Искажённые миры: Ставшие богами

Он открыл глаза и посмотрел на брата.

— Завтра начнём.

— Да, — ответил Рэйн. — Завтра.

Конец Главы 15.

Глава 16: «Уроки»

1. Подвал

Подвал под заброшенным складом, который служил им убежищем, стал тренировочным залом.

Эш расчистила центр помещения — отодвинула ящики к стенам, убрала сломанный стул, постелила на пол старый ковёр, найденный где-то наверху. Ковёр был пыльным и протёртым до дыр, но это было лучше, чем холодный камень. Свет давала одна лампа, подвешенная к потолочной балке, и она раскачивалась при каждом сквозняке, заставляя тени плясать по стенам.

— Свод Пределов, — сказала Эш. — Что ты о нём знаешь?

Нокс стоял в центре комнаты. Без плаща, без кинжалов. Только руны на ладонях и шесть серебряных линий, бегущих по рукам от запястий до плеч.

— Он показывает границы, — ответил он. — Пределы. Я вижу, где человек сломается. Где его страх. Где его боль.

— Это пассивное зрение. Ты видишь, но не действуешь. А Свод может больше. — Эш подняла с пола небольшой камень. — Когда ты умирал в лавке, ты призвал пламя. Чёрное. Оно не жгло, а вымораживало. Ты можешь сделать это снова?

Нокс посмотрел на свою правую руку. Серебряные линии молчали. Он сжал кулак и попытался вызвать то чувство — холод, который поднимался изнутри, когда он бил себя в грудь, чтобы запустить сердце.

Ничего.

— Не получается.

— Потому что ты пытаешься повторить момент смерти. А его нельзя повторить. — Эш бросила камень ему под ноги. — Попробуй иначе. Не вспоминай смерть. Вспомни, что ты почувствовал, когда вернулся.

Нокс закрыл глаза. Он вспомнил: перекрёсток, дождь, лицо брата. «Я найду тебя». Три удара в грудь. Чёрное пламя, которое не жгло, а возвращало. И голос — колыбельная, которую он не слышал, но знал всегда.

Серебряные линии на его руках засветились. От запястий вниз, к пальцам, потёк свет. Не золотой — серебряный, холодный. Он собрался в ладони, сгустился, и камень у его ног покрылся инеем. А потом треснул — не от удара, а от холода.

Эш кивнула.

— Хорошо. Ты вызвал холод, не умирая. Теперь давай посмотрим, что ещё ты можешь.

Она достала из-под плаща небольшой кинжал — тренировочный, затупленный.

— Атакуй меня.

Нокс поднял бровь.

— Ты ранена.

— Я всегда ранена. Атакуй.

Он колебался ровно секунду. Потом прыгнул — без предупреждения, как учил Сайлас. Эш уклонилась легко, словно ждала этого.

— Медленно.

Нокс ударил снова. Эш снова ушла.

— Медленно. Ты думаешь. Не думай. Пусть Свод показывает.

Нокс замер. Закрыл обычный глаз. Алый остался открытым. И он перестал думать.

Свод Пределов раскрылся. Эш перестала быть человеком — она стала картой границ. Вот её больное ребро — она бережёт его. Вот её страх — она боится не за себя. Вот её сила — она быстрее, чем кажется. Вот…

Он увидел её следующий шаг. Ещё до того, как она его сделала.

Нокс ударил — не туда, где она стояла, а туда, где она будет через мгновение. Эш ахнула и едва успела отклониться. Кинжал прошёл в волоске от её плеча.

— Хорошо, — сказала она, и в её голосе впервые прозвучало что-то похожее на уважение. — Ты увидел. Теперь научись действовать быстрее.

2. Библиотека

В другом конце города, в библиотеке Академии, Рэйн сидел за столом напротив отца.

Герцог Роберт Крейн выглядел иначе, чем в поместье. Он сменил домашний халат на старый камзол, собрал волосы в хвост. Золотые глаза — теперь он не прятал их — смотрели устало, но цепко.

— Архив, — сказал он. — Расскажи, как он работает.

Рэйн открыл внутренний взгляд. Мраморные колонны, уходящие в небо. Улицы, вымощенные переплётами. Архивариус в мантии из страниц.

— Я поглощаю информацию и превращаю её в формулы. Каждая книга, каждое знание становится Томом. Тома можно соединять. Это даёт новые заклинания.

— Синтез, — кивнул герцог. — Твой Архивариус помогает?

— Он анализирует. Предлагает варианты. Иногда молчит.

— Молчит?

— Когда ответ есть, но цена слишком высока. Он сказал, что не скажет мне правду, если эта правда может меня убить.

Герцог откинулся на спинку стула.

— Разумный. Мой Атлас — старая версия твоего Архива — такого не умел. Он просто показывал структуры. Никаких голосов, никаких советов. Только картинки.

— Ты был Свидетелем, — поправил Рэйн. — Атлас — это система Свидетеля.

— Да. Но я… я не активировал его полностью. Я боялся. После смерти Астры я перестал использовать Атлас. Я прятался не только от Тени. Я прятался от самого себя. — Он помолчал, потом подался вперёд. — Покажи мне Синтез. Соедини два Тома, которые никогда не соединял.

Рэйн закрыл глаза. Архивариус уже ждал. Вокруг него выстроились Тома: «Природа Огня», «Структура Воды», «Законы Трансформации», «Основы Рунологии». Сотни Томов. Сотни возможных связей.

«Рекомендую Том 47 и Том 112», — произнёс Архивариус. «Структура Воздуха и Природа Звука. Вероятность успешного Синтеза — 82 процента».

— Нет, — сказал Рэйн вслух. — Я выберу сам.

Он потянулся к Тому «Расщепление Магических Структур» — тому самому, который создал в детстве, когда разобрал Маяк Древних. И к Тому «Связи Между Мирами» — тому, что появился после чтения книги Эллиры. Два Тома. Два знания. Одно — о том, как разрушать. Второе — о том, как соединять.

Архивариус помолчал. Потом произнёс — с лёгкой, почти неуловимой ноткой любопытства: «Нестандартный выбор. Результат непредсказуем. Продолжить?»

— Да.

Тома открылись. Страницы начали переплетаться. Буквы с одного листа перетекали на другой, складываясь в новую формулу. Это было похоже на музыку — две мелодии, которые никогда не звучали вместе, вдруг нашли общий ритм.

Новая страница засветилась. Формула была завершена.

«Синтез завершён. Новый Том: Разрыв-Связь. Функция: разрывает магические оковы и одновременно создаёт стабильный мост между двумя точками реальности».

Рэйн открыл глаза. Герцог смотрел на него.

— Ты создал новое заклинание.

— Да.

— За минуту. Без подсказки.

— Я просто понял, что расщепление — это не только разрушение. Это ещё и освобождение. А связь — это не только мост. Это ещё и привязка. Если соединить оба принципа, можно разорвать то, что держит, и создать то, что держит по-новому.

Герцог долго молчал. Потом сказал:

— Ты сильнее меня. Сильнее, чем я был когда-либо. Ты не просто Архитектор. Ты — творец.

Рэйн не ответил. Но где-то в глубине Архива Архивариус тихо произнёс: «Запись сохранена. Новый Том добавлен в раздел Синтеза. Поздравляю, Архитектор».

3. Перекрёсток

Вечером братья встретились в убежище.

Нокс был измотан — тренировка с Эш выжала его досуха. Рэйн был бледен — Синтез требовал огромной концентрации. Но оба были довольны.

— Я создал новое заклинание, — сказал Рэйн.

— Я покрыл камень инеем, — ответил Нокс.

Они переглянулись. И почему-то улыбнулись.

— Это только начало, — сказала Эш. — Завтра будет сложнее.

— Мы готовы, — ответил Рэйн.

Нокс промолчал. Он смотрел на свои руки. Шесть серебряных линий — шесть Глаз Бездны — ждали своего часа.

Где-то глубоко внутри, в тишине Свода, Астра пела колыбельную.

Иди.

Конец Главы 16.

Глава 17: «Глаза»

1. Тренировка Нокса

На третий день тренировок Эш изменила правила.

Она привела Нокса в заброшенный склад на окраине Нижнего Города — не в убежище, а в другой, пустой и тёмный. Окна здесь были заколочены, и свет проникал только сквозь щели в крыше. Пол был усыпан битым стеклом и крысиным помётом. Пахло плесенью и старым деревом.

— Сегодня ты будешь сражаться не со мной, — сказала Эш.

Она подняла руку, и из тени в углу склада вышли три фигуры. Не люди — силуэты, сотканные из тьмы. Слуги Тени. Но не те, что нападали на площади. Эти были меньше, слабее. Пленники.

— Ты держала их здесь? — спросил Нокс.

— Я их поймала. Они не опасны — Тень отозвала из них большую часть силы. Но они всё ещё живые. И они всё ещё враги.

Нокс посмотрел на слуг. Они стояли неподвижно, опустив головы. Без приказа они не атаковали.

— Что я должен сделать?

— Призови Тени.

Нокс нахмурился.

— Я не знаю как.

— Узнай.

Она отошла к стене и села на перевёрнутый ящик. Давая понять, что вмешиваться не будет. Нокс остался один против трёх слуг.

Он закрыл глаза. Свод Пределов раскрылся. Три фигуры — три границы. У них не было страха, не было боли. Только пустота и приказ. Но внутри каждого из них была тьма — та самая, из которой они состояли. И эта тьма была знакома.

Она такая же, как чёрное пламя. Просто другая сторона.

Нокс вытянул правую руку. Серебряные линии на предплечье засветились. Он представил, как тьма внутри слуг откликается — не на приказ, а на зов. Не подчинение. Связь.

Ты — часть меня. Я — часть тебя. Иди ко мне.

Один из слуг дрогнул. Его контур поплыл, размылся — и отделился от тела. Тьма потекла по воздуху, как дым, и втянулась в серебряную линию на руке Нокса.

Слуга рухнул на пол — пустой, мёртвый.

Нокс покачнулся. Голова закружилась. Он чувствовал тьму внутри себя — она была холодной, чужой, но послушной. Она ждала.

— Хорошо, — сказала Эш. — Ты поглотил одну Тень. Теперь позови её обратно.

— Что?

— Ты Свидетель. Ты не поглощаешь — ты сохраняешь. Эта тьма теперь часть твоего Свода. Прикажи ей выйти.

Нокс закрыл глаза. Внутри, в пространстве Свода, он видел новую точку. Не Зеркало — что-то другое. Тень, застывшая в ожидании. Он потянулся к ней — и толкнул наружу.

Серебряная линия на его руке вспыхнула. Тьма вырвалась из неё и приняла форму — тот самый слуга, но теперь с серебряным контуром. Он стоял перед Ноксом и ждал. Не атаковал. Слушался.

— Это твоя Тень, — сказала Эш. — Не чужая. Твоя. Ты можешь призвать её в бою. Она будет сражаться за тебя.

Нокс смотрел на Тень. Она была молчаливой, неподвижной. Но он чувствовал связь — такую же, как с Зеркалами в старом Атласе. Только теперь это была не память о мёртвом. Это была сила, готовая действовать.

— Сколько я могу призвать? — спросил он.

— Пока не знаю. Твои Глаза Бездны — их шесть. Возможно, каждый Глаз может держать одну Тень. Возможно, больше. Мы узнаем это вместе.

Нокс кивнул. Он посмотрел на оставшихся двух слуг. Они всё ещё стояли неподвижно, ожидая его решения. И он принял его.

Двадцать минут спустя на полу склада лежали три пустых оболочки. А в Своде Нокса горели три новые точки. Три Тени, готовые выйти по первому зову.

2. Тренировка Рэйна

В библиотеке Академии герцог Роберт Крейн разложил на столе карту.

— Врата, которые вы закрыли на площади, были малыми, — сказал он. — Тень открыла их, чтобы отвлечь вас. Основные Врата находятся в Лесу Мёртвых. Они больше. И чтобы закрыть их, потребуется не только кровь. Потребуется знание.

— Какое знание? — спросил Рэйн.

— Структура Врат. Ты Архитектор — ты можешь читать реальность. Но Врата — это не просто магия. Это разрыв между мирами. Ткань реальности там истончается до предела. Если ты попытаешься закрыть их грубой силой, они схлопнутся и уничтожат всё вокруг.

— Как же тогда?

— Нужно не закрыть, а переписать. Как ты делаешь с заклинаниями. Только в масштабе реальности.

Рэйн задумался. Переписать реальность. Архивариус говорил об этом — но как о далёкой возможности. Не о том, что доступно сейчас.

«Структурное редактирование реальности — уровень 4 Архитектора, — произнёс Архивариус. — Текущий уровень — 2. Рекомендую подготовку».

— Он говорит, что я не готов, — сказал Рэйн.

— Ты не готов сейчас, — согласился герцог. — Но у нас есть время. И у меня есть кое-что, что поможет.

Он достал из-под плаща небольшой кристалл. Тёмно-синий, с вкраплениями золота.

— Это осколок Маяка Древних. Того самого, который ты расщепил в детстве. Я сохранил его. Он всё ещё содержит часть энергии. Если ты сможешь прочитать его структуру до конца — ты поймёшь, как переписывать, а не разрушать.

Рэйн взял кристалл. Он был тёплым. Знакомым.

— Я читал его в одиннадцать лет.

— Тогда ты просто разобрал его на части. Теперь ты должен понять, как собрать заново. Это другой уровень.

Рэйн сжал кристалл в ладони. Золотой глаз загорелся. Архив раскрылся, и сотни Томов зашелестели страницами. Архивариус начал анализ.

3. Вечер

Ночью они снова встретились в убежище.

Нокс был измотан — призыв Теней высасывал силы, и каждая новая Тень давалась труднее предыдущей. Рэйн был погружён в себя — кристалл Маяка лежал перед ним на столе, и он смотрел на него не отрываясь. Архивариус уже составил предварительную схему, но работа только началась.

Эш сидела у стены, чинила посох. Герцог читал досье, делая пометки на полях.

— Завтра мы продолжим, — сказала Эш. — У нас есть время.

— Тень не будет ждать, — ответил Нокс.

— Знаю. Поэтому мы должны использовать каждый день.

Нокс посмотрел на свои руки. Шесть серебряных линий — шесть Глаз. Сегодня он призвал первую Тень. Чужую тьму, которая стала его.

Он закрыл глаза. В тишине Свода звучала колыбельная.

Иди.

Конец Главы 17.

Глава 18: «Грани»

1. Прорыв Нокса

На пятый день тренировок Нокс понял, как открыть первый Глаз.

Это произошло не на складе. Не во время боя. Он сидел в убежище, один, и смотрел на свою правую руку. Шесть серебряных линий — шесть закрытых век. Они молчали с тех пор, как появились в момент его возвращения. Эш говорила, что каждый Глаз может держать одну Тень. Но чтобы призвать вторую, нужно было сначала открыть сам Глаз.

Он не знал как. Он пробовал усилием воли — линии не двигались. Пробовал через боль — сжал кулак до хруста в костяшках, но веки остались закрытыми. Пробовал через Свод — но Свод молчал.

И тогда он попробовал через память.

Он закрыл алый глаз и вспомнил каждого, кого убил. Орсон — первое Зеркало, первая руна. Варг — багрово-чёрная вспышка ярости. Мейкпис — серое раскаяние. Три души, три жизни, которые навсегда остались с ним. Он не просто помнил их. Он чувствовал их. Каждого. Их боль, их страх, их последний вздох.

Серебряная линия на правом запястье дрогнула.

Нокс открыл алый глаз и посмотрел на неё. Веко медленно, как будто нехотя, поднялось. Под ним был глаз. Не человеческий — серебряный, светящийся, с вертикальным зрачком. Он смотрел на Нокса в ответ. Не как чужой. Как часть его самого.

Первый Глаз Бездны открылся.

Нокс почувствовал прилив силы. Не огромный — как глоток холодной воды после долгого бега. Глаз видел. Он видел иначе, чем алый. Он видел не границы — он видел суть. Нокс перевёл взгляд на свои кинжалы, лежавшие на столе. Глаз показал их историю. Сталь, выкованная в южных кузнях. Рукоять, обмотанная кожей убитого зверя. Кровь, которую они пролили. Всё это отпечаталось в структуре клинка, и Глаз читал это, как открытую книгу. Он смотрел на стены — и видел, как в них проступают слои времени. Старая кладка, следы пожара, трещина от землетрясения десятилетней давности. Всё, что было скрыто, становилось явным.

Эш, сидевшая у стены, подняла голову.

— Ты открыл его.

— Да.

— Как?

— Я вспомнил их. Всех, кого убил.

Эш помолчала. Она знала цену такой памяти.

— Это первый. Остальные откроются, когда ты будешь готов.

Нокс сжал кулак. Глаз на запястье закрылся — не исчез, а просто опустил веко. Он был там. Ждал.

— Теперь ты можешь призвать вторую Тень, — сказала Эш.

— Да. Но я хочу попробовать кое-что ещё.

Он закрыл глаза и сосредоточился. Первая Тень, которую он поглотил на складе, всё ещё была внутри Свода. Он потянулся к ней — и толкнул её в открытый Глаз. Не наружу — внутрь. Тень слилась с Глазом, и Нокс почувствовал, как его левая рука наливается холодом. Серебряная линия на предплечье засветилась ярче.

— Что ты делаешь? — спросила Эш.

— Усиливаю себя. Тень может не только сражаться рядом. Она может быть частью меня.

Он поднял левую руку и сжал кулак. Воздух вокруг пальцев задрожал от холода. Капля воды, упавшая с потолка, замёрзла на лету и разбилась о пол ледяной крошкой.

— Маг-мечник, — прошептала Эш. — Ты становишься магом-мечником.

— Я становлюсь тем, кем должен быть, — ответил Нокс.

2. Прорыв Рэйна

В тот же день Рэйн закончил анализ кристалла.

Он сидел в библиотеке Академии уже шестой час. Архивариус работал без остановки, перебирая тысячи страниц, сравнивая структуры, отбрасывая тупиковые ветки. Кристалл Маяка, который Рэйн в детстве просто разобрал на части, теперь раскрывал свою истинную природу. Это был не просто артефакт. Это был ключ. И ключ этот подходил не к одной двери. Он подходил ко многим.

«Анализ завершён, Архитектор. Кристалл содержит 847 слоёв структуры. Каждый слой — отдельная реальность. Каждая реальность — вариант одного и того же мира. Маяк Древних был создан для того, чтобы наблюдать за этими вариантами. И, возможно, выбирать между ними».

— Выбирать? — переспросил Рэйн.

«Да. Тот, кто владеет Маяком, может видеть альтернативные линии реальности. И, теоретически, перемещаться между ними».

Рэйн сжал кристалл. Он был тёплым — теперь он всегда был тёплым.

— Я могу видеть другие миры?

«Пока нет. Но вы можете видеть то, что скрыто в этом. Смотрите».

Архивариус открыл перед ним страницу. На ней была формула — сложная, многослойная, но Рэйн понимал её. Это была не просто формула чтения реальности. Это была формула ВИДЕНИЯ реальности. Всех её слоёв одновременно.

— Я хочу попробовать, — сказал он.

«Рекомендую осторожность. Полная активация может перегрузить восприятие».

— Я не буду активировать полностью. Только один слой.

Рэйн закрыл глаза и произнёс формулу. Архив отозвался. Кристалл в его руке засветился, и мир изменился. Он увидел библиотеку — но не так, как обычно. Он видел её одновременно во всех слоях реальности. Видел книги, которые стояли на полках, — и те же книги, но в других вариантах мира, где они были написаны иначе. Видел стены — и те же стены, но в других эпохах, когда они были новыми. Видел себя — и себя, но в другом варианте, где он не поступил в Академию. Где он остался в поместье. Где он никогда не встретил Нокса.

Этот последний образ заставил его вздрогнуть.

В том варианте он был один. Абсолютно один. И тьма уже подступала. Рэйн резко открыл глаза. Кристалл погас. Архивариус молчал. Рэйн тяжело дышал.

— Я видел... другое. Себя. Без него.

«Альтернативная линия. Вероятность отклонения — 0,3 процента. Вы на правильном пути, Архитектор».

— Знаю. Просто... это было страшно.

Рэйн убрал кристалл в карман. Он понял, что не хочет видеть другие варианты. Ему нужен был только этот.

Тот, где они вместе.

3. Сближение

Вечером братья сидели на крыше склада.

Это стало их ритуалом — после тренировок, перед сном, они поднимались наверх и смотрели на звёзды. Иногда молчали. Иногда говорили.

— Я открыл первый Глаз, — сказал Нокс.

— Я прочитал кристалл. Нашёл формулу видения реальности.

— Ты видел другие миры?

— Нет. Только варианты этого. — Рэйн помолчал. — Я видел мир, где мы не встретились.

Нокс повернулся к нему. Алый глаз горел в темноте.

— И как там?

— Плохо. Я был один. Тьма наступала.

— Значит, нам повезло.

— Это не везение. Это выбор. Мы оба сделали его. Ты — когда закрыл Эш собой. Я — когда пошёл за тобой на площадь.

Нокс смотрел на звёзды.

— Я не думал, что выживу. В тот момент, когда Тень ударила, я знал, что умираю. Но я не боялся. Я просто... сделал.

— Это и есть храбрость.

— Нет. Это любовь.

Они замолчали. Где-то вдалеке звонил колокол. Нокс закрыл глаза. Глаз на запястье открылся сам — без приказа. Он смотрел на мир вместе с алым.

Рэйн не заметил этого. Но почувствовал, как нить между ними натянулась сильнее. Она всегда натягивалась, когда они были рядом.

— Завтра продолжаем, — сказал он.

— Да. Завтра.

4. Тень

А где-то далеко, за стенами Аркхейм-Сити, среди пустоши, где не росла трава и ветер носил пепел древних битв, раскинулись Забытые Поля.

Здесь когда-то хоронили павших. Тысячи могил ушли под землю, и никто не помнил имён. Земля была серой, потрескавшейся, и даже в самый жаркий день от неё тянуло холодом. Местные обходили это место стороной. Они говорили, что по ночам здесь слышен шёпот.

Сегодня шёпот был громче.

Тень стояла посреди пустоши. Вокруг неё собирались слуги — десятки, а потом и сотни. Они выходили из трещин в земле, из старых могил, из самой темноты. Армия, которая ждала своего часа.

А в центре поля, там, где земля была чернее всего, открывались Врата. Не малые, как на площади. Настоящие. Огромные. Трещина в реальности, из которой сочилась тьма. Она пульсировала, как сердце, и с каждым ударом становилась шире.

Тень смотрела на Врата. Она не торопилась. Она ждала.

Братья стали сильнее — она чувствовала это. Что ж, тем интереснее будет битва. Забытые Поля ждали своих новых мертвецов.

Конец Главы 18.

Глава 19: «Забытые поля»

1. Совет

Через два дня после закрытия Врат Совет Лордов собрался снова.

На этот раз зал был полон. Все десять кресел заняты — даже пустовавшее место Дома Мейкпис временно занял дальний родственник, вызванный из провинции. У входа стояла стража, удвоенная после недавних событий, а по углам зала дежурили маги Академии с посохами наготове. Никто не хотел повторения прошлого заседания.

Рэйна, Нокса, Эш и герцога пригласили как свидетелей — или как обвиняемых. Они ещё не знали.

Лорд Эшфорд, глава Совета, поднялся первым. Его голос разносился под сводами, отражаясь от каменных стен, и в нём звучала усталость, смешанная с тревогой:

— Два дня назад этот город был атакован силой, которую мы считали мифом. Тень, о которой говорили только в легендах, оказалась реальной. Врата, открывшиеся на площади, едва не уничтожили нас. Мы выжили благодаря этим людям.

Он указал на Рэйна и Нокса. По залу пробежал шёпот.

— Архитектор и Свидетель, — продолжал Эшфорд. — Те, кого Совет всегда считал угрозой, спасли город. Я требую пересмотреть закон об Архитекторах.

— Пересмотреть? — лорд Торн поднялся со своего места. Толстый, краснолицый, он не скрывал возмущения. — Эти двое устроили бойню в Зале Совета! Они привели Тень прямо к нашим дверям! Если бы не они...

— Если бы не они, — перебила Эш, — Врата открылись бы без предупреждения, и никто не успел бы их закрыть. Вы бы погибли в своих креслах, даже не поняв, что произошло.

Торн побагровел, но осёкся. По рядам пробежал сдержанный гул — не то согласие, не то страх.

— Мы не отрицаем вашу роль, — примирительно сказал Эшфорд. — Но мы должны понять масштаб угрозы. Где сейчас Тень? Чего она хочет?

Рэйн вышел вперёд.

— Тень хочет открыть Врата. Не малые, как на площади. Настоящие. Через них Хаос войдёт в наш мир и поглотит его. Мы закрыли одну трещину, но основная угроза ещё впереди.