Дневники оборотня. Книга 1. Отрицание

Фитнес-клуб пах потом, хлоркой и отчаянием. Запах был густым. Тяжёлым. Как будто кто-то пролил химикаты на пол. Как будто он впитался в стены. В меня. Я почувствовал, как ноздри расширяются. Как воздух входит глубже. Как лёгкие горят. Я вошёл и сразу почувствовал: зверь внутри напрягся. Слишком много тел. Слишком много движения. Слишком много бегущих людей. Добыча. Я чувствовал их запах. Пот. Страх. Адреналин. Жизнь. Как будто кто-то открыл дверь в другой мир. В мир, где я был собой. Где я был волком.

Тренер — качок с улыбкой робота — сказал:

— Начнём с кардио. Голос был гладким. Как будто он репетировал это перед зеркалом. Как будто он знал, что я буду сопротивляться. Как будто ему было всё равно.

Я встал на дорожку. Резина была холодной. Как будто кто-то плеснул в меня жидким азотом. Подошвы прилипли к поверхности. Чуть-чуть. Совсем немного. Но я почувствовал. Через минуту я понял: я не бегу. Я преследую. Впереди — мужик на соседней дорожке. Он убегает. Я догоняю. Я не могу остановиться. Я чувствовал, как ноги двигаются сами. Как будто они жили своей жизнью. Как будто они знали, что делать. Как будто они были моими. Настоящими. Волчьими.

— Макс, сбавь скорость! — кричал тренер. Голос был громким. Слишком громким. Как будто он кричал в рупор.

Я зарычал. Тихо. Слишком тихо, чтобы он услышал. Слишком громко, чтобы я мог это игнорировать. Он отшатнулся. Я услышал, как его сердце забилось быстрее. Как будто кто-то стучал в дверь. Громко. Часто. Люди обернулись. Я чувствовал их взгляды на своей коже. Как будто они трогали меня. Руками. Глазами. Чужими. Я сбросил скорость. Сделал вид, что устал. На самом деле я хотел ещё. Ещё. Ещё.

Потом — штанга. Металл был холодным. Как лёд. Как смерть. Как вечность. Я поднял. Легко. Слишком легко. Мышцы напряглись. Приятно. Правильно. Я поднял ещё. И ещё. Тренер сказал:

— Ты монстр. Голос был тихим. Слишком тихим. Как будто он боялся. Как будто он знал, что я могу быть опасен. Как будто он видел меня насквозь.

— Спасибо, — сказал я. Голос был хриплым. Слишком низким. Слишком звериным.

— Это не комплимент. Голос был тихим. Слишком тихим.

— Знаю, — сказал я. — Но приятно. Я улыбнулся. Криво. Слабо. Как будто это было нормально. Как будто это было обычно. Как будто это было правдой.

Кульминация — бассейн. Вода была голубой. Яркой. Холодной. Как будто кто-то налил туда жидкий азот. Я чувствовал запах хлорки. Резкий. Химический. Как будто кто-то пролил лекарство на пол. Как будто он впитался в меня. В мою кожу. В мои лёгкие. Я не хотел. Но Лена сказала: «Попробуй». Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком. Я прыгнул. И запаниковал. Вода. Мокро. Холодно. Шерсть намокнет. Я чувствовал, как вода проникает под кожу. Как будто кто-то вливал в меня что-то чужое. Что-то неправильное. Что-то не моё. Запах хлорки. Люди плывут. Брызгаются. Смеются. Я чувствовал их движения. Как будто они были в моей голове. Как будто они были мной.

Я выскочил, как пробка. Вода стекала по мне. Холодная. Тяжёлая. Как кровь. Все смотрели. Я чувствовал их взгляды на своей коже. Как будто они трогали меня. Руками. Глазами. Чужими. Я стоял, мокрый, с начинающей расти шерстью на груди. Я чувствовал её. Как будто она пробивалась сквозь кожу. Как будто она хотела вырваться. Наружу. На свободу. Тренер сказал:

— Мужчина, вы что? Голос был громким. Слишком громким. Как будто он кричал в рупор.

— Аллергия, — сказал я. Голос был хриплым. Слишком низким. Слишком звериным. — На воду.

— На воду? Голос был громким. Слишком громким.

— Редкая форма, — сказал я. — Аквафобия. Плюс гормональный фон. Я улыбнулся. Криво. Слабо. Как будто это было нормально. Как будто это было обычно. Как будто это было правдой.

Лена накинула полотенце. Ткань была мягкой. Тёплой. Живой. Как будто кто-то обнял меня. Через полотенце. Через кожу. Через всё. Сказала:

— Пойдём домой. Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком.

— Я больше никогда, — сказал я. Голос дрогнул. Я почувствовал, как шерсть под кожей дёрнулась. Как будто она знала, что я вру. Как будто она хотела вырваться.

— Я знала, — сказала она. Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком.

Дома я лёг на диван. Подушка была мягкой. Тёплой. Живой. Как будто кто-то обнял меня. Через подушку. Через кожу. Через всё. Лена принесла чай. Чашка была горячей. Я чувствовал тепло через фарфор. Как будто кто-то держал меня за руку. Как будто кто-то был рядом. Как будто кто-то знал. Я сказал:

— Я не создан для спорта. Голос был хриплым. Слишком низким. Слишком звериным.

— Ты создан для дивана, — сказала она. Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком.

— И для луны, — сказал я. Голос дрогнул. Я почувствовал, как шерсть под кожей дёрнулась. Как будто она знала, что я вру. Как будто она хотела вырваться.

Она вздохнула. Тихо. Долго. Как будто она выпускала из себя что-то. Что-то тяжёлое. Что-то тёмное. Что-то своё. Я заснул. Сон был густым. Тёплым. Как шерсть. Как кровь. Как луна. И во сне бежал за белками. Лапы были сильными. Быстрыми. Моими. Это был лучший спорт в моей жизни. Без тренера. Без штанги. Без хлорки. Только я. Луна. И белка. Которая убегает. Но я догоню. Обязательно догоню. Я чувствовал её запах. Тёплый. Живой. Как будто она была частью меня. Как будто она была мной. Как будто она была моей.

Запись 5. «Гормоны и лайки»

Пятница. До полнолуния — 2 дня.

Я решил вести блог. «Дневник обычного парня». Лена сказала:

— Ты не обычный. Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком. Как будто она знала, что я буду сопротивляться. Как будто ей было всё равно.

— Я замаскируюсь, — сказал я. Голос дрогнул. Я почувствовал, как шерсть под кожей дёрнулась. Как будто она знала, что я вру. Как будто она хотела вырваться.

— Как? Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком.

— Буду писать о работе. О еде. О погоде. Я улыбнулся. Криво. Слабо. Как будто это было нормально. Как будто это было обычно. Как будто это было правдой.

— Скучно. Голос был тихим. Спокойным.

— Зато безопасно. Голос дрогнул. Я почувствовал, как шерсть под кожей дёрнулась. Как будто она знала, что я вру. Как будто она хотела вырваться.

Первый пост: «Как я провёл выходные». Пальцы дрожали. Я чувствовал каждую букву на экране. Как будто они были живыми. Как будто они знали, что я вру. Как будто они хотели вырваться. Я написал: «Гулял в парке. Ел шашлык. Смотрел на луну».

Подписчики: 3. Лена:

— Ты написал «смотрел на луну»? Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком.

— А что? Голос дрогнул. Я почувствовал, как шерсть под кожей дёрнулась. Как будто она знала, что я вру. Как будто она хотела вырваться.

— Ты выдал себя. Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком.

— Никто не заметит. Голос дрогнул. Я почувствовал, как шерсть под кожей дёрнулась. Как будто она знала, что я вру. Как будто она хотела вырваться.

Второй пост: «Мой питомец». Я выложил фото Бублика. Я чувствовал запах собачьей шерсти на своих руках. Тёплый. Живой. Как будто он был рядом. Как будто он был частью меня. Подписчики: 15. Комментарий: «Какой милый корги!» Я: «Это не мой. Это соседский». Лена: «Ты странный». Голос был тихим. Спокойным. Как будто она говорила с ребёнком.