Сон мертвеца

Спускаться тут же расхотелось. В голове возникла тысяча и одна причина, почему мне немедленно нужно обратно в комнату, и я уже почти развернулась, чтоб сделать это, когда он заметил меня и кивком указал на стол. Я решила, что ему уж точно не буду показывать страх, и побег отменился. Неторопливо приблизившись, я присела на свое вчерашнее место в ожидании очередных угроз или, например, допроса.

– А ты рано, – он пару секунд задержал на мне взгляд и продолжил готовить. – Всегда так встаешь?

– Только если ночью не было работы. – Похоже, прямо сейчас допрос не намечался. Тот, кого я раньше называла Ястребом, был больше увлечен готовкой. Фартуком он, в отличие от Сексуального Огня, пренебрег, зато прихватил не слишком длинные волосы в небольшой забавно торчащий хвостик.

– Разве вы не спите во время работы? – Кажется, мне удалось заинтересовать его настолько, что он отвлекся от нарезания какой-то подозрительной прозрачной штуки.

– Сплю, но после подобного сна обычно требуется еще несколько часов отдыха. – Наш диалог был таким кухонно нормальным, что вчерашние угрозы казались наваждением.

– Как много сна, – задумчиво протянул он и вернулся к готовке. – Если ты не ешь ортанскую кухню, то я могу что-нибудь заказать, – донеслось откуда-то из-за холодильника.

Лишь закрыв его, Во’он поймал мой полный экзистенциального ужаса взгляд.

– Ах да, я забыл.

– Дам шанс твоей интерпретации, – успокоила его я, – повезло, что ваш заклинатель воспитывался не на Индаае.

– Да, но узнать насколько, мы сможем только сейчас. – Во’он, погрузил все, что кропотливо нарезал до этого, в большой сотейник и щедро присыпал солью.

Я заинтересованно наблюдала за его действиями. Ортанская кухня обычно была крайне пресной, но он, похоже, старался адаптировать ее под всех жителей дома.

– Признаться, я даже не задумывался об этом его преимуществе, – усмехнувшись, продолжил он. – Родители Мина переехали в Банглаор сразу после его рождения. Он как раз просто жить не может без доставок.

Дальше мы сидели молча, ортанец увлеченно готовил, а я размышляла о том, что же такого им может быть от меня нужно. Пожалуй, я разочаруюсь, если это будет что-то из моих стандартных заказов. Разочаруюсь, но вздохну с облегчением.

Ходящие не были магами, как это могло показаться. У нас была лишь одна способность: отделять сознание от тела и проникать в сны людей, но ее с лихвой хватало, чтоб жить и не бедствовать на Индаае или, например, угодить на виселицу здесь, на Ортане. Ремесло ходящих, так или иначе, преследовалось во всех обитаемых мирах веера, кроме моего, в котором просто закрывали глаза на Орден за немаленький процент в казну. Вряд ли, конечно, именно поэтому, но рождались ходящие только в мире дождей и духов. Кто-то продолжал считать нас странным проявлением магии, хотя как раз с энергией мира мы взаимодействовать не могли никак, а именно с этой характеристики в любом учебнике начиналось описание мага. Были теории на тему влияния какого-то вида духов. Но истина в этом случае не лежала не то что посередине, даже рядом не валялась.

Из раздумий меня вырвал тихий скрип ступеней – это, зевая, со второго этажа, спускались близнецы. Северный Ветер приветственно махнул мне, а Южный просто улыбнулся. Создавалось ощущение, что все мы тут одна дружная семья и мне уж точно не стоило волноваться о будущем.

– Есть еще время размяться да завтрака? – спросил Северный Ветер.

– Да, – кивнул Во’он. – Минут пятнадцать.

А затем громко, заставив меня подскочить на стуле, крикнул:

– Завтрак пятнадцать минут!

– Я бы пропустил, – Южный Ветер плюхнулся на стул рядом со мной.

– Ты думаешь, тебе не перескажут, если будет что-то интересное? – его брат уже выжидающе приоткрыл наружную дверь.

– У нас всех разное понятие об интересном, – парень подобрал ноги, показывая, что выходить он сейчас никуда не планирует.

– Я составлю тебе компанию, – одна из дверей на первом этаже открылась, и оттуда вышел Сексуальный Огонь, в очередной пижаме, которую в зеленом мире называли повседневной одеждой. Длинные волосы сегодня свободно лежали на его плечах, и я в очередной раз испытала укол зависти. Он быстрым шагом пересек гостиную, подхватил руку Северного Ветра и утащил его за собой на улицу.

Следом из комнаты, неспешно потягиваясь, вышел второй представитель зеленого мира. Он тренировкой, очевидно, не соблазнился и присел напротив. Сегодня его внушительные мускулы на удивление прикрывала обтягивающая майка. Прикрывала, но совершенно не скрывала.

– Как спалось? – внезапно обратился мужчина ко мне.

– Жарко, – я не успела собраться с мыслями и выдала первые ощущения от сна.

– Да, летом тут самое настоящее пекло. Я вот предпочитаю спать голым, – поделился он со мной, без сомнений, нужной информацией.

Во’он уже расставил на столе тарелки и разложил приборы, когда вторая дверь, ведущая из гостиной в спальни, открылась, и оттуда вышли Ручейки. Тихий сразу присел за стол, а Бурный, вооружившись вилкой, напал на завтрак, все еще скворчащий на плите.

– Ты сегодня даже не проспал? – ортанец недовольно глянул на происходящее безобразие, но останавливать не стал.

– Он тоже решил не доверять вашему представлению об интересном, – улыбнулся Южный Ветер.

Парень, оторвался от тарелки с едой и обернулся, оперевшись на кухонный стол и вызвав еще один недовольный взгляд сегодняшнего повара.

– Я могу поспорить, тут еще никто не спросил как тебя зовут. Я Мин, – он протянул руку через стол, чем привел меня в легкое замешательство.

– Кара, – представилась я и, наконец вспомнив, что на Банглаоре принято пожимать руки при знакомстве, протянула свою.

– Теперь придется прекратить звать тебя птичкой, – хихикнул любитель спать без одежды, – Хан. – Он тоже протянул мне руку, но вместо того чтобы пожать, поцеловал запястье.

Я тут же отметила для себя, что ни рук, ни ног, ни тем более других важных вещей доверять ему больше не буду.

– Так она, судя по всему, и не птичка, – ортанец посмотрел на меня изучающим взглядом. – Я Волтер, но тут все зовут меня Во’он.

Это разрешило засевшую у меня в голове с вечера загадку про такое странное для мира оранжевого солнца имя. Кажется, здесь никто не пользовался полными именами. Я тоже этого не любила.

– Кан, – Тихий Ручеек просто кивнул мне. Очевидно, он не был приверженцем нарушения личных границ.

– Эйрик, – представился Южный Ветер, – а мой брат – Марк.

– А… – я едва не забылась и не спросила, как же зовут Сексуального Огня. Вряд ли он, конечно, обидится на такое прозвище, но до этого лучше не доводить.

– Ан-Ён, – ответил Хан, – только про полное не спрашивай, его никто из нас тут не выговорит.

– А свое полное ты выговариваешь? – хихикнула я.

– Не всегда, – ответил он серьезно, оставив меня размышлять, была ли это шутка, или у него действительно есть с этим проблемы. У жителей Юнцайеса была традиция называть детей так, чтоб только самые близкие люди, вроде семьи и партнеров, могли произнести их имена правильно. Считалось, что это убережет человека от сглаза и чужих дурных мыслей.

– А можно вопрос? – Эйрик, кажется, по праву мог считаться самым любопытным в этой компании.

– Да, – неуверенно протянула я, еще не решив, хочу ли я отвечать на какие-то лишние вопросы.

Он немного помолчал, а затем спросил:

– Почему ты сама пришла на встречу, а не сделала, как принято в вашем Ордене?

– Потому что в Ордене она не состоит, – Джун, как и в прошлый раз, застал меня врасплох. Сердце пропустило удар, а по позвоночнику пробежали мурашки. Эффекту от зацепа уже было бы неплохо начать проходить. Хотя, конечно, сны, подобные утреннему, этому точно не способствовали.

Мужчина присел на свободное место рядом и развернулся ко мне. Сегодня волосы не спадали на его лицо: он убрал их, перетянув цветастой повязкой, со сложным орнаментом.

– Я ведь прав?

– Да, – поворот диалога мне крайне не понравился. – Как ты понял? – слова давались тяжело. Осознавал ли Джун, что уже только этой информацией способен шантажировать меня до конца жизни. По негласному договору с правительством Индаая, ходящие могли использовать способности, только будучи под контролем Ордена. С теми, кто не желал подчиняться, разговор был обычно весьма короткий и весьма смертельный. Я надеялась, что у меня такого разговора в жизни никогда не случится.

– Сложил два и два, – Джун внимательно смотрел за моей реакцией на его объяснение. – Тот мужик из Ордена предложил нам тебя не в первую очередь и при этом задрал цену в два раза. Ты отдала ему ровно половину, хотя вначале он упомянул, что берет себе всего двадцать процентов. Извини, мы проверили твою сумочку на предмет магических меток, – тут же оправдался он, заметив мой свирепый взгляд. – Ну и деньги за заказ ты пришла забирать сама, хотя в беседе рассказывала Хану, что в Ордене очень жесткие правила.

Я, как всегда, в подобные минуты, поджала ноги и обхватила колени. Моя анонимность не то что дала трещину – она с грохотом разлетелась на мелкие осколки. С этим определенно придется что-то делать, но об этом я подумаю как-нибудь не сегодня.

Во’он тем временем разложил не совсем традиционный ортанский завтрак по тарелкам, а с улицы подтянулись Сексуальный Огонь и Северный Ветер.

– Мы решили познакомиться поближе, – Хан притянул к себе тарелку и уже с набитым ртом продолжил. – Это Кара.

Марк лишь кивнул и присел за стол, Ан-Ён приземлился рядом с Ханом и уточнил.

– Насколько?

– Несколько ближе, чем стоило, на мой взгляд. – Минутный страх постепенно уступал место злости. Злости в первую очередь на себя – за неосторожность и пренебрежение своими же правилами, которых я клятвенно обещала придерживаться. Когда все годами идет хорошо, начинаешь расслабляться и чувствовать собственную неуязвимость, именно в этот момент реальностью очень больно прилетает по голове. Моя вот до сих пор ныла после вчерашнего.

– Успокойся, – Во’он последним сел за стол. – Нам нет дела до твоих отношений с Орденом. В это мы точно лезть не будем.

Джун перевел взгляд на него, а затем снова внимательно впился в меня глазами. Я решила, что продолжать прямо сейчас возмущаться не слишком продуктивно и, лишь недовольно хмыкнув в ответ, приступила наконец к еде. Она, надо сказать, оказалась вполне ничего, ортанской кухне очень шли соль и специи. Разговоров за завтраком почти не было слышно, то ли утро так влияло на парней, то ли они не решались обсуждать что-либо важное при мне.

Когда Во’он принялся убирать тарелки, легкость обстановки окончательно меня покинула, руки снова предательски задрожали, от волнения резко нахлынула тошнота, и я пожалела, что поела.

Искатели рассредоточились по кухне как могли. Мин снова присел на край стола, а Во’он, как и вчера, оказался за моей спиной. Джун же развернул стул, снова сев ко мне лицом, и заговорил.

– Ты примерно представляешь, в чем заключается поиск частиц?

– В том, чтоб найти и захапать себе? – проявила я просто чудеса осведомленности.

– Да, и в этом тоже, – усмехнулся он, – колебания энергии, ведущие к частицам, проследить не так уж и сложно для тех, кто задался такой целью. Самая трудоемкая и опасная часть, как ты выразилась, захапать ее. На это как раз тратится прорва времени и сил.

– То есть вы осведомлены, где находятся частицы, но не знаете, как их взять? – подытожила я.

Мое представление о процессе поиска переворачивалось с ног на голову.

– Да, выдрать кусок энергии из мира не самый тривиальный процесс. Мы изучаем и разрабатываем варианты подобраться сразу к нескольким частицам. Но вот одна из них считается лакомым кусочком, она самая крупная из известных. А еще именно вокруг нее ходит одна легенда. Три сотни лет назад некий очень сильный маг пытался спасти мир от неминуемой гибели. Он смог самостоятельно вырвать частицу из ткани мироздания, а затем перенес и вплел ее в ткань своего. План провалился, частица не повела себя, как он предполагал, и не закрыла уже образовавшиеся дыры. Но она так и осталась на том месте. А у мага остались знания о том, как ее подчинить.

Мой мозг в стрессовой ситуации активно поглощал и обрабатывал все, что ему говорят.

Умирающий мир?

Тарнум.

Мертвый мир, пространство которого медленно растворялось в небытие. Живого там не осталось почти ничего, да и живым делать там было нечего. Если ты не маг, то, скорее всего, не продержишься на безжизненных полях Тарнума и часа. Исследователи предполагали, что еще сотня-другая лет и мир окончательно растворится, оставшись лишь воспоминанием, чернилами на страницах бесчисленных книг о нем.

Сильный маг?

Вероятно речь идет о последнем его правителе.

– Мы сейчас о Мертвом Короле говорим?

Мертвый Король – последний король погибающего Тарнума. Его могила, пожалуй, основная достопримечательность мира, помимо иссушенной умирающей земли, конечно. Но посетителей у такой достопримечательности маловато.

– Да, – кивнул Джун, – Мертвый Король, вероятно, знает, где найти и как подчинить одну из частиц, но не торопится делиться.

В теле возникло странное ощущение невесомости, в голове смешались чувства страха и ледяного спокойствия. Последний некромант хранил не только тайну укрощения частицы, у него было их куда больше. Еще в бытности ребенком ко мне в руки попал старый дневник прадеда, из которого становилось понятно: современные ходящие – лишь жалкая тень прошлого. Мой предок считал, что мы едва не переломили ход войны в пользу Тарнума. Если его теория была верна хотя бы отчасти, это объясняло и желание иных миров уничтожить ходящих, и желание Индаая сохранить Орден в качестве определенного рода страховки. Ключ к утраченным знаниям, по мнению прадеда, был скрыт в сознании последнего мага Тарнума. Еще тогда я подумала, что эти тайны многого стоят. Даже те крупицы, которые мне удалось почерпнуть из дневника, позволяли утирать нос ходящим из Ордена. Но размышлять о возможности когда-нибудь добраться до знаний Короля – это одно. И совсем другое – ее получить. Мало кто из обычных людей, да даже из магов, может самостоятельно пройти до гробницы, а мои похитители определенно способны на такое.

Прежде чем делиться своими мыслями, стоило понять всю глубину осведомленности моих будущих заказчиков.

– Он же мертвый, – настало время прикинуться дурочкой, потому что простым смертным знать больше и не полагалось.

– Слышала ли ты выражение Сон Мертвого Короля? Легенды гласят, что получив смертельное ранение в битве, он попытался провести ритуал перерождения, но не смог совершить его верно и пробудиться. Теперь его сознание навсегда заперто в спящем теле.

– Не повезло мужику, – я поморщилась, даже во второй раз эта история вызывала у меня жуткие мурашки, лучше уж смерть, – и все же, мне кажется, сон здесь больше фигура речи, нежели описание его состояния, а легенды – всего лишь страшные сказки.

– Да, мы тоже так думали, – глаза Джуна загорелись огнем, и я осознала, что он делает очень большую ставку на этот план. – А потом нашли одно старое исследование, где выдвигается теория о том, что данное состояние имеет много общего с обычным человеческим сном.

Я нервно закусила губу. Книжки мы на ночь читаем очень похожие.

– И вы, гении, решили, что любой ходящий сможет вломиться в его сон? – мне вдруг захотелось немного поиздеваться и отомстить за страдания последних двух дней, прежде чем дать ответ.

– Он же спит, – вклинился в разговор Хан, – во сне ты можешь пробраться в его мысли и украсть нужное.

– А еще он мертвый, не дышит, и не факт, что видит какие-то сны, – сомнения получилось выразить весьма натурально.

– Значит, ты считаешь, что это невозможно? – подал голос Во’он.

– Этого я не говорила.

– Так ты возьмешься или нет? – ортанец положил руки на спинку моего стула. Его растущее недовольство ощущалось даже без зрительного контакта.

– А у меня есть возможность отказаться? – я повернула голову к нему, стараясь при этом не упускать Джуна из поля зрения.

– Нет, но мы составили договор так, что если подписавший действительно не видит способа выполнить задание, то контракт не будет с него за это спрашивать, – раздраженно объяснил Во’он.

– Тогда давайте ваш контракт, – мне показалось, будто я услышала за спиной тихий рык, а вот Джун неожиданно для меня рассмеялся.

– А ты хороша, – успокоившись, сказал он, чем вызвал очередной всплеск активности бабочек в моем животе.

Артефакт с договором лег передо мной буквально через пару минут. Это были листы плотной бумаги, скрепленные между собой тонким серебряным стержнем с чернеными узорами. На кухне воцарилась звенящая тишина, в которой я пыталась вдумчиво прочесть каждую строчку. Этому значительно мешало колено Джуна, которое уже слегка касалось моего, заставляя все мысли крутиться только вокруг данного участка тела, а еще мешал Во’он, следивший за всем из-за моего плеча. Между этими двумя я ощущала себя словно между льдом и пламенем, что, конечно же, отвратительно влияло на способность сосредоточиться.

Текст был составлен на отличном индаайском наречии и продублирован на банглаорском – не придраться. Первым пунктом шли требования о неразглашении. Нельзя было совсем никому и ничего. В секрете должен держаться даже сам факт выполнения мной какого-либо заказа в это время. Не очень-то и хотелось что-то кому-то рассказывать. Этот пункт был самым ожидаемым и простым для меня.

Смириться со вторым оказалось сложнее.

– Что значит находиться на вашей территории или под вашим контролем все время выполнения заказа? – я подняла глаза на Джуна.

– Значит, ты будешь жить здесь, а если и выходить куда-то, то только с сопровождением, – ответил за него Во’он.

Кажется, все происходящее было карой за предательство моей чудесной квартиры.

– Для успешности предприятия нам не обязательно жить вместе.

– Это для твоей же безопасности в том числе. Индаай слишком просматриваемый мир. Ты же не хочешь, чтоб кто-либо связал тебя с искателями? – Марк внезапно, впервые за все время подал голос, и хотя он говорил спокойно и без нажима, спорить под давлением с трех сторон как-то расхотелось. В конце концов, это ненадолго. Я тяжело вздохнула и перешла к следующему пункту.

Он был самым объемным, и его я перечитала раза три, прежде чем сдаться и признать, что понимаю там, кажется, одно слово из пяти. Точнее, мое понимание заканчивалось в тот момент, в который начиналось подробное описание конкретной информации, что необходимо выкрасть. Я не считала себя таким уж новичком в теоретической магии, но это был какой-то заоблачный уровень сложности. Впрочем, непосредственно на мою способность выполнить заказ это не влияло и никак не мешало мне подписать контракт. Придется просто прочесть пару умных книжек.

Четвертый пункт относился к заказчику в лице всех восьмерых участников команды и гласил, что я получу всю необходимую помощь, которая может мне понадобиться при выполнении заказа. Интересно, входит ли сюда ежедневная готовка? Чутье подсказывало – вряд ли.

За пятый также нес ответственность заказчик. Там значилась весьма немаленькая сумма, раз в десять превышающая мой обычный гонорар. Сколько же богатых родственников у них скончалось?

Условием окончательного закрытия контракта было получение заказчиком частицы. Это было хоть и не слишком удобно, но весьма логично и справедливо, особенно учитывая сумму.

Не думая больше, я занесла руку над контрактом. Она все еще тряслась, но уже гораздо меньше. Поставив аккуратную подпись, которая была больше формальностью, я принялась наблюдать, как магия заставляет сиять один за другим его пункты. Когда сияние дошло до третьего, искатели заметно выдохнули.

– Отлично, – Джун оставил размашистый автограф со своей стороны. – Когда можем начинать?

– Сперва мне надо домой, забрать оттуда одежду и книги. А потом… – я задумалась и решила, что все карты сразу раскрывать все же не стоит. – Потом я готова буду сказать, сколько времени и других средств мне потребуется.

– Хорошо, – Во’он жестом прервал все начинающиеся вопросы в группе. – Тогда обсуждения плана сдвигаем на вечер.

– Ан-Ён, Хан, – Джун кивнул на меня. – Под вашу ответственность.

– Так что, мы сегодня к тебе? – тот, кого я когда-то звала Наглым Огнем, тут же подхватил меня под руку.

Ответить было нечего, я действительно направлялась к себе в компании двух мужчин, чего и с одним-то очень давно не случалось.

– Кан, – взгляд Джуна стал на пару секунд будто стеклянным. – Портал открывай по той же линии, она еще не затянулась.

Скорость, с которой все вокруг завертелось после подписания, подействовала на меня как ледяной душ. Я вдруг осознала, что уже достаточно скоро могу оказаться в холодной сырой гробнице рядом с полутрупом, к которому придется залезть в голову. Но это будут проблемы будущей меня, а сегодняшняя Кара с восхищением наблюдала за открытием нелегального портала, и это зрелище хоть раз в жизни да стоило увидеть. Кан какое-то время просто стоял посреди комнаты, напряженно всматриваясь в пустоту, затем резким движением выхватил будто из воздуха светящуюся глубоким фиолетовым цветом нить, вытянул ее на себя и легким движением руки запустил по ней вибрации. Сначала амплитуда была едва заметной, но спустя пару минут она разрослась до человеческого роста, образуя провал в пространстве, очень похожий на обычный стационарный портал.

– Вдохни поглубже, – прошептал мне на ухо Хан и потянул меня за собой в открывшееся окно.

Глава 5

Я хоть и вдохнула, но на обратной стороне портала все равно еще пару минут хватала ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

– Без сознания ты определенно переносишь переходы лучше, – прокомментировал мое состояние Ан-Ён, пока Хан удерживал меня от слишком близкого знакомства с асфальтом около черного входа в тот злополучный каисэки. – Далеко отсюда твой дом?

– Нет, пяти минут на такси хватит, – скорее прохрипела я, как только мой организм дал мне такую возможность. Легкие горели, будто я не через портал шагнула, а едва не утонула.

– А если пешком? – Ан-Ён как будто был совершенно серьезен.

– Он очень плохо переносит здешние виды транспорта, – пояснил Хан.

– Так ты из крайнего Юнцаейса, да?

Юнцаейс политически включал в себя два независимых государства, но это мало кого волновало. Несмотря на формальное деление, страны плотно переплелись в своем взаимодействии и сотрудничестве. Между ними не существовало как таковых границ, и уж точно никогда не возникало конфликтов. Интерес представляло скорее территориальное разделение мира, основанное на разных парадигмах существования его жителей. Большая часть населения там жила под защитным куполом в центральном регионе. Взаимодействие с агрессивной флорой и фауной было контролируемым. Однако находились те, кто считал, что в таком подходе слишком мало слияния с природой и селились в деревнях за пределами купола. Это и называлось крайним Юнцайесом. Там были не в ходу даже те немногие технологии, которые жители центральной части переняли из других миров. Зато была гораздо больше распространена магия, а гармония с природой возведена в абсолют.

– Да, и Хан тоже.

– Ну, моя мать, – поспешил пояснить Хан, – да и не жил я там никогда, поэтому тоже больше поддерживаю идею взять такси.

Красавчик недовольно поморщился, но спорить не стал, и уже через пять минут я с нескрываемым удовольствием открывала двери квартиры.

Хан присвистнул:

– А у вашей налоговой не возникает вопросов откуда у тебя деньги на все это?

Я лишь улыбнулась. На Индаае никому не важно было происхождение денег – главное, чтобы они у тебя были. В эту квартиру я переехала недавно, и года еще не прошло, но она пока была моей самой большой любовью. Несмотря на то, что помещение занимало добрую половину этажа, здесь, не считая ванной, было всего три комнаты: кухня, совмещенная с гостиной, спальня и кабинет. Последний этаж элитного жилого комплекса, минимум стен и дверей и максимум воздуха.