Отброшенная тень

Великие рыцари все это время отдыхали, набирались сил и дожидались последнего, решающего для них боя. Но ему было все равно, ведь их поражение уже давным-давно предопределено! Когда он пожрет их, то направится прямиком к графу, который после будет лишь молить его о смерти! Совсем скоро... он будет пожирать легионы этих жалких, трепещущих перед ним насекомых!

— Слишком много человеческих слов для подобного чудовища. — Мрачно пробормотав, Рейгон уже в следующий миг устремился прямо к ужасающему силуэту, готовясь к последней атаке. — Эта кровавая бойня станет твоей последней безумной выходкой!

Великие рыцари не медлили, бросаясь вслед за Рейгоном и занимая свои собственные позиции. Времени для разговоров у них было мало, но они и так знали, что им нужно делать. Их движения, даже по прошествии всего увиденного, так и не дрогнули, а сами они лишь продолжали непоколебимо бежать прямо на своего неутомимого врага.

— Приложите все свои силы, друзья... — Ожидающий силуэт врага уже был практически на расстоянии вытянутой руки от Рейгона, но даже так он нашел время высказать свои последние слова перед окончательным столкновением. — И клянусь своей честью и жизнью... это чудовище сегодня умрет!

Ахерон в этот момент ничего не говорил, лишь громогласно хохотал над словами великого рыцаря, ожидая скорого прихода врагов. Очередные громкие речи насекомых, которые бессильно разрушаться при столкновении с истинным кошмаром. Это не могло не забавлять его, учитывая непомерный ужас одного из них и сдерживаемый страх остальных. Скольких таких глупцов он сокрушил и пожрал по пути сюда?!

Однако, невзирая на все эти мимолетные мысли, окровавленный меч Ахерона уже яростно поднялся, с ненавистью и злобой обрушиваясь в горизонтальном ударе прямо на подоспевшего командира великих рыцарей. Свист от этого удара был столь чудовищен, что резал слух и вызывал вихри!

Наблюдая за чудовищным клинком, способным разрубить его вместе с собственным доспехом, Рейгон сконцентрировался как никогда прежде, яростно стискивая свои зубы до боли в деснах. Его глаза даже не смели моргать, в то время как стремительно отклонившиеся назад тело спустя миг уже молниеносно промелькнуло снизу мчащегося над ним лезвия!

— Сейчас! — Отсеченные кончики волос Рейгона еще не успели осесть на покрытую кровавым полотном землю, как его громкий крик уже вмиг разнесся по всем окрестностям.

Четверка великих рыцарей в этот момент не медлила, как и не медлили их яростно несущиеся к чудовищу клинки. Им не нужно было напоминание своего командира, чтобы подобрать момент для верной атаки, ведь каждое их действие было скоординировано сильнее, чем когда-либо прежде.

Ахерон лишь усмехнулся, молниеносными движениями отбивая мчащиеся к нему клинки врагов, которые обрушивались на него целым градом ударов. Они были для него словно застывшие в вязком меде насекомые, у которых не было и шанса на победу. Он не знал, о чем они думали, или какой план был у их командира, но этот силуэт перед ним — единственный враг, который его совсем не страшился. Он должен заставить его ужасаться и рыдать от отчаяния! А как еще это сделать, кроме как оставить заклятого врага напоследок, чтобы он лично смог удостовериться в своем бессилии перед мучительной смертью?

— Ты будешь первой! — Отбив очередные атаки великих рыцарей, Ахерон тотчас яростно обернулся, взирая своими потрескавшимися пылающими зрачками на женский силуэт. Не прошло и мига, как он уже устремился к нему c безумной скоростью.

Его мчавшееся тело было столь стремительно, что с легкостью миновало каждую из атак великих рыцарей. Он чувствовал их эмоции в ударах, ощущал, куда те направлены, а потому они были бессильны против него. Не прошло и мига, как в зрачках женского силуэта отразился лишь искренний шок и ужас, в то время как она — великий рыцарь, могла лишь бессильно наблюдать за безжалостно опускающимися на нее клинком.

— Митария... нет! — Вместе с этими паникующими словами, крик одного из великих рыцарей уже в следующий миг потонул в раскатистом, зверином смехе их неудержимого врага.

Ужасающая картина словно застыла перед глазами каждого, запечатлевая момент, где на земле лежало лишь располовиненное тело, в распахнутых глазницах которого, казалось, застыл один только предсмертный шок и ужас.

— Я уничтожу тебя, монстр! — Видя ужасную смерть близкого товарища, дикий рёв тотчас вырвался из горла одного из великих рыцарей, в то время как его тело уже в молниеносном порыве устремилось на чудовищного врага.

Митария была его близкой подругой. Они столько всего пережили вместе… Столько ещё могли пройти рука об руку — а теперь всё это рассыпалось в прах. Он убьёт этого кровавого зверя прямо сейчас, чего бы это ему ни стоило!

— Дрейк, держи позицию, твою мать! — Яростный крик другого великого рыцаря набатом прокатился по всему полю боя, но мчавшийся вперёд и ослепший от ярости мужчина, казалось, и вовсе его не слышал. Сейчас им овладело лишь абсолютное желание мести.

Клинок Дрейка был направлен прямо на голову Ахерона, желая одним отчаянным ударом убить своего неутомимого врага и, в случае чего, даже обменять свою жизнь на жизнь оппонента. К сожалению, цена, уплаченная им, оказалась слишком мала...

Безумный, наслаждающийся оскал исказил черты лица Ахерона еще сильнее прежнего, в то время как он сам уже с легкостью уклонился от удара обезумевшего великого рыцаря, выбивая меч и выворачивая его руки в разные стороны. Глупец разорвал строй и потерял защиту своих товарищей, а потому — его ждет кошмар!

— Ты... ублюдок...

Не успел великий рыцарь даже договорить свои проклятия, как уже в следующий миг, под крики оставшихся великих рыцарей, его голова была снесена с плеч чудовищным ударом! Однако маска ярости, гнева и нежелания так и застыла на его лице, будто даже смерть не смогла стереть этих посмертных эмоций.

— И это твой план, черт возьми...?! — Яростно прокричав, Коттон в панике обернулся к Рейгону. Однако вместо своего некогда непоколебимого командира он сейчас видел лишь испуганного и дрожащего в страхе незнакомца. — Ты...

Коттон мог только выпучить свои ошеломленные глаза, наконец в полной мере осознавая, что их битва уже окончательно проиграна. Однако, даже прежде, чем он успел предпринять хоть что-то, ужасающий силуэт врага уже стремительно мчался в его сторону, держа в руке голову еще одного великого рыцаря...

— Рейгон... ты тупой ублюдок... — Коттон с искренним шоком и ужасом наблюдал за бездействием своего командира, в то же время яростно стискивая зубы и оборачиваясь на несущийся к нему силуэт. — Не смотри на меня свысока, проклятое чудовище!

Коттон Кейн не собирался дожидаться смерти, яростно поднимая меч и готовясь уклоняться. К сожалению, молниеносный клинок Ахерона в его глазах был лишь размытой тенью, отдающей неистовым свистом ветра в ушах. Великий рыцарь не хотел умирать, но сейчас был вынужден лишь бессильно наблюдать за своими отлетающими вместе с мечом руками...

Глава 97. Кровавый восход. Часть 7.

— Постой... — Только одно-единственное слово успело слететь с дрожащих губ Коттона, прежде чем его голос потонул в раскатистом и наполненным ненавистью зверином реве.

Он отчаянно желал сопротивляться, хотел даже бросить все и трусливо сбежать... К сожалению, у него уже не было такой возможности. Сейчас он мог только бессильно наблюдать за обезображенной пастью, внутри которой, казалось, уже были видны куски множества пожранных чудовищем тел.

— Твой ужас был самым сладким! — Едва слова Ахерона прогремели в ушах великого рыцаря раскатами грома, как спустя миг его чудовищная пасть уже сомкнулась на голове последнего, безжалостно сминая ее и отрывая от тела.

Поток фонтанирующей крови тотчас брызнул из разорванной шеи безголового тела, в то время как сквозь стиснутые зубы Ахерона уже рекой проливалась густая багровая жижа раздавленных останков. Неподдельное наслаждение было триумфом, выгравированным на его исказившемся лице, но впереди его ожидало еще множество врагов! Теперь и тому высокомерному насекомому пора заплатить за свою лживую гордыню!

— Ты наконец испытываешь ужас, дрожишь... страшишься?! — Отбросив безголовое тело мертвого врага, взгляд пылающих глаз Ахерона наконец обратился на последнего оставшегося великого рыцаря, все это время наблюдавшего за бойней с шоком и ужасом на своем испуганном лице. Никчёмный трус просто наблюдал за смертью своих товарищей, которых сам же и отправил на убой...

Последний из великих рыцарей, командир этих мертвецов, что все вместе лишь бесславно сложили свои головы... оказался самым обыкновенным ничтожеством. Все это время Ахерон отчетливо слышал их бесполезные планы, а вера в своего никудышного командира лишь проложила остальным путь прямо в лапы кошмара. Воистину ничтожные рабы...

— Не приближайся ко мне! — Испуганно завопив, Рейгон замахал мечом как сумасшедший, в то время как в его расширенных от страха зрачках, казалось, отражалось лишь бесконечное отчаяние.

Ахерон лишь громогласно рассмеялся, наблюдая за ужасом своего врага, спустя миг бросаясь на него и небрежно замахиваясь мечом. Только недавно слова этого великого рыцаря пылали доблестью и непоколебимостью, но что сейчас?! Очередная победа у него в руках, как и очередная картина искажённого в отчаянии лица. Теперь он заставит оставшихся трепещущих перед ним насекомых умолять о смерти!

— Тебя ждет кошмар! — Тело Ахерона продолжало мчаться вперед, а его яростный, наполненный бесконечной ненавистью рев продолжал греметь в ушах великого рыцаря чудовищным набатом.

Прошло лишь несколько мгновений, как его нисходящий в диагональном ударе клинок уже безжалостно отрубил держащую меч вражескую руку, а жестокая улыбка вмиг исказила его собственное, обезображенное злобой лицо. Однако разве мог он в полной мере насладиться столь быстрой смертью своего надменного врага? Нет... cперва он должен показать ему настоящий кошмар!

Рука Ахерона ненадолго опустилась, а его пылающий взор тотчас обратился на противника в язвительной насмешке, желая лицезреть еще больший страх и ужас, нарастающий в испуганных глазах своего врага. Но какого же было его удивление, когда он увидел там лишь холодную и непоколебимую решимость. Ужас, страх, шок, печаль и даже боль от потерянной руки — все это сменилось лишь холодным расчетом в одно, короткое мгновение!

— Я же сказал, что убью тебя... — Тихий шепот вышел из уст Рейгона лишь ледяной и мрачной решимостью, в то время как его левая рука уже схватила отрубленную правую, непоколебимо устремляясь прямо к шее своего неутомимого врага.

В этот роковой момент, Ахерон мог лишь с искренним шоком и непониманием наблюдать за отблесками мчащегося к нему лезвия. Клинок двигался неумолимо и яростно, лишь с одной единственной целью — отнять жизнь врага и срубить чудовищную голову с не менее чудовищного тела! Чего бы это ему не стоило...

Рейгон знал, что победить в обычном бою уже невозможно. Знал, что скорее всего враг слышит их план, как и знал, что всем придется умереть, что именно он обрекает их на смерть — своих собственных товарищей. Но кем он был?! Какой великий путь он прошел?! Он являлся не кем иным, как великим рыцарем!! Тем, кто убил десятки тысяч врагов!!!

В этот момент невероятное чувство опасности буквально затопило Ахерона, в то время как ненависть и ярость забурлили в нем сильнее, чем когда-либо прежде! Его... обманули. Его враг не испытывал истинного ужаса и страха, а лишь воспользовался этим, чтобы уничтожить своего ослепленного триумфом врага. Предугадал все его действия... Заплатил такую цену...?

— НЕПРОСТИТЕЛЬНО!!! — Вместе с этим словом, невиданный доселе рев вырвался из обезображенной пасти Ахерона чуть ли не раскатами грома, проносясь по всем окрестностям чудовищным рокотом.

Тем не менее, невзирая на оглушительный и полный первобытной ярости рев, мрачный взгляд Рейгона в этот момент не дрогнул даже на краткий миг! Как он и говорил ранее, либо сегодня он убьет это чудовище, либо умрет сам! Другого просто не дано...

Ахерон сейчас как никогда прежде чувствовал приближающуюся к нему поступь смерти! Казалось, он уже буквально душой ощущал, как меч с легкостью рассечет его кожу, плоть и артерии. Но он не страшился, наоборот — ненависть сейчас затапливала его до самых недостижимых ранее краев!! Казалось, его кровь кипит!!!

Стремительные и свистящие на ветру когтистые руки уже неслись к великому рыцарю в ответ на его клинок, желая изменить мрачный исход. К несчастью, даже с такой невообразимой скоростью, они никак не успевали разорвать своего врага прежде, чем клинок обезглавит их чудовищного обладателя!

Момент, подобранный великим рыцарем для своей безупречной атаки, был поистине идеален. Все было лишь ради этого короткого мгновения, лишь ради одного единственного и беспощадного удара! Даже если впоследствии он умрет — эта битва станет его собственной триумфальной победой!

— "Я не могу так умереть!" — Осознавая пришествие неизбежного поражения и смерти, мысли Ахерона словно на миг ускорились, мелькая перед его глазами событиями прошлого. Однако невзирая на это предательское чувство слабости, вены под его кожей уже начали извиваться словно тысячи яростных червей!

Секунды сменяли друг друга, словно нарисованные поэтапно картины, в то время как холодное лезвие уже касалось кожи на шеи Ахерона. Его пылающий, преисполненный ненавистью взгляд безотрывно взирал на летящий клинок, взирал на холодный взгляд великого рыцаря, желающего забрать его жизнь. Он буквально чувствовал ледяное касание смерти, но несмотря на это, его шея внезапно начала стремительно покрываться непонятной черной чешуей, в то время как он сам лишь безуспешно пытался отдалиться от лезвия.

Прошло лишь очередное мгновение, как мчащийся клинок уже беспрепятственно прошелся по черной чешуе — рассекая ее с чудовищной легкостью и продолжая свой стремительный натиск. Тем не менее, именно этого неожиданного мгновения хватило, чтобы избежать, казалось, неминуемой смерти!

Cтремительное лезвие прошло по горлу Ахерона, словно кисточка художника по холсту, разрезая его шею, как раскаленный нож масло. Поток неистовой горячей крови тотчас брызнул прямо в лицо Рейгона, но в этот напряженный момент великий рыцарь не посмел даже моргнуть, непоколебимо заканчивая свою молниеносную атаку. К его полнейшему шоку, отпрыгнувший назад Ахерон так и не свалился безжизненным трупом, а лишь продолжал изрыгать водопад крови, сдавливая одной рукой разрезанное горло и удерживая второй наполовину отрубленную голову!

— Почти... ха-ха... почти... — Безумный смех вырывался из пасти Ахерона вместе с непонятным хрипом и фонтанирующей сквозь его сжатые на шеи пальцы кровью. И даже его осипшие слова заглушались булькающими звуками крови.

Однако, чем больше времени проходило, тем раскатистее становился его громыхающий по окрестностям смех. С каждым прошедшим мгновением, его чудовищное тело словно проходило необъяснимую метаморфозу, изменяясь под непоколебимой волей своего хозяина!

_______________________________________________________________________________________

— "Похоже, я всё-таки проиграл..." — Вместе с этой мрачной мыслью, Рейгон обессилено упал на колено, сжимая свою окровавленную культю с печальной усмешкой на губах. Однако сейчас ему было плевать даже на свою постепенно утекающую из тела жизнь, ведь его сожалеющий взгляд был прикован лишь к чудовищу вдали.

У него был один-единственный шанс, за который он отдал все, что только мог отдать. К сожалению, даже так, он в итоге все равно потерпел поражение. Была ли это судьба или воля случая? Кто знает. Сожалел ли он, что не отступил, когда была возможность? Нет, ведь возможность была иллюзорна, а меч в его руке — реален. Ему лишь было грустно, ведь его брата ждет ужасная судьба. Но в то же время он был рад, что хотя-бы Виолетта не увидит всего этого кошмара...

На протяжении всей своей жизни он мчался вперед, только и делая, что преодолевая одно испытание за другим. Он убивал врагов, что смели бросить вызов его семье. Убивал врагов, что смели бросить вызов ему. Он был великим рыцарем! Но не фамилия Аграванд дала ему этот титул... нет, титул ему дала слава и доблесть, что он заслужил клинком, лежащим в его собственных руках!

— "Прости, что подвел тебя, Рикард..." — Переведя взгляд в окно главного дома поместья, Рейгон даже сквозь мутную пелену на глазах отчетливо видел лицо своего брата, который со слезами на глазах неотрывно наблюдал за ним. — "Не печалься за меня, брат. Я ведь всегда был готов к смерти..."

_______________________________________________________________________________________

— Я БЕССМЕРТЕН!!! — Ахерон заревел столь яростно и безумно, что его голос разносился по окрестностям чудовищным гулом. Однако, даже прежде, чем громогласное эхо эти двух слов успело смолкнуть, он уже стремительно бросился в сторону великого рыцаря.

К этому моменту Ахерон наконец убрал руку с разрезанного горла, где виднелся лишь огромный, похожий на толстого червя шрам, закрытый полосой еще более огрубевшей черной чешуи. Даже его чудовищное тело, казалось, стало лишь еще быстрее, сильнее и больше. Прошел лишь краткий миг, как истощенный и истекающий кровью великий рыцарь был наконец схвачен его длинными, монструозными руками. Его последующие бесполезные попытки избежать поимки были смехотворны...

— Тебя ждет вечный кошмар! — Безумно смеясь, Ахерон немедленно принялся разрывать великого рыцаря на части, делая это с максимальной медлительностью. К его удивлению, великий рыцарь до самого последнего мгновения смотрел ему прямо в глаза, так и не издавая пронзительных воплей.

Лишь напоследок, несколько стонов нестерпимой боли все же вырвалось изо рта Рейгона, вместе с мелькнувшим в его душе страхом смерти. Однако этих ничтожных чувств оказалось слишком мало, а когда тело великого рыцаря разорвалось от непреодолимой силы, они так и вовсе стихли, уносимые вечным забвением.

— Победа, а теперь... — Переведя взгляд на графа в окне поместья, Ахерон тотчас яростно и безумно оскалился, закидывая куски разорванного трупа себе в пасть. Ничего... скоро граф разделит участь своих ничтожных защитников.

И пусть великий рыцарь до самого последнего мгновения не испытывал истинного ужаса, эти и другие эмоции сполна наполняли силуэт в окне. Пора Рикарду в полной мере заплатить за свое предательство и безразличие к чужой скорби. С ним он уже не будет так спешить...

Однако даже прежде, чем Ахерон успел сорваться с местами в безумном спринте, чувство невероятной опасности вновь переполнило его душу до краев. Едва он успел обернуться, как в его потрескавшихся, пылающих зрачках был виден лишь блеск несущегося на него огромного меча!

Глава 98. Кровавый восход. Часть 8.

Огромный двухметровый меч надвигался с неотвратимой угрозой и опасностью, а его чудовищная, безмолвная скорость была стремительна даже в сравнении со скоростью самого Ахерона. Даже со всей своей запредельной мощью, он сейчас попросту не успевал среагировать...

Не прошло и мига, как вместе с противным отзвуком стали о камень, невообразимый по силе удар обрушился ему прямо на грудь, отбрасывая его с поистине невероятной скоростью. Его тело пронеслось словно падающий с далеких небес метеор, с чудовищным грохотом врезаясь в стоящий неподалеку дом.

— Воистину кровожадный демон... — Оглядевшись, священный рыцарь к своему потрясению лицезрел вокруг только мрачную картину разорванных и разрубленных тел. Целые сотни...

Кровь, внутренности и изувеченные тела буквально холмами устилали всю землю. И даже среди валяющих трупов он то и дело примечал откусанные с первобытной жадностью и дикостью куски плоти. Сейчас он не мог не понять, что отвратительное чудовище перед ним не гнушается ничем, а значит — разговаривать уже бессмысленно.

В прошлом он допустил ошибку и не разобрался с вопросом полностью, опираясь на слова тех, кто в итоге подвел его доверие. Но в этот раз он разберется с проблемой окончательно! Сегодня он наконец закроет давний вопрос и положит конец очередному чудовищу, что без конца продолжают наводнять этот славный мир!

_______________________________________________________________________________________

— "Ненавижу..." — Ахерон в этот момент буквально сгорал от ярости и ненависти, полыхающей в глубинах его души. Чудовищная боль, охватившая его грудь, была и вовсе немыслима. Если бы не его безбрежный гнев, то он едва ли смог бы прийти в сознание. Однако его враги все еще не убиты, а значит, он не мог закрыть свои глаза!

Все ребра и даже грудная клетка были безжалостно раздроблены, а глубокий разрез на теле был поистине чудовищен, проходя вплоть до костей. Тем не менее, это было совсем не важно, и вовсе не это заставляло его кровь сейчас яростно кипеть!

Стоило ему только убить одного врага, как появлялся другой — снова и снова, вновь и вновь. Бесчисленные враги осаждают его, порой даже не страшась отдать свои жизни за победу. За подобную дерзость он должен показать им поистине незабываемый ужас, чтобы впредь они не осмеливались даже сопротивляться! Он утопит их в бесконечном море ненависти и отчаяния! Он спалит их в огне своей ярости и злобы!

Далекий шепот уже звучал в его ушах, призывая подняться, призывая сражаться до самого конца, невзирая ни на что! Голоса эти были знакомы: это были его друзья, его близкие... его семья! Если они попросили его подняться — так и будет!! Если они велят ему сражаться — он будет делать это на протяжении вечности!!!

_______________________________________________________________________________________

— Ghanda Tura Shu! Aorka Das Lashan! — Прошло лишь мгновение, прежде чем непонятные, но наполненные мрачной величественностью слова прогремели из разрушенного дома, проносясь по окрестностям раскатами грома!

Даже когда громыхающий и наполненный безумием голос умолк, его ужасающие слова лишь продолжали разноситься повсюду далеким и безбрежным эхом... Казалось, мир рокотал!

Спустя миг, словно мрачный вестник тех слов, из разрушенного дома вдруг показалась ужасающая рука, а следом за ней — из пыли мелькнуло и гигантское трехметровое обезображенное тело, на груди которого была огромная полоса многократно нарощенной черной чешуи, закрывшей недавнюю глубокую рану. Даже сейчас, эта чешуя бурлила, словно черная смола, укрепляясь все сильнее с каждым мигом!

— Zura Mi Zi Bra! — Сознание Ахерона в этот момент будто утопало во тьме и мраке, в то время как безумные и непонятные слова лишь продолжали громогласно слетать из его чудовищных уст, вынуждая окружающий мир иллюзорно темнеть! С каждым новым словом, рассветное солнце на горизонте, казалось, блекло...

Руки Ахерона тотчас блаженно раскинулись в стороны, словно желая охватить весь мир, в то время как мрачный священный рыцарь лишь молчаливо наблюдал за ужасающим силуэтом вдали, поражаясь таким изменениям. Чудовищное, извивающее нечто перед его глазами вызывало ужас одним только своим присутствием. Казалось, каждое мгновение оно пыталось придать себе какую-то еще более великую форму! И не важно, насколько ужасно эта форма будет выглядеть...

Священный рыцарь даже не мог понять слов, произнесенных этим чудовищем. Более того, он даже не мог произнести их в своих собственных мыслях. Однако, невзирая на аморфность этих ужасающих речей, они заставляли трепетать даже его самого. Казалось, даже сейчас, они все еще набатом громыхали в его ушах, делая все происходящее куда более омраченным. Даже его невероятный удар оказался бесполезен, а непонятная черная чешуя уже словно зашила место, где, без сомнения, должна быть смертельная рана.

— Shura! — Едва это рокочущее слово слетело из раскрывшихся уст Ахерона, как спустя миг он в яростном порыве бросился прямо на священного рыцаря.

Его скорость сейчас была еще чудовищнее прежнего, как и сила, что без конца наполняла тело! Даже прежде, чем эхо произнесенного им слова успело умолкнуть, он уже оказался прямиком перед ошеломленным священным рыцарем, опуская на него свой смертоносный клинок!

Пронзительный свист ветра, как и грохот, вмиг разошлись по всем окрестностям, в то время как место удара было фактически разорвано на части. Однако ни крови, ни плоти там не было, как не было и тела священного рыцаря, что в свою очередь, уже мрачно контратаковал.