Там, где заканчиваются хорошие девочки

Я переоделась в пижаму и присела на кровать, но, едва устроившись на мягкой постели, решила, что сначала полежу буквально пару минут. Просто вытяну ноги, положу голову на подушку и немного отдохну.

Подушка оказалась настолько мягкой, а постель — настолько уютной, что я даже не заметила, как закрыла глаза.

А потом провалилась в сон.

Не знаю, сколько прошло времени, но разбудило меня чьё-то тёплое дыхание прямо у лица. Я поморщилась, попыталась отвернуться, однако настойчивое сопение никуда не исчезло.

Пришлось открыть глаза.

Прямо передо мной сидел Барри.

Огромная золотистая морда находилась буквально в нескольких сантиметрах от моего носа. Пёс внимательно разглядывал меня, склонив голову набок, словно пытался понять, почему я так долго сплю и когда наконец собираюсь с ним поиграть.

— Барри, — сонно пробормотала я.

Он тут же завилял хвостом.

— Ну привет, дружище.

Я протянула руку и потрепала его по голове. Барри довольно фыркнул и снова приблизил морду к моему лицу.

— Кажется, он решил, что ты слишком долго отдыхаешь.

Я повернула голову на голос и увидела Мэй, стоявшую в дверях.

— Ой, Райли, прости! Он тебя разбудил?

— Нет-нет, я уже сама проснулась. Даже не заметила, как уснула.

Мэй улыбнулась и прислонилась плечом к дверному косяку.

— Ещё бы. Ты всю ночь провела в дороге, потом столько всего произошло. Неудивительно, что тебя сморило.

Она подошла ближе и села на край кровати.

— Я вообще-то собиралась готовить завтрак, но хотела сначала спросить, какие фрукты и ягоды ты любишь. Уже хотела зайти к тебе, а ты спала так сладко, что я решила не будить. Поэтому немного отложила приготовление вафель.

Я поджала губы, пытаясь скрыть улыбку.

— Ты серьёзно собиралась спрашивать меня, какие ягоды я люблю?

— Конечно. А что?

— Ничего.

Я опустила взгляд на свои руки.

Просто это было странно.

За всю жизнь я привыкла к тому, что еду покупают ту, которую могут себе позволить, а готовят то, что есть в холодильнике. Никто никогда не спрашивал меня, чего именно мне хочется. Тем более человек, с которым я познакомилась в интернете и которого до сегодняшнего дня ни разу не видела вживую.

Мэй заботилась обо мне так естественно, будто мы дружили с детства.

— Ну что, выспалась? — спросила она.

— Кажется, да.

— Тогда можем идти завтракать. Вафли готовятся быстро, минут пятнадцать — и всё будет готово.

— Звучит отлично.

Мэй хлопнула ладонями по коленям и поднялась.

— Вот и замечательно! Вставай, соня, пойдём.

Я осторожно спустила ноги с кровати и подошла к зеркалу. Из отражения на меня смотрела какая-то непривычная версия меня самой: длинные волосы слегка растрепались после сна, а нежно-розовая шёлковая пижама совершенно не вязалась с моим привычным гардеробом.

Я покрутилась перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон.

— Ну и ну, Райли Стоун, — пробормотала я. — Кто бы мог подумать.

Собрав волосы резинкой, я последовала за Мэй.

Кухня оказалась ничуть не хуже остальных комнат. Матовые фасады нежно-бежевого цвета сочетались с тёплой столешницей оттенка молочного шоколада. Изящные металлические ручки, кремовая бытовая техника, аккуратные баночки и контейнеры на полках — всё выглядело так, словно интерьером занимался профессиональный дизайнер.

И при этом в кухне не было ничего лишнего.

Я невольно огляделась. Удивительно, но, несмотря на любовь Мэй к розовому, здесь преобладали спокойные кремовые и шоколадные оттенки.

— А ты умеешь удивлять, — заметила я, устраиваясь за столом.

— В каком смысле?

— Я ожидала увидеть розовую кухню.

Мэй обернулась ко мне с миской в руках.

— Райли, я люблю розовый, но не настолько, чтобы красить им вообще всё вокруг!

— Ага. То есть только половину квартиры.

— Очень смешно. Давай лучше расскажи, какие вафли ты предпочитаешь: мягкие или хрустящие?

Я задумалась.

— Честно? Я никогда особенно об этом не думала.

Мэй на секунду замерла, но тут же снова занялась тестом.

— Тогда сегодня узнаешь, какие тебе нравятся.

Она двигалась по кухне так уверенно, будто готовка была для неё чем-то вроде танца. Взбивала тесто, доставала тарелки, нарезала фрукты и что-то напевала себе под нос. Время от времени она начинала пританцовывать, а Барри следовал за ней по пятам, то и дело тыкаясь носом в её ногу.

— Барри, нет! — строго сказала Мэй, отодвигая от него миску с ягодами. — Ты уже завтракал.

Пёс жалобно посмотрел на неё.

— Не надо на меня так смотреть. Я знаю, что ты пытаешься мной манипулировать.

Барри снова ткнулся ей в колено.

— Райли, ты видишь, что он творит? У него же совершенно отсутствует совесть!

— Может, он просто хочет убедиться, что ты не отравляешь ягоды и ему тоже можно?

Мэй обернулась ко мне.

— Ты на чьей стороне вообще?

— На стороне голодных и обездоленных.

— Всё, понятно. Вы уже сговорились против меня.

Я рассмеялась, а Барри, словно поняв, что разговор идёт в его пользу, принялся вилять хвостом ещё активнее.

Через некоторое время Мэй наконец выключила вафельницу и торжественно объявила:

— Всё! Готово!

На столе появились румяные вафли, свежие ягоды, нарезанные фрукты и небольшая мисочка с соусом. Мэй добавила немного мороженого и украсила всё так аккуратно, что мне даже стало жалко нарушать эту красоту.

— Так, берём тарелки и идём на балкон, — скомандовала она. — Там и позавтракаем.

Она открыла дверь, и в кухню ворвался свежий летний воздух. Я взяла свою тарелку и последовала за ней.

Балкон оказался открытым, без остекления. Здесь стоял небольшой плетёный столик с двумя удобными стульями, а вдоль перил расположились горшки с цветами. Небольшой коврик лежал в стороне, и я сразу поняла, что Барри наверняка облюбовал его для дневного отдыха.

Всё выглядело уютно и ухоженно. Я невольно подумала, что Мэй, наверное, действительно любит цветы, раз они у неё такие красивые.

Мы устроились за столиком. Барри тут же лёг на свой коврик неподалёку, но при этом не сводил глаз с наших тарелок.

Я откусила кусочек вафли и на мгновение замерла.

— Ого.

Мэй довольно улыбнулась.

— Ну?

Я прожевала и посмотрела на неё.

— Ладно. Признаю. Ты не преувеличивала.

— Я же говорила!

Вафли действительно оказались восхитительными: с хрустящей корочкой и мягкой серединой, с ягодами и сладким соусом. Я попробовала ещё кусочек, затем ещё один и вскоре поняла, что голодна гораздо сильнее, чем думала.

Мэй принесла две чашки кофе. Моя оказалась необычной формы, с округлой ручкой и чуть неровным краем, словно её сделали вручную специально для неё.

Я покрутила чашку в руках.

— Красивая. Где такую нашла?

— На ярмарке. Там была целая коллекция, но мне понравилась именно эта.

— Не удивлена.

— Это ещё почему?

— Потому что она выглядит так, будто её специально создавали под твою эстетику.

Мэй рассмеялась и сделала глоток кофе.

Некоторое время мы просто ели, наслаждаясь утренней прохладой. После бессонной ночи, вокзала и всех переживаний это было именно то, что мне сейчас требовалось.

А потом Мэй вдруг резко подняла голову.

— Райли! Господи, я совсем забыла!

Я чуть не поперхнулась кофе.

Вот оно. Сейчас выяснится, что она забыла, что квартира вообще-то не её, что Барри принадлежит соседке или что мне нельзя находиться здесь дольше пятнадцати минут.

Я осторожно поставила чашку на стол.

— Что случилось, Мэй?

Она хлопнула себя ладонью по лбу.

— Боже, какая же я забывчивая! Мы же сегодня собирались встретиться с ребятами у моря!

Я моргнула.

— С какими ребятами?

— С нашей компанией. Там есть небольшое бунгало, куда мы часто ездим. Обычно жарим мясо, болтаем, слушаем музыку, кто-нибудь обязательно приносит гитару. В общем, сегодня собирается довольно большая компания.

Она осеклась и посмотрела на меня.

— Ой. Подожди. Ты же только приехала…

— Мэй, всё нормально.

— Нет, послушай. Если ты не хочешь никуда ехать, мы можем остаться дома. Посмотрим кино, закажем что-нибудь вкусное, наедимся попкорна. Я совершенно не против провести день с тобой. А если тебе хочется выбраться, можешь поехать со мной. Только если сама захочешь, хорошо?

Я задумалась.

Если честно, перспектива остаться дома и провести день в тишине казалась очень привлекательной. Я устала, всё вокруг было новым, и мне хотелось хотя бы ненадолго спрятаться от впечатлений.

Но я приехала сюда не для того, чтобы заставлять Мэй менять свои планы ради меня.

— Нет, — сказала я, чуть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. — Не нужно ничего отменять из-за меня. Я же приехала не для того, чтобы ты теперь сидела дома и развлекала меня.

— Вот и отлично! Тогда едем вместе!

Она произнесла это так быстро, что я даже не успела договорить.

Я рассмеялась.

— Ты хотя бы даёшь мне возможность передумать?

— Нет. Поздно. Решение принято.

— Ты ужасный человек.

— Знаю. Кстати, у тебя есть купальник?

Я застыла с вилкой в руке.

— Купальник?

— Да, Райли. Купальник. Такая одежда, в которой купаются в море.

— Мэй, я знаю, что такое купальник.

— Да я просто уточняю!

Я опустила вилку.

— Нет, у меня его нет. И вообще, я плавать не умею.

Мэй на секунду задумалась, а потом махнула рукой.

— Ничего страшного. У меня есть несколько купальников, которые мне уже маловаты. Что-нибудь подберём.

Я закусила нижнюю губу и постучала пальцами по чашке.

— Ты понимаешь, что я только приехала? Я ещё толком не успела распаковать сумку, а ты уже собираешься вывозить меня на море знакомиться со всей своей компанией.

— Именно! — радостно подтвердила она. — С корабля на бал!

Я посмотрела на неё с недоверием.

— Ты хоть понимаешь, насколько это звучит безумно?

— Разумеется. Поэтому и будет весело.

Я покачала головой, но не смогла сдержать улыбку.

— Ладно. Надеюсь, я не пожалею.

— Не пожалеешь! Вот увидишь. Там будут все девчонки. Ты же помнишь, я тебе о них рассказывала?

— Конечно. Правда, имена я помню плохо. У меня ужасная память на имена.

— Ничего страшного, я познакомлю вас ещё раз. Сьюзи тебе точно понравится, она у нас душка. Лесли тоже, хотя с ней скучно не бывает. А вот Моника…

Мэй сделала паузу и выразительно закатила глаза.

— Что Моника? — спросила я.

— Моника у нас заноза в заднице.

Я удивлённо приподняла брови.

— Сразу так?

— Ну, что поделать? Я тебя предупреждаю заранее, чтобы ты не удивлялась, если она будет немного… колючей.

— А почему?

Мэй на секунду отвела взгляд, покрутила чашку в руках, словно решая, стоит ли рассказывать.

— Ну, в общем, у нас с ней не всегда всё гладко. Особенно в последнее время.

— Это я уже поняла. Но почему?

Мэй вздохнула.

— Из-за Нолана.

Я нахмурилась.

— Нолана? Ты мне о нём ничего не рассказывала.

Она тут же подняла на меня глаза.

— Правда?

— Мэй, я бы запомнила, если бы ты рассказывала мне о парне, который как-то связан с твоей подругой.

— Ну… — Она слегка закусила губу. — Мы с Ноланом встречаемся уже около полугода.

Я несколько секунд молча смотрела на неё.

— Подожди. Что?

Мэй рассмеялась, но в её улыбке появилась лёгкая неловкость.

— Я знаю, знаю. Надо было рассказать тебе раньше. Просто всё как-то получилось само собой, и я не сразу поняла, что у нас действительно серьёзные отношения.

— Мэйси, ты сейчас говоришь мне, что у тебя есть парень уже полгода, а я узнаю об этом за завтраком в день своего приезда?

— Когда ты так формулируешь, звучит ужасно.

— Потому что это ужасно!

Она закрыла лицо ладонями, смеясь.

— Ладно, виновата. Сейчас всё объясню.

Я откинулась на спинку стула и приготовилась слушать.

— Нолан мне давно нравился, — начала Мэй. — Очень давно. Но за ним всё время ухаживала Моника. Она постоянно крутилась рядом с ним, флиртовала, пыталась привлечь его внимание. Я тогда даже не думала, что у меня может что-то получиться. Мне казалось, что он видит во мне просто подругу.

— А потом?

— А потом мы однажды остались вдвоём, провели вместе вечер… и всё как-то изменилось. Мы начали общаться уже не просто как друзья, потом стали встречаться. И я поняла, что он тоже давно испытывал ко мне чувства.

Она помолчала, разглядывая поверхность кофе.

— Моника, кажется, до сих пор не может мне этого простить. Хотя я ведь не отнимала у неё Нолана. Он сам сделал свой выбор. Но она, похоже, считает иначе.

Я медленно кивнула.

— И поэтому у вас натянутые отношения?

— Иногда. Мы всё ещё общаемся, никто не устраивает открытых скандалов, но временами я чувствую, что она до сих пор держит на меня обиду.

Мэй подняла глаза и поспешно добавила:

— Но я не хочу, чтобы ты заранее составляла о ней плохое мнение. У неё есть хорошие стороны. Просто с ней бывает непросто.

— Не переживай. Я не собираюсь объявлять ей войну ещё до знакомства.

— Вот и замечательно!

— Хотя «заноза в заднице» звучит многообещающе.

Мэй рассмеялась.

— Подожди, я ещё не закончила! Нолан тоже сегодня будет. Думаю, вы поладите. Он спокойный, умный, иногда слишком серьёзный, но хороший человек. И он очень любит Барри.

Пёс, словно услышав своё имя, тут же поднял голову.

— Слышишь, Барри? — позвала Мэй.

Барри радостно завилял хвостом.

Я посмотрела на него, затем на Мэй.

— Прекрасно. Значит, сегодня я знакомлюсь с твоими подругами, твоим парнем и, судя по всему, ещё и с главной любовью жизни Барри.

— Именно так!

Я покачала головой, улыбаясь.

Утром я ещё сидела на вокзале и боялась позвонить единственному человеку, которого знала в этом городе. А теперь уже собиралась провести день на море в компании совершенно незнакомых людей.

Всё происходило так быстро, что я едва успевала осознавать перемены.

Но, пожалуй, именно этого мне и не хватало.

Возможности однажды проснуться и обнаружить, что жизнь наконец движется вперёд.

Глава 5. С корабля на бал

Я сидела на кровати, пока Мэй рылась в шкафу, перебирая вещи с таким сосредоточенным видом, словно от того, какой именно купальник она найдёт, зависела судьба всего нашего дня.

— Нет, это не то… И это тоже не то… Господи, куда же я его дела? — бормотала она себе под нос, передвигая вешалки. — О! Я вообще забыла, что у меня такое есть!

Я усмехнулась и огляделась.

Комната Мэй совершенно не соответствовала тому, что я видела в остальной квартире. Если гостиная и кухня были выдержаны в спокойных кремовых и шоколадных оттенках, то здесь словно воплотилась мечта какой-нибудь маленькой принцессы.

Нежно-розовые стены, большая кровать с мягким изголовьем, пушистые подушки и светлое покрывало. Не хватало разве что балдахина над кроватью, чтобы окончательно превратить спальню в комнату из сказки.

На прикроватной тумбочке стояла кукла Барби. Но не та, которую можно было увидеть практически в любом магазине игрушек. Эта выглядела совершенно иначе: изящное платье, тщательно проработанные черты лица, аккуратно уложенные волосы. Наверняка коллекционная, да ещё и недешевая.

Я даже наклонилась поближе, чтобы рассмотреть её.

На секунду мне захотелось прикоснуться к кукле, но я передумала. Она казалась такой хрупкой, что я боялась случайно что-нибудь сломать.

Рядом с кроватью стоял большой шкаф с глянцевыми фасадами нежно-кремового цвета. Я смотрела на него и никак не могла отделаться от одной мысли: он ужасно напоминал мебель из «Красавицы и Чудовища».

Всё, чего здесь не хватало, — это говорящего чайника и подсвечника.

Я едва заметно улыбнулась собственной фантазии.

Комната почему-то казалась мне спальней настоящей принцессы. Я даже представила, как Мэй просыпается здесь по утрам, сонно тянется, зевает, а потом ещё минут десять лежит в кровати, не желая расставаться с мягкими подушками.

Хотя, зная её, она наверняка вскакивала с постели и сразу принималась за миллион дел.

Пол покрывал мягкий ковролин, по которому, было невероятно приятно ходить босиком. Вообще, здесь всё выглядело так, словно к каждой мелочи кто-то отнёсся с особым вниманием.

И при этом в комнате было удивительно чисто.

Учитывая, что по квартире постоянно носился огромный золотистый ретривер, я ожидала увидеть хотя бы несколько шерстинок на покрывале или ковре. Но ничего подобного. Похоже, Мэй действительно была из тех людей, которые замечают пылинку на мебели с расстояния в десять метров.

— Нашла! — наконец торжественно объявила она. — Всё, господи, наконец-то!

Я повернула голову.

Мэй вытащила из глубины шкафа небольшой пакет и с победным видом направилась ко мне. Затем уселась рядом и высыпала содержимое прямо на кровать.

Я посмотрела на рассыпавшиеся передо мной купальники.

Чёрный, белый, ярко-розовый, разноцветный, ещё какой-то с необычным принтом и один слитный. Их было столько, что на мгновение мне показалось, будто я нахожусь в магазине.

— Вот это всё мне стало мало, — пояснила Мэй, перебирая вещи. — Я почему-то решила, что когда-нибудь снова в них влезу. Но, кажется, уже не влезу никогда.

Она задумчиво посмотрела на один из купальников, затем пожала плечами и отложила его в сторону.

— Ладно, неважно. Вот эти, думаю, тебе должны подойти. Ты можешь примерить все и выбрать тот, который понравится больше.

Я осторожно коснулась пальцами ткани.

— Спасибо, Мэй.

— Да брось! — отмахнулась она. — Сейчас я сбегаю на кухню, загружу посуду в посудомойку, заодно сделаю пару звонков. А ты пока спокойно всё примерь. Не торопись, хорошо?

Я благодарно кивнула.

Мэй поднялась с кровати, а Барри, который всё это время лежал у моих ног на коврике, тут же вскочил и потрусил следом за хозяйкой. Судя по всему, он всё ещё надеялся, что где-нибудь на кухне найдётся что-нибудь вкусное.

Дверь закрылась.

Из-за неё вскоре донёсся голос Мэй — она уже с кем-то разговаривала по телефону, негромко смеясь и что-то объясняя.

Я осталась одна.

Некоторое время я просто рассматривала купальники, не решаясь начать примерку. Всё-таки я никогда раньше не заимствовала у кого-то одежду, а уж купальник — тем более. Хот] частенько носила поношенные вещи, но в моем гардеробе не было купальников вообще. В них не было необходимости.

Первым мне попался чёрный.

Я подняла его и с сомнением посмотрела на ткань.

Чёрный купальник у Мэй? Неожиданно. Я почему-то представляла, что даже купальные костюмы у неё исключительно розовые.

Впрочем, кто я такая, чтобы судить о чужих вкусах?

Я переоделась и посмотрела на себя в зеркало.

Купальник оказался великоват. Плавки сидели слишком свободно, а верх приходилось постоянно поправлять. Я попробовала подтянуть завязки, но стало лишь немного лучше.

— Ну конечно, — пробормотала я. — Было бы слишком просто.

Я отложила чёрный купальник и взяла следующий. Разноцветный оказался ещё хуже: верх сидел странно, а плавки были явно рассчитаны на другие пропорции.

С третьим получилось примерно то же самое.

Я уже начала подозревать, что на пляж поеду в шортах и майке, когда мой взгляд остановился на белом купальнике.

Он был раздельным, на тонких завязках, с аккуратными плавками, которые не выглядели ни слишком открытыми, ни вызывающими. Простой, красивый, без лишних деталей.

Я решила попробовать.

И на этот раз всё оказалось иначе.

Купальник сел почти идеально. Я немного отрегулировала завязки, поправила верх и ещё раз посмотрела на себя в зеркало.

Некоторое время я молчала.

Я была невысокой — примерно метр шестьдесят пять. Длинные каштановые волосы доходили до середины спины, а отдельные пряди, как обычно, выбивались из-за ушей и падали на лицо. Большие серые глаза иногда казались мне слишком большими для моих черт, губы были довольно пухлыми, нос — аккуратным. На щеках и переносице рассыпались веснушки, которые я никогда особенно не любила.

Мне всегда казалось, что они портят лицо. Будто без них я выглядела бы лучше.

Краситься я практически не умела и никогда не видела в этом особой необходимости. В моём представлении косметика была лишней тратой денег, которые можно было отложить на что-то более важное.

Я внимательно посмотрела на себя.

Худые руки, узкая талия, тонкие ноги. Я всегда была очень стройной, но иногда казалось, что выгляжу младше своих восемнадцати. Будто мне всё ещё четырнадцать, а не целых восемнадцать лет.

Я немного повернулась боком, затем снова посмотрела на отражение спереди.

Странно.

Я столько раз видела себя в зеркале, но сейчас почему-то смотрела на себя иначе. Может быть, потому, что впервые за долгое время не торопилась отвернуться, не пыталась найти в отражении очередной недостаток.

Белый купальник действительно мне шёл.

По крайней мере, так мне казалось.

В дверь постучали.

— Райли? Ты готова? Можно войти?

— Да-да, заходи!

Дверь открылась, и Мэй заглянула внутрь.

Она остановилась, посмотрела на меня и на несколько секунд замолчала.

Я не сразу поняла, что меня смутило. Но молчание затянулось настолько, что я невольно обхватила себя руками.

— Что? — спросила я. — Он плохо сидит?

Мэй будто очнулась.

— Что? Нет! Наоборот! Он на тебе просто прекрасно сидит!

Я немного расслабилась.

— Правда?

— Конечно! — Она подошла ближе, оценивающе посмотрела на завязки и удовлетворённо кивнула. — Я так и думала, что белый тебе подойдёт. Ты такая худенькая, Райли! Господи, тебя обязательно нужно откармливать.

Я рассмеялась.

— Спасибо, я тоже рада тебя видеть.

— Не язви! Я серьёзно.

— А я серьёзно благодарю тебя за заботу.

Мэй закатила глаза, но улыбнулась.

Я знала, что спорить с ней бесполезно. Если она решила меня откармливать, значит, рано или поздно я обязательно увижу перед собой огромную тарелку чего-нибудь вкусного.

— Так, ладно. Купальник оставляй себе, если тебе удобно. А теперь скажи, у тебя есть шорты и майка?

— Да, конечно. Это у меня точно есть.

— Прекрасно! Тогда переодевайся, и поехали на пляж к девочкам.

Я посмотрела на неё.

— Уже?

— Райли, мы же договорились!

— Да, но я думала, у меня будет хотя бы пять минут на моральную подготовку.

— У тебя будет целых пять минут, пока ты будешь одеваться.

Я рассмеялась и покачала головой.

— Ладно, иди. Сейчас выйду.

Мэй подмигнула мне и скрылась за дверью.

Я переоделась в свою одежду: короткие джинсовые шорты, белую майку и лёгкий кардиган, который решила взять с собой на случай, если к вечеру станет прохладнее. Удивительно, но в моём гардеробе всё-таки нашлись светлые вещи, хотя большую часть одежды я предпочитала покупать чёрную или тёмную.

На ноги я надела удобные кроссовки.

Потом достала телефон.

На экране светилось несколько уведомлений. Я не стала открывать их. Мне совершенно не хотелось сейчас разговаривать с родителями или снова объяснять, где я нахожусь и что собираюсь делать.

Я выключила телефон и оставила его в комнате.

Сегодня я хотела хотя бы ненадолго забыть о том, что осталось позади.

Расчесала волосы пальцами, слегка взбила их у корней и ещё раз посмотрела на себя в зеркало. Ничего особенного, но выглядела я вполне прилично.

Выйдя в коридор, я обнаружила Мэй уже готовой к выходу.

На ней был летний комбинезон приятного кремового оттенка с открытой спиной. Ткань мягко облегала фигуру, подчёркивая талию, а сам наряд выглядел так, будто его действительно шили специально для неё. На ногах красовались изящные босоножки, которые завершали весь образ.

Я невольно посмотрела на себя, потом на неё.

— Ты всегда так одеваешься, даже когда просто едешь к морю?

Мэй оглядела себя.

— А что не так?

— Ничего. Просто рядом с тобой я начинаю подозревать, что слишком мало внимания уделяю собственной внешности.

— Глупости, Райли. Ты прекрасно выглядишь.

Она сказала это совершенно искренне, без привычной шутливости, и я на секунду даже растерялась.

Но Мэй тут же хлопнула в ладоши.

— Так! Барри, ты сегодня остаёшься дома. Вечером мы с тобой погуляем, обещаю.

Пёс сидел посреди коридора, глядя на нас с таким видом, словно прекрасно понимал каждое слово.

Когда Мэй направилась к двери, Барри опустил голову и медленно отошёл к своему коврику.

— Ой, бедный, — пробормотала я.

— Не жалей его, — отозвалась Мэй, доставая ключи. — Он прекрасно знает, что вечером получит свою порцию вкусных косточек. А сейчас ему полезно немного поспать.