Наследие Лилит. Эксперимент тьмы

Ведьма поджала губы.

– Ладно… – выдохнула она. – Твоя правда. Господи Боже, не могу поверить, что приглашу в свой дом вампира!.. – причитала она себе под нос, но достаточно громко, чтобы ее услышали даже люди на соседней улице.

Мы аккуратно спустились по бетонной лестнице. Или, точнее, по тому, что от нее осталось.

Глава 8

Ведьма шла впереди, ловко перепрыгивая через разрушения, что создали Себастьян и то жуткое существо. Магазинчик, как и квартира наверху, превратился в море хаоса.

– Девочки этому не обрадуются, – со вздохом проговорила ведьма.

– Когда вернем их, я все компенсирую, – будто на автомате объявил вампир. На что я усмехнулся: это было в его духе.

– Как благородно! – театрально проворковала ведьма, кинув на него взгляд через плечо, откинув свои темные волосы с легкой сединой.

Серебристые нити на черном полотне стали заметнее, переливались в лучах желтого света, падающего с ближайшего уличного фонаря. Это никак не вязалось с ее манерой вести диалог, двигаться легкой походкой, изящно взмахивать руками при движении. Казалось в ней больше живости, чем должно было бы быть при ее возрасте. Однако и представить, что ей меньше сорока тоже никак было нельзя, – слишком умная и опытная женщина на вид.

– Где ваш дом? – решился спросить я.

– Боишься, что сама могу вас похитить? – лукаво стрельнув взглядом, обернулась она. – На другой стороне города. Стелла хотела независимости, и я ей ее дала. Поедем на моей машине, – объявила она. В ответ на что я с облегчением выдохнул, а заметив это, она добавила: – Знаю, как перемещаются вампиры. И я ни за что не оставлю здесь свою малышку!..

Я нахмурился, не понимая, о ком она. Пока мы не зашли за поворот, где был припаркован, стоящий в стороне от остальных машин на парковке, двухдверный черный кабриолет.

– Ну? Кто сядет сзади? – подняла она свои изящные темные брови, уперев руки в боки, с усмешкой поглядывая на нас.

Может я и был крупноват сам по себе, на недостаток мышц я никогда не жаловался, но в сравнении с вампиром уступал ему в росте и длине ног. Было очевидно, что сесть на заднее сидение было предназначено мне.

Да и, если появится необходимость срочно выйти из машины в случае опасности, вампиру, как существу со сверхскоростью, нужно будет выбраться из машины первым.

Со вздохом, я подошел к черному автомобилю. Когда наконец расселись по своим местам, ведьма начала разговор:

– Я Оливия, если что. А к вам мне как обращаться? Вампир и его подручный?

Пытаясь не реагировать на подколки, я ответил:

– Я Даррен, член команды Ликвидаторов со специализацией по вампирам. А это Себастьян, вампир и… мой напарник, – не навязчиво так постарался обозначить я территорию.

«Почему в последнее время меня так часто задевают за мою компетенцию? Выгляжу не так представительно, как нужно?»

– Что за «ликвидаторы»? – спросила Оливия, приподняв изящные брови.

Мотор автомобиля мягко мурчал под капотом, словно радуясь своей хозяйке.

Ее неосведомленность не удивила меня: не так много людей знает о нашем существовании. Если сам не привлекал к себе внимания «плохим поведением», то Ликвидаторы могли и не обратить на тебя внимания, будь у тебя любые мистические или сверхъестественные силы.

– Еще во времена средневековья, Церковь организовала первую группу Ликвидаторов. Специализировались они преимущественно…

– Дай угадаю! – перебила она меня. – Охота на ведьм?

– Да, – сконфуженно отозвался я, чуть откинувшись на заднем сидении. Колени неприятно упирались в сидения, и я пошире развел ноги, словно придавая себе больше значимости. – Но в дальнейшем эта организация сепарировалась от Церкви, разделилась по фракциям и направлениям. Сейчас мы к Церкви не имеем никакого отношения. А управляют нами разные государства.

– И на ведьм до сих пор охотитесь? – вопросила она настороженно.

– Только на тех, что причиняют вред обычным людям, – ответил я, наблюдая за ночным пейзажем за окном, пытаясь сосредоточиться. – Это основное и самое главное правило. Но лично я специализируюсь исключительно на вампирах.

Она хрипло рассмеялась и кинула быстрый взгляд на сидящего рядом:

– То есть этот вампир у тебя на побегушках?

Наверное, ей не стоило этого говорить, потому как Себастьян воспринял этот удар довольно болезненно. Он развернулся к ней, схватившись за приборную панель.

– Не смей говорить о том, чего не знаешь, – послышались стальные нотки в его голосе.

Отчасти она была права, это-то его и задело.

Интересно, будь я на его месте, возможно, мне все время хотелось бы почесать под металлическим браслетом на ноге. Когда я видел его в последний раз, он показался мне массивным и очень тяжелым.

Широкий серебряный браслет был создан в лабораториях по изучению сверхъестественных существ. Металлический сплав – специально для Иных, подавлял любые сверхъестественные способности. Однако эта конкретная модель была разработана исключительно для вампиров, отчасти подавляя их способности, жажду, но также и отслеживая постоянные перемещения, и был невероятно прочным. Настолько прочным, что даже самому сильному вампиру было бы не под силу его сломать или разрушить.

А потому, по сути, Себастьян был и остается заложником своего положения.

Я спас его из того жуткого железного ящика.

И хотя я помог ему, я был вынужден выдвинуть ему сделку: спасение из заточения в обмен на помощь и сотрудничество, а также безопасность себя и других смертных людей. И Себастьян, разумеется, согласился.

Железный ящик… заточение…

Надеюсь, эти вампиры поступят с Астрой не так жестоко.

Я до сих пор мог с абсолютной детальностью вспомнить, что тогда увидел, когда наконец-таки удалось открыть тот ящик. Изможденное, иссохшееся тело вампира. Кожа истончилась, покрывая кости черепа. Клыки торчат с жаждой на остриях. Но сделать движение, даже малейшее, он не мог. Глаза смотрят в пустоту. Трупное окоченение. Ничего удивительного, ведь он действительно мертв. Не жив, не мертв.

Но его психическое состояние после такого было еще хуже физического.

Уж не знаю, каким чудом, но его вернули к жизни. Так или иначе.

Потому, после реабилитации, самым разумным было приставить его ко мне в качестве напарника.

Я посмотрел на него, сидящего впереди, а он, почувствовав мой взгляд, ответил на него с искрой злости. Не такой злости, чтобы убить, но достаточной, чтобы больше не захотелось смотреть на него с жалостью.

Ведьма пожала плечами, продолжив смотреть на дорогу.

– Как скажешь, – бросила она и даже бровью не повела. – Мы почти приехали.

***

АСТРА

– Просыпайся! – резко разбудил меня Адриан, встряхнув за плечи. – Помни, что я тебе говорил: ты должна исполнять свою роль. Ты – моя, мой личный донор. А потому будь кроткой, будь на моей стороне. Сделай вид, будто… будто ты по своей собственной воле готова быть рядом с вампиром, – прошептал он в опасной близости, нависая над моим лицом, прожигая ониксовым взглядом. – Прошу тебя! Иначе – тебе не выжить.

Бросив на меня последний предостерегающий и, вместе с тем, оценивающий взгляд, он вышел прочь, судя по всему – встречать прибывших гостей.

Оставил меня совсем дезориентированной. Я попыталась пригладить волосы дрожащими руками, насколько это возможно. Мне бы не помешало почистить зубы и умыться, но, видимо, времени совсем не осталось.

Я нерешительно пошла на звук голосов и чьего-то мелодичного смеха.

«Вспомни…» – мысленно умоляла я себя. – «Маска уверенности. Вспомни ее, почувствуй на своем лице. Отринь страхи и беспокойства. Ты справишься. Ты выживешь»

Через коридор «четырех дверей» вошла в гостиную, чуть приподняв подбородок. – «Уверенность, но не высокомерие. Не делай ничего, что может их спровоцировать»

В гостиной, кроме Адриана, было еще четверо. Вампиры. Ничего другого я и ожидать не могла.

Стоило мне войти в помещение, как они тут же посмотрели на меня, прервав свой разговор. Будто почуяли меня. Казалось, они рассматривают каждую черточку на моем лице, видели каждое мое несовершенство. На их фоне я действительно выглядела чем-то несуразным: скомканным, серым бумажным листом.

А вот они были прекрасны, если можно так выразиться. Неживые, неправильные, но абсолютно идеальные. Мраморные лица, статные осанки, отточенные движения, полные грации и изящества.

Одна из них выделялась платиновыми волосами почти в пол; они густым водопадом струились по ее иллюзорно хрупким плечам и спине. Мы с ней были примерно одного роста, но она была стройнее, изящнее. На ее фоне я самой себе стала казаться более угловатой и неповоротливой.

Она улыбнулась мне, чуть прищурив синие глазки, прикрыв их длинными черными ресницами. Зачем ей макияж? Она сама по себе была чертовски привлекательна.

Она оглядела меня с ног до головы, а затем, нахмурив острые бровки, посмотрела на Адриана.

– Ты дал ей мою одежду? – воскликнула она с укором. Миловидность лица тут же превратилась в гримасу.

Интересно, такая эмоциональность в целом присуща вампирам? Или только некоторым их представителям?

– Да ладно! Ты сама оставила свои шмотки. Значит, они тебе не нужны, – объявил Адриан, скрестив руки на груди.

«Вот это да! Так вот откуда у него женская одежда. Это вещи его бывшей?!» – неожиданный гнев закипел во мне, мешая рассмотреть остальных прибывших.

– Если ты думаешь, что можешь!.. – начала блондинка, но ее перебил певучий мужской голос.

– Ой, как интересно! Эта девчонка обиделась и разозлилась!

Я даже не сразу осознала, что это говорят обо мне.

Мужчина был самым высоким в этой компании. Тощее телосложение, русо-рыжеватые волосы спускались до плеч, а зоркие голубые глаза ехидно сверкали, наблюдая за развернувшейся ситуацией. И за мной, разумеется.

Его голос я узнала. Он был одним из тех, что напал на пассажиров автобуса. Его голос и сейчас казался мне мягким, певучим, а лучше сказать, маслянистым. И не внушающим доверия. И весь его облик напоминал мне старого хитрого лиса. Видимо, из-за заостренного и слегка вздернутого носа, что приподнялся, когда он втянул в него воздух, обратившись в мою сторону.

– Мне такие по душе. – Одобрительно он поджал губы. – Не разделишь трапезу с гостями? – обратился он к Адриану.

Тот скривил губы.

– Я когда-нибудь делился своей едой? – вопросил Адриан, будто еще плотнее скрестив руки на груди. – Ты прав, она та еще злюка, – кивнул он на меня, подтвердив слова «старого лиса». – Мне нравится. А потому – ее не трогать.

– И какова она на вкус?.. – продолжал рыжий лис.

– Адриан ясно дал тебе понять, чтобы ты отстал от нее, – вторила блондинка стервозным голосом. – Адриан всегда был сам себе на уме. Тем более, если Адриан с кем-то и разделит трапезу, то только со мной. Верно? – проворковала она, подходя к нему ближе, касаясь тонкими пальчиками его груди.

Она нежно прижал их к себе. Но смотрел на нее предельно серьезно. Очевидно, разговор о нем в его непосредственном присутствии не поднял ему настроения.

– Элиза, чего ты хочешь? Ты не приходишь ко мне без причины. И если ты пришла не одна, – он окинул собравшихся взглядом, – то это не секс.

Послышались смешки остальных вампиров.

Девушка-вампир, на которую я не обратила внимания сразу, так, вообще, тихо рассмеялась в зажатый кулачок.

Выглядела она как подросток, чуть старше шестнадцати. Ярко-синие волосы, одета в черные брюки и жилетку с металлическими клепками. Странное сочетание: идеальная внешность, яркая, неформальная, но поведение, образ движений говорили о ее неуверенности или даже стеснении. Никогда бы не подумала, что вампиры могут быть застенчивыми.

Элиза отпрянула от Адриана, резко посмотрев на молодую вампиршу. Та оборвала смех. Не смела перечить старшей?

– А ты не рад меня видеть? – надула Элиза губки, покрутившись, виляя бедрами, вокруг Адриана. – Бог с тобой! – цокнула она. Странно было слышать, как вампир упоминает имя Господа Бога всуе. – Я пришла с благой вестью.

– Да?.. – настороженно спросил Адриан.

Этот разговор был будто не для моих ушей. Раз они перестали обращать на меня внимание, я уже подумывала не сбежать ли мне от них в спальню или пойти умыться. Но стоило мне сделать шаг назад, как я на кого-то наткнулась.

– Куда-то собралась? – прошелестел голос за моей спиной.

От внезапности задержав дыхание, я попыталась отпрянуть и развернуться, но вампир позади удержал меня за плечи.

– Не спеши уходить…

– Калеб! – зарычал Адриан, вдруг оказавшись прямо напротив меня. Мой бегающий из стороны в стороны взгляд уперся ему в грудь. – Руки прочь от моей собственности.

Я тяжело сглотнула, борясь с реакцией гнева в груди в ответ на слова похитившего меня вампира. «Моя собственность?!»

Хотя, чему удивляться? Вместе с гневом, мне почему-то стало почти нестерпимо смешно. Может из-за странной ситуации. Может из-за самой себя, застрявшей между двумя вампирами, в этой компании, в этой… странной квартире, которую будто для того и построили, чтобы удерживать донора крови.

– Что ты с ней делаешь? Маринуешь? – язвительно, но тихо, почти шипя, проговорил некто за моей спиной.

Я не могла его рассмотреть даже периферическим зрением. Только чувствовала большие каменные руки на своих плечах. Еще немного, и он сломает мне ключицы.

Скрипя зубами, пыталась выдержать его давление. Синяки точно останутся. В дополнение к уже приобретенному набору.

– Убери от нее руки! – рыком проговорил Адриан.

– А то что?.. – протянул незнакомец. Судя по легкому движению воздуха на моем затылке, он был выше меня на голову. – Ты даже сам ее не ешь. На ней нет отметин! В какую игру ты играешь?

Я наконец-то смогла поймать сосредоточенный и слегка надменный взгляд Адриана. Кривая улыбка прочертила линию на его лице.

– Кошки-мышки. Знаешь такую игру? – спросил он мужчину позади меня.

– Может хватит отвлекаться на человечинку?! – гневливо воскликнула блондинка. – Я говорю, что пришла с важными новостями. Лукас… – начала она, оглядывая всех собравшихся вампиров, но эмоции сдавливали ей горло. – Его эксперименты наконец-то дали плоды. Он смог создать новую расу. Идеальных солдат.

– Что?.. – удивленно произнес мужчина позади меня.

«Да убери же ты наконец руки!» – мысленно воскликнула я, и повела плечами, расплавляя их. На удивление, он отпустил меня. – «Новость так сильно повлияла на него?..»

– Его эксперименты с ведьмами удались! – воскликнула Элиза. – Лукас был прав, они ключ ко всему. Пока он создал только небольшой взвод, но это только начало. Дальше – больше.

Сердце бешено заколотилось. При чем здесь ведьмы и какое они имеют отношение к вампирским экспериментам?..

Вампиры вокруг меня замерли, казалось, даже не дышали, обдумывая полученную информацию.

– Как скоро? – спросил Адриан.

Он развернулся к Элизе лицом, но стоял буквально в шаге от меня. Возможно, я видела то, что испытывала сама. Но что-то в его профиле выдавало сдерживаемую тревогу или даже напряжение.

– Может, месяц, – отозвалась она с легкой, торжествующей улыбкой. Ее голос стал изящным, даже игривым. Она очаровывала им, вглядываясь в лица своих соратников. – Может, меньше… И Лукас, наконец-то, призовет ее. Радуйтесь! Скоро наш мир изменится!..

Глава 9

Внутри меня закопошились мысли-черви, тревога стучала в висках. Я еле сдерживала чувства. Еле сдерживала себя, чтобы не накинуться на вампиршу-блондинку, требуя ответов.

– По этому поводу Лукас и я организуем Вампирский бал. Все, как в старые добрые времена! Приглашения уже разосланы, – очаровательно улыбнулась блондинка, вильнув бедрами, наслаждаясь произведенным эффектом. – Приглашаются все! – воскликнула она, а затем остановилась с таким лицом, будто раскусила что-то кислое. – Можете взять с собой своих питомцев.

А прошагав к выходу, даже не обернулась.

Мужчина позади меня заговорил, резко меняя тему:

– Мы собирались в «Склеп». Ты с нами?

– Да, – в задумчивости отозвался Адриан. – Только приму меры безопасности. Присоединюсь к вам позже.

– Отлично. Вдвоем ловить интереснее, – прошептал незнакомый вампир мне на ухо. Будто это должно было что-то значить для меня.

Он вышел из-за моей спины, и я наконец-то смогла рассмотреть его внешность. Высокий, голубоглазый блондин, широкая челюсть. Его глаза казались странно матовыми, словно замерзшее голубое озеро. Странное ощущение пробежалось по моей коже от его взгляда. Я поежилась и сцепила зубы.

– Еще увидимся, – бросил он мне с толикой презрения.

Казалось, прошла одна секунда, и в гостиной никого не осталось, кроме меня и Адриана. Только, не успевшая захлопнуться входная дверь, мягко скользила в пространстве. И судя по тому, что удалось разглядеть за нею – там была плохо освещенная лестница, ведущая наверх. Это может означать, что мы под землей. Подвальное помещение.

В пространстве между нами повисла гнетущая тишина. Мне даже бежать к выходу расхотелось! Выждав пару секунд после щелчка, когда закрылась дверь, я спросила:

– Причем здесь ведьмы?

Мой голос был тих, но тревога в груди так и плескалась через край.

– А ты что-то о них знаешь?

Вопрос на вопрос: ничто человеческое ему не чуждо.

– Немного, – выдохнула я с огромным терпением, но свой вопрос повторила: – Причем ведьмы? Что за эксперименты?..

– Это ведь совершенно не твое дело, – сказал он, пытаясь увести меня в коридор «четырех дверей». Далее, предположительно в спальню. Но я воспротивилась.

– Ответь мне!

– Зачем? Тебя это не касается.

– А если касается?.. – настаивала я.

– Говори, – потребовал он, остановившись. Тусклый свет настенных бра рисовал тени на его лице.

Я растерялась под его взглядом.

– Моя подруга – ведьма. Она может быть в опасности?..

Он на секунду задумался, нахмурив брови.

– Даже если и так, ты не в том положении, чтобы что-то требовать, – отрезал он, взяв меня за локоть. – А сейчас не противься и молча иди в спальню.

– Тебе же нравится моя злость? – выпалила я ему в лицо, вырываясь. – Так вот сейчас я злюсь. И как видишь, даже не пытаюсь сбежать. Я играю по твоим правилам. Буду кем ты хочешь меня видеть. Но взамен прошу… ответь, – приблизилась я к нему. Его лицо исчертило негодование и легкое удивление моим поведением, судя по нахмуренным и слегка вздернутым бровям. Не ожидал, что я найду в себе смелости подойти к нему так близко? – Ведьмам что-то угрожает?.. Если так, я должна их предупредить.

– Думаешь, я поверю, что о безопасности ведьм ты печешься больше, чем о своей? – Скепсис в низком баритоне звучал отчетливо.

Я покачала головой, впервые говоря чистую правду:

– Ты меня не знаешь. Не берись утверждать что-либо о мотивах моих поступков.

Он на секунду всматривался в мои глаза, а мне под его ониксовым взглядом становилось с каждой секундой все больше не по себе.

– Я подумаю над твоими словами… – начал он говорить, но я прервала его.

– Меня это не устраивает. Что это за эксперименты, о которых говорила твоя бывшая?

– Тебя это задело? – Бросил он меня сумрачный взгляд. Пойди разбери, что он под этим взглядом прячет.

– Что?.. – не поняла я.

– То, что я дал тебе ее вещи, – уточнил он, вглядываясь в меня.

– Нет! Не знаю… это все неважно. Если ведьмы могут быть в опасности, я должна предупредить об этом свою подругу. – Давила я на согласные. А на выдохе, нарочито небрежно, продолжила: – Возможно, ты и не знаешь, что это такое, дорожить кем-то…

Он сжал мой локоть сильнее. Мой неуклюжий словесный выпад попал точно в цель.

– Иди в спальню! – прорычал он мне в лицо.

Глаза налились кровью.

Нет, не так. Белки глаз налились кровью, заставляя его черные радужки окрашиваться в алый. Будто на месте зрачков разлились кровавые озера.

Он приоткрыл рот, оголяя ряд безупречно белых острых зубов.

– Еще хотя бы слово…

Но не договорив, завел меня в спальню. С силой толкнул на постель.

***

ДАРРЕН

Странное зрелище представлял этот дом. На фоне остальных двухэтажных зданий, что стояли на этой улице, он казался самым… странным, нездешним. Других слов не подобрать.

Он был на небольшом возвышении от других домов, слегка в стороне. Сильно контрастировал с белыми, с налетом презентабельности, чопорных сарайчиков, жмущихся поближе к дороге-артерии.

Черное кованое ограждение представляло собой сплетения виноградных лоз, стеблей и цветений роз, завитков, паутин, созвездий и странных символов, которых мне было не разобрать. А за этим чудаковатым (если позволите так его окрестить) забором, шла подъездная дорожка, по бокам которой росли маленькие деревца вишни. Черные изогнутые стволы, которых так хорошо сочетались с общей мрачноватой атмосферой. И все это можно было рассмотреть только благодаря высоким черным фонарям, что изливали желтый свет в разные стороны по граням. Они стояли как на въезде, так и свисали со стен дома.

А прямо перед нами, стоило нам въехать за огражденную территорию, возвысилось это необычное здание. Само оно было облицовано темным деревом с редкими вставками кованого железа. Окна отливали разноцветами, будто полностью сделаны из витражей необычных рисунков и все с теми же странными символами. Темные башенки возвышались в небо острыми шпилями.

– Прямо-таки и не скажешь, что это дом ведьмы, – невольно съязвил я.

– Никогда не любила в чем-либо себе отказывать, – со всей серьезностью ответила Оливия, кивнув для внушительности. – Вообще-то, многие ведьмы стараются не выставлять свою суть напоказ. Но я не отношусь к их числу.

– Это заметно, – глухо отозвался я.

Бросил взгляд на Себастьяна, но тот будто специально отвернулся, не давая рассмотреть выражение своего лица.

Мы выбрались из машины, когда с неба хлынул обманчиво теплый дождь. Ведьма грациозной и быстрой походкой направилась к дубовой входной двери. Открыла ее ключом, стряхнув капли дождевой воды со лба, и официально произнесла:

– Вампир Себастьян, прошу вас пройти в мой дом. Чувствуйте себя в безопасности, – сказала она, а затем чуть наклонила голову, пристальнее всматриваясь в вампира перед собой: – Но, если Вы сами станете представлять опасность для любого живого существа в моем доме… в этот момент я отзываю свое приглашение. Да будет так! – сказала она и хлопнула в ладоши, будто поставила печать на документе. Вероятно, так оно и было.

Себастьян чопорно поклонился ей и таким же официальным тоном произнес:

– Я принимаю твои условия, Оливия, хозяйка этого дома.

– Тогда прошу за мной.

Стоило переступить порог, как ведьма везде включила свет. Желтоватое свечение подарило ощущение тепла плотно заставленному пространству. Вероятно, эта женщина любила обои в цветочек и статуэтки кошек, сов и прочей живности. Тут и там, в полный свой размер, стояли каменные скульптуры.

– Это украшения для сада? – спросил я с порога.

– Ну да. Хобби, – отозвалась та, куда-то уходя. – Иногда хочется чем-то руки занять.

Я и вампир замерли на пороге в нерешительности, осматривая необычное содержимое ведьмовского дома. Перед нами возвышалась лестница, с которой, наверняка, с особым драматизмом можно было бы спускаться к гостям в дождливую, испещренную грозовыми росчерками, ночь, точь-в-точь как сегодняшняя. Слева, внутри деревянной арки, что опоясывали вьюнки, сильно похожие на плющ, виднелось пространство гостиной с мягкими диванчиками и пуфиками, позади которых угрожающе поглядывал на нас темно-кирпичный камин. На полке сверху стояли свечи.

«Не удивительно» – подумал я про себя со вздохом, в котором мешались благоговение и усталость.

А с правой стороны, куда ушла хозяйка, доносились звуки бурной деятельности. И следом вышла сама ведьма, с раздражением на нас поглядывая.

– Ну? Чего встали на пороге? Помогать мне кто будет?.. – она неодобрительно покачала головой. – За мной!

От ее командного тона даже, казалось, вампир растерялся. Мы двинулись вслед за ведьмой. Здесь располагалась кухня.

Назвать ее обычной кухней, у меня язык не повернется. Оливия сама выращивала на подоконнике разные травы. Для блюд ли они или для чего ещё, оставалось только гадать. Под потолком громоздились медные кастрюли и сковородки. А на одной из стен, на деревянных полках, стояли котелки, старые потрепанные книжки, банки со специями. И действительно, присмотревшись, я прочитал на одной из книг название «О еде и кулинарии» Гарольда Макги.

Чуть напрягаясь под тяжестью, Оливия выложила на стол большое зеркало размером с два локтя в золотой оправе, похожей на лепнину под потолком. Судя по тому, как оно выцвело и по отслаивающейся серебряной пленке под стеклом, оно было очень старым.

Когда-то зеркала изготавливали из опасных веществ, например из оловянно-ртутной амальгамы. Я знал это по урокам химии. И одна моя бывшая, спец в криминалистике, рассказывала мне о таких зеркалах и о последствиях работы при изготовлении таких зеркал. Все эти научные штуки ее очень возбуждали.