Отброшенная тень

— Хорошо, я не убью их... — Тихо прошептав, Ахерон уже спустя миг увидел поднявшиеся на него заплаканные глаза, полные надежды и даже легкого умиротворения.

Он чувствовал даже толику раскаяния и благодарности в душе своего заклятого врага. Однако разве могли эти слабые и ничтожные чувства утолить пламя его бесконечного гнева?! Нет... эти никчемные иллюзии могут лишь обратиться пеплом!!!

— Хотя знаешь... я передумал! — Едва эти роковые слова прозвучали в ушах Миркона раскатами громового смеха, как уже в следующий миг когтистые пальцы Ахерона до упора вонзились прямо в глазницы Клаудии под аккомпанемент безумного и полного боли визга!

— Мама!!! — Видя весь произошедший кошмар, Миркон завопил как сумасшедший, неистово поднимаясь с пола и даже не обращая внимания на чудовищную боль в своей практически уничтоженной ноге.

Отчаяние и душевная боль терзали его сейчас как никогда прежде, а сам он мог лишь броситься на Ахерона в бесполезной и отчаянной попытке помочь сбежать хотя бы своей валяющейся на полу сестре.

— Тамия, уходи! Уходи скорее! — Миркон вцепился в Ахерона всеми силами, выкрикивая торопливые слова для сестры, однако та лишь едва пошевелилась, очевидно, не способная подняться. — Умоляю, сестренка... уходи...

Даже умоляющие слова брата в конце концов так и не вынудили Тамию подняться. Удар, который пригвоздил девушку к полу, оказался роковым, отчего сейчас она едва находилась в сознании, если вообще понимала, что происходит. Слова брата для нее уже явно не играли никакой роли...

— Никто не уйдет, ведь ты слаб... — Схватив руки Миркона, Ахерон рывком вывернул их в противоположную сторону, следующим ударом ломая и его последнюю целую ногу, безжалостно растаптывая ее и не обращая внимания на чудовищные вопли. — Так и не назвал моего имени, но это не важно. Главное, чтобы ты продолжал все помнить...

Ахерон не медлил, вместе со своими последними словами поднимая Тамию, словно безвольную куклу, которая сейчас, даже не понимала, что происходит. Ее рот на миг приоткрылся, но слова, выходящие из него, были невнятны, а потому — он лишь проигнорировал девушку, в следующий миг перекручивая ее голову на 360 градусов и с легкостью отрывая от тела.

— Тамия... — Миркон мог только безвольно наблюдать за ужасной смертью всей своей семьи, в то время как слезы отчаяния продолжали непрерывным потоком течь из его глаз. — Великая Мать покарает тебя за это, проклятый душегуб...

— Великая Мать...? — Весело рассмеявшись, Ахерон наконец подошел к Миркону, хватая его за голову и начиная медленно выдавливать ему глаза, под агонизирующие вопли и визги. — Нет тут никакой Великой Матери, глупец. Здесь только я!

Безумно смеясь, Ахерон не спешил, лишь продолжая свое нерасторопное и изуверское, но аккуратное действие. Он не убьет этого червя как всех остальных... нет, его враг должен продолжать страдать, лишь изо дня в день наблюдая ужасающие картину в темноте, которая отныне будет вечно его окружать!

— Теперь ты остался один, жалкий червь! И ты будешь до конца своих дней видеть только эту мрачную картину! — Ахерон лишь безумно смеялся, наблюдая за Мирконом, что сейчас, словно червяк, вопил и ползал по окровавленному полу. — И помни: если однажды ты подумаешь, что кошмар закончился — значит я уже стою за твоей спиной!

Ахерон более не медлил, со смехом бросая к сломанным рукам Миркона оторванные головы его родных, спустя миг стремительно мелькая из поместья. Он уже чувствовал приближающуюся сюда толпу. Однако сегодня им чудовищно повезло, ведь сейчас его ждут другие враги! Но ничего... совсем скоро он уже услышит эхо воплей всего мира!

Глава 87. Блуждающий. Часть 6.

Ахерон стремительно мелькал, прыгая по деревьям и с каждым мгновением все дальше отдаляясь от окутанного безмолвной и жуткой тишиной поместья. Он наконец сокрушил одного своего врага, но этого недостаточно! Сейчас, ярость, злоба и ненависть только сильнее начала разгораться в его пылающих, потрескавшихся зрачках! Этого вовсе недостаточно...

Впереди его ждет еще великое множество врагов: дворяне, что лишь молчали, насмехаясь над ним за его спиной... их подлые вассалы... друзья всех этих подлецов и мерзавцев... проклятая церковь и их мерзопакостные епископы. Враги! Его окружают бесчисленные враги! Королевство, король... весь мир! Он должен — нет, он обязан сокрушить их всех! Обязан услышать их пронзительные вопли, как и ощутить душой их нескончаемый страх и ужас!

Невиданная доселе ярость и ненависть сейчас отзывалась раскатистым звучанием сердца прямо в ушах Ахерона, вынуждая его прервать даже свой стремительный натиск, несущий его только вперед. Его зрачки трепыхались от жестокости, которую он должен показать своим недругам, в то время как безумный взгляд уже обратился к далеким и безбрежным небесам! Прошел лишь миг, как он развел руки в стороны, объявляя свое непоколебимое решение всему миру!

— Я должен показать им, что такое истинный кошмар!!! — Неистовый рев вырвался из глотки Ахерона вместе с безумным смехом и рычанием, рокотом проносясь по всем окрестностям. Однако даже прежде, чем он успел выбрать свою следующую цель, чувство невероятный опасности тотчас зазвенело за его спиной тревожным набатом!

Собственный громогласный рев все еще звучал в ушах Ахерона, однако пара стремительных клинков уже неслась жестоким ответом к его голове. Никогда прежде он не ощущал такого необъяснимого чувства угрозы, тогда как в отражении света на несущихся к нему мечах он уже видел несгибаемое стремление отнять его жизнь!

— Ты уже давно должен был умереть. — Холодный женский голос раздался в ушах Ахерона вместе со свистом ветра, в то время как оба клинка лишь продолжали двигаться к его голове с чудовищной скоростью. — Так отправляйся в свои собственные кошмары в одиночку!

Едва женский голос стих, как безумный оскал вмиг исказил черты лица Ахерона, пока чувство опасности лишь продолжало яростно звенеть в его ушах. Однако сейчас... он не чувствовал и капли страха! Его движения были еще более стремительными, чем несущиеся на него мечи, а сам он не смел медлить даже мгновения, выгибаясь назад и пропуская скрещенные на миг клинки прямо перед своим носом! Только несколько прядей его слишком длинных волос, не успевающих вслед за ним, было срезано этим беспощадным ударом...

— Я уже чувствую в вас нотки затаенного страха... — Оттолкнувшись ногой от блока одного из ошеломленных неудачей силуэтов, Ахерон уже в следующий миг легким кувырком в воздухе приземлился на землю, переводя свой пылающий взгляд на двух новых врагов. — Ваши безэмоциональные лица и желтые глаза... Совсем скоро они исказятся от ужаса и отчаяния...

Ахерон злобно улыбался, однако два силуэта не медлили, как и ничего не сказали в ответ на жуткие слова их противника. Даже небольшой шок, на миг охватившей их после неудачной атаки, исчез также быстро, как и появился, в то время как они сами уже вновь стремительно бросились вперед.

— Молчите?! Ничего... — Безумно рассмеявшись, Ахерон не отступил ни на шаг, лишь так же, как и его враги, яростно устремляясь вперед. — Скоро вы будете молить меня о быстрой смерти!

Ахерон отчетливо видел стремительные движения пары до странного знакомых силуэта, а их скорость более чем впечатлила его. Если обычные рыцари не могли ничего ему противопоставить, то эти двое непойми откуда взявшихся супостата имели шансы. Но это не важно... важна лишь очередная победа, чье громогласное эхо он уже слышит в своих ушах!

Едва стоило троице сблизиться друг с другом, как Ахерон уже стремительно мелькнул под одним вражеским клинком, между тем молниеносно уклоняясь от другого. Прошел лишь краткий миг, как его наполненный чудовищный силой кулак уже летел прямиком в лицо закрытого черным плащом мужского силуэта.

Он уже представлял шокированное и обескураженное выражение лица своего врага... представлял, как пустит ему кровь своим тираническим ударом. Однако к собственному удивлению, его верткий недруг лишь ловко отклонился назад, c легкой усмешкой на губах пропуская стремящийся кулак в сантиметре от своего лица.

— Забавная дерзость для обычного щенка, чудом получившего силу... — Едва слова мужчины достигли ушей Ахерона, как тот уже молниеносно вытащил жутко изогнутый кинжал из-под своего плаща, в мгновение ока вонзая его до самой рукоятки прямо в руку своему грозному противнику.

Чувство сильной боли, как и ярко-алая проливающаяся рекой кровь, на мгновение отрезвили Ахерона, но спустя очередной миг, лишь еще большая ярость и ненависть запылала внутри его тела, ослепляя своим безжалостным ворохом.

Раненная и пробитая насквозь рука, даже не замедляясь, лишь продолжила движение к ошеломленному мужскому силуэту. Тем не менее, даже прежде чем эта окровавленная длань достигла результата, другой неистовый вражеский клинок уже несся в ответ, желая отделить ее от тела.

Яростно стиснув зубы, Ахерон был вынужден тотчас остановиться, быстрым ударом ноги отбрасывая женский силуэт от себя, в то время как и мужчина к этому моменту уже стремительно ретировался. Их комбинированные атаки были наполнены невероятной синергией...

— Непростительно... — Вместе с тихим шепотом очередной отклик боли неожиданно прошелся по всему телу Ахерона, тогда как его взгляд уже приковался к собственной ноге, что сейчас была насквозь пронзена таким же изогнутым кинжалом, что и рука.

Боль была сильной, но это не важно, ведь она его давний друг. Его левая ладонь и так постоянно изнывает от чудовищной боли, будто постоянно находится в жарком пламени, но и это совсем не важно. Важно лишь то, что его враги посмели столь рьяно сопротивляться. Он... он даже не чувствует ужаса и страха внутри них. Непростительно...

— Ну и навел же ты шороху, парень. — Усмехнувшись, мужской силуэт уже в следующий миг отбросил капюшон, раскрывая свои ярко-рыжие волосы и легкую, непринужденную улыбку. — А нам, как всегда, приходится разгребать все это дерьмо...

Ярко-желтые, почти пылающие глаза мужчины с усмешкой смотрели прямо в глаза самозабвенно истекающего кровью силуэта. Они были ужасно схожи между друг другом, лишь за одним-единственным отличием: зрачки последнего были будто наполнены множеством жутких трещин, которые, словно черные вены, струились по всему глазу.

— Непростительно... непростительно... — Чем больше мужчина продолжал болтать, тем сильнее зрачки Ахерона дрожали от ярости, ненависти и бесконечного гнева, закатываясь за веки вместе с сопровождающим их громогласным ревом. — НЕПРОСТИТЕЛЬНО!!!

Не прошло и мига, как чудовищный рев тираническим набатом вырвался из горла Ахерона, ошеломляя стоящую неподалеку пару. Однако это не было концом, ведь спустя мгновение, его безумная улыбка уже исказилась от уха до уха, раскрывая заполненную бесчисленными острыми зубами пасть.

— Знакомый вид... — Прошептав с легкой усмешкой, мужчина на деле даже не посмел отвести слегка беспокойного взгляда от силуэта Ахерона, обращаясь к рядом стоящей с ним девушке. — Неужели так действует проклятие? Помнишь, я рассказывал, как Лаура...

Не успел мужчина даже закончить говорить, как Ахерон уже в следующий миг яростно сорвался с места, бросаясь прямиком на стоящую в отдалении пару в безумном и стремительном порыве. Визг, рев и смех выходил чудовищным набатом из его горла, в то время как он сам лишь отчаянно желал разорвать на части своих надменных врагов!

Он двигался сейчас еще стремительнее прежнего, чуть ли не бликами мелькая между вражескими клинками. Однако его хаотические удары так и не смогли достичь своей желанной цели. Лишь еще большее количество ран и порезов оказывалось на его устрашающем теле. А это, в свою очередь, лишь многократно подпитывало его безбрежный гнев!

— Вас ждет кошмар! — Неясный вопль вдруг вырвался из распахнутой от уха до уха пасти Ахерона, тогда как его вмиг изменившийся голос едва ли был узнан двумя силуэтами, проносясь по округе лишь раскатистой какофонией чудовищных звуков. — Страх! Ужас!! Отчаяние!!!

Ахерон продолжал яростно реветь, с каждым мгновение становясь еще быстрее прежнего, отчего двое силуэтов не могли ни помрачнеть. Они едва успевали наносить удары в промежутках между своими стремительными атаками.

Их парные движения были крайне молниеносными, рассчитанными и дополняющими друг друга, но даже так они едва успевали предпринять что-либо перед яростным и ревущим противником. Его чудовищная мощь, казалось, лишь продолжала прибывать...

— Он прямо совсем, как Лаура... Попробуем то, о чем говорили...

Тихие голоса врагов то и дело раздавались в ушах Ахерона, но они лишь заставляли его испытывать еще большую ненависть и злобу. Знакомые воспоминания силой лезли в голову, заставляя его испытывать невероятные страдания. Он должен разорвать своих врагов! Должен заставить их замолкнуть!! Должен вырвать их лживые языки!!!

Глава 88. Блуждающий. Часть 7.

Ярость, злоба и ненависть сейчас горели в сердце Ахерона сильнее, чем когда-либо прежде. Знакомые силуэты, знакомые глаза и знакомые слова, то и дело выходящие набатом из уст его врагов — все это заставляло его словно бы сходить с ума, желая лишь заставить говорящих утопать в собственном отчаянии и ужасе!

Его несущийся вперед силуэт сейчас, вопреки чудовищным ранам, был поистине неудержим, мелькая с невообразимой скоростью и стремительностью, отчего на лицах двух фигур в черном одеянии застыло лишь выражение искреннего шока и недоумения. Капли пота уже стекали с их лбов, а непринужденные улыбки давно покинули лица, оставляя лишь предельную сосредоточенность и концентрацию.

— Литания, отвлеки его на миг... — Тихо прошептав, мужчина уже в следующий миг бросился в сторону, казалось, чудом избегая тиранического удара, который без сомнения превратил бы его голову в фарш.

Даже эти тихие слова, вырвавшиеся из его уст, уже в тот же самый миг потонули в громогласном реве и безумном визге. Тем не менее Литания не смела медлить, бросаясь прямиком на ужасающий силуэт, который сейчас казался еще чудовищнее прежнего!

— Лишь на миг, Йордан... — Стиснув зубы, Литания впервые с начала боя помрачнела, попутно уклоняясь от очередного безумного удара, желавшего расплющить ей голову.

Она была очень сильна и стремительна, всем своим видом выражая выход за пределы человеческих возможностей. Однако, наблюдая сейчас за возвышающимся над ней на целую голову силуэтом, который с каждым мигом становился лишь еще выше, сильнее и быстрее, легкая паника не могла не начать проскальзывать в ее пылающих глазах.

Она, как и Йордан, уже знала, кто именно стоит перед ней. Хотя из лаборатории и сбежало множество подопытных, их следов, к своему огромнейшему удивлению, они даже не смогли обнаружить. Те, очевидно, решили затаиться, и найти их будет не так-то просто — в отличии от одного исключения, оставляющего после себя горы трупов и реки крови...

У них попросту не было иного выбора, поэтому они с Йорданом с самого начала решили нагнать хотя бы самого обезумевшего подопытного — Ахерона, и устранить его, пока он не нанес непоправимый вред, приводящий по следам к ним самим. Тем не менее, едва завязался бой, как они оба поняли: перед ними предстал далеко не обычный обладатель звериной крови.

— "Неужели тот знак на его руке действительно оказался настолько сильным проклятием, повлиявшем тогда на Лауру..." — Мысли Литании пытались как следует все обдумать, но к сожалению, свист разрываемого под ухом ветра не давал ей сосредоточиться ни на чем другом, кроме самой битвы.

Сейчас она была вынуждена предельно сосредоточиться только на сопернике перед ней, используя все свои возможности и навыки. Если бы стоящий перед ней силуэт не находился в слепой ярости, опираясь в бою лишь на дикие инстинкты, то они с Йорданом проиграли бы за считанные мгновения! Это не могло не ошеломлять ее, отдавая легкими пульсациями страха в душе. Этот мальчишка уже сейчас на целую голову превосходит их физические характеристики...

— Сейчас, Литания! — Громкий крик Йордана вдруг раздался со спины Ахерона, но сейчас ему было плевать на это, в то время как его размашистые и безумные удары лишь продолжали молотить окружающие деревья и землю.

Его враги были словно насекомые, отчаянно избегающие каждого его рокового удара, но их участь уже давным-давно предрешена. Вскоре он раздавит и их тоже... Точно также, как раздавил всех остальных насекомых, посмевших бросить ему вызов!

— Умри! — Когда призывающие слова Йордана донеслись до ушей Литании, она не отступила, а наоборот, лишь еще яростнее бросилась вперед, с трудом уклонясь от удара Ахерона.

Ее клинок уже летел следом, желая разрубить на части неудержимого врага, но тот лишь с легкостью уклонился, нанося в ответ еще один тиранический удар. Видя это, Литания могла лишь отчаянно извернуться всем своим телом, грациозно уклоняясь в миллиметре от ураганного удара кулака. Однако даже так, она не отступила, продолжая свой натиск и давая Йордану тот самый нужный ему миг...

— Твой брат Маркус впечатлил меня куда сильнее... — Усмехнувшись, Йордан уже наносил горизонтальный удар прямо со спины врага, практически видя перед своими глазами будущую картину разрубленного надвое тела. Однако едва его слова прозвучали громогласным набатом в ушах Ахерона, как последний тотчас яростно обернулся, c чудовищным хрустом изгибаясь в жуткой форме...

В глазах Ахерона Йордан сейчас видел лишь первозданную злобу и ненависть, в то время как он сам уже пожалел о бездумно сказанных словах, что обернулись ему ранним предупреждением врага, который как он думал, находиться в беспамятстве. Однако невзирая на это, его стремительный клинок лишь продолжил нестись вперед!

— Просто сдохни уже! — Зарычав, Йордан до предела ускорил несущийся к его противнику меч, в то время как предательская мысль прервать атаку даже не посетила его голову. И даже изогнувшийся в жуткой форме силуэт чудовищного Ахерона не поколебал принятого им решения! Лучшего момента для атаки уже просто не будет, и каким бы сильным и быстрым ни был его грозный враг, он уже никак не сможет уклониться или блокировать мифриловый клинок!

Время в этот момент словно на миг замедлилось, и чем ближе несущийся меч подбирался к телу врага, тем более широкая усмешка появлялась на лице Йордана. Однако Ахерон не собирался просто стоять и смотреть на свое отражение в лезвии мчащегося к нему клинка. Его руки напряглись со всей доступной ему силы, и не прошло и мгновения, как его рокочущие на сдавленном ветру ладони вмиг сошлись вместе, издавая оглушительный по силе хлопок и порыв ветра! Мощь этого удара была столь велика, что этот чудовищный импульс отбросил даже Литанию, чей яростный клинок был в мгновении от того, чтобы наконец пролить кровь своего ужасающего врага!

— Н-невозможно... — Стоило только Йордану увидеть свой пойманный клинок, зажатый между двумя схлопнувшимися ладонями, как шок и ужас вмиг исказил его до этого улыбающееся лицо.

Он даже не мог понять, как это возможно, но провал оставался провалом, а потому, его ноги уже пришли в движение, желая избежать атаки чудовищного врага. Однако, он так и не успел отступить, ведь уже в следующий миг тиранический удар в грудь буквально отправил его в неконтролируемый полет!

Йордан на мгновение будто потерял сознание от немыслимой боли, изрыгая водопад крови из своего рта и с невероятной скоростью проносясь по земле хаотичными кувырками. Его безвольно летящее тело безжалостно пробило собою сразу несколько деревьев, останавливаясь лишь после встречи со скалой. Все его тело было в крови, а кости так и вовсе были раздроблены в бесчисленных местах. Обычный человек, без сомнения, был бы уже мертв, но такой обладатель звериной крови, как он, сумел довольно быстро прийти в себя, к своему ужасу лишь наблюдая перед собою мрачную картину чудовища, яростно несущегося прямиком на него...

— Йордан!!! — Литания могла лишь закричать в панике, с искренним шоком наблюдая ужасающую картину их поражения.

Она думала, что победа уже была у них в руках, но произошло практически невозможное, обернувшееся лишь еще большим ужасом прямо на ее пылающих глазах.

— Я... я епископ Церкви... Ярчайшего Cвета... — Изрыгая изо рта непонятные сгустки крови, Йордан мог только стискивать зубы от немыслимой боли, ненавистно поглядывая на Ахерона, который, протянув руку, поднял его над собой, словно безвольную и сломанную куклу. — Ты... такой, как ты... не может убить меня...

После неверящих слов своего врага, Ахерон лишь безумно и раскатисто рассмеялся, в следующее мгновение раскрывая свою полную острых зубов пасть еще шире прежнего. Однако это наполненное безмолвием чудовищное действие спустя миг стало еще более страшным, подкрепляясь неясным и ужасающим скрипучим голосом, громогласно разносящимся по всем окрестностям.

— Это не убийство, а триумфальный пир... — Стоило только ужасающему голосу дойти до ушей Йордана, как бесконечный страх вмиг начал сковывать его до этого непоколебимое сердце. — А ты... ты просто пища...

Как только слова Ахерона стихли, его пасть вмиг сомкнулась на руке Йордана, неистово разжёвывая ее и отрывая от тела под мерзкие, чавкающие звуки.

Наполненные невыносимой болью и ужасом вопли уже в следующий же миг пронеслись визгом по всем окрестностям, но невзирая на это, Ахерон лишь продолжал, наслаждаясь наконец терпким ужасом и бескрайним отчаянием, что окутали черной паутиной душу его очередного, преисполненного лживой гордыней врага!

— В-великая Мать! Литания!! Помоги мне!!! — Йордан вопил как сумасшедший, сгорая от ужаса и боли, пока с каждым укусом от него не отгрызался один кусок за другим. — А-а-а-а-а! Л-литания! Спаси... спаси меня!!!

Чем больше воплей и визгов исходило из исказившегося в агонии рта Йордана, тем сильнее дрожала от испуга стоящая в отдалении Литания. Она хотела броситься вперед и помочь своему другу, безжалостно атакуя незащищённую спину Ахерона, однако слишком сильно боялась похожего исхода и для себя самой. Она уже видела на что способно это безумное чудовище...

— "Прости, Йордан." — Едва эта прощальная мысль пронеслась в голове Литании, как уже спустя миг она стремительно бросилась в обратную сторону. Лишь обезумевшие слова Йордана, шокированные побегом своего давнего товарища, сопровождали ее по пути, пока даже эти отдаленные вопли и визги, приглушенные булькающей во рту кровью, наконец окончательно не смолки в ее ушах, уступая место лесному безмолвию.

Ахерон же не обращал никакого внимания на своего убегающего вдаль супостата. Лишь один враг из многих сбежал от него... но разве это проблема? Он найдет ее потом... найдет и пожрет! Ведь сладкий запах ужаса уже окутывает ее убегающую вдаль, отравленную душу!

Секунда проходила за секундой, укус за укусом, в то время как сладкая, отдающая приторными вкусом железа кровь без конца наполняла рот Ахерона вместе с очередным приглушенным отзвуком хрустящих костей. Наконец-то его враг вопит от ужаса и молит от отчаяния! А что раньше?! Какое абсурдное высокомерие было на его лице до этого?! Наконец... наконец он уничтожил и растер в пыль маску этой абсурдной лжи!!!

Безумный громогласный смех еще долго звучал в лесу, как и вопли сгорающего в агонии епископа церкви, пока спустя некоторое время от него не осталось лишь одинокое пятно крови на черной земле.

Глава 89. Блуждающий. Часть 8.

Множество высоких силуэтов, с отвращением сморщив лица, стояли на крепостной стене, беспечно наблюдая за открывшимся перед ними омерзительным видом. Бесчисленное количество разорванных и разрубленных тел звероподобных покрывало равнину, словно мрачное полотно, в то время как несколько отвратительных, непонятных на вид чудовищ уже с расторопной жадностью пожирали гниющую плоть.

Даже сейчас из далекого тумана все еще выбегало множество различных звероподобных монстров, стремительно спешащих к зовущему их прекрасному пиру, лишь отчаянно желая урвать свою собственную часть легкодоступной и вкуснейшей плоти.

— Напомните, пожалуйста, почему мы этим занимаемся? Очевидно же, что он уже окончательно сошел с ума... — Слегка ленивый мужской голос вдруг тихо сошел из уст одного из силуэтов, в то время как его желтые глаза лишь продолжали неотрывно следить за происходящим на равнине.

Открывшийся несуразный вид побуждал его кровь будто бы слегка бурлить, в то время как далекие чавкающие звуки пожирающей плоти вынуждали язык пройтись по его слишком уж сухим губам, словно отражая этим терзающую его долгое время жажду.