Троцкий и Сталинский троцкизм

Предложения Троцкого

По продразверстке

В конце феврале 1920 года Троцкий передал Ленину записку с предложением уйти от продразверстки, т. е. политики насильственного изъятия «лишних» продуктов у крестьян. «Нынешняя политика уравнительной реквизиции…. направлена на понижение земледелия… и грозит окончательно подорвать хозяйственную жизнь страны», – писал он. Троцкий предложил заменить изъятие «излишков» процентным отчислением, подобно натуральному прогрессивному налогу. Это, справедливо считал автор, стимулировало бы крестьян к увеличению производства продовольствия.

В своих мемуарах Троцкий писал:

«С Урала я привез значительный запас хозяйственных наблюдений, которые резюмировались одним общим выводом: надо отказаться от военного коммунизма… (Эти отношения) исчерпали себя и что для подъема хозяйства необходимо во что бы ни стало ввести элемент личной заинтересованности, т. е. восстановить в той или другой степени внутренний рынок» (Троцкий Л.Д. Моя жизнь. С.440)

Предложение не прошло. Ленин отверг его. Голосование на заседании ЦК дало 11 голосов против инициативы Троцкого и четыре «за». На следующий год, в марте 1921 года, вспыхнуло кронштадское восстание, и Ленин понял свою ошибку:

«На экономическом фронте, с попыткой перехода к коммунизму, мы к весне 1921 г. потерпели поражение более серьезное, чем какое то ни было поражение, нанесенное нам Колчаком, Деникиным или Пилсудским… Оно выразилось в том, что наша хозяйственная политика в своих верхах оказалась оторванной от низов…» (Ленин В.И. ПСС Т.44. С.159).

В 1928 году другой член Политбюро – М. Томский, вспоминая тот исторический момент, говорил:

«Первая большая размычка – это кронштадская размычка. Чем она вызывалась? Тем, что руководство рабочего класса слишком задержалось на одном этапе, слишком крепко прижали мелкого производителя, закрыли ему все ходы к товарообороту, замкнули его хозяйство, сделали изолированным. Мы сделали уступку, перешли к нэпу…» (Как ломали НЭП. Т.2. С.421).

А можно было все это сделать своевременно, без кровавой «размычки», если б приняли предложение Троцкого…

Об этом шаге Троцкого тщательно скрывалось в советское время, ибо не соответствовало пропагандируемому образу «нелюбителя крестьянства». Да и ныне многим не известно.

По организации труда

Впервые масштабно вопрос организации труда в социалистическом обществе Троцкий изложил в 1920 году в докладе «О задачах хозяйственного строительства» на IX съезде партии и III съезде профсоюзов. Его выводы и предложения оказались более чем рискованными и легко критикуемыми. Но, как оказалось, от которых не удалось отвертеться.

Потом Троцкому припоминали эти доклады многие десятилетия за то, что Троцкий ратовал за принудительный труд и милитаризацию производства. Кроме того, оттуда одно время широко цитировались слова Троцкого: «человек – ленивое животное». Соответственно, его обвиняли в презрении к человеку. Он и впрямь назвал человека ленивым животным, но продолжил следующим образом: «На этом его качестве в сущности основан в значительной мере человеческий прогресс, потому что если бы человек не стремился экономно расходовать свою силу, не стремился бы за малое количество энергии получить большое количество продуктов, то не было бы развития техники и общественной культуры. Стало быть, под этим углом зрения, лень человека есть прогрессивная сила» (IX съезд РКП(б). С.98).

То есть, если не вырывать слова из контекста, то из уничижительного определения проистекает прямо противоположный смысл. Кстати, потом, опять же без указания авторства, некоторые социологи упоминали о прогрессивности лени.

Из своего пассажа про «ленивое животное» Троцкий сделал вывод: «Задача же общественной организации состоит как раз в том, чтобы «леность» поставить в определенные рамки, чтобы ее дисциплинировать, чтобы подстегивать человека при помощи способов и мер, изобретенных им самим» (Троцкий Л.Д. Соч. Т. XII. С.128).

Но это пока что общее умозаключение, а что делать конкретно? И Троцкий выдает четкие рекомендации:

«Во всем мире господствует ныне наемный труд, который желтые газетчики всех стран, в качестве высшей свободы, противопоставляют советскому «рабству». Мы же, наоборот, капиталистическому рабству противопоставляем общественно-нормированный труд на основе хозяйственного плана, обязательного для всего народа и, следовательно, принудительного для каждого работника страны. Без этого нельзя и думать о переходе к социализму» (Там же. С.134). «Ибо другого пути к социализму, кроме властного распоряжения хозяйственными силами и средствами страны, кроме централизованного распределения рабочей силы в зависимости от общегосударственного плана, у нас быть не может» (Там же. С.136).

«Стало быть, товарищи, милитаризация труда в том основном смысле, какой мною указан, не есть выдумка отдельных политиков или выдумка нашего военного ведомства, а является неизбежным методом организации и дисциплинирования рабочей силы в переходную эпоху от капитализма к социализму» (Там же. С.137).

Но то, что предлагал, вызывая огонь на себя, Троцкий, Сталин в 1930-е годы реализовал без лишнего теоретизирования. Он просто взял к исполнению следующие тезисы Троцкого:

«Мы идем к труду общественно-нормированному на основе хозяйственного плана, обязательного для всей страны, т.е. принудительного для каждого работника. Это основа социализма… А раз мы это признали, мы тем самым признаем… право каждого рабочего государства отправлять каждого работника или работницу на то место, где они нужны для исполнения хозяйственных задач. Тем самым мы признаем право государства, рабочего государства, карать рабочего или работницу, которые отказываются исполнять наряды государства…» (Цит.: Карр Э. История Советской России. Большевистская революция 1917-1923. Т.1-2. М. 1990. С.571).

Характерно демагогическое педалирование словосочетания «рабочее государство», хотя на деле из сказанного Троцким видно, что это сугубо бюрократическое государство. Сталин завершил эволюцию властвующей системы, замаскировав ее под «диктатуру пролетариата» и «государство рабочих и крестьян». Но суть предложений Троцкого осталась неизменной. Например:

«Наша задача должна состоять в том, чтобы командиром был наш красный мастер.., члены правления заводов и фабрик, …были нашими полковниками, дивизионными командирами, генералами…» (Троцкий Л.Д. Соч. Т. XV. С.69). Оно было полностью реализовано, вплоть до того, что руководители производства, начиная с директоров крупных заводов, оделись в военную форму с присвоением им генеральских званий.

Троцкий в 1920 году посчитал, что милитаризация труда «не есть выдумка отдельных теоретиков.., а является неизбежным методом организации и дисциплинирования рабочей силы в переходную эпоху от капитализма к социализму» (Там же. Т.XII. С.137). А раз так, то Троцкий разработал систему мер, которая пригодилась в 30-е и особенно в 40-е годы. При этом Троцкий довольно наивно заявлял: «Мы же организуем труд в интересах самих трудящихся и потому у нас не может быть никаких побудительных мотивов скрывать или замаскировывать общественно-принудительный характер трудовой организации» (Там же. С.140). Сталина нельзя было упрекнуть в политической наивности и он, встав во главе государства, предпочел маскировать «принудиловку» всеми возможными идеологическими и административными мерами.

«Трудовая повинность имеет принудительный характер, но это вовсе не значит, что она является насилием над рабочим классом, – продолжал романтизировать принудительную систему Троцкий… – Милитаризация труда при противодействии трудящихся есть аракчеевщина» (Там же. Т.XII. С.140-141). Троцкому суждено было дожить по «аракчеевщины» и убедиться, что она возможна в государстве «трудящихся». А пока же он приводил в качестве примера свободно-принудительного труда… субботники! (Ленин тоже восхитился этим порывом). «Субботники являются не только превосходной манифестацией коммунистической солидарности, но и вернейшим аналогом успешного проведения трудовой повинности» (Там же. С.141)

У Сталина в его речах и докладах не встретить подобного наива даже в качестве демагогического приема, хотя все это, включая «добровольно-принудительные» субботники, использовалось на практике. В частности, и такое умозаключение Троцкого: «Наконец, награждая одних, рабочее государство не может не карать других, то есть тех, кто явно нарушает трудовую солидарность, подрывает общую работу, наносит тяжкий ущерб социалистическому возрождению страны. Репрессия для достижения хозяйственных целей есть необходимое орудие социалистической диктатуры» (Там же. С.143).

Троцкий сказал, Сталин – реализовал репрессии как необходимое орудие диктатуры.

При этом пропаганда утверждала, что коллективизация, прикрепление рабочих к месту работы и прочие меры есть желание самих трудящихся. Так, 17 марта 1937 г. «по просьбе трудящихся» был принят закон, запрещавший крестьянам покидать колхозы без подписанного администрацией разрешения.

И еще одна осуществленная на практике рекомендация:

«Газетам необходимо изо дня в день следить за выработкой важнейших заводов и других предприятий, регистрируя успехи и неудачи, поощряя одних, обличая других… …Хороший инженер, хороший машинист, хороший слесарь должны иметь в Советской Республике такую же известность и славу, какую раньше имели выдающиеся агитаторы, революционные борцы…» (Там же. С.142).

Равно как и такую:

«Широкое проведение трудовой повинности, как и меры милитаризации труда, могут сыграть решающую роль только в том случае, если они будут применяться на основе единого хозяйственного плана, охватывающего всю страну и все отрасли производственной деятельности. Этот план должен быть рассчитан на ряд лет, на всю ближайшую эпоху» (Там же. С.147).

Так было Сталиным и сделано.

В параграфе «Коллегиальность или единоличие» (в смысле – единоначалие – Б.Ш.), Троцкий обосновал необходимость единоначалия, где коллегиальность играет роль совещательного органа. Причина – большая часть пролетариата (рабочих и крестьян) еще не готова к коллегиальному управлению.

«…достижение более высокой производительности труда возможно только путем одновременного применения различных методов – и экономической заинтересованности, и юридической принудительности, и влияния внутренне-согласованной хозяйственной организации, и силы репрессий, и, прежде всего и после всего, – идейного воздействия, агитации, пропаганды, наконец, общего повышения культурного уровня, – только комбинацией всех этих средств может быть достигнут высокий уровень социалистического хозяйства» (Там же. С.156).

И это замечание учли.

Но помимо теоретических изысканий Троцкий реализовал сугубо практическую меру в виде создания «трудовых армий».

По окончании гражданской войны в Красной Армии насчитывалось около 5 миллионов человек. Требовалось распустить большую их часть. Когда демобилизация началась, то возникли огромные трудности. Ленин на X съезде РКП(б) посвятил этой теме много внимания, отметив огромную значимость этой проблемы:

«Когда десятки и сотни тысяч демобилизованных не могут приложить своего труда, привыкшие заниматься войной и чуть ли не смотрящие на нее, как на единственное ремесло – мы оказываемся втянутыми в новую форму войны…: бандитизм. Несомненной ошибкой ЦК было то, что размер этих трудностей, связанных с демобилизацией, не был учтен» (X съезд РКП(б). С.25).

Троцкий мог бы возразить Ленину, что он-то как раз учел эти трудности и предложил вместо одномоментной демобилизации создать трудовые армии, направив их на восстановление транспорта и заготовку топлива. И даже создал такие воинские формирования на Урале и Украине. Это давало возможность восстанавливать разрушенную инфраструктуру страны, менять психологию солдат на мирный труд, проводить демобилизацию постепенно.

Потом над трудармиями изгалялись критики Троцкого, «позабыв» о вышеприведенном пассаже Ленина насчет ошибки с демобилизацией, стимулировавшей бандитизм.

Борьба Троцкого за планирование

Именно Троцкому принадлежит идея централизованного государственного планирования как приоритетной целевой задачи. Уже в 1920 году на IX съезде партии в своем докладе о хозяйственной политике он заявил: «…единый хозяйственный план, как основа применения рабочей силы и крестьянских масс, квалифицированный и неквалифицированных, – вот первая основная задача» (IX съезд РКП(б). С.104). Почему? Потому что мобилизация трудовых ресурсов в государстве «может иметь смысл только в том случае, если у нас есть аппарат правильного хозяйственного применения рабочей силы на основании единого, охватывающего всю страну, все отрасли хозяйства хозяйственного плана» (Там же. С.102).

Точкой отсчета стал приказ №1042 от 22 мая 1920 года по железнодорожному транспорту. В нем планировался поэтапный ремонт паровозов до 1925 года. Предусматривались и меры перевыполнения плана – сокращение сроков ремонта. Данный приказ стал зародышем советского отраслевого планирования.

Троцкий понимал значение приказа, выходящего за рамки одного ведомства. Для этого он написал специальную статью, опубликованную в газете «Известия». В ней Троцкий указывал: «Социалистическое хозяйство может быть только плановым. Оно основано на строгом учете того, что есть, что необходимо, и того, что мы способны сделать. Приказ №1042 дает нам такого рода учет» («Известия», 1920. 29 мая).

Мысль Троцкого сразу вышла за пределы одной отрасли. Вот образец его подхода 1920 года: «Итак, основная задача – улучшение состояния его (народного хозяйства – Б.Ш.) и заготовка элементарнейших запасов продовольствия, сырья и топлива. Весь первый ближайший период целиком заполнен сосредоточением, напряжением рабочей силы на разрешение этой задачи, которая является предпосылкой дальнейшего. Второй период… – это – машиностроение в интересах транспорта, добычи сырья и продовольствия. Третий период – машиностроение в интересах производства предметов широкого массового потребления, и, наконец, четвертый период – производство предметов массового широкого потребления… Мы должны сказать открыто и ясно, что наш хозяйственный план, при максимуме напряжения трудящихся, даст не кисельные берега и молочные реки, но что при самых больших усилиях, в ближайший период, мы направляем нашу работу на то, чтобы подготовить условия для производства средств производства. И лишь после того, как в минимальных размерах мы будем иметь средства производства, мы перейдем к производству средств потребления и, стало быть, предметы личного потребления, непосредственно осязательный для самих масс плод работы, получатся в стадии последнего звена этой хозяйственной цепи» (IX съезд РКП(б). С.102-103).

Так и было сделано. Только оное пошло под маркой «партия выработала курс».

Троцкий настаивал на передаче главенствующей роли в руководстве всем народным хозяйством Госплану. 18 апреля 1922 года, в ответ на записку Ленина о разграничении работы замов председателя Совнаркома, Троцкий пишет свои замечания, куда включает пункт о Госплане:

«…во сто раз хуже и прямо таки гибелен тот факт, что академичен Госплан. Уже в начале прошлого года было ясно, что никакого хозяйственно объединяющего и фактически руководящего органа нет. Нынешняя организация Госплана внешним образом приблизила к тому, что я предлагал в прошлом году, но только внешним образом. По существу остается раздробление ответственности, и совершенно неизвестно, кто же фактически руководит нарядами топлива, транспорта, сырья, денег… Должно быть хозяйственное учреждение, на стене которого висит хозяйственный календарь на год вперед, учреждение, которое предвидит и в порядке предвидения согласует. Таким учреждением должен быть Госплан» (Переписка Ленина с Троцким. С.249).

Осенью 1922 года Троцкий представил в Совнарком докладную, в которой предлагал наделить Госплан законодательными функциями (составленный план – закон для предприятия), и чтобы глава Госплана был одновременно заместителем председателя правительства. Это предложение (опять же после первоначального сопротивления руководства) было реализовано, и такая практика сохранялась до конца СССР. Опять же без указания авторства.

Идея централизованного общегосударственного планирования, которая затем в СССР стала «само собой разумеющейся», поначалу трудно пробивала себе дорогу. На XII съезде РКП(б) (1923 г.) Троцкий давил на делегатов: «Я, товарищи, настаиваю,.., что вопрос о планировании есть по существу вопрос о руководстве. Мы слишком обще говорим о руководстве хозяйством, но ведь руководство хозяйством и есть прежде всего планирование, т.е. предвидение и согласование. Нет другого пути, кроме планового, – планового необязательно в смысле жесткого администрирования, как было при военном коммунизме, а планового прежде всего в смысле маневрирования, то есть предвидения и согласования в условиях рынка…» (XII съезд РКП(б). С.338).

В планировании помимо чисто экономического аспекта Троцкий видел инструмент борьбы с политическими опасностями рынка: «”Новую” политику мы завели для того, чтобы на ее основе и в значительной мере ее же методами победить ее. Как? Умело пользуясь действием законов рынка…, систематически расширяя плановое начало. В конечном счете это плановое начало мы распространим на весь рынок, тем самым поглотив и уничтожив его…» (Там же. С.343).

(Подробное видение госпланирования дано Троцким в ответах на вопросы делегатов – Там же. С.406-408).

Может, кто-то еще также веско и напористо отстаивал идею централизованного всеохватывающего экономику планирования? Нет, только Троцкий. Потому ему приходилось биться, что то была совершенно новая, не уложившаяся в умах Идея. И именно он был ее отцом. Позже властям пришлось изворачиваться, приписывая идею централизованного планирования Ленину, Кржижановскому – кому угодно, только не Троцкому.

Каким Троцкий видел социалистическое планирование? Оказывается, именно таким, каким оно стало в СССР. Приведем характерные высказывания на сей счет:

«Если хотите, самая наша коренная отечественная плановая пословица такова: «Ладь телегу зимой, а сани летом». Это есть плановая мудрость крестьянского хозяйства: предвидение и согласование. Нам надо правило это применить ко всему нашему союзному хозяйству. Я думаю, что эту пословицу хорошо бы над входной дверью в Госплан и в СТО выгравировать… Тогда всем стало бы яснее, что такое планирование. Это есть предвидение, согласование, заглядывающее вперед практическое руководство» (Там же. С.341).

«Если мы хотим охвата различных отраслей хозяйства, и государственного планового, и полупланового, и чисто рыночного, чтобы согласовать их, то нам необходимо иметь высококвалифицированный орган, который прорабатывает непрерывно все элементы операционного плана во всей их конкретности и представляет этот проработанный материал хозяйственному главному командованию» (Там же. С.342).

«Госплан – очень важный орган в нашем строительстве, и значение его будет расти. Сам он не командует, не управляет, но учитывает все элементы командования, администрирования, управления, руководства; предвидит, загадывает, согласует, предлагает, напоминает, вносит поправки, – другими словами, создает для хозяйственного командования все необходимые штабные предпосылки, согласует операцию со снабжением, транспортом и пр.» (Там же. С.342).

«Госплан не командует. Госплан есть штаб… и, как полагается штабу, прорабатывает все вопросы в смысле проверки, согласования, предвидения и направления» (Там же. С.343).

«Не командует»! В последующем Сталина это не устроило, а вот другое замечание Троцкого было усвоено полностью:

«…сперва будем производить только средства производства для производства средств производства, потом средства производства для производства предметов потребления, потом предметы потребления» (Там же. C.340).

И взято на вооружение еще одно обоснование Троцким централизованного планирования:

«…каковы основные устои планового хозяйства? Во-первых, армия: она никогда не живет на основах рынка. Армия есть плановое хозяйство. Во-вторых, транспорт. Транспорт у нас… весь государственный. В-третьих, тяжелая промышленность, которая работает у нас либо на транспорт, либо на армию, либо на другие отрасли государственной промышленности. Вот три кита…» (Там же. С.336).

«Троцкистский» подход к планированию в СССР приняли как руководство к действию. Однако будущее приходилось Троцкому приближать с немалыми усилиями.

Первоначально Государственная плановая комиссия была образована 22 февраля 1921 года в качестве вспомогательной структуры при Совете труда и обороны (СТО) Задачей СТО было корректировать хозяйственные и финансовые планы основных отраслей экономики. Троцкий предложил изменить цели и методы работы комиссии, усилив ее роль в системе органов советской власти. Однако Политбюро на заседании 9 августа 1921 года отвергло это предложение. Руководство посчитало, что Троцкий «фактически поставил себя перед партией в такое положение.., что партия должна предоставить тов. Троцкому фактическую диктатуру в области хозяйства».

Страх перед Троцким показателен, но можно было поставить другого, что позже и было сделано. Но в глазах верхушки большевиков концентрация материальных средств в руках одного органа пока выглядела чересчур сомнительной затеей.

Отклонил тезисы Троцкого и пленум ЦК, к которому автор пытался апеллировать (Жуков Ю. Оборотная сторона НЭПа. С.9). Однако Троцкого было невозможно остановить. Причем настаивал он порой в чрезмерно резкой форме. Так, в 1922 году Ленин высказался за реорганизацию Наркомата рабоче-крестьянской инспекции, Рабкрина (РКИ), чтобы «сделать его сильным и независимым». И вызвал резкую отповедь Троцкого: «В условиях рыночного хозяйства “рабоче-крестьянская” инспекция есть абсолютнейшая и безусловнейшая чепуха… Сейчас рабоче-крестьянской инспекцией является… рынок. Это инспекция твердая, деловая, не обманная» (Переписка Ленина с Троцким. С.282). Но Троцкий, одновременно, был против стихии рынка как регулятора народного хозяйства, поэтому в записках от 24 и 26 декабря 1922 года вновь предложил сделать Госплан «единственной организацией или инстанцией для объединительной хозяйственной работы».

6 января 1923 года Сталин направил членам ЦК записку, в которой отверг предложения Наркомвоенмора, настаивая на ином: на превращении Совета Труда и Обороны (СТО) из межведомственной согласительной комиссии в надведомственный, руководящий орган. «Иными словами, не ставя под сомнение административную реформу, (Сталин) видел органом, ответственным за народное хозяйство, не Госплан, а СТО» (Там же. С.10-11). Но СТО не был плановым органом, а лишь административно-регулирующим, поэтому Троцкий продолжал долбить стену, ему-то виделось госпланирование иного качества!

15 января 1923 года он представил Политбюро новую записку с обоснованием необходимости перехода к всеобъемлющему планированию. В ней он писал:

«1. В центре ряда моих письменных предложений, внесенных в ЦК, стоял вопрос о необходимости обеспечить правильное плановое руководство изо дня в день государственным хозяйством… Я утверждал, что органа, непосредственно ответственного за плановое руководство государственным хозяйством и способного по своим правам, обязанностям и составу осуществлять такое руководство, у нас нет. Я утверждал, что именно отсюда вырастает стремление нагромождать все новые и новые руководящие и объединяющие органы, которые в конце концов только мешают друг другу…

5. Без объединяющего плана и объединенного руководства никакая хозяйственная работа невозможна» (Архив Троцкого. Т.1. С.9, 11).

Причем, агитацию за планирование в лице Госплана как объединяющего хозяйственного органа Троцкий начал еще в 1921 году, сразу с началом перехода к мирному периоду существования Советского государства. 7 августа 1921 года на пленуме ЦК РКП(б) Троцкий многократно варьировал мысль, что «Отсутствие действительного хозяйственного центра, который… практически объединяет все стороны хозяйственной деятельности и таким образом на деле вырабатывает внутренне согласованный хозяйственный план, отсутствие такого действительно хозяйственного центра приводит не только к тягчайшим для хозяйства потрясениям, как топливный и продовольственный кризисы, но и исключает возможность планомерной внутренне согласованной разработки новых начал хозяйственной политики» (Архив Троцкого. Т.1. С.15-16).

И в качестве основного оппонента назвал Сталина. Сама записка имела подзаголовок: «По поводу письма тов. Сталина о Госплане в СТО». По мнению Троцкого, Сталин неправильно трактовал ряд моментов по увязке работы центральных советских экономических органов. Например: «Проект т. Сталина исключает из СТО все ведомства, в том числе и ВСНХ (Всероссийский Совет Народного Хозяйства – прим. Б.Ш.), но оставляет там Наркомфин. Этим самым неправильное взаимоотношение между финансами и промышленностью находит в проекте т. Сталина новое организационное выражение» (Там же. С.10).