В ловушке судьбы

И лекция началась – долгая, насыщенная, уносящая нас далеко за пределы этого класса.

Лорд Ллойд рассказывал с таким неподдельным увлечением, что невозможно было не заслушаться. Его голос обретал новые оттенки, когда он описывал события: яркие, детализированные картины вставали перед глазами, словно он лично присутствовал на поле битвы.

Он живо рисовал образы азгердов – простых людей, порой ведущих себя как варвары, и загадочных морских магов с тёплого континента Мобарда. Его повествование было настолько зримым, что можно было почувствовать солёный ветер с океана и услышать лязг оружия.

В какой‑то момент он переключился на наш родной Сарлеон – третья по счёту империя , где мы сейчас обитаем. Лорд с теплотой говорил о местных магах и алхимиках, о том, как уважительно здесь относятся к простым людям, не наделённым магическими способностями.

– Как вы знаете всего существует четыре империи, – продолжил он, слегка повысив голос, чтобы удержать наше внимание. – Азгерд, Мордегард, Сарлеон и, собственно, Мобард. А в пределах Мобарда расположены лишь два континента – северный и южный. Каждый из них хранит свои тайны и особенности, о которых мы непременно поговорим позже.

Его слова звучали как обещание увлекательного путешествия в мир, где история переплетается с магией, а реальность граничит с легендой.

Когда лекция завершилась, Анья торопливо попрощалась:

– Меня ждёт куратор по делу, увидимся в комнате!

И, едва договорив, она стремительно выскользнула из аудитории в числе первых.

Я же, погружённая в раздумья, собиралась неторопливо. Мысли крутились вокруг услышанного на занятии, словно не желая отпускать меня в реальность. Взяв тетради и записную книжку, я развернулась – и внезапно уткнулась взглядом в чью‑то широкую мужскую спину.

От неожиданного столкновения мои вещи с приглушённым шорохом рассыпались по полу: тетради разлетелись в стороны, а записная книжка раскрылась, обнажив исписанные страницы.

– Ох, простите, я так невнимательна… – пробормотала я, опускаясь на корточки, чтобы собрать разбросанные вещи.

В тот же миг незнакомец наклонился, подхватывая мой блокнот. Я порывисто потянулась к нему, желая забрать свою собственность, но не успела – его пальцы уже сомкнулись на кожаной обложке.

– Тускнеет свет в твоих холодных глазах,

И тянет сердце к призрачной отрады.

Любовь осталась пеплом на ветрах,

Лишь тень и боль – её немая награда.

Я резко выдернула блокнот из его рук, лихорадочно пряча его в сумку. Меня переполняло чувство неловкости и стыда, что он уже успел прочитать мои записи, ведь передо мной стоял Конор Элазар. В этот момент я впервые услышала его голос, и он поражал меня своим тембром: бархатным, спокойным и обволакивающим, как теплый плед, который дарит чувство уюта. Когда я посмотрела на него поближе, то поняла, что он выглядит ещё лучше, чем я себе представляла. В попытке оправдаться и скрыть свою неловкость, я пробормотала что-то о том, что читать чужие записи – это действительно не по правилам и невежливо, но слова вылетели из уст, не оставив следа уверенности.

– Прошу прощения, я не удержался. Это вы написали? – его голос звучал мягко, но в нём угадывалась неподдельная заинтересованность.

– Д‑да, – выдавила я из себя, едва справившись с волнением.

– У вас дар. Не прячьте его в тени, – в его тоне не было ни насмешки, ни пафоса – только искренняя уверенность. – Не смею задерживать вас.

Он плавно отступил в сторону, освобождая путь к двери. Я торопливо обошла его и почти выбежала из кабинета, чувствуя, как по спине пробегает лёгкий холодок – словно его проницательный взгляд продолжал следить за мной, прожигая насквозь.

Уже в коридоре я остановилась, пытаясь унять дрожь в пальцах. Что же это было?.. Слова Конора эхом отдавались в голове, а сердце всё никак не могло успокоиться.

* * *

– Ты не понимаешь! – Грей Ллойд нервно метался по крохотному кабинету, словно тигр в клетке. Его движения были резкими, почти судорожными.

Он резко остановился, сжал кулаки, затем провёл рукой по лицу, будто стирая невидимую паутину.

– Они даже хуже, чем заноза! – выдохнул он, глядя на Конора с почти детской обидой. – Эти ученики… Ты видел их взгляды? Будто я уже приговорён! А ведь я даже не могу нормально преподавать – всё время думаю о том, как доказать свою невиновность.

Напротив, в удобном кресле, расслабленно раскинувшись, сидел Конор Элазар. Его поза излучала полное спокойствие – будто буря, бушующая перед ним, его совершенно не касалась.

– Они тебе пока ничего не сделали, – ровным тоном произнёс он. – Просто спокойно веди занятия, и всё.

– Я же говорил: пусть сами сидят и читают! – вскипел Грей, всплеснув руками. – Тебе это не по душе. Я не собираюсь каждый раз так распинаться перед ними!

– Ты обязан вести уроки, – Конор провёл пальцем по краю стола, избегая взгляда Грея. – Иначе твоё наказание не будет засчитано.

– Гр‑р‑р! – Грей резко дёрнул за спинку стула. Тот с грохотом рухнул на пол, эхом отразившись от стен тесного кабинета. – Это ошибка! Я здесь лишь из уважения к своему дяде – чтобы доказать свою непричастность. Надо дальше расследовать, искать настоящего убийцу! Министр Валкерт настаивает на моей вине, будто я какой‑то безумец!

Он шагнул к окну, сжал раму до побеления пальцев.

– Я чувствовал следы чужой магии, запах ещё такой странный был. Почему это никто не проверял, Конор?

– Я проверял, – спокойно произнёс Конор. – Увы, Грей, ничего. Да и ты отстранён от этого дела, разве забыл? Здесь ты ничем не сможешь помочь.

Лорд Ллойд замер посреди комнаты, на мгновение словно застыв в нерешительности. Затем резко выпрямился:

– Да, я отстранён. Но ты‑то нет!

Конор глубоко вздохнул, и в этом вздохе прозвучала тяжесть невысказанных слов:

– Всё сложно.

– Почему? – Грей развернулся, в его глазах вспыхнул жадный интерес. – Это из‑за ненависти ко мне?

Наступила короткая пауза. Конор медленно поднялся с кресла, подошёл к окну. Долгое мгновение он молча смотрел вдаль, словно взвешивая в уме каждое слово. Наконец, не оборачиваясь, ответил:

– Потому что и я тоже в стороне.

Грей разразился коротким, нервным смехом. Но веселье быстро угасло, оставив на его лице лишь растерянность и недоумение.

– Ты ведь пошутил сейчас? – в его голосе звенела тревога.

Конор медленно обернулся, едва приподняв одну бровь в немом вопросе.

– Как это возможно? Тебя – главу службы тайных стражей… За что?

– За тебя, – коротко ответил Конор. В тишине эти два слова прозвучали особенно весомо.

– Ну‑ка, расскажи подробнее, – потребовал Грей, подавшись вперёд.

Конор неспешно опустился в кресло, где только что сидел сам лорд Ллойд. Его движения были размеренными, почти ритуальными.

– Я поделился своим мнением касательно твоего участия в преступлении. Сказал, что, возможно, ты не так сильно виновен, как утверждают другие. – Он помолчал. – Это мнение не понравилось некоторым людям. Вот я и оказался здесь, рядом с тобой.

– А что именно ты сказал, чтобы вызвать такую реакцию? – Грей сжал подлокотники кресла, взгляд его горел.

– Достаточно, – отрезал Конор. – Всё, что у меня было, изъяли. Даже копии запретили сохранять.

– И ты даже не попытался понять почему? – Грей ударил кулаком по столу. – Все отказываются даже представить, что меня могли подставить! Безоговорочно верят, что я убил Лаванду… Но как это возможно?! Она стала для меня матерью!

Он резко отвернулся, сжимая кулаки, будто пытаясь удержать рвущиеся наружу эмоции.

– Я думаю, ты оказался не в том месте и не в то время, – тихо, но весомо произнёс Конор, глядя прямо перед собой.

– Да, и я о том же! Почему не получается это доказать? – Грей резко развернулся. – Уже прошло полгода, а никто даже не стремится взять на себя мою защиту. Все лишь ожидают, когда меня казнят.

Конор замер, пристально глядя на собеседника. В его глазах мелькнуло нечто неуловимое – то ли раздражение, то ли тень сомнения.

– Ты действительно хочешь, чтобы я ослушался приказа императора? – произнёс он с явным недовольством.

Грей не отвёл взгляда. В его глазах читалась отчаянная решимость.

– Пожалуйста…

– Хорошо, – наконец сказал Конор. – Я придумаю, что можно сделать. Но сильно не надейся на мою помощь. А пока не высовывайся, веди занятия как положено. Я слежу за тобой, не забывай.

Он поднялся и вышел из кабинета.

Грей остался один. Несколько мгновений он стоял неподвижно, затем резко ударил кулаком по столу. Дерево треснуло, но он даже не заметил. Его взгляд упал на окно, за которым медленно гас закат.

Глава 5

Мне приснился сон – позже я осознала: это был не просто кошмар, а предчувствие.

Сначала всё было прекрасно. Я нежилась на тёплом песке, а рядом, словно в бесконечном танце, плескался океан. Звук прибоя наполнял пространство умиротворяющим ритмом, в воздухе разливался свежий морской аромат, а вдалеке кричали чайки. Я была одна – и это одиночество казалось блаженным.

Когда песок стал невыносимо горячим, я решила снять лёгкое хлопковое платье и войти в воду прямо в нижнем белье. Прохладная вода ласково окутала разгорячённое тело, даря долгожданное облегчение. Удивительно, но в этом сне я уверенно держалась на поверхности, хотя в реальности никогда не умела плавать.

Но вскоре безмятежность сменилась тревогой. Я почувствовала, как что‑то скользкое обвило мою ногу. В панике я закрутилась в воде, отчаянно пытаясь стряхнуть это нечто, но оно лишь крепче сжимало хватку. Невидимая сила неумолимо тянула меня вниз, а вода словно превратилась в вязкую массу, сковывая каждое движение. Я не могла ни вырваться, ни даже пошевелиться.

Несколько мощных рывков – и я начала захлёбываться. Вода заполняла рот и нос, а сознание затуманивалось. Наконец, я полностью погрузилась в пучину. Я ждала, что вот‑вот проснусь, но кошмар продолжался, затягивая меня всё глубже в свою тёмную бездну.

С трудом разлепив веки в вязкой пелене сна, я застыла в оцепенении. Вокруг меня простиралась жуткая субстанция – тягучая, чёрная, словно ожившая тьма. В ней, подобно зловещим венам, пульсировали холмики алых нитей, сплетённых с какой‑то странной, непостижимой материей.

Передо мной раскинулся хаотичный склад забытых вещей: ржавые мечи с обломанными остриями, покорежённые шлемы, изорванные в клочья доспехи и ветхие ткани, сваленные в безобразную груду. Но в самом сердце этого безумия пылал алым огнём портал. За его мерцающей завесой проступали очертания разрушенного строения, оплетённого мхом, плющом и причудливыми фиолетовыми цветами, словно сошедшими со страниц забытых легенд.

Я двинулась вперёд, понимая, что нельзя вечно оставаться в этом кошмаре. Возможно, портал станет выходом из этого странного сна. Но сколько бы я ни шла, расстояние до него словно не сокращалось. Каждое движение давалось с невероятным трудом, будто сама тьма сопротивлялась моему продвижению. Дышать становилось всё тяжелее – воздух, если это можно было так назвать, словно сгущался в моих лёгких.

Когда до пылающего портала оставалось совсем немного, я невольно опустила взгляд и с ужасом осознала причину своей немощи. Мамин медальон – его цепочка обвилась вокруг моей шеи, безжалостно сдавливая горло, лишая последнего глотка воздуха. Руки, словно чужие, не подчинялись мне, бессильные разорвать эту смертельную хватку.

Кислородное голодание окутало сознание бархатной тьмой. Последние искры реальности растворились в безмолвном мраке, утягивая меня в бездну небытия.

***

С пронзительным криком я резко вскинулась на постели. Грудь судорожно вздымалась и опускалась, с трудом втягивая воздух, будто после долгого бега. В панике мои пальцы метнулись к груди – я отчаянно пыталась нащупать медальон, спрятанный под тканью пижамы. Он был на месте. Холодный металл под пальцами вернул меня в реальность.

– Ты чего, кошмар приснился? – раздался сонный голос Аньи, приглушённый полумраком комнаты.

– Д‑да, – едва слышно прошептала я. Горло саднило, словно я долго кричала во сне.

– Для мага дурной сон – очень плохой знак, – пробормотала подруга, зевая. – Расскажешь утром…

Её голос постепенно затих, сменившись размеренным дыханием – Анья снова погрузилась в сон. Я осторожно опустилась на постель, но покой так и не пришёл. Мысли кружились, возвращая меня к образам ночного видения. Почему медальон? Почему он стал орудием удушения?

Лишь когда первые робкие лучи рассвета прокрались сквозь занавески, моё измученное сознание наконец сдалось, погрузившись в тревожную дрёму.

***

Меня разбудил звонкий, словно колокольчик, голосок соседки:

– Эй, ты не собираешься просыпаться? Весь мир проспишь!

С усилием разлепив глаза, я приподнялась на постели и тут же ощутила приятную лёгкость: сегодня выходной!

– Который час? – протянула я, зевая и потягиваясь.

Анья, перебирая одежду, раскладывала вещи на кровати, выбирая, что надеть.

– Скоро десять! – отозвалась она. – Я уже успела умыться и позавтракать. Будила тебя, как могла, но ты спала как убитая. Если голодна, на кухне ещё осталась еда.

– Не хочется, – пробормотала я, лениво потянувшись и снова плюхнувшись на подушку.

– Тогда давай, вставай и собирайся! – бодро скомандовала соседка, встряхнув выбранное платье.

Анья наконец определилась с нарядом. На ней было длинное прямое платье, едва касающееся пола, – изысканное, с глубоким декольте и тонкими бретелями. Нежный сине‑фиолетовый оттенок ткани переливался при каждом движении, придавая облику девушки особое благородство. Сверху она накинула широкий синий кофтан, который гармонично дополнял ансамбль. В этом наряде она выглядела поистине впечатляюще.

– Куда ты собираешься? И какое у тебя нарядное платье! – не сдержала я восхищения, беря в руки полотенце и всё необходимое для водных процедур.

– Мы идём в город, – с улыбкой ответила Анья, нанося последние штрихи макияжа. – За прошедшую неделю так и не удалось толком пообщаться с парнями. Но наши первые выходные мы проведём вместе! Отличная идея, не правда ли?

– Да, замечательная, – согласилась я. – Только без меня.

Анья замерла, прервав нанесение макияжа, и внимательно посмотрела на меня. В её взгляде мелькнуло искреннее удивление.

– Как это? Почему? – в голосе Аньи звучало неподдельное недоумение. Я невольно сжалась, надеясь, что подруга не обидится на меня слишком сильно.

– Помнишь, вчера на занятии лорд Ллойд объявил о внеплановой самостоятельной работе по теме «Баталии среди королей»? – объяснила я, избегая её взгляда. – А я… пропустила ту лекцию. И конспект не взяла. Если не разберусь сейчас, получу низкую оценку. А это может повлиять на допуск к практическим занятиям.

– Ну можешь же ты хоть на день забыть о занятиях и отдохнуть с нами? – в её тоне проскользнула лёгкая укоризна. – Ничего страшного, если сходишь в библиотеку завтра.

– Завтра там будет очень много людей, – возразила я, теребя край рукава. – А сегодня я смогу спокойно поработать. К тому же… – я запнулась, но решила сказать правду: – Я не хочу подводить группу. Если из‑за меня кто‑то не пройдёт практику, будет совсем плохо.

– Знаешь, у меня такое ощущение, что ты просто не хочешь идти с нами, – в её глазах мелькнула тень обиды.

Я глубоко вздохнула. Мне действительно хотелось бы погулять с друзьями – но не сегодня.

– Не в этом дело, – мягко произнесла я. – Я правда хочу разобраться в теме. Это важно.

Анья нахмурилась, но тут же смягчилась:

– Ладно, но обещай, что в следующие выходные ты вся наша, – с напускной строгостью добавила она, и в её глазах мелькнула лукавая искорка.

Я закивала и постаралась улыбнуться как можно теплее, чтобы сгладить неловкость.

***

Я поспешно привела себя в порядок, не тратя времени на размышления о наряде. Надела просторную сиреневую кофту с длинными рукавами и стандартную студенческую юбку. Собрала в сумку тетради и ручки, и отправилась в библиотеку.

По пути мне то и дело встречались студенты, спешащие на прогулку или в город. Многие бросали на меня любопытные взгляды – словно удивлялись, что кто‑то в выходной день направляется не в кафе или парк, а в святилище книг и знаний. В их взглядах читалось немое: «Только настоящий ботаник способен на такое». Я лишь слегка улыбалась про себя, зная: для меня эти стены – не тюрьма рутины, а пространство открытий.

Поздоровавшись с библиотекарем Оскаром, я вежливо поинтересовалась, где могу найти книгу о «Баталиях среди королей». Он жестом указал на дальние стеллажи:

– Четвёртая полка слева. Но предупреждаю: книга старая, требует осторожности.

Я поблагодарила и направилась к указанному месту. Зал библиотеки встретил меня умиротворяющей тишиной. Посетителей было немного: лишь несколько столов оказались заняты, тогда как большинство пустовало, приглашая к уединённой работе.

Книгу я обнаружила быстро, но тут же столкнулась с неприятной загвоздкой: она расположилась на такой высоте, что без лестницы было не обойтись. Я потянулась вверх, но почти сразу осознала – достать её самостоятельно едва ли получится. Придётся искать лестницу… И почему я до сих пор не освоила заклинание левитации?

– Нужно помочь? – раздался тихий голос за спиной.

Я резко обернулась и от неожиданности неловко задела книжный шкаф. К счастью, ни одна книга не сорвалась с полки.

– Д‑да, если это не затруднит, – хриплым голосом ответила я.

И это мой голос?! Даже умирающая издаёт звук громче…

Впрочем, вряд ли стоило удивляться, кто предложил свою помощь. Конечно же, лорд Элазар.

Он без лишних слов подошёл к стеллажу, легко достал книгу и протянул мне. Я невольно задержала взгляд на его руках – тонкие, с длинными пальцами, они казались непривычно изящными для воина.

– «Баталии среди королей», – произнёс он, мельком взглянув на название. – Решили подготовиться к самостоятельной?

Я коротко ответила «да» и осторожно приняла том из его рук. Лорд, видимо удовлетворённый исполненным добрым делом, невозмутимо направился к столу в дальнем углу зала.

Я замерла на мгновение, колеблясь. Но желание нарушить одиночество вдруг оказалось сильнее осторожности. Собравшись с духом, я двинулась вслед за ним. И когда он сел, я поинтересовалась:

– Вы не против, если я присяду тут? А то мест свободных совсем нет, – на этот раз голос звучал уверенно, почти твёрдо.

Он обернулся, окинул взглядом пустые столы вокруг – недвусмысленный намёк на то, что мест более чем достаточно. Однако после короткой паузы сдержанно ответил:

– Не против.

Он меня не прогнал – и это уже можно считать маленькой победой. Хотя… быть может, лучше бы прогнал?

Я разложила тетради, взяла в руки ручку с изящным перьевым наконечником и погрузилась в работу. Перед мной лежали заметки, требующие тщательной проработки: нужно было выделить ключевые моменты, составить чёткий конспект, подготовить основу для будущего сочинения.

Краем глаза я уловила, что лорд наблюдает за мной. Но вскоре и он отвлёкся, углубившись в собственное занятие. Возможно, тоже готовил конспект или изучал какой‑то важный материал – по его сосредоточенному виду было ясно: дело серьёзное.

Час кропотливой работы пролетел незаметно. Домашнее задание почти завершено – осталось лишь придать тексту завершённый вид и хорошенько усвоить содержание. Я была уверена: лорд Ллойд ожидает не просто переписанных строк, а осмысленного понимания материала.

Конор по‑прежнему оставался в библиотеке. Он сидел напротив, что‑то сосредоточенно записывал в тетрадь, время от времени заглядывая в книгу под названием «Люди и нелюди (краткая информация о каждом)».

Мне отчаянно хотелось заговорить с ним, но робость сковывала язык. Я перебирала в голове десятки фраз, но ни одна не казалась достаточно уместной.

Впрочем, ему, в отличие от меня, не требовалось собирать волю в кулак. Он первым нарушил молчание:

– Вы закончили? – спросил он, слегка приподняв голову. Взгляд его серых глаз скользнул по моим записям.

– Да, – ответила я, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

В воздухе повисла тягостная пауза. Тишина давила, и, отчаянно пытаясь её разорвать, я выпалила первое, что пришло в голову:

– А вы тоже готовились к самостоятельной?

Тут же мысленно обругала себя: ну почему не о погоде? Или не о новой выставке в городском музее? Всё было бы уместнее этой неуклюжей фразы. Общение с мужчинами явно не входило в число моих талантов.

Он улыбнулся – и эта улыбка преобразила его лицо. Она была по‑настоящему прекрасна, ей она шла необыкновенно. Обычно он выглядел столь угрюмым, словно вечная тень лежала на его челе, а сейчас черты смягчились, и в глазах заиграли тёплые искорки.

– Нет, у меня иная задача, – ответил он мягко. – Книга, что лежит перед вами, знакома мне вдоль и поперёк.

– О, действительно? Вот бы мне так… Значит, вы увлечены историей людей? – осторожно поинтересовалась я, кивая на книгу в его руках.

– Как вам сказать… Не совсем увлечён. Это касается моей работы, – сдержанно пояснил он.

– У вас какое‑то персональное задание от преподавателей? – выпалила я и тут же мысленно застонала. Ну что за нелепые вопросы?

Он тихонько усмехнулся, и я почувствовала, как неловкость стягивает горло тугой петлёй.

– Можно и так сказать, – кивнул он без тени насмешки.

– А в этой книге описаны только известные люди… или неизвестные тоже? – продолжила я, отчаянно пытаясь удержать разговор, хотя внутренний голос вопил: «Аландра, замолчи! Ты сейчас его окончательно достанешь!»

Он помолчал пару секунд, слегка пожевав губами, словно взвешивая ответ.

– М‑м… Больше известные, – наконец произнёс он.

– А, это… Здорово, – выдавила я из себя жалкое подобие реакции.

Не в силах больше выдерживать это мучительное общение, я поспешно собрала тетради и вещи, старательно избегая взгляда лорда Элазара. Резко поднявшись, я сделала шаг к выходу.

– Всё в порядке? – в его голосе прозвучало едва уловимое беспокойство.

– Да, всё в порядке. Мне просто пора уходить, – пробормотала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Ну что же, не хочу отнимать ваше время. Увидимся на лекциях, – спокойно ответил он и вновь погрузился в свои записи.

Я тихо произнесла «до свидания» и, едва сдерживая неловкость, направилась к выходу.

***

К вечеру в комнату вихрем влетела моя соседка – раскрасневшаяся, смеющаяся, полная впечатлений. Она тут же принялась делиться историями о своих «приключениях» с Ремом и Райтом.

– Давай я схожу за чаем, – предложила я. – Так твой рассказ будет ещё интереснее.

Анья лишь хитро улыбнулась и, не говоря ни слова, достала из пакета бутылку, с торжественным видом водрузив её на стол.

– Есть вариант получше! Смотри, что мы купили на ярмарке. Давай найдём бокалы и выпьем это добро.

– Что ты делаешь?! Ты уверена, что мы можем здесь пить? – воскликнула я, хотя руки уже сами потянулись к бутылке. Я вертела её в руках, внимательно изучая этикетку.

Внутри разрасталось странное любопытство. Я никогда не пробовала ничего крепче кофе, а эта бутылка выглядела так изысканно… Что же скрывает её содержимое? Какой он – вкус запретного удовольствия?

– Никто не узнает, мы будем тихими, – оживлённо проговорила Анья, суетясь по комнате в поисках чего‑то. – Я хочу ещё Райта и Рема пригласить, ты не против?

– Конечно, зови. Я всё равно выпью совсем немного – я ведь ещё ни разу не пробовала алкоголь, – ответила я с лёгкой робостью.

– Посмотрим, – с едва уловимой иронией протянула она. – Сходи за Ремом, он, наверное, уже в своей комнате. А я пока найду бокалы.

Я свесила ноги с кровати, нащупала балетки, неторопливо надела их и направилась к выходу. В груди трепетало странное предвкушение – и лёгкая тревога.

«Ох, предвещается весёлый вечер, – мелькнуло в мыслях. – Надеюсь, не придётся потом об этом сожалеть…»

Но отступать не хотелось. Такие мгновения выпадают редко – особенно когда вокруг хорошая компания, а сердце жаждет хоть ненадолго вырваться из привычной рутины.

***

Рем встретил меня у двери – на нём были лишь штаны, и от этого неожиданного вида меня тут же окутала лёгкая смущённость. Я старательно избегала его взгляда, чувствуя, как неловкость стягивает горло тугой петлёй.

– Ты… ты чего без рубашки? – выпалила я, тут же мысленно обругав себя за глупость. Ну конечно, он же у себя в комнате, может ходить как угодно!

Рем рассмеялся, запрокинув голову:

– А что, не нравится? Могу и в рубашке походить, если так принципиально. – Он шутливо потянулся к вешалке, но я поспешно остановила:

– Нет-нет, всё в порядке! Я просто… не ожидала.