По ту сторону двери

— Да.

Я посмотрела на карту.

— Если продолжить дугу...

Каэль положил линейку.

Мы оба увидели.

Линия проходила через западную часть Лиорена.

Не дворец.

Но город.

— Когда следующая? — спросила я.

— Не знаем.

— Если интервалы сокращаются примерно в той же пропорции...

Я начала считать.

Каэль наблюдал.

— Это грубо, — сказала я. — Очень грубо. У нас почти нет данных.

— Элина.

— Между двумя с половиной и тремя часами от последней.

— Она была два часа назад.

Мы посмотрели друг на друга.

Тень у двери резко поднялась.

Вторая выскользнула из-под стола.

Каэль мгновенно изменился.

Не выражение лица.

Все.

Тело.

Внимание.

Присутствие.

— Что? — спросила я.

Он уже смотрел не на меня.

Тени двигались вокруг него быстрыми темными полосами.

— Каэль.

— Тихо.

Я замолчала.

Одна тень вытянулась к западной стене.

Другая исчезла.

Вернулась через секунду.

Холод.

Я почувствовала его сама.

По комнате прошла дрожь.

Стекло в окне тихо зазвенело.

Каэль схватил меня за руку.

— Назад.

— Что происходит?

— Шов.

Где-то далеко раздался звук.

Не колокол.

Не дождь.

Гул.

Низкий, вибрирующий.

Я почувствовала его зубами.

За окном вспыхнул белый свет.

Лиорен исчез.

На одну секунду за стеклом было небо.

Другое.

Серое.

И что-то огромное, прямоугольное, покрытое стеклом.

Здание.

Современное здание.

Мое сердце остановилось.

— Каэль.

Я рванулась к окну.

Он удержал.

— Нет.

— Это Земля.

— Ты не знаешь.

— Я знаю здания своего мира!

Свет стал ярче.

В воздухе прямо посреди кабинета появилась тонкая белая линия.

Вертикальная.

Как щель между дверью и косяком.

Тени отпрянули.

Все сразу.

Я никогда не видела, чтобы они чего-то боялись.

Теперь увидела.

— Элина, назад.

— Если это дверь...

— Назад.

Линия раскрылась на ширину ладони.

Оттуда пахнуло дождем.

Настоящим.

Мокрым асфальтом.

Бензином.

Городом.

Домом.

Я перестала слышать Каэля.

Где-то по ту сторону проехала машина.

Я услышала шины по мокрой дороге.

И гудок.

Обычный автомобильный гудок.

Слезы мгновенно выступили на глазах.

— Москва.

Я сделала шаг.

Каэль встал передо мной.

— Нет.

— Уйди.

— Мы не знаем, куда ведет Шов.

— Я слышу машины.

— Это не значит, что ты выйдешь там, где слышишь.

— А если значит?

— А если нет?

Белая щель дрогнула.

Начала сужаться.

Паника ударила сильнее логики.

— Она закрывается.

— Я вижу.

— Каэль, уйди.

— Нет.

Я толкнула его.

Бесполезно.

Он даже не сдвинулся.

— Там мой дом!

— Возможно.

— Там моя семья!

— Я знаю.

— Тогда отпусти меня!

На его лице что-то изменилось.

Боль.

На долю секунды.

Потом исчезла.

— Нет.

Я ударила его в грудь.

— Ненавижу тебя.

— Хорошо.

Щель стала тоньше.

Запах дождя исчезал.

— Пожалуйста.

Это слово вышло тихо.

Хуже крика.

Каэль не двинулся.

— Не так, — сказал он.

— Что?

— Ты вернешься. Но не так.

Белая линия вспыхнула.

И исчезла.

В комнате стало темно.

Обычный свет за окном.

Обычный Лиорен.

Никакого дождя.

Никаких машин.

Я стояла перед Каэлем.

Его руки были на моих плечах.

Я смотрела туда, где секунду назад существовал мой мир.

Потом отступила.

Он сразу отпустил.

— Не трогай меня.

— Хорошо.

Я подошла к окну.

Руки дрожали.

Злость тоже.

— Это была Земля.

— Возможно.

— Перестань говорить «возможно».

Он молчал.

— Я видела здание. Слышала машину. Чувствовала запах дождя.

— Я тоже слышал.

Я резко повернулась.

— Машину?

— Не знаю, что это было. Но звук был.

— Значит, я не придумала.

— Нет.

Это почему-то сломало последнюю защиту.

Я закрыла лицо руками.

Не плакала.

Почти.

Каэль стоял в нескольких шагах.

Не подходил.

Я сама попросила.

Через минуту я опустила руки.

— Сколько он был открыт?

Каэль понял сразу.

— Двадцать две секунды.

— Ширина максимум сантиметров пятнадцать.

— Что такое сантиметр?

Я нервно рассмеялась.

— Потом.

Я взяла ручку.

Руки все еще дрожали.

— Начало в...

Он назвал время.

Я записала.

— Свет белый. Температура упала. Звук города. Запах дождя и топлива. Визуальный контакт с объектом, похожим на современное здание.

Каэль смотрел на меня.

— Что?

— Ты снова работаешь.

— Да.

— Почему?

Я сглотнула.

— Потому что если перестану, я опять попытаюсь пройти через стену.

Он ничего не сказал.

Я посмотрела на место Шва.

— Ты был прав.

— В чем?

— Я не знала, куда он ведет.

Слова давались тяжело.

— Но если в следующий раз проход будет достаточно большим...

— Мы проверим сначала.

Я подняла глаза.

— Мы?

— Да.

— И ты не будешь скрывать от меня вспышки.

Он выдержал паузу.

— Не буду.

— Даже если Адриан запретит?

— Тогда у нас с Адрианом будет разговор.

Я изучала его лицо.

— Это очень дипломатичная формулировка для государственной измены.

— Не преувеличивай.

— Я стараюсь вернуть чувство юмора.

— Плохо получается.

— Спасибо.

— Это наблюдение.

Я выдохнула.

Тени медленно возвращались.

Одна приблизилась к месту, где был Шов.

Осторожно коснулась пола.

Отдернулась.

Каэль нахмурился.

— Что?

Он присел.

Провел пальцами над камнем, не касаясь.

— След сильнее.

— Потому что Шов открылся внутри города?

— Не знаю.

Я уже собиралась возмутиться.

Он посмотрел на меня.

— Но выясню.

Это было лучше.

Немного.

Я села за стол.

Посмотрела на карту.

На четыре точки.

Потом добавила пятую.

Прямо в Лиорене.

— Каэль.

— Да?

— Если следующая вспышка будет еще ближе...

— Она может открыться во дворце.

Я посмотрела на белую отметку.

— Уже открылась.

Он замер.

Я указала на место в комнате.

— Не где-то в городе. Здесь. В твоем кабинете.

Тишина.

Каэль медленно поднялся.

И впервые с момента нашего знакомства я увидела на его лице не осторожность.

Не подозрение.

Не раздражение.

Страх.

Не за себя.

Он посмотрел на дверь.

За ней был дворец.

Люди.

Адриан.

Мира.

Рейнар.

Слуги.

Стража.

Я поняла одновременно с ним.

Швы не просто двигались к Лиорену.

Они искали что-то.

И, возможно, уже нашли.

Глава 7. Вещи, которые не должны работать

Когда в кабинете главы разведки открывается дыра между мирами, нормальный человек, вероятно, кричит.

Я достала блокнот.

— Время?

Каэль все еще смотрел на место, где исчез Шов.

— Что?

— Сколько он был открыт?

— Девять секунд.

Я записала.

— Точно?

— Да.

— Откуда ты знаешь?

— Считал.

Конечно.

Я поставила рядом с пятой точкой на карте цифру девять.

— Предыдущий — семнадцать секунд. Первый след мы вообще не видели в момент открытия. Значит, пока нельзя сказать, что они становятся длиннее.

— Элина.

— Что?

— Отойди от места разрыва.

Я посмотрела вниз.

Оказывается, пока записывала, успела подойти почти вплотную к темному следу на каменном полу.

— Я не касаюсь.

— Отойди.

Тон не оставлял пространства для дискуссии.

Я отступила на два шага.

— Так достаточно?

— Еще.

— Каэль.

Он посмотрел на меня.

Я отступила еще.

— Диктатор.

— Живая.

— Пока.

— Именно это я и пытаюсь сохранить.

Ответ прозвучал слишком быстро.

Мы оба замолчали.

Тени вокруг его ног беспокойно двигались. Одна вытянулась к черному следу, но не приблизилась.

Через минуту в кабинет вошли Адриан, Сайра и Рейнар.

Рейнар увидел оплавленный край стола.

— Я пропустил что-то интересное.

— Шов, — сказал Каэль.

Улыбка исчезла.

Сайра уже шла к следу.

— Не касайся, — одновременно сказали мы с Каэлем.

Она остановилась и посмотрела сначала на него, потом на меня.

— Как трогательно.

— Я серьезно, — сказал Каэль.

— Я тоже.

Сайра опустилась на колени в полушаге от следа. Достала из кармана тонкий кристалл, поднесла к камню.

Кристалл погас.

— Такой же эффект, как рядом с Элиной, — сказала она.

Адриан посмотрел на меня.

— Ты что-нибудь почувствовала до открытия?

— Нет. Но телефон отреагировал.

Все посмотрели на телефон в моей руке.

Экран был черным.

Я нажала кнопку.

Пятьдесят процентов.

— Что именно произошло? — спросила Сайра.

— На секунду появилась сеть.

— Та самая, которой здесь нет?

— Да.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

Я открыла журнал уведомлений.

Одно сообщение.

Андрэ.

Где ты?

Время получения: 22:14.

Я смотрела на эти два слова, и комната исчезла.

Он был там.

Он писал.

Он искал меня.

А я получила сообщение здесь.

В другом мире.

— Элина, — тихо сказал Адриан.

Я подняла голову.

— Это доказательство.

— Чего?

— Что Шов связан с Землей. Не теория. Не похожий звук. Сообщение прошло через него.

Сайра протянула руку.

— Можно?

Я сжала телефон.

Слишком сильно.

— Не уроню, — сказала она.

— Дело не в этом.

Это был последний предмет, который все еще соединял меня с домом.

Глупо. Телефон был просто стеклом, металлом, пластиком и батареей, которая медленно умирала.

Но в нем были фотографии родителей. Переписка с Андрэ. Контакты. Календарь. Заметки. Голосовые сообщения.

Моя жизнь до двери.

— Я не заберу его, — сказала Сайра.

Я отдала.

Она держала устройство осторожнее, чем некоторые люди держат новорожденных.

— Покажи сообщение.

Я открыла.

Сайра не могла прочитать русский.

Но цифры времени поняла.

— Оно пришло в момент открытия?

— Да.

— А отправить что-то ты успела?

Я замерла.

Потом открыла исходящие.

«Я жива».

Рядом больше не было красного значка ошибки.

У меня перестало хватать воздуха.

— Оно ушло.

— Что? — спросил Каэль.

— Сообщение. Оно ушло.

— Ты уверена?

— Да.

Я обновила статус.

Доставлено.

Колени стали мягкими.

Рейнар первым пододвинул кресло.

Я села.

— Он знает, — сказала я.

Никто не спросил кто.

— Андрэ знает, что я жива.

Это было почти ничто.

Он не знал где я.

Не знал, что произошло.

Не знал, вернусь ли.

Но он знал главное.

Я жива.

Я закрыла глаза.

На несколько секунд этого оказалось достаточно.

* * *

Через час мой телефон официально стал самым охраняемым предметом во дворце.

Это не было преувеличением.

Каэль поставил у двери двух стражников.

Сайра принесла четыре прибора, которые выглядели как результат брака между ювелирной мастерской и лабораторией алхимика.

Адриан запретил кому-либо трогать след Шва.

Рейнар принес стул.

— Зачем? — спросила я.

— Смотреть.

— На что?

— На то, как вы будете пытаться объяснить друг другу технологии двух миров.

— У тебя нет работы?

— Есть.

— Тогда иди.

— Нет.

Каэль вошел с металлической коробкой.

Я посмотрела на нее.

— Что это?

— Эфирный экран.

— Что он делает?

— Изолирует магические артефакты.

— Телефон не магический.

— Проверим.

— Каэль, если ты положишь мой единственный способ связаться с Землей в неизвестную магическую коробку и он сломается, я найду камень больше первого.

Рейнар одобрительно кивнул.

— Последовательность вызывает уважение.

Каэль поставил коробку подальше от телефона.

— Поэтому сначала проверим на другом устройстве.

— На каком другом устройстве?

Я вспомнила.

Пауэрбанк.

Он лежал в сумке с первого вечера.

Я вытащила небольшую черную коробку.

Рейнар наклонился.

— Еще один телефон?

— Нет. Внешний аккумулятор.

Тишина.

— Слова знакомые, смысл отсутствует, — сказал он.

— Он хранит электричество и заряжает телефон.

Рейнар посмотрел на меня.

Потом на пауэрбанк.

Потом снова на меня.

— Ты все это время могла заряжать телефон?

— Один раз. Может, полтора. Я берегла.

— Почему не сказала?

— Никто не спрашивал, есть ли у меня в сумке переносной источник электричества.

Каэль протянул руку.

— Можно?

Я отдала пауэрбанк.

Он взвесил его на ладони.

— Внутри энергия?

— Химическая, которая превращается в электрическую.

— Это безопасно?

— В нормальных условиях — да.

— А в ненормальных?

— Может загореться.

Он немедленно положил устройство на стол.

Я улыбнулась.

— Боишься маленькой коробочки?

— Уважаю предметы, которые могут загореться без эфира.

— Разумно.

Сайра посмотрела на разъемы.

— Как энергия выходит?

Я показала кабель.

— По проводу.

— И этот провод переносит силу?

— Электрический ток.

— Что такое ток?

Я открыла рот.

Закрыла.

Рейнар довольно улыбнулся.

— Самолет.

— Замолчи.

— Канализация.

— Я тебя ненавижу.

— Нет.

— Пока нет.

Каэль взял чистый лист.

— Объясни то, что знаешь.

— Я не инженер.

— Это мы уже поняли.

— Спасибо.

— Но ты пользуешься этими вещами каждый день. Значит, знаешь больше нас.

Я посмотрела на телефон.

Он был прав.

Это раздражало.

— Хорошо. Электричество — движение электрического заряда.

Сайра сразу спросила:

— Что такое заряд?

— Свойство частиц.

— Каких частиц?

— Электронов. И не только.

— Что такое электрон?

Я посмотрела на Каэля.

— Вот поэтому нельзя просить бизнес-аналитика объяснять физику.

— Продолжай.

— Очень маленькая частица.

— Насколько маленькая?

— Настолько, что я не знаю точного размера и подозреваю, что вопрос сложнее, чем кажется.

Сайра впервые за утро улыбнулась.

— Хороший ответ.

— Спасибо.

Мы потратили сорок минут, чтобы договориться о словах.

Потом Сайра принесла тонкий медный провод.

— У вас есть медь, — сказала я.

— Конечно.

— Значит, часть проблем уже решена.

— Каких?

— Если когда-нибудь решите изобретать электричество.

Рейнар оживился.

— Мы можем?

— Теоретически. Практически я категорически не тот человек, которому стоит поручать электрификацию государства.

— Почему?

— Потому что я хочу, чтобы государство пережило эксперимент.

Каэль сказал:

— Наконец разумная оценка риска.

Я показала ему язык.

Он моргнул.

Рейнар засмеялся так громко, что один из стражников заглянул внутрь.

— Все хорошо, — сказал Рейнар. — Глава Теней столкнулся с неизвестной формой дипломатии.

— Выйди, — сказал Каэль.

— Нет.

* * *

Пауэрбанк пережил эфирный экран.

Телефон тоже.

Но эксперимент дал странный результат.

Внутри коробки телефон потерял один процент заряда за семь минут.

— Это много? — спросила Сайра.

— Очень.

— Почему?

— В обычном режиме он столько не тратит.

— Значит, экран на него влияет.

— Или телефон пытается найти сеть через помеху и расходует больше энергии.

Каэль посмотрел на меня.

— Как проверить?

Я замерла.

Потом улыбнулась.

— Добро пожаловать в аналитику.

— Нет.

— Поздно. Нужен контрольный эксперимент.

Мы оставили телефон на столе на семь минут без коробки.

Ноль процентов.

Повторили.

Снова ноль.

В коробке — еще один процент.

Сайра смотрела на устройство с выражением хищника, увидевшего особенно интересную добычу.

— Эфир взаимодействует с ним.

— Не обязательно, — сказала я.

— Два раза.

— Два наблюдения — это не закон природы.

Каэль чуть заметно кивнул.

Я посмотрела на него.

— Что?

— Ничего.

— Ты сейчас одобрил качество выводов?

— Возможно.

— Я испортила тебя.

— Нет.

Тень у его ноги вытянулась.

Лжец.

Я уже научилась узнавать этот жест.

— Твои коллеги снова против.

— Они не коллеги.

— Конечно.

Сайра не слушала.

— Если устройство реагирует на эфир, возможно, его можно питать эфиром.

Я мгновенно перестала улыбаться.

— Нет.

— Почему?

— Потому что это мой единственный телефон.

— Я не предлагаю начать с него.

— А с чего?

Она посмотрела на пауэрбанк.

Я прижала его к груди.

— Тоже нет.

— Элина.

— Нет.

— У тебя пятьдесят процентов заряда.

— И еще примерно одна полная зарядка здесь. Если мы сломаем аккумулятор, у меня останется только то, что в телефоне.

Каэль встал между нами.

Не демонстративно.

Просто оказался там.

— Она права.

Сайра посмотрела на него.

— Нам нужно понять взаимодействие.

— Не ценой ее единственного средства связи.

— Ты предлагаешь ждать следующего Шва и ничего не знать?

— Я предлагаю найти другой способ.

— Какой?

Каэль посмотрел на меня.

— Ты говорила, что на Земле электричество можно получить разными способами.

— Да.

— Самый простой?

Я задумалась.

Батарейка.

Магнит и катушка.

Химический элемент.

Я внезапно вспомнила школьный урок физики, который двадцать лет считала бесполезным.

— Нам нужны два разных металла.

Сайра прищурилась.

— Зачем?

— И что-то кислое.

Рейнар поднялся.

— Наконец эксперимент, который я понимаю.

— Ты понимаешь кислое?

— Очень хорошо.

Через десять минут на столе лежали медная пластинка, кусок цинка, миска с кислым соком местного фрукта и провод.

Я смотрела на набор.

— Если это не сработает, напоминаю: я учила физику в школе очень давно.

— Что должно произойти? — спросил Адриан, который вернулся как раз к началу эксперимента.

— Должно появиться небольшое электрическое напряжение.

— Мы его увидим?

— Нет.

— Тогда как узнаем?

Хороший вопрос.

У меня не было мультиметра.

Я посмотрела на телефон.

Нет.

На пауэрбанк.

Тоже нет.

Потом вспомнила наушники.

Проводные.

Я всегда таскала запасные в сумке, потому что беспроводные разряжались в самый неподходящий момент.

— Возможно, услышим.

Каэль посмотрел на маленькие наушники.

— Это что?

— Не начинай.

Я собрала примитивную цепь, насколько помнила.

Ничего.

Рейнар ждал.

— И?

— Тихо.

Я поменяла контакт.

В наушнике раздался короткий треск.

Я замерла.

— Еще раз.

Коснулась проводом.

Треск.

Очень слабый.

Но был.

Я медленно улыбнулась.

— Работает.

Сайра выхватила у меня второй наушник.

— Я ничего не слышу.

— Подожди.

Контакт.

Треск.

Она застыла.

Рейнар потребовал следующий.

Потом Адриан.

Даже Каэль.

Он держал наушник двумя пальцами, как подозрительное насекомое.

Я коснулась проводом.

Треск.

Его брови поднялись.

— Это электричество?

— Его эффект.

— Без эфира.

— Да.

В комнате стало тихо.

Для меня это был школьный опыт.

Для них — доказательство того, что энергия может существовать в совершенно другой системе правил.

Я вдруг увидела Землю их глазами.

Мир без эфира.

И все равно светящийся ночью.

Самолеты без магии.

Голоса через тысячи километров.

Миллиарды людей, которые каждый день использовали чудеса и называли их техникой.

— У вас нет магии, — тихо сказала Сайра. — Вы сделали другую.

— Мы не называем это магией.

— Это ничего не меняет.

Я посмотрела на телефон.

Возможно, она была права.

* * *

К вечеру эксперимент перестал быть развлечением.

Сайра принесла эфирный кристалл размером с ноготь.

— Нет, — сказала я.

— Я еще ничего не предложила.

— У тебя лицо человека, который собирается соединить магию с электричеством.

— У меня всегда такое лицо.

— Это не успокаивает.

Она положила кристалл рядом с нашей примитивной батареей.

— Не будем касаться твоих устройств.

— Продолжай.

— Проверим, влияет ли электрический ток на эфир.

Я посмотрела на Каэля.

— Это безопасно?

— Нет.

Сайра раздраженно выдохнула.

— Это безопасно в пределах разумного.

— Мне больше нравился его ответ.

Мы отодвинулись.

Сайра замкнула цепь возле кристалла.

Ничего.

Повторила.

Кристалл едва заметно мигнул.

Все замерли.

— Ты видела? — спросила я.

— Да.

Еще раз.

Мигнул.

— Это невозможно, — сказала Сайра.

— Сегодня плохой день для этой фразы.

Она передвинула провод ближе.

Кристалл вспыхнул белым.

Тени Каэля одновременно рванулись назад.

— Стой! — сказал он.

Поздно.

Воздух над столом дрогнул.

Не открылся.

Но я услышала звук.

Короткий.

Далекий.

Гудок автомобиля.

Я перестала дышать.

— Вы слышали?

Рейнар нахмурился.

— Что это было?

— Машина.

Каэль мгновенно накрыл кристалл металлической чашей.

Свет исчез.

— Больше сегодня никаких экспериментов.

Сайра открыла рот.

— Никаких.

— Ты не можешь мне приказывать.

— Могу, если эксперимент открывает Межу внутри дворца.

Она посмотрела на Адриана.

Адриан кивнул.

— Он прав.

— Ненавижу демократию, — сказала я.

— Что такое демократия? — спросил Рейнар.

— Не сейчас.

Сайра смотрела на накрытый кристалл.

— Электричество не должно влиять на эфир.

— Но влияет, — сказала я.

— Или не электричество.

Я поняла.

— Я.

Она подняла глаза.

— Возможно.

— Потому что я держала провод.

— Возможно.

— Ты опять говоришь это слово.

— Потому что мы не знаем.

Каэль подошел ближе.

— Тогда следующий опыт без Элины.

Я повернулась.

— Нет.

— Почему?

— Потому что если это связано со мной, я должна знать как.

— Именно поэтому тебя не будет рядом.

— Это нелогично.

— Это безопасно.

— Для кого?

— Для тебя.

— А если Шов откроется рядом с Сайрой?

— Я переживу, — сказала она.

— На основании каких данных?

Она посмотрела на меня.

Я скрестила руки.

— Вот. Уже учитесь.

Каэль не улыбнулся.

— Элина, это не складские отчеты.

— Я заметила.

— Ошибка здесь может убить тебя.

— Ошибка может убить любого из нас.

— Поэтому я уменьшаю количество людей возле источника риска.

— Исключая человека, который единственный знает хотя бы базовые принципы электричества?

— Ты сама сказала, что не специалист.

— Ненавижу, когда мои аргументы используют против меня.

— Помню.

Мы смотрели друг на друга.

Адриан вмешался раньше, чем спор стал громче.

— Следующий опыт завтра. С защитным контуром. Сайра готовит условия. Элина объясняет схему, но не касается установки. Каэль отвечает за безопасность.

— Это компромисс? — спросила я.

— Это приказ.

— А. Тогда понятно.

Рейнар тихо сказал:

— Мне нравится, когда он вспоминает, что правитель.

Адриан посмотрел на него.

— Тебе тоже есть работа.

— Уже не нравится.

* * *

Вечером я сидела на балконе своей комнаты.

Телефон показывал сорок восемь процентов.

Я подключила пауэрбанк.

Экран загорелся.

Зарядка пошла.

Я смотрела на маленькую молнию возле батареи и думала о том, насколько смешным может стать символ.

В Москве я почти не замечала его.

Здесь он означал время.

Еще несколько дней фотографий.

Еще несколько попыток поймать сеть.

Еще шанс получить сообщение.

Я открыла переписку с Андрэ.

Мое сообщение было доставлено.