Нувола

***

– Недотрога, – пробурчала Банши, оттряхивая шляпку от пепла.

Гитерн, ларец и ведьма, которую она намеревалась придушить, как только её шея станет менее пушистой – это всё, что ей удалось спасти, прежде чем лавка «Весёлые специи» сменила название на «Весёлые благовония».

Потеряв сознание сразу после атаки на мешок с лавровым листом и сундук с гвоздикой, Нувола пришла в чувство, лишь очутившись на улице. Ей потребовалось время, чтобы сообразить, что тепло, окрашивающее её запятнанную сажей шерсть в цвета заката, исходило не от камина в её лесном домике.

– Банши, я не хотела… – проронила Нувола, оторопело наблюдая за неуклюжими попытками горожан потушить пламя, охватившее не только лавку, но и соседние дома.

– Я скормила тебе ту отраву. Во всём этом есть и моя вина,– угрюмо признала Банши, и произнесла себе под нос: – Мне придётся многое объяснить хозяину лавки, когда он вернётся из экспедиции.

– Так эта лавка не твоя? – посмотрела ведьма сквозь Банши.

– Я подрабатываю здесь с тех пор, как «Хромого соловья» не стало, – неохотно призналась мандрагора. – Вернее, подрабатывала.

– Оу… – вернулась к созерцанию пожара Нувола.

Банши казалось, что несмотря на крики, взрывы, вой собак и звон колоколов, на улице стояла тишина. Возможно, потому, что от взрывов у неё заложило уши. Или потому, что Олдпит, как и любой большой город, следил за этой трагедией также бесстрастно, как за любой другой, лишь для того, чтобы на следующий день подмести её последствия суетой. Через месяц, а то и меньше, люди едва ли вспомнят об этом пожаре… Если не считать тех, кто от него пострадал. Банши передёрнуло от мысли о серьёзном разговоре, который ждал её по возвращении хозяина лавки. Если только она не пустится в бега. Снова…

– Кошмар приснился? – бросила мандрагора вопрос бездну безысходности.

Она прислушалась, надеясь, что различит, как он ударится о дно, но услышала лишь эхо Нуволы, чей взор был по-прежнему прикован к ненасытной, беспощадной пасти пламени:

– День рождения.

Глава 5. Эндурскин

– Линька раз в три месяца – меньшая из твоих проблем, да? – спросила Банши, заинтригованно наблюдая за отрядом из трёх фей, кружащих над пожаром.

– Центелла открыла сезон охоты на кроликов, – пробубнила Нувола. – Она даже пообещала вознаграждение тому, кто сможет меня поймать.

– Сколько? – с жаром спросила Банши, безропотно встретив напор укоризненного взгляда Нуволы. – Я просто обязана знать, за кого из нас награда назначена больше!

Феи камнем устремились к земле. Мандрагора беспокойно прижала к себе шляпку.

– Может, у госпожи Даст добрые намерения? – выдавила каплю оптимизма Банши. – Ты же знаешь Центеллу: подуется, позлится, а потом Ликви заварит ей ромашковый чай, и все будут счастливы.

– Не в этот раз, – опустила голову Нувола. – Если Центелла меня поймает, счастлив будет только её таксидермист.

– Тогда, чего ты ждёшь? – спросила Банши, озираясь на фей, окруживших их на предположительно безопасном расстоянии, которое теперь неумолимо сокращалось.

Не ответив, Нувола безвольно обмякла на покрытой пеплом мостовой.

–

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

0

В силу тяжёлых жизненных обстоятельств, покрытых туманом дальнейшего повествования, крольчиха никогда не брезговала крепким словцом. Но из-за проклятия одной вредной феи, ни одному из них не суждено было достичь чьих-либо ушей: прежде, чем крольчиха успевала их произнести, они превращались в милые черные звёздочки из пепла. Что, однако, придавало сказанному ещё более неприличный вид.

1

Кресло Нуволы было на порядок мягче ям, в которых Вилли частенько приходилось коротать холодные гримснестовские ночки.

0

Мигренью его тётушка Сьюзи ошибочно называла аллергию на полынь. Ей очень нравилось это слово.