Читать книгу Пока не растаял лёд (Элин Вейр) онлайн бесплатно на Bookz (5-ая страница книги)
Пока не растаял лёд
Пока не растаял лёд
Оценить:

5

Полная версия:

Пока не растаял лёд

— Да. Кажется, на твой десятый день рождения.

Я рассмеялась.

— Господи, она всегда рисовала одинаковых котов.

— Зато от души.

— Это точно.

Я достала телефон и сфотографировала открытку.

Соня, 17:18

"Олька, смотри, что нашли."

Она ответила через несколько минут.

Оля, 17:22

"О БОЖЕ."

Соня, 17:22

"Художник века."

Оля, 17:22

"Не смейся. Это редкая работа раннего периода."

Соня, 17:23

"Предлагаю выставить на аукцион."

Оля, 17:23

"Только за большие деньги."

Я показала переписку маме.

Она рассмеялась.

— Вы две совершенно одинаковые.

— Неправда.

— Правда. Обе любите подшучивать друг над другом.

Я посмотрела на экран.

Оля снова прислала сообщение.

Оля, 17:24

"Кстати, ты бабушке позвонила?"

Я остановилась.

— Ой.

Мама подняла брови.

— Что?

— Я опять забыла бабушке позвонить.

— Тогда самое время.

Бабушка ответила почти сразу.

— Сонечка!

— Бабуль, привет!

— Здравствуй, моя хорошая! Как ты?

— Нормально. Мы с мамой только из магазина вернулись.

— А я как раз чай пью. Думаю, позвонить тебе или нет, вдруг уроки делаешь.

Я улыбнулась.

— Нет, пока отдыхаю.

— Ну и правильно. Ты ведь вчера на тренировке была?

— Была.

— Устала?

— Немного. Но хорошо позанимались.

— Молодец. Только смотри, не переутомляйся.

Я закрыла глаза.

— Бабуль…

— Что?

— Вы все сегодня сговорились?

— Кто все?

— Мама, Оля, тётя Алёна. Все говорят одно и то же.

Бабушка засмеялась.

— Значит, все тебя любят.

Я не нашлась, что ответить.

И просто улыбнулась.

Она начала рассказывать о своих делах.

У них в Хакасии заметно похолодало, Андрей заходил утром, помог кое-что починить, а Маша собиралась привезти детей на выходных.

— Тёма опять в школу не хотел, — сообщила бабушка. — Говорит, лето слишком быстро прошло.

— Я его понимаю.

— А Алиса наоборот радуется. Уже всем показала новые тетради.

Я рассмеялась.

— Вот кто у нас ответственный человек.

— Да, она такая. А ты как, Сонечка, готовишься к экзаменам?

— Начинаю.

— Какие предметы сдаёшь?

— Русский, профильную математику и обществознание.

— Ох, непросто.

— Да нормально. Главное, заниматься.

— Правильно. А в декабре у тебя что-то ещё будет?

— Итоговое сочинение. Его надо написать на зачёт, чтобы допустили к экзаменам.

— Вот видишь, сколько всего. Ты главное не переживай.

Я улыбнулась.

— Постараюсь.

Мы разговаривали ещё минут двадцать.

Бабушка рассказывала о соседях, спрашивала про маму, интересовалась, как поживает Вольт, и несколько раз возвращалась к теме моего поступления.

Я отвечала, шутила и постепенно перестала замечать время.

В какой-то момент бабушка сказала:

— Сонечка, ты бы приезжала, когда возможность будет. Мы с Андреем вас давно ждём.

Я посмотрела в окно.

— Я бы с удовольствием, бабуль. Правда. Только сейчас пока не знаю, когда получится.

— Понимаю. У тебя учёба, спорт. Не переживай, главное, чтобы всё хорошо было.

— Хорошо.

— И маму береги.

Я кивнула, хотя бабушка меня не видела.

— Конечно.

Она помолчала, потом добавила:

— И себя тоже, моя хорошая.

— Обязательно.

Когда разговор закончился, я некоторое время сидела с телефоном в руках.

Мне вдруг захотелось оказаться у бабушки.

Посидеть на её кухне, выпить чай, послушать истории про родственников, которых я помнила ещё маленькой.

В детстве семейные встречи казались чем-то совершенно обычным.

Взрослые разговаривали, дети носились по комнатам, кто-нибудь обязательно спорил о том, где лучше поставить стол, а бабушка переживала, что все слишком мало едят.

Теперь мы жили в разных городах.

И каждая встреча требовала подготовки.

Нужно было выбрать даты, купить билеты, договориться с работой, учёбой, тренировками.

Иногда мне казалось, что взрослеть — это когда даже простые вещи становятся сложнее.

Вечером я сидела за письменным столом и пыталась разобраться с домашним заданием по математике.

Вольт лежал возле ног.

На столе стояла кружка чая, рядом лежали учебники, тетради и листок с расписанием на неделю.

Я посмотрела на задачу.

Потом на часы.

Потом снова на задачу.

— Вольт, — сказала я, — ты умеешь решать уравнения?

Пёс поднял голову.

— Очень жаль.

Я вздохнула и вернулась к тетради.

На самом деле задание было не таким сложным, как казалось сначала. Просто после насыщенного дня хотелось заниматься чем угодно, кроме математики.

Например, посмотреть сериал.

Или почитать.

Или поговорить с Олькой.

Или просто полежать.

Но Татьяна Николаевна сегодня совершенно ясно дала понять, что расслабляться не стоит.

Я решила ещё одну задачу, проверила ответ и довольно улыбнулась.

Получилось.

В этот момент телефон завибрировал.

Сообщение от Даши.

Даша, 20:41

"Сонь, ты третью задачу сделала?"

Соня, 20:41

"Да."

Даша, 20:42

"У тебя какой ответ?"

Я отправила фотографию решения.

Через минуту пришёл ответ.

Даша, 20:43

"У меня тоже. Спасибо."

Соня, 20:43

"Всегда пожалуйста."

Следом написала Вика.

Вика, 20:44

"ДЕВОЧКИ."

Соня, 20:44

"Что случилось?"

Вика, 20:44

"Я ТОЛЬКО СЕЙЧАС ВСПОМНИЛА ПРО МАТЕМАТИКУ."

Я рассмеялась так громко, что из кухни выглянула мама.

— Что там?

— Вика вспомнила про домашку.

Мама улыбнулась.

— Лучше поздно, чем никогда.

Я вернулась к переписке.

Соня, 20:45

"Вик, а ты чем весь вечер занималась?"

Вика, 20:45

"Жила."

Даша, 20:45

"Теперь придётся ещё и учиться."

Вика, 20:46

"Какая жестокая реальность."

Я закрыла чат и продолжила решать задания.

Через полчаса всё было готово.

Я отложила ручку, потянулась и почувствовала, как устали плечи.

Сидеть за столом после тренировки было значительно сложнее, чем казалось.

Я собрала тетради, сложила учебники в рюкзак и выключила настольную лампу.

Мама сидела в гостиной с книгой.

На журнальном столике стоял чай, а рядом лежал пульт от телевизора.

Я устроилась на диване возле неё.

— Всё? — спросила мама.

— Всё.

— Домашку сделала?

— Да.

— На завтра собралась?

— Да.

— Ничего не забыла?

Я посмотрела на неё.

— Мам, ты сейчас пытаешься проверить меня на честность?

Она улыбнулась.

— Просто интересуюсь.

Я взяла плед и укрыла ноги.

Вольт немедленно подошёл и положил голову на край дивана.

— Иди сюда, белый.

Он забрался рядом, устроился между нами и довольно вздохнул.

Некоторое время мы сидели молча.

Мама читала, я листала телефон, а Вольт постепенно засыпал.

Потом я отложила его в сторону.

— Мам.

— М?

— А ты скучаешь по тому времени, когда мы все жили вместе?

Она закрыла книгу.

Я не сразу поняла, почему вообще задала этот вопрос.

Наверное, после разговора с бабушкой.

Или из-за старых открыток.

А может, просто потому, что сегодня мы слишком много вспоминали прошлое.

Мама немного помолчала.

— По какому именно времени?

Я пожала плечами.

— Ну… когда Олька ещё жила дома. Когда всё было как раньше.

Она посмотрела на меня внимательно.

— По Оле я, конечно, скучаю.

— Я тоже.

— Но она ведь не исчезла. Просто теперь у неё своя жизнь.

Я кивнула.

— Знаю.

— И это хорошо, Сонь. Дети растут, становятся самостоятельными, уезжают. Родителям иногда бывает непросто к этому привыкнуть, но ведь мы именно этого и хотим — чтобы у вас всё получалось.

Я задумалась.

— А когда я уеду?

Мама улыбнулась.

— Тогда буду скучать по тебе.

— Сильно?

— Очень.

Я придвинулась ближе.

— А если я вообще никуда не уеду?

— Тогда будем дальше спорить, кто забыл выключить свет в ванной.

Я рассмеялась.

— Тоже неплохой вариант.

Мама погладила меня по волосам.

— Сонечка, ты не должна выбирать своё будущее только потому, что боишься оставить меня одну.

Я подняла глаза.

— Я не боюсь.

Она улыбнулась.

— Хорошо.

Но почему-то мне показалось, что она не совсем поверила.

Я посмотрела на Вольта.

Он спал, положив морду на лапы, и совершенно не интересовался нашими разговорами.

— Вообще-то ты одна не останешься, — сказала я. — У тебя Вольт есть.

Мама рассмеялась.

— Вот именно.

— Будет тебя воспитывать.

— Это ещё кто кого.

Я улыбнулась.

Потом спросила:

— Мам, а ты когда-нибудь думала переехать куда-нибудь?

Она задумалась.

— Иногда. Но пока у меня здесь работа, дом, привычная жизнь. Да и ты учишься.

— А потом?

— Потом посмотрим.

Я кивнула.

Этот ответ почему-то понравился мне больше, чем любые обещания.

Потом посмотрим.

Не обязательно решать всё заранее.

Иногда достаточно знать, что рядом есть люди, с которыми можно об этом поговорить.

Перед сном я ещё раз проверила телефон.

В семейном чате появилось новое сообщение от тёти Алёны.

Алёна, 22:06

"Всем спокойной ночи! Пусть завтра будет хороший день."

Следом бабушка отправила открытку с изображением луны и звёзд.

Оля поставила сердечко.

Мама написала:

"Спокойной ночи всем."

Я улыбнулась и тоже ответила.

Соня, 22:09

"Спокойной ночи ️"

Потом открыла переписку с сестрой.

Соня, 22:10

"Оль, ты не спишь?"

Ответ пришёл почти сразу.

Оля, 22:10

"Нет. Что случилось?"

Соня, 22:11

"Ничего. Просто хотела написать."

Оля, 22:11

"Ну пиши."

Я задумалась.

Иногда было удивительно сложно придумать, что сказать человеку, с которым ты можешь разговаривать буквально обо всём.

Соня, 22:12

"Мы сегодня с мамой старые открытки нашли."

Оля, 22:12

"Я помню. Ты мне кота присылала."

Соня, 22:12

"Там ещё куча всего."

Оля, 22:13

"Потом покажешь."

Соня, 22:13

"Оль."

Оля, 22:13

"Что?"

Я несколько секунд смотрела на экран.

Потом написала:

Соня, 22:14

"Я скучаю."

Ответ пришёл не сразу.

Оля, 22:15

"Я тоже, Сонька."

Я улыбнулась.

Оля, 22:15

"Но мы же созваниваемся. И увидимся обязательно."

Соня, 22:16

"Знаю."

Оля, 22:16

"Ты только не грусти. У тебя завтра школа."

Соня, 22:16

"Вот теперь точно грустно."

Оля отправила смеющийся смайлик.

Оля, 22:17

"Иди спать, мелкая."

Соня, 22:17

"Спокойной ночи, Олька."

Оля, 22:17

"Спокойной ночи ️"

Я положила телефон на тумбочку.

Вольт лежал возле кровати, привычно устроившись так, чтобы видеть дверь.

Я выключила свет и укрылась одеялом.

В квартире было тихо.

Из кухни едва слышно доносились шаги мамы.

За окном шумел ветер.

Я подумала о бабушке, которая сейчас, наверное, тоже готовилась ко сну в своём доме в Хакасии.

О тёте Алёне в Москве.

Об Андрее, Маше, Тёме и Алисе.

Об Ольке в Красноярске.

Все они находились в разных местах, занимались своими делами, жили собственной жизнью.

Но стоило кому-нибудь написать сообщение или позвонить, и расстояние на какое-то время переставало казаться таким большим.

Наверное, именно это мне больше всего нравилось в нашей семье.

Мы не всегда могли собраться за одним столом.

Не всегда успевали поздравить друг друга лично.

Иногда неделями не виделись, а иногда месяцами.

Но всё равно оставались частью жизни друг друга.

Я повернулась на бок и посмотрела на Вольта.

— Спокойной ночи, белый.

Он тихо вздохнул.

Я улыбнулась и закрыла глаза.

Завтра снова будут уроки, домашние задания и тренировка.

И, скорее всего, Вика опять что-нибудь забудет, Даша будет пытаться привести нас в чувство, а Матвей найдёт очередной повод пошутить.

Но сейчас я была дома.

И этого было вполне достаточно.

Глава 4

Двадцать пять часов в сутках

В пятницу утром я проснулась за две минуты до будильника.

Это было настолько подозрительно, что я даже не сразу открыла глаза. Несколько секунд лежала неподвижно, прислушиваясь к тишине, а потом осторожно потянулась к телефону, словно боялась спугнуть неожиданную удачу.

6:58.

Я посмотрела на экран ещё раз.

Нет, всё правильно.

До будильника оставалось целых две минуты, и впервые за эту неделю я проснулась самостоятельно.

Можно было бы считать это маленькой победой, если бы не одно обстоятельство: я совершенно не чувствовала себя выспавшейся.

Накануне я легла почти в полночь. После тренировки пришлось доделывать математику, читать параграф по обществознанию и разбираться с заданием по английскому. Последнее оказалось особенно неприятным, потому что я была абсолютно уверена, что сделала его ещё в среду.

Как выяснилось, уверенность и реальность не всегда совпадали.

Я перевернулась на спину и прикрыла глаза.

Может, если лежать очень тихо, время остановится?

Телефон завибрировал.

Будильник.

Я вздохнула, выключила его и села.

— Доброе утро, жестокий мир.

Вольт, спавший возле кровати, приподнял голову и посмотрел на меня с выражением полного непонимания.

— Не смотри так. Ты вообще счастливчик. Тебе не нужно решать логарифмы.

Пёс зевнул.

— Вот именно. Тебе даже спорить нечего.

Я свесила ноги с кровати, нашарила тапочки и потянулась. Плечи немного ныли после вчерашней тренировки, а икры неприятно напоминали о серии ускорений, которые Александр Викторович заставил нас повторить трижды.

На последнем подходе Вика заявила, что если выживет, то обязательно напишет завещание, в котором оставит мне все свои учебники.

Я ответила, что предпочла бы деньги.

Даша сказала, что мы обе идиотки.

В общем, обычный четверг.

За окном начинало светать. Небо над Иркутском было серым, но дождя не было, и я решила считать это хорошим знаком.

Из кухни донёсся голос мамы:

— Сонь, ты проснулась?

— Да!

— Тогда иди завтракать!

— Сейчас!

Я поднялась, но почти сразу снова села на кровать.

Хотелось спать.

Очень.

Вольт подошёл ближе и положил морду мне на колени.

— Знаешь, — сказала я ему, — у меня появилась гениальная идея.

Пёс внимательно посмотрел на меня.

— Надо, чтобы в сутках было двадцать пять часов. Один дополнительный час исключительно для сна.

Вольт вильнул хвостом.

— Вот видишь, ты согласен. А некоторые почему-то считают, что мои идеи несерьёзные.

Кухня встретила меня запахом кофе и тёплых тостов.

Мама сидела за столом с ноутбуком, рядом лежала папка с документами. Она внимательно читала что-то на экране и время от времени делала пометки в блокноте.

— Доброе утро, — сказала я, усаживаясь напротив.

— Доброе, Сонечка. Как спалось?

— Не знаю. Мне кажется, я только моргнула, а уже утро.

Мама подняла глаза.

— Во сколько ты вчера легла?

Я потянулась к чашке.

— Не очень поздно.

— Это во сколько?

— Ну…

— Соня.

— В двенадцать почти.

Мама отложила ручку.

— Ты же говорила, что закончила уроки ещё в десять.

— Я так думала.

— Что значит «думала»?

— Значит, потом обнаружился английский.

Мама вздохнула.

— Сонечка, ты только четвёртый день учишься. Если уже сейчас будешь ложиться в полночь, что дальше?

— Дальше я научусь управлять временем.

— У тебя есть более реалистичный план?

Я задумалась.

— Можно отменить часть предметов.

— Какие именно?

— Все, кроме физкультуры.

Мама рассмеялась, хотя по её лицу было видно, что тема ей не особенно нравится.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

— Соня.

Я подняла глаза.

Мама смотрела на меня спокойно, без раздражения. Именно это обычно означало, что разговор не получится просто перевести в шутку.

— Ты знаешь, что я не против тренировок, — сказала она. — И никогда не была против. Но в этом году тебе действительно придётся научиться распределять время. Если будешь всё откладывать до вечера, никакие дополнительные часы не помогут.

Я вздохнула.

— Знаю.

— Тогда почему вчера так получилось?

Пришлось признаться.

— Я после школы немного полежала.

— Сколько?

— Час.

— Соня.

— Ладно, полтора.

Мама прикрыла глаза.

— А потом?

— Потом переписывалась с девочками. Потом собиралась на тренировку.

— А уроки?

— После тренировки.

— Вот именно.

Я молча взяла тост.

Спорить было трудно, потому что мама совершенно справедливо описывала мой вчерашний день.

Но от этого почему-то становилось ещё обиднее.

— Мам, я же не специально, — сказала я наконец. — Просто иногда хочется хотя бы немного отдохнуть после школы.

— Конечно, хочется. И отдыхать нужно. Я ведь не говорю, что ты должна всё время заниматься. Просто попробуй заранее решить, когда у тебя учёба, когда тренировка, а когда свободное время.

Я покрутила ложку в чашке.

— Получается, свободное время тоже нужно планировать?

— Иногда да.

— Какая ужасная взрослая жизнь.

Мама улыбнулась.

— Добро пожаловать.

Я посмотрела на Вольта, который лежал возле холодильника.

— Слышал? Мы с тобой неправильно живём.

Пёс поднял голову.

— Особенно ты, — добавила я. — У тебя весь день свободный.

Первый урок начался с обществознания.

Наша учительница, Наталья Игоревна, вошла в кабинет с большой стопкой распечаток и сразу предупредила, что сегодня мы будем повторять материал прошлого года.

— Поскольку многие из вас выбрали обществознание для ЕГЭ, — сказала она, раскладывая листы, — я хочу понять, что вы помните после каникул.

Вика посмотрела на меня.

— Всё. Конец.

— Вик, — прошептала я, — ты даже задания ещё не видела.

— Мне не нужно. Я чувствую опасность.

Даша, сидевшая впереди, обернулась.

— Вы вчера повторяли темы?

Я и Вика переглянулись.

— Конечно, — ответила я.

— Правда?

— Мы обсуждали общество.

Даша прищурилась.

— Какое?

— Наше. Очень сложное общество.

Вика едва не рассмеялась вслух.

— Хромова!

Мы моментально замолчали.

Наталья Игоревна стояла возле доски и смотрела прямо на нас.

— Раз вы так оживлённо обсуждаете материал, Софья, начнём с вас. Назовите основные признаки государства.

Я выпрямилась.

Вопрос был знакомым.

К счастью.

— Территория, публичная власть, суверенитет, система законодательства, право устанавливать и взимать налоги…

Я перечислила признаки, стараясь ничего не пропустить.

Наталья Игоревна кивнула.

— Хорошо. А теперь попробуйте объяснить, почему наличие государственной территории является обязательным признаком.

Я немного задумалась, затем ответила.

Учительница задала ещё пару уточняющих вопросов, после чего разрешила сесть.

— Видите, ребята, — сказала она, обращаясь к классу, — когда материал действительно понимаешь, вспомнить его гораздо проще. Но это не значит, что можно рассчитывать только на память. На экзамене важно не просто знать определения, а уметь применять знания к конкретным заданиям.

Я кивнула, записывая тему.

Вика наклонилась ко мне.

— Ты меня спасла.

— Каким образом?

— Она меня не спросила.

— Пока.

Вика посмотрела на меня с ужасом.

— Не говори так.

Я улыбнулась.

Однако через несколько минут улыбаться перестала.

Наталья Игоревна раздала проверочные задания, и я обнаружила, что несколько тем действительно помню хуже, чем ожидала.

Особенно неприятным оказался вопрос, в котором нужно было проанализировать ситуацию и выбрать верные суждения.

Я прочитала условие один раз.

Потом второй.

Потом третий.

Два ответа казались правильными.

Но в одном я сомневалась.

Посмотрела на часы.

Времени оставалось немного.

В итоге выбрала вариант, который показался более логичным, и перешла к следующему заданию.

Когда работа закончилась, Наталья Игоревна собрала листы и сообщила, что результаты мы узнаем на следующей неделе.

— И не переживайте, — добавила она. — Это диагностическая работа, а не экзамен. Мне важно понять, какие темы нужно повторить подробнее.

Я посмотрела на Вику.

Она сидела с таким видом, будто только что пережила серьёзное жизненное испытание.

— Ну как? — спросила я.

— Я ответила на все вопросы.

— Это хорошо.

— Но не уверена, что правильно.

— Это уже хуже.

— Спасибо за поддержку.

Я рассмеялась.

На большой перемене мы устроились возле окна в коридоре.

Даша держала в руках тетрадь и просматривала записи по математике. Вика ела булочку, а я пыталась разобраться с расписанием дополнительных занятий.

— Девочки, — сказала я, — у нас во вторник консультация по обществознанию.

— Знаем, — ответила Даша.

— А во вторник у нас тренировка.

Вика перестала жевать.

— В смысле?

— В прямом. Консультация заканчивается в половине пятого, тренировка начинается в пять.

Даша посмотрела на расписание.

— Ты уверена?

Я показала ей экран.

— Вот.

Вика нахмурилась.

— Подожди. А как мы должны успеть?

— Вот именно.

Мы некоторое время молчали.

— Может, консультация необязательная? — осторожно предположила Вика.

— Наталья Игоревна сказала, что желательно посещать, особенно тем, кто сдаёт предмет.

— А мы сдаём.

— Именно.

Даша задумчиво постучала ручкой по тетради.

— Можно попробовать поговорить с ней. Объяснить, что у нас тренировка, и попросить материалы.

— Или чтобы консультацию перенесли, — добавила я.

Вика посмотрела на нас.

— Девочки, а может, просто клонируемся?

— Отличная идея, — сказала я. — Один экземпляр в школу, второй на тренировку, третий спит.

— Я хочу быть третьим.

— Нет, третий мой.

— Почему?!

— Потому что я придумала.

Даша вздохнула.

— Вы можете хотя бы пять минут подумать серьёзно?

Я посмотрела на неё.

— Можем.

Мы замолчали.

Прошло примерно три секунды.

— Даш, — сказала Вика, — а если клонам тоже нужно будет сдавать ЕГЭ?

Я не выдержала и рассмеялась.

Даша закрыла тетрадь.

— Всё. Я сдаюсь.

К концу учебного дня я чувствовала себя так, будто провела на уроках не шесть часов, а все двенадцать.

Последней была литература.

Елена Сергеевна рассказывала о произведениях, которые могут пригодиться при подготовке к итоговому сочинению. Она не просто перечисляла книги, а объясняла, как одни и те же литературные ситуации можно рассматривать с разных сторон.

Я слушала с интересом, хотя к концу урока внимание всё чаще переключалось на телефон, лежавший в рюкзаке.

Нужно было написать маме.

Уточнить расписание тренировки.

И, самое главное, понять, когда я собираюсь делать домашнее задание.

После звонка мы с девочками вышли в коридор.

— Я домой, — объявила Вика. — И если кто-нибудь сегодня произнесёт при мне слово «ЕГЭ», я перестану с ним разговаривать.

— ЕГЭ, — сказала я.

Вика остановилась.

Медленно повернулась.

— Хромова.

— Что?

— Ты ужасный человек.

— Мне уже говорили.

Даша рассмеялась.

— До вечера, девочки.

— Пока!

Я направилась к выходу, но возле лестницы меня окликнули.

— Соня!

Я обернулась.

Даня Волков стоял у окна, держа в руках телефон.

— Ты домой?

— Ага.

— Можешь на секунду?

Я подошла.

— Что случилось?

1...34567...23
bannerbanner