Lasta im

– И экономим его в будущем, – эльфийка улыбнулась ворчливой воительнице и вернулась к камню. – И это уже второй такой на нашем пути. Возможно, их много в этой местности и думаю, мы сможем его восстановить. Но это не совсем те руны, которые я изучала. Гейл, поможешь?

Последние слова отвлекли волшебника от воспоминаний небольшого позора накануне, и они вместе принялись изучать рисунок на камне, сверяясь со своими записями. Гитьянки хоть и оставалась недовольной из-за потери времени, шагая позади, но больше не вмешивалась.

– Что, если мы все застрянем в камне при переходе? – недоверчиво спросила Шэдоухарт с поддёвкой.

– Этого не должно повториться, тот портал выглядел повреждённым, – тихо ответила Израйя. – А этот выглядит нетронутым, нужно лишь найти к нему верное заклинание. К тому же рунические порталы никогда не бывают в случайных местах… кажется, эти стены служили храму, – задумчиво добавила эльфийка, не отрываясь от своих записей и указывая на большую железную дверь в заросших руинах.

Жрицу это достаточно убедило, и она направилась осматривать растения на скале, что-то срывая и складывая в свою сумку. Эрдан отошёл чуть дальше, осматривая руины во всём их величии. А взгляды плутов направились на указанную дверь. «Если порталы неслучайны, то этот должен быть непростым храм. А в непростых храмах всегда много полезного», – мысленно заключила Тав и поспешила к руинам.

Дверь оказалась сильно повреждённой. Железо покосилось по краям и даже немного выгнулось наружу. Тав попробовала толкнуть, но дверь не сдвинулась, и даже не издала хоть какого-нибудь скрежета. «Возможно, им не пользовались десятилетиями», – подумала дроу, изучая замок и начала аккуратно вычищать песок из замочной скважины тонким ножом из её скромного набора для взлома.

– Оставь это профессионалам, дорогая, – бархатно протянул Астарион, подойдя к ней уже с отмычками в обеих руках.

Фыркнув в ответ, Тав спокойно продолжила своё занятие. Она была уверена, что это высокомерному плуту не понравится, и была готова выполнить свою маленькую месть. Астарион отреагировал именно так, как она ожидала, и, слегка оттолкнув её в сторону, убрал руки дроу от замка. Прикосновение оказалось прохладным, даже холодным, и Тав отметила это в своих мысленных заметках о новых спутниках, не отходя и внимательно наблюдая за его действиями. Но наглухо забитая песком скважина не поддавалась, вызывая раздражённый вздох эльфа.

– Этот чёртов замок испорчен, его нельзя открыть.

– Да что ты? – сладко прошептала Тав в ответ, почти ему на ухо, стараясь подражать его вчерашнему тону и заставляя взломщика встретиться с серебряным весёлым взглядом. – И профессионал такого высокого уровня заметил это так поздно? – она забавлялась над самоуверенностью при такой невнимательности, что подкосила громкие слова о профессионализме.

Астарион лишь на секунду удивлённо смотрел на неё. Их лица были слишком близко, тем более на следующий день после не самого дружелюбного знакомства. Тав выдерживала алый взгляд, не отстраняясь и проверяя стойкость белокурого плута. И плут сдался, отдалившись.

– Как ты смеешь? – драматично положив руку на сердце, протянул Астарион с преувеличенным возмущением, будто его обвинили в жутко неподобающем поведении в высшем обществе. – Я могу вскрыть любой замок! – эльф снова приблизился к лицу дроу и сладко прошептал с дерзкой ухмылкой. – Ты даже не представляешь, на что способны мои ловкие руки.

Тав не отшатнулась и, посмеиваясь над его реакцией, уже обдумывала колкий ответ, но её прервал возглас волшебников.

Плуты обернулись на портал. Руны на камне обрели мягкое фиолетовое сияние, никаких искр и бурления магии. Израйя и Гейл прятали свои записи в поясных сумках для книг и с довольными улыбками направились дальше по тропе. Группа последовала за ними. Настроение Тав, подпитавшись такой выгодной для её маленькой мести, ситуацией, становилось всё более воодушевлённым. «А это даже веселее, чем я ожидала. Теперь я не дам тебе покоя», – она забавлялась от мыслей, что сможет вызвать на самодовольном лице белокурого эльфа те самые эмоции, что он разжигал вчера в ней.

***

Группа выживших продвигалась всё дальше вглубь холмов, всё выше по глиняной тропе. Лаэзель шагала впереди, словно знала дорогу. Волшебники продолжали тихо обсуждать порталы, магию и возможность перенестись в города. Но увлечённый разговор закончился неприятным заключением, что паразит слишком сильно повлиял на их тела и сложные заклинания вовсе не получаются. Шэдоухарт хмуро наблюдала за разговором, фыркая, когда Гейл вновь напоминал о своём особенном титуле дарования из Глубоководья. Возле Тав всё ещё шагал белокурый эльф, скрываясь от вездесущего присутствия болтливого волшебника.

– А знаешь, мне очень нравится наше последнее приобретение. Лаэзель восхитительна, – Тав не смотрела на Астариона, но голос отлично отражал ухмылку. – Конечно, если кому-то нравятся отношения в стиле: «ещё раз так на меня посмотришь, и я тебя расчленю».

– И потому ты идёшь рядом с дроу Ллос? – передразнила Тав, повторяя ухмылку.

– Ну, может я не фанат маленьких носов.

– Что ещё расскажешь о себе? – дроу продолжала поддерживать игривый тон.

– Ах, что же сказать? – задумчивость эльфа в голосе стала исключительно театральной. – Я городской судья, занудство это всё ужасное.

«Ну-ну, судья, – добавила про себя Тав, – и, конечно, каждый городской судья будет соревноваться с воровкой во взломе». От размышлений дроу отвлекла остановка группы. Вдалеке виднелись очертания больших ворот, спрятанных за густыми зарослями дикого винограда, между огромными валунами с круговыми узорами.

– Вот и друиды, – торжественно пропела Израйя, ускорив шаг. – Я узнаю символы. Должно быть, роща, это святилище, и мы на верном пути.

Все последовали за эльфийкой, и быстрый шаг уже грозил превратиться в бег, но их остановили крики. Пригнувшись, группа нырнула под тень скал. Впереди показались двое мужчин и женщина. Их одежды были в грязи и крови, а движения выдавали сильную усталость. «Наёмники в такой глуши?» – удивлённо отметила Тав, всматриваясь в лёгкую броню и простое оружие. Троица людей остановилась перед входом в святилище, смотря наверх.

– Открывай ворота! На нас гоблины вот-вот налетят! – один из наёмников закричал кому-то.

– В чём дело? – мужчине отозвался тифлинг, подойдя к краю невысокого деревянного забора над воротами.

– У нас на хвосте гоблины. Открывай ворота, Зевлор, живо!

– Вы привели гоблинов сюда? – в вопросах тифлинга слышалась нарастающая паника. – Где друид?

Наёмник резко выдернул застрявшую стрелу из плеча своего сокомандника, указывая ею на тифлинга с криком.

– Некогда болтать! Открывай!

Стрела была отброшена куда-то в сторону, а наёмник обернулся. Послышались другие крики, визг и животный рёв.

– Адова сера… открыть ворота! – провопил тифлинг.

Каменная плита начала медленно подниматься. Троица наёмников с напуганными лицами, схватилась за мечи и щиты трясущимися руками. А теперь показался источник их страха. К ним подошёл варг – отвратительное крупное чудовище, похожее на облезлого медведя с мордой огромной изуродованной крысы. Из его пасти капала густая слюна, морщинистая кожа натягивалась на крупных мышцах. Варг взревел и послышался топот, дюжины пар ног, не меньше.

– А вот и гоблины, – прошептала Тав, доставая клинок из ножен и медленно продвигаясь вперёд, пока прохладная рука не схватила её за запястье.

– Ты с ума сошла? – прошипел Астарион и дёрнул её назад, гневно уставившись на неё алыми глазами. – Это не наш бой!

– За этими воротами друиды, у друидов целители, целитель нам нужен, – Тав пыталась сохранять спокойный тон, но последние слова прозвучали громче, чем планировалось. – Если мы поможем, они должны будут помочь нам.

В ответ группа начала доставать оружие и готовиться к бою, пока она всё ещё строго смотрела на белокурого эльфа, который всё ещё её не отпускал.

– Заканчивайте болтовню, – прошипела гитьянки, направляясь к надвигающейся орде.

Астарион отпустил руку дроу и, не отводя глаз, потянулся за луком. В этот момент раздался боевой клич. Со всех сторон появлялись гоблины с зазубренными секирами, грубыми луками и кривыми посохами. Залп стрел пронёсся над воротами, и кто-то закричал от боли. Ворота с грохотом опустились, поднимая облако пыли.

– Канон! Нет! – прокричал женский голос.

– Твою мать, – выплюнул главарь троицы перед воротами и закричал своим сообщникам. – В строй!

Гоблины-лучники были готовы выпустить новый залп, но их сразили чёрные магические лучи. На каменный выступ перед воротами спрыгнула мужская фигура с рапирой. Одному из гоблинов удалось пережить попадание луча в плечо, и он бросился с дубинкой на мужчину.

– Вот дрянь. Ну что ж. Раз вынудил достать клинок… – мужчина умело увернулся от выпада гоблина и проткнул зеленную грудь в самое сердце, ногой откинув тело со своего клинка, – готовься его отведать!

– Налётчики в атаку! Лучники на возвышенность! За Абсолют! – прокричал скрипучий голос, и часть отряда гоблинов волной ринулась на троицу возле ворот, за которыми уже проревел звон из кручёного рога, подзывающий подкрепление.

Пара гоблинов не успела пробежать и метра, замертво упав со стрелами в спинах. Солнечный и белокурый эльфы ловко расправлялись с линией гоблинов по очереди. Варг яростно рычал, пока его спина прожигалась до костей лучами света жрицы, а наёмники направили мечи на его лапы, разрезая мощные мышцы. Тав с Израйей забрались на ближайшую скалу и, подкравшись к двум гоблинам-лучникам, перерезали незащищённые шеи кинжалами.

Следующей их целью был багбир, на которого девушки напрыгнули, протыкая его клинками. Подобные громилы не могли быть лёгкой целью, и даже с кинжалами в глазнице и в сердце. Он отбросил девушек одним лишь движением с яростным воем. Если бы не острый меч Лаэзель, то они могли бы быть мертвы уже через мгновение. Несколько гоблинов-лучников на противоположной скале, пытались навести свои стрелы, но были сражены магическими молниями Гейла. Последний выживший, гоблин-маг, попробовал произнести заклинание и тут же был почти обезглавлен прилетевшим в него топором Эрдана.

– Поднимайте ворота! А вы живо внутрь! – прокричал им голос над воротами, которые вновь медленно поднимались.

Группа поспешила вслед за троицей наёмников, уже проползающей под приоткрывшимся входом в святилище друидов.

– Какие же мерзкие твари, – уныло произнёс Астарион, пиная обожжённый труп варга, в ожидании открытия ворот. – Они оказались довольно скучными.

– Это всего лишь небольшая разведывательная группа, скоро здесь может быть целая армия, – строго сказала Лаэзель, недовольно наблюдая за медленным открытием ворот.

Пройдя внутрь через каменную арку, группа оказалась в огромном пространстве, напоминающее древний храм. Лёгкая дымка и ощущение бурлящей природной магии, гул десятка голосов в неизвестном молитвенном мотиве, пробивающиеся сквозь густую листву величавых дубов солнечные лучи. Все остановились, пройдя арку, высеченную в глине и камне, оглядывая пристанище друидов.

– Приятное местечко, как мне кажется, – не унимался белокурый эльф, окрашивая свои слова смесью скуки и совершенного безразличная, несмотря на смысл сказанного. – Если отвлечься от того, что скоро мы все умрём.

Слова Астариона даже не отвлекли группу, что проходила дальше.

– Магия здесь плотнее и гуще, она находит себе выход через корни и почву, – задумчиво прокомментировал Гейл, прислушиваясь и протягивая руку к толстому стволу дерева рядом, словно ощущая магию ладонью. – Заземляется, так сказать.

Впереди святилище становилось всё более впечатляющим. Скалы были усеяны растительностью, густые деревья заслоняли высокие каменные колонны с рунами, а с низины справа, поднимались мерцающие хлопья дикой магии. И во всём этом волшебном великолепии громко спорили две фигуры. Тифлинг, что кричал из-за забора над воротами, и наёмник, что казался лидером их троицы.

– Тут дети, болван! – ругался тифлинг.

– А что нам, подыхать надо было? – наёмник пылал злостью, махал руками перед собой и приближался к краснокожему мужчине.

– Ты их прямо к нам привёл! Да ещё и позволил схватить друида. Рехнуться можно! – обвинения тифлинга сочились яростью, но глаза выдавали настоящую причину. Он был напуган, его трясло.

– О, сладкий запах предательства. Прямо как дома, – напряжённо прошептала Тав, подходя ближе.

– Заткнись, эльфятина подземная! – плюясь, выпалил наёмник.

– Попридержи язык, она спасла твою жалкую шкуру! – тифлинг подошёл ближе к дроу, немного заслоняя её, словно выказывая поддержку.

– А я что, просил меня спасать?

– А кто умолял меня открыть ворота? Тебе плевать на жителей Рощи, лишь бы спасти свою трусливую задницу!

– Захлопни пасть, рогатый! Я сам бы уже лежал рядом этими тварями, если бы ты и дальше сопли жевал.

– Мой долг, защищать лагерь. А не жадных наёмников!

– Ну конечно, а то ещё, боги упаси, хвостик прищемишь. Впрочем, а что удивляться-то? Козломордые не отличаются отвагой, – мужчина подошёл к тифлингу ближе, с отвращением на лице и сжатыми добела кулаками. Он вот-вот полезет в драку.

Злость дроу закипала в сердце. Она привыкла к подобному обращению к себе и знала, что тифлингов тоже не приветствуют в людском обществе. Но не так же, как поистине кровожадных и жестоких дроу, а только из-за их происхождения. Мирный народ, что с трудом выбрался из адских пучин Аверно, что был и сам не рад своей кровной связью с демонами, что не выбирал судьбу своих предков. Если Тав и могла проигнорировать подобное отношение к себе, но слова в адрес тифлинга, что беспокоился о жизнях беззащитных в этом лагере, значительно перевесили чашу её терпения. Она быстро обошла тифлинга и нанесла сильный удар в нос виновнику её гнева, заставив его уже бессознательное тело упасть с глухим звуком.

– Я думал, его башка крепче будет, – удивлённо проговорил тифлинг, продолжив совсем тихо, почти про себя. – Ну ладно… гоблины уже нашли нас и, скорее всего, успели передать своим. Не сомневаюсь, что эти твари ещё вернутся, – понуро склонив голову, он начал оттаскивать бессознательного наёмника к большому камню, под тень дерева, в десятке метров от места их ссоры.

«Этот трусливый придурок так относится к нему, а он заботится, чтобы его дурная башка не перегрелась на солнышке?» – действия тифлинга были прямо противоположны желанию Тав не слабо пнуть человека под зад, даже когда тот потерял сознание.

– Неплохой удар, – голос Шэдоухарт отвлёк дроу от представления взбучки, которую обидчик должен был понести, – но постарайся в дальнейшем не злоупотреблять гостеприимством, пока мы не получим то, за чем пришли.

Тав оглянулась на спутников, их лица, казалось, были намного более довольными таким развитием ситуации, чем высказалась жрица. Лаэзель одобрительно кивнула, Астарион изображал театральное восхищение, а Эрдан лишь усмехнулся. А бородатый волшебник, казалось, смотрел и вовсе куда-то вдаль, почти сквозь всех.

– Думаю, Тав сейчас выразила всеобщее желание, – прошипела Израйя, сверля взглядом наёмника под деревом, тело которого тифлинг усаживал более устойчиво.

Убедившись, что человек с ужасными манерами не нырнёт лицом в грязь, он подошёл к группе и обратился к Тав.

– Быстро ты его, – улыбнувшись, сказал тифлинг. – Жалею лишь, что это сделал не я, – он внимательно рассматривал лицо Тав, заставляя её нервно перемяться с ноги на ногу. – Никогда не ожидал помощи от дроу.

Последние слова тифлинга заставили Тав ощериться и вернуть себе стальной взгляд на отработанной защитной маске, готовясь к высказыванию о её происхождении. Но тифлинг быстро выставил перед собой руки, пока на его лице промелькнуло сожаление о грубости подобранной фразы.

– Извини, я не хотел тебя оскорбить, – он замолчал, тщательно обдумывая следующие слова. – Просто твои сородичи постоянно воюют против друг друга, не говоря уже об остальном мире, и я ни разу не слыхал, чтобы им было дело до чужаков, – он постарался вновь улыбнуться и продолжил. – Спасибо вам за помощь, мы могли не отбиться от них в одиночку. Я Зевлор, – он слегка поклонился группе с искренней благодарностью, но следом заметно помрачнел. – Не знаю, зачем вы здесь, но советую поторопиться и решить свои дела скорее. Друиды скоро всех выгонят прочь. А подобные набеги лишь прибавят им решимости.

– Почему они хотят вас выгнать? – спросила синеволосая эльфийка, подходя ближе.

– На Рощу несколько раз нападали разные твари, и друиды винят нас, чужеземцев, в этом. Мы не приводили гоблинов, мы лишь искали убежище, чтобы восстановить силы, – Зевлор с грустью посмотрел назад, туда, где группа его сородичей возилась с повозками и успокаивала детей. – Они затеяли какой-то обряд, который отрежет Рощу от всего мира. Остаться нам не позволят, а снаружи мы все погибнем, мы не бойцы.

– Этот обряд, – продолжила расспрашивать Израйя, всматриваясь вперёд, – друидов уже никак не убедить его прекратить, или хотя бы отсрочить?

– Я пытался. Но Кага, временный архидруид Рощи, отказывается разговаривать со мной. Но вы другое дело. Я знаю, вас это не касается, но… – тифлинг вновь обратился взглядом к ним, на этот раз с отчаянной мольбой, – она перед вами в долгу. Может у вас получиться её вразумить, и она подарит нам ещё немного времени на сборы.

– Прости, но нам тоже очень нужна помощь. Мы ищем целителя, – твёрдо ответила Тав.

– Гоблины и вас зацепили, да? – вздохнул тифлинг. – Друид Хальсин, прославленный целитель, он не вернулся из похода, который затеял Арадин, – рука Зевлора указала на человека под деревом. – Если ваша хворь не слишком серьёзная, обратитесь к Нетти, это ученица Хальсина. Она сейчас с другими друидами во внутренней Роще, где они готовятся к обряду.

Группа перевела взгляды на мерцание в глубине святилища. «Сердце Рощи, должно быть, именно там», – отметила Тав, наблюдая за блестящей дымкой в низине. Она вернулась к взгляду Зевлора, что был ей так болезненно знаком. В нём был страх за жизнь, страх за будущее, страх не дожить до утра. И она разделяла его чувства. Ей было страшно, как никогда раньше после недавней судьбоносной ночи.

– Мы поищем Нетти, – тихо ответила дроу, стараясь обдумать, как сами друиды могут откликнуться на просьбу о помощи от дроу. К тому же от той дроу, что намекнёт о помощи тем, кого друиды собираются выгнать. – И заодно поговорим с Кагой.

– Мы будем в большом долгу перед вами, – лицо Зевлора загорелось надеждой и глубокой благодарностью. – Если нас выгонят, мы и километра не пройдём живыми. Умоляю, уговори их сжалиться над нами.

Тав кивнула, ощущая спиной несколько неприятных взглядов, и Зевлор наклонился к ней ближе.

– Да, кстати, чтобы больше к этому не возвращаться, – он старался говорить настолько тихо, чтобы могла услышать только она. – Очень смело с твоей стороны, не прятать своё лицо. Мы оба знаем, что такое предрассудки. Я расскажу нашим, какая ты и как вы помогли у ворот, – ещё раз поклонившись, он поспешно ушёл вглубь каменистого ущелья, исчезая за высокими колоннами.

– О, мы теперь мальчики на побегушках? – недовольно проворчал Астарион, наклонившись к дроу немного сильнее, чем требовала ситуация.

«Так теперь это правила игры? Ну что ж, они принимаются», – Тав смотрела белокурому эльфу в глаза, немного сузив свои и подтянувшись к нему навстречу.

– Ты сам выбрал меня главной, так что смирись.

Она была уверена, что он не захочет подобного статуса и тем более нести ответственность, что подтвердило его недовольное фырчанье. Тав это более чем устраивало. Даже забавляло.

– Среди гитьянки любой ребёнок к шести годам уже владеет мечом, а к десяти может похвалиться первым убитым врагом, – выплюнула Лаэзель, недовольно осматривая беженцев и направляясь вперёд. – Среди этих и одного воина не найдётся. Не понимаю, как им удалось выживать всё это время, – гитьянки обернулась к группе, вновь всех подгоняя. – Идём.

Группа зашагала вглубь друидского храма, рассматривая стены с узорами под высоким потолком, высеченным из скалы. Наёмник со сломанным носом под деревом, уже приходил в себя, однако и не решался посмотреть на проходящих мимо.

– Сперва меня чуть гоблины не прикончили. А теперь ещё хрен знает кто по морде отделал, – бурча под нос, наёмник недовольно вытер кровь с верхней губы рукавом и принялся медленно подниматься. – Тошнит меня от этой дыры, – добавив, он побрёл в сторону ворот, под несколько презрительных взглядов.

***

Приближаясь к высеченным колоннам, заражённых поглощал гам десятков голосов. Одна группа беженцев спешно собирала ящики из кривых досок, пока вторая старалась отобрать для путешествия только самое необходимое. Дети тифлингов уже отвлеклись на игру в догонялки, что, казалось, немного успокоило пару родителей, которые вели вола к крохотному стойбищу. Когда группа подошла к развилке под гигантским каменным потолком Рощи, к ним навстречу вышел полурослик, доброжелательно махая маленькой рукой.

– Надо же! Беженцы, искатели сокровищ и даже дроу! Мы годами не видели чужаков. А тут нахлынули все разом!

В первую секунду Тав почувствовала укол из-за слов друида, но тут же вспомнила последнюю фразу Зевлора. «Стоит привыкнуть, что мало кто будет игнорировать мою расу, но также не все будут относиться ко мне враждебно. Всё-таки дроу на Поверхности, ещё и не для драки, это редкость», – мысленно успокаивала себя Тав, натягивая вежливую улыбку, пока голоса волшебников за спиной дроу, приветливо здоровались с полуросликом, называя свои имена.

– Рад знакомству! И спасибо вам, что помогли отбить гоблинов, – полурослик бросился пожимать руки всей группе, игнорируя отказ гитьянки и белокурого эльфа. – Это было очень смело. Я Аррон, – он приветственно поклонился группе. – И я торговец. Могу ли я быть чем-то полезен? Если да, то поторопитесь, обряд скоро будет завершён.

– Вы действительно собираетесь закрыть Рощу от всего мира? – поинтересовалась Израйя.

– Да, это крайняя мера, согласен. Но с каждым днём вокруг становится всё больше опасных тварей.

– А как быть с теми, кто нашёл здесь приют? – лицо лунной эльфийки становилось всё более обеспокоенным.

«Что в ней откликается проблеме тифлингов?» – мысленно отметила для будущих вопросов Тав.

– Мы, друиды, будем в безопасности. Что же до тех, кто нашёл у нас временное пристанище… да хранит их Сильванус, когда они продолжат свой путь.

– Ты ведь сам сказал, что вокруг кишат опасные твари. Беженцы могут погибнуть в первый же день, – нервно продолжила эльфийка.

– И как я и сказал, это крайняя мера. Но Роща должна уцелеть. Это важнее всего, – низкорослый друид отвечал мрачно. – У нас заканчиваются припасы. Мы не сможем прокормить всех.

Он знал, что жизни тифлингов сейчас в руках друидов. И что они самовольно отпускают их судьбы на милость гоблинам и остальным опасностям на пути. Аррон сочувствовал, но защита святыни и своего круга была важнее судеб беженцев. Тав могла его понять. Однако Израйю это не устраивало. Хоть она и закончила расспросы, её лицо выражало смесь злости и грусти, а руки крепко сжимали друг друга на груди, и она отошла подальше от Аррона и группы.

– Ты сказал, что ты торговец. Чем ты торгуешь? – вмешалась Тав, заканчивая беспокойный разговор.

Аррон показал ей немного товаров, в основном это были безделушки и различная мелочёвка. Но также и был заинтересован в покупке оружия для защиты, пока обряд не будет закончен. Группа задержалась на некоторое время, продавая большую часть собранного оружия из зачарованного сундука. Пока Тав и Эрдан занимались спешной торговлей с друидом, отбирая с советами Шэдоухарт немного зелий, позади разворачивался напряжённый разговор под раздражённое цоканье гитьянки.

– Ты что очередной герой с кровоточащим сердцем? – недовольно спрашивал Астарион, уставившись на Израйю.

– А ты собрался отыгрывать злодея? – грозно ответила эльфийка, вызывающе приподняв брови, но после паузы, постаралась вернуть себе спокойный тон. – Думаю, что этот обряд обернётся катастрофой как для тифлингов, так и для друидов.

– Конфликт тифлингов и друидов нас не касается, – слова белокурого эльфа были окрашены презрением, пока он собирался подобрать, казалось, наиболее грубую формулировку своего возмущения. – И…

– Как нас не касался высокомерный эльф, кричащий о помощи, – оборвала его Тав, захлопывая сундук и отзывая его жестом. – Но ты не особо был против.

Резкий выпад заставил Астариона нахмуриться и замолчать. «А вот и ещё одна раздражающая тебя деталь. Запомню, – Тав продолжала делать заметки о спутниках в своей голове, заканчивая мысль усталым вздохом. – И, кажется, Израйя не даст нам пройти мимо каждого бедняги».

Попрощавшись с Арроном и продолжая идти в глубины Рощи, группа стала невольным наблюдателем бурного обсуждения беженцев, перегородивших им дорогу.