Читать книгу Крепость (Альфа-15) (Артем Каменистый) онлайн бесплатно на Bookz (8-ая страница книги)
Крепость (Альфа-15)
Крепость (Альфа-15)
Оценить:

5

Полная версия:

Крепость (Альфа-15)

Южане не могли не оценить необычный вид моего лагеря и странности со сроками возведения всех этих укреплений. Очень странно, что северяне не проявили к этому факту массовый интерес, зато наши противники фортификационное чудо из виду не упустили. Ну да, столь быстрые и столь качественные инженерные работы не могли не привлечь внимание вражеской разведки. Не удивлюсь, если Зохан именно ради прояснения этого вопроса сюда заявился, не постеснявшись побеспокоить меня в поздний час, да ещё и после посиделок с вином у принца. В такое время и после стольких приключений с последующими возлияниями я просто обязан расслабиться на пороге своей маленькой цитадели.

Вот и ждал меня именно на пороге, чтобы взять тёпленьким, дабы я сболтнул чего-нибудь невзначай.

А я вот не сболтнул.

Дальше молчали до самого шатра, лишь внутри Зохан вновь подал голос:

— Господин Гедар, как я уже сказал, мы все возмущены тем, в чём замешан Эккест. Надеюсь, наш мудрый король найдёт для него самое подходящее наказание. Но также мы считаем, что это преступление отчасти и на нас тень отбрасывает. Да, мы ни сном ни духом к этому злодеянию, но всё же неприятно получилось. И потому я лично от лица всей нашей делегации, от всех тех, кто не запятнаны в преступных действиях Меннай приношу вам самые глубочайшие извинения.

— Господин Зохан, вы заявились ночью лишь ради того, чтобы извиниться? — мрачно уточнил я.

— Именно так, господин Гедар. Уж простите, я решил, что тянуть с этим никак нельзя. Эккест — негодяй, опозоривший свою семью навеки, и тень этого позора легла не только на нашу делегацию, а и на наше государство. Произошедшее весьма прискорбно для каждого из нас, и, увы, нет никакого способа, чтобы обернуть время вспять и не позволить случиться тому, что случилось. Но можно попытаться хоть как-то загладить последствия. Господин Гедар, мы, представители великих семей Ассиопы, готовы предложить вам помощь по любому вопросу, если он не затрагивает государственную безопасность, секретность и прочие области, сотрудничество в которых между нами в данный момент невозможно. Если у вас есть что-то, в чём мы можем вам помочь, прошу не стесняться, обращайтесь. Понимаю, что мои слова прозвучали неожиданно, и потому ответа у вас сейчас может не оказаться. Ну так вас никто с ним не торопит, вы можете связаться со мной завтра или в любое другое удобное для вас время. Даже окончание перемирия не станет помехой для нашего общения, я помогу вам справиться с возможными затруднениями, если пожелаете продолжить наше общение.

Даже не знай я, что Зохан не дилетант в шпионских делах, сейчас бы это понял. Вот так с честными глазами, ненавязчиво, мимоходом устраивать канал связи для якобы безобидного общения — признак мастерства.

Я сейчас для ассиопцев фигура особая: бью их раз за разом больно или даже очень больно, а теперь ещё и в центре скандала оказался, где на них вылилось сто ушатов помоев. Таких проблемных врагов полагается усиленно контролировать, а качественная связь в шпионских забавах — первейшее дело.

Может попробовать поиграть с ним? Принять его предложение, а дальше попытаться получить какую-нибудь выгоду? Вон, те же Ашши и Лоа с ассиопцами какие-то связи поддерживают, и вряд ли только они.

Чем Кроу хуже?

Однако надо признать и то, что предавать Раву я не собирался и не собираюсь, плюс в такого рода интригах мало что смыслю. Увы, специфический опыт далёкого от тайных дел человека двадцать первого века вряд ли мне здесь сильно поможет.

Тут нужен другой опыт, особый, и его у меня нет. Да и связи нужны те, которыми я обзавестись не успел. В таких игрищах один безобидный с виду шаг не в ту сторону, и внезапно для всех окружающих ты предатель. Подставлять ближнего в шпионских делах во все времена умели.

Нет, эти игрушки не для меня. И без того массу забот на себя взвалил, в которых разбираюсь лишь частично, раз за разом совершая ужасные ошибки.

Пауза не успела затянуться, я нашёл, на мой взгляд, прекрасный ответ:

— Благодарю за предложение, господин Зохан, я как раз испытываю досадное затруднение. Ничего особенного, мелочь, и, полагаю, именно в этом вопросе вы, как человек юга, можете помочь лучше, чем все наши специалисты.

— Что за проблема у вас, господин Гедар?

— Не то, чтобы проблема... Так уж получилось, что в Мудавии помимо прочих трофеев мне досталось несколько прекрасных октов, после чего я ещё несколько здесь взял. И представьте моё удивление, когда выяснилось, что во всей империи нет людей, которые умеют обращаться с этими великолепными лошадьми. Похоже на то, что у Большого юга монополия на всё, что с ними связано, а без нужных специалистов сложно раскрыть потенциал этих коней.

— Вы хотите, чтобы я помог вам со справедливой реализацией ваших трофеев? — уточнил Зохан.

— С чего вы это взяли? — удивился я.

— Ну как же? Вы ведь сами только что сказали, что у вас нет никого, кто умеет с октами грамотно обращаться. Следовательно, будет лучше их продать тому, кто готов дать справедливую цену. Или я неправильно вас понял?

— Да, господин Зохан, вы всё поняли не так. Я не собирался и не собираюсь избавляться от моих октов. Мне нужен не посредник для торговли трофеями, а специалист по уходу. Через вас и ваших единомышленников можно такого найти?

В данный момент уже я строил из себя наивного юношу, который совершенно не ориентируется в некоторых вопросах. Каждый северянин, мало-мальски понимающий в лошадях, знает, что разведение октов — исконная монополия Большого юга. Только у них есть полноценные специалисты, способные работать с этими прекрасными животными. Кабул в своё время для своего одинокого окта пытался найти такого работника, однако всех возможностей императорской семьи для этого не хватило.

Такие спецы все до единого заперты при тех кланах, что профессионально занимаются октами. На «рынок труда» они не выпускаются ни при каких обстоятельствах. До меня доходила информация, что их не раз пытались захватывать те семьи, которым тоже хотелось пристроиться к выгодному бизнесу. И, вроде как, в отдельных случаях это удавалось, после чего у южан возникали новые «коневодческие династии».

Северяне, увы, такой номер ни разу провернуть не смогли. Но это до меня, потому что я готов немало вложиться ради того, чтобы обойти монополию Большого юга. На войне все средства хороши, не вижу ничего зазорного в том, чтобы использовать не самые чистоплотные методы.

Есть у меня небольшой коллектив перспективных кадров, способный кресла из-под вражеских генералов воровать.

Вместе с диванами и прочими частями гарнитуров.

И лучше бы этим кадрам и дальше продолжать воровать у врагов.

Иначе начнут страдать союзники.

Но вдруг Зохана заинтересует возможность приставить ко мне своего человека? Да, он, разумеется, не станет выделять мне полноценного специалиста по октам, но может найти того, который не дотягивает до такого уровня, однако и полным дилетантом не является. Глядишь, хотя бы в некоторых вопросах сумеет помочь.

Особенно меня интересуют непонятности со Снегом.

Некоторые тайны этого окта давно уже спать не дают.

Оно, конечно, плохо шпиона при себе держать, но при должном контроле лишнее вынюхать ему не позволят, или даже получится скармливать ему информацию, что его хозяевам навредит, а нам пользу принесёт.

В любом случае если он хотя бы что-нибудь знает про октов, подобных Снегу, пусть даже ничтожную мелочь, это уже окупает многие риски.

Зохан, чуть подумав, с сожалением покачал головой:

— Господин Гедар, боюсь, именно с этим вопросом я вам вряд ли сумею помочь. Детали мне неизвестны, но я точно знаю, что специалисты, работающие с октами, на сторону ни при каких обстоятельствах не уходят. Они все наперечёт, под особым контролем. Их труд ценят высоко, но они, фактически, невольники, ведь вся их жизнь проходит за оградами конезаводов. Основная работа с октами производится именно там, на обычных конюшнях особые специалисты не требуются, там справляются рядовые конюхи. Вы, должно быть, уже поняли, что окты неприхотливее обычных коней, не нуждаются в частой замене подков и довольствуются почти любыми кормами. Так что с вашими лошадьми без настоящего специалиста по октам ничего плохого не приключится. Уж простите, но здесь я не просто помочь не могу, здесь вы в моей помощи и не нуждаетесь.

Эх, номер не удался...

— Хорошо, я вас понял, господин Зохан. В таком случае предлагаю вернуться к вопросу извинений позже. После войны. Увы, если речь идёт лишь о недолгом перемирии, считаю неправильным общаться с противников, даже если темы общения абсолютно безобидны. И если на этом всё, не стану вас более задерживать.

Поднявшись, Зохан кивнул:

— Господин Гедар, несмотря на ваши взгляды, что касаются нейтрального общения во время войны, буду рад вас поприветствовать в любое время.

— Увы, господин Зохан, мои взгляды такое общение не позволяют, но всё равно благодарю вас за предложение.

Проводив незваного гостя, я дождался, когда мои телохранители отведут его подальше и рявкнул:

— Почему я не вижу этого... как его... шута, который Герцог!

Сержант, что отвечал за мою ближнюю охрану этой ночью, поспешно доложил:

— Господин, так ведь Герцог у Брунгильды, как вы приказывали.

— Что за бред?! Я не приказывал тащить его к Брунгильде!

— Но господин, гонец сказал, что Герцога надо довести... как это... Ну... довести до такого состояния, чтобы он заговорил. А у нас при таких приказаниях, когда они от вас идут, сразу принято к Брунгильде отправлять. Она... Ну... После Брунгильды люди обычно не очень-то запираются.

— Да я просто хотел с ним поговорить! Я не приказывал его допрашивать!

— Простите, господин! Неправильно поняли! Виноваты!

Похоже, надо поработать над грамотностью гонцов. Это же надо так интерпретировать безобидный приказ.

Да уж, не повезло этому Герцогу. На ровном месте нарвался.

Но, с другой стороны, может оно и к лучшему?

С виду он тот ещё плут, но после общения с Брунгильдой ему вряд ли захочется изворачиваться и врать в ответ на мои вопросы.

Глава 9 Новый персонаж нашего цирка

Глава 9

Новый персонаж нашего цирка


— Вот господин, привела пакостника, — своим обычным зычным голосом заявила Брунгильда.

Если придираться к словам, никого она не приводила. Герцога моя помощница по особым вопросам принесла, причём держала его одной левой рукой без малейшего напряжения. Сложение у шута, конечно, далеко не богатырское, однако и пушинкой не назовёшь.

Ну или как раз назовёшь, если ты Брунгильда.

Поставив пострадавшего на пол, могучая женщина слегка шлёпнула его по затылку, отчего тот бухнулся на пятую точку и крепко зажмурился.

— Козявка, бегом поклонись господину и быстро делай всё, что он скажет, — с угрозой протянула Брунгильда и кивнула мне: — И на «вы» к нему обращайся, а не на «ты», он благородное лицо и тебе соизволение тыкать пока что не давал. Господин Гедар, если баловать вздумает, сразу меня зовите, я тут рядышком подожду.

Чуть выждав, Герцог осторожно приоткрыл один глаз и тихо-тихо осведомился:

— Эта милейшая трепетная лань действительно удалилась?

— Вроде да. А ты что, уже по ней соскучился?

Коротышка переменился в лице:

— Нет, господин десница, я скорее по смерти скучать стану, чем по этой самке жирного монстра. И, кстати, рад вас видеть. Вы всё же дожили до полуночи, и это слегка приятно.

Я чуть напряг память и процитировал почти дословно:

— «Ты увидишь троих там, где ожидал увидеть одного. И если ты увидишь небо в полночь, вспомни эти мои слова». Ну так вот, небо в полночь, как ты уже сам заметил, я увидел. И слова твои тоже вспомнил. А теперь начинай говорить.

Неспешно поднявшись, коротышка невозмутимо поправил пёстрое одеяние и нагло, без спроса присел на кресло, после чего почти требовательно заявил:

— Господин, я тут вижу, что люди ваши с вами на «ты». Оно, конечно, понятно, что шудры, но нельзя ли и мне так обращаться к вам? Дозволения спрашиваю, как и говорила эта страшная женщина. Оно ведь и проще говорить, и быстрее. Сплошное удобство получается.

Я покачал головой:

— Ты не шудра, и вообще разговор не об этом. Давай не тяни.

— Господин десница, вы мои слова повторили сейчас, но не все, там я дальше ещё кое-что сказал. Я сказал, что тебе следует подумать над тем, что герцог шутовского дела может быть полезен. Тебе полезен. Теперь вспомнил, или повторить?

— А ведь тыкать не разрешалось... Какой дерзкий карлик... — задумчиво протянул я.

— Не то, чтобы дерзкий, просто заслуженно себя уважаю и сразу показываю, что готов быть твоим ближайшим приближённым, потому и говорю так, — поправил Герцог.

— Как-то неправильно у нас разговор начинается... И затянуто, и невежливо... Пожалуй, ты слишком мало общался с Брунгильдой. Отдам ей тебя до утра, а там продолжим.

— Эй! Стоп! — заволновался коротышка. — Господин десница, давай без Брунгильды как-нибудь. Если я что-то не так говорю, делай скидку на то, что я личность творческая, а потому часто увлекающаяся. Зла тебе не желаю, грубить не хочу, просто такой вот у меня дурной язык.

— Язык, если что, Брунгильда тоже поправить может, — подсказал я.

— Не-не-не! Я против таких поправок. И против Брунгильды тоже. Давай как-нибудь по-другому разговор снова начнём, чтобы не было вот этого всего.

— А давай ничего не начинать. Ты сейчас просто мне расскажешь, откуда узнал про то, что вместо одного там будут трое. Быстро и чётко расскажешь. И заодно объяснишь, почему нормально не предупредил, без тумана. И очень тщательно относись к каждому своему слову, ведь от них зависит уже то, увидишь ли ты следующую полночь.

— Ох, господин десница, даже не знаю, с чего начинать. Хочется мне компота из лесных ягод и варенья самого сладкого или мёда. А лучше и то и другое. Давай с этого и начнём.

— Ладно, как скажешь, — покладисто заявил я и, дождавшись радостного отклика в глазах в край обнаглевшего коротышки, рявкнул: — Брунгильда!

Та в тот же миг материализовалась на пороге:

— Звали, господин?!

— Никто никого не звал! — взвизгнул Герцог и торопливо добавил: — Господин десница, искренне умоляю меня простить, если чем-то задел. Был категорически неправ и готов встать на путь исправления.

— Брунгильда, ты пока свободна, но далеко не уходи, — сказал я.

— Господин, вы только свистните, и я сразу у вас буду, — заявила женщина, разворачиваясь.

— Итак: откуда узнал про троих вместо одного. Отвечай побыстрее.

— Господин десница, я бы и рад ответить быстро, но вы после такого ответа тут же вызовите это кошмарное создание, что превратит мою жизнь в страдание. Потому что быстро никак ответить невозможно, надо знать некоторую часть предыстории. Без неё ты не просто не примешь мой ответ, вы не поймёте, какое сокровище, в моём лице, свалилось тебе в руки.

Вид Брунгильды сильно взволновал собеседника, раз в «ты» и «вы» путаться начал, однако от многословия почему-то не избавил.

— А ты всё же попробуй покороче и побыстрее. Я настаиваю.

— Эх... — коротышка пригорюнился. — Понимаешь, господин десница, я от природы поразительно умён и моё происхождение овеяно разнообразными тайнами, из-за чего я переполнен скрытыми и неочевидными талантами. Иногда, напрягая свой великий интеллект, я могу видеть то, что ещё не случилось. Нет, я не провидец, я лучше провидца. Просто смирись с этим фактом, прими его, и давай обговорим условия, на которых мои таланты станут тебе служить. Нет-нет! Не надо звать ту женоподобную вулканическую гору! — заволновался наглый собеседник, в самом деле разглядев в моих глазах безрадостную картину своего ближайшего будущего.

— Ладно, последний шанс тебе, самоубийца. Назови хотя бы одну причину, что заставит меня отказаться от мысли вызвать Брунгильду. Для этого у тебя десять слов, и ни словом больше.

— Уложусь в семь, — уверенно заявил Герцог. — Я знаю, как тебе помочь с октами.

— Гм... А с чего ты взял, что мне нужна твоя помощь?

— Господин десница, у меня не только поразительный ум, у меня к нему ещё и потрясающе чуткие уши имеются. И хотя шатёр артефактный, я кое-что уловил из твоей беседы с южанином, пока ждал приёма, сидя с этой ужасающей особой. Ну так что, семи слов хватило, не так ли? Мне теперь про октов рассказывать, или про то, как из одного три получилось?

— Про то, как такая математика получилась, я и сам прекрасно знаю, причём получше тебя. Рассказывай, как ты до этого дошёл.

— Ну так вот, как я уже говорил, у меня имеется склонность к своего рода великим озарениям, что вызвана моим удивительным происхождением. Я родился в год великого извержения...

— Везувия, полагаю... — буркнул я.

— Нет, не Везувия, — опроверг Герцог. — Я вообще про такой вулкан впервые слышу. Интересно, где он?

— В Италии...

— А Италия где?

— А не много ли вопросов ты задаёшь, шут?

— Да, и впрямь лишняя любознательность. Ну так вот, при рождении я получил...

— Силу от того великого извержения... — продолжил я.

— Откуда ты это знаешь, десница?! — подпрыгнул на кресле коротышка.

— Ты, знаешь ли, не оригинален, да и к тому же у меня тоже бывают своего рода озарения. Всякое случается, после некоторых из них приходится вызывать Брунгильду. Вот как сейчас, например.

— Не-не-не, не вижу необходимости её звать. Господин десница, я очень даже искренне пытаюсь отвечать, без утайки, но говорю же: вопрос слишком сложен и накладывается на мою склонность к излишнему словоупотреблению.

— Словоблудию, — поправил я собеседника. — И да, я, пожалуй, слегка упрощу твою задачу. Давай оставим в стороне мифическую вулканическую активность в год твоего рождения и признаем очевидное: у тебя есть какие-то навыки или даже родовые способности, что позволяют пропускать через сознание большие массивы информации, и после их анализа выдавать более-менее успешные прогнозы на некоторые ближайшие события. Такие умения не так уж редки, как ты, должно быть, думаешь, и они действительно работают, в отличие от даров всяких шарлатанов, выдающих себя за провидцев при помощи дешёвых фокусов и простейшей психологии. Поэтому дальше разговор пойдёт о том, как именно работают твои навыки, что конкретно они тебе подсказали перед сегодняшней дуэлью, и каким образом к тебе стекается та информация, что позволяет делать успешные прогнозы. Если снова начнёшь словесную кашу разводить, советую прямо сейчас заглянуть своим навыком всего-то на пять минут вперёд, и ты сразу поймёшь, что лучше бы тебе выражаться коротко и строго по делу.

Не скажу, что дальше наш диалог пошёл как по маслу. Этот несносный коротышка даже под гнётом угрозы привлечения Брунгильды рвался поведать что угодно, лишь бы не то, что мне требовалось. Не по причине того, что пытался скрыть истину, а потому что он из тех людей, которые на просьбу подсказать который час начинают рассказывать о взаимосвязи времени и пространства в рамках разных научных моделей строения Вселенной.

Но я был настойчив и временами даже терпелив, так что факт за фактом вытянул кое-какие сведения, от которых начал отталкиваться. И дальше сумел получить пусть и не полную, но в целом понятную картину.

Своего настоящего, первого имени, Герцог не знал, потому что не помнил. Как не помнил и своих родителей. По некоторым деталям внешности можно понять, что среди них были или полукровки, или даже нелюди чистокровные, но учитывая разнообразие человеческих и близких к ним рас и разнообразие метисов, нельзя уверенно сказать, кто именно виноват в появлении его на свет.

Раннее детство Герцога покрыто непроницаемым мраком, как и у многих его сверстников в той крохотной южной стране, где он провёл первые годы жизни. По местному населению в тот период прошлась эпидемия, что косила взрослых наповал, а вот дети умирали редко, так что сирот в ту пору появилось превеликое множество. Несмотря на некоторые особенности внешности, к «чистокровным нелюдям» уличного ребёнка не причислили, и потому он получил шанс на жизнь.

Повезло, да не во всём. Это не либеральный север, там нетерпимость к «не таким» выражена куда сильнее, так что хоть шанс он и получил, но предосудительное происхождение ему аукнулось не раз.

Помотало Герцога крепко, в том числе в обществе бродячих комедиантов и циркачей, где он и заработал тягу к самой примитивной артистичности. Жизнь его, конечно же, не была сахарной, нищенствовал, приходилось вертеться по-всякому, используя любые возможности банально для того, чтобы не умереть голодной смертью. И со временем он ещё ребёнком начал осознавать, что у него есть нечто, чего нет у окружающих.

Как я и предполагал, это что-то вроде родового таланта, перешедшего к нему с кровью неизвестной даже ему расы нелюдей. Если верить Герцогу, он через ПОРЯДОК не смог выяснить его природу. То ли не умеет работать с функционалом, то ли это нечто, что вообще не относится к доступным для наблюдения параметрам.

Механизм действия умения приблизительно таков: Герцог неосознанно, будто губка безмозглая, всегда и везде любыми способами пытается впитать в себя всю доступную информацию. Иногда, по мере её накопления, случаются некие озарения, когда удаётся получить прогноз. Он редко бывает подробный, куда чаще фрагментарный и почти бесполезный, переполненный неясностями в духе предсказаний самых успешных провидцев, что генерируют океаны всякой мути, иногда в той или иной мере предугадывая некоторые события просто за счёт массовости.

Бьют и бьют по площадям.

Куда-то рано или поздно попадут.

Помимо прочего, навык постоянно требовал и требовал новую информацию, устраивая что-то вроде физиологического голода, если долго не получал «пищу». Вероятно, именно по этой причине Герцог отличался высокой коммуникабельностью. Так, например, здесь он за смехотворный срок обзавёлся множеством знакомств в специфической среде: среди лагерных торговцев и жуликов, проституток и курильщиков итиса, обозных бездельников и самых низовых клановых слуг. Этот список далеко не полный, но в целом среда, где он черпал большую часть сведений, понятна.

И вы ошибаетесь, если полагаете, что в таком болоте ничем полезным разжиться нельзя.

Лагерная девица нестрогого поведения выхватила из диалога клиентов пару непонятных для неё слов, но ей почему-то захотелось ими поделиться; конюх заметил, как несколько ассиопцев и северян тихими голосами что-то обсуждали, стараясь при этом спрятаться от чужих глаз; слуга какого-то южанина умолял продавца итиса выделить ему немного дряни в долг, до завтра, заявляя, что его господин вот-вот провернёт весьма выгодное дело, а он после финансовых успехов имеет обыкновение щедро вознаграждать челядь.

Таким вот образом капля за каплей всевозможные сведения стекались в голову Герцога, и этим утром количество вдруг перешло в качество. Он вздремнул минут на десять, и ему приснился сон, в котором я вышел сражаться с одиночным монстром, но тот оказался беременным и в начале боя родил ещё двоих противников.

Проснувшись, коротышка, будучи, как он полагал, человеком опытным, обдумал увиденное, кое-как очистил от условностей сновидений и, когда подвернулась возможность, скормил мне несколько мутных фраз, в надежде заинтересовать своими услугами.

Оказалось, что опытность его, как предсказателя, невелика, потому что он не продумал, как именно на подобные прогнозы реагируют те, за кем есть сила. Голова его, несмотря на хитрый аналитический навык, тоже почему-то не сработала в этом направлении. В итоге Герцог неожиданно для себя познакомился с Брунгильдой, и та ему убедительно объяснила, что не нужно нагонять пустую мистику, если имеешь дело с господином Гедаром Хавиром.

— Чем больше я вижу, чем больше мне рассказывают, тем чаще у меня в голове это срабатывает. Хлоп! И вуаля! Я что-то вижу. Обычно хрень всякую, вообще ничего из неё нельзя понять, но иногда и полезное выпадает.

— Ты в Первохраме бывал? — спросил я.

— Да кто меня туда пустит? — удивился Герцог.

— Если как следует попросить, пустят. Понимаешь, навыки, подобные твоим, часто раскрываются в полную силу лишь при правильном посещении Первохрама. И да, я могу это устроить, и также могу сделать так, что этот загадочный навык станет работать лучше. Не только Первохрамы это могут, есть и другие методы. Но учти, на многое в твоём случае рассчитывать нельзя, потому что как не развивай, гарантии точных прогнозов не будет. Носители похожих навыков больше ценятся как хранители информации, из-за способности качественно аккумулировать огромные массивы сведений. Лишь в редких случаях они умеют находить в них неочевидные связи, не ошибаясь при этом раз за разом. Вероятно, параметры дара у всех разные, а развивать его напрямую нельзя, ПОРЯДОК функционал не отображает. Так что только практикой и усилениями задействованных в навыке атрибутов. Скажи честно: ты хоть слово понял из того, что я сейчас сказал?

bannerbanner