Читать книгу Мир проклятий и демонов ( Астер) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
Мир проклятий и демонов
Мир проклятий и демонов
Оценить:

5

Полная версия:

Мир проклятий и демонов

Она думала невыносимо долго, и хотя Третий всегда мог точно сказать, сколько прошло времени, он впервые не следил за ним намеренно. Он лишь терпеливо ждал, смотря прямо в глаза Пайпер, не препятствуя её магии, с интересом изучающую его магию и его самого.

Наконец она кивнула, и Третий понял, что всё это время даже не дышал.

— Обещай мне, что я поговорю с Лерайе, — резким тоном заявила она.

— Я…

Он не мог поклясться своим именем.

— Как Третий сальватор, я обещаю тебе, что ты поговоришь с Лерайе. Я передам тебе всё, что у меня есть, дабы это произошло.

— Всё, что у тебя есть? Что это значит?

Третий покосился на Арне, но сакри только непринуждённо пожал плечами.

— Так ты не знаешь.

— Не знаю чего? — выпалила она с таким выражением лица, что сразу стало ясно: ей совершенно не нравится, что она о чём-то не осведомлена.

Ещё недавно упавшая с плеч гора вернулась на место. Третий, сначала мысленно убедив себя, что готов к ещё одному взгляду, крикам и даже погрому, если Пайпер всё же решится на это, сказал:

— Ты не можешь нормально общаться с Лерайе, потому что часть её магии запечатана внутри меня. Так же, как часть магии Арне запечатана внутри тебя.

***

Лерайе исчезла, едва успев появиться, и в очередной раз не обратила на Пайпер никакого внимания. Её это настолько достало и взбесило, что она была готова кричать во всё горло и, ничего не стесняясь, рыдать, если бы не одно «но», стоящее напротив неё и выглядящее точно так же, как ей показывала Твайла.

Третий.

Сальватор из народа великанов, предавший миры.

На предателя он не был похож.

Не то чтобы Пайпер знала общий портрет предателей, но была уверена, что Третий уж должен был как-то измениться. Однако он почти не отличался от того, каким его продемонстрировала Твайла: та же белая кожа, острые черты лица и прямой нос, тёмные волосы и голубые глаза, серьга-кристалл в левом ухе. Он и впрямь был выше даже Стефана, весь грациозный, утончённый и плавный во взглядах, движениях и речи. Разумеется, была другая одежда, не такая шикарная и порядком потрёпанная, но для сравнения это были сущие мелочи.

Очень сильно отличался взгляд, которым он смотрел на неё.

Твайла показала Третьего со спокойным, сдержанным взглядом, словно он мог в любой момент выступить перед людьми, уверенный в своей правоте и том, что убедит в ней и остальных. Будто точно знал, что делает и что должен сделать. Пайпер видела проблески этих черт, когда ещё несколько людей толпилось в коридоре. Но потом Третий отослал их, и взгляд голубых глаз изменился. Всё такой же сдержанный, в нём появилось и беспокойство, и озадаченность, и множество вопросов, которые он словно не решался озвучить. Пайпер он разглядывал аккуратно, хотя даже не пытался скрыть этого, особое внимание уделил её лицу и глазам.

Собственного лица Пайпер ещё не видела, но по складке, появившейся между бровей Третьего, догадалась, что оно не совсем в порядке.

Голова Пайпер шла кругом. Она злилась на всех без разбора, на Лерайе, опять бросившую её, особенно, но слова Третьего её заинтересовали. Все предостережения о нём так и крутились в её мыслях, звучали голосами Гилберта, дяди Джона, Кита и остальных, как бы она ни пыталась их заглушить, чтобы уж точно не разрыдаться из-за боли и страха. Но она уже поверила Твайле и Арне, поверила Лерайе, даже не выслушав её толком. Могла дать шанс и Третьему. Хотя бы на разговор.

Сейчас Пайпер была не в состоянии защитить себя, рассчитывать, что Лерайе спасёт её, не стоило. Спокойный разговор — единственный разумный вариант. Хотя слово «спокойный» совершенно не подходило.

Пайпер была в ужасе, ярости и смятении, и слова Третьего, заинтересовавшие её, также усугубили эти чувства.

— Что это значит? — наконец подала она голос, сжав кулаки.

— Я обещаю рассказать тебе всё, но, может, ты сначала поешь? Тебе нужно восстановить силы.

Разумное замечание, конечно, но Пайпер не собиралась с ним соглашаться. Она же понятия не имела, где на самом деле находилась. Арне, всё так же молча сидящий на кровати, где ещё недавно лежала она, слова о чужом мире прокомментировать не удосужился. Да и есть она, даже если была, не планировала — мало ли, что ей могут подсыпать.

То ли неправильно восприняв её молчание, то ли посчитав, что ей нужно успокоение и заверение, Третий добавил:

— В этой крепости безопасно. Тебя никто не тронет и не обидит, не станет докучать вопросами. Ты можешь свободно ходить везде, где хочешь, кроме разве что темниц. Тебе дадут чистую одежду и оружие, если пожелаешь…

— Где моя старая одежда? — перебила его Пайпер.

Третий сглотнул и едва заметно нахмурился.

— Я попросил привести её в порядок, однако не уверен, что удалось полностью… восстановить её.

— Я хочу, чтобы её вернули.

— Конечно.

Пайпер от его тона пробрала дрожь: она вдруг с ясностью осознала, насколько он с ней вежлив и любезен. Совсем как Гилберт, когда она оказалась в его особняке.

— Где я нахожусь?

— Я же уже сказал, — со вздохом мученика подал голос Арне, — что ты в чужом мире.

— Где именно?

— Дикие Земли. Это единственное безопасное место, где мы можем укрыться от тёмных созданий.

— Это не… Это не Земля, — растерянно пробормотала Пайпер, поперхнувшись воздухом. Да, Арне сказал, что это чужой мир, но одно дело — услышать сакри, который постоянно говорил с ней загадками и словно питался её непониманием и растерянностью, и совершенно другое — услышать сальватора, чью магию она ощущала своей.

— Нет, это Земли…

— Третий, милый мой, — со смешком перебил его Арне, — она говорит о своём мире, Земле. Согласен, название странное, но что поделать?

Пайпер добрела до кровати и опустилась на край.

Она в другоммире. Чужом, опасном, закрытом. Здесь не было дяди Джона и Эйса, Гилберта, Кита, Марселин и Шераи. Не было Коалиции из фей, эльфов, вампиров и искателей, готовых помочь ей.

Она здесь совсем одна.

Пайпер смотрела на свои трясущиеся руки, покрытые мелкими заживающими царапинами, и никак не могла осознать услышанное. Попасть в другую точку мира, откуда она хотя бы сможет открыть портал или где лучше дождаться, чтобы её нашли и спасли, было страшно. Но ещё страшнее оказалось попасть в другой мир. Пайпер понятия не имела, каким образом открыла Переход, — только так ведь и можно было оказаться в Диких Землях, разве нет?.. — и не представляла, как сделать это ещё раз, чтобы вернуться домой. Она даже не была уверена, что сможет попытаться: тело до сих пор помнило все удары и деревья и землю, каждая клеточка ныла, как и раны на плечах, оставленные когтями Маракса.

Да и если бы из этого мира можно было сбежать, стал бы Третий торчать здесь?.. Пайпер казалось, что нет, не стал бы.

В поле зрения показалось его лицо — он присел перед ней, чтобы их глаза оказались примерно на одном уровне. Инстинкты Пайпер кричали, чтобы она приготовилась сражаться. Это же Третий, он опасен, он может навредить ей. Но магия не реагировала, была спокойной, словно никакого риска не существовало, а внутренних сил не нашлось даже на то, чтобы унять дрожь в руках — драться бы она точно не смогла.

Пайпер напряглась всем телом, когда Третий, быстро посмотрев на её руки, поднял взгляд и всё тем же успокаивающим тоном произнёс:

— Я обязательно помогу тебе найти выход из этой… сложной ситуации. Я верну тебя домой. Обещаю.

Но он ведь не мог всерьёз давать такие обещания. Если он мог вернуть её домой, то почему не сделал этого сразу же? Почему сам до сих пор торчит в этом мире, когда есть другой, более безопасный? Как казалось Пайпер, Вторжение уничтожило вообще всё: не осталось ни стран, ни их правителей, никого, кто мог бы объединить выживших.

Боги, никто ведь даже не знал, что были и другие выжившие.

Эта мысль так поразила Пайпер, что она, округлив глаза, тут же спросила:

— В этом мире есть выжившие?..

Третий сдержанно кивнул.

— Две сотни лет назад выжившие во Вторжении сигридцы пришли в Дикие Земли — на территорию, где они могли укрыться от тёмных созданий. Здесь есть крепости, в которых безопасно, и целые города. Твари ещё бродят по этим землям и иногда нападают на нас, но мы даём отпор благодаря особому оружию. Сокрушителям.

— Что-то об этом говорил мужчина, который…

— Который привёл тебя сюда, — осторожно подсказал Третий, когда Пайпер замолчала. — Да, он использовал его, чтобы проверить, не обратишься ли ты в прах, как это бывает с тварями.

— Но я-то не, э-э, тварь, — зависнув на секунду, возразила Пайпер. — Я человек. Зачем они использовали сокрушитель?

— Всегда есть риск, что перед тобой тёмное создание, а не человек. Это мера предосторожности, не более. Больше никто не посмеет ранить тебя мечом.

Он заявил это так уверенно, будто намеревался лично каждому в крепости сообщить об этом и наказать тех, кто посмеет ослушаться приказа.

Это было так абсурдно, что она бы рассмеялась, если бы горло не сжималось от подступающих рыданий.

Перед ней всё ещё был Третий, предавший миры.

Пайпер молчала, смотря на него, невероятно долго, но в конце концов всё же сказала едва слышно:

— Тебя называют Предателем.

Третьего, казалось, её слова ничуть не удивили. Только правый уголок рта едва заметно дрогнул, как если бы он почти улыбнулся. Он поднялся на ноги, отошёл к окну, вид из которого Пайпер ещё не успела изучить, и абсолютно спокойно произнёс:

— Как я и предполагал. — Он повернулся обратно, провёл рукой по чёрным волосам и таким же тихим голосом спросил: — А как они называют тебя?

— Первая, — ответила Пайпер на выдохе.

Он кивнул, будто уже знал об этом, и замолчал. То ли обдумывал что-то своё, то ли давал ей возможность самой продолжить разговор.

Но о чём говорить, Пайпер не знала.

Она решила самостоятельно разобраться в том, что конкретно сделал Третий, и не поддаваться ненависти к нему, которую считала слепой. При всём мало-мальском уважении, которое успели заслужить Гилберт и его драгоценная Коалиция, Третий почему-то являлся ей в видениях, а Арне говорил от его имени.

Третий был сальватором, и это означало, что Пайпер больше не была одна. Он был сильнее, умнее и намного более опытным, чем она; его сакри помог ей добраться до крепости, где безопасно, пусть и весьма специфическим образом. Их Время помогло Эйсу пережить эриам. Даже если бы Третий был врагом лично ей, он уже спас жизнь её брату, ничего не зная о нём, за что Пайпер вечно будет благодарна.

Она не собиралась так просто прощать ему все грехи, подробности которых плохо знала, как и не собиралась во всём подозревать. Третий сделал с её магией нечто, что побудило её старательно изучать его магию, а Сила, какой бы странной и даже истеричной ни была, никогда не лгала Пайпер. Она также, если Пайпер всё правильно поняла, позволяла определять, лжёт ли Третий.

Может, дело было в том, что они, как говорил дядя Джон, одной магии и связаны друг с другом.

Если это означало, что её магия действительно сможет прочитать Третьего, то всё, что было нужно Пайпер, — узнать, что случилось в день Вторжения.

— Ты веришь, что я предал миры?

Если Третий и старался казаться невозмутимым, будто его ничуть не волновал ответ на этот вопрос, то получалось плохо. Пайпер сильно сомневалась, что у всех великанов одна и та же манера общения, но благодаря общению с Гилбертом научилась более-менее разгадывать эти сдержанные взгляды и непринуждённые позы, на самом деле бывшие скованными и напряжёнными.

Она молча ждала продолжения, не давая никакого ответа, и в конце концов он сухо усмехнулся, собрал руки на груди и оглянулся через плечо, в окно.

— Слухи о том, что я предал миры, пошли после того, как в день Вторжения меня видели в ребнезарском дворце. Разные люди говорят разное, но суть одна: они утверждают, будто видели, как я убивал сигридцев и позволял тёмным созданиям терзать их тела, чтобы напитаться скрытой в них магией.

Пайпер против воли вздрогнула, вспомнив, что Марселин говорила о судьбе рода Астракто.

— Кто-то говорил, что я пил кровь королевской семьи, насильно забирая их дар. Это, в общем-то, невозможно, но… Неважно. Другие утверждали, что я лично возглавлял легионы тварей. Однако всё это ложь. В самом начале Вторжения я был у фей с… — Третий осёкся, отвернулся от окна и уставился в пол, с силой сжав челюсти. Пайпер отсчитала ровно десять секунд, по истечении которых он ледяным тоном продолжил: — Я должен был встретиться кое с кем, но опоздал.

Она помнила то видение, которое каким-то образом пробралось в её сон в последнюю ночь в особняке Гилберта. У фей был праздник, на который Третий прибыл с опозданием. Он обещал Аннабель, Четвёртой, что познакомится с её братьями и сёстрами за завтраком на следующий же день, однако не успел: тёмные создания добрались до них раньше.

Один из них был в числе тех, кто убил Аннабель и сумел пленить Ренольда.

Пайпер словно наяву ощущала под пальцами холодный лёд, в который упиралась, пока пыталась отползти от Иснана.

— Вплоть до момента, как я воссоединился с Йоннет и Масруром, я в одиночку уничтожал проникнувших в наш мир тварей, закрывал все бреши и открывал Переходы, через которые бежали сигридцы. Легионы тёмных созданий настигли нас на кэргорских нагорьях, где мы вновь разделились. Я потерял Йоннет и Масрура, но продолжал сражаться и… Я победил, — с нервным, совершенно нелепым смешком закончил Третий, переведя взгляд на Пайпер.

Краем глаза она уловила движение. Повернувшись, Пайпер не обнаружила рядом с собой Арне.

— Йоннет и Масрур погибли, защищая Сигрид. Я до самого последнего момента поддерживал открытые ими Переходы, уничтожал тёмных созданий и помогал сигридцам, но… Я уже не справлялся. В одиночку было невозможно противостоять им всем, но я никогда не помогал им во Вторжении.

Сама Пайпер видела одну из многочисленных битв — точнее, то, что было после — глазами Йоннет, когда кристалл памяти утянул её, Кита и Эйса в воспоминание. И она ощущала то же, что и Йоннет: страх, боль, разочарование в самой себе, горечь утраты близких и уверенность в Третьем, который пытался успеть к ней. Йоннет ни на секунду не засомневалась в нём.

И теперь Пайпер чувствовала, как магия внутри неё затаилась, как если бы была котом, наконец нашедшим тёплое и безопасное место.

Но не могло же быть случившееся во Вторжении массовой галлюцинацией? Выжившие сигридцы, попавшие во Второй мир, видели Третьего вместе с демонами. И хотя Пайпер уже начала догадываться, как это могло произойти, она всё же спросила:

— Тогда почему тебя видели вместе с тёмными созданиями?

— Потому что перевёртыши украли мой облик. Они, подражая мне, убивали всякого, кого видели, пока другие твари воздействовали на сознания, искажая увиденное. Страх оказался сильнее рассудка, и сигридцы поверили тому, что увидели, а не собственным сердцам.

«Боже, как пафосно звучит», — подумала Пайпер, закатив глаза, но тут же одёрнула себя, боясь, как бы такая реакция не вывела Третьего из себя.

— И в итоге?..

— Я предал миры, потому что не смог их спасти. Я не смог защитить Йоннет, Масрура и Аннабель. Но во время Вторжения я не был на одной стороне с тёмными созданиями и не помогал им.

Одних этих слов было мало, чтобы поверить Третьему, но давить Пайпер не решилась. Она была не в том положении, чтобы испытывать его терпение или наседать слишком уж сильно, потому как была чрезвычайно слаба и нуждалась в помощи. Ей нужен был чёткий план, ресурсы и люди, которые понимали, что происходит. Третий вряд ли был отличным вариантом, но Арне с самого начала поставил именно на него, как и Лерайе, что она поняла только сейчас.

А ещё Лерайе поставила на саму Пайпер, которой очень хотелось снова обратиться к сакри и сказать, что её ставка была заведомо проигрышной, потому что Пайпер — плохой игрок во все эти идиотские сигридские игры.

— Ну… ладно. Допустим, я тебе верю, — помолчав немного для приличия, сказала Пайпер и аккуратно поднялась с кровати. Тело ломило от боли, однако справляться с ней стало легче из-за Силы, вновь тепло заструившейся по венам. — Но только пока.

Третий не шелохнулся, когда она подошла ближе. Предупреждения продолжали звучать в её голове голосом Гилберта, перед глазами то и дело мелькало его перекошенное ненавистью лицо, но Сила приятно растекалась по измученному телу, неся спокойствие и облегчение. Пайпер заставила себя сосредоточиться.

«Dshertasari aria de sam arai jeltar, — повторила она то, что услышала на балу в честь Ровены, новой наследницы фейского сердца. —Пусть эта связь будет твоей величайшей силой».

Пайпер — Первый сальватор, в руках которой была Сила Лерайе. А перед ней — Третий сальватор, владеющий Временем. Вместе они способны на невозможное.

В частности — придумать, как вернуть Пайпер домой.

Она протянула ему руку, и Третий, помедлив, пожал её. Но тут его лицо резко изменилось, и он с обеспокоенностью, кажущейся искренней, спросил:

— Ты боишься?

— Нет, — ответила Пайпер, задрав голову, чтобы смотреть ему в глаза. — А ты?

— Тебя — нет.

— Я тебя тоже не боюсь.

Она лгала: конечно же, она боялась Третьего, потому что не знала, на что он способен. И она боялась мира, который ждал её за стенами комнаты и крепости. Пайпер боялась всего, но старалась быть храброй и сильной. Никто в Коалиции бы не оценил, если бы их драгоценная Первая так открыто тряслась от страха.

Мысль о Коалиции врезалась в сердце так сильно, что Пайпер невольно всхлипнула. Она была в чужом мире, а Эйс, дядя Джон и все остальные — в другом. Прямо сейчас они могли вновь отправлять искателей, рыцарей и вампиров на её поиски. Кит же должен был видеть, что её утянуло то ли в брешь, то ли в похожее местечко. Должен был видеть и, соответственно, сообщить Коалиции.

Правда, в этом не было никакого смысла. Она же, чёрт возьми, в другом мире.

— Первая?

Пайпер сжала челюсти, изо всех сил стараясь загнать страх в самую глубь. Ей не нравилось, как обеспокоенно звучал голос Третьего. Они познакомились всего несколько минут назад, но он уже вёл себя так, словно и впрямь переживал.

Пайпер ему не доверяла.

— Зови меня Пайпер, — наконец сказала она, поняв, что Третий всё ещё ждал какой-то реакции от неё. — Я не хочу… Я не уверена, что смогу показать людям этого мира того сальватора, которого они хотят увидеть.

— Ты не хочешь, чтобы они знали, что ты здесь?

— Пока — нет. Я недостаточно сильная для этого.

Третий медленно склонил голову вбок и вдруг улыбнулся.

— Ты достаточно сильна, чтобы с моей помощью справиться с ройа́ксеном. Прекрасно понимаю, что ты не доверяешь мне и этому миру, однако хочу, чтобы ты знала: рядом со мной ты в безопасности.

— У тебя тут что, так много власти? — попыталась отшутиться Пайпер, тогда как внутри у неё всё сжалось. Третий только подтверждал её опасения: возможно, безопасно было только рядом с ним. От этого было слишком жутко.

— Меньше, чем у правителей городов или Артизара, — возразил Третий, — но меня уважают, а король Киллиан всегда прислушивается к моим словам.

— Король Киллиан?

Третий свёл брови, внимательно изучая её лицо. Это Пайпер тоже не нравилось, потому что в отражении его голубых глаз она смутно видела, во что превратилось её лицо.

— Король Киллиан, — терпеливо повторил Третий, смотря ей в глаза. — Король великанов.

Пайпер словно под дых ударили, в голове стало пусто. Она ошарашенно уставилась на Третьего, напрочь забыв советы, которые Энцелад озвучил как раз перед балом у фей. Не показывать своих истинных чувств, не демонстрировать привязанности или презрения к кому-либо или чему-либо. Держать себя в руках, позволяя другим гадать, о чём ты на самом деле думаешь и как ко всему относишься. Она едва-едва вспомнила их ещё до прихода Арне, думая, что и впрямь является пленницей, и решила, что будет следовать им, чтобы обеспечить себе безопасность и сохранить жизнь.

И теперь как дурочка хлопала глазами, смотря на Третьего, и кое-как сумела тихо проговорить:

— Но Вторжение же началось на севере. Я думала… что великанов больше не осталось.

Третий легко пожал плечами.

— Как видишь, остался я. И ещё пара сотен великанов, которые за века успели даже обзавестись детьми. Они выбрали своим королём Киллиана, и с тех пор он верой и правдой служит им и всей Омаге.

— Никогда не слышала об этом Киллиане, — пробормотала Пайпер. В период ненависти ко всему миру она перерыла небольшую библиотеку, прилегающую к её комнате, и обшарила многие шкафы в общей, где и нашла несколько семейных древ различных семей Сигрида. Она изучила древо рода Лайне, но никакого Киллиана там не нашла. — Я думала, что великанами правили Лайне.

Третий на долю секунды замер, и его взгляд стал нечитаемым, словно Пайпер сказала что-то, чего он совсем не хотел слышать. Но почти сразу же самообладание вернулось к нему, и он терпеливо объяснил:

— Киллиан из рода Дасмальто, как и королева Жозефина, когда-то связавшая себя узами брака с Роландом из рода Лайне. Киллиан её брат, при дворе его любили и ценили, а король всегда был рад видеть его и слышать его мудрые советы. Учитывая, что все Лайне, способные править, погибли, великаны выбрали своим королём Киллиана.

Растерянная, Пайпер не представляла, стоило ли упоминать, что погибли не все Лайне. Вряд ли Гилберт обрадуется, если узнает, что она при первой же возможности разболтала об этом Третьему, которого он так ненавидит. «Если он вообще об этом узнает», — содрогнувшись, возразила сама себе Пайпер. У неё ведь даже не было гарантий, что она выберется из этого мира. У неё вообще ничего, кроме Силы и Третьего, очень сомнительного союзника, не было.

— А тебя, в этом мире не называют предателем? — начав заламывать пальцы, осторожно уточнила Пайпер, желая уйти от разговора о Лайне.

— Только самые отчаянные, — совершенно спокойно ответил Третий. — Ещё есть те, кто верит, что я помог тёмным созданиям во время Вторжения, однако тех, кто доверяет мне и Арне, больше. Знаешь, два века исправительных работ творят чудеса.

Он, судя по намёку на улыбку на его лице, попытался пошутить, но вышло отвратительно. Пайпер предпочла сделать вид, что ничего не слышала.

— Итак, — протянула она, стараясь звучать непринуждённо, — чем вы тут обычно занимаетесь? Уничтожаете тёмных созданий? Сидите за стенами крепостей и пьёте вино? Людей спасаете?

— Четыре дня назад мы должны были вернуться в Омагу, но задержались, потому что я не хотел оставлять тебя на милость Икасовых охотников.

— Вот как. Спасибо, хотя я не поняла и половины из того, что ты сказал.

— Омага — главный город на севере. Мне нужно вернуться туда, чтобы передать все сведения Киллиану и узнать, как обстоят дела в других крепостях. Путь займёт несколько дней, так что надо хорошо подготовиться, к тому же я не уверен, что…

— Несколько дней? — озадаченно переспросила Пайпер. — Ты же сальватор. Маг. Почему ты не можешь создать портал?

Третий посмотрел на неё так, словно впервые увидел. Затем, пробормотав что-то себе под нос едва слышно, смиренно выдохнул.

— В Диких Землях очень мало магии. Почти вся она кроется в сокрушителях и сигилах, защищающих крепости, Омагу и другие города. У меня недостаточно сил, чтобы создать портал.

Пайпер в ужасе округлила глаза и открыла рот, не способная выдавить ни звука в ответ.

— Однако, если ты позволишь, я мог бы воспользоваться твоей Силой.

Мало того, что этот мир был ей чужд, так ещё и магии не хватало… Шерая, Сионий и Стефан её к этому не готовили. Пайпер знала, что источник магии сальваторов не бездонный, что они вполне могут использовать и обычную магию, но даже не представляла, как в данной ситуации обратить это в свою пользу. Сможет ли она, используя Силу и крупицы магии Диких Земель, создать портал или помочь в этом Третьему? И должна ли?

Оставаться на одном месте — безумие, особенно если это место — незнакомая крепость, полная незнакомых людей. Пайпер не думала, что в Омаге или любой другой крепости будет проще и безопаснее, но, наверное, у неё и выбора-то особо не было. Она — сальватор, и не только Земли или Сигрида, но теперь ещё и Диких Земель, что её совсем не радовало.

Ещё Пайпер отчётливо помнила слова дяди Джона и Сиония о том, что сальваторы одной магии. Они всегда найдут друг друга. Они должны держаться вместе.

Вряд ли у Пайпер и впрямь был выбор.

— Это приглашение отправиться в Омагу вместе с тобой?

— Не хотелось бы давить на тебя, однако крепость на границе с лесом, полном тёмных созданий, не лучший вариант. К тому же, раз уж ты пока находишься в этом мире, следует изучить предел твоих возможностей и то, насколько хорошо ты управляешь Силой.

— Говоришь так, будто собираешься обучать меня магии.

bannerbanner