Наследие Лилит. Эксперимент тьмы

И из всего их многочисленного шабаша, где изначально было около сорока ведьм, нам удалось оставить в живых лишь девять. Мы заточили их в камеры с железными решетками. Не обладая силой вампира и не имея доступа к магии (железо сдерживало их сущность), они остались без возможности сбежать.

Но и с нашей стороны были потери. Я потерял в той кровавой схватке одиннадцать своих братьев.

Мы забрали ведьм. Мы возвращались обратно по пыльным ночным дорогам, а ведьмы тихо скулили за своими решетками.

Однако мы не смогли далеко уйти. Другие ведьмы, из соседней деревни, догнали нас. Они действовали так сплоченно, почти синхронно, они окружили нас, сжав в кольцо. Вероятно, у этих ведьм была склонность к умению управлять землей и растениями. Так как корни деревьев оживали под нашими ногами, схватывая за лодыжки. И хотя силы природы были не так стремительны, как быстрота вампиров, они нас замедляли…

Ситуация выходила из-под контроля. Чтобы выжить, мы прорывались вперед, наплевав на ценный груз. Так или иначе, ведьм в этом мире достаточно! Найдутся и другие.

Мы убивали ведьм, не щадя. А когда от них осталась лишь жалкая кучка, они, поддавшись наконец отчаянию и панике, попытались бежать, вернуться в свое селение. Тогда мы нагнали их. И сожгли их деревню. А затем и следующую. А затем и следующую.

Огонь сжигал их дома, их семей, их детей. Огонь пожирал все, что у них было. За их смелость, за их самоотверженность, за их силу духа… Они были погребены под кучей золы.

Мы сжигали ведьм.

Сжигали ведьм, переодевшись в облачения рыцарей крестового похода.

И никто бы не усомнился, что сжечь ведьму – это благое, богоугодное дело.

Мы и сами в это верили.

Та деревня, что была первой на нашем пути, стала последней в череде пожаров. Мы сжигали всех… но та светловолосая девочка оказалась смелее прочих. Маленькая, почти незаметная. Она кралась за сараем с овсом, когда я встал на ее пути.

«Дочь ведьмы…» – отрешенно подумал я про себя. – «Это лучше, чем совсем ничего»

Тогда я забрал ее в наш Черный замок. А Лукас принял ее и воспитал как собственную дочь. А когда она достигла пика своей красоты, он обратил ее в вампира. Она не сопротивлялась. Она полюбила ту жизнь, что получила.

А я полюбил ее…

Видел ее пред собой каждый божий день. Так и родилась привязанность, переросла в желание защищать, оберегать, боготворить эту смышленую, бойкую, смелую девчонку.

Теперь не только огонь каминов и свечей стал дарить свет. Эта девочка стала нашим светом.

«Элиза…» – мысленно взмолился я, почти вскричал до судорог внутри себя. Она сияла, как продолжение света луны. Она стояла на одной из темных башенок. Держалась за перила, предвкушая скорое начало дня. Она ведь так любила рассветы… Они дарили ей утешение. Помогали справиться с ночными кошмарами.

Я наблюдал за ней, стоя так близко, как только возможно, чтобы не быть ею – или кем-либо еще – обнаруженным.

Я смотрел на нее. А внутри моей груди тлел пожар.

Глава 15

АСТРА

Внутри все кипит. Его ответ наводит меня на подозрение, что его хорошее отношение ко мне продиктовано какими-то прагматичными причинами. И это больно бьет по самолюбию. В высшей степени лицемерно, ведь я и сама не безгрешна.

Вероятно, я нахмурилась, так как Адриан тут же уточнил:

– Что-то не устраивает?

– Да. Я хочу виски, – решительно отозвалась я. Моя маска благоволила показной решительности. – Мы в ночном клубе. Твоя бывшая закатила скандал, что точно не подняло мне настроение. Я два дня была в заточении у вампира, – улыбнулась я ему, произнося слова так близко, чтобы он слышал, но не прикасалась к нему. – Я хочу веселиться. Хочу выпить. Хочу танцевать. Хочу жить.

Его ониксовые глаза изучали меня с недоверием. Он смотрел на меня, а я пыталась внутреннее отстраниться от его влияния на меня, от его возможной реакции на мои слова. Я пыталась смотреть, но не видеть его самого.

И хотя я знала, что сама отстраняю себя от него, не могла перестать этого делать. Боль стала моей защитой.

– Хорошо, – ответил он через мгновение. А подозвав официантку жестом, нашептал ей наш заказ.

А когда принесли бутылку виски и бокалы, я сама взяла бутылку и разлила по стаканам. Адриан наблюдал за каждым моим движением с примесью удивления. И, я клянусь, с беспокойством, с тревогой! Это было именно тем, чего мне так хотелось.

Я хотела, чтобы он беспокоился обо мне. Может, так я буду хотя бы что-то для него значить?

Жидкость горечью спустилась с языка, прожигая внутренности и всю ту невысказанную душевную муку, что поселилась во мне незримым чудовищем.

Этому вампиру крайне не повезло поймать такую девушку, как я: с проблемами, с заниженной самооценкой, с отчаянием и пустотой от неудавшейся жизни.

Внутри стало так горячо и пусто. Волшебное чувство свободы от собственных тягостных мыслей. В этот момент я могу быть кем угодно и мне не нужно стараться держать маску.

Маска сама берет надо мной верх.

Я потянула Адриана за рукав.

– Пойдем танцевать?.. – нежно заговорила я.

Он посмотрел на меня, прожигая ониксовым взглядом. Так и хотелось его ударить. Уничтожить это прекрасное лицо и то выражение, что было на нем сейчас.

– Ты выпила всего два стакана, но я уже не уверен, что ты сможешь стоять на ногах.

– Для этого сюда и приходят, – возразила я, игнорируя боль, что стучала по вискам невидимыми молоточками.

– Остальные же – для других целей, – серьезно ответил Адриан. Его рука легла на мое колено, чуть сжав его. – Ты же понимаешь для чего вампиры приходят в такие места…

– Понимаю. Но пока ты не ушел, удели время своей игрушке, – со всем возможным очарованием улыбнулась я, сверкнув глазами в вырезах черной маски. Мне уже давно хотелось ее снять, но я терпела.

– Не называй себя так, – строго отозвался Адриан.

– А почему нет? – спросила я, отрываясь от него, чтобы встать из-за стола. Надеюсь, вышло достаточно драматично.

Я обошла столик, так как Адриан сидел с краю, и, приподняв до бедер свое платье, села ему на колени, лицом к лицу. От неожиданности он даже поднял руки, будто побоявшись коснуться меня без разрешения.

– Ты меня пугаешь… – пробормотал он.

– А ты меня путаешь, – яростно и страстно зашептала я ему на ухо. – То делаешь вид, что защищаешь меня, то играешь со мной, манипулируешь моей уязвимостью. Я как на эмоциональных качелях. – Я сжала его плечи, скользя ладонями по шероховатой рубашке под кожаной курткой. – Смертному было бы жарко, давай тебя разденем.

– На кого ты сейчас пытаешься быть похожей? Думаешь, Элиза бы так себя вела? – его вопросы били ровно в цель, раня меня до основания. Я чуть отстранилась, не решаясь ни слезть с него, ни прервать его вынужденным поцелуем. – Это не ты… – шептал он, проводя кончиками пальцев по моему лицу, отводя назад светлые пряди.

Боль и злость стали единственным целым внутри меня. Но маска стойко держалась, не срываясь с моего лица. Однако забирала все моральные силы, не позволяя вымолвить и слова.

– Это не ты, – снова шепчет он, но уже тверже, со сталью. Сжимает мраморными пальцами мою челюсть. А от его взгляда мне хочется отстраниться, отвернуться. – Посмотри на меня. Я не хочу, чтобы ты притворялась. Хочу видеть тебя настоящую…

– Настоящая я тебе не понравлюсь, – оборвала я его, потупив взгляд.

– Ты в этом так уверена? – провокационный вопрос.

– Да.

Он покачал головой, будто почти с разочарованием:

– Ты мстишь за ту уязвимость, что позволила увидеть, – сказал он, а я замотала головой, прогоняя неудобную правду. – Ты не хотела отпускать меня. Удивительно, правда? – вздернул он свои шикарные брови. – Я опасен для тебя. Но, видимо, опасность – это именно то, чего тебе так не хватает, – он задумчиво рассматривал мое лицо, а затем объявил: – Ты хотела танцевать. Идем.

Но я не сдвинулась с места. Не слезла с него. Я одеревенела от отчаяния внутри.

Он нежно провел по моим рукам, а затем неожиданно подхватил под зад, заставляя вцепиться в его сильные плечи. Он поднял меня так легко и просто, что я даже не могла бы себе представить, чтобы какой-либо другой мужчина был таким же сильным и нежным со мной. Я даже позволила себе вольность – сжала в кулаках черные волосы на его затылке, от чего он хрипло что-то промурлыкал над моим ухом, а его пальцы жестче впились через тонкую ткань платья. Оно так сильно задралось, что угрожало разойтись по швам.

Я вдыхала его пряный запах и даже не сразу осознала, что мы уже стояли где-то в середине танцпола. Наверное, на нас все пялились. Но мне было абсолютно все равно. Я хотела раствориться в том, что сейчас происходит.

Адриан опустил меня на пол. И хотя это он нес меня на руках, я жутко запыхалась. Что-то теплое начинало разгораться внутри моей груди, напоминающее смех. Адриан смотрел на меня так пристально, а затем неожиданно щелкнул по носу. Где-то посередине между возмущением и весельем, я схватилась за нос.

– Эй! – только и успела воскликнуть я, как он уже снова прижал меня к себе и медленно повел бедрами. Откинул назад мои волосы, касаясь подбородка. Я вроде только совсем недавно отчего-то злилась на него, а сейчас уже и на могла вспомнить причину своей злости.

Он двигался так соблазнительно медленно!.. Вокруг нас был чистый хаос, яркие тени прыгали, взмахивали руками, отчаянно веселились, а мы, стоя в центре урагана, нарочито медленно раскачивались в своем личном ритме.

Адриан проводил пальцами от моего рта, подбородка к шее и ключице, рисуя волнистые линии по плечам, спустился к чувствительным местам в области ребер и талии. Он был нежен и обходителен, не позволяя себе лишнего, не позволяя себе касаться меня излишнее вольно. Но я видела в его глазах, что ему бы этого хотелось. И этого было достаточно, чтобы я стала смелее. Мне самой захотелось проводить руками по его груди, по его торсу, а затем снова поднимаясь к шее, касаясь жестковатых черных волос на задней стороне шеи ближе к затылку.

Он сжал меня крепче, прижал ближе, его дыхание смешалось с моим дыханием. Без поцелуя, без лишних движений…

В следующий мгновение, я заметила, как его глаза налились кровью, его хватка стала жестче, а зубы… Он приоткрыл рот, тени очертили его скулы. Жадность и желание резали его изнутри, я видела это по его глазам.

Наверное, мне должно было стать страшно. Но не было.

Светлая тень промелькнула рядом. Высокий блондин?.. Это Калеб метал глазами молнии, встряв между нами. Взял Адриана за плечо и сжал.

– Элиза ушла, – сказал он Адриану, специально так громко, чтобы и я его услышала. – Можешь идти, а я присмотрю за девочкой.

Взгляд Адриана потух также стремительно, как и разгорелся.

– Калеб не причинит тебе вреда. С ним ты в безопасности. Не снимай маску, – проговорил он мне на ухо, а затем отошел, оставив после себя лишь пустоту.

«Ту маску со страхами, что обтягивает до боли мою голову, или ту маску послушной куклы, что ты разрешил мне надеть?» – успела лишь подумать я.

– Ему нужно покормиться. Ты же не хочешь, чтобы он покормился тобой? – спокойно вопросил блондин.

Я умолкла, прикусив губу.

Очевидно, я не выразила достаточного протеста или хотя бы удивления. Калеб сухо рассмеялся:

– Ну значит ему повезло. Идем наверх. Я не в настроении танцевать, – бросил он и зашагал прочь с танцпола, очевидно, рассчитывая, что я последую за ним. Однако он не дошел до ниши, где я и Адриан прятались от посторонних глаз, а остановился у перил на втором этаже. Море рук и извивающихся тел плескалось, раскинувшись перед нами.

– Ты знаешь почему Адриан не хочет кормиться мною? – спросила я Калеба напрямик. – Казалось бы вампирские питомцы для того и нужны…

Сухой смех пророкотал, теряясь в вибрирующем душном воздухе.

– А ты не особо высокого о себе мнения, да? – светло-голубые глаза будто стали и вовсе льдисто-серыми. – Он еще не рассказал зачем ты ему на самом деле нужна?

Его вопрос застал меня врасплох.

– Нет, но… очевидно, ты хочешь мне об этом рассказать, – осторожно пыталась я его разговорить.

– А про Лукаса он тебе что-то рассказывал? – внимательно посмотрел он на меня холодными глазами.

Я тяжело вздохнула, надеясь, что это на какая-то проверка.

– Только в общих чертах.

– Тогда ты должна понимать, что у нас нет выбора. Я говорю это только по тому, что Адриан сам должен был рассказать тебе обо всем и как можно скорее. Ты сама слышала от Элизы: скоро состоится бал-маскарад, на котором Лукас… как это сейчас называют? …презентует свои достижения на общую публику. Времени почти не осталось. Нужно подготовить тебя как можно скорее.

– Говоришь очень туманно.

– Объясню проще: мы надеемся, что ты согласишься стать нашим Троянским конем в борьбе с Лукасом.

Я нахмурилась. Отодвигая прочь свои чувства, я воскликнула:

– Хотите свергнуть свое правительство?.. Почему ты говоришь мне об этом здесь? Здесь же полно людей. Кто-то может нас подслушать.

– Доверяй вампирам, милая, – растягивая слова с ленивым обаянием, проговорил блондин. – У нас острый слух и превосходное чутье. Если кто-то подойдет на достаточное расстояние, чтобы подслушать наш разговор сквозь этот шум и гам, я остановлюсь. Потому это место и подобные ему – идеальны, чтобы вести такие разговоры, – сухо улыбнулся он одним уголком губ. А через мгновение добавил: – Ты не выглядишь удивленной, – бросил он, возвращаясь к предыдущей мысли.

– Судя по тому, что я услышала: Лукас не очень хороший вампир.

Невольная шутка не смогла сгладить сдавившего грудь напряжения.

– Да… но мы ожидали от человека чуть больше сопротивления. На худой конец, хотя бы ради театрального эффекта, – проговорил он. Должно быть, то была его версия снимающей напряжение шутки.

– «Мы…?» – уточнила я. – Это ты и Адриан?

Но он проигнорировал мой вопрос, продолжив:

– Все мы знаем, чего ты от него хочешь, – сказал он. Я поняла: от Адриана он имеет в виду. Пока я смотрю на раскинувшееся внизу море тел. – Этого хотят все люди. Могут прикрываться любовью, – само это слово из его малоподвижного рта звучало оскорблением, – чувствами, но нужно им лишь одно – власть, которую дает только бессмертие. Он это тоже понимает. Может потому и тянет время…

– Думаешь, увидел меня пару раз и уже все про меня знаешь? – гнев поднялся к горлу легким чувством тошноты.

– Все очевидно. Твоя жизнь была так скучна… – протяжно вздохнул блондин. – И, вероятно, вообще ничего для тебя не стоит, раз ты готова так легко с ней расстаться. Но, вот, появляется вампир, прекрасный темный принц, что заберет тебя в свою сказку. И, вероятно, он для тебя сейчас подобие чудовища, что надо понять, принять и расколдовать. Но ты не красавица, – резко высказался он. – И ты не расколдуешь его своею добротой. Не изменишь… – некая задумчивость покрывала его глаза, как корка льда. – Он так и останется монстром. А ты… – снова обратил он на меня взгляд своих холодных глаз. – Хочешь стать таким же монстром?

Его слова дергали мои нервы как кукловод за ниточки. Я бы и не хотела поддаваться на эти очевидные провокации, но не могла сдержаться.

– Я хочу, чтобы ты не лез не в свое дело. То, что происходит между мной и Адрианом – это только между нами. А сейчас я хочу в туалет. Или ты и туда будешь меня сопровождать?

– Разумеется, – совершенно невозмутимо кивнул он.

Я тяжело вздохнула и направилась вниз по лестнице в уборную для девушек, постоянно ощущая на себе взгляд холодных светлых глаз.

Девушки толпились очередью в туалет, изредка закатывая глаза, болтая между собой и возмущаясь. Я стояла достаточно близко, чтобы видеть кто входит и выходит из кабинок. Потому так резко отшатнулась, когда из очередной кабинки выпала (иначе и не скажешь) симпатичная девушка в коротком платье из паеток. А в след за ней вышел Адриан, помогая той подняться с грязного пола.

Девушка была очень бледной, но ее лицо было затуманено блаженной полуулыбкой, что почти терялась за размазанным макияжем. Ее платье задралось больше, чем позволяли всякие приличия, а внутреннюю сторону бедра исчертила красная полоса. Кровь.

Не сонной артерией он решил воспользоваться.

Адриан может и не был удивлен тем, что я оказалась на его пути, но был явно этим недоволен. Он сжимал челюсти, кулаки, его движения были рваными, резкими. Подняв девушку с пола и поставив на ноги, будто она неживая, он что-то сказал ей, когда я спешно вошла в соседнюю кабинку. Мне хотелось спрятать свое лицо и прорывающиеся наружу чувства хотя бы за этой тонкой дверью.

Но, прежде чем скрыться с глаз долой, я успела заметить, как напряженный Адриан подошел к наблюдающему за нами Калебу. Тот стоял, скрестив руки, с интересом наблюдая за развернувшейся картиной.

Очевидно, мужчины в женском туалете ночного клуба – дело далеко не экстраординарное.

Я закрыла дверь и крепко зажмурилась. Я же прекрасно понимала, что Адриан будет кормиться… Чего же я ожидала? И почему я так реагирую?..

Сделав глубокий вдох, как перед прыжком, я пошла мыть руки. Калеб, очевидно, сдал свой пост, и Адриан стоял на том же месте, также скрестив руки на груди, ожидая меня.

Стараясь не обращать ни на что внимания, я включила воду. Повалил пар, но я упрямо ни на что не обращала внимания. Жидкое мыло нужно смыть водой… Секунда, две, три.

Адриан резко схватил меня за запястья, отодвигая от датчика движения на кране.

– Какого черта?! – взорвался он, всматриваясь в мои бесцветные глаза, крепко держа за запястья так, чтобы не побеспокоить красную чувствительную кожу.

Боль отвлекала от беззвучных криков внутри моей головы.

Глава 16

– С тобой явно что-то не так! – с гневом проговорил Адриан, помогая ополоснуть мои красные, обожженные пальцы под прохладной водой. – Больше никогда так не делай!..

Перед глазами все расплывается. Тут-то я и понимаю, что перешла какую-то невидимую, даже для меня самой, черту.

Адриан внимательно, с осторожностью осматривает мои пальцы. И эта забота кажется мне незаслуженной.

Его глаза такие максимально темные, почти черные, жгучие. Ресницы длинные и пушистые; мне никогда не достичь такого совершенства даже с самой дорогой тушью. Морщинка залегла между широких, густых бровей. Его кожа кажется золотистой, поцелованной солнцем. Выдает в нем представителя восточных кровей.

Захотелось снова прикоснуться к его черным жестковатым волосам. Мне нравится, как одна из прядей падает на его широкий, нахмуренный лоб. Она дрожит от частого дыхания. Его губы плотно сжаты, мягкие, удивительно очерченные. А на щеках заиграл румянец пятнами. Из-за кормления, очевидно.

Кажется, никогда до этого момента, я и не всматривалась в него так четко, так внимательно. А сейчас мне захотелось рассмотреть каждую деталь в его облике…

– Астра?.. Это ты? – Слышу я голос позади себя.

От неожиданности, резко сжимаю пальцы, причиняя себе боль. Встречаюсь взглядом с Адрианом, но он уже разворачивается к той девушке позади меня, что задала вопрос. Он делает шаг ей на встречу, а я боюсь пошевелиться.

– Вы обознались, – мягко произносит он. Холодно, спокойно.

И я понимаю, что это спокойствие граничит с бешенством. Но его голос завораживает, внушает. Он смотрит ей в глаза и лицо девушки расслабляется.

– Я обозналась… – отстраненно повторяет она с улыбкой на лице.

А я уже бегу, не помня саму себя, прочь.

«Что со мной происходит?..» – металось в моей голове.

Не знаю точно как, но я протиснулась сквозь толпу наружу, выбежала на контрастно пустое пространство. На улице сновали подвыпившие парочки. Но быстро огибая их, я спешила прочь. Слезы застилали глаза. И я даже не могла вспомнить, когда именно начала плакать.

Неожиданно я на кого-то налетела. Твердое тело возникло прямо передо мной, как скала мускулов. И я в панике начала отбиваться. Я приняла этого мужчины за обычного человека, а потому так сильно испугалась.

Но когда до моего мозга дошел запах какао и специй и что руки мужчины неестественно твердые и прохладные как мрамор, я успокоилась. Обмякла, ощутив такое облегчение, что наверняка даже для Адриана становилась очевидной вся неправильность происходящего.

– Расскажи мне, – шептал его бархатистый голос. – Расскажи. Ты можешь мне доверять…

Но сил говорить совсем не было. Теплый ночной воздух скользил между нами, обдувал мое лицо. Он обхватил мои щеки двумя крепкими ладонями, заставляя смотреть ему в глаза.

– Скажи мне… – шептал он, прижавшись лбом к моему.

Я попыталась помотать головой, отказываясь. А желчь внутри уже подступила к горлу, кровь давила на уши так, что я слышала рваный галоп собственного сердца.

– Скажи мне! – прокричал Адриан в мое лицо. И тише добавил, качая головой: – Насколько сильно нужно ненавидеть собственную жизнь, чтобы почувствовать себя в безопасности рядом с вампиром? Я снова и снова задаю себе этот вопрос. Пришло время сказать мне.

Я могла отказаться. Понимала, что он не принуждает меня своим вампирскими способностями, но его настойчивость могла бы с этим сравниться.

Я облизала пересохшие губы.

– Два года назад… – набралась я изрядной смелости, так как произносила это впервые. – Мой парень… я… – я закрыла глаза, чтобы не видеть проступающего сочувствия на ониксовых глазах, – он… он был груб со мной… – избежала я ненавистного мною слова, – и я не смогла его остановить. Не смогла защитить себя…

– Он избивал тебя. Насиловал?

Слова резали слух, хоть и были произнесены с ангельской осторожностью.

Я крайне горько усмехнулась, не открывая глаз:

– Не единожды. Постоянно. Но только… Разве секс в паре может быть насилием?.. Он же был моим парнем… Мы встречались… Мы были вместе. Разве можно назвать это?.. – начала я повторяться, как повторялась в своих мыслях тысячи и тысячи раз. И другой вопрос, который звучал в моей голове не меньшее количество раз: «Почему я это позволяла? Почему я позволяла ему делать это со мной снова и снова?»

– Хочешь, чтобы я убил его? – прозвучал тихий вопрос.

Я в шоке распахнула глаза, уставившись на мужчину, в чьих руках оказалась. Он все еще крепко и нежно держал меня, словно я сделана из хрусталя. Наверняка, в его каменных руках я именно так и ощущалась, как что-то невероятно хрупкое в сравнении с ним.

Слезы с горячих щек он смахнул большими пальцами.

– Нет!.. – выдохнула я.

«Я ведь того не стою!» – кричало внутри меня маленькое скрюченное, забитое существо. Эта часть меня давно уже превратилась из милой, доброй и открытой ко всему миру девушки в уродливую, избитую временем и сомнениями старуху. «Может то, что происходило, это нормально, между мужчиной и женщиной? Может я, просто, накрутила себе?.. Может я, просто, не любила Джейка достаточно?..»

Стоило его имени проскользнуть в моих мыслях, как меня пробрало отвращение и ненависть.

– Может, ты сама хочешь его убить?.. – проговорил Адриан в задумчивости. Я даже не была уверена, что вопрос адресовался мне, потому что в другое мгновение, он подхватил меня на руки, заставив резко охнуть от неожиданности и переключить внимание, и, как ни в чем не бывало, молча понес с к своей припаркованной машине.

А когда посадил на сидение и осторожно пристегнул ремнями безопасности, проговорил:

– У нас еще есть немного времени до рассвета. Назови мне адрес, и мы проведаем твою подругу-ведьму.

***

ДАРРЕН

Прежде чем даже помыслить об отдыхе, нужно позвонить своему начальству. А точнее, своему непосредственному куратору.

Генри Касл всегда страдал бессонницей, да меня и не особо сильно заботило потревожу ли я его сон.

– Блин, Рен, я только уснул… – проворчал знакомый голос.

Непроизвольная улыбка растеклась на моем лице, стоило услышать это дружеское обращение.

Когда-то мы оба служили в военно-морском флоте. И сокращенное имя словно отбросило меня воспоминаниями в прошлое. Соленый морской воздух, брызги, непрекращающаяся качка. В то время никто из нас не мог бы и помыслить о существовании сверхъестественного. Точнее, я подозревал, сомневался. А потому держал все при себе. Однако жизнь столкнула нас с неожиданностями, к которым нельзя подготовиться. Но это же и сплотило нас. Помимо само́й, порой чертовски трудной, службы.

– Извини, – усмехнулся я по-доброму. – Я думал, ты еще не спишь.

Он промямлил что нечленораздельное.

– У нас тут заварушка намечается…

– Вампир сорвался с поводка? – насторожился Генри.

Я нахмурился: хорошо, что Себастьяна в этот момент не было поблизости. А то он услышал бы это и через стены, сидя в другой комнате.

– Нет, – честно ответил я. – С ним-то как раз нет проблем. У нас тут группа вампиров, во главе с одним древним. Кормятся и убивают без разбора. Но хуже другое – отлавливают ведьм и обращают их в… да черт знает во что именно! Я видел одну такую тварь вблизи, и у меня пока нет им названия. Скажу только, они сильнее вампира. Себастьян с одной такой тварью схватился, сам не пострадал, но и убить ее не смог.