Вот это попадание

Стук в дверь вырвал её из чтения. Лидия заглянула внутрь:

— Обед готов, милая.

Есть не хотелось. Но хотелось отвлечься. Сменить пространство.

София кивнула и спустилась вниз, а за столом вдруг попросила:

— Составите мне компанию?

Лидия улыбнулась, явно довольная просьбой, и с удовольствием осталась.

Они говорили о простом — о погоде, о городе, о каких-то бытовых мелочах, и эта лёгкость неожиданно помогала.

— Кристоф не писал? — спросила София между делом.

Лидия покачала головой.

— Он только под утро добрался до города. Значит, вернётся либо поздней ночью либо уже завтра утром.

София кивнула. И внутри что-то сжалось. Ожидание стало почти невыносимым. Она была так близка. Так близка к тому, чтобы вернуться домой.

______

Дверь открылась ближе к вечеру.

Не резко — почти бесшумно, словно тот, кто входил, не хотел тревожить воздух сильнее, чем это необходимо.

И всё же София сразу подняла голову от дневника.

Она не услышала шагов заранее.

Не уловила звука.

Но почувствовала — как чувствуют приближение грозы, ещё до первого удара грома.

Кристоф вернулся.

Шаги в коридоре были глухими, отмеренными, с той тяжёлой неторопливостью, за которой всегда скрывается не усталость — осознание. Будто он нёс с собой не предмет, а решение.

София медленно встала.

Арон, пришедший чуть раньше, оторвался от окна и повернул голову. В его взгляде мелькнуло напряжение — короткое, почти незаметное.

Кристоф остановился в дверном проёме.

И одного взгляда на него оказалось достаточно.

Что-то было не так.

Он выглядел так же собранно, как всегда — прямая спина, спокойное лицо, ровное дыхание.

Но в этой собранности появилось нечто лишнее. Тишина. Слишком глубокая. В его руках был тёмный футляр.

Он закрыл за собой дверь — мягко, без щелчка. Подошёл к столу и поставил футляр. И только тогда поднял взгляд. Несколько секунд никто не говорил.

Тишина не просто висела — она сжимала пространство, делала его плотнее, тяжелее.

— Ты нашёл его? — первой нарушила её София.

Собственный голос показался ей чужим — слишком тихим.

Кристоф кивнул.

— Нашёл.

Пауза.

Он не открывал футляр.

Не спешил.

И это было хуже любого ответа.

Арон нахмурился, в его взгляде появилось раздражение — резкое, почти защитное.

— Тогда в чём проблема?

Кристоф перевёл на него спокойный взгляд. Затем — на Софию. Словно взвешивал, сколько правды она выдержит.

— Проблема не в артефакте.

Тишина стала плотнее. София сжала пальцы, не сразу осознавая это.

— Тогда в чём?

Кристоф сделал вдох.

Медленный, выверенный — как перед словами, которые нельзя будет забрать обратно.

— В тебе.

Он сказал это спокойно. Без нажима. Но слова легли точно в цель.

Арон резко выпрямился.

— Выбирай выражения.

— Я выбираю их очень точно, — так же спокойно ответил Кристоф.

И снова посмотрел на Софию. Не отводя взгляда.

— Род Вальдекар считают мёртвым.

Пауза.

— Но сегодня это перестало быть правдой.

София нахмурилась.

Смысл слов дошёл не сразу — будто сознание отказывалось их принимать.

— Что это значит?

Кристоф чуть наклонил голову.

— Артефактор почувствовал тебя ещё до того, как я пришёл.

Её дыхание сбилось.

— Как?

— Так же, как почувствуют и другие.

Тишина.

И в ней впервые появился холод.

— Когда ты перемещалась. Когда распадалась. Когда пыталась удержаться между мирами

Он коснулся футляра кончиками пальцев. Лёгкое движение — почти невесомое.

— Ты оставила след.

Арон нахмурился сильнее.

— След — это не повод для паники.

Кристоф перевёл на него взгляд.

— Если бы это был обычный след — нет. Но это не обычная магия.

Он снова посмотрел на Софию.

— Это сигнатура Вальдекар.

Кровь отлила от её лица.

— Но все считают, что—

— Что линия прервалась на Ромейне, — спокойно закончил он. — Да.

Тишина.

— И именно поэтому никто её не искал.

Короткая пауза.

И тише:

— До этого момента.

Слова повисли в воздухе, как приговор, который ещё не осознали до конца.

Арон медленно поднялся.

— Хочешь сказать

— Я хочу сказать, — перебил Кристоф, — что сигнал уже ушёл.

Он сделал шаг вперёд.

— И его услышали.

София смотрела на него, не моргая.

— Кто?

Кристоф не ответил сразу. Будто давал ей одну лишнюю секунду — последнюю спокойную.

— Король.

Одно слово.

И оно оказалось тяжелее любого удара.

— Альдракс Вечный.

Тишина стала оглушающей.

София медленно покачала головой.

— Нет он не может

— Может, — тихо сказал Кристоф. — И уже делает.

Он указал на футляр.

— Этот артефакт хранили не просто так.

Пауза.

— Ромейн оставил его на случай, если ты проявишься.

София перевела взгляд на футляр. Руки дрогнули.

— Что он делает?

Кристоф открыл крышку. Внутри лежало кольцо. Тонкое. Тёмное.

Почти невесомое — и при этом притягивающее взгляд так, будто в нём скрывалась глубина, в которую не стоило смотреть слишком долго.

— Он стабилизирует тебя. И глушит сигнал.

София резко подняла голову.

— Глушит?

— Да.

Он смотрел прямо.

— Потому что сейчас ты — как маяк.

Слова отозвались внутри глухим эхом.

— Каждое использование силы — продолжил он. — Каждая попытка удержаться между мирами делает тебя заметнее.

Арон выдохнул сквозь зубы.

— Насколько?

Кристоф помолчал.

— Настолько, что тебя уже ищут.

И вот теперь угроза стала реальной.

Осязаемой.

София почувствовала, как внутри медленно расползается холод.

— Кто?

— Люди короля, — коротко ответил он. — Те, кто работает с тем, о чём не говорят вслух.

— С переходниками.

София закрыла глаза. На секунду. Вспышка. Голос отца. Тревожный. Тихий.

«Ты должна быть осторожна»

Она резко вдохнула.

— Он знал

— Конечно, знал, — мягко сказал Кристоф. — Именно поэтому твои родители бежали.

Комната будто стала меньше.

Тяжелее.

— Альдракс давно ищет способ выйти за пределы Тиеры, — продолжил он. — Земля для него — не просто мир.

Пауза.

— Это ресурс.

Арон сжал челюсть.

— И София — ключ.

— Не ключ, — покачал головой Кристоф. — Дверь.

Тишина.

София открыла глаза.

Медленно.

— И что будет, если он меня найдёт?

Кристоф не смягчил ответ.

— Он не спросит твоего согласия. Он использует тебя.

Слова прозвучали ровно. И от этого стали страшнее. София сильно сжала пальцы.

— А если миры соединить?

Вопрос сорвался почти шёпотом, но в тишине прозвучал отчётливо.

Кристоф посмотрел на неё внимательно. Дольше, чем раньше.

— Тогда Тиера начнёт умирать.

Арон резко повернул голову.

— Объясни.

Кристоф провёл пальцами по краю футляра, словно собираясь с мыслями.

— Земля почти лишена магии, — сказал он. — Она пустая.

Короткая пауза.

— А пустота всегда тянет.

Он сделал шаг ближе к столу.

— Если открыть стабильный переход, магия начнёт перетекать.

— В Землю — тихо произнесла София.

— Да.

Тишина.

— И она не остановится.

Слова легли тяжело.

— Леса погибнут. Существа исчезнут. Артефакты утратят силу, — продолжил Кристоф. — А переходники.

Он перевёл взгляд на неё.

— Сгорят первыми.

София не отвела глаз.

— Потому что мы канал.

— Потому что вы разрыв, — мягко поправил он. — И не выдержите собственного потока.

Тишина затянулась.

Глубокая.

— Твой отец не оставил тебе путь домой, София — тихо сказал Кристоф. — Он оставил тебе способ не уничтожить оба мира.

Слова прозвучали как окончательный вывод. Как черта.

Арон провёл рукой по волосам, нервно, резко.

— Значит, либо она возвращается и рискует всем, либо остаётся здесь?

— Либо учится контролировать силу, — спокойно ответил Кристоф. — И не становится оружием.

Он закрыл футляр.

Тихий щелчок прозвучал слишком громко.

— Но сначала — ты должна перестать светиться на весь мир.

Кристоф снова посмотрел на Софию.

— Надень.

София сделала медленный шаг вперёд. Как будто приближалась не к кольцу — к выбору. Необратимому.

Она уже протянула руку—

— Есть ещё кое-что.

Голос Кристофа прозвучал так же ровно.

Слишком ровно. И именно это заставило её остановиться. Пальцы замерли в воздухе. София подняла взгляд.

— Что ещё?

Кристоф не сразу ответил.

Несколько секунд он просто смотрел на неё, будто решая, имеет ли она право услышать это сейчас.

Или уже слишком поздно что-то скрывать.

— Тот, кто уже смотрел на тебя

Арон нахмурился.

— О чём ты?

Кристоф перевёл взгляд на него.

— О сканировании.

София резко вдохнула. И в ту же секунду воспоминание вспыхнуло само. Холод. Давление. Чужое присутствие, слишком глубокое, чтобы быть случайным. Тогда она не поняла.

Только ощущение — будто её раскрыли, прочитали и отпустили.

— Это был он, — тихо сказал Кристоф.

Пауза.

— Ректор.

Слово повисло в воздухе.

София медленно подняла голову.

— Кайрэн Арденваль?

Имя отозвалось внутри странным напряжением — будто в нём уже изначально было что-то большее, чем просто человек.

Кристоф кивнул.

— Он.

Арон резко выпрямился.

— Он проверяет всех студентов.

— Нет, — спокойно перебил Кристоф. — Он ищет. И его поставили на этот пост не случайно.

Тишина снова сгустилась.

София почувствовала, как по спине проходит холод.

— Что значит «ищет»?

Кристоф посмотрел прямо на неё.

— Он из тайной разведки короля.

Слова прозвучали негромко.

Но пространство будто сжалось ещё сильнее.

Арон тихо выругался.

— Чёрт Значит это не просто слухи.

София не моргала.

— Но он уже видел меня.

— Да, — кивнул Кристоф. — И не увидел того, что ищет. Тогда ты была закрыта.

Он сделал шаг ближе.

— Память подавлена. Дар спал. Сигнатура размыта.

София сжала пальцы.

— Он увидел во мне только слабую магию

— И аномалию, — добавил Кристоф. — Но не дар Вальдекаров. И затем — почти шёпотом:

— Ты не сможешь это скрыть, — тихо подвёл итог Кристоф, и в его голосе не было ни давления, ни угрозы — только сухая, почти равнодушная констатация.

Тишина, последовавшая за его словами, изменилась незаметно, но ощутимо: она больше не давила тяжестью неизвестности, а медленно, неотвратимо сжималась вокруг, словно оставляя всё меньше пространства для иллюзий.

Страх тоже стал иным — не отдалённым и размытым, а близким, почти осязаемым, личным.

София медленно выдохнула, стараясь удержать внутри хотя бы подобие равновесия, и, не отводя взгляда, произнесла ровно:

— Значит, безопасного места для меня больше не существует.

Никто не спешил отвечать, потому что в действительности ответ уже прозвучал.

Арон сделал шаг вперёд — не резко, без попытки перехватить контроль, но с той спокойной уверенностью, которая не требовала подтверждений.

— Существует, — возразил он тихо.

София подняла на него взгляд, и в его глазах не было ни сомнения, ни попытки её успокоить — только расчёт и уверенность.

— Мы его создадим.

Кристоф едва заметно приподнял бровь, но вмешиваться не стал.

Арон продолжал смотреть на Софию так, словно уже оценивал не её слабость, а потенциал.

— Ты держишься значительно лучше, чем должна была бы в такой ситуации, — произнёс он, и это не звучало как похвала. — После первого сканирования большинство теряет контроль, но ты не только устояла, ты частично закрылась.

Он сделал небольшую паузу, словно уточняя собственный вывод.

— И сделала это интуитивно. Значит, дело не в случайности. Это можно отточить до уровня, при котором твой разум станет не просто скрытым, а недоступным.

Он приблизился ещё на полшага, оставаясь в её личном пространстве ровно настолько, чтобы это ощущалось, но не давило.

— Не прятать мысли, София, — объяснил он тише, — а выстраивать защиту так, чтобы любой, кто попытается проникнуть, столкнулся не с пустотой, а с конструкцией, которую невозможно пройти.

Кристоф тихо усмехнулся, скрестив руки.

— Звучит амбициозно.

— Звучит практично, — холодно отозвался Арон, даже не повернувшись в его сторону. — При условии, что мы начнём сейчас и не будем терять время.

София сжала пальцы, чувствуя, как напряжение не исчезает, но становится управляемым.

— А если он окажется сильнее? — спросила она уже без прежней неуверенности, скорее проверяя границы возможного.

Арон выдержал короткую паузу, словно просчитывая не ответ, а вероятность.

— Тогда мы сделаем так, чтобы он не смог тебя прочитать, даже имея преимущество.

Его голос оставался спокойным, но в нём появилась жёсткость — не угроза, а намерение.

Он на мгновение отвёл взгляд, перебирая варианты, и добавил:

— И у нас есть ещё один путь.

Кристоф повернул голову чуть внимательнее.

— Слушаю.

— Райс, — коротко сказал Арон, возвращая взгляд. — И его семья.

София нахмурилась, вспоминая.

— Те, кто живёт за пределами королевства?..

— На Каприролло, — подтвердил он, и само название прозвучало как нечто далёкое не только в пространстве, но и в правилах. — Именно поэтому это место нам подходит.

Кристоф чуть прищурился.

— Слишком далеко, чтобы рассчитывать на быструю помощь.

— И достаточно далеко, чтобы туда не дотянулась королевская разведка, по крайней мере не сразу, — спокойно возразил Арон. — У их рода есть знания, которые здесь давно утрачены или скрыты.

Он снова перевёл взгляд на Софию.

— Если ректор начнёт действовать открыто, это станет нашим запасным вариантом.

София опустила глаза, быстро перебирая мысли и выстраивая их в порядок уже без прежней паники.

— А до этого момента — тихо начала она и почти сразу подняла взгляд, — мне нужно вернуться.

Арон нахмурился, и в этом движении впервые мелькнуло не сомнение, а оценка риска.

— Это опасно.

— Это логично, — спокойно возразила она, и её голос звучал уже иначе — собранно и твёрдо. — Моё исчезновение привлечёт куда больше внимания, чем присутствие.

Она чуть наклонила голову, словно уточняя собственный вывод:

— Особенно с учётом фамилии.

Тишина на мгновение стала плотнее.

Кристоф медленно кивнул, принимая её аргумент без лишних слов.

— В таком случае твоя легенда становится ключевым элементом, — сказал он, глядя на неё внимательнее.

София перевела на него взгляд.

— Ты что-то придумал, к тому, что у нас уже было?

— Ты отсутствовала в академии, как раз по причине того, что я, как твой поверенный раскопал твою родословную Дальняя ветвь рода, утратившая силу и сохранившая лишь имя. А после, как мы уже говорили, кто-то передал тебя в приют.

Он говорил спокойно, но за этим спокойствием чувствовалась тщательная проработка каждой детали.

— Без доступа к родовой магии, без знаний, без наследия, — продолжил он. — Та, кто выжила скорее по случайности, чем по праву.

Пауза.

— Слабая.

София коротко усмехнулась, и в этом жесте не было ни обиды, ни согласия — только холодное понимание.

— Удобная версия.

— Жизнеспособная, — поправил Кристоф. — Пока ты сама не решишь её разрушить.

София отвела взгляд и остановилась на футляре.

Кольцо лежало внутри почти безликим — тёмный обод, в котором не чувствовалось ни силы, ни магии, только глухая, настораживающая тишина.

Она протянула руку уже без колебаний.

Металл оказался холодным, глубже, чем обычный холод, словно в нём отсутствовало само понятие тепла.

На мгновение она задержала его в пальцах — не из сомнения, а чтобы зафиксировать выбор.

И надела.

Мир не изменился внешне, не дрогнул и не откликнулся, но внутри что-то сместилось: тишина стала плотной, ощутимой, словно выстроенной стеной.

Сигнал исчез.

Не полностью — скорее приглушённо, скрыто.

И вместе с этим исчезло ощущение открытости.

София медленно подняла взгляд.

— Теперь он не сможет меня отследить?

Кристоф покачал головой, не смягчая ответ.

— Сможет, если окажется достаточно близко и будет знать, что ищет.

Тишина снова повисла, но уже не беспомощная — выжидательная.

Арон смотрел на неё дольше, чем прежде, и в его взгляде появилась новая оценка — не сомнение, а расчёт.

— Тогда сделаем так, чтобы у него не было ни шанса приблизиться, — тихо произнёс он.

Это прозвучало спокойно, почти буднично, но за этой спокойной интонацией стояло чёткое, выверенное намерение.

София ничего не ответила.

Она лишь кивнула — едва заметно, но достаточно, чтобы закрепить решение.

И где-то за пределами этой комнаты тот, кто уже однажды коснулся её сознания, вполне мог попытаться сделать это снова.

Только теперь это будет не односторонняя игра.

Теперь он столкнётся с сопротивлением.

Глава 39

Ночь опустилась на дом незаметно.Не резким переходом, а медленно, почти мягко — словно кто-то приглушил свет мира, оставив лишь тени и редкие отблески в окнах.

Тишина стала глубже, плотнее, и в ней было что-то выжидательное.София не спала.Она лежала, глядя в потолок, и впервые за долгое время чувствовала не пустоту, а напряжение, собранное в одну точку.

Кольцо на правой руке почти не ощущалось — тёмное, чужое, подавляющее. Оно глушило. Скрывало. Отсекало её от внешнего мира так, как и обещал Кристоф.Но второе София медленно провела пальцами по тонкому ободу на левой руке. Фамильное оно было тёплым, почти живым. Оно не подавляло. Оно откликалось. И это было куда тревожнее. Теперь она чувствовала разницу. Одно кольцо прятало её. Другое — делало её сильнее.

Она тихо выдохнула, закрыла глаза, но сон не приходил. Мысли не распадались, не ускользали, а наоборот — выстраивались в чёткую цепочку. Где-то уже знали. Где-то уже искали. И это ощущение не исчезало.

Тихий стук в дверь прозвучал почти неслышно. София не вздрогнула.

— Заходи.

Дверь приоткрылась, и в проёме появился Арон. Он не включал свет — только прошёл внутрь, прикрыл за собой и на секунду замер, словно проверяя пространство.

— Не спишь, — сказал он тихо.

Это не было вопросом. София чуть повернула голову.

— Ты тоже.

Он едва заметно усмехнулся, но в этом не было лёгкости.

— Я пришёл не спать.

Пауза.

— Вставай.

Она не стала спорить.Через несколько минут они уже были внизу. Дом спал — глубоко и спокойно, и даже шаги по полу звучали приглушённо, словно сами стены помогали им оставаться незамеченными. Арон остановился в гостиной и развернулся к ней. На секунду он просто смотрел. Оценивающе. Не как мужчина а как маг.

— Попробуй закрыться, — сказал он. София кивнула и закрыла глаза. Она уже знала это ощущение. Найти поток. Не удерживать — выстроить стены. Она вдохнула медленно и позволила себе опуститься внутрь. Магия откликнулась сразу — мягко, почти послушно, но в этот раз она не позволила ей растечься. Не пустота. Конструкция. Слой за слоем. Линии, пересечения, узлы — всё выстраивалось с той же логикой, с которой когда-то она училась понимать чужие схемы. Только теперь схема была внутри неё.

В какой-то момент она почувствовала лёгкое касание.Чужое. Аккуратное. Но намеренное.София резко открыла глаза. Арон стоял напротив — ближе, чем раньше. Его взгляд был сосредоточен и холоден.

— Это я, — сказал он тихо.

— Не ломай. Удерживай. Она кивнула и снова закрылась.

Теперь уже осознанно.Она почувствовала, как он пытается глубже — не давит, не прорывается, а ищет. Как вода ищет трещину.И в тот же момент внутри конструкции что-то дрогнуло.Не защита. Глубже.Тонкая вибрация прошла по магии — и отозвалась в пальцах. В фамильном кольце. Оно усиливало. Её саму. София невольно изменила структуру — не усилила, а перестроила. Контакт оборвался резко. Она вдохнула глубже, чем нужно. Арон замер на долю секунды, затем сделал шаг назад. Его взгляд изменился.

— Что ты сейчас сделала?

София нахмурилась.

— Ничего.

И в этом «ничего» впервые прозвучала неуверенность.

— Ещё раз, — сказал он. Теперь его вмешательство быстрее. Глубже. Сильнее. Он заходил под разными углами, менял давление, проверял, провоцировал. И с каждым разом София всё меньше действовала на интуиции и всё больше — осознанно. Она не просто держала защиту. Она отвечала. Перестраивала. Уводила. Запутывала. И в какой-то момент она почувствовала не только воздействие. Она почувствовала его. Не мысли и образы, а четкое намерение. И за ним — что-то ещё. Личное.

София резко отдёрнулась сама, будто коснулась огня.Тишина в комнате стала плотной. Арон замер.

— Ты почувствовала, — сказал он негромко.София медленно выдохнула.

— Да.Они не уточняли, что именно.

И именно в этом молчании стало слишком много. Арон сделал шаг ближе. Теперь уже не как наставник.

— Это не должно было произойти так быстро, — сказал он тихо.

— Что именно?

— Контакт. На этом уровне.

Тишина между ними стала тоньше. Опаснее.

София не отвела взгляд.

— Это плохо?

Он покачал головой.

— Это усложняет.

На мгновение в его голосе появилось что-то живое, не просчитанное. Она чуть усмехнулась.

— Я всегда усложняю.

Он тоже едва заметно улыбнулся. И это было слишком мягко для происходящего. На короткий миг напряжение ослабло. Арон медленно протянул руку. Остановился, давая ей выбор. София не отстранилась. Его пальцы коснулись её запястья — тепло, реальное, заземляющее.

— Ты держишься лучше, чем я ожидал, — сказал он тише.

И это уже не было просто оценкой. София посмотрела на их руки. Позволила себе не анализировать.

— Значит, я не совсем проблема.

Он чуть наклонил голову.

— Ты — самая большая проблема в этом мире.

Пауза. И мягче:

— И единственный шанс.

Она подняла взгляд. И между ними снова стало слишком близко. Слишком честно. Но в этот раз никто не отступил.

— У тебя два артефакта, — тихо сказал Арон, взгляд скользнул к её рукам.

София кивнула.

— Это кольцо моё. Родовое.

Пауза.

— Оно было со мной ещё до того, как всё это началось.

Арон выдохнул медленно.

— Тогда у нас проблема. Она тихо усмехнулась.

— Ещё одна?

Он не ответил сразу.

— Одно кольцо тебя прячет.

Его голос стал жёстче.

— Второе — наоборот. Делает сильнее. Ярче.

София почувствовала, как холод возвращается.

— То есть

— То есть если ты потеряешь контроль, тебя увидят даже сквозь глушение.

Тишина стала тяжёлой. И где-то на границе восприятия — слишком тонко, чтобы быть уверенной —ей на мгновение показалось, что кто-то откликнулся. Не на защиту. На неё.

Шаги в коридоре прозвучали неожиданно. Оба отреагировали мгновенно. Арон отстранился. София выпрямилась. Кристоф стоял в дверном проёме, спокойно опираясь о косяк, будто наблюдал за ними уже какое-то время. Его взгляд скользнул по ним, затем задержался на руках Софии. На кольцах. И в этом взгляде было понимание.И что-то ещё.

— Я, конечно, рад вашему прогрессу, — сказал он спокойно, — но, возможно, стоит иногда делать перерывы.

София невольно выдохнула. Напряжение немного рассеялось. Кристоф прошёл внутрь, налил себе воды и, не оборачиваясь, добавил:

— И, к слову, я давно не ужинал в такой компании.Он повернул голову.

— Было бы глупо это не исправить.

Позже, за столом, атмосфера стала иной. Не лёгкой — но живой. Лидия уже ушла отдыхать, и в доме остались только они трое. Странная, неравная, но неожиданно цельная компания. Кристоф говорил мало. Но когда говорил — это было точно.

— Я привык к тишине, — сказал он, глядя в бокал. — Долгой. Удобной.

Он перевёл взгляд на Софию.

— И, как оказалось, совершенно не обязательной.Короткая пауза.

— Рад, что ты её нарушила.

София замерла на секунду. И это было сказано так спокойно, что отозвалось глубже, чем любые громкие слова.

Арон бросил на Кристофа короткий взгляд. Но ничего не сказал. И в этот момент София вдруг отчётливо поняла: опасность теперь не только снаружи. Она здесь. В выборе. В привязанности. В людях, к которым она начала привыкать. В этом доме, который слишком быстро стал чем-то большим, чем просто укрытие. И именно поэтому стало страшнее. Потому что теперь ей было что терять.

Глава 40

Неделя у Кристофа подошла к концу.

Она пролетела быстрее, чем София ожидала, но оставила после себя ощущение плотности — словно за эти дни она прожила больше, чем за весь предыдущий месяц.