Невеста короля наг

«Здесь так тепло, откуда у меня снова выскочили мурашки?..» – недоуменно подумала девушка.

– Всё в порядке? – спросил Вирай.

– Да, просто хотела выяснить, чем был недоволен пес, – сказала Таиса.

– Тут много бродячих собак, но если их не обижать, они не обидят тебя, – поделился молодой человек.

Они дошли до лавки круглолицей, широкоплечей и крепкой тетушки в цветастой кофте и с пучком на голове, которая продавала ферментированные густые соусы с очень резкими запахами. Увидев Таису, женщина от любопытства округлила глаза, а потом радостно воскликнула:

– Ооой, Вирай, так вот кого ты нам привез! Настоящую иностранную красавицу! У тебя теперь будет белая невеста? А родители разрешат?

Вирай поперхнулся воздухом так, что чуть не оступился на месте. Таиса едва удержалась от нервного смешка. Опять эти шуточки!

– Тетушка Миа́н, это Таиса, новый учитель английского, – поспешил объяснить он, – а не…

– Да-да, конечно, – перебила она, подмигивая. – Все так говорят сначала.

Тетушка Миан повернулась к Таисе и, широко улыбаясь, указала на чаны с соусами, размешав их половником и помахав ладонью, чтобы разнести пахучий запах:

– Хочешь попробовать? Это падэк*! Наше национальное блюдо – настоящий вкус Исана!

*падэк – соус из перебродившей мелкой рыбы со специфическим запахом

Таисе стало плохо до того, как она успела ответить. Девушка поморщилась и почувствовала неприятный позыв, едва удержавшись от рвотного рефлекса. То, что плавало внутри, показалось ей… разлагающимся трупом рыбы, источающим ужасный смрад.

– Это… рыба? – осторожно уточнила она, стараясь не дышать.

– О, говоришь на тайском! – одобрила тетушка Миан и с гордостью поведала: – Да, стояла несколько месяцев, есть разные по ферментации, постарее и посвежее. Аромат – на весь поселок!

«Это точно… аромат, который будет преследовать меня в кошмарах», – подумала Таиса, но вслух произнесла только вежливое:

– Спасибо, может быть, я попробую как-нибудь позже…

«Никогда!» – договорила она про себя.

Таиса беспомощно посмотрела на Вирая, ожидая получить от него поддержку. Он поспешил сменить тему:

– Если хочешь, можем купить манго. Оно сейчас сладкое и мигом порадует твои вкусовые рецепторы.

– Возьмите зеленое манго и к нему соусы для макания, – сразу же посоветовала тетушка Миан. – У меня есть сладко-соленый с кусочками креветок, лаймом и чили или лучше просто с креветочной пастой, или сухую приправу…

– Спасибо, но Таиса пока не привыкла к ярко-выраженным вкусам, – вежливо отказался Вирай, стараясь ри этом мягко улыбаться.

– Ой, ну ладно, со временем она всё равно привыкнет, если останется тут жить, – отмахнулась женщина, а потом, чуть сощурившись, с лукавой ухмылкой шепнула: – Тогда, по крайней мере, купи ей цветы, если хочешь, чтобы в будущем она все-таки стала твоей невестой!

– Тетушка! – взмолился Вирай, не зная, куда себя девать от смущения. – Мы просто коллеги…

– Пока ты будешь с ней просто коллегами, ее может заприметить наш покровитель и тогда точно уведет ее у тебя из-под носа! – предупредила тетушка Миан со всей экспрессией, на которую только была способна – и через интонацию голоса, и через мимику.

Лицо Вирая, которое еще минуту назад лучилось доброжелательностью, мгновенно омрачилось тенью, и улыбка чуть дрогнула, будто что-то кольнуло изнутри.

– О чем это она? – шепнула Таиса, когда они отошли от прилавка. Она поняла не всё из местного диалекта, которым тетушка очень быстро тараторила, но точно уловила слова про покровителя. Через цепочку ассоциаций девушка припомнила, как ее ученицы тоже упоминали что-то похожее.

На миг лицо Вирая вспыхнуло напряжением, но затем уголки губ приподнялись, и он объяснил:

– О, это… Есть один человек, он как раз помог с ремонтом школы. Ничего необычного, просто один из богатых жителей, который может себе это позволить и которому неравнодушна судьба поселка.

Таиса понимающе закивала. Вот оно что… Значит, ремонт прошел не по государственной программе, а на чьих-то добровольных началах. Интересно, как богат был этот человек, что оплатил такие обширные траты?.. И получается, все в поселке знали о нем…

– Ну что, как тебе местный рынок? – сменил тему Вирай. – Приглядела что-нибудь? Может, хочешь что-то попробовать?

– Здесь… очень экзотично, – уклончиво ответила Таиса. – Пожалуй, я хочу купить фруктов…

– Как насчет падэка? – подколол Вирай.

– Только не падэк!!! – мгновенно заартачилась девушка, и в ее глазах мелькнул ужас. – Если, конечно, ты не хочешь моей смерти…

– Вдруг со временем ты привыкнешь? – проявил надежду Вирай, подмигнув. – Хотя… к падэку мало кто привыкает. Даже я.

Они рассмеялись, а потом начали двигаться в обратную сторону, проходя мимо уже знакомых прилавков. Таиса выбрала фрукты, Вирай купил пару бутылок воды для них обоих и огляделся, проверяя, ничего ли они не пропустили, затем перекусили тем, что показалось Таисе наиболее съедобным.

– Кстати… – протянул Вирай, словно что-то вспомнив, и почесал кончик носа. – Тебе, наверное, уже рассказали про фестиваль Огненных шаров?

– Ах, да! – Таиса хлопнула себя по лбу. – Учительницы упоминали… Он уже скоро? Сегодня?

– Завтра вечером, – подсказал Вирай. – Пойдешь?

– Конечно! Хочу посмотреть. Это же местная визитная карточка? Нужно как-то готовиться? Специальная одежда? Предметы? – спросила она.

– Нет, – покачал головой молодой человек. – В Баан Накха это не такой масштабный праздник как проходит в Нонгкхае. Просто приходим к реке и ждем. Иногда шары появляются, иногда нет. По местным поверьям наги живут под рекой и раз в год, когда Будда возвращается с небес, они выпускают огненные шары, чтобы почтить его возращение. Если нам повезет, ты увидишь это мистическое зрелище.

– Я уже в предвкушении, – с энтузиазмом произнесла Таиса.

Вирай улыбнулся, потом сделал паузу, а затем решил добавить:

– А вот к Лой Кратонгу готовиться надо. Он в следующем месяце. Мы в школе вместе с учениками будем делать кратонги*, но это позже, не сейчас.

*лодочки из бамбука, банановых листьев, цветов, свечей и благовоний, которые опускают в воду

– Звучит красиво, – улыбнулась Таиса. – Никогда не видела такие лодочки вживую, только на картинках.

– Вот видишь, ты застанешь целых два интересных местных мероприятия, – обнадежил ее Вирай. – И… надеюсь, тебе понравится. Лой Кратонг более значимый, яркий и романтичный. Им восхищаются даже те, кто много раз его видел.

Он сказал это таким тоном, что Таиса невольно почувствовала легкое, едва заметное тепло, будто в его словах прозвучал скрытый намек, но она решила не развивать тему и просто кивнула.

– А завтра… ничего сложного, – продолжил Вирай мягко. – После уроков можешь отдохнуть и поужинать, а затем мы пойдем к реке. Если хочешь – вместе. Там собирается много людей, можно легко потеряться.

– Да, вместе было бы хорошо, – робко произнесла Таиса в надежде, что ее слова не звучали как флирт. – В одиночку затеряться не хотелось бы…

– Отлично, – сказал Вирай, невольно облизнув губы и пряча взгляд, будто не хотел, чтобы кто-то вокруг понял, в том числе сама Таиса, что он оказался очень рад, что она согласилась.

Они вернулись на машине к школе и прошлись пешком до своих домиков. Уже успело стемнеть. У Таисы пока не было домашних заданий на проверку, только изучить своих учеников по именам и подготовиться к завтрашним занятиям. Она созвонилась с родителями перед сном, успокоила, что всё в порядке, а потом, получив столько впечатлений за день, уснула почти сразу. На этот раз никаких подозрительных змей или кошмаров – только липкая ночная тишина тропиков.

Однако, крепкий сон Таисы длился недолго… Внезапно посреди ночи она проснулась от непонятных, резких, громких звуков, как будто кто-то хлопал по дереву:

– Гек-ко! Гек-ко!

«Это еще что?» – спросонья подумала девушка и неохотно встала с кровати, чтобы отыскать источник, мешающий спать.

Она вышла на веранду, подсветила вокруг фонариком от телефона и вздрогнула от неожиданности: на стене под крышей сидел крупный геккон, серо-голубой с оранжевыми пятнами. Он неподвижно смотрел на нее круглыми глазами и совсем не боялся, что его прогонят.

– Ну привет, ящерица… – устало вздохнула Таиса. – Ты теперь мне всю ночь не дашь поспать?

Геккон, конечно же, не ответил, но звуки издавать перестал.

«Интересно, надолго ли? – подумала про себя Таиса. – Или все-таки он решил меня пожалеть…»

Она вернулась в кровать, снова залегла спать и больше раздражительных звуков не слышала.

На следующее утро девушка поделилась этой историей с Вираем по пути в школу:

– Представляешь, ночью огромный геккон сидел прямо на стене моего домика и не давал спать. Я его немного отругала… и вроде бы он успокоился.

Вирай мгновенно замер, и его лицо накрыла тень испуга.

– Большой геккон? – переспросил он. – Но я ничего не слышал…

– Ну, примерно такой, – показала Таиса руками. – Скорее всего ты слишком крепко спал!

Вирай тяжело вздохнул, и девушка слегка нахмурилась.

– Что такое?

– Это… плохо.

– Плохо что?

– Ну… увидеть геккона. Местные суеверные в этом плане, для них это дурной знак.

Таиса скептически посмотрела на Вирая и фыркнула:

– Я не особо верю в такие приметы. Это же просто милые ящерки, что плохого они могут сделать?

– Разве что укусить, если подумаешь их погладить… – попытался отшутиться Вирай, хотя выражение его лица всё еще казалось обеспокоенным. – В любом случае, будь осторожна.

– В каком плане? – Таиса приподняла одну бровь. – Ты же сказал, что все местные очень добрые, я хожу только от дома до школы и обратно, вчера мы гуляли вместе. Одна я точно не пойду в неизведанное место. Что может случиться?

Девушка посетовала про себя, что она только начала привыкать к местной обстановке, как Вирай снова заставил ее нервничать… и от его слов по телу пробежал неприятный холодок.

– Ох, я вовсе не хотел тебя испугать, – поспешил извиниться он. – Просто немного волнуюсь. Сегодня вечером далеко не отходи от меня, чтобы не потеряться, хорошо?

Таиса поджала губы. Ей показалось, что Вирай говорил с ней как с маленькой. Он, конечно, ее опекал, как ему было поручено, но теперь девушке показалось, что эта опека начала как будто становиться чрезмерной. Или виной всему суеверия тайцев… Однако она больше не стала спорить и только кивнула.

Уроки в тот день пролетели быстро. Таиса старалась, чтобы ученикам было интересно: показывала им разноцветные картинки с буквами, включала аудирование, связывала слова с животными и фруктами, чтобы у детей возникала ассоциация, и новый материал лучше запоминался и визуально, и на слух. Школьники смеялись, спорили между собой, как правильно произносить английские звуки, и казалось, что все понемногу начинали привыкать к Таисе.

После занятий учительницы разошлись по домам переодеться и взять приготовленные заранее цветочные гирлянды – кто-то собирался передать их в храм, кто-то хотел украсить ими маленький алтарь у реки.

Ближе к вечеру весь поселок начал стекаться к берегу Меконга. За время нескольких дней своего пребывания Таиса еще не успела сходить на разведку к реке, поэтому не знала дорогу. Вирай ждал ее внизу. Когда Таиса вышла на маленькую лестницу своего домика, вечернее солнце уже растворилось в закатном мареве, и постепенно смеркалось. Девушка переоделась в легкий хлопковый сарафан голубого цвета на бретельках, который едва касался колен при движении. Волосы были заплетены в аккуратный колосок, потому что было слишком влажно для распущенной прически.

Вирай поднял голову и на секунду застыл, словно кто-то выключил вокруг него звук. Мгновение он даже не моргал, а потом несколько раз хлопнул ресницами. Его взгляд скользнул от оголенных, бледных плеч Таисы к тонкой талии, затем остановился на лице, будто молодой человек боялся показать, что разглядывал ее слишком долго.

«Он так на меня смотрит… Я же просто оделась попроще, чтобы не умереть от духоты», – неловко подумала девушка, у которой за эти дни пот лился в три ручья и приходилось несколько раз за день принимать душ.

– Кхун… Таиса… – выдохнул Вирай чуть тише обычного. – Ты сегодня правда… как ангел.

Он тут же смутился, отвел глаза и неловко провел рукой по волосам, но покрасневшие кончики ушей выдали то, что молодой человек пытался скрыть. Таиса тоже слегка смутилась, но постаралась непринужденно улыбнуться. Она вовсе не стремилась произвести впечатление, но реакция Вирая оказалась неожиданно смущенной.

– Ну что, пойдем? – спросил он, возвращая учтивую сдержанность.

Девушка кивнула. Дорога к реке пролегала сквозь густые заросли: по пути торчали широкие листья банановых деревьев, дальше шелестел бамбук, и над всем этим время от времени поднимались темные силуэты пальм. Тропу освещали лишь редкие желтые лампы на бетонных столбах, рассеивающие слабый сумрачный свет. Чем ближе они подходили к Меконгу, тем воздух становился более густым, наполненный нотками речной воды, сладкого переспевшего манго и дыма от благовоний. С тех пор, как Таиса приехала в Баан Накха, всё вокруг казалось ей сном на грани пробуждения: слишком яркие краски, слишком выраженные запахи и вкусы, слишком много глаз, наблюдающих за ней исподтишка.

С наступлением вечера стало легче дышать, но влажность никуда не делась, и у воды летала мошкара. Когда Вирай и Таиса вышли к открытому пространству у широкого берега, там уже собралось много людей, и несколько торговцев развернули тележки с уличной едой, зазывая угоститься свиными шашлычками му пинг, мини-блинчиками из рисовой муки и кокосового молока кханом крок, жареными бананами в кляре и прохладительными напитками; ветер разносил аппетитный аромат от еды по округе. Берег был освещен плетеными лампами на бамбуковых шестах, источающими мягкий золотистый свет, всё остальное тонуло во влажной темноте Меконга.

Некоторые жители пришли в обычной повседневной одежде: рубашки, футболки, легкие брюки и платья, но рядом с ними, словно ступившие из старой легенды, соседствовали те, кто оделся в элементы традиционных нарядов. Женщины были в синах – отрезках плотной ткани со старинными узорами, оборачиваемой от талии до щиколоток, что-то сродни саронгу. Мужчины носили клетчатые платки пха кхау ма, повязанные на талии как пояс или на голове как тюрбан. В этой одежде было что-то древнее, как само течение реки. Те, кто одел традицию, казались не просто зрителями на фестивале, а хранителями наследия, чья сила таилась в тканях, в орнаментах и в том, как это всё дышало историей. Таиса не могла не заметить контраст: между более современными и более этническими жителями пролегала словно невидимая грань, и это было похоже на столкновение двух миров.

Дети вокруг бегали с бенгальскими огоньками и звонко верещали; те, что учились у Вирая и Таисы, вежливо им поклонились и приветливо помахали, а потом побежали дальше. Затем откуда-то со стороны донеслась музыка на традиционном музыкальном инструменте кхэне*, а вместе с ней раздалось тягучее, переливчатое пение – низкое, будто наполовину песня, наполовину молитва, словно ветер тянул за собой чужую, древнюю мелодию.

*кхэн – музыкальный духовой инструмент из связанных бамбуковых трубок с металлическими язычками, разновидность губного органа

Таиса замедлила шаг.

– Что это? – спросила она.

– Молам – музыкальное наследие Исана, – ответил Вирай и потер затылок. – Сложно объяснить простым языком… Это пение, отражающее жизнь, традиции и настроения народа, особенно в сельской местности.

Таиса протянула восхищенное «ооо». Поначалу то, что услышала девушка, с непривычки могло резать слух, но чем больше она вслушивалась, тем больше проникалась. Звук тянулся как дым, вибрировал в воздухе, в нем слышался и зов, и тоска, и что-то древнее, будто прорывающееся из земли у Меконга. Слова были на диалекте и с таким напевом, что Таиса почти ничего не понимала, кроме отдельно вырванных фраз:

…тот, кто был рожден на чужой земле, вернется…

…судьба, что тянется через череду жизней и воплощений…

…карма в конце концов настигнет…

Каждое слово будто проходило по позвоночнику, и в этих переливах было что-то почти мистическое, словно душа тянулась к чему-то давно забытому.

Затем взгляд Таисы зацепился за алтарь, установленный чуть в стороне от берега. На нем были маленькие фигурки, зажженные лампады и благовония, и свежие цветочные гирлянды.

– А вот там… что? – полюбопытствовала Таиса, и Вирай проследил за ее взглядом.

– Сан пхра пхум*, – пояснил он. – Может быть, ты видела, что их ставят во многих местах на улице и у домов. Жители приносят подношения, чтобы задобрить духов и обеспечить их благосклонность. В данном случае для наг.

*домики, в которых живут духи

На этот раз Таиса протянула задумчивое «уммм». Тайцы действительно были суеверными… Девушка смотрела на алтарь, и почему-то ее грудь сжало странное, труднообъяснимое чувство, которое она не знала, как истолковать. Что-то похожее на тоску, смешанную с какой-то душевной болью, отзывающейся прямо в ее сердце.

– А тут… поблизости… есть храм? – вдруг спросила Таиса.

– Храм? – переспросил Вирай, и между его бровей залегла хмурая складка. – Есть местный храм, в который жители часто ходят делать заслуги, но он не у реки. Почему ты внезапно об этом поинтересовалась?

Таисе смутно вспомнился кусочек из ее недавнего сна: храм у реки… как будто он должен был стоять где-то здесь. Она не успела обдумать эту мысль более вдумчиво – внезапно люди потянулись ближе к воде, беззастенчиво продираясь между ней и Вираем, разделяя их, и кто-то воскликнул:

– Шары нагов!

– Огонь нагов!

– Мама, папа, смотрите!

Сначала это показалось миражом: из темной воды поднялся огненный шар, растворяясь в ночном небе, словно ожившее дыхание мифа, и толпа взорвалась восторженными криками. За ним последовал второй, третий и последующие, освещая поверхность реки яркими вспышками.

Таиса стояла у берега, зачарованная, и ее сердце колотилось вместе с местными от восторга и непонятного трепета. В зрачках девушки отражались огни, и на мгновение ей показалось, что земная и небесная твердь поменялись местами: река обратилась небом, из которого выпускались падающие звезды… и в каждом пульсе света Таисе мерещилось чье-то дыхание, взгляд, зов.

Постепенно над водой поднялся легкий туман, и вкупе с огненными шарами будто создалась оптическая иллюзия: под темной гладью шевельнулась огромная тень, похожая на извивающееся тело. Таиса моргнула, пытаясь стряхнуть странное наваждение, словно кто-то посмотрел на нее сквозь толщу воды. Туман над рекой сгустился, и холодный дрожащий поток воздуха прикоснулся к ее шее, как чужое дыхание. Потом девушка почувствовала, как по телу пробежали мурашки, и где-то над самым ухом, почти касаясь кожи, проскользнул мужской голос, тот самый, из сна: низкий, вкрадчивый, словно затягивающий из самых глубин реки:

– Ты думала, если переродишься чужестранкой, я тебя не узнаю?

Глава 5

Таиса будто забыла, как дышать, ее сердце ухнуло вниз, а в груди что-то болезненно дернулось. Она сглотнула, и пальцы непроизвольно сжались в кулак. Голос пробрал до дрожи, и всё ее существо накрыло осознание, словно кто-то невидимый и древний заметил ее с того самого момента, как она ступила на тайскую землю, и всё это время наблюдал.

Девушка резко обернулась, но никого, кроме местных жителей, восхищающихся огненными шарами, не увидела. Кто из них мог шепнуть ей прямо в ухо?.. Таиса стояла в растерянности, не в силах понять, показалось ли ей это, или кто-то действительно говорил. Но ведь… это не могла быть просто галлюцинация?! Вмиг все последние тревожные события наполнили голову: змея в постели, сон про опасного мужчину, даже геккон, про которого предупреждал Вирай… Девушка покрылась липким потом, а сердцебиение предательски участилось. Нет, это всего лишь случайные совпадения… Ведь не могли местные суеверия настолько сильно на нее повлиять… Чувствуя дрожь в коленях, Таиса с силой закусила губу.

В этот момент кто-то положил руку ей на плечо, и она сразу же подскочила на месте; на лице отобразился страх.

– Кхун… – заговорил было Вирай и запнулся на полуслове, увидев испуганное выражение девушки. Он мгновенно нахмурился. – Что с тобой? Я же говорил не отходить далеко, тут столько людей, что сразу можно затеряться.

Увидев Вирая, Таиса почувствовала островок безопасности, и глубоко выдохнула.

– Кхун Ви… мне показалось, что рядом ко мне кто-то обратился.

– Обратился? – переспросил Вирай, всё еще хмурясь, а потом оглянулся по сторонам.

Огненные шары закончились, и люди стали расходиться от воды по направлению к домам. Никого подозрительного кроме местных он не заметил.

– Ты видела, как он выглядит? – уточнил молодой человек.

– Нет, – мотнула головой Таиса. – Мне показалось, что я слышала голос… Но в толпе сложно сориентироваться.

– Что он сказал?

Вирай выглядел напряженно и всё еще держал руку на плече Таисы. Девушка подумала, что если бы ему рассказала, Вирай мог бы посчитать ее сумасшедшей или еще больше убедиться в суевериях после появления геккона… поэтому решила замять:

– Я… не расслышала. Наверное, только показалось. Пойдем по домам?

Таиса постаралась непринужденно улыбнуться и мягко высвободить плечо, но Вирай по инерции удерживал ее чуть крепче, чем следовало. Однако стоило девушке сделать шаг, как она почти сразу оступилась и чуть не упала – ноги оказались ватными. Вирай стоял рядом и быстро среагировал.

– Мне кажется, тебе нужно присесть, – сказал он.

Вирай отвел Таису в сторону и попросил у тетушки с тележкой запасной складной стул. Девушка послушно села, чтобы унять дрожь в коленях.

– Скорее всего, тебе стало плохо из-за толпы, – предположил Вирай. – Подыши.

– Или это наги ее испугали, тем более, если она в первый раз в таких местах, – добавила продавщица, собирая товар. – Оставьте стул себе, завтра или на днях вернете мне.

Вирай и Таиса поблагодарили ее. Вирай всё еще выглядел очень хмуро, а Таиса чувствовала себя в каком-то полном раздрае. Девушка была благодарна ему за заботу, но в то же время покоя не давал странный голос, который она услышала, и из-за этого ощущение тревоги не отпускало.

– Ну что, как самочувствие? – спросил Вирай.

– Вроде бы, мне лучше… – ответила Таиса. – Спасибо, что не бросил.

– Как я мог бросить? Мы же пришли вместе. Я несу за тебя ответственность.

Эти слова немного отрезвили Таису. Иногда она начинала путать, где заканчивалось вежливое отношение Вирая из-за того, что его попросили ее опекать, и где начиналось его личное отношение… Возможно, она слишком много себе надумала. Он был хорошо воспитан, вот и всё.

Таиса робко подняла взгляд на Вирая. Его обеспокоенное выражение лица выглядело вполне искренним. Хотя бы один человек присматривал за ней тут… Ей действительно повезло. Из-за этого не хотелось его отталкивать, а стать друзьями.

– Мне вдруг захотелось спросить… – заговорила Таиса. – Почему ты решил поехал преподавать в такую глушь?

«И если бы не поехал, кто бы сейчас вообще обо мне заботился?» – добавила она про себя.

Ее вопрос застал его врасплох. Вирай чуть кашлянул и облизнул пересохшие губы, не зная, как правильнее ответить.

– Неожиданный вопрос… – не стал скрывать он. – Просто подвернулся случай. В моей школе в Бангкоке спросили, кто хочет поучаствовать в проекте обмена? Но практически никто не захотел ехать в такую даль, а я подумал, что это хороший шанс для практики и дополнительная галочка в моем портфолио. Ну, и… мне показалось, что смена обстановки не помешает.

Таиса протянула понимающее «уммм».

– А ты как согласилась на эту работу? – задал встречный вопрос Вирай. – Не сочти за грубость… но обычно такие красивые учительницы предпочтут преподавать в столице, а не в далеком поселке.

«Меня, в общем-то, никто не спрашивал… Точнее, никто не рассказал подробности», – вздохнула про себя Таиса, но вслух сказала другое:

– Мне тоже предложили обмен, но не сказали, в каком городе. Мне показалось это интересным опытом, и я сразу согласилась. Только когда приехала в Бангкок… я узнала, что мое новое рабочее место тут.

– О, так тебя просто не посветили в детали… – догадался Вирай. – Ты могла отказаться?

– Нет, контракт уже был подписан, там не к чему было придраться, – покачала головой Таиса.

– И… что ты сейчас об этом думаешь? – осторожно поинтересовался Вирай. – Чувствуешь себя обманутой? Хочешь уехать отсюда?

– Поначалу было немного страшно, – честно призналась девушка. – Мои родители даже испугались, что меня продадут куда-то в рабство… но сейчас я думаю, что мне повезло. Хотя если бы вместо тебя был какой-то другой человек, сомневаюсь, что моя адаптация проходила бы столь же комфортно.