Невеста короля наг

Услышав ее слова, Вирай смущенно захлопал ресницами и отвел взгляд, потом взял себя в руки и сказал:

– Тайцы – очень дружелюбный народ, они благосклонны к туристам и стараются сделать так, чтобы им понравилось на тайской земле. Надеюсь, у меня тоже получится сделать так, чтобы тебе понравилось в Баан Накха.

Он чуть неловко потер затылок, а Таиса улыбнулась краешками губ.

– Спасибо, я тоже надеюсь, что ко всему скоро привыкну, Кхун Ви.

– Я же сказал, что ты можешь называть меня просто по имени. По крайней мере, пока мы не в школе. Можешь относиться ко мне не только как к коллеге, но и как к другу.

– Хорошо, тогда ты тоже… можешь называть меня просто Таисой.

– Договорились. Ну что, по домам?

Девушка кивнула. Вирай захватил складной стул и в ночной тишине, когда все местные уже разошлись, и остался только отдаленный гул цикад и стрекот кузнечиков, они дошли до своих домиков и пожелали друг другу спокойно ночи – уже не просто как коллеги, но и как друзья.

На следующий день школа жила своей обычной жизнью: детские голоса, мерный шум от кондиционеров в классах и треск потолочных вентиляторов на первом этаже. Директор Бунсон попросил собраться всем учителям на первой перемене в учительской. Таиса столкнулась в коридоре с Мукдой, Буа и Дао, и те приветливо ей помахали.

– Кхун Таиса! Ну ты ходила вчера на фестиваль? – сразу спросила ее Мукда.

– Там было столько людей, мы даже не пересеклись, – вздохнула Дао.

– Тебе понравилось зрелище? – поинтересовалась Буа.

– Да, мне очень всё понравилось, – кивнула Таиса, дружелюбно улыбаясь. – Никогда в жизни не видела ничего подобного…

– А… Кхун Ви был с тобой? – полюбопытствовала Мукда, переходя почти на заговорщицкий шепот.

Таиса не знала, как на это ответить, и чтобы они перестали сводить их вместе, как от ответа ее спасло появление Вирая.

– О чем шепчитесь?

– Ни о чем! – поспешила спасти ситуацию Буа. – Пойдемте к директору.

Бунсон встретил их за рабочим столом и, поправив очки, встал, чтобы подойти к сотрудникам ближе. Они выстроились перед ним как по линейке, Таиса стояла последней с краю.

– Мне сегодня позвонил наш покровитель, – сообщил директор. – Он заедет после уроков в школу, сказал, что хочет проведать обстановку, встретиться со всеми учителями, а также… – Бунсон посмотрел в сторону Таисы. – Познакомиться с новой учительницей английского.

Девушка непроизвольно вздрогнула. Лично с ней?! Тем временем Мукда, Буа и Дао растерянно переглянулись между собой; Вирай слегка нахмурился.

– Со… мной? – неуверенно переспросила Таиса.

– Не беспокойтесь, это просто формальная встреча, ничего особенного, – поспешил успокоить ее директор.

Учительницы зашептались между собой, и Бунсон кашлянул, чтобы они не сплетничали.

– Возвращайтесь к урокам. Встретимся после них.

Коллеги послушно кивнули и покинули кабинет директора. Женщины выглядели какими-то слегка взбудораженными, и от Таисы это не укрылось:

– Что-то случилось?

– Нет-нет, всё в порядке, – замахала рукой Мукда.

– Просто наш покровитель… не так часто приезжает лично, – пояснила Буа. – Предпочитает решать дела удаленно.

– Может, хочет спросить нас о каких-то дополнительных нуждах? – предположила Дао.

– Ох, а я уж было подумала, что он строгий и устрашающий, ха-ха, – нервно усмехнулась Таиса, почувствовав капельку облегчения, но в лицах учительниц всё равно мелькнуло какое-то странное напряжение…

Мукда как будто хотела что-то добавить, но ее пихнула локтем Буа, а Дао произнесла:

– Ладно, давайте вернемся к занятиям!

Они ушли первыми, продолжая о чем-то шушукаться, и будто даже коридор стал тише, как перед грозой. Таиса осталась стоять с Вираем.

– Мне показалось, что они вели себя как-то странно… – протянула девушка, провожая их спины взглядом.

– Наверное, нервничают из-за его приезда, – пожал плечами Вирай.

– Есть повод для нервов? – Таиса приподняла одну бровь.

– Может, просто не любят сюрпризов, – ответил Вирай уклончиво, хотя взгляд его на секунду стал тяжелее, чем обычно. Потом он смягчился и улыбнулся уголками губ на прощание: – Увидимся после уроков.

Таисе это показалось немного подозрительным, но потом она очень быстро отвлеклась на занятия. После уроков дети разошлись по домам, и только взрослые остались во дворе школы: директор Бунсон, учителя и новенькая иностранка, всё еще привыкающая к местной атмосфере.

Вскоре с гравийной дороги послышался шум колес. Вслед за ним во двор въехала черная машина с тонированными окнами – слишком дорогая для этих мест. Директор распрямился, торопливо пригладил волосы и поспешил выступить вперед. Учительницы тоже автоматически поправили свои прически, перешептываясь, не испортился ли макияж. Только Вирай оставался относительно спокойным.

Дверь машины открылась, и из нее вышел молодой мужчина. Таиса на миг обомлела: она ожидала увидеть человека среднего или даже пожилого возраста, может, местного чиновника, депутата или бизнесмена… Но когда появился он, воздух вокруг словно электризовался.

Таиса даже не заметила, в какой момент перестала моргать. Похоже, едва он попал в поле зрения, взгляд сам к нему притянулся, как к магниту.

Поступь мужчины была легкой и уверенной, почти беззвучной, будто сама земля уступала ему дорогу. Он был высоким, даже немного выше Вирая, и это сразу бросалось в глаза. Кожа светлая для местных, но не бледная, лишь усиливающая контраст с одеждой цвета ночи. Глубоко-черный комплект сидел на нем безупречно, подчеркивая статную, подтянутую фигуру с идеальной осанкой, источающую силу хищника.

Волосы, собранные в низкий хвост, были иссиня-черными, густыми и блестящими, как струящийся шелк, и спадали до лопаток. У висков несколько прядей оставались свободными, обрамляя выраженную линию подбородка. На другом такая прическа могла бы выглядеть претенциозно, но только не на нем – на нем она подчеркивала власть, решительность и ту мрачную красоту, от которой у Таисы едва уловимо перехватило дыхание.

В чертах его лица не было ничего от привычной, солнечной мягкости или округлых линий, характерных для этого края, в них читалась иная геометрия: высокие скулы, прямой нос, чуть жесткая линия губ. Глаза – как два обсидиановых омута с плавно изогнутыми уголками, словно проведенные кистью художника. В их глубине мерцало что-то, похожее на отражение ночной реки – спокойное, безмятежное, но пугающе глубокое. Слишком прямой, спокойный взгляд, от которого веяло прохладной силой, которую он даже не пытался скрывать. И всё же… оторваться было невозможно.

Возле него Вирай выглядел почти мальчиком – искренним, теплым, живым, а этот мужчина – более взрослым, недосягаемым, опасно красивым, как ночь над Меконгом: темная, манящая и притягательная. По коже Таисы пробежал холодок, когда его взгляд бегло коснулся ее.

Бунсон, будучи директором, поздоровался первым жестом «вай», как с уважаемым, но знакомым человеком, учителя позади него последовали тому же примеру, а потом он повернулся к Таисе:

– Учитель Таиса, это Кхун Накара́т, наш главный спонсор и попечитель школы, – представил Бунсон. – Благодаря его помощи тут всё отремонтировали и обновили оборудование.

Накарат остановился ровно напротив Таисы, кивнув директору. Ей пришлось поднять глаза, чтобы посмотреть на него. Он даже не улыбнулся, только слегка склонил голову, не отрывая прямого взгляда от девушки.

– Это и есть новый учитель? – спросил он вкрадчивым, почти бархатным голосом.

– Да, – с готовностью ответил Бунсон. – Кхун Таиса приехала из России по программе обмена, у нее хороший английский и она также говорит на тайском.

– Из России… – повторил Накарат, будто пробуя слово на вкус. – Далеко же вас занесло… Стоит ли мне обращаться к вам «мисс»? Или, как местные, «Кхун»? Или, как часто делают иностранцы, без официального обращения, а просто по имени?

В его тоне не было ни насмешки, ни доброжелательности, просто холодное любопытство и деловое уточнение. Таиса растерялась, не сразу сообразив, что ей на это ответить, поэтому потерянно пролепетала:

– Можете… обращаться так, как вам удобно.

Накарат коротко кивнул и поинтересовался:

– Надеюсь, вы не боитесь змей? Здесь, у Меконга, они встречаются чаще, чем туристы. – Он произнес это совершенно спокойно, но в интонации скользнула тень иронии, отчего Таисе захотелось ответить что-то смелое, и она выпалила:

– Я… уже встретилась с одной. Думаю, привыкну со временем.

Услышав ее ответ, учительницы едва сдержали удивленные возгласы. Когда Таиса успела наткнуться на змею, и почему они об этом не знали?! Всё ли с ней в порядке?.. Взгляды женщин устремились на Вирая, но тот не удостоил их вниманием, вместо этого пристально следя за Таисой и Накаратом. Наконец, он собрался с духом и встрял в разговор:

– Кхун Таиса здесь только несколько дней, но она хорошо справляется. Местные дети уже ее обожают. Я помогаю ей с адаптацией.

Накарат не повернулся к Вираю, только метнул к нему ленивый взгляд.

– Спасибо за информацию, которую я не запрашивал. А вы… учитель красноречия или что-то в этом роде?

– Тайского и литературы, – поправил Вирай.

– Ах да, припоминаю… – Накарат потерял к нему интерес и снова глазами вернулся к Таисе, медленно провел взглядом от ее лица вниз по фигуре, потом снова вверх – не грубо, не пошло, но так пристально-изучающе, что у девушки пересохло во рту. – И чем же закончилась ваша встреча со змеей?

– Она… убежала, – проговорила Таиса, чувствуя, как у нее путаются мысли из-за этого чересчур внимательного взгляда, который словно умел смотреть насквозь. На мгновение девушка поняла, что должны ощущать лягушки, когда их препарируют.

Накарат чуть выгнул бровь, и уголки его губ едва заметно приподнялись, будто ответ Таисы его позабавил. Вирай стоял рядом, чуть напряженный, словно хотел прервать этот зрительный контакт между ними, но понимал, что его действия не должны переходить определенную черту.

– Убежала… – задумчиво повторил Накарат. – Или, может, просто хотела познакомиться и поприветствовать?

«Ага, как же, прямо в моей постели…» – фыркнула про себя Таиса.

Воздух вокруг как будто стал более плотным. Учительницы обеспокоенно переглядывались между собой. Директор, понимая, что разговор зашел куда-то не туда, неловко рассмеялся и решил разрядить обстановку:

– Ха-ха, вы, как всегда, умеете тонко шутить, Кхун Накарат!

– Очень лестно слышать, что хоть кто-то из присутствующих оценил мое скромное чувство юмора, – снисходительно отозвался мужчина.

«Ну и странный юмор у этого типа… – про себя подумала Таиса. – Почему он буравит меня взглядом, словно я сделала что-то не так?!»

Накарат снова обратился к Таисе:

– Мне нравится ваша решимость. Не многие иностранцы отваживаются преподавать в таком далеком месте, как Баан Накха. Вы не испугались приехать сюда, не испугались встречи со змеей… В таком случае, мне остается только сказать: добро пожаловать. Надеюсь, вскоре вы почувствуете себя здесь… как дома.

У Таисы по телу пробежали мурашки от его слов. Как дома… Если бы не все эти странности, может, она бы скоро и привыкла, но теперь каждый раз ей только становилось всё больше не по себе! И особенно в его присутствии.

– Если учитель красноречия… прошу прощения, учитель тайского и литературы не сможет уделять должное внимание вашей адаптации, вы можете обратиться ко мне, – внезапно заявил Накарат. – Я найду время, чтобы больше рассказать вам о местных обычаях и традициях.

Таиса потеряла дар речи. Учительницы сохраняли гробовую тишину: лицо Мукды исказилось гримасой какого-то невыразимого страдания, Буа выглядела тревожной, Дао – подавленной. Вирай оставался внешне спокойным, но во взгляде вспыхнул огонь возмущения. Бунсон чувствовал неловкость, поэтому, поправив очки на переносице, снова попытался смягчить острые углы:

– Кхун Накарат… Может, пройдем в мой кабинет? Вы же приехали, чтобы что-то обсудить?

– Основную задачу я выполнил, – сказал Накарат, – но пройдемте, конечно.

Бунсон поспешил сопроводить его в помещение. Накарат напоследок мазнул взглядом по Таисе, которая чуть не дернулась, и отправился за директором. Учительницы наконец-то выдохнули со спокойствием и более громко зашептались между собой:

– Он, бесспорно, красив, но каждый раз у меня мороз по коже от его присутствия! – пожаловалась Мукда, растирая себе руки, как будто по-настоящему замерзла.

– Почему он приехал так внезапно? – не понимала Буа.

– И он так смотрел на Кхун Таису… – вздохнула Дао.

Мукда поспешила зажать ей рот и начать шикать:

– А я о чем вас предупреждала! Я так и знала, стоит ему приехать, как он положит на нее глаз! А что это значит? Правильно, он уведет ее у нашего Кхун Ви!

– Тебя правда беспокоит только это? – нахмурилась Буа.

– Но он же не может ее просто так увести, если она сама не захочет? – засомневалась Дао.

– Ха! Кто в своем уме откажет богатому и красивому, пусть и пугающему? Но я за Кхун Ви, он более добрый, мягкий и искренний!

– Давай-ка мы все лучше пойдем по домам проверять домашние задания… – посоветовала Буа.

– И оставим это дело решать им между собой, – добавила Дао.

Они неловко попрощались. Таиса всё еще пребывала в потрясении от знакомства с Накаратом, и ее сердцебиение всё никак не успокаивалось.

– Ты… испугалась? – осторожно спросил Вирай, и в его глазах можно было уловить плескавшуюся тревогу.

– Не то что испугалась… можно сказать, культурный шок? – попыталась пошутить Таиса.

– Он редко приезжает в школу, так что, по идее, ты не должна будешь с ним особо пересекаться, – поспешил успокоить Вирай. – И… если тебе некомфортно, не смотри ему в глаза. Этот человек привык, что взгляд – это способ подчинять.

– А если не смотреть – значит, бояться? – нахмурилась Таиса.

Вирай выдавил из себя улыбку и покачал головой.

– Бояться не надо, просто быть настороже.

– Как с гекконами?

– Как с гекконами.

Они улыбнулись друг другу, и царившее напряжение, которое сковывало обоих, заметно спало. После этого Вирай проводил Таису до ее домика, но перед тем, как подняться к себе, девушка поинтересовалась:

– А ты… до этого уже с ним встречался? Знаешь о нем какие-то подробности?

– О Кхун Накарате? – Вирай чуть усмехнулся, но совсем не весело. – О нем невозможно знать много. Только то, что он позволяет.

– Он действительно обладает какой-то пугающей аурой… или даже не знаю, какое слово было бы правильнее подобрать, – задумчиво проговорила Таиса. Для нее в принципе было загадкой, как в таком отдаленном поселке мог где-то поблизости жить такой человек как Накарат. Он словно был создан для чего-то другого, а не для того, чтобы являться местным благодетелем. Ну, там, моделью работать или актером… или кем-то еще.

– Это аура власти, – мрачно сказал Вирай, – а власть всегда опасна, когда ее держит человек, который считает себя выше других.

– Выше других? – переспросила Таиса. – Да, самомнения и высокомерия ему явно не занимать…

Вирай посмотрел на нее так, будто хотел что-то добавить, но не мог, поэтому тяжело вздохнул и произнес:

– Поэтому я и сказал, что с ним стоит быть осторожным. И… с тем, что он может захотеть.

«Пфф, что он может захотеть, если настолько богатый человек может получить что угодно?» – пронеслось в голове Таисы.

– В общем, я просто хотел предупредить, а не напугать, – сказал Вирай, видя, что Таиса всё еще выглядела напряженной. – Он считает, что обычные люди ему неровня. Даже если он улыбается, а делает он это редко, это только маска. Он никогда не показывает своих настоящих эмоций. Здесь его многие боятся, Таиса. И еще кое-что, что я уяснил за время своего пребывания в Баан Накха…

Он снова посмотрел на нее с тревогой:

– Кхун Накарат производит слишком сильное впечатление. Иногда кто-то может путать свой страх с… восхищением или наоборот. Есть такие люди, вокруг которых словно возникает поле влияния, и рядом с ними легко потерять собственные ориентиры.

Таиса вздрогнула от его слов. Ну вот, каждый раз, когда Вирай пытался ее утешить, у него выходило ровно наоборот, и она начинала только больше нервничать!

Но самое пугающее было в другом. Казалось, при знакомстве с Накаратом Таиса уже что-то испытала – что-то, в чем она пока сама себе не отдавала отчета.

Глава 6

Таиса спала беспокойно – сказался стресс после встречи с покровителем школы. Переворачиваясь с боку на бок, вскоре девушка провалилась в сон, который как будто затянул ее на самую глубину сознания, где не действовали привычные законы. Сначала перед глазами стояла только плотная темнота, и первое, что вернулось к ней, были звуки, запахи и осязание.

До слуха донеслось отдаленное, мерное журчание воды, словно рядом текла река. Ноздрей коснулся влажный воздух вперемешку с ароматом цветов, благовоний и чего-то пряного, терпкого, почти головокружительного. Таиса почувствовала едва ощутимое тепло и легкое покачивание, будто ее несли в чьих-то сильных руках.

Девушка приподняла тяжелые веки. Кто-то нес ее в полумраке уверенно и легко, словно она ничего не весила, а сила, исходящая от чужого тела, охватывала ее со всех сторон. Щека Таисы была прижата к чьей-то обнаженной груди, и кожа нагрелась от этого прикосновения.

Лицо незнакомца оставалось в тени, однако дыхание окутывало рядом: оно касалось ее виска, шеи, невесомо долетало до ключиц, вызывая тихую, непроизвольную дрожь, и казалось таким до боли знакомым, отчего у Таисы внутри что-то пугающе, почти болезненно, сжалось.

Мужчина куда-то бережно ее уложил. Его ладонь осталась у бедра девушки, задержавшись дольше, чем следовало, словно изучая тепло ее кожи через тонкую ткань. Таиса невольно втянула носом воздух, слишком чувствительно, будто ее тело реагировало быстрее разума.

Он наклонился над ней, и даже не видя черт его лица, девушка почти физически могла ощутить источающую от него ауру: плотную, насыщенную и опасно-притягательную. Его пальцы, длинные и прохладные, скользнули по ее виску, заправляя выбившуюся прядь, кончиками невесомо провели по щеке, задержались на впадинке под нижней губой, а потом очертили линию подбородка… затем медленно спустились к шее, вызывая волну мурашек.

Таиса почувствовала, как ее дыхание сбилось, но не от страха, а от странного, горячего ожидания, в котором она сама себе боялась признаться. Каждое касание было слишком интимным, на грани собственническим… ласкающим кожу подобно шелку и отдающимся короткими импульсами по нервным окончаниям.

Мужчина склонился ниже, так близко, что кожу Таисы опалило его дыхание, медленное и выверенное. Еще чуть-чуть, и она могла ощутить прикосновение его губ, но вместо этого у самого уха прошелестел его голос – глубокий, властный, хриплый от едва сдерживаемых эмоций:

– Ты снова пытаешься убежать от меня, Маюри́н…

Таиса почти не расслышала эти слова – кровь грохотала в ушах. Мужчина наклонился вплотную к ее шее, его губы едва коснулись кожи… почти призрачно, то ли для того, чтобы поцеловать, то ли для того, чтобы укусить. Тело девушки отреагировало слишком ярко: жаром, что расплавленным золотом растеклось по венам, и стоном, застывшим в горле. Потом снова горячий шепот:

– …но в этот раз я тебя не отпущу.

Сердце Таисы отчаянно подскочило в груди. Слова прошлись по нервам, как по натянутым струнам. Она попыталась разглядеть лицо мужчины, но тьма накрыла его вторым слоем, плотным и густым, как будто специально не позволяя ей этого сделать, как что-то запретное. Из-за того, что зрение было ограничено, все остальные органы чувств стали еще более чувствительными. Глотая ртом воздух, Таиса сбивчиво спросила:

– Кто… ты?..

Он выдержал паузу, скрывая реакцию, которую испытал от этого вопроса, хотя воздух вокруг как будто сгустился еще больше, и только потом с губ сорвался тихий шелест:

– Тот, кого ты уже один раз предала. И тот, к кому всё равно вернулась.

В этот миг Таиса резко проснулась: с бешено колотящимся сердцебиением, со сбитым, хриплым дыханием и странным ощущением, будто кто-то только что гладил ее волосы… и не только волосы. Кожа горела как от горячки.

Таиса привстала с кровати, ее ноздри шумно втягивали в себя воздух, а грудь глубоко вздымалась и опускалась, пока она пыталась перевести дыхание.

– Что… – вырывалось у нее вслух. – Что это было?..

Девушка похлопала себя по щекам.

«Соберись, Таиса! Стоило только встретиться с каким-то подозрительным типом, как тебе после этого начали сниться опасные сны…» – пожурила она себя в голове.

Нет, ну Таиса не была настолько впечатлительной… и не видела его лица. Она не могла с уверенностью сказать, кого ее подсознание подбросило ей в этот горячий сон. Девушка отправилась в ванную, чтобы принять прохладный душ и прогнать остатки сновидения, которые до сих пор вызывали у нее стыдливую дрожь.

Она пыталась сосредоточиться на уроках, но вместо этого вела себя рассеянно и потерянно: то задумчиво посмотрит в окно, то уставится куда-то над головами учеников в невидимую точку, то потеряется между строками в учебнике.

Школьники, конечно же, не могли не заметить странное поведение учительницы. Они украдкой переглядывались между собой и что-то беззвучно шептали губами, пока один из мальчишек, Кэ́у, не заговорил без разрешения:

– Кхун Таиса, вы сегодня выглядите такой уставшей… Наверное, не спали ночью?

Казалось, что в его вопросе не было ничего такого, но он так двусмысленно протянул слова, что класс тихонько хихикнул. Потом сосед Кэу пихнул его локтем:

– Эй! Не говори так с учительницей!

– Да что такое? Я же просто спросил!

Таиса против воли покраснела. Сон снова всплыл перед глазами так ярко, что она на мгновение сильно зажмурилась, а затем резко закрыла учебник.

– Ночью было очень душно, вот и всё, – ответила Таиса настолько спокойно, насколько могла. – Давайте теперь перейдем к аудированию.

Однако в голове девушки невольно проскользнула мысль: «Если бы вы только знали, какие именно сны мне снились… меня бы сразу уволили».

– У нее что, сломался кондиционер? – задумчиво зашептались ученики между собой.

На одной из перемен Таису перехватил Вирай:

– Всё в порядке? – поинтересовался он.

– Да, а почему спрашиваешь? – слегка нахмурилась девушка. У нее что, на лице было что-то написано?! Она неосознанно приложила тыльную сторону ладони к своей щеке. – Моя светлая кожа на жаре сама по себе краснеет… Нужно купить новый крем от солнца.

– Я не про кожу… У тебя просто темные круги под глазами.

Таиса вздрогнула. Все-таки по ней было видно, что она не выспалась!

– Ах, это… ничего серьезного.

Девушка постаралась улыбнуться. Вирай слегка замялся. Ему не хотелось навязываться, но он ничего не мог поделать со своим беспокойством по отношению к ней.

– Ну, хорошо… – вздохнул молодой человек. – Не буду тебя отвлекать. Если что-то понадобится – напиши мне в чат или позвони.

Таиса кивнула. После уроков она вернулась в домик, решила перебрать вещи и поняла, что половину из них давно пора постирать. Влажный климат делал одежду тяжелой, быстро пропитанной потом, а солнце, часто затянутое дымкой, не способствовало скорейшему высыханию. Девушка взяла из ванной пластиковую корзину, сложила туда одежду и направилась к небольшой пристройке у школы, где находилась стиральная машина.

В помещении пахло моющим средством и крахмалом. Таиса заложила вещи в машинку, добавила стиральный порошок и кондиционер, нажала кнопку и прислушалась – барабан начал лениво вращаться. Когда стирка закончилась, девушка переложила влажное белье в корзину и вышла на дорожку, ведущую к ее домику.

Вечернее солнце пробивалось разрозненными спицами сквозь листья деревьев, медленно скатываясь к горизонту. Таиса шла медленно, стараясь удерживать корзину под боком ровно, чтобы ничего не выпало, и одновременно смотрела себе под ноги.

И вдруг… замерла на месте.

Прямо перед ней буквально в метре, посреди узкой дорожки, лежала змея. На этот раз не плод воображения, а реальная. Не маленькая и не тоненькая, а довольно крупная, с гладкими чешуйками коричневого цвета, не свернувшаяся кольцом, а будто… ожидающая.

Завидев Таису перед собой, змея подняла голову, приблизительно на уровне колена девушки, и какое-то мгновение удерживала ее взгляд. У Таисы перехватило дыхание: она почувствовала странный, необъяснимый импульс, будто ее встречала не просто рептилия, а разумное существо. Какие-то мгновения они просто смотрели друг друга: змея – не мигая, девушка – стараясь не дышать громко.

Затем рептилия медленно опустила голову чуть ниже, будто кивнула или… поклонилась. Только после этого она плавно уползла с дороги в сторону, исчезая в густой траве. Таиса продолжила неподвижно стоять, словно ее ноги приросли к земле, и кисти рук замлели от того, с какой силой она вцепилась в корзину.