Игра на выбывание

Лифт, на котором только что приехал Ваня, тут же распахнул двери, и Алиса быстро прыгнула внутрь.

– Алиса, это в высшей степени легкомысленно, – в последний момент успев вскочить за ней в качнувшуюся кабинку, укорил её Ваня. – Куда ты собралась?

– Слушай…это же наша будущая начальница. Зачем с ней портить отношения? Хватит того, что Шемелин нас обоих тихо ненавидит.

– А со мной портить отношения ты не боишься?

– Что за глупости, – всплеснула Алиса руками, приглаживая и без того идеально выпрямленные волосы, блестящие от толстого слоя лака самой крепкой фиксации. – Ты сделал мне замечательный подарок, я же сказала. И я очень благодарна. Мне вылазка за город сейчас как раз нужна… Мы всего лишь подождём до утра. Ведь за одну ночь ничего не случится?

Ваня ненадолго притих, пока лифт не остановился на первом этаже. Алиса, увидев, как он уже открывает рот, чтобы снова что-нибудь сказать, ринулась стремглав к выходу из подъезда, будто боялась передумать и поддаться на его уговоры. Каблуки бодро застучали по облицованному каменной плиткой полу.

– Ну куда ты так несёшься? – бросил он ей в спину, поймав распахнутую Алисой тяжёлую дверь и выскакивая за ней на улицу.

Там, расхаживая из стороны в сторону по асфальтированной дорожке, уже поджидала Кара, не выпускавшая из рук сотовый.

– Ну сколько можно возиться?! – разгневанно уткнула та руки в бока. Глянув Алисе за спину, Кара тут же настороженно добавила: – Ты не предупреждала, что вы будете вдвоём. Я могу провести только кого-то одного.

– Я знаю. Я одна, как договаривались, – кивнула Алиса с виноватой улыбкой и развернулась к Ване лицом, сдвинув брови в умоляющей гримасе. – Ва-ань… Утром. Я буду, как штык. А в отель прямо сейчас позвоню. Они не отменят бронь. Точно тебе говорю! Там так только новых клиентов пугают, а с Ковалем ругаться не станут. Ну, то есть, с его дочкой…

Он мрачно уставился ей в глаза, опустив руку с букетом, который так и не оставил в квартире. Розы, поникнув, удручённо ткнулись бутонами прямо в асфальт.

– Ты можешь мне хотя бы сказать, куда собралась? – проговорил он побелевшими губами.

Она обернулась к Каре с немым вопросом в глазах.

– В “Рай”, – невозмутимо пояснила та, удостоившись Ваниного непонимающего взгляда, и закатила глаза. – Клуб так называется.

– Клуб? – брезгливо переспросил Ваня и выпучил глаза так, словно только что Алиса на полном серьёзе заявила, что собирается слетать куда-нибудь не ближе Африки. – Не помнишь, чем это закончилось в прошлый раз?

Алиса досадливо вздохнула.

– А чем всё закончилось в прошлый раз? – живо заинтересовалась Кара.

– Ничем, – отрезала Алиса, обхватив себя за плечи руками. – Папа настойчиво рекомендовал больше не посещать такие заведения.

– Я не понимаю тебя, Алиса, – с видом вселенского разочарования подытожил Ваня, утомлённо потерев ладонью лоб. – Какой ещё клуб? Что ты придумала?

– Алиса, мы уже опаздываем, – поторопила её Кара позади.

Алиса, подавив желание вцепиться от напряжения пальцами в волосы и испортить причёску, запрокинула голову к небу, не в силах выбрать верное в сложившейся ситуации решение.

– Алис, я не поняла… – протянула Кара вкрадчиво. – Мы ведь договорились… Время уже поджимает. Ты не поедешь?

Молча воззрившись на неё, Алиса беспомощно захлопала ресницами. На запястье сомкнулись Ванины прохладные пальцы.

– Игорь Евгеньевич с Ларисой Витальевной будут не в восторге, если узнают… – с искренней опаской в голосе предостерёг он, склонившись к ней.

Это был его последний козырь – приплести сюда Алисиных родителей. Но упоминание приёмного отца и мачехи вызвало у Алисы только раздражение.

– Не узнают, – процедила она, освободив руку. – Вот поэтому я тебе ничего и не сказала. Другого я от тебя и не ждала.

– Вот как? – вдохнул он прохладного вечерний воздух, приняв её слова за личное оскорбление.

– Слушай, я не хочу ругаться… – быстро прервала его Алиса, чувствуя неминуемое приближение скандала.

– Так-с, – властно вмешалась в их диалог Кара. – Мне всё понятно. Не хочу, чтобы вы, голубки, из-за меня ссорились, поэтому… – она оглянулась с сожалением на свою машину, – ни в какой клуб мы не поедем.

Ваня с облегчённым выдохом слабо улыбнулся в ответ на её слова. Алиса же его радости отнюдь не разделяла: она, распахнув от удивления рот, снова повернулась к Каре.

Ей, конечно, до ужаса не хотелось огорчать Ваню своим отказом ехать с ним, но, уже приняв наверху это нелёгкое решение, она по крайней мере рассчитывала на Карину поддержку. И совсем не ждала, что та сдастся первой.

– Спасибо, Карина Валерьевна, – не преминул поблагодарить Ваня вставшую на его сторону начальницу. – Вы не обижайтесь. Просто у нас бронь, понимаете, пропадёт… А вы с Алисой куда-нибудь обязательно сходите на следующей неделе, правильно? – он подмигнул замершей на месте Алисе. – Только я бы очень советовал выбрать место более приличное.

– Ну, если бронь… – понятливо кивнула Кара и тяжело вздохнула. – А ваша бронь не подождёт часок-другой?

Ваня смолк с озадаченным видом.

– Раз уж мы такие красивые… – коварно улыбнулась Кара, обведя Алису жестом ладони. – Хоть поужинаем где-нибудь. Я знаю поблизости неплохой ресторанчик.

– Пожалуй… – неопределённо протянул Ваня, покосившись на Алису с сомнением, а затем мельком посмотрел на часы на запястье. – Может, и не будет лишним поесть перед дорогой.

– Вот и славно, – подытожила Кара.

– Поехали, Алис, – позвал Ваня, шагнув Ваня к своему серебристому “Рено”, в темноте ставшему цвета мокрого асфальта.

– Стой-стой-стой, – преградила ему Кара путь, ткнув большим пальцем на Ванину машину у себя за спиной. – Что, на этом?

Ваня перевёл недоумённый взгляд с Кары на растерянную Алису.

– Ну… да, – усомнился он в своих действиях.

– Ты меня прости, – вскинула Кара ладони перед собой. – Уж не знаю, в какую такую дыру вы собрались на этой телеге, но я зову вас в приличный ресторан. Там пол Москвы ужинает. Алиса Коваль не может там появиться на… этом. Не пойми превратно, но никто не поймёт, зачем дочке Коваля ходить по ресторанам с таксистом. Люди решат, что Игорь Евгеньич близок к разорению. Ты ведь… – она спрятала в тихом кашле усмешку, – так боишься его расстроить?

– Тогда на твоей? – коротко выдохнув с лёгкой обидой на Карин комментарий (мало к чему в жизни Ваня относился так трепетно, как к своей машине), он сделал шаг в другую сторону.

Но Кара двинулась синхронно с ним, по-прежнему не давая Ване проходу.

– Но без веника, – приторно улыбнулась она. – У меня аллергия, понимаешь ли. Тачку потом неделю проветривать.

Она демонстративно чихнула, зажав нос, а Ваня нерешительно посмотрел на шапку алых бутонов в прозрачной шуршащей обёртке.

– А отнеси-ка их обратно наверх, – нашла выхода из положения Кара, быстро переглянувшись с Алисой.

– Пусть у меня в машине полежат, – воспротивился Ваня.

Алиса, представив себе со всей неотвратимостью маячившую перспективу ехать в пропахшем розами салоне Рено, где плохо работал кондиционер, быстро порылась в сумочке и достала связку ключей:

– Правда, Вань, оставь в квартире, – умоляюще склонила она голову вбок. – Там ваза на столе, налей воду и поставь, а то завянут. Заодно и дверь запрёшь. Ты в самом деле прав: мало ли что…

Ваня, поняв, что всё-таки добился желаемого и теперь может пойти на небольшую уступку, спустя пару коротких секунд кивнул. Ключи звякнули, утонув в его кулаке, а спустя пару мгновений тяжёлая подъездная дверь медленно закрылась: он тенью нырнул в подъезд.

Тут же Алиса ощутила, как Кара, вцепившись ей в локоть, настойчиво потянула её к своей машине.

– Давай-давай, не спи, – поторопила она, распахнув дверцу соседнего с водительским сиденьем места и почти запихала ничего не понимающую Алису в салон.

Спустя секунду она и сама уселась за руль, повернув ключ зажигания.

– А… – Алиса удивлённо покосилась на окна собственной квартиры, в которых так и остался гореть свет. – Мы не будем ждать Ваню?

– Господи, ну, конечно, не будем, – с нажимом отчеканила Кара, глядя на дорогу при лихом развороте. – Я думала, ты всё поняла, поэтому и отправила его наверх. Выиграла время.

– Что я поняла? – всё ещё не постигнув смысла её туманных намёков, спросила Алиса. – Куда ты едешь?

– Туда, куда мы и собирались, – небрежно бросила Кара и вдавила педаль газа, от чего машина с визгом колёс рванула вперёд. – Не знаю, куда намылился твой принц, а я свои планы из-за него рушить не намерена.

Алиса поражённо откинулась на спинку кресла, укладывая происходящее в голове. Так Кара всего лишь притворилась, что поддалась Ваниному напору?

С изумлением она поняла, что была даже отчасти рада такому разрешению щекотливой ситуации. И ещё больше ей нравился тот факт, что лично она сама ничего, в общем-то, предосудительного не сделала: это Кара, воспользовавшись Ваниным доверием, обвела вокруг пальца и его, и Алису заодно. В конце концов, куда она могла сейчас деться из нёсшейся на всех парах Кариной машины, юрко обгоняющей остальные авто на дороге?

Но глупо было надеяться, что и Ваня с той же смиренностью примет произошедшее как данность, едва обнаружит, что во дворе Алисиного дома его никто не ждёт. Трель мобильного телефона донеслась из сумочки уже спустя несколько секунд.

Алиса даже не стала смотреть на имя звонившего, с немым укором отобразившееся на экране: и без того было ясно, что связаться с ней пытался Ваня.

– Чёрт… – поморщившись, тихо выругалась она, не решаясь ответить.

– Ну-ка дай сюда… – бесцеремонно выхватила Кара телефон из её рук и, приняв вызов, громко гаркнула в динамик: – Она тебе не жена!

И, не дожидаясь ответа на том конце, прервала звонок, но затихший мобильник Алисе, потянувшейся за устройством, предусмотрительно возвращать не стала.

– Честно говоря, я думала, что нам с тобой придётся уходить от погони. Хотя оторваться от его тарантайки, прямо скажем, было бы совсем не сложно, – с бесшабашным задором ухмыльнулась Кара, игнорируя снова завибрировавший телефон. – Он у тебя всегда такой?

– Какой? – хмуро глядя на сотовый в кармашке дверцы авто по Карину левую руку, спросила Алиса.

– Тиран, – пояснила Кара. – Деспот. И вообще, навязчивый.

– Это не так, – слабо возмутилась Алиса.

– Так, так, – нисколько не сомневаясь в собственной правоте, кивнула Кара, притормозив на светофоре и окинув Алису долгим пристальным взглядом.

– Он просто хотел сделать мне сюрприз и свозить загород в романтическую поездку, – выдохнула Алиса, с неприязнью представив, как завтра ей придётся объясняться с Ваней.

– Да уж, эта сцена была очень романтичной, – фыркнула Кара. – Куда ты собралась, неприличное место, что скажет твой папочка… Это так в книжках о любви пишут о романтике? Да уж, не зря я их не читаю.

– Я сама виновата, что не рассказала ему о своих планах, – ответила Алиса.

– Значит, на это была причина?

Алиса нахмурилась.

– Он… не любитель таких мест. И мероприятий, – уклончиво объяснила она.

– А ты?

– Не знаю, – неуверенно качнула она головой. – Не было возможностей это понять.

– Да уж, – протянула Кара задумчиво. – Тебе не позавидуешь.

– Он хороший. Правда. Просто всегда пытается меня защитить, – неловко улыбнулась Алиса, зачем-то попытавшись оправдаться. – С самого знакомства…

– От кого это он тебя защищал в вашем инкубаторе для золотой молодёжи? – иронично хмыкнула Кара.

– Мы не там познакомились, – сухо поправила её Алиса, расфокусированным взглядом уставившись в окно.

– А где? – в Карином голосе скользнул неподдельный интерес.

– В… – начала Алиса и тут же осеклась, покосившись на Кару с сомнением в глазах. – В детском доме.

Кара помолчала. Знай Алиса начальницу первый день, то непременно решила бы, что та побоялась касаться непростой темы.

– Ничего себе совпадение, – спустя полминуты подытожила она. – Так вы земляки, получается?

Алиса неопределённо помычала себе под нос.

– Вроде того, – осторожно подтвердила она.

– Из одного города?

– Вообще-то не совсем, – отрицательно помотала она головой. – Из одной области.

– Бывает же, – с любопытством протянула Кара. – И от чего же это он тебя защищал?

– Вступился перед… другими детьми. Я была совсем новенькой, и они решили испытать меня на прочность. А он меня впервые в жизни увидел, когда… – она напряжённо сглотнула подкатывающий к горлу ком, услышав, как дрогнул голос. – Неважно. Он давно там жил, пользовался уважением. Взял меня под свою защиту. Объяснил, что к чему. А когда меня забрал Коваль, я думала, что больше никогда его не увижу. В первый день в универе я его даже не узнала. Лицо показалось знакомым, но я решила – чудится. А он сразу меня узнал.

– Прямо так сразу? Спустя столько лет?

– Угу, – кивнула Алиса. – У него хорошая память на лица. В отличие от меня.

– У тебя вообще с памятью беда, дорогуша, – съёрничала Кара, припомнив недавний инцидент, из-за которого Ваня чуть не подвергся позорному увольнению. – А я-то думала, в ваш институт благородных отпрысков без денег и блата вообще не пробьёшься.

– Так и есть. Но он очень способный, – пожала Алиса плечом. – Потом рассказал, что ещё в детдоме смог поступить в хорошую школу с математическим уклоном. Затем получил грант от благотворительного фонда, как один из лучших выпускников. И поступил к нам. А я… – она горько улыбнулась. – Ну, а меня, конечно, пропихнул Коваль.

– Да уж, история, – протянула Кара, выдержав паузу.

– Не стоило так делать… – вдруг болезненно скривилась Алиса, потянувшись через Карино сиденье за успокоившимся телефоном.

– Нет-нет-нет, – шлёпнула её Кара по рукам, отпихнув Алису локтем обратно и выкрутив тюнер на радиоле. Музыка, тихо лившаяся из динамиков, заиграла на полную громкость, и Кара больше проорала, чем пропела в унисон популярной песне, красноречиво покосившись на Алису: – I hope my boyfriend don`t mind it!Рус.: "Надеюсь, мой парень не будет возражать!"*

Алиса мягко усмехнулась себе под нос: изниоткуда нахлынувшую печаль Каре, с её лёгкостью и привычкой ни о чём не заморачиваться, удалось прогнать за считанные секунды, однако слабый осадок вяжущей горечи всё-таки остался у Алисы где-то на дне сердца.

– Если он такой хороший, то обязательно тебя поймёт, – перекрикивая музыку, заявила Кара со знанием дела. – Я ведь права: ты ему не жена. Имеешь право делать всё, что тебе заблагорассудится. И даже не смей со мной спорить.

– Дай я ему напишу хотя бы, – всё-таки изловчилась Алиса и выхватила сотовый, удостоившись недовольного взгляда Кары. – Звонить не буду! Просто скажу, что с утра мы поедем загород, чтобы он не волновался. Правда, Кар, он же даже с моей мачехой связался, чтобы это устроить…

– С мачехой, говоришь… – задумчиво повторила Кара, под укоризненное Алисино хмыканье тронувшись с места, когда светофор загорелся жёлтым. – Да уж, Ларису Витальевну дёргать по таким пустякам будет только самый отчаянный смертник. Но ты до утра сначала доживи, – авторитетно заявила она, опять вдавив педаль газа в пол, от чего Алису вжало в подголовник сиденья.

– Такими темпами и правда не доживу, – предусмотрительно щёлкнув замком ремня безопасности, фыркнула она, попадая мимо клавиш в попытках набрать сообщение на экране мобильника. Телефон был тем самым, что подарил ей недавно Шемелин: новый, дорогой и навороченный. Клавиатуры, к которой Алиса привыкла, на устройстве не было – приходиось тыкать пальцами прямо в сенсорный экран, чтобы ввести текст.

– Не волнуйся. Мы с тобой, дорогуша, сегодня обязательно попадём в “Рай”, – не сбавляя скорости, двусмысленно пошутила Кара и крепко сжала руки на руле.

Глава 6

в которой что-то не так

– Слушай, – зажав подмышкой пушистый розовый клатч с серебристой застёжкой, Кара скептично оглядела Алису, когда они приблизились к длинному хвосту очереди, растянувшейся на несколько десятков метров вдоль узкого тротуара. – Из какого сундука ты достала этот прикид, дорогуша?

Алиса расправила рюши на подоле, по краю окаймлённые чёрной лентой, и попыталась скрыть выражение смущения на лице, поняв, к чему Кара клонит.

– А что? – неуверенно переспросила она брезгливо поджавшую губы спутницу.

– Ну… – та возвела к небу глаза, словно бы пытаясь подобрать слова поделикатней, но быстро это дело оставила: – В офис ты всегда вроде нормально одеваешься, так что заподозрить тебя в отсутствии вкуса нельзя… Но это вот безобразие, моя дорогая, – она обвела пальцем фигуру Алисы, – просто не терпит никаких оправданий. Хорошо, что меня здесь знают, иначе фейс-контроль в жизни бы тебя сюда не пустил. Давай, шевелись…

Под сдавленное Алисино хихиканье Кара потащила её за локоть в обход очереди: пришлось гуськом протискиваться сквозь толпу желающих взять штурмом пользующееся популярностью заведение, едва ли не вжимаясь в каменную стену здания, чтобы не идти по проезжей части. Но как только они оказались под ярко мерцающей вывеской “Рай” на козырьке входа, путь им преградил натянутый бархатный канат на металлических стойках, за которым с хмурым видом замер широкоплечий громила. Он поигрывал с крошечной рацией в пудовом кулаке.

Кара, шедшая впереди, удостверилась, что Алиса не отстала, и, поправив глубокое декольте на собственном ярко-синем платье-футляре, что-то шепнула громиле на ухо. Хлопнув по плечу Алису, она добавила: “это со мной”; а тот, обменявшись настороженными взглядами с двумя мужчинами крепкой комплекции у себя за спиной, всё-таки отцепил канат и пропустил их вдвоём внутрь под недовольное улюлюканье толпы.

Проходя мимо, боковым зрением Алиса отметила, как охранник тихо передаёт что-то по рации, не спуская глаз с нырнувшей внутрь заведения Кары.

– Кажется, ты показалась им подозрительной, – сказал Алиса, поравнявшись с ней.

Кара обернулась на закрывшуюся за ними дверь и небрежно взмахнула рукой.

– Так что это за преступление против моды? – вернула разговор к прежней теме она, проигнорировав Алисин комментарий.

– Это платье мачехи, – ответила Алиса, пока они шли по тёмному коридору с наглухо чёрными стенами, в конце которого мерцали вспышки неонового света. – То есть, не совсем её, а она его… Сшила. У неё свой бренд вечерних платьев.

Кара усмехнулась.

– Да, кажется, слышала об этом… И как идут дела? – не скрывая издевательского тона, с живым любопытством поинтересовалась она. – Когда ждать её шедевры на обложке итальянского “Вог”?

– Не знаю, – хмыкнула Алиса. – Но если я куда-то иду, приходится надевать её творения. Вроде как для рекламы.

– Для рекламы нормальных брендов, я так понимаю? – беззлобно поддела Кара. – Потому что на фоне этого даже простыня будет смотреться вполне неплохо.

Алиса с лёгкой обидой поджала губы: хоть платья, придуманные мачехой, никогда не нравились и ей самой, а всё-таки Карины остроты заставляли чувствовать себя не в своей тарелке.

– Ладно-ладно, – примирительно добавила Кара. – Погоди-ка… Ты же им не рассказала, куда сегодня собралась. Зачем тогда надевать эту красоту?

– Ну, если мачеха каким-то образом и узнает, что я здесь была, то куда больше обидится, когда выяснит, что я надела не её платье, – пояснила Алиса. – Вот тогда точно будет грандиозный скандал. А она выяснит, тут я в ней не сомневаюсь.

– Да уж… Теперь понятно, почему ты никуда носа не высовывала все студенческие годы – я бы тоже лучше дома сидела, чем выгуливала такие наряды, – звонко рассмеялась Кара. – Выходит, повезло тебе, что она не шьёт офисные костюмы?

– Тогда я бы с радостью одевалась по всем канонам обожаемого шемелинского дресс-кода, – закатила глаза Алиса с презрительным фырканьем.

Ступени лестницы, по которым, минув коридор, пришлось подниматься к распахнутым золотистым воротам, светились бледно-синим неоном; наконец, они ступили в просторный зал, заполненный шевелящейся толпой. Полумрак здесь рассекали ослепительные лучи лазеров – от их яркости резало в глазах, и Алисе поначалу пришлось даже зажмуриться.

По полу плотными клубами стелилась белая дымка, подсвеченная голубоватым сиянием. Алиса на секунду испугалась, потеряв из виду собственные ступни, и подняла голову: с потолка свисали искусственные цветы в пышной зелени и гроздья винограда, тоже искуственного. Кое-где стояли раскидистые пальмы высотой в два человеческих роста и по меньшей мере той же шириной листьев, и сложно было понять, живыми они были или пластиковыми, но стволы их светились мириадами вспыхивающих и гаснущих огоньков.

Рай был искрящейся, мигающей, фосфорицирующей в темноте подделкой.

– Но ты можешь себе позволить наплевать на его правила, так? – выразительно двинув бровями, осклабилась Кара, уверенно потащив дезориентированную Алису к витой лестнице, ведущей на второй этаж.

– Как и он, между прочим, – скривилась Алиса. – Сам он всегда в чёрном. Как на похоронах.

– А ты так часто замечаешь, во что он одет? – уголок её глянцевых от помады губ дерзко взметнулся вверх.

Алиса снова смутилась, удручённо пропыхтев нечто нечленораздельное себе под нос, и схватилась за тонкие перила лестницы, сделав вид, что всё её внимание сконцентрировано на том, чтобы не свалиться вниз.

– Чего там замечать, если всегда в одно и то же, – запоздало нашлась она с ответом, и по хитро прищуренным глазам Кары тут же поняла, что лучше было вообще промолчать – несвоевременной отговоркой она только усугубила ситуацию.

На верхней площадке лестницы их встретил ещё один громила, как две капли воды похожий на того, что стоял в дверях на улице. Но этот препятствовать им не стал, только при виде Кары сказал что-то в динамик небольшой трубки, и на миг Алисе показалось, будто за ними обеими ведётся пристальная слежка.

Она осмотрелась. Тут, на втором этаже, людей было ощутимо меньше: наверх пускали не всех. Зато пространство заполняли низкие столики и удобные на вид диванчики, по форме напоминавшие пышные облака. Разноцветные вспышки света, немилосердно сверкавшие внизу, не слепили глаз – это порадовало.

– Нам во-он туда, – Кара махнула рукой в сторону череды отгороженных плотными портьерами кабинок по левую стену от них за невысокой балюстрадой плошадки, нависавшей над танц-полом.

– Часто здесь бываешь? – поинтересовалась Алиса, шагая за ней по пятам и воровато оглядываясь на следящего за ними охранника. – Пялятся на тебя, как на знаменитость.

Что-то было не так. Алиса могла поклясться.

– Так, залетаю иногда… – загадочно улыбнулась Кара и отодвинула одну тёмно-синюю занавеску, пропуская Алису внутрь.

К ним тут же подскочила официантка в коротенькой подпоясанной золотым ремнём тоге – белой, но отдававшей в причудливом освещении клуба ультрафиолетовой голубизной. За спиной стройной девушки раскинулись крылья, перья которых усыпали мелкие блёстки.

– Два “Райских наслаждения”. Только одно – без алкоголя.

Плюхнувшись на невысокий велюровый диванчик, Кара похлопала по свободному месту рядом, приглашая Алису сесть.

– Ну… – вкрадчиво спросила она, – ничем не хочешь со мной поделиться?

– Чем, например? – непонимающе поинтересовалась Алиса и потрогала одну из зелёных пальмовых ветвей, плотным пологом нависавших над ними. Пластик, как она и подозревала.

– Например, поведать мне, наконец, что между вами.

– Между нами? – неудобно поёрзала Алиса на сидении, почуяв неладное. – О ком ты?

– О тебе и Шемелине, – улыбнулась Кара, вцепившись в неё пристальным взглядом.

– Ничего, – сквозь сжатые челюсти отрезала Алиса.

– Да? – медленно моргнула Кара и склонила голову вбок. – Значит, это не с ним ты уехала тогда из офиса? Ну, помнишь, после той попытки… как ты там выразилась? Изнасилования.

Алисины челюсти, до этой секунды скрежетавшие едва ли не громче вибрирующих музыкальных басов, машинально разжались: она, опешив, посмотрела на ухмыляющуюся Кару с открытым ртом.

– Откуда ты… – выдавила с большим трудом и задержала дыхание.

– Мы это уже проходили, – поморщилась Кара. – Откуда я знаю? Знаю, и всё. Так чем кончился вечер? Или вернее будет сказать – продолжился?

– Ничем он не продолжался, – уставилась в одну точку перед собой Алиса: над танц-полом переливался, заменяя солнце жителям ночной Москвы, огромный диско-шар, отражавший вспышки стробоскопов. – Он просто… подвёз меня до дома. Ничего между нами нет.

Алисе отчаянно хотелось стереть из памяти весь тот день целиком, чтобы сейчас без задержек и тревожно сбивающегося с ритма пульса отвечать на такие вопросы; да только, кажется, это было абсолютно невозможно – грешным делом думалось, что она запомнит на всю жизнь всё случившееся с точностью до каждой чёртовой детали.

Особенно тот трепет в груди от прикосновений…

Алиса одёрнула себя, пока дело не зашло слишком далеко: не дай бог прямо тут погрузится с головой в пучины воспоминаний, как это случалось с нею вот уже несколько ночей подряд, стоило оказаться в непроницаемой темноте собственной спальни, где кроме ужасно постыдных образов, преследовавших мысли, никого с ней наедине не было.