Отброс аристократического общества 5

Куда побежал маркиз скоро стало ясно, его милость помчался к жилищу прохиндея, сумевшего облапошить доверчивых дворян.

Вломившись в дом, толпа растеклась по особняку, в поисках злодея, и вскоре нашла подлеца. Тот мирно покачивался в верёвочной петле, подвешенной к стропилам крыши, и уже начал пованивать.

Всё. Круг замкнулся. Стоит ли говорить, что в доме не нашлось ни монетки. Как выяснилось позже, банковский счёт «Общества» тоже оказался обнулён. В подавленном молчании толпа разбрелась по домам.

Итак, барон Норманн Валленберг сидел за столом, обхватив голову руками. Перед ним лежало несколько стопок разноцветных акций, напечатанных на лучшей бумаге, которая только нашлась в типографии.

– И что ты собираешься делать? – уперев руки в боки, поинтересовалась баронова жена.

«Вот же стерва, – подумал барон. – Как тратить деньги, так «мы», а как отдувайся, так «ты».

– Не знаю, – буркнул он. – Я думаю.

А делать что-то было нужно. Из банка пару раз присылали курьеров с требованием погасить задолженность, и с каждым новым письмом тон посланий становился всё жёстче.

– Может перезанять у кого? – тоскливо произнёс барон.

– Да кто ж тебе одолжит, – презрительно фыркнула жена, – ты ж долгах, как в шелках.

– Что-то ты много болтаешь, милая, – злобно прищурился Норманн. – Думаешь, тебе удастся от всего этого отмазаться? Не выйдет. Даже если подашь на развод, часть долга всё равно останется за тобой. Впрочем, давай. Мне же лучше. Спихну на тебя половину, возись с ней как хочешь.

Жена замолчала, прикусив губу.

Совершенно ясно, срочно нужны деньги. Повышать налоги дальше было просто нереально, крестьяне, при виде баронской дружины, уже хватались за вилы, да и в городе народ смотрел злобно и исподлобья. Нет, налоги не выход. Нужен новый, творческий подход.

– Чёртов Ханитьюз! – стукнул по столу барон. – Что ему стоило заплатить за прокладку его поганой дороги! Это разом бы решило мои проблемы. Так, стоп. Ханитьюз?

– Ты что-то придумал? – с надеждой спросила жена.

– Ага, – расплылся в улыбке тот. – Ты видела рядом с ним рыжего мальчонку?

– Ну да, – недоуменно произнесла она. – И что?

– А то! – взбодрился милорд Валленберг. – Мы возьмём его в заложники и потребуем выкуп!

– Ты с ума сошёл? – подскочила женщина. – Незаконное лишение свободы дворянина…

– Так то дворянина! – перебил её барон. – А малец – обычный простолюдин. В дворянском реестре он не значится.

– Но почему его? – всё ещё не поняла баронова жена.

– Сложи два и два, – вздохнул Норманн. – Пацан лет шести, огненно-рыжий, Ханитьюз постоянно таскает его с собой. Ну?

– Бастард! – выдохнула та.

– Наконец-то! – всплеснул руками барон. – Догадалась. Выложит Ханитьюз деньги, никуда не денется. Так, надо поговорить с моими молодцами и составить план.

* * *

Хиус, поместье Ханитьюзов.

– Смотрю, ты сегодня бодрее выглядишь, – произнёс Эрухабен, разглядывая Иосифа.

– Угу, – буркнул молодой дракон, – спать уже не хочется, но всё равно, сил как-то мало, да и в животе урчит.

– Это ты с голодухи, – понимающе произнёс Золотой дракон. – Всё это время, считай, и не ел толком, только спал.

– Вот именно, – Иосиф вылез из своего гнезда. – Пойду наверх, попрошу поесть.

– Погоди, – остановил его Эрухабен. – Как твоя мана? Можешь контролировать потоки? Только не хватало, чтобы ты на людях в свою истинную форму перекинулся.

– Не бойся, – отмахнулся мелкий, – контролирую. Я ведь велик и могуч, так что всё нормально.

– Ладно, иди, давай – махнул рукой старый дракон. – Только за ограду поместья не выходи. А я тут попробую с лекарством помудрить.

– Как оно достало это твоё лекарство, – буркнул под нос Иосиф и вышел во двор.

Эх, хорошо снаружи! Сидеть в подвале было ужасно скучно, вон, Кайл с товарищами опять влипли в очередную авантюру, а его оставили дома. Проклятье, надо скорее взрослеть, а то все приключения пройдут мимо!

– Ладно, – вновь пробурчал Иосиф. – Но сначала – подкрепиться.

С завтраком проблем не возникло, на кухне молодому дракону удалось урвать целую миску вкусного жаркого, которую Иосиф и приговорил сидя в саду на скамейке.

– Милорд Иосиф? – послышался голос.

Дракон повернул голову и заметил совершенно обычного слугу, коих в городском поместье сновало превеликое множество.

– Ну я, – гордо ответил чёрный. – Чего хотел?

– Вам письмо, – поклонился слуга, сунул молодому дракону в руки конверт, и тут же испарился.

– Хм, – почесал в затылке чёрный, и сломал сургучную печать.

«Дорогой Иосиф, – по слогам прочёл мелкий драконёнок, – у меня серьёзные проблемы. Дело слишком деликатное, чтобы раскрывать его в письме, но помочь мне можешь только ты. За воротами тебя ждёт чёрная карета. Поспеши, дело не терпит отлагательств. Твой друг, Кайл Ханитьюз».

– Другое дело, – ухмыльнулся Иосиф. – Так и знал, что без Великого Меня он не справится. Ладно уж, пойду, помогу.

Раздувшись от чувства собственной значимости, Иосиф выскользнул за пределы поместья. Действительно, за углом стояла чёрная карета.

– Это ты от Кайла? – Иосиф заглянул внутрь кареты. – Что слу…

В лицо ему ударила струя воздуха, окутав странным, незнакомым ароматом. Иосиф покачнулся и потерял сознание.

* * *

Западный континент, таверна «Яруна».

– Похитили? – я уставился на Стоуна. – Когда? Как?

Внезапно в таверне наступила тишина. Все уставились на меня.

– Мелкого украли? – нахмурился Орю. – Плохо дело. Что предпримем, командир?

– Погодите, – я уселся за стол и закрыл глаза, – мне надо подумать.

Проклятье. Как это не вовремя. Сейчас все переполошатся, бросятся ловить похитителя, а здесь кого оставить? Наше предприятие вступает в решающую фазу, брошен вызов местным бандам, и отступать нельзя ни в коем случае.

– Так, – я открыл глаза. – Я понимаю, что все хотят обнять за горло паразитов, умыкнувших мелкого, но оголять фронт здесь я никак не могу. Ребята, уйти сейчас – провалить всю операцию. Поступим вот как: мы с Розалин возвращаемся домой, постараемся выяснить что вообще происходит, в конце концов, похитители должны выдвинуть требования, скорее всего, банально захотят денег. Мы их аккуратно берём за жабры, выясняем все подробности о нанимателе, специалист у меня есть, а затем берём штурмом логово врага, для чего выдернем уже вас.

– Мы здесь остаёмся? – мрачно спросил Чхве.

– А что делать? – таким же мрачным тоном ответил я. – Нам нанесли очень болезненный удар. Сомневаюсь, что похититель знал о нашей операции, но время он выбрал крайне для себя удачное. После того, как мы поставили на уши всю здешнюю братву, уходить нельзя.

– Это я прекрасно понимаю, – вздохнул Чхве Хан.

– Ладно, – подытожил Орю, – Кайл прав. Сейчас мы действительно важнее здесь, чем дома. Давайте выпьем по пивку на дорожку.

Выпили, конечно, закусили крабами, но праздничное настроение было сломано на корню.

– Ничего, – я выпил остатки пива, – я этому пока что безымянному гаду всё припомню, и обломанный праздник тоже. Розалин, идём?

Розалин кивнула. Мы спустились в подвал и тут же перенеслись в нашу подземную лабораторию, откуда быстрым телепортом перескочили в столичное поместье.

– Ну наконец то! – обрадовался Эрухабен. – Я уже себе места не нахожу.

– Давай подробнее, – потребовал я. – Как это смогло случиться? Ведь ты за ним присматривал.

– Не бей по больному, – вздохнул золотой. – Да, недоглядел. Я-то думал он умнее, в последнее время мелкий вёл себя очень рассудительно, а оказалось… На, читай.

Эрухабен сунул мне в руки мятое письмо. Я прочёл и отдал бумагу Розалин.

– Поверить не могу, – всплеснула руками жена. – Как можно было попасться на такую глупую уловку?

– Ему ведь, на самом деле, всего четыре года, – я забрал письмо, сложил, и убрал в карман. – Что ты хочешь от ребёнка?

– Да, действительно, – кивнула жена. – Я как-то подзабыла об этом. А выглядит как минимум на восемь.

– Он может хоть стариком прикинуться, – покачал головой Эрухабен, – только вот мозгов это ему не прибавит.

– Тайная Канцелярия здесь уже была? – спросил я золотого. – Хоть что-то они выяснили?

– Приходили, а как же, – кивнул Эрухабен, – но толку от них было мало. Письмо нашли, выяснили, что похитители отбыли на карете. Иосифа усыпили то ли заклинанием, то ли сонным зельем. След взять не смогли, в городе, на брусчатке, это абсолютно нереально.

– Заклинанием? – удивился я. – На него вроде бы такие штуки не должны действовать.

– Это когда он был здоров, то да, не подействовали бы, – вздохнул старый дракон, – а сейчас, когда он в раздёрганном состоянии, то легко. Я прекрасно помню себя в этом возрасте. Не поверите, но мне посчастливилось даже подхватить простуду.

– Мда, – задумался я. – Расклад не очень.

– Это ещё мягко сказано, – вновь вздохнул Эрухабен. – Видишь ли, если мелкого не поить лекарством, то, боюсь, его мана может выйти из-под контроля.

– И как это будет выглядеть? – похолодел я.

– Как всплеск дикой магии, – нехотя пояснил золотой. – С непредсказуемыми последствиями.

– Вот только этого не хватало, – ужаснулась Розалин. – Кайл, едем во дворец. Надо поговорить с Феликсом.

Мы трое, усевшись в дежурный лимузин, рванули во дворец. Лакеи на входе, видимо, уже были предупреждены и ждали, так что нас быстро проводили в малый зал для аудиенций.

Зед Кроссман, Феликс Айрон и принц Альберт, похоже, заседали уже давно.

– Есть идеи, кто это мог бы быть? – с порога задал вопрос Ужас Роана.

Я поздоровался с присутствующими.

– Без понятия, – покачал головой я. – Эта новость стала для меня шоком. Преступники прямо как знали, что весь отряд находится далеко от Роана.

– Эту версию мы сейчас отрабатываем, – кивнул король, – но, возможно, произошло банальное совпадение. Городская стража и Тайная Канцелярия носом землю роет, но результатов нет. Мы даже не знаем, что за карета его увезла.

– Я пробовал связаться с ним мысленно, – произнёс я, – мы ведь неплохо научились общаться без слов, но всё как ножом отрезало.

– Не поможет, – покачал головой Золотой. – Подобные вещи работают только в непосредственной близости. Фактически, это не ты освоил безмолвную речь, а Иосиф наделил тебя этой способностью, пока находился рядом.

– Хорошо, – облегченно вздохнул я. – А то я уж было подумал о плохом.

– Нет, он жив, – покачал головой старый дракон. – Это я точно могу сказать. Смерть дракона разносится эхом по всем слоям этого мира.

– Похитители не выходили на связь? – поинтересовался Альберт.

– Нет, – покачал головой я. – В поместье мне ничего об этом не говорили.

– Проклятье, – помрачнел король. – Интересно, эти поганцы понимали, что умыкнули дракона?

– Не знаю, – покачал головой я. – Но мало того, что они умыкнули дракона, они умыкнули дракона в нестабильной фазе. И это может быть чревато.

– Поясни, – потребовал монарх.

Я рассказал ему про «дикую магию».

– Именно так, – подтвердил Эрухабен. – Иосиф на удивление силён, гораздо сильнее, чем любой другой драконёнок его возраста, так что последствия могут быть самыми разными.

– Час от часу не легче, – всплеснул руками Его Величество.

– Погодите, – задумался я. – Всплеск дикой магии. Это ведь довольно серьёзное возмущение в тонких гранях, в астрале так уж точно. Розалин, мы сможем построить детектор спонтанных всплесков?

– А ведь верно! – просияла жена. – Такой мощный выброс маны не то что в астрале, в нашем мире можно будет легко засечь. Кайл, у нас есть шанс!

– Отличная идея! – обрадовался Эрухабен. – Странно, мне подобная идея в голову не пришла.

– Это просто потому, что ты не привык иметь дело с артефакторикой, – пояснил я. – Ведь драконы полагаются в основном на свои силы, а не на устройства. Розалин, что потребуется для создания детектора?

– Да у меня всё есть, – пожала плечами жена, – но дома, в Вестерне. Мы в сокровищнице старой Гильдии Магов награбили много ценных ингредиентов. За день-полтора я всё сделаю.

– Тогда отправляйтесь, – повелел король. – Юного Иосифа надо найти как можно быстрее. Не хватало ещё, чтобы высшее дворянство узнало о его истинной природе. Тогда от них можно ждать чего угодно, вплоть до очередной попытки переворота и гражданской войны.

– Особенно после «великой жатвы», – усмехнулся я.

– Действительно, – призадумался Феликс.

– А ты, Феликс, отправляйся с Кайлом, – приказал монарх. – Окажи всяческую поддержку.

– Собственно это я и хотел предложить, – поклонился контрразведчик.

Эх, хорошая вещь – этот мой телепорт в подземную пещеру. Оттуда транзитом можно попасть почти куда угодно, и занимает это считанные секунды, что в нашем положении было крайне важным обстоятельством. Так что, вернувшись в наше городское поместье уже вчетвером, мы, скрывшись в подвале от посторонних глаз, благополучно переместились в Вестерн.

Удрать в лабораторию, собирать детектор, нам не удалось. Как только мы пересекли порог родного гнезда, нас моментально обнаружил дворецкий Ганс, и вежливо раскланявшись, объявил, что граф Дерус желает видеть всех и сразу.

– Хочу предупредить, – продолжил Ганс. – У графа гости. Стая каких-то немытых кочевников. Заявились вчера вечером, и их главный… как его… а, да, Бен, потребовал личной аудиенции.

– И граф его незамедлительно принял, – ухмыльнулся Феликс.

– Да, – удивлённо ответил Ганс. – Вы его знаете, милорд?

– Ещё бы, – хмыкнул контрразведчик. – Старина Бен и его банда «Хорьков». Я бы тоже не отказался пообщаться с этим прохиндеем.

– Чую, история из давнего прошлого? – посмотрел на Феликса я.

– Она самая, – кивнул тот. – Пойдёмте, зачем стоять на пороге.

Мы прошли в зал для аудиенций. Отец восседал за чайным столиком с бокалом вина в руке, рядом с ним расположился здоровенный бородатый мужик в драной кожаной куртке, таких же видавших виды штанах, и полуобгрызенной соломенной шляпе.

– Мы дома, отец, – с порога доложил я.

– Это мой старший, – с гордостью произнёс граф. – О, Феликс, ты тоже здесь.

– Давно не виделись, – мужичина подошёл к милорду Ужасу и по-медвежьи обнял.

– Давно, – согласился Феликс.

– А ты, значит, знаменитый Кайл, про которого мне все уши прожужжали, – мужик похлопал меня по плечу. – Хлипковат.

– Каков уж есть, – пожал плечами я. – Позволь представить, это моя жена, Розалин. Хлопать её по плечу не советую, Розалин – волшебница, и запросто превратит тебя в лягушку.

Розалин мило улыбнулась.

– Что касается мускулов, – продолжил я, – то тягать тяжести не моя работа, я обычно занимаюсь умственной деятельностью, и получается неплохо, надо сказать. Однако при желании я тоже могу поджарить до хрустящей корочки какого-нибудь нахала, если тот позволит себе лишнего. Пусть я и не маг, но владею Древними Силами.

– А ты не робкого десятка, – одобрил мужик. – Молодец. Я – Бен, просто Бен. Мы с твоим отцом по молодости неплохо зажигали.

– О, – удивился я, и посмотрел на графа. – Так «зажигать» – это у нас семейное?

– Вроде того, – смутился граф.

– Надо же, – покачал головой я. – Расскажешь потом? Но сейчас я должен откланяться. Похитили мелкого Иосифа, и нам надо кое-что сделать, чтобы его найти.

– Похитили? – встрепенулся отец. – Что за мерзавцы это сделали?

– Не знаем, – ответил за меня Феликс Айрон. – Но дело очень серьёзное. Серьёзное настолько, что им занимается моя служба.

– Вот оно как! – вытянулось лицо Деруса. – А я-то думал, что он простой мальчишка.

– Не простой, – покачал головой я. – В моей команде простых нет. Но подробности излагать не могу, прости. Государственная тайна.

– Понимаю, – покачал головой граф. – Однако я хочу попросить тебя немного задержаться. У Бена возникла проблема, и я думаю, ты можешь с ней помочь.

– Хорошо, – вздохнул я, присев в кресло.

Все расселись по местам, и слуги тут же налили всем вина.

– Тут такое дело, – Бен запустил пятерню в свою роскошную чёрную шевелюру. – История с нами приключилась…

Банда «Хорьков», в которой, как выяснилось, по молодости успели «позажигать» не только мой отец, но и наследный принц Зед, а также молодой дворянин Феликс Айрон, бродила где хотела, творила что хотела, и не особенно этого стеснялась. Нет, бандитами они не были, просто бродягами, зарабатывающими себе на жизнь, иной раз, не совсем честным трудом, но, не переходя неких рамок, отделяющих бродяг от преступников.

Так вот, «Хорьки» двигались в сторону Вестерна. Нужно было и припасов купить, и сбыть «найденное на обочине дороги» барахло. Одним словом, обычный вояж обычных кочевников.

Вот тут-то и случилось неожиданное. В небе сверкнуло, громыхнуло (и это при совершенно ясной погоде), и на землю в сверкающем коконе свалилось Чучело.

– Ну да. Чучело, – подтвердил Бен. – А как эту штуку ещё назвать? По виду – вроде человек, а как на рожу посмотрели… Мать моя женщина…

– Что у него с рожей? – подался вперёд я.

– Даже описать сложно, – поморщился кочевник. – Вроде и человеческие черты, а словно оплывшие какие-то. Вроде морды звериной, но не совсем. Нечто среднее.

– Вот значит как, – в один голос произнесли я, Розалин, и милорд Феликс.

– Так вы его знаете? – удивился Бен.

– Можно и так сказать, – оскалился я. – Этот тип пару месяцев назад здорово помотал нам нервы. Надеюсь, вы его поймали?

– Куда там, – вздохнул мужик. – Он нам тоже нервы помотал.

Банда тут же окружила «Чучело». Бен слез с лошади, подошёл к сидящему на земле человечку вплотную и внимательно оглядел. Мелкий, хилый, опасности, вроде, не представляет. Оружия тоже нет.

– Ты кто такой? – поинтересовался Бен.

– Я Зоомель Великий! – взвизгнул пришелец. – Где я нахожусь?

– Ну как, – почесал бороду Бен. – Сложно сказать. В диких землях, к югу от Вестерна.

– Хорошо, – воспрянул духом Зоомель, – значит я уже далеко от этих… Неважно. Расступитесь! Мне нужно пройти.

Впрочем, банда «Хорьков» расступаться не торопилась. Бен стоял, теребя бороду, и размышлял, годится ли это Чучело в качестве очередного трофея, «на дороге у пыли валявшегося». Хоть в Роане и запрещено рабство, но на человека эта штука походила довольно условно. Может повязать и продать в качестве домашней зверушки?

– Ну ты даёшь, – покачал головой я. – Это какой же должен быть запредельный уровень раздолбайства, чтобы ловить непонятную хрень, свалившуюся с неба в цветном коконе? А вдруг это колдун какой? Кстати, Зоомель и правда, колдун.

– Да понял я, – махнул рукой Бен. – Только вот не в моих правилах оставлять трофеи валяться бесхозными.

Я лишь фыркнул. Хозяйственный какой.

– Почуял этот гад неладное, – вздохнул Бен. – Только я руки раскинул, как этот прыщ завизжал и вновь окутался этим самым сиянием. Тут-то гадости и начались. Всё вокруг поплыло, словно воздух стал жидким, да и земля тоже. Странное дело, не как грязь после дождя, а совершенно сухая земля начала колыхаться и идти волнами. Мы так и обомлели. Лошади заржали, встали на дыбы, а меня словно жаром обдало.

– И? – подбодрил Бена я.

– Исчез гад, – пожал плечами Бен. – Просто взял и испарился. А лошади после этого вконец спятили. Ты бы с ними поговорил, а? Дерус про тебя рассказывал, у тебя, вроде как, хорошо получается конфликты разруливать.

– Поговорил с лошадьми? – недоверчиво произнёс я. – Ты серьёзно? С этим тебе лучше к кузнецу. Он лошадиное слово знает.

Слышал я это «лошадиное слово». «Если ты, тварь такая, не будешь стоять смирно, то вот этим молотом огребёшь по своей поганой лошадиной харе». И работает, кстати, это заклинание. Отлично работает.

– Пробовали мы, – поморщился Бен. – Так они его до потери сознания заболтали.

– Отец, – я повернулся к графу, – что тут происходит?

– Лошади разум обрели, – пояснил отец. – Сейчас они на заднем дворе, собрались в табун и требуют справедливых условий работы.

Я недоверчиво посмотрел на отца, но тот просто пожал плечами.

Дожили. Лошадиный профсоюз.

– Потрясающе! – просияла Розалин. – А ведь у меня была теория, что проявление «дикой магии» это локализованное искажение поля Гилберта! Ты делал замеры? Цветность потоков? Напряженность мана-векторов? Радиус распространения эманации искажающего поля?

– Чего? – вылупился на неё Бен. – Кого манации?

– Понятно, – вздохнула Розалин. – Сколько важных данных упущено…

– Пойдём, – я поднялся с кресла, – посмотрим на этих странных лошадей.

– Я с тобой, – категорически произнесла жена. – Надо же, результат прямого воздействия «дикой магии». Да это же ценнейший материал для исследований!

А вот то, что у нас теперь будет целых два источника для пеленгации, что очень сильно усложнит задачу, она ещё не подумала.

Лошади, числом, примерно, штук сорок, сбились в кучу и о чём-то оживлённо перешёптывались. Я подошёл поближе, упёр руки в бока, и принялся пристально разглядывать мохнатую братию.

Лошади как лошади, по внешнему виду ничем не отличающиеся от других лошадей.

– Что смотришь? – вдруг произнёс вороной конь.

– Ты тут главный? – вопросом на вопрос ответил я.

– Да, – гордо бросил, пригарцовывая, вороной. – Я – Ворон. Так назвал меня человек, и это имя мне нравится.

– Угу, Ворон, – кивнул я. – Итак, что тут за сходка?

– И ты ещё спрашиваешь? – возмутился Ворон. – Вы, люди, постоянно угнетаете нас, лошадей. Мы служим тягловой силой, возим на спинах вас, неблагодарных, а в результате что? Побои, шпоры, уздечка! Ты хоть представляешь себе, как чувствует себя лошадь, когда её тянут уголки рта?

Вот оно как. Узда не нравится. Понимаю.

– Мы требуем, – продолжал Ворон, – уважительного к себе отношения. Никаких удил! Всадник обязан согласовывать маршрут передвижения с его конём. Если коню не понравится план перемещения, всадник будет обязан изменить траекторию, и подать её на повторное согласование. И так, вплоть до установления консенсуса. Мы, как основная тягловая сила, требуем преимущественных прав. Далее. Трёхразовое питание, обязательно включающее в себя морковку. Никакого хлыста! Также требуем…

Я стоял и слушал, переминаясь с ноги на ногу. Нда, излагает прямо как настоящий крючкотвор. И где он таких канцеляризмов набрался? Подучить немного, и готов стряпчий. Может даже денег заработает, если цены будут не конские.

Скаламбурил. Извините.

– …разумеется, каждому отдельное стойло, – продолжал разглагольствовать Ворон, но я его резко прервал.

– Достаточно! – остановил его я. – Ты тут целый манифест зачитал. Одно мне не понятно, к чему все эти заявления? Раз ты теперь разумное существо, значит, можешь смело уволиться и уйти на вольные хлеба. Кто тебе теперь это запретит? Вон, за Вестерном целые равнины тянутся, аж до южных джунглей. Сочная трава, свобода! Вперёд, зачем пахать на угнетателей?

Ворон замялся, несколько раз нервно дёрнув хвостом.

– А знаешь, что ещё прилагается к свободе? – я подошёл поближе и заглянул в глаза коню.

Ну как, «заглянул в глаза». У этой твари глаза по бокам головы, так что заглянуть получилось только в один глаз, что несколько смазало полемический приём. Впрочем, вороной всё равно отпрянул.

– К свободе прилагаются хищники, – продолжил я, медленно приближаясь. – Кишечные паразиты. Личинки овода. Сломанные ноги, что приравнивается к медленной и мучительной смерти. Необработанные копыта, отсутствие подков. Ещё перечислить прелести свободы?

– Мы отказываемся служить угнетателям! – отпрянул Ворон.

Я отодвинулся.

– Идём, – бросил я. – Я тебе кое-что покажу.

– Ты хочешь заманить меня в ловушку! – запараноил чёрный.

– Да больно ты мне нужен, – фыркнул я. – Возьми с собой несколько друзей, только не весь табун, а то вы просто не поместитесь. Учти, там ещё люди будут. И да, не гадить! Если вы мне мастерскую превратите в лошадиный сортир, я не посмотрю, что разумный, переведу на конскую колбасу.

Вороной злобно зыркнул на меня, но пошёл следом. За ним увязались ещё четверо коней, разных мастей. Мы обошли здание поместья, и подошли к ожидавшим меня у ворот кочевникам. Ворон бросил быстрый взгляд на Бена, но не проронил ни слова. Розалин подошла к Ворону и сделала несколько пассов руками. Тот дёрнулся, но сдержался.

– Хм, – задумчиво произнесла она, – чувствую остаточную магию, но не слишком сильную. Боюсь, теперь даже при помощи «Кайл-4» не получится считать общую намагиченность контура. А жаль. Такое заклинание пропало!

– Надо будет потом подумать,– приободрил её я. – Теперь-то мы точно знаем, что подобное в принципе возможно, а это уже полдела.

– И то правда, – улыбнулась Розалин.

Я повёл делегацию пешком, из нашего поместья вниз, к бывшим трущобам, где сейчас выросли цеха знаменитого ВАЗа, «Вестернского Автоматонного Завода». Делегация коняшьего профсоюза держалась гордо и обособленно, кочевники смотрели на свой бывший транспорт с раздражением, а вот Феликс и отец, похоже, искренне наслаждались происходящим.