Вот это попадание

Но внутри уже шло другое.

Она продолжала чувствовать взгляд Арона на себе, между лопатками будто зудело. Но за весь день он так и не подошел. Это было страннее всего.

Если бы он получил своё и просто потерял интерес — всё было бы проще. Понятнее. Предсказуемо.

Но он не исчез.

Он приходил к ней всю эту неделю. Каждый день. Оставался дольше, чем нужно. Объяснял, помогал, терпел её вопросы, её упрямство, её попытки делать по-своему.

Он не вёл себя как человек, который «закончил» и пошёл дальше. Совсем нет.

Тогда что это?

София чуть сильнее сжала кий, не отрывая взгляда от стола.

Гордость? Осторожность? Или он просто не хочет показывать это здесь в академии.

Там, где на него смотрят. Где у него есть роль, к которой он привык. Где у него… выбор.

Её губы едва заметно дрогнули в усмешке.

Конечно.

Здесь он снова тот самый Арон — капитан, лидер, человек, за которым идут. И рядом с ним — привычный мир, в котором всё давно расставлено по местам.

А она в этот мир не вписывается. Слишком неудобно. Слишком… не вовремя. София сделала ещё один точный удар и выпрямилась.

Мысль оказалась неприятной. Но честной. И именно поэтому она не позволила себе посмотреть в его сторону. Потому что если она это сделает — ей придётся признать, что ей не всё равно.

А это сейчас было лишним.

Арон пил. Не демонстративно, не на показ — но заметно.

Он почти не реагировал на девушек, которые вились вокруг него, смеялись, пытались поймать его внимание. Отмахивался коротко, без раздражения, но и без интереса.

И пил дальше.

София это видела.

И это почему-то злило ещё больше.

К концу вечера шум стал давить. Музыка, разговоры, чужие эмоции — всё сливалось в тяжёлый фон.

Она устала.

— Мири, я поеду, — тихо сказала она, наклоняясь к подруге.

— Да ты что! — тут же возмутилась та. — Мы только начали!

— Я правда устала.

Мириам посмотрела на неё внимательнее, но отступать не собиралась:

— Ещё немного?

София покачала головой.

— Нет. Но тебя проводят, — добавила она, кивнув в сторону Вейла и Райса.

Мириам проследила за её взглядом, потом вздохнула:

— Ладно… но завтра ты меня размудишь.

— Обязательно, — усмехнулась София.

Она попрощалась и направилась к выходу.

— Я провожу, — спокойно сказал Райс, поднимаясь.

— Не нужно—

— Нужно.

Он не настаивал. Просто констатировал.

София не стала спорить.

⸻

На улице было прохладнее.

Тишина после бара казалась почти непривычной.

— Хочешь пройтись или вызвать магмобиль? — спросил Райс.

— Давай пешком. Хочется немного тишины… и воздуха.

Он кивнул.

Некоторое время они шли молча.

И это молчание уже не было неловким.

Скорее — спокойным.

— Через пару недель предварительные экзамены, — сказал Райс. — А потом бал. Ты уже получила приглашения?

София тихо рассмеялась.

— Я, кажется, какая-то неправильная. Бал волнует меня в последнюю очередь.

Она чуть повернула голову:

— Ты ведь почти в курсе моих проблем.

Райс посмотрел на неё своим привычным спокойным, уверенным взглядом.

— Если тебе нужна помощь, ты всегда можешь рассчитывать на меня.

София покачала головой.

— Не думаю, Райс. Твоя невеста вряд ли будет в восторге от такой… приятельницы. Особенно если я ещё и проблем добавлю.

Он остановился.

София сделала ещё шаг и тоже замерла, оборачиваясь.

— София, — сказал он тихо, но твёрдо. — Я говорю серьёзно. Ты пытаешься всё контролировать сама. Но тебе нужен кто-то… кто будет за тебя.

Она смотрела на него и не сразу нашла, что ответить.

Слишком прямые слова.

Слишком… вовремя.

— Спасибо, — тихо сказала она.

И этого оказалось достаточно.

⸻

У общежития они остановились.

София поднялась на ступени, уже собираясь попрощаться, но Райс подошёл ближе, взяв её за руку.

— Спасибо, что даёшь мне шанс, — сказал он тихо.

И, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл.

София осталась стоять.

Потом раздражённо передёрнула плечами — то ли от прохлады, то ли от всего сразу.

Слишком много всего. Слишком много людей. Слишком много тех, кто уже знает.

Она открыла дверь, почти закрыла её за собой —

и вдруг что-то упёрлось с другой стороны.

София резко надавила сильнее.

— Эй, детка, — раздался знакомый голос. — Ты сейчас раздавишь мне ногу, и я не смогу выиграть Сферу.

Она распахнула дверь.

Арон.

София скрестила руки на груди.

— Чего тебе, кэп?

Он улыбнулся — широко, нагло — и, не дожидаясь приглашения, прошёл внутрь, оттесняя её назад.

— Ты серьёзно? — она даже опешила от такой наглости.

Ответа не последовало.

В следующую секунду он просто подхватил её и закинул на плечо.

— Арон! — зашипела она, пытаясь вырваться.

Он лишь тихо рассмеялся и уверенно поднялся по лестнице.

София брыкалась, шипела, старалась не шуметь, но всё равно щипалась и царапалась.

— Ты с ума сошёл?! — прошипела она.

— Есть немного, — спокойно отозвался он.

В комнате он без церемоний скинул её на кровать и тут же разлегся рядом рядом.

София мгновенно поднялась, сверля его взглядом.

— Ты напился?

Он сел, расслабленно откинулся на руки, но в глазах всё ещё читалась ясность.

— Немного, — признал он.

И эта его ухмылка…

Слишком уверенная для «немного».

— Да ты не в своём уме, — холодно сказала она.

— Ты меня таким делаешь, — спокойно ответил он.

София на секунду замерла, потом сузила глаза:

— Я жду, Арон. Либо ты объясняешься… либо уходишь.

Он выдохнул, провёл рукой по волосам.

— День был долгий, — сказал он уже тише. — Потому что каждую минуту я хотел провести с тобой.

София приподняла бровь.

— Правда? Потому что выглядело это… совсем иначе.

Он коротко кивнул.

— Я знаю. И мне это не нравится.

Пауза.

— Я бы хотел, чтобы все знали, что ты моя.

София тут же вскинулась:

— Стоп. Во-первых, с чего ты взял, что я твоя? А во-вторых — такие вещи обсуждаются. Ртом.

Он усмехнулся, но без насмешки, и в следующую секунду подошёл ближе.

Слишком близко.

Положил руку ей на талию и притянул к себе.

— Я не прав? — тихо спросил он.

И, не дожидаясь ответа, уткнулся носом ей в шею.

София вздрогнула.

— Арон… прекрати—

Она попыталась его оттолкнуть, но он только сильнее прижал её.

— Скажи, — пробормотал он тихо. — И я сделаю, как ты хочешь.

Ей стало щекотно, она попыталась вывернуться, и в следующую секунду они оба потеряли равновесие и рухнули на кровать.

Он оказался сверху.

И сразу потянулся к её губам.

София накрыла его губы пальцами.

— Даже не думай.

Арон замер.

Не отстранился сразу, но и не продолжил.

Он посмотрел на неё внимательнее — и в этом взгляде почти не осталось той наглой лёгкости, с которой он только что ворвался к ней.

Он медленно выдохнул и чуть отстранился, давая ей пространство.

— Ладно, — тихо сказал он. — Сначала поговорим.

София села, подтянувшись выше, не сводя с него взгляда.

— Отличная мысль. Начинай.

Он провёл рукой по волосам, словно собираясь с мыслями.

— Я вёл себя как идиот сегодня.

— Это мягко сказано, — спокойно отозвалась она.

Он коротко усмехнулся. Без раздражения, соглашаясь.

— Я избегал тебя специально, — сказал он уже серьёзнее. — Не потому что хотел. Потому что… так было нужно.

София скрестила руки на груди.

— Объясни.

Он поднял на неё взгляд.

— Из-за меня на тебя начнут смотреть.

Пауза.

— Уже начали.

Он говорил спокойно, без давления, но в его голосе появилась жёсткость — та самая, когда он просчитывает последствия.

— Я — не просто студент, Софи. Ты это видела. Любое моё движение обсуждают. С кем я говорю, куда смотрю, с кем сижу.

Он чуть наклонился вперёд.

— Если я начну открыто держаться рядом с тобой… они начнут копать.

София не перебивала.

— Кто ты, откуда, почему появилась, — продолжил он. — И рано или поздно наткнутся на то, что им знать не нужно.

Тишина.

— Я не могу этого допустить.

София медленно выдохнула.

И кивнула.

— Я понимаю.

Это прозвучало спокойно. Без спора и упрямства.

Арон на секунду задержал на ней взгляд — будто проверяя, действительно ли она согласна.

— Но, — добавила она чуть тише, — это ничего не меняет.

Он нахмурился.

— В каком смысле?

София отвела взгляд на секунду, собираясь с мыслями, а потом снова посмотрела на него прямо.

— Я не буду встречаться с тобой тайком, Арон.

Слова прозвучали ровно.

Он замер.

— Это не про гордость, — продолжила она спокойнее. — Это про меня. Про то, как я живу. Я не умею… быть «где-то в стороне».

Пауза.

— Если это должно быть скрыто — значит, этого не должно быть.

Тишина между ними стала плотной.

Арон смотрел на неё внимательно, без привычной уверенности.

— Ты предлагаешь просто… прекратить? — тихо спросил он.

София выдержала этот взгляд.

— Да.

Слово прозвучало спокойно.

Слишком спокойно для того, что было между ними.

Он медленно кивнул. Будто принял. Но не согласился. Несколько секунд он молчал, затем подвинулся ближе.

София не шелохнулась и это уже было ошибкой. Он остановился почти вплотную. Слишком близко.

Тепло его тела, его дыхание — всё это снова стало слишком ощутимым. Слишком знакомым. Слишком… нужным.

— Тогда оттолкни меня, — тихо сказал он.

София нахмурилась.

— Что?

Он наклонился чуть ближе.

— Если ты правда этого хочешь.

Пауза.

Его голос стал ещё тише:

— Оттолкни меня.

София смотрела на него.

Секунду.

Две.

Разум подсказывал правильный ответ. Чёткий, логичный и единственно верный. Но тело не двигалось. И в этом была проблема. Большая проблема. Он не торопился. Просто был рядом. И ждал. София медленно закрыла глаза. Как будто это могло что-то упростить. И в следующую секунду вместо того, чтобы оттолкнуть — она сама потянулась к нему. Сокращая это расстояние. Выбирая, не разумом.

Её пальцы сжались на его футболке, притягивая ближе.

И поцелуй получился не осторожным. А таким, будто всё, что они только что сказали друг другу… не отменяло ничего.

Абсолютно ничего.

Глава 42

София проснулась до будильника. Было тепло. Слишком тепло. И… тесно.

Она медленно открыла глаза.

Арон не спал.

Он лежал рядом, опираясь на локоть, и смотрел на неё с такой спокойной, тёплой улыбкой, что на секунду всё остальное просто исчезло.

— Доброе утро, детка, — тихо сказал он. — Как тебе спалось? Потому что мне — замечательно.

Он легко чмокнул её в кончик носа и уже начал подниматься.

— Поспи ещё. Мне пора на тренировку.

София села в кровати, щурясь от света, и недоверчиво посмотрела на него.

— Ты вчера был пьян… — медленно произнесла она. — А сейчас бодр и собираешься на тренировку?

Арон усмехнулся, натягивая рубашку.

— София, если я пропущу тренировку, тренер вытрясет из меня душу. И мне будет ещё хуже.

Она фыркнула и, потянувшись, встала.

— Тогда закроешь дверь, — бросила она уже на ходу, направляясь в ванную.

Она почти скрылась за дверью, когда он поймал её за запястье и развернул к себе.

Он прижал её к себе, и в его движении уже не было утренней ленивой мягкости.

Он наклонился и коротко поцеловал её в губы.

— Я бы с удовольствием присоединился, — протянул он тихо. — В следующий раз проснёмся пораньше.

София закатила глаза, но уголок губ всё равно дрогнул.

— Посмотрим на твоё поведение.

Он аккуратно заправил прядь её волос за ухо и наклонился ближе:

— Ты сама попросишь.

И вышел, не дожидаясь ответа.

⸻

После душа София попыталась разбудить Мириам.

Стучала, дёргала ручку, звала — безрезультатно.

В итоге она сдалась и пошла собираться.

Через десять минут дверь всё-таки открылась, и Мириам появилась на пороге с полотенцем на голове и абсолютно несчастным видом.

— Подруга… — простонала она. — Это была ужасная идея — оставаться так поздно. Я сейчас хочу только одно. Спать.

София усмехнулась.

— Садись. Высушу тебе волосы.

Мириам благодарно плюхнулась на стул.

Они быстро собрались и отправились на завтрак.

⸻

В столовой их уже ждала Милли, энергично размахивая рукой.

— Наконец-то! — заявила она. — Я думала, вы не дойдёте.

— Мы почти не дошли, — пробормотала Мириам, уткнувшись в кружку.

Они быстро поели, поболтали и разошлись на занятия.

⸻

Первым была теория магии у куратора Вельта.

Писали много. Разбирали схемы, потоки, базовые конструкции.

После занятия он остановил Софию.

— Мы возобновляем дополнительные занятия, — спокойно сказал он. — Надеюсь, вы не потратили неделю впустую.

София чуть улыбнулась.

— Я старалась.

Он кивнул, принимая ответ.

⸻

Дальше занятия шли своим чередом.

София поймала себя на мысли, что группа за это время успела сдружиться, а она по-прежнему держалась в стороне. Она знала только девочек из общежития — Ингрит, Лиару, Нарину.

И этого было… достаточно.

Пока.

Разговор в классе быстро переключился на бал.

Платья. Украшения. приглашения.

София едва заметно поморщилась.

— Софи, ты же заказала себе платье? — тут же спросила Мириам.

— Нет, — спокойно ответила она. — И, если честно, я не уверена, что пойду.

Мириам уставилась на неё.

— В каком смысле?!

Она резко повернулась к остальным:

— Вы слышали?!

На них обернулась почти вся группа.

София закрыла лицо рукой.

— Мириам… не начинай.

Но было поздно.

Девочки тут же подключились.

— Если ты сегодня не закажешь платье, тебе придётся идти в готовом!

«Как будто это проблема», — подумала София, но только улыбнулась.

Лиара осторожно потянула её за рукав.

— Не переживай. Швея моей мамы творит чудеса. За неделю всё сделает. Я напишу ей сейчас, а вечером съездим снять мерки.

Мириам резко оживилась:

— Я с вами!

София только выдохнула.

⸻

Дверь в класс открылась.

Разговор стих.

— София Вальдекар, — раздался спокойный голос. — Рад, что вы вернулись.

Профессор Аластор Торн стоял в проходе.

— Вас вызывает ректор.

Внутри всё сжалось.

— Я могу подойти после занятия?

— Нет, — мягко ответил он. — Сейчас.

Его тон был мягким, но непреклонным.

София кивнула, собрала вещи и, бросив короткий взгляд на девочек, вышла.

⸻

В приёмной было пусто.

Дверь в кабинет ректора — открыта.

София постучала по косяку и заглянула.

— Здравствуйте, ректор Арденваль.

— Заходите, Вальдекар, — прозвучал голос.

Она вошла.

— И закройте дверь.

Щёлчок замка прозвучал слишком громко.

София осталась стоять.

Внутри уже выстраивалась защита — плотная, многослойная. Не глухая, не подозрительная. С «витриной» сверху: разговоры, уроки, нейтральные мысли. Всё лишнее — глубже и недоступно.

Ректор поднялся из-за стола.

— Присаживайтесь.

Она села.

Он остался стоять, опираясь о стол, сложив руки на груди.

— Как ваши успехи у Вельта?

— Я вижу поток, — спокойно ответила она. — Но пока только базовые вещи.

— Вам стоит ускориться. Экзамены не за горами.

Она кивнула.

Пауза.

Он сделал шаг ближе.

— София… поступили любопытные сведения.

Его взгляд стал тяжелее и оценивающим. Он не лез в сознание.

Пока.

Она подняла на него глаза — и позволила себе выглядеть растерянной.

— О чём вы, господин ректор?

— О вашей фамилии.

София опустила взгляд.

Пауза.

И затем тихо:

— Я бы не хотела это обсуждать.

Когда она снова подняла глаза, в них уже стояли слёзы.

Ректор явно не ожидал этого.

— Это не влияет на ваше положение—

— Вы не понимаете, — тихо перебила она.

Слеза скатилась по щеке.

Он замолчал. Достал платок. Протянул ей. И, что важнее — отступил.

София это заметила.

— Я росла сиротой, — продолжила она тише. — И только недавно узнала… что вообще имею отношение к этому роду.

Она сжала платок.

— Но не прямое.

Голос дрогнул.

— Возможно… меня просто убрали. Потому что во мне нет силы.

Теперь слёзы выглядели настоящими.

Ректор помолчал.

Затем налил воды и протянул ей стакан.

Она поблагодарила и сделала глоток.

Он прочистил горло.

— Я должен проверить вас ещё раз.

И вот здесь София резко поднялась.

— Вам нравится это? — в её голосе появилась боль. — Снова и снова доказывать мне, что я… ничто?

Она отступила на шаг.

— Что во мне только крупицы? Что я позор рода?

Слова повисли в воздухе.

И в этой эмоции было ровно столько правды, чтобы она выглядела настоящей.

Но не больше.

Ректор смотрел на неё дольше, чем требовалось. Не спешил. Не лез в сознание. И именно это было хуже.

София стояла, сжимая в пальцах платок, и чувствовала, как напряжение не уходит, а… расползается. Медленно. Почти незаметно.

Он обошёл стол и остановился чуть в стороне.

Не напротив. Не слишком близко.

Удобная позиция.

— Приют, говорите… — произнёс он негромко, будто размышляя вслух. — Вар-Талмер?

София кивнула, не поднимая глаз.

— Да.

— Долго вы там находились?

— Почти всё время, что помню.

— И никто не замечал… проявлений?

Пауза.

София медленно покачала головой.

— Нет.

— Странно, — мягко сказал он.

Слово прозвучало без нажима. Но в нём было сомнение. Он сделал шаг ближе.

— Обычно даже слабая магия даёт о себе знать. Особенно в стрессе. Страхе. Боли.

София чуть сильнее сжала платок.

— Я не знаю, — тихо сказала она. — Может… её и правда не было.

Он смотрел на неё внимательно.

Слишком внимательно.

— А сейчас есть?

Вопрос прозвучал почти буднично.

Но София почувствовала, как внутри всё напряглось.

Она пожала плечами.

— Я учусь. Как все.

Он наклонил голову.

— Нет, София. Не как все.

Пауза.

Она медленно подняла на него глаза.

И в этот момент он не пытался проникнуть в разум.

Он читал её иначе.

По дыханию. По микродвижениям. По паузам.

— Вы не задаёте вопросов, — продолжил он. — Не паникуете. Не хватаете знания жадно, как делают те, кто впервые сталкивается с магией.

Его голос оставался спокойным.

— Вы… адаптируетесь.

София почувствовала, как по спине проходит холод.

Но лицо осталось прежним.

— Я просто стараюсь, — тихо сказала она.

Он чуть усмехнулся.

Не веря.

Но и не споря.

Пауза затянулась.

— Бывали ли у вас… странные ощущения? — вдруг спросил он. — Потеря времени. Дежавю. Чувство, что вы… не на своём месте?

София опустила взгляд.

Секунда.

Две.

Она позволила себе замешкаться.

— Иногда, — призналась она. — Но я думала… это нормально.

Он наблюдал, выжидал.

Она не добавила ничего лишнего.

И это было правильно. Ректор медленно выпрямился, отступая на шаг.

Как будто не потому, что закончил — а потому, что решил сменить направление.

— Вы понимаете, София, — произнёс он уже мягче, — что фамилия Вальдекар… привлекает внимание.

Она кивнула.

— Я не хотела—

— Я знаю, — перебил он спокойно. — И именно поэтому я предлагаю вам помощь.

София подняла взгляд.

Вот оно.

— Помощь? — осторожно уточнила она.

— Индивидуальные занятия, — пояснил он. — Под моим контролем.

Пауза.

— Доступ к закрытым материалам. К тем, которые обычным адептам недоступны.

Он сделал ещё один шаг.

Теперь ближе.

— И, что важнее, защита.

Слово прозвучало чётко.

— Пока вы под моим наблюдением, — продолжил он, — никто не станет задавать лишних вопросов.

София молчала. Внутри всё уже сложилось. Это не предложение. Это поводок.

Он смотрел на неё, ожидая реакции.

— Вы хотите помочь мне… потому что я Вальдекар? — тихо спросила она.

Он выдержал паузу.

— Потому что вы можете ею быть.

Честно.

Слишком честно.

София опустила взгляд, будто раздумывая.

На самом деле — выравнивая дыхание.

— Я… не уверена, что справлюсь, — сказала она тише.

Он сделал ещё полшага.

— Именно поэтому вам и нужна помощь.

Тишина.

София медленно кивнула. Не слишком быстро. Не слишком охотно.

— Я подумаю, — сказала она.

Это был правильный ответ. Не согласие и не отказ. Ректор слегка улыбнулся.

— Подумайте, — согласился он. — Но не слишком долго.

Пауза.

— В вашем положении промедление — роскошь.

Он отошёл к столу. Разговор был окончен. Но ощущение — нет.

София поднялась. Сделала шаг к двери.

И только взялась за ручку, как его голос снова остановил её.

— София.

Она обернулась.

— Да?

Он смотрел прямо.

Слишком прямо.

— Если вы вдруг вспомните… что-то необычное о себе, — сказал он спокойно, — я буду первым, кто должен это узнать.

Пауза.

И мягче:

— Ради вашей же безопасности.

София выдержала его взгляд.

Кивнула.

— Конечно.

И вышла. Когда дверь за ней закрылась, она не сразу пошла. Сделала медленный вдох.

Он не полез в её голову. Но это было даже хуже. Потому что теперь он думал. А думающий противник — это уже не случайность. Это проблема. И очень серьёзная.

Глава 43

София вышла в коридор и лишь тогда позволила себе выдохнуть — медленно, сдержанно, почти незаметно, будто даже дыхание могло выдать её больше, чем следовало.

Она не остановилась. Не замедлила шаг. Не оглянулась.

Двигалась вперёд с той нарочитой не спешностью, за которой обычно скрывают не спокойствие, а тщательно удерживаемое напряжение — словно ничего не произошло, словно за закрытыми дверьми кабинета её не пытались разобрать на части, слой за слоем, слово за словом, реакцию за реакцией.

Но внутри всё было натянуто до предела. Он не полез в её сознание. И именно это тревожило сильнее всего.

Потому что теперь он не искал вслепую — он думал.

А значит, рано или поздно начнёт действовать.

София почти достигла лестницы, когда это произошло.

Ощущение было настолько лёгким, что его можно было бы списать на усталость… если бы она не знала, что искать.

Едва уловимое прикосновение. Не давление. Не попытка вторжения. Скорее — осторожное касание, скользящее по поверхности её ментальной защиты, словно чужие пальцы на мгновение проверяли, где границы, где слабое место, где можно будет нажать позже.

Она не остановилась. Даже шаг не сбился.

Лишь внутри всё мгновенно собралось в ту холодную, выверенную конструкцию, которую Арон когда-то заставил её выстраивать снова и снова — плотнее, глубже, без лишних эмоций. Щиты сомкнулись. Ответа не последовало.

Контакт исчез так же тихо, как появился, оставив после себя лишь тонкий след — не боль, не страх, а знание. Её уже проверяли. И это был не ректор.

Иначе это выглядело бы по-другому.

София спустилась вниз и только там позволила себе ускорить шаг, будто расстояние между ней и произошедшим могло хоть немного ослабить это внутреннее напряжение.

⸻

К обеду она вернулась к девочкам.

Мириам вскочила первой — как всегда, слишком быстро, слишком открыто, не умея скрывать ни тревоги, ни любопытства:

— Ну?!

София спокойно опустилась на стул, позволяя себе лёгкую тень усталости в движениях, но не в голосе.

— Жива.

Милли фыркнула, скрестив руки на груди:

— Очень смешно. Чего он хотел?

София едва заметно пожала плечами.

— Фамилию. Как обычно.

Она произнесла это ровно, почти скучающе, словно речь шла о чём-то незначительном и давно привычном. И всё же Мириам прищурилась, уловив фальшь — не в словах, а в том, как они были поданы. Но, к удивлению Софии, вопросов она задавать не стала.

— Значит, вечером едем за платьем, — бодро заявила она, будто сознательно отрезая тему.

София кивнула.

— Едем.

Она только взяла чашку, когда почувствовала почти осязаемый взгляд.

Она не сразу подняла голову — ей это было не нужно.

Она уже знала.

Арон.

Он стоял у входа в столовую, только что вернувшись с занятий. Рубашка была расстёгнута больше обычного, галстук небрежно ослаблен, и в этом кажущемся беспорядке читалось не расслабление, а напряжение, собранное под кожей.