностью проверенная. Заберите моих прямо из дома, завтра ровно в три часа утра. Увезете их глубоко в Полесье, на дальний законспирированный кордон. Никаких цифровых следов.

— Принял, Девятый. Машина будет у твоих ворот завтра ночью, ровно в районе трех часов. Держи строй, — глухо ответил сослуживец, и в трубке в то же мгновение раздались короткие, мертвые гудки отбоя.

Анатолий хладнокровно отщелкнул заднюю крышку Nokia, и сделал то, что сделал бы любой профи на его месте. Первая симка отработала свой единственный патрон. Ликвидатор засунул телефон обратно в глубокий карман теплой куртки, жестко взял Катю за плечи и заглянул ей прямо в заплаканные глаза сквозь кружащийся буран во всем его зимнем расцвете:

— Всё, Кать.Процесс запущен. Бегом возвращайся к Мише, забирай его от репетитора, берите такси и дуйте домой. На машине нетедь и ничего не бойтесь. Те кто за вами приедет, самая надёжная защита которая может только быть. Собирайте только самые необходимые вещи. Как только черный бус у ворот моргнет в лобовом стекле три раза, запомни три раза — без лишних слов садитесь и уезжайте. Я найду вас, когда эта слепая зона расширится. А теперь — иди.

Катя, судорожно глотая слезы сквозь бушующую метель, упрямо кивнула, в последний раз прижалась к его груди и быстрыми шагами вышла из-под арки, мгновенно растворяясь в белой, кружащей пелене декабрьского снегопада. Анатолий еще минуту постоял в глубокой ночной тени, провожая взглядом засыпаемые следы жены. Кольцо ГУБОПиКа сжималось, но ликвидатор только что, сделал самый важный гроссмейстерский ход на этой шахматной доске войны с преисподней.

Глава 1

Штурм пустоты

В просторном, зашторенном кабинете центрального здания ГУБОПиК в Минске удушливый запах табачного дыма смешался с густым паром от заваренного в спешке кофе. Генерал-майор Добровольский сидел уставившись тяжелым, воспаленным взглядом в разложенные на дубовом столе оперативные сводки. Часы упрямо отсчитывали время после полуночи, а за окном все так же бушевала предновогодняя декабрьская метель, укрывая столицу белым пленом. На этот раз Жоржевич обходился без дорогого французского алкоголя — ситуация требовала предельной, жесткой концентрации. Он хладнокровно, большими глотками пил крепкий, обжигающий кофе Якобс Монарх из массивной служебной кружки, пытаясь заглушить изнуряющую усталость.

Тяжелая дверь кабинета резко распахнулась, и внутрь быстрыми шагами вошел его заместитель — полковник Ковшер. Его интеллигентное, худощавое лицо было максимально сосредоточенным.

— Есть движение, Игорь Жоржевич, — стараясь говорить ровно, доложил Ковшер. — Полчаса назад оперативно-следственная группа совместно с криминалистами закончила первичный осмотр брошенного пикапа Toyota Tundra. Машину обнаружили в Шабанах, на обочине дороги. Всего в двухстах метрах от места ликвидации Шабана. В салоне пусто, Кравченко ушел пешком.