Читать книгу Мир проклятий и демонов ( Астер) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Мир проклятий и демонов
Мир проклятий и демонов
Оценить:

5

Полная версия:

Мир проклятий и демонов

силы.

— ГРОТ, «Маяк»

Пайпер едва не похоронило под снегом.

Падение вышло болезненным, а для её тела, изнывающего от неизвестной тьмы и силы, которая была там, — тем более.

Лес окутывал полумрак. Ветви высоких деревьев, укрытых снегом, почти не переплетались между собой, но Пайпер не могла разглядеть неба. Вместо него было лишь мутное полотно тёмных оттенков, которое, однако, не погружало лес в полный мрак. На несильном ветру скрипели деревья, где-то слышался вой — Пайпер очень надеялась, что находится достаточно далеко от него.

Холод давно пробрался до самых костей, но пошевелиться она смогла далеко не сразу. Заиндевевшие края пальто жалобно заскрипели, стоило Пайпер с болезненным стоном перекатиться на правый бок и упереться ладонями в землю. Красные пальцы вновь обожгло холодом. Она судорожно выдохнула, и перед ней заклубилось облачко пара. Там, где она только что лежала, не проглядывалось ни жухлой травы, ни жёстких камней. Казалось, снег был утрамбован на глубину в несколько метров. Алела только кровь.

Пайпер осторожно тряхнула головой, уголками глаз заметила побелевшие кончики чёрных волос, разметавшихся по плечам. Резинка где-то потерялась, рюкзак — тоже. Плечи ныли от боли, их слегка кололо едва уловимым теплом — должно быть, это Сила уже начала залечивать раны. Пальто ощущалось непривычным, неправильно сидящим, тёмные джинсы совсем не спасали от холода. Пальцы ног едва шевелились в намокших замшевых ботинках.

Когда пальцы заныли сильнее, Пайпер стиснула зубы и попыталась подняться. И вновь рухнула в снег, на этот раз лицом. Щёки нестерпимо обожгло, в рот, глаза и нос забился снег. Пайпер повернула голову, царапнув скулу обо что-то заледеневшее, и уставилась в переворошённый из-за её попыток подняться снег. Сверху уже образовалась гладкая дорожка нового.

Она же вот-вот замёрзнет насмерть.

Может, и не вот-вот, но очень скоро. Сила, возможно, защитит её, но лишь временно.

На глаза навернулись слёзы. Пайпер совсем не помнила, что произошло. В голове стояли крики, среди которых отчётливее всего слышался крик Кита. В ушах громыхало низкое утробное рычание. А больше — ничего. Была тьма, долгая, наверняка страшная, пустая и холодная.

Ей ужасно хотелось надеяться на спасение, — всё-таки её постоянно все искали и спасали, — но она не могла просто лежать в снегу, позволяя холоду терзать её. Далёкий вой не приближался, но это не означало, что вокруг было абсолютно безопасно. Пайпер должна была хотя бы найти укрытие, ещё лучше — открыть портал прямо сейчас. Вот только магия совсем не слушалась.

Сила удерживала её сознание на самой границе, не позволяя провалиться в забытье из-за мороза, боли и страха. Сила упрямо гнала кровь по её телу, пытаясь вернуть пальцам чувствительность. И Сила тянула её вверх, в вертикальное положение, на ноги, хотя Пайпер отчаянно хотела ничего не делать. Она устала так сильно, что не могла даже подняться во второй раз. Приходилось уговаривать себя всеми мыслимыми и немыслимыми способами.

«Ты же умрёшь, — мысли в её голове рождались так медленно, словно состояли из чего-то тягучего, и не желали формироваться в приличные предложения. — Умирать нельзя».

Умирать ни в коем случае нельзя. Она была Первым сальватором с Силой Лерайе.

Она была надеждой сигридцев, а надеждам не пристало умирать в куче снега в глухом лесу.

«Вставай, — умоляла себя Пайпер, едва ощущая, как снежинки, ложась на её щёку, даже не тают. — Ну же, Пайпс. Вставай».

Так ли важно, что у неё совсем нет внутренних сил? Что она едва соображает, ничего не понимает и хочет разрыдаться, как маленький ребёнок? В конце концов, она побывала в кармане между мирами, куда её утянул Иснан. Неужели перемещение через похожее место выбило её из колеи?

Куда делась вся ярость, клокотавшая в ней до того, как тьма поглотила её?..

«Вставай, — упрямо приказала своему телу Пайпер, стараясь сжать ладонь в кулак. Ей нужно только немного оттолкнуться от земли, подождать, пока пройдёт головокружение, и встать на ноги. Потом найти какой-нибудь куст или дерево и опереться на него. Потом можно поискать палку, чтобы совсем уж не свалиться, и… — Вставай!»

— Вставай!

Пайпер замерла, не способная пошевелиться. Дыхание сбилось, по телу пробежала дрожь. Среди белого снега и тёмных деревьев сияло полупрозрачное фиолетовое марево.

— Вставай! Что ты разлеглась, будто на отдыхе?

Но это была не Лерайе. И голос не её, и лицо. Лерайе молчала с той самой секунды, как Пайпер поглотила тьма.

Перед ней стоял Арне, выглядящий куда более живым, чем в их последнюю встречу. И его губы двигались, а с них сыпались слова:

— Вставай, моя ненаглядная, — проговорил Арне, подходя ближе.

Его босые ступни совсем не касались снега, не оставляли следов. Он был одет в ту же нелепую одежду, что и в прошлый раз: свободные тёмные штаны и длинная накидка того же цвета, плотно облегающая руки, плечи и отчасти верхнюю половину груди, оставляющая открытым торс; воротник был расшит мерцающими камнями. Экзотичность, в лесу смотрящаяся нелепой.

— Вставай, — повторил Арне, присаживаясь перед ней на корточки. Его волосы были белыми, фиолетовые глаза потемнели от недовольства, но сиреневая кожа осталась прежнего оттенка. — Ты должна встать и идти, Первая.

Пайпер не нравилось, когда её так называли: каждый раз в этом ужасном слове слышалась надежда, которую она не была готова олицетворять, и уверенность пополам с настороженностью.

В голосе Арне было что-то иное, даже немного тёплое.

— Я не оставлю тебя, — вкрадчиво прошептал он, наклоняясь ближе. Его бесплотные пальцы мягко прошлись по её волосам, но Пайпер отчётливо уловила на мгновение всколыхнувшееся внутри тепло.

— Но ты… — её горло сдавило от жгучего холода и подступающих слёз, — ты не… реален. Тебя… нет здесь…

— Я здесь, — неожиданно строго произнёс Арне, — так же, как и ты. Вставай, Первый сальватор, и иди за мной. Я приведу тебя к спасению.

«Ты уйдёшь», — мысленно возразила Пайпер. Он всегда уходил после самых громких слов, оставлял ей больше вопросов, чем ответов, и от этого сердце сжималось, заставляя Пайпер задыхаться.

Или это от боли, рвавшей тело?..

Она совершенно не понимала этого.

— Я не уйду, — возразил Арне, опуская ладонь на её макушку. — Я дам тебе столько Времени, сколько смогу, и приведу к спасению. А теперь вставай и иди.

Должно быть, всё это было игрой её больного воображения. Было бы неплохо, пройдя пару шагов, вновь рухнуть, но на этот раз проснуться в своей кровати или хотя бы на диване в гостиной. Где угодно, где не так холодно, есть знакомые лица и слышатся успокаивающие и встревоженные голоса. Где угодно, где нет такого жуткого страха между рёбрами.

Арне скользнул рукой к её руке, и Пайпер наконец почувствовала его прикосновение. Он состоял из плоти и крови. Он былреальным. И он помог ей сжать ладонь в кулак, а после ободряюще кивнул, когда Пайпер сжала и второй кулак.

Дыхание вырывалось из груди хрипами, губы с огромным трудом шевелились, почти превратившись в растрескавшиеся ледяные тонкие полосы. Волосы сосульками упали вперёд, хлестнув по лицу. К тёмно-красному свитеру прилип снег, пробрался даже за ворот и на ключицу. Руки Пайпер едва не разъехались в стороны, когда она, перенеся на них вес тела, попыталась поставить ступню на землю по-нормальному.

Боги, как же это было больно.

— Я не знаю, сколько смогу скрывать тебя, — пальцы Арне обхватили её плечо и потянули вверх, и Пайпер поразилась тому, насколько сильным и аккуратным оказался сакри. Он задел её рану, но следом принёс ощущение тепла и спокойствие, перекрывшие боль. — Поэтому тебе нужно как можно скорее найти охотников. Мне, возможно, придётся потом отлучиться, чтобы защитить вас в пути. К тому же я не могу надолго оставлять его.

— Что?.. — с трудом фокусируя взгляд на собственных руках, пробормотала Пайпер.

— Он слаб. Ты же не хочешь, чтобы тебе отрубили голову, верно?

Пайпер едва не задохнулась от ужаса. Или от удушающего холода. Или от прикосновения Арне, медленно, буквально по капле, вливающего в неё магию. Или от всего вместе.

— Когда я приведу тебя, скажи, что тебе нужен Арне, слышишь?

Пайпер слышала, но очень плохо. Удерживать себя в вертикальном положении оказалось значительно труднее, чем казалось полминуты назад, а стелющийся вокруг снег казался совсем невесомым и будто не имеющим под собой твёрдой земли.

— Требуй, чтобы тебя отвели ко мне, и ни за что не уступай. Ни на шаг. Дашь слабину — и тебя убьют на месте.

«Убейте меня прямо сейчас», — мелькнуло в её затуманенной голове.

— Тянись к магии, Первая, — настойчиво зашептал Арне ей в самое ухо, потянув вперёд, заставляя сделать первый шаг. Ужасный, пронзивший болью всё тело, но за ним тут же последовал второй, и Пайпер подумала, что Арне преуменьшил степень своего нахождения здесь и что он был слишком реален, чтобы так тащить её. — Тебе нельзя здесь умирать.

А разве есть место, где можно?.. Если оно всё же есть, то Пайпер молила, чтобы там было тепло.

Она понятия не имела, как тянуться к магии, которая едва трепыхалась внутри неё. Будто проход через тьму — или что это была за абсолютно чёрная пустота, лишённая звуков и запахов — ослабил её связь с Лерайе, толкнул сакри ещё глубже, насильно лишил её зрения и слуха, не позволяя услышать мольбы Пайпер. Лерайе и так отзывалась редко, чаще всего в моменты опасности или тогда, когда Пайпер была совершенно не готова к этому, но разве сейчас не был тот самый момент? Она почти не соображала, брела, потому что её тащили, невидящим взглядом пялилась себе под ноги и слушала бархатный голос Арне, всё повторяющего:

— Если посчитаешь, что стоит применить Силу, так и делай. Тебе нужно добраться до крепости, Первая, до того, как станет слишком поздно. В этих лесах очень опасно.

Но что ей делать потом? Даже если она доберётся до какой-то там крепости, которую Арне считал относительно безопасной, что дальше? Восстановить силы и, если получится, открыть портал?

Куда и откуда?..

— Элементали, ты слишком слаба, — выдохнул Арне, и его голос странно дрогнул.

Пайпер внутренне сжалась, забыв, что поднятую для ещё одного шага ногу нужно опустить, и застыла, когда он с явной тревогой продолжил:

— Ты умрёшь раньше, чем мы доберёмся до охотников. Позволь мне взять немного Силы, может, мне удастся перенести нас.

«А раньше что, нельзя было сказать?» — почти застонала Пайпер, соскальзывая вниз. Арне подхватил её, прижал к себе и, казалось бы, вновь использовал магию: кожу обожгло теплом, горло на мгновение сжалось.

Разве Арне не говорил о том, что не может использовать слишком много магии? Он говорил о слабости, — наверняка собственной, никакого иного варианта измученное сознание Пайпер вспомнить не могло, — но и она была слабее, чем когда-либо до этого.

Арне сильно переоценил её возможности, из-за чего Пайпер вдруг ощутила себя раздавленной.

— У меня есть семь секунд, — Арне резко дёрнул её вверх, и она застонала от боли, громко заныла, когда сквозь грохот крови в ушах отчётливо услышала хруст собственных костей. — Держись, Первая, и не отпускай меня.

Что это вообще…

«Господи», — только и успела подумать Пайпер.

Арне схватил её, крепко прижал к своему телу и перебросил их через портал, даже не создавая его.

Пейзаж вокруг рассыпался на миллиарды белых, чёрных и серых кусочков, за которыми на долю секунды показалась тьма, а за ней — новые миллиарды кусочков, складывающиеся в совершенно другую картину. На многие мили вокруг простирался густой тёмный лес, вдалеке проглядывались очертания таких же тёмных гор, верхушки которых прятались в низких свинцовых тучах. Ветер оглушительно свистел в ушах и больно колол огрубевшую из-за холода кожу. О том, что Арне что-то говорил, Пайпер поняла лишь потому, что он практически прижался к её уху и опалил его жаром.

Её взгляд сместился ему за плечо, и Пайпер завопила сиплым от ужаса голосом.

Они были высоко над землёй.

И падали.

Арне дёрнулся в сторону, и пространство вокруг них снова рассыпалось, утонуло во тьме и сформировалось во что-то новое. Пайпер, распахнув глаза так широко, что ей стало чудовищно больно, следила за этим, задыхаясь от крика и слёз. Осознание смены места пришло к ней только из-за того, что руки Арне, удерживающие её, вдруг потеряли плотность.

Он выглядел таким же шокированным, — одно ужасное мгновение они просто смотрели друг на друга, ещё прижатые телами, — а потом Арне выдохнул так тихо, что Пайпер поверила, будто это был всего лишь ветер:

— Найди нас.

Он исчез, словно его и не было.

Пайпер совершенно одна летела вниз с высоты десятков метров.

Остатки тепла, которые он подарил своей магией, разом покинули её тело. Ветер ревел в ушах, мешая ей сосредоточиться — хотя Пайпер, как ни пыталась, могла только вопить, а не думать. Лерайе всё ещё не отзывалась, как бы она в отчаянии ни звала её.

Пайпер врезалась в верхушку одного из деревьев. С губ сорвался хриплый, полный боли крик. Становление сальватором вроде как укрепило её тело, к тому же Сила, как говорили другие, должна была сделать её кожу, мышцы и кости прочнее, но ничего подобного она не ощущала.

Кажется, из левого плеча, разодранного когтями Маракса, вновь хлынула кровь.

Она дёргалась, как обезумевшая, пыталась зацепиться хоть за что-нибудь, но всё летела вниз: острые холодные ветви хлестали её по всему телу, рассекая кожу и разрывая одежду. В руке точно что-то хрустнуло, когда Пайпер, перевернувшись, врезалась в дерево прямо локтем. Вместе с её остервенелым криком где-то совсем близко загалдели птицы. Падение длилось ещё несколько секунд, — вечность и даже больше, — раздирало её, ломало и скручивало, обжигало снегом, жёсткой корой и острыми иглами елей, пока Пайпер, наконец, не рухнула в сугроб, подавившись собственным криком.

Не будь она связана с Лерайе, разбилась бы насмерть.

Пайпер почти пожалела, что стала сальватором.

Свет пробился через слои снега, в которых она утонула, удивительно быстро. Головокружение и шум в ушах мешали, но каким-то чудом Пайпер уловила совсем рядом знакомые звуки.

Человеческие голоса.

Арне что, перенёс её прямо к тем самым охотникам, о которых говорил? Почему, чтоб его демоны разорвали, хотя бы не на пару метров ниже?..

Пайпер лежала, не шевелясь, и сквозь слёзы и кровь, залившие глаза и сделавшие всё мутным, смотрела, как снега вокруг её головы становилось всё меньше. Где-то мелькнул красный — цвет её крови, хлещущей из ран.

Света стало намного больше. Голоса звучали будто из-под воды. Кто-то коснулся её лица, приподнимая его, но прикосновения Пайпер почти не ощущала. Её горло сдавило болезненным спазмом, в лёгкие, казалось бы, забился снег, из-за чего она не могла сделать полноценный вдох. Арне требовал, чтобы она настаивала на своём, однако в её голове было пусто: не осталось ни собственных мыслей, ни его наставлений, только мольбы о том, чтобы терзающая её боль прекратилась.

Что она должна была говорить?

Просить, чтобы её отвели к Арне?..

Дрожь помешала вытолкнуть его имя сквозь зубы. Во рту, несмотря на забившийся в него снег, было тепло, — точно кровь, никак иначе.

Голоса стали громче, надрывнее, будто их обладатели начали кричать. Пайпер всего на долю секунды ощутила тепло. Отступили боль, усталость, страх и всё, что тугим клубком сплеталось внутри неё и давило на сердце. Поднявшаяся Сила позволила едва слышно выдохнуть:

— Арне…

Тяжесть навалилась, напрочь сметая охватившие её спокойствие и чувство безопасности. Пайпер со сдавленным всхлипом закрыла глаза.

***

Она никогда не ездила на лошади.

Это оказалось неудобно, — и просто охренеть как больно, — но едва пробуждающееся сознание успело поблагодарить тех, кто усадил её на лошадь. Пайпер была так слаба, что не смогла бы стоять на ногах, не шатаясь, не то что идти самостоятельно. Однако стягивать руки так сильно, что у неё совсем онемели пальцы, было необязательно.

С трудом разлепив глаза, справа от себя Пайпер увидела двух мужчин в тёплых плащах с натянутыми на головы капюшонами. Они быстро шли, тихо переговариваясь между собой, и не обращали на неё внимания. Только когда она застонала, попытавшись выпрямить спину, они посмотрели на неё.

Лошадь остановилась, и с непривычки Пайпер едва не съехала в сторону. Её поддержали, помогли вновь устроиться удобнее и даже прижаться к шее животного — видимо, в таком положении она и ехала. На чёрном теле лошади и грубых, жёстких волосах гривы виднелись тонкие слои инея, также покрывавшего верёвки, которыми были связаны запястья Пайпер: её руки развели в разные стороны и стянули жгутами, сплетавшимися вместе на шее лошади.

Кто-то что-то сказал. Пайпер моргнула, пытаясь собраться с мыслями и сосредоточиться, но вместо этого, наконец, ощутила, что её ноги также привязаны к истёртому седлу, а несколько жгутов соединяли лодыжки.

Значит, никакое это было не удобство, всего-навсего способ удержать пленницу от побега.

Пайпер даже бы посмеялась, если бы не боль.

Голос, звучавший ранее, повторил сказанное. Пайпер дёрнули назад, заставляя выпрямить спину, из-за чего перед глазами вспыхнули разноцветные пятна. Она умоляла себя дышать не слишком часто, чтобы не показывать, как ей больно, и одновременно внимательно слушать, но получилось лишь с третьей попытки, когда голос говорившего стал совсем нетерпеливым:

— Ты по-нашему понимаешь, а?

Ответить Пайпер, как ни пыталась, не могла. Голос пропал, в горле было сухо, шея вот-вот могла с хрустом сломаться, — настолько тяжёлой ощущалась её голова, — глаза неприятно щипало, а всю кожу у неё на лице болезненно натянуло и кололо от любого движения, будто его исполосовали.

— Чего молчишь? — по левую руку от неё показался мужчина в точно таком же тёмном, потрёпанном плаще. — Хочешь умереть прямо здесь?

«Требуй, чтобы тебя отвели ко мне, и ни за что не уступай. Ни на шаг. Дашь слабину — и тебя убьют на месте».

Пайпер мысленно прокляла Арне, а после, осторожно сглотнув, из-за чего в сухом горле стало ещё больнее, совсем тихо выдавила:

— Арне.

— Что ты заладила, как сумасшедшая? — разозлился мужчина, сделав шаг ближе. — Два часа только и бормочешь, что «Арне» да «Арне»!

Два часа?.. Пайпер казалось, что прошла тысяча, не меньше.

— Следовало убить её на месте, — вмешался кто-то с более глухим голосом.

— Тебе память отшибло? — влез третий мужчина. — Забыл, что видели?..

— Да мираж это всё! — выпалил четвёртый. — Тварь она, точно тварь! Хаос использовала, чтобы заставить нас видеть её!

— Но она человек, — возразил кто-то несмело. — Иначе сокрушитель бы убил её, когда мы проверяли, да?..

«Они пытались меня убить?» — ошалело округлив глаза, подумала Пайпер.

— Твари бывают разными, — попытался отстоять своё четвёртый мужчина, вступивший в спор. — Будет лучше, если мы избавимся от неё сейчас. Икасу не понравится, если мы притащим её в крепость.

— Она человек, — жёстко сказал самый первый, — и мы все видели, как она показала себя, когда она её позвала. Мы приведём её в крепость, но убьём, если Икас отдаст приказ.

Если это и впрямь те самые охотники, о которых говорил Арне, то ему следовало сначала проверить их на наличие мозгов. Как они могли распоряжаться её жизнью так легко, будто она ничего не стоила? Кто вообще в Коалиции ещё не слышал, что Пайпер из семьи Сандерсон, племянница главы Ордена искателей, была избрана Первым сальватором? О ней должны были слышать. Её должны были узнать. Даже те, кто не обладал магией или чарами, по одним только золотым глазам должны были понять, что она сильно выделялась.

Не то чтобы Пайпер этому радовалась, но речь, чёрт возьми, шла о её жизни.

Но с другой стороны, вдруг эти люди были на стороне тех, кто вместе с Третьим обвинял в предательстве и Арне? Коалиции, как показалось Пайпер, было намного привычнее и даже проще думать, что сакри каким-то образом попал в ловушку и не мог разорвать связи со своим сальватором. Однако она могла наткнуться на тех, кто считал иначе.

Что, если именно упоминание Арне заставило этих людей думать, что они должны убить Пайпер?..

— Лерайе, — выдохнула она из последних сил, и спор резко затих.

Пайпер всё ещё не удавалось понять, сколько конкретно людей её окружало, вооружены ли они и куда шли, но общая атмосфера мигом изменилась, стала напряжённой, а тишина — гробовой.

Она медленно подняла голову и подставила лицо снегу. Каждое его прикосновение посылало по телу острую боль, которая, однако, немного отрезвляла.

— Лерайе, — так же тихо повторила Пайпер.

— Лерайе? — недоверчиво повторил один из мужчин.

— Отведите меня… к Арне… — Пайпер, ничего не понимая, прислонилась к шее лошади, легонько мотнувшей головой. Тепло живого существа успокаивало, глаза стали закрываться. — Отведите меня… к Арне.

Рёбра давили на лёгкие, сердце сжималось от непонятной тоски. Где-то в хаосе собственных мыслей Пайпер понимала, что должна взять себя в руки, сесть прямо, чтобы хотя бы внешне показать, что она в порядке, сосредоточиться, но ничего не получалось.

Тяжесть вновь навалилась на неё, увлекая в сон.

***

Пайпер грубо сдёрнули на землю, из-за чего она глухо вскрикнула. Пробуждения хуже просто не придумаешь.

Ей было лишь на каплю лучше, чем в тот самый момент, когда она пролетела десятки метров, ударившись обо все ветви, и рухнула в сугроб. Глаза заволокло туманом, а всё тело болело так, будто связавшие её охотники пару раз потыкали её своим оружием или даже использовали как грушу для битья. Во рту стоял мерзкий медный вкус крови, которой стало только больше, когда она, лишившись опоры в виде рук мужчины, который сдёрнул её с седла, упала на землю и прикусила язык.

Вокруг было шумно. Света стало ещё больше, но он был блеклым, серым, нагонящим удушающее чувство страха и одиночества. Ей было лишь немного теплее, чем до этого, хотя никакой новой одежды ей не дали — Пайпер была всё в том же изодранном, почти застывшем от мороза пальто, забрызганном красными пятнами.

Странно. Она не помнила, чтобы на её пальто был рисунок.

Жёсткий, резкий голос прервал всё нарастающий гвалт. Пайпер не могла подняться с земли, видела лишь чьи-то худые ноги, остановившиеся возле неё.

Тело вновь охватила дрожь.

— Хвалю за осторожность, — произнёс всё тот же резкий голос, явно принадлежащий девушке, — но вас обманули, как детей. Вы проволокли тварь.

— Но сокрушитель её не тронул, — растерянно отозвался один из мужчин.

— Мы, как всегда, сделали надрез, — вперёд выступил другой охотник, — но ничего не произошло. Только кровь побежала, и всё.

— Но это тварь, — безапелляционно повторила девушка. — Очень редко, но некоторым удаётся обмануть сокрушители. Эта — одна из таких. Я ничего не слышу.

— Совсем? — спросил стоявший рядом с девушкой мужчина. Как Пайпер ни пыталась, разглядеть его лицо, как и лицо девушки, у неё не получалось.

— Ничего. Она, говорите, показала вам Лерайе? Манипуляции хаоса, не иначе. Лерайе нет в этом мире, а использовать её, чтобы обмануть нас, — преступление. Убейте тварь.

По толпе, затихшей, чтобы ловить каждое слово, пробежались восторженные и удивлённые шепотки.

— Вы не виноваты в том, что вас обманули, — продолжила девушка, повернувшись к Пайпер спиной. — Но тварь не должна быть здесь. Икас, её нужно убить.

— Да хоть бы один раз попробовала сделать это сама, — проворчал стоящий рядом с ней мужчина — судя по всему, Икас, — так тихо, что Пайпер не должна была его услышать, но почему-то услышала.

Все её чувства обострились. Зрение стало до того чётким, что она, наконец, увидела шагнувшего к ней Икаса: высокого мужчину в кожаной одежде, с тёмными волосами, собранными в хвост, и сурово сощуренными серыми глазами. Среди многочисленных тусклых красок, плывших за его спиной пятнами, Пайпер смогла различить его острые уши.

Эльф приблизился ещё на один шаг. Она, собрав всю свою силу, какую только смогла найти в слабом, дрожащем теле, отползла на пару сантиметров. Плевать, что одежда пачкается, мнётся и рвётся, что руки цепляются за мёрзлую землю, ногти ломаются, а лицо болит так, словно по нему всё ещё хлестают ветвями. Пайпер не могла позволить тронуть себя.

Её ладонь упёрлась в землю в тот же момент, когда Икас вдруг попятился назад. В ушах нарастал рёв, тень за спиной Пайпер почему-то стала больше. Сквозь толпу, всколыхнувшуюся от волнения и испуга, кто-то отчаянно пробивался вперёд.

— Кажется, ты ошиблась, дорогая, — насмешливый голос Арне, в котором прорезались нотки стали и холода, эхом разнёсся над ними. — Разве мы с моим милым другом сказали своё слово?

— Почему ты защищаешь тварь? — с искренним недоумением спросила девушка, вскинув голову. — Моё проклятие не обмануть!

bannerbanner