Парижская тетрадь русского эмигранта

Царский военный агент в Париже и впоследствии советский генерал - граф Алексей Игнатьев (1887-1954) в мемуарах под названием «Пятьдесят лет в строю» написал: «Но сам-то царь, кто он теперь для меня? Мне предстоит отказаться только от него, а он ведь отказался от России. Он нарушил клятву, данную в моем присутствии под древними сводами Успенского собора при короновании. Николай II своим отречением сам освобождает меня от данной ему присяги, и какой скверный пример подает он всем нам, военным! Как бы мы судили солдата, покинувшего строй, да еще в бою? И что же мы можем думать о «первом солдате» Российской империи, главнокомандующем всеми сухопутными и морскими силами, покидающем в разгар войны свой пост, не помышляя даже о том, что станется с его армией?».

Весьма уважаемый и авторитетный, ныне уже покойный (+2001), Нижегородский митрополит Николай (Кутепов) в интервью «Независимой газете – Религия»» от 25.04.2001 г. на вопрос корреспондента: «Почему у вас такое отношение к царю? - ответил: «Видите ли, он государственный изменник. Почему? Ему было вручено все для правления. И даже Священное Писание гласит, что "правитель не зря меч носит", для того чтобы усмирять тех горлопанов, которые восстают против. Далее. Практически он, можно сказать, санкционировал развал страны. И в противном меня никто не убедит. Что он должен был делать? Он должен был применить силу, вплоть до лишения жизни, потому что ему было все вручено. Он счел нужным сбежать под юбку Александры Федоровны.».

Митрополит Крымский Тихон (Шевкунов) за несколько дней до премьеры показа своего фильма «Гибель империи. Российский урок» в апреле 2021 года в интервью под названием «Ложь и драма русской революции» на телеканале «СПАС» высказал такое мнение о Государе: «Глава государства отвечает за всё. За всё, в том числе и за это поражение. И история не снимет с него этой ответственности. Он был во главе. Он должен был предусмотреть».

В 12-й серии этого фильма Владыка Тихон утверждает, что 2-го марта «в Царском вагоне Император Николай 2 отрекается от Престола в пользу своего сына», а в начале 13-й серии делает заключение: «Государь был сломлен».

Известный военный разведчик, уважаемый военно-политический эксперт и глубоко верующий православный человек Александр Артамонов в одном из телевыступлений, явно пылая отвращением и презрением к Государю, вообще договорился до того, что он «расстрелял» бы Царя Николая II за «дезертирство… в эпоху ведения войны».

Это всё довольно показательные примеры, когда уважаемые и авторитетные лица, имеющие весьма трезвое и объективное мнение по множеству тех или иных вопросов в сфере своей деятельности, совершенно по-детски проявляют наивную доверчивость и заблуждаются в конкретном ведении исторических событий.

И либо не желают, либо не могут понять, принять и осознать полную картину произошедших событий, принимая за истину свидетельства революционеров-сатанистов. Они принимают часть целого - за само целое, иллюзию - за реальность, миф – за истину или вырванный из контекста событий факт - за полноту всех произошедших обстоятельств.

Я, например недавно, лично слышал от уже упоминаемого мной выше сокурсника полковника СВР Андрея Безрукова уверенное заявление в том, что человек произошел от обезьяны. А ведь он профессор МГИМО и выдающийся политический аналитик. Но до сих пор не может усвоить того, что известно большинству наших может и не очень грамотных бабушек «в белых платочках», молящихся в Храмах - человек есть создание Божие.

Что касается сведений о Григории Распутине, то я смутно помнил еще из советской школьной программы, что он был пьяница и дебошир, дурно влиял на Царя с Царицей и вел аморальный образ жизни. Так нам рассказывала учительница по истории в седьмом или восьмом классе.

Устойчивое отрицательное мнение о Распутине у меня сложилось особенно после прочтения романа Валентина Пикуля «У последней черты» и просмотра фильма режиссера Элема Климова «Агония», который был снят в 1974 году.

Этот фильм вышел на экраны кинотеатров в СССР только в перестроечные 80-е годы прошлого века, и я успел его посмотреть буквально перед началом моей загранкомандировки.

Роман «У последней черты» был впервые издан в усеченном советской цензурой виде в 1979 году, а полном варианте появился уже под названием «Нечистая сила» только в 1989 году.

В аннотации к одному из многочисленных изданий этой книги говорится: «Нечистая сила. Политический роман о разложении самодержавия, о тёмных силах придворной камарильи и бюрократии, толпившейся возле престола; летопись той поры, которую зовут реакцией между двумя революциями; а также достоверная повесть о жизни и гибели „святого чёрта“ Гришки Распутина, возглавлявшего сатанинскую пляску последних „помазанников Божиих“».

Уже работая за границей и общаясь с потомками русских эмигрантов, я услышал о Распутине и Царской семье почти аналогичное мнение.

Разные люди рассказывали мне, что «полковник Романов» (имея ввиду Государя) больше любил «забавляться фотографией», нежели государственными делами. Его сравнивали с французским королём Людовиком XVI, который обожал чинить сломанные замки и мастерить шкатулки с секретом, а наш Государь, мол ночи напролёт занимался проявлением фотокарточек.

Еще высказывалось утверждение, что обоих этих правителей «сгубили бабы».

Мне говорили, что хоть большинство людей и не верили, что Царица – шпионка, но что именно «на её совести весь этот срам распутинщины».

А поскольку Распутин «был единственным человеком», кто мог «заговаривать кровь» у больного гемофилией Царевича Алексия, то «совсем не мудрено, что она на этого конокрада молилась».

Еще Распутина обвиняли в том, что он был «конокрадом». Мол, не надо было этого «конокрада» допускать к государственным делам.

Вывод далее делался такой, что может Царица «и была хорошей матерью, но хорошей Императрицей стать не сумела». И если бы не она, «то не было бы «распутинщины», ни революции, ни подвала в Ипатьевском доме Екатеринбурга, где расстреляли всю Царскую Семью».

Выслушивая все эти весьма безапелляционные умозаключения, мне показалось довольно странным, что и белогвардейские, и советские историки так едины во мнениях касательно личности не только Григория Распутина, но и Императора с Императрицей.

И эта мысль посеяла во мне первые сомнения относительно достоверности сведений, предъявляемых различными историками, публицистами и писателями.

Что-то не сходилось в этих «сведениях».

Но продолжу мои изыскания...

Распространение слухов о «хлыстовстве» Григория Распутина началось в 1907 году и было в полной мере раскручено с участием близких в то время к Царской Семье двух черногорских сестер — Великих княгинь Милицы Николаевны и Анастасии Николаевны.

Эти две сестры практиковали в своем круге занятия оккультизмом - проще говоря, колдовством или чародейством, а Государь и его семья строго держались православного вероучения и являли собой подлинный пример жизни православных христиан.

Поэтому, когда к означенным выше занятиям кружка «черногорок», добавилось незаконное с точки зрения церковных канонов бракосочетание Великого князя Николая Николаевича с Великой княгиней Анастасией Николаевной (которой для этого пришлось развестись с первым мужем), Царская Семья не сочла нужным продолжать с ними дружеские взаимоотношения, поскольку со стороны этих лиц явно проглядывались корысть и лукавство.

«Черные принцессы», как их тогда называли, посчитали, что разрыв этих отношений состоялся не без прямого духовного участия Григория Распутина и именно поэтому они его резко и глубоко возненавидели. После чего стали активно распространять в великосветских кругах клевету о нем, как «хлысте» и о его «порочной» связи с Царской Семьей.

«Дело о хлыстовстве» в целом длилось с 1907 по 1912 год и все проверяющие лица не нашли в поведении Григория Распутина ничего сектантского и антиправославного.

Первая проверка длилась восемь месяцев и никаких компрометирующих Распутина фактов не выявила. Но потом это «дело» опять возобновили.

В 1912 году епископ Тобольский Алексий (Молчанов) лично встречался с Распутиным и в результате состоявшихся бесед заключил, что считает Григория Ефимовича «человеком очень умным, духовно настроенным, ищущим правды Христовой, могущим подавать при случае добрый совет тому, кто в нем нуждается».

Дело было окончательно прекращено и утверждено к закрытию епископом Алексием 29 ноября 1912 года.

Таким образом, за пять лет весьма придирчивыми инспекторами не было выявлено никаких доказательств о принадлежности Григория Распутина к секте «хлыстов». Все свидетельства заинтересованных лиц оказались ложными. Дело было закрыто, но, как говорится «осадок остался», а параллельно с «Делом о хлыстовстве» враги Царской Семьи и Григория Распутина уже запустили новый виток клеветнической компании.

Вторым направлением деятельности врагов Государя, совместно с «черными принцессами» и их мужьями обозначилась интрига, которая произросла из тесного сотрудничества этого оккультного кружка с епископом Феофаном (Быстровым), который какое-то время был духовником Царской Семьи.

Именно его авторитет, а также степень высокого служения и непосредственной близости к Венценосцам, стали прикрытием для очередного вброса клеветнических сведений о Григории Распутине.

Здесь существуют несколько версий одного и того же события, и чтобы не заниматься пересказом приведу их из первоисточников.

Игумен Серафим (Кузнецов), который лично знал Царскую семью в своей книге «Православный Царь-мученик» написал: «Впоследствии у Григория Распутина с епископом Феофаном вышли неприятности, последний ставил в вину Григорию Распутину то, что якобы ему одна какая-то женщина открыла на исповеди - неблагопристойное поведение старца Григория. Епископ Феофан и здесь показал свою неопытность духовную, на слово поверил этой женщине, которая впоследствии оказалось все придумала; но это еще ничего, он доложил Царице, что ему на исповеди такая-то открывала нехорошее по отношению поведения Григория. Каково же было глубоко верующей Императрице слышать от своего духовника то, что ему было открыто на исповеди?.. Подобному доносу своего духовника Императрица не только не поверила, а сочла его поступок самым недостойным и преступным против церковных канонов».

Подруга Государыни Анна Вырубова в воспоминаниях под названием «Страницы моей жизни» более детально рассказала об этой истории. В те время она часто бывала у тогда еще не епископа, архимандрита Феофана и часто встречала там молодую девушку по имени Елена, которая «всегда с жаром слушала беседы» и «причащалась на ранних обеднях». Потом Елена увлеклась каким-то студентом и «перестала бывать». Григорий Ефимович укорял ее и как-то раз пристыдил при других. Елена выбежала и сразу отправилась к архимандриту Феофану. Упав перед ним на колени, она стала доказывать, что Распутин ее обесчестил. Архимандрит Феофан «ухватился за клевету и дело пошло»! Анна потом как-то встретила эту девушку на улице и пыталась ее ласково урезонить. Но это уже была не тихая «бледная, смиренная Лена», а «наглая и грубая дама», которая истерически закричала: «Отомщу Григорию!».

Епископ Феофан по своей духовной неопытности и наивности, поверил рассказам этой женщины и кроме Императрицы, раскрыл тайну исповеди епископу Гермогену (Долгоневу) и иеромонаху Илиодору (Труфанову).

Духовно мудрая Государыня распознала в этом сообщении клевету и подлый навет, а Илиодор и епископ Гермоген поверили лживым сведениям.

Епископ Феофан поверил клевете и оказался не прав, а Государыня не поверила и была права.

Историк Александр Боханов пишет об Императрице: «Александра Фёдоровна была слишком хорошо богословски образована и прекрасно понимала, что ничего противохристианского никогда не звучало из уст Распутина. Она не считала его святым, но знала, что он Божий человек, посланный Всевышним для благополучия Их Семьи, для блага всей России. Ведь он спасал жизнь Наследнику Престола, а это — Божье дело».

Дальнейшие события покажут, что кроме указанной выше Елены в этой спецоперации по ошельмованию Григория Распутина и Царской Семьи были также задействованы и другие женские персонажи.

Против Григория Распутина и Царской Четы ополчились близкие родственники, придворные, высшие духовные и военные лица, священнослужители, разнородные политические партии, депутаты Госдумы, владельцы и редакторы средств массовой информации – все они в состоянии слепой одержимости выступили единым фронтом с целью опорочить Царскую Семью и этого «грязного мужика».

Поэтому, вполне можно допустить, что эту женщину – «исповедницу» специально наняли, подготовили и подослали к архимандриту Феофану, как к «духовнику Царской Семьи», с целью дискредитации Григория Ефимовича.

Упоминаемый Гучковым, московский публицист Михаил Новоселов был одним из первых, кого враги Государя подключили к теме «недостойного поведения» Распутина. Его снабдили сфабрикованными т.н. «неопровержимыми» документами, на основании которых он написал опус под названием «Духовный гастролер - Григорий Распутин», о якобы непристойных поступках Григория. Эту статью опубликовала газета «Московские ведомости» в №49 от 15 (2 по ст. ст.) марта 1910 года. Замечу здесь – ровно за семь лет – день в день до свержения Государя. Статья была построена на анонимных, лживых и бездоказательных материалах. Но это никого не интересовало. Врагам Царской Семьи был важен скандал - и он состоялся.

Следующий удар по Распутину был нанесен через владыку Феофана (Быстрова). Он со своими единомышленниками Илиодором (Труфановым) и архиепископом Гермогеном (Долганевым) оказался игрушкой в руках настоящих «темных сил». Все трое вначале были близкими друзьями и почитателями Григория Ефимовича.

Получив ложные сведения, они составили для себя новое - отрицательное мнение о Распутине. Оно и далее складывалось под влиянием круга врагов Царской Семьи, сестёр-черногорок и лживых показаний псевдоисповедницы, которой доверился епископ Феофан.

Особого внимания заслуживают также сведения о встрече московского губернатора Виктора Джунковского с иеромонахом Илиодором (Труфановым).

Газета «Копейка» от 16 августа 1911 года сообщала: «Вчера иеромонах Иллиодор был у губернатора В.Ф. Джунковского и имел с ним продолжительную беседу, о содержании и результатах которой пока никому ничего не известно».

Здесь уместно было бы поставить вопрос: какие могут быть общие интересы у московского губернатора и скандального и одержимого демонами иеромонаха Илиодора?

Эти вопросы по сути должен поставить для себя каждый разумный человек.

Но раз встретились и имели «продолжительную беседу» - значит и интересы, и общие дела у них были?

О результатах этой встречи можно судить лишь по произошедшим в последующие месяцы и годы событиям.

16 декабря 1911 года заманив Григория Распутина на Ярославском подворье, в Санкт-Петербурге на 8-ой линии Васильевского острова епископ Гермоген, иеромонах Илиодор и писатель-патриот Иван Родионов увещевали и принуждали изменить свое поведение.

Причем, судя по всему, Распутин совершенно не понимал, чего от него хотят. Он ведь не имел никакого отношения к тем сплетням, какие о нем распускали враги Царской Семьи.

Распутин по-дружески пришел в гости к людям, с которыми считал себя в добрых отношениях, но вместо дружеских объятий получил целый «букет» огульных и совершенно фантастических обвинений. Вполне естественно, что он стал отрицать эти обвинения. Тогда эта троица предприняла по отношению к нему, мягко говоря, насильственные действия.

Митрополит Евлогий (Георгиевский)в своих мемуарах «Путь моей жизни» написал: «Распутина я никогда не видал, хоть и не раз имел возможность с ним встретиться, но от встречи с ним я всячески уклонялся. Сибирский странник, искавший Бога и подвига и вместе с этим человек распущенный и порочный, натура демонической силы, - он сочетал поначалу в своей душе и жизни трагедию: ревностные религиозные подвиги и стремительные подъемы перемежались у него с падениями в бездну греха...».

Читая эти строки, становится понятно, что это свидетельство исходит от человека вовсе не из стана почитателей Григория Распутина - от человека, который лично его не знал, но мнение о нем имел.

Далее митрополит Евлогий пишет:

«Одним из друзей Распутина, которые от него отшатнулись, лишь только они поняли, с кем имеют дело, был Саратовский епископ Гермоген. Аскет, образованный человек, добрейший и чистый, епископ Гермоген был, однако, со странностями, отличался крайней неуравновешенностью, мог быть неистовым. Почему-то он увлекся политикой и в своем увлечении крайне правыми политическими веяниями потерял всякую веру. Интеллигенцию он ненавидел, желал, чтобы всех революционеров перевешали. Он ополчился против Распутина, когда убедился в его безнравственном поведении, и решил зазвать его к себе, дабы в присутствии писателя Родионова и иеромонаха Илиодора взять с него заклятие, что он отныне не переступит порога царского дворца. Говорят, епископ Гермоген встретил его в епитрахили, с крестом в руке. Распутин клятвы давать не хотел и пытался скрыться. Родионов и Илиодор бросились за ним на лестницу, его настигли, и все трое покатились по ступеням вниз..., а епископ Гермоген, стоя на площадке в епитрахили и с крестом в руке, кричал: "Будь проклят! проклят! проклят!..».

Эдвард Радзинский более красочно описывает эту встречу и со слов того же Илиодора указывает, что епископ Гермоген бил Распутина по голове медным крестом, а писатель Родионов угрожал обнаженной саблей.

Григорий Ефимович через подругу Государыни Анну Вырубову довел до Царской семьи о нападении и о случившемся над ним насилии. Неудивительно, что стороны Синода последовали определенные наказания и владыке Гермогену, и его сподвижнику будущему расстриге – иеромонаху Илиодору.

Епископ Гермоген не успокоился и в газете «Свет» №12 за 1912 год назвал Григория Распутина «вреднейшим религиозным веросовратителем»,

«насадителем новой хлыстовщины», «пакостником плоти», «опасным и яростным хлыстом», который «будучи развратным… свой разврат прикрывает кощунственно религиозностью».

Таким образом епископ Гермоген активно содействовал Илиодору и епископу Феофану в распространении клеветы на Григория Распутина.

Когда же Синод Церкви, удалил его от управления епархией и в наказание за недостойное, возмутительное поведение отослал на покаяние в белорусский Жировицкий монастырь, то в ответ на увещания Св. Синода он сделал следующее заявление: «Я убежден, что решение синода по моему делу выносится под влиянием давления извне, под влиянием обер-прокурора Саблера, в свою очередь находящегося под влиянием других лиц. Это влияние я считаю велением сатаны, а потому решение синода считаю решением сатаны, и, как таковому, я не подчинюсь».

Эти его слова приводит Московская «Газета-Копейка» в своём выпуске от 31 января 1912 года.

Читать такие проклятия в адрес священноначалия из уст весьма авторитетного владыки, даже при возможной неправоте решения Синода, мягко говоря, стыдно и смутительно. Эти фразы выдают духовную немощь человека, тем более, если этот человек монах и священнослужитель, да ещё и в сане епископа.

До наших дней дошло свидетельство о том, что впоследствии епископ Гермоген осознал свою неправоту по отношению к Григорию Распутину и после убийства Царского Друга служил по нему панихиду, внутренне «примирившись с ним».

Что касается поведения епископа Феофана, то Царская Семья достаточно милостиво отнеслась к заблуждениям своего бывшего духовника.

В июне 1912 года владыка был направлен на место нового служения в Астрахань. Перед отъездом он сказал товарищу обер-прокурора Св. Синода Даманскому следующие слова: «Распутин - сосуд дьявола, настанет время, Господь покарает его и его защитников».

Т.е. – Царскую Семью.

Это признание показывает, что именно сам Владыка находился в состоянии «духовной прелести», ибо настоящий христианин и тем более добрый священнослужитель никогда не пожелает зла другим, а только спасения. Епископ Феофан полагал, что он обличает Григория Распутина и Царскую Семью, а на самом деле обличил самого себя.

Что касается, истории с т.н. «интимными» письмами, якобы написанными Государыней и Великими княжнами к Григорию Распутину, распространявшимися в копиях врагами Царской Семьи, то здесь надо обратить внимание на следующие факты.

В своем интервью «Петербургской газете» от 29 февраля 1912 года Григорий Распутин сам прямо упомянуло своей неграмотности, сказав корреспонденту, что он еще «азбуки еще не осилил».

О неграмотности Распутина в 1917 году, будучи под арестом, свидетельствовала, в своих показаниях Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства Анна Вырубова:

«Председатель: – Вы были в переписке с Распутиным?

Вырубова: – Нет, потому что он ведь был безграмотен. Так что, если писал, только телеграммы.

Председатель: - Но, вы ему писали. Не потому, что он был безграмотен?

Вырубова: – Писем безусловно я ему не писала. Что же писать письма, он их не читал, давал посторонним, это не особенно приятно».

Из этих сведений можно сделать вполне однозначный вывод – Григорий Распутин был неграмотным человеком и самостоятельно, по крайне мере прописные тексты, он читать не мог.

Тогда здесь уместно поставить вопрос: зачем бы Государыня, несомненно, зная о неграмотности Распутина, стала писать ему письма весьма личного, да еще т.н. «интимного» содержания?

Но этот вопрос никого и в то время никого не интересовал, да и в наше время мало кого не интересует.

Каким же воспаленным сознанием или духовным помрачением надо обладать, чтобы высказать хотя бы предположение, уже даже не касающееся Государыни, а вообще любой нормальной женщины, о том, что она может написать интимное письмо человеку, который не сможет его самостоятельно прочесть.

А уж даже не утверждать, а только предположить, что этот человек может попросить кого-нибудь прочитать такое «интимное» письмо, адресованное только лично ему - совсем абсурдно и явно находится за гранью здравомыслия.

Но наши современные исследователи, историки и литераторы по своей духовной поврежденности полагают, что это возможно – верят этим наветам и бессовестно жонглируют этой ложью. Это заключение касается всех любителей и смакователей «распутинского мифа».

Такими подлыми подменами оперируют большинство историков, писателей и исследователей тех событий. Во всем этом видно только желание «притянуть за уши» одни факты к другим и выдать «желаемое» за «действительное».

Государыня и Царские дети, конечно, писали письма или записки Григорию Распутину. Но только такие письма, которые кто-то мог ему прочитать, а вовсе не те, которые были сфабрикованы врагами Царской Семьи и использовались в целях революционной пропаганды.

Английская исследовательница жизни Царской Семьи Хелен Рапопорт в своей книге «Дневники княжон Романовых», вышедшей в 2024 году, объективно указывает на то «что в письма очевидно в какой-то момент были внесены правки и изменения, и в различных источниках они напечатаны с отличиями. До сих пор не вышел в свет ни один источник, где они были бы приведены в полном объеме».

Из тетради Александра Ивановича Г. Запись четвертая

Государь мне ответил. И я этот вызов принял. Руки у меня были развязаны, поскольку полномочия Председателя Госдумы я с себя снял. Я почувствовал себя дуэлянтом у барьера, где обязан был победить. Ибо проигрывать я не умел. Да это и не было в моих правилах.

Надо сказать, что основные наметки заговора против Государя, с целью установления в России «конституционной монархии» начали формироваться еще на рубеже 1909-1910 годов, когда я, изучив турецкий опыт государственного переворота, создал основу организации под названием «Военная ложа».