Элька и король. Мглистые горы

«На дурь.» – это так Алиска говорит, лучшая подруга Эльвиры. Лучшая и единственная, потому, как, дружить с девушками у Эльки плохо получается. Она вообще с людьми плохо сходится, мало кому доверяя. Вот Алиске доверяет, да еще, пожалуй, Акимычу.

Список короткий, но на то свои причины имеются. Веские и неприятные. С душком, так сказать.

Элька снова взглянула на портрет Трандуила – хорош, зараза!

И снова стало обидно – но, почему?

Ведь она отлично понимала, что нет никакого будущего у нее и вот этого вот, золотоволосого красавчика, что перемещения из одного мира в другой – миф и сказка, плод неуемной фантазии авторов многочисленных романов, что попаданки, они..

Элька вздохнула – ну, ни разу она не попаданка. Попасть она может исключительно в неприятную историю. И, попадала. Не один раз. А вот в другой мир – никогда.

Знала ли она и о том, что счастливого окончания ее любовная история иметь не будет и этот плакат, добытый Элькой с величайшим трудом и большими жертвами, пожелтеет, потускнеет и отправится на свалку, когда пройдет глупая, запоздало-детская влюбленность в прекрасного эльфа? Знала, конечно, не дура же она с холодными ушами? Все это Элька понимала, но, тем не менее, уже который год, жила, дышала, встречала каждое утро вместе с ним, со своим королем.

«Чудненько», как любит повторять Элькина подруга Алиска, плюясь в сторону «пугала» на стене. Трандуила Алиска ненавидит – он непрошено ворвался в их совместную жизнь, едва не лишив ту любимой подруги. А ведь они с Алиской не разлей вода с самого детского садика. И, вдруг? Какой-то белобрысый чудик с длинными ушами и сумасшедшей харизмой решил вмешаться в их отношения?

Алиска подобного терпеть не желала и, объявив войну заболеванию под названием «Трандуизм», решительно приступила к поискам лекарства. Клин, как говорится, клином вышибают.

Алиска, пытаясь спасти подругу от несчастной влюбленности или, от «дури необыкновенной», проявила чудеса изобретательности, жертвуя собственным свободным временем.

Она принялась знакомить Эльвиру с разными, «очень перспективными и интересными» молодыми людьми, надеясь на то, что горячие парни из плоти и крови, смогут затмить собой парня картонного, нарисованного на бумаге.

Но, увы!

Эльку совершенно не трогали все эти перспективные молодые люди, носившие зауженные штанишки и стильные рубашки, каждые три секунды, заглядывавшие в свои гаджеты и пьющие малиновый раф с добавлением корицы.

Не интересно ей было с подобными типами. К тому же, Эльвира отлично видела, что и им с ней тоже.. неинтересно.

Ведь слеплена девушка была из иного теста и принадлежала к иному кругу общения.

Она была из быдла. Да-да, из самого обычного, городского населения, а не как они – из городской элиты.

Это Алиска такая демократичная, что якшается с девчонкой из простонародья, что, кстати, очень не одобрялось Алискиными родителями, а мальчики, предпочитающие малиновый раф, с подобными девчонками могли встречаться исключительно по одной причине – «поматросить и бросить».

Эльку подобное отношение не устраивало – бросить она и сама могла.

К тому же, эти все приторные парни ей и в подметки не годились – любого из них она могла уделать одной левой. Не зря же одним из друзей Алиски был Акимыч – глава того самого Городка-на-Реке, интересного местечка, где собиралась местная тусовка городских реконструкторов, к которой и принадлежала Эльвира.

А реконструкторы, они не только в средневековые костюмчики наряжались, но и еще кое-чем занимались. Кое-чем, на взгляд Эльвиры, очень полезным.

Вот друзья по тусовке в личную Элькину жизнь старались не лезть, давно поняв, что ее одержимость прекрасным эльфом – это всерьез и надолго. Как ни старалась Алиска, но красавчик упорно не желал изгоняться, а, наоборот – прочно обосновался в Элькином сердце и пустил корни. Застолбил, понимаешь ли, местечко.

«Мои личные симпатии и антипатии принадлежат только мне, разве не так?» – решила Элька раз и навсегда и старалась следовать данному правилу постоянно. О-о-о, только не в данном случае! О ее глупой одержимости эльфом окружающие узнали мгновенно и сразу. Может в том виновата роскошная маечка со стразами с изображением короля Трандуила, на которой, король эльфов, вольготно расположившись на девичьей груди, потрясает всех своей красотой? Кстати, любимая маечка Эли, на которую не раз и не два покушалась Алиска. Элька подозревала, что негодующая подруга с удовольствием разорвала бы владыку на тысячи маленьких Трандуилов.

«Кстати, Алиска, где ее носит? – недовольно подумалось Эльке. – Мы договорились еще с вечера о том, что она отправляется вместе со мной в парк, а затем, в Городок-на-Реке. Так где ж ее носит?»

Алиска, упрямо игнорировавшая приглашения подруги посетить это занятное местечко, накануне неожиданно дала свое согласие. Такая девушка, как Алиска, никогда раньше не общавшаяся с людьми, мечтающими жить в ином мире или в ином времени, внезапно возжаждала пообщаться с остальными «больными на голову» и оценить масштаб катастрофы.

Она долго оттягивала этот момент, надеясь на то, что Эльвира перерастет своё затянувшееся приключение по имени «Прекрасный эльф». Но, увы – приключение самостоятельно заканчиваться не желало, поэтому, как считала Алиска, Эльку срочно нужно было спасать. Кардинально и окончательно, а для этого необходимо было проникнуть на территорию врага и провести разведку боем.

Сказать, что в окрестностях городка шастало много эльфов, гномов, троллей и орков, Элька не могла, да и местное население, уже слегка попривыкло к непривычным одеждам и непонятным речам, равно, как к топорам из жести и позолоченным лукам. А, поначалу пугались. Пугались, голосили, бежали к участковому, потрясая кулаками и жалуясь на «проклятых кришнаитов», оккупировавших городской сквер и водивших хороводы у самой высокой голубой ели. Участковый проникся нуждами городского населения, более терпимого к готам и рокерам, чем к последователям профессора Толкина, в результате чего, база «продвинутых» эльфов и прочего народонаселения Средиземья, плавно переместилась за город, на поляну у небольшого лесочка, под бочок КСК «Вымпел», где, собственно, Элька и зарабатывала себе на хлеб насущный малую денежку. На жизнь, впрочем, хватало. И на тонкий слой масла тоже.

Чудесное место, как оказалось. Открыла она его для себя недавно – всего лишь три года назад, в то самое время, когда, поразивший ее в самое сердце, вирус внезапного психического помешательства по имени «Трандуил, король эльфийский, одна штука», набирал обороты. Очень уж хотелось, хоть слегка, но приблизиться к своему кумиру. Конечно, гигантского лося взять Эльке было неоткуда, а вот лошадки! Милые, доверчивые, благодарные существа. Людям до них далеко. Да и ездить верхом Эльку в клубе обучили без особых проблем, бонусом, так сказать, за качественный и ударный труд, благо, девушкой она оказалась легко обучаемой и с животными ладить умела.

Богатенькие мальчики и девочки, а, так же, тетеньки и дяденьки, с удовольствием катались на лошадках, чинно прогуливаясь по аллеям ухоженного парка, фотографировались во всевозможных позах с ласковыми, добродушными животными, после чего выражали благодарность хозяину клуба и все. Забывали о них до следующего приезда, если таковой, вообще случался.

А вот мыть, чисть, кормить-поить, убирать навоз, богатеньким бездельникам, не хотелось. Зачем, собственно? Свою дозу общения с природой они получили, а заодно и развлеклись, погуляли, угостились шашлычком в местной шашлычной у гостеприимного дядьки Ашота, а остальное дело холопов. Пусть они там суетятся, моют-драят, выгуливают и купают. Они – это специально обученные люди, получающие зарплату за свой не очень аппетитный труд.

Этим-то трудом Элька и занималась. А, что, ей не в лом. Подумаешь, навоз! У матушки на кухне иной раз и не такое понюхать можно было.

Кстати, о родителях.

Элькиным на нее, вообще, было фиолетово – папашка пьет и общается с зелеными человечками, правда тихо так, тупо, без эксцессов, опасаясь, по всей видимости, визита недружественных людей в погонах или белых халатах, а маман, еще раньше, задолго до рождения Эльвиры, ударилась в религию, посещая все собрания местной ячейки сектантов. Кто они и, что они, Элька знать не желала после одной, очень неприятной истории, случившейся с ней в далеком и трепетном пубертальном периоде, после которой, собственно, девушка и осталась сиротой, при живых-то родителях. Тогда-то из дома постепенно исчезли все ценные вещи, кроме папашкиного дивана и его же коллекции пустых бутылок, на которую, вот странность, никто не покушался.

Так что, жила она, сама себе предоставленная, обычной жизнью серой мышки, заочно и потихоньку училась в финансовой академии (громкое название местного филиала какого-то столичного вуза), подрабатывала везде, где только можно, поскольку девушка Эля молодая и кушать ей тоже хочется, пока не случилась с ней любовь по имени Трандуил.

Как-то, так.

И где же, все-таки, Алиска?

Элька переживала о том, что её мать и Алиска могут случайно встретиться. У подъезда. Тогда, быть беде. Мать Эльвиры уже ученая, на рожон не полезет, но вот ее подружки.. Встречались среди теток в серых балахонах особи, у которых напрочь отсутствовало чувство самосохранения. Такие, прикажи им их кумир, не только в горящую избу запрыгнут, но и под коня лягут, и с голыми руками на танк попрутся.

А, что? Гуру их, свой хлеб не зря кушал – мозги умел пудрить быстро и качественно. Особенно женщинам, которые и составляли основной косяк, так называемого «обчества», которое этот самый пастырь и окормлял по мере своих сил и возможностей.

Алиска, она, конечно, себя в обиду вряд ли даст, да и папа девушки, человек в городе – особа известное, но, кто его знает, что на уме у этих сектантов? Помнится, несколько лет назад, случилась в городе странная история, когда сектанты, не эти, а другие – развелось же всякой разной швали! – ухитрились молоденькую девушку украсть и держали ее в сексуальном рабстве некоторое время, а потом, едва не похитили маленьких детей, неизвестно для каких целей. Может на органы продать хотели, может еще какую гадость удумали. Девчонка та, чудом спаслась, не иначе, а сектантов тех полиция переловила и их высоких покровителей тоже.

Только вот пастыря, который элькиной матери мозги запудрил, никакая зараза не брала. Осторожный гад, да и адвокаты у него хорошие. Дорогие.

Как-то, так.

И где же, все-таки, Алиска?

Успев умыться, слегка размяться и позавтракать, Элька присела на стул, послав воздушный поцелуй своему кумиру и слегка зависла, задумавшись о несправедливости жизни в общем, и о несправедливости жизни к ней самой, в частности. Почему она, красивая, здоровая дивчина, хочется надеяться на то, что не глупая и привлекательная внешне, сидит за кухонным столом и страдает по мужику, которого и в природе-то не существует? Чем вызвано ее помешательство? Что с ней не так? За что с ней, Элей, так жестоко?

Трандуил загадочно молчал, таинственно поблескивая светлыми глазами. Его равнодушие сегодня почему-то бесило особенно сильно. Хотелось подскочить к кумиру и надавать звонких пощечин по этим вызывающим, аристократичным щекам. Вместо этого, Эля привычно вздохнула и уронила голову на руки

«Бывают же на свете такие потрясные мужики. – и, ожидаемое. – Куда уж, с нашим-то счастьем?»

Разочарование поднималось из груди какой-то злобной волной, а тут еще и Алиска задерживалась по неизвестной причине. Оставаться дальше наедине с равнодушным гадом с плаката не хотелось, и девушка резко поднялась со стула – хватит с нее соплей на сегодня, пора устроить вылазку и навестить друзей-сотоварищей, узнать последние новости тусовки и, кстати, забрать свой эльфийский лук из ремонта, пока какой-нибудь ловкач не приделал ценному артефакту ноги.

Стук в двери, звучавший особым образом – условным, вырвал Эльвиру из состояния сопливой задумчивости.

Девушка мигом встряхнулась, перестала себя жалеть и рванула к дверям – пришла Алиса.

– Хандрим? – звонкий голос подруги выдернул Эльку из печальных мечтаний и вернул на грешную землю. Алиска, нужно отдать ей должное, ситуацию просекла мгновенно.

– Молчит, зараза? – участливо поинтересовалась она, обращаясь с подружкой нежно, точно с тухлым яйцом. – Ты, Элька, того, не расстраивайся особо. Он же всегда такой, гад высокомерный. Козел, хоть и эльф.

Элька покорно вздохнула – а чего спорить? Так и есть – гад высокомерный. Сидит себе где-то в своем Лесном королевстве и знать не знает о том, что по нему страдает некая юная особа. Захотелось придушить и профессора Толкина, и режиссера Джексона и, будь он неладен, Ли Пейса, в сущности и исполнившего эту роль, столь гениально, что Эля влюбилась. Но, руки коротки, а от того, пора отправляться в городок-на-Реке, так, как на работу, по причине выходного дня, спешить не нужно.

– Эльвир, – подруга нахмурилась, словно собираясь сообщить какое-то неприятное известие. – там, в подъезде, в общем, непонятное что-то творится.

Элька изогнула одну бровь дугой. Правда-правда, сделала, как в кино. Долго пришлось перед зеркалом тренироваться, чтобы получилось аристократично и красиво. И без участия второй брови, которая, так и норовила отзеркалить.

– Там у тебя на двери – Алиска дрыгнула ногой, выражая степень своего возмущения. – знаки какие-то нарисованы. Краской. Красной. Кресты непонятные, круги и прочая дребедень. Извини, – девушка развела руками. – я во всей этой ерунде не разбираюсь, но выглядит зловеще.

Эльвира вздохнула – в этот раз утренние визитеры решили не ограничиваться стуком в дверь, оставив более весомый аргумент. Послание.

– Сектанты шалят. – Элька с тоской подумала о том, что дверям срочно необходим ремонт. Хоть какой-то. Простая покраска уничтожит следы этого народного творчества.

«Да-да, – решила девушка. – кардинальный черный цвет исправит ситуацию.»

– Тетя Даша никак не угомонится? – прищурилась Алиска. – Эль, ну, может хватит терпеть? Они и дальше будут тебе нервы мотать? Совсем сбрендили? Давай напишем заявление в полицию. Пусть их, хотя бы, оштрафуют.

– Для Васусия этот штраф, словно слону дробина. – хмыкнула Элька. – Досадно, но не критично. Что до заявления… Писали уже, помнишь? Ничем хорошим не закончилось, я же еще и виновата осталась. К тому же, ни ты, ни я, мы не видели, как эти сумасшедшие тетки двери разукрашивали. Все они добропорядочные и уважаемые дамы, так что, вряд ли их накажут. А, накажут, так и что – все равно продолжат гадить по возможности, пока я не сдамся и Васусию квартирку не отпишу.

– Не отписывай. – переполошилась Алиска. – Обойдется.

– И не подумаю. – Элька упрямо сжала губы. – Я лучше сиротам все оставлю, чем этому вурдалаку сластолюбивому.

Хлопнув по столу ладонью, Элька напыжилась – такое хорошее утро испортили! Правду говорят о том, что религия – опиум для народа. У Васусия этот опиум еще и с душком мерзким. Так и хочется пойти, и плюнуть прямо в лицо этому липовому гуру.

– Собрались, что ли? – Эльвира загремела ключами. – Пошли, а то опоздаем.

– Маршрутка? – ожидаемо спросила Алиска, недовольно морща высокий лоб. Она, дитя родителей обеспеченных, предпочитала такси, Эля же, зарабатывая себе на жизнь и пропитание, честным трудом, могла позволить себе исключительно скромную поездку на общественном транспорте.

Впрочем, все оказалось не так уж и плохо – людей набилось, конечно, изрядно, но, все сплошь отдыхающие, молодежь, да мамашки с детьми, никаких тебе старушек с садово-огородным инвентарем. Видать, дачники успели укатить раньше, предыдущим автобусом, что несказанно радовало.

Отдыхающие направлялись в самый знаменитый в нашей области парк «Лога». Это, должна вам сказать, нечто – бесплатный парк в наше время, основанном на товарно-денежных отношениях, прямо-таки, явление необычное.

Построенный для народа местным воротилой, господином оборотистым и удачливым в бизнесе, он получился драгоценным подарком, всем горожанам, да, что там горожанам, всем жителям области, которые валом валили на дармовщинку. А посмотреть в парке было что! Стилизованные под старину беседки и веранды, дорожки из желтого кирпича, уводившие тебя все дальше и дальше, в сказочную страну, пруды и прудики с лебедями и золотыми рыбками, мостики и переходы, вольеры с павлинами и прочими пернатыми, олени, лани, самые настоящие, почти ручные, игривые и ласковые, равно, как и ресторан «Тетерев», привлекали к себе массу народа не только из города, но и из всех ближайших областей нашей необъятной страны. Полно было и экзотичных питомцев – всяких там попугаев-лемуров и прочих носух, водящих компанию с кенгуру и сурикатами. Даже москвичи, избалованные благами и чудесами цивилизации, не считали для себя зазорным, прогуляться по тенистым аллеям А, катание на лодочках по спокойным водам небольшого искусственного озерца? А, поляна кривых зеркал, где каждый желающий мог увидеть себя в разных ракурсах? А «Колесо обозрения»? Сказочные персонажи? Вкусная еда и красочные фото?

Необыкновенно и чудесно, а, так же, весьма и весьма выгодно.

Так сказать – русская Швейцария, страна гномов, фей и … эльфов..

Однако, напрасно местная администрация тянула загребущие ручки к народному парку – бизнесмен, помнивший огромный, грязный пустырь, свалку и вонючее болотце на месте чистенького озера, не собирался наживаться на своей мечте. Он просто воплощал ее в жизнь, отмахиваясь от всех коммерческих предложений, продолжая радовать земляков неукротимой фантазией и неистощимым кошельком.

В общем, честь ему и слава, а, так же, здоровья, успеха и процветания в бизнесе. Примерно такие разговоры и царили в маршрутке, бодро катящей по ровной дороге, прямо к парку. Люди, в предвкушении приятного времяпровождения, казались добрыми и милыми, хамовитыми и агрессивными они становились на обратном пути, когда стертые ноги и выпитые напитки, значительно понижали градус хорошего настроения. Пока же всё было чинно-благородно.

Алиска вертела головой, с любопытством осматривая попутчиков, принюхиваясь к ароматным запахам, исходившим из сумочек и корзиночек со всяческой снедью, а Элька привычно нахохлилась. С большим трудом Алиске удалось уговорить подругу взять ее на сборище или, шабаш, как она, смеясь, называла сходку толкинистов. Сама Элька, как это было хорошо известно Алиске, не особо любила подобные шумные и многолюдные мероприятия, но все-таки, посещала их, внося толику живости и разнообразия в свою, не избалованную яркими событиями, жизнь. И еще, где-то, в глубине души, все-таки тлела надежда на то, что может быть, ей удастся встретить Его, своего короля, владыку, такого прекрасного, умопомрачительного, непостижимого.

Тьфу, столько слов и все в превосходной степени.

Вот, она, Элька, поворачивается и встречается взглядом с глазами, наполненными серым, осенним туманом. Она останавливается, замирает, всматривается и… узнает! И он, узнает ее тоже…

И все…

Дальше фантазия влюбленной бастовала и отказывалась работать. Однако, почему-то казалось, что все закончится хеппи эндом. Не зря же ей, наивной мечтательнице, так верится в реинкарнацию и переселение душ. И в переселение тел тоже.

Очень уж Эльке нравилось тело владыки лесного королевства, а ведь раньше, до своего помешательства, она смазливых блондинчиков терпеть не могла, считая, что они – не её тип мужчины.

– Элька, – неожиданно очнулась от задумчивости закадычная подруга и, скептически поджав губы, принялась разглядывать ее наряд придирчивым взглядом. – ты, что, собралась встречаться со своими эльфами в этом?

Девушка с недоумением осмотрела свою, привычную для подобных мероприятий, одежду и глубоко вздохнула. Оставаться непонятой даже в подобной мелочи – в этом она вся и есть.

Шумные попутчики сразу же настропалили уши, длинные и любопытные, не хуже эльфийских. Разумеется, о том, что поблизости от парка «Лого», разбили свой лагерь ролевики, в городе было известно. Равно, как и о том, что именно в эти выходные состоится очередной съезд или шабаш, как его и называла Алиска. Любопытствующие особи из числа горожан и иных, проезжающих мимо путешественников, изредка забредали в стойбище аборигенов, гуляли между палатками, замаскированными под шатры эльфов или орков, подсаживались к кострам, за умеренную плату угощались походной кашей, с ягодами и орехами, баловались тонкими «эльфийскими» винами и необычно крепким гномоядом – ядреной самогонкой, производства Акимыча, главного городского гнома, работающего в кузне и, единственного из всех толкинистов, имевшего, самый, что ни есть, настоящий доспех. Наряды у аборигенов преобладали самые разнообразные – от облегающий, «под кожу», костюмчиков, обтягивающих тело, как перчатка, до широких балахонов волшебников и, почти бальных платьев признанных эльфийских красавиц. Мужчины, от орков, до гномов, особо не заморачивались – кожаные куртки с заклепками (чем больше заклепок, тем красивее), кожаные же, штаны, сапоги, молоты, секиры и мечи.

Разнообразие колюще-режущего оружия зашкаливало, правда, все оно было тщательно затуплено, по настоятельному требованию участкового. Однако, даже, столь плачевное состояние, не помешало хмельному Торину, здоровяку-культуристу, известному в некоторых кругах под кличкой «Зяба Рыжий», гонять наглых залетных гопников тяжелой кувалдой, заменявшей доморощенному гному боевой молот. С диким криком: «Банзай», вошедший в раж гном, размахивая кувалдой по широкой дуге, галопом скакал за обнаглевшими, слегка приблатнеными маргиналами, посмевшими пристать с непочтительными речами к одной из местных эльфиек. Эта эльфийка, отзывавшаяся на имя Галадриэль (и никак иначе) очень любила являться на сборы в полупрозрачном, длинном пеньюаре, гордо именуемом ею «платьем из эльфийского шелка». Наряд не столько скрывал, сколько демонстрировал, приводя подвыпивших гномояду мужиков, в изряднейший восторг.

Вот и сорвались, непривычные к сему зрелищу, гости.

Ходит тут, по лесу, понимаешь ли, девица в прозрачной ночной рубашке, трясет, понимаешь ли…тем самым местом… местами. Как тут не пристать? А вдруг, ненароком, оскорбишь даму невниманием?

Так что, наряд Эльки, а она, в некотором роде, претендовала на роль, то ли человеческой охотницы, то ли полуэльфийки, но, все же, охотницы, проигрывал нарядам прочих барышень, по всем статьям. Да и не так уж и много барышень бродило среди ролевиков, не все, знаете ли, барышни любят ночевать в шатрах, питаться кашей с костра и кормить прожорливых комаров собственной кровью. Элька – не любила, это уж точно, потому в лагере косплеитов никогда не оставалась, а уезжала ночевать домой, чем вызывала стойкую неприязнь некоторых, особо упертых особей.

Особенно невзлюбили Эльку – эльфийку, девушки. Она, как уже было сказано, длинных, прозрачных платьев, не носила в принципе, на звучные эльфийские имена, типа Арвен или Галадриэль, не отзывалась, хоть эльфийское имя у нее имелось, как же без него-то? передвигалась быстро и порывисто, танцевать при лунном свете не научилась и не скрывала своей влюбленности в короля Трандуила, а значит, на местных мужчин не обращала внимания, ни на волшебников, ни на эльфов, ни на орков, чем, естественно, обижала все мужскую половину команды. Да, так и было, вот, закадычная подруга Алиска и решила самолично взглянуть на честную компанию, в которой, с некоторых пор, обреталась ее драгоценная Элька.

– Приехали. – настроение упорно стремилось к нулю, и Эля угрюмо взглянула на подругу. – Пожалуй, стоит прогуляться по парку, а не спешить, сломя голову. На поляне сейчас лишь самые упертые гномы и орки толкутся.

– А, ваши эльфы где? Волшебные грибы собирают, а затем спайс мастерят? – не обращая внимания на резкие перепады настроения подруги – привыкшие мы, Алиска с удовольствием осмотрелась. – Может перекусим? Я угощаю.

Эля, чьи финансы, в конце месяца, обычно пели романсы, отказалась – переходить на довольствие, более обеспеченной в денежном плане подруги, она, не собиралась. Зависимость от других, как ей казалось, вовсе не украшает жизнь.

– Как знаешь. – Алиска слегка обиделась, но особо возмущаться не спешила, зная насколько упертой может быть своенравная подруга. – Решила заняться лечебным голоданием? Похвально, но глупо. Лично я, – Алиска хмыкнула. – никогда не откажусь пожрать на халяву вкусненького. Не такая я принципиальная. Так, что на счет эльфов? Мы увидим прекрасных звезднорожденных? Или они все уплыли за море, в далёкие Западные земли?

Элька насмешливо хмыкнула – тесное общение с продвинутой поклонницей эльфов пошло Алиске на пользу. Ишь ты, удосужилась прочитать бессмертное произведение знаменитого профессора Толкина. Впрочем, это Элька слишком хорошо о ней думала. Скорее всего, Алиска посмотрела фильм.

Ее догадки незамедлительно подтвердились. Хотя, чего еще ожидать от Алиски?

– Меня Машка в кино водила на днях. – ухмыльнулась блондинка, лукаво косясь на посмурневшую Эльку, недолюбливавшую вертлявую племянницу Алиски. Уж слишком та любила выпендриваться и мнить себя искушенной дамой. И это в двенадцать – то лет! Что с нее дальше вырастет?