7 июля

Ответ пришёл почти сразу:

«Ты благодаришь меня за базовое человеческое отношение. Не надо. Просто отдохни. Если люди твои — они вернутся, когда вернёшься ты сам».

И вот тут меня пробило. Слёзы полезли сами, вообще без предупреждения. Самое тупое — я даже не понял, из-за чего именно. От усталости? От злости? От облегчения?

Или потому, что один случайный человек оказался человечнее целой толпы?

— Рон, идём.

Я дёрнулся так резко, что чуть не улетел вместе со стулом.

Обернулся.

Рэйвен стояла у двери, спокойная, как налоговая после праздников.

— Ты что здесь делаешь?!

— Да так. Гуляю по симуляции. — Она скользнула взглядом по комнате. — Пошли, страдалец. Ещё успеешь драматично поплакать позже.

— Я не ревел.

— Конечно. Это стол сам намок.

Я быстро вытер лицо рукавом.

— Куда идти?

Рэйвен подошла к окну и махнула рукой. Я посмотрел — и внутри сразу стало мерзко. Пусто. Ни машин, ни людей, ни звука. Даже ветра нет. Кто-то создал карту города, но забыл загрузить NPC.

— Где мы? — спросил я тише.

— В херне. Официальное название — Испытания Судьбы. — Голос у неё был уставший. — Я тут уже сутки по пустому городу брожу. Ни души. Потом услышала, как ты с мебелью воюешь. В такой тишине это, знаешь ли, за кварталы слышно.

Она посмотрела на сломанный стул, потом на монитор, потом на меня и тихо выдохнула:

— Пошли уже выход искать.

Я всё ещё переваривал происходящее.

Значит, чат был фальшивый? Зрители тоже? Меня не «отменили» за пять минут?

Слава богу.

И одновременно как-то унизительно, что я повёлся настолько быстро.

— А выход где?

— Если бы я знала, меня бы тут уже не было. — Рэйвен пожала плечами. — Сначала мне даже нравилось. Ни людей, ни тупых разговоров, ни шума. Мечта интроверта.

Она посмотрела на пустую улицу за окном.

— А потом понимаешь, что город без людей — это просто декорация. И давит сильнее любой толпы.

Я хмыкнул.

— Оптимистично.

— Я рядом с тобой вообще сегодня сияю позитивом.

И мы пошли по пустой улице — как два человека, которые очень стараются делать вид, что всё нормально.

И правда: ни души, ни машин, ни шума. Даже запахов нет, воздух пластиковый. Только пустота и наши шаги, громкие между домами.

И ещё это:

Тук.

Тук.

Тук.

Рэйвен нашла какой-то камешек и пинала его перед собой. Чем дальше, тем сильнее меня это бесило.

— Рэй, хватит.

— Да ладно тебе, — хмыкнула она и тут же заметила другой камень, уже нормальный, увесистый. Подняла двумя руками, чуть перекосившись вбок. — Смотри, что могу.

И прежде, чем я успел что-то сказать, швырнула его в окно первого этажа.

Тресь.

Стекло разлетелось красиво, с душой.

Я машинально дёрнулся, ожидая сигналки, криков, бабки с балкона — хоть чего-нибудь.

Ничего.

Тишина.

Рэйвен повернулась ко мне с довольной ухмылкой.

— Ну? Слабо?

Я фыркнул, поднял свой камень и отправил его в соседнее окно.

Бах.

Потом ещё одно.

Потом витрина магазина.

А потом как-то незаметно мы уже пинали двери машин и лазили по брошенному двору, как два человека, которым официально разрешили сойти с ума.

Рэйвен залезла в припаркованную тачку, покрутила руль.

— Бибикалки нет. Халтура.

Вылезла, нашла возле какого-то сервиса канистру и плеснула бензин на капот.

— Ты серьёзно?..

— А чего нет?

И подожгла.

Машина вспыхнула сразу, словно сама этого ждала. Оранжевый свет лёг на пустую улицу, на стены домов, на её лицо.

Мы стояли и смотрели, как идиоты, и внутри щёлкнуло странное чувство — не радость даже, скорее мысль: можно всё, и никто ничего не сделает.

— Знаешь, — сказал я, пока мы добивали очередную витрину, — я ведь всегда был нормальным человеком.

— Сомнительное заявление.

— В смысле, правильным. Более-менее. А сейчас... бля. Мне нравится.

Рэйвен отряхнула ладони и кивнула.

— Свобода не в том, чтобы делать что угодно. Свобода — это когда никто не смотрит и не ждёт от тебя правильного поведения.

Мы оба засмеялись — так свободно, как, кажется, никогда раньше.

А потом она резко посерьёзнела.

— Есть ощущение, что этот мир сделан специально под нас.

— В смысле?

— Просторный, пустой. Делай что хочешь. — Она посмотрела вверх, пытаясь найти потолок у этой декорации. — Подозрительно удобно. Значит, наверняка ловушка.

— Ты сейчас звучишь как человек, который давно не ел.

— А ты как человек, который готов жить в клетке, если в ней можно бить окна.

Неприятно, потому что справедливо.

Она махнула рукой:

— Пошли.

Мы долго поднимались по лестницам одного из самых высоких зданий: серые пролёты, одинаковые стены, одинаковые двери — карту собирали копировать-вставить.

На крыше дул ветер, и даже он казался ненастоящим.

И тут до меня наконец дошло.

— Подожди... Ты хочешь прыгнуть?

— Ага.

— Ты больная?

— Возможно. Но ещё я права. — Она говорила это так спокойно, словно предлагала зайти за кофе. — Это симуляция. Мы здесь как ошибка. Ошибки либо чинят, либо система ломается. Надо проверить пределы.

— Или мы просто разобьёмся.

— Тогда узнаем честный ответ.

— Рэйвен, это худший план из всех возможных.

— Неправда. Худший — стоять тут и ныть.

Она вдруг схватила меня за руку.

— Отпусти!

— Нет.

— Я не хочу прыгать!

— Хочешь, я первая?

— НЕТ! ТЫ СОВСЕМ—

И в этот момент она дёрнула меня вперёд.

— РЭЙВЕН, БЛЯТЬ!

Ноги оторвались от крыши.

Мы падали.

Город летел вверх, ветер бил по лицу, желудок пытался покинуть организм.

А Рэйвен рядом выглядела так, словно мы просто катаемся на аттракционе.

— Вместе веселее, да?

— ТЫ КОНЧЕНАЯ!

А потом всё исчезло.

Ни удара, ни боли — только вспышка света, будто у мира перегорел экран.

Когда зрение вернулось, города уже не было.

Вокруг — каменные стены, колонны, сырость, мох, что-то между храмом и древним подвалом с завышенной самооценкой.

Тишину прорезал механический голос:

— Прибыли новые участники. Мы ожидаем ещё одного. Испытания Судьбы начнутся, как только команда будет в сборе.

— Замечательно, — пробормотал я. — Нас зарегистрировали.

Я поднялся, проверил руки, ноги, голову — всё на месте. Даже обидно после такого падения.

Поодаль стояли люди: Сэнди уже что-то эмоционально высказывала Рэйвен, а рядом с ней — та самая девчонка, что облила меня энергетиком.

Супер.

Мир тесен даже в магическом дурдоме.

А Исаак уже носился по залу с видом ведущего утреннего шоу, и его белозубая улыбка в этом полумраке выглядела особенно подозрительно.

Он заметил меня первым и тут же подскочил.

— Добрый день! Искренне рад снова видеть тебя, Рон!

Он протянул руку. Я пожал — чисто из вежливости и слабости характера.

— И тебе привет. Что здесь происходит?

— Нас официально забрали на Испытания! — радостно затараторил он. — Всё, что было раньше, — лишь персональные вступительные этапы. У каждого свои. Если бы кто-то не справился... последствия, полагаю, были бы неприятными. Но все живы! Почти.

— Почти?

— Остался один участник. Калем. Где-то задерживается.

Он сказал это с таким энтузиазмом, словно мы ждали друга на шашлыки.

Я смотрел на его сияющую физиономию и думал только об одном: очень хочется дать ему в челюсть.

Не потому, что он плохой. Просто бесит профессионально.

Глава 7. Уютный ад

*От лица Калема*

Я сидел на холодном полу тёмного коридора и не заходил в дверь не потому, что не мог, а потому что не хотел. Просто прислонился к стене и смотрел в темноту перед собой. Шло время или стояло на месте — я не знал, не считал и начинать не собирался. Слишком многое навалилось сразу, а иногда самое разумное, что можно сделать, — не дёргаться, пока внутри хоть немного не уляжется шум.

Я до сих пор не понимал, кого увидел перед вспышкой. Это могла быть Рэйвен из будущего. Могла — одна из возможных версий, которую мне показали специально. Или вообще подделка, собранная из моих страхов и её лица.

Ни один вариант не нравился.

Если Испытания действительно показали мне один из возможных исходов, то туда я не хотел. Не нужен мир, где она смотрит такими глазами и говорит таким голосом. Не нужен мир, где кто-то из нас умирает.

«Испытания судьбы» — громкое название, за которым пока скрывались только хаос, недосказанность и привычная издёвка жизни. Ни правил, ни инструкций, ни даже намёка, чего от нас вообще хотят. Просто иди вперёд и разбирайся сам.

Тишина вокруг была не пугающей, а выматывающей: когда проблема понятна — её можно решить, когда впереди только неизвестность — силы начинают утекать сами собой.

Потом я услышал голоса. Приглушённые, с другой стороны двери, но вполне узнаваемые.

— Где Калем-то? Чё он застрял? — недовольно буркнул Рон.

— Помолчи, а, — сразу отрезала Рэйвен уставшим раздражённым тоном. — Ты бы вообще не выбрался из своей симуляции, если бы не я.

— Ну да, зато я не прыгаю с крыши, как полная психопатка.

— Охренеть. Лучше бы спасибо сказал. Так бы и ныл там дальше один.

Я невольно усмехнулся и тут же поморщился — висок отозвался тупой болью. Они спорили как кошка с собакой, но в этом было что-то живое и нормальное.

— Друзья мои, не ссорьтесь, нам ведь ещё долго быть вместе! — бодро вклинился Исаак.

— Мы не ссоримся, а выясняем отношения. Разницу улови, — огрызнулась Рэйвен.

— Господи, заткнитесь уже, у меня сейчас башка треснет, — простонала Сэнди.

Я слушал этот бардак и неожиданно понял, что мне стало легче. Настоящие. Раздражающие, шумные, живые. Даже если окружающий мир — подделка, они по крайней мере вели себя слишком естественно, чтобы быть частью красивой иллюзии.

Потом всё резко стихло — наступила короткая плотная тишина, после которой обычно что-то происходит. Кто-то осторожно коснулся ручки двери. Она приоткрылась, и в проёме появилась Рэйвен.

— Калем, ты чего расселся?

Сказано было почти буднично, но, когда она посмотрела внимательнее, я сразу заметил перемену: колкость ушла, осталась тревога. Рэйвен вошла внутрь и прикрыла за собой дверь, приглушив чужие голоса.

— Ты в порядке? У тебя кровь на голове. Помочь встать?

— Я в норме, — ответил я. — Просто немного приложили. Ничего критичного. По голове, правда. Но пока не тошнит и два плюс два складываю.

— Сам себе диагноз поставил?

— Ну да. Пока ответ четыре — значит, жив.

Передо мной стояла та Рэйвен, с которой я пришёл сюда. Та же интонация, те же движения, привычное раздражение, за которым она пыталась спрятать беспокойство. По крайней мере, в её реальности я сейчас не сомневался.

А та, другая, кем бы она ни была, всё ещё неприятно царапала где-то внутри.

Рэйвен присела рядом и потянулась осмотреть рану. Я дёрнулся быстрее, чем успел подумать.

— Больно? Прости, — тихо сказала она, глядя на кровь, оставшуюся на пальцах. На секунду её лицо застыло, а рука повисла в воздухе.

— Нормально. Ладно, ты права, засиделся.

Я упёрся ладонью в стену и попытался подняться. Сразу понял, что переоценил собственное состояние. Ноги подвели, равновесие ушло, коридор качнулся, и Рэйвен без слов подхватила меня под руку.

Стало неловко — не из-за неё, из-за себя. Свою слабость я не люблю, особенно когда её кто-то видит.

— Я ведь предлагала помощь, — сказала она спокойно, придерживая меня, пока пол не перестал уходить из-под ног. — Не нужно делать вид, что справляешься один. Я тогда здесь зачем?

Потом чуть улыбнулась.

— Тоже мне герой. Пошли.

Я только кивнул. В этот раз слов не требовалось.

Мы вышли. Дверь распахнулась, и я сразу увидел всех, чьи голоса слышал за ней: Сэнди, Рон, Исаак и ещё одну девушку — короткие синие волосы, спокойный взгляд, собранная поза.

Незнакомая и при этом неприятно знакомая.

Я уже видел её раньше, но воспоминание не дотягивалось до поверхности и рассыпалось где-то по пути. Может, мелькнула в одном из сбоев. Может, я действительно начинал путать лица.

В последнее время такое случалось всё чаще: мысли ускользали, детали смешивались, какие-то очевидные вещи приходилось удерживать усилием. Я списывал это на усталость, работу и недосып — объяснение удобное, но не факт, что правдивое.

— О, Калем! Наконец-то, — Рон расплылся в ухмылке и уже тянул руку. — Здарова, братец.

Следом подошёл Исаак — тот же безупречно дружелюбный взгляд, та же тёплая улыбка, которая почему-то всегда заставляла насторожиться.

Я пожал руки обоим. Снаружи всё выглядело нормально, но внутри не отпускало ощущение, что спокойствие здесь временное.

— А что это вы тут под ручку идёте? — как ни в чём не бывало подскочила Сэнди. Она окинула нас быстрым взглядом и хитро прищурилась. — Рэйвен, это же Калем, да? Тот самый грубиян? Только не говори, что вы теперь встречаетесь.

— Вообще-то мы уже женаты, — сказал я ровно. — Медовый месяц, к сожалению, пришлось перенести. То волки, то тюрьма, то вы все — сами понимаете.

Сэнди моргнула. Рон подавился смехом и отвернулся, прикрыв рот кулаком. Исаак зачем-то начал прикидывать, серьёзно я или нет. Рэйвен так выразительно закатила глаза, что это, кажется, заметили даже колонны.

— Нет, — сухо сказала она, показывая ладонь в крови. — Просто у Калема голова пробита. Немного не до романтики.

Сэнди вытянула шею, пытаясь рассмотреть рану поверх моего плеча.

— Ой, да? Правда не заметила. Он же дылда, у него череп как броня.

Спокойно.

Она ещё ничего серьёзного не сделала.

— Все на месте? — к нам подошла синеволосая девушка. Голос ровный, уверенный — даже слишком уверенный для человека, оказавшегося здесь впервые. — Раз уж собрались, могу представиться. Я Лика. Для тех, кто ещё не в курсе.

Отлично. Новый человек.

Я не люблю новые знакомства, особенно когда и старые держатся на честном слове. Лика выбивалась из общей картины — я её не знал, и всё же ощущение, что должен знать, никуда не исчезало.

Она заметила мой взгляд и слегка усмехнулась.

— Есть чувство, что меня уже недолюбливают.

Сказано было легко, почти с улыбкой, но смотрела она прямо на меня.

Проверяет реакцию.

Серьёзно? Ещё одна проблема.

— С чего вдруг такие выводы? — Рэйвен приподняла бровь.

— Ну я, если честно, недолюбливаю, — спокойно вставил Рон. Он засунул руки в карманы и качнулся с пятки на носок. — Ты на меня тогда энергетик вылила, потом цирк устроила. Думал, больше не увижу.

Лика отвела взгляд и едва заметно сжала пальцами край рукава.

— Пожалуйста, давайте без этого, — быстро вмешался Исаак, делая шаг между ними. — Мы здесь, вероятно, по одной причине. Возможно, стоит оставить конфликты за пределами этих стен.

В ответ на его слова пространство изменилось.

Сначала откуда-то издалека донёсся звук — тихий, но отчётливый. Потом воздух стал плотнее. А затем раздался голос — ровный, механический, полностью лишённый интонаций, и именно поэтому от него по спине прошёл холод.

— Уважаемые Избранные. Добро пожаловать на Испытания Судьбы. Мы понимаем, что происходящее может казаться вам абсурдным. Локация, в которую вы были помещены в начале, являлась вступительной задачей — тестом на адаптацию. Вы успешно справились. Теперь начинается основной этап. Впереди вас ждут испытания, подобные уже пережитым, но значительно сложнее. И в них существует высокая вероятность гибели.

Никто не перебил.

Даже Рон замолчал и перестал раскачиваться.

— Однако ваши усилия не будут напрасны. Те, кто дойдут до конца, получат право загадать одно любое желание. Без ограничений. Оно будет исполнено.

Я заметил, как все невольно напряглись. Сэнди перестала теребить край рукава. Лика подняла голову. Даже у Рэйвен на мгновение изменился взгляд.

Сильная приманка.

— Будьте готовы: всё, что вы увидите дальше, будет ломать вас. Сомнения. Иллюзии. Потеря веры. Вы можете устать. Захотеть сдаться. Но не останавливайтесь. Желание того стоит. Кроме того, по мере прохождения вы получите магические способности. Они будут индивидуальны и сформируются на основе вашего характера. Разобраться с их природой и возможностями — ваша задача. В вашем распоряжении окажутся материалы, зоны для тренировок и поддержка. Всё это вы скоро обнаружите. На этом пока всё. Следующие инструкции будут доступны после прохождения контрольной точки. Удачи, Избранные. Пусть до конца дойдут те, кто действительно достоин.

Голос умолк.

В зале стало тихо — каждый проверял, не послышалось ли. Потом на массивной двери в конце зала с тихим щелчком исчез замок.

Никто не двинулся с места.

Какие ещё, к чёрту, испытания.

У меня вообще-то работа. Нормальная жизнь. График, обязанности, вещи, которые существуют независимо от пафосных голосов из стен.

Да, желание — сильный крючок. Слово «любое» звучит именно так, как должно звучать хорошее мошенничество. А я достаточно давно живу, чтобы не верить в бесплатные чудеса.

За такие обещания всегда платят дорого.

Здесь, возможно, жизнью.

Мы можем умереть. Это был бы хороший повод развернуться и уйти. Вот только никто не сказал, что выход вообще существует.

Похоже, выбор у нас простой и одновременно фальшивый: идти вперёд или стоять на месте, пока всё решат за нас.

— Мы можем умереть?.. — голос Сэнди дрогнул, стал почти детским. — Но я не хочу! Выпустите меня домой!

Она попятилась к стене и прижала ладони к холодному камню, будто та могла внезапно открыть проход обратно.

Я её понимал и именно поэтому ничего не сказал: утешать было нечем.

Даже Исаак выглядел иначе. Постоянная улыбка исчезла, лицо заметно побледнело. Он сжал ручку зонта обеими руками и смотрел в пол.

— Да я вообще прикола не понял, — вспыхнул Рон. — Нас сюда притащили насильно, теперь ещё смертью пугают? Это что, квест с финалом в морге?

— Если это квест, то дизайнера надо уволить, — пробормотал я. — Интерфейс отвратительный, обучения нет, сохранения не предусмотрены. Ноль из десяти.

Рон хмыкнул и чуть расслабил плечи.

Кажется, тон попал куда надо.

— Компания у нас, конечно, выглядит сомнительно, — сказала Лика, обводя нас взглядом. — Но кто знает. Может, это всё просто для запугивания.

— Нет, — спокойно сказала Рэйвен. — Тут, видимо, всё всерьёз. Такое желание просто так не дают. Его надо заслужить.

Я кивнул раньше, чем успел подумать.

— За всё нужно платить.

Рэйвен обвела нас взглядом — собранно, ровно, без лишней драмы. Только пальцы на секунду сжались в кулак и тут же разжались. Если не смотреть внимательно — не заметишь.

Она не обязательно приняла правила игры. Скорее поняла, что сейчас кому-то придётся сделать вид, будто всё ещё можно контролировать.

— Я бы, конечно, хотела предложить всем просто сдаться и умереть, но это как-то не наш стиль, — сухо добавила она. — Так что придётся разбираться.

Рон нервно хмыкнул. Даже Сэнди дёрнула уголком губ.

Это немного сняло напряжение.

— Нас предупредили быть внимательными. Значит, в этом есть смысл. Паника сейчас — последнее, что нам нужно. Если нас собрали вместе, значит, не просто так. У каждого есть сильные стороны. Придётся работать как команда. Делить задачи. Прикрывать друг друга. Выживать.

Говорила она просто, без пафоса — наверное, поэтому и сработало. Я заметил, как Сэнди выпрямилась, как у Рона ушло напряжение из плеч.

— Мы ещё не понимаем, как здесь всё устроено, — продолжила Рэйвен. Голос оставался ровным, но между фразами она делала короткие вдохи, не позволяя себе сбиться. — Не факт, что нас будут убирать по одному. Может, кому-то вообще достанется способность воскрешать мёртвых. Здесь возможно что угодно. Так что не надо хоронить себя заранее.

После её слов тишина стала другой — воздуха будто стало больше.

Она озвучила то, что я сам крутил в голове, но не собирался говорить вслух. Не потому, что была уверена в своих словах. Просто сейчас кому-то нужно было их произнести.

Похоже, именно она удерживала группу от паники. Пока удерживала.

— Полностью согласен: мы пока почти ничего не знаем, — оживился Исаак. Он выпрямился и снова улыбнулся, хотя теперь улыбка выглядела чуть напряжённее. — Поэтому предлагаю не терять времени и пройти вон к той двери!

— Да, а то стоим тут как мебель, — буркнул Рон и первым двинулся вперёд.

Мы подошли ближе.

Дверь не открылась, хоть замок и исчез.

— Смотрите, тут выемки для ладоней, — сказала Лика, наклоняясь к поверхности.

Она провела пальцами по одному из углублений и быстро отдёрнула руку, будто ожидала удара током.

Я молча отметил детали: в двери было шесть углублений, и все одинаковые.

— Значит, порядок не важен, — задумчиво произнесла Рэйвен.

Я хотел что-то добавить, но в висках стоял тупой гул — голова ныла, будто кто-то продолжал бить с задержкой. На секунду мелькнула простая и почти унизительная мысль: лечь на пол и уснуть часов на двадцать.

Не сейчас.

Снова заговорил тот же механический голос, теперь почти привычный, и это само по себе раздражало.

— Не ищите подвох. Просто приложите ладони к выемкам. Это сканер магического потенциала. Ваши отпечатки необходимы для дальнейшего прохождения. Не бойтесь.

Фраза «не бойтесь» обычно означает, что бояться как раз стоит.

Первым ладонь приложил Рон. За ним — Лика. Потом Рэйвен. Я. Сэнди. Последним — Исаак.

Когда последняя ладонь коснулась поверхности, дверь проснулась: от выемок побежали светящиеся линии, у каждого свой цвет — оранжевый, зелёный, красный, синий, розовый, жёлтый. Они переплетались, пересекались, но не смешивались в грязное пятно, а складывались в сложный живой узор.

Дверь будто собирала нас воедино, не стирая различий.

Тяжёлая створка дрогнула и медленно разошлась в стороны.

Изнутри потянуло прохладой. Воздух был густой, старый, пахнущий камнем, пылью и чем-то давно забытым.

Тайной.

И, возможно, началом конца.

Когда мы прошли через открытую дверь, я был готов к чему угодно: темнице, мраку, очередной ловушке или новой симуляции. Опыт последних часов подсказывал простую вещь — ничего хорошего ждать не стоит.

Но то, что оказалось по ту сторону, не совпадало ни с одним вариантом.

За дверью был просторный холл с высокими потолками — не просто помещение, а жилое пространство.

Дом.

Скорее даже особняк: большой, дорогой, продуманный до мелочей. Всё современное, строгое, аккуратное. Тёмное дерево, ровный свет, каменные стены и огромные окна, за которыми пока ничего нельзя было разглядеть.

— Это что?.. Мы в чьём-то элитном коттедже? — первым озвучил Рон.

Формулировка точная.

Дом явно создавался для длительного проживания: просторная кухня с островом, встроенная техника, новая мебель, столовая с длинным массивным столом и удобными стульями.

Кофемашина — даже рабочая.

Я машинально отметил это, словно наличие кофе могло хоть что-то исправить.

Мы пошли дальше: гостиная с глубокими диванами и экраном во всю стену, комната отдыха с приставками, VR, старыми игровыми автоматами и аэрохоккеем.

Кто-то тихо присвистнул.

Я — нет.

Чем комфортнее обстановка, тем выше цена.

— Хм. Заманчиво. Но вряд ли просто так, — сказала Рэйвен. Она провела ладонью по спинке дивана, проверяя материал.

Я был с ней согласен: за всё нужно платить.

Наверху оказались спальни — отдельные, даже именные. Каждому своя комната с кроватью, рабочим столом, ванной и гардеробом.

Я зашёл в свою и остановился на пороге.

Да, это моя.

Цвета, расстановка, освещение, даже постельное бельё — всё совпадало с моими привычками. Не с квартирой один в один, а с тем, как я сам выбрал бы оформить комнату, если бы меня спросили.

Будто кто-то давно за мной наблюдал.

Это не радовало, а настораживало.

— Пугающе мило, — заметила Сэнди, заглянув через моё плечо. — Если это ловушка, то привлекательная.

В доме было всё: сауна, бассейн, тренажёрная зона, комнаты отдыха — уровень хорошего закрытого отеля.

Но были и закрытые части: коридоры, упирающиеся в запертые двери с одинаковыми табличками:

«Зона заблокирована. Доступ откроется позже».

— Ну вот и начинается, — пробормотал Исаак.

— Мы и не сомневались, — отозвалась Лика.

Мы осматривались внимательно, стараясь запомнить планировку. Это не было местом отдыха — скорее удобной и продуманной базой.

Или клеткой с мягкими стенами.

Нам дали всё, что нужно, чтобы восстановиться, подготовиться или медленно сойти с ума в комфорте.

Когда обход закончился, организм наконец решил, что с него хватит.