Эфирит. Возвращение в Край

Лазура склонила голову на бок и, окинув Миртис задумчивым взглядом, подгребла к себе побольше мха. Потом громко вздохнула и, открыв пасть, выдохнула тёплый пар. Девушка с интересом наблюдала за тем, как Лазура повторила эту процедуру ещё пару раз.

«Она пытается разжечь огонь?» — задалась вопросом Миртис.

Запыхавшись, Лазура утробно зарычала и полоснула когтями по так и не загоревшему мху, разбрасывая его в разные стороны.

— Ничего страшного, — Миртис успокаивающе похлопала по чуть ли не горячему плечу рассерженного дракона, по сравнению с ледяными ладонями. Глаза девушки увеличились от понимания, что решение буквально находилось у неё под носом, и она обняла Лазуру. Та, вздрогнув, повернулась в сторону Миртис. — Что? Я просто тебя обнимаю. И греюсь.

Лазура потянулась, как кошка, зевнула и, положив голову на свои передние лапы, приготовилась спать. Миртис, немного отогревшись, бесцеремонно залезла на спину дракона и улеглась. Лазура на это лишь фыркнула.

Прошло пару минут, и девушка поняла, что не может уснуть. Покоя ей не давало то, что они оставили Беляша. Миртис была преисполнена железной решимостью через пару дней отправить его искать, когда ситуация с машинами немного поутихнет. Но это было не единственное, что её гложило.

«Миртис или всё же Мира? — думала она. — Хотя, какая разница, если некому звать меня по имени. Бессмысленно отрицать, что я была рождена вне Улья, воспитана Бадиром и Аллой. У меня был друг Эрнест, который позже меня возненавидел, была Алла и её сын Джеймс, который стал мне как родной младший брат. А ведь он всё ещё может находиться в Улье. Воспоминания слишком кусочны. Я не чувствую себя ни Миртис, ни Мирой. Одна была рождена на свободе, с детства мечтала стать охотником, другая же — ровная противоположность, загнанная в угол и боящаяся почти каждого слова от системы О.Р.А.К.У.Л».

Девушка перевернулась на другой бок. На спине Лазуры было тепло.

«Может, вся проблема в том, что Миртис я помню только ребёнком и подростком? Когда меня поймали машины, мне было примерно лет пятнадцать, по ощущениям. А сейчас... Я, кажется, пропустила свой день рождения. Но праздника больше для меня не могло быть, чем свободное дрейфование по лесу вне Улья, — девушка мягко улыбнулась, и на щеке появилась ямочка. — Я провела в Улье примерно пять лет. Но тем не менее, некоторые события сами всплывают у меня в голове. Но даже если я вспомню всё, то буду чем-то отличаться от Миртис, а чем-то походить. С Мирой та же ситуация после всего, что мне пришлось пережить, начиная с осознания, что вся её жизнь — сплошная ложь, и заканчивая знакомством с настоящим драконом».

Девушка снова перевернулась, и её взору открылся шумный водопад.

— Забавно, что система дала мне имя Мира... А может, я сама себе его дала, когда угодила в Улей? — прошептала девушка в пустоту. — В любом случае, сейчас имя мне не нужно.

Размышления прервал резкий клокочущий звук, который эхом раздался в пещере. Лазура молниеносно вскинулась, готовая рвать клыками и резать когтями. Девушка, забыв, что лук взорвался от лазерного выстрела, интуитивно потянулась за спину и чертыхнулась, не обнаружив оружия.

Внезапно рюкзак задёргался, и из него выбрался серый пушистый комок и начал недовольно молотить воздух маленькими крылышками.

— Беляш! — вскрикнула девушка сорванным голосом и кинулась к птенцу.

Беляш притих, оказавшись в тёплых ладошках, и перестал клокотать. Оставшийся белый пух насквозь промок, а пёрышки посерели от грязи.

Лазура шокированно рыкнула и поднесла свою голову ближе, чтобы рассмотреть птенца.

С плеч девушки словно гора свалилась, а на душе стало легко. Какая разница, что у неё за имя, отрицала она или нет свои воспоминания? Она облегчённо рассмеялась, прижимая к себе воронёнка, который вжался в её оттаявшие ладони.

Но счастье длилось недолго.

— Мы тебя потеряли! Я... Мы чуть с ума с Лазурой не сошли, пока тебя искали! — выпалила девушка, возмущённо смотря на Беляша. Лазура весело фыркнула и упёрлась своей головой в её плечо, слегка толкнув. — Ты его защищаешь?!

Лазура снова фыркнула и аккуратно коснулась кончиком хвоста Беляша.

— Как ты вообще попал в мой рюкзак? Ты что, забился туда, когда началась стрельба? А почему потом молчал? Я даже рюкзак не открыла за это время ни разу, — сокрушённо сказала девушка, всё ещё не до конца веря, что они воссоединились. Беляш лишь пару раз клюнул ладонь.

Когда воспитательный процесс закончился, полный состав разношёрстного семейства улёгся спать. В этот раз девушку сразу склонило в сон под тихий храп Лазуры и сопение Беляша.

«Мира или Миртис — это одно и то же имя. Главное, что я чувствую и делаю... И что я не одна», — подумала девушка и, впервые, сколько она себя помнит, провалилась в беззаботный, светлый сон.

Глава 17. Я не могу тебя защитить

Миртис проснулась от того, что кто-то начал поклёвывать и оттягивать кожу на её руке. Сон постепенно растворился в памяти. Но тем не менее уверенность в том, что он был хорошим и светлым, присутствовала. Открывшиеся глаза зажмурились от яркого дневного света. Определить время суток было сложно из-за серых туч, но живот, который скрутило от голода, подсказал, что сейчас день.

— Утро доброе, Беляш, — Миртис потянулась, зевнула, взяла неугомонного белого воронёнка в руки и принялась гладить. Голос восстановился и больше не переходил на хрип. Беляш закатил от удовольствия красненькие глаза и заурчал. На удивление он подрос и по размеру напоминал уже двух голубей. Почти весь пушок полностью сошёл, а на его месте проклюнулись абсолютно белые перья.

Лазура громко фыркнула, будто говоря «доброе утро», и повернула голову в сторону девушки.

— Тебе тоже доброе утро. А сколько я спала? Ой... — Миртис осеклась и резко села, перестав гладить Беляша, который недовольно начал бить крыльями воздух. Только сейчас она обратила внимание, что их дружная компания находится не в пещере, в которой стоял грохот от водопада, а в лесу. Единственное, что не изменилось, — это то, что она была на спине, идущей сквозь лес Лазуры, которая то и дело поднимала голову, чтобы посмотреть на небо. — А мы где?

Ответом ей стал короткий утробный рык.

Их окружал всё тот же смешанный лес. Воздух был пропитан свежестью от моросящего дождика, капли которого ударялись об листву кустарников и деревьев, проигрывая музыку природы.

Лазура остановилась и мотнула головой в сторону Миртис, которая, поняв, что от неё хотят, соскользнула со спины.

— Долго ты так идёшь?

В ответ раздалось протяжное зевание сонного дракона.

— Значит, долго. Я думала, мы останемся в той пещере. Это было прекрасное убежище, чтобы переждать, пока машины нас ищут. — Недоумённо произнесла Миртис, сажая подросшего белого воронёнка себе на плечо. — Ты идёшь куда-то конкретно или просто куда глаза глядят?

Лазура рыкнула, снова зевнула и, прислушавшись к чему-то, свернулась калачиком на траве. Одно крыло она сложила, другое же расправила и спрятала под ним голову. По сопению Миртис поняла, что Лазура моментально задремала.

Беляш соскочил с плеча на землю, махая не до конца оперившимися крыльями, и стал искать себе пропитание. Светлым клювом он тыкался в корни деревьев, рыл землю, добывая всевозможных червячков и жуков.

Оставшись без ответов, Миртис окинула настороженным взглядом окрестности. Но ничего нового не обнаружила. Что-то вызывало в ней беспокойство. Она не понимала, что именно и с чем это связано, но что-то её тревожило в поведении Лазуры. Она выглядела напряжённой и нервной.

Может, Лазуру сильно ранили во время битвы с машинами, а Миртис не заметила этого? Почему они так внезапно оказались в лесу? А может, Лазура просто ещё не до конца отошла после нападения? Миртис на удивление чувствовала себя довольно... спокойно. В отличие от дракона.

Девушка мечтательно усмехнулась, думая о том, что было бы просто замечательно, если бы она могла понимать язык драконов, чтобы разговаривать с Лазурой, а не расшифровывать каждый брошенный взгляд и каждое фырканье.

В животе заурчало.

Миртис с завистью взглянула на Беляша, который мог достать еду просто из-под земли, и пошла искать что-нибудь съедобное. Спустя десять минут поисков были найдены подберёзовики, но собирать их она не стала. Во-первых, костёр сейчас лучше не разжигать, когда их ищут машины, а сырыми грибы лучше не есть. Во-вторых, Миртис осталась без ножей, потому что пояс из кабелей сорвался, когда она упала в озеро, а грибы лучше срезать. Так всегда говорил Бадир, а вот почему именно так делают, Миртис уже не помнила.

Спустя час рысканья по лесу удалось собрать два кулька малины и с десяток маленьких красненьких диких яблок. Миртис вернулась обратно к Лазуре, которая всё также спала, укрываясь крылом. Беляш был обнаружен прямо на голове дракона и тоже сыто посапывал.

Миртис неуверенно подошла к Лазуре. Девушке совсем не улыбалось провести какое-то время под набирающим силу дождём, поэтому она раздумывала, потревожить сон дракона и залезть под крыло или нет.

К счастью, выбирать не пришлось. Неуверенное топтание услышала Лазура и сонно подняла крыло. Миртис тут же юркнула под импровизированный зонтик и уселась на сухую землю, забрасывая ягоды в рот.

— Выспалась? — спросила Миртис, заметив, что Лазура больше не собирается спать и аккуратно качает головой, чтобы спровадить Беляша на землю. В ответ воронёнок крепче ухватился коготками за шипы и расправил крылья.

Миртис рассмеялась. А вот Лазура, которая явно пребывала в отвратительном расположении духа, недовольно рыкнула и, хлестнув хвостом по земле, посмотрела красноречиво на девушку.

— Ладно, ладно, большая бука, — Миртис отцепила Беляша от головы дракона и усадила его у себя на коленях, поглаживая белые пёрышки.

Лазура протяжно выдохнула и положила голову на землю, закрыв глаза. С драконом что-то происходило...

— Ты случаем не голодная? — спросила осторожно Миртис, упёршись спиной о бок Лазуры.

Ответом ей послужили звук барабанящих капель по крылу.

— Я нашла ягоды, будешь? — ответа не последовало. — Хорошо, драконы ягоды, видимо, не едят. Тогда ты хочешь просто отдохнуть?

В ответ ничего.

— Если ты опасаешься, что машины нас найдут, то... фыркни два раза.

Лазура хранила молчание.

— Не бойся. Мы справимся, если будем действовать вместе, — Миртис попыталась приободрить Лазуру, которая всё также неподвижно лежала. — Когда машины напали на нас, я вспомнила, как стрелять из лука. А глаз у меня как алмазы, между прочим.

Дождик всё продолжал идти.

— Надо будет сделать снова лук. С ним я смогу защитить тебя, — уверенно сказала Миртис, протягивая руку к голове дракона, чтобы погладить.

Лазура резко открыла глаза и, утробно зарычав, окинула девушку таким взглядом, которым можно было бы кого-нибудь убить. Миртис, опешив от такой реакции дракона, прижала протянутую руку к себе.

— Что не так? — недоумённо спросила она. — Знаешь, сегодня я тебя совершенно не понимаю. Что тебе не нравится?

Лазура мотнула головой в сторону девушки и недовольно рыкнула.

— Я? Ты думаешь... я не могу себя защитить?

В ответ раздалось согласное фырканье.

— Может, ты думаешь, что мне не стоило вмешиваться и отвлекать машины на себя? — Миртис бросила пронзительный ледяной взгляд на дракона.

Лазура согласно рыкнула и ударила хвостом о землю.

— К твоему сведению, я тебя спасла. Если бы те две машины не отвлеклись на меня, то... Я даже не хочу представлять, что бы с тобой было.

Лазура недовольно взглянула на девушку и гордо вскинула подбородок, оскалив зубы.

— Думаешь, раз ты дракон, то ты всесильна и неуязвима, а раз я всего лишь человек, то должна стоять в стороне, пока четверо машин обстреливают тебя из лазерных пушек?! — Миртис криво усмехнулась. — Нет, Лазура. Я не такая. Я всегда защищала, защищаю и буду защищать дорогих мне людей... драконов и птиц. Я уничтожила машину. Представляешь? Я. Убила. Машину! Если бы ты только знала, как я их боялась раньше и как ненавижу сейчас.

Лазура раздражённо фыркнула и закатила глаза.

— Я не смогла уберечь своего младшего брата от машин. Забавно... Я его почти не помню, только его лицо и как он пытался помочь мне спастись. А потом его забрали машины, — прошептала Миртис, чувствуя, как в горле образовался ком, а глаза начало пощипывать. Она сделала глубокий вдох, отогнав от себя мысли о прошлом. — Тебе исчезнуть из-за машин я не дам.

Лазура отвела взгляд, словно пряча его от девушки, и посмотрела на Беляша, который с любопытством присматривался к недавно собранной ягоде.

— Я вспомню, как делать лук. Точнее, как его делали в клане. Я уверена, меня должны были этому обучать. Я сделаю стрелы, которые будут взрываться, загораться, — в голосе звенел металл, а в глазах пылал холодный голубой огонь. — Я уничтожу все машины, если они тебя тронут хоть ещё один раз. Я на берегу озера кричала те речи не в пустоту. Всё сказанное — чистая правда. Я отомщу за всех и за себя тоже.

Хвост вновь недовольно ударил по земле. Но после долгих секунд раздумий, Лазура смягчилась. Она осторожно ткнула девушку в плечо своей головой и тихо заурчала.

— Ты даже не представляешь, как же мне было страшно... и сейчас страшно, — прошептала Миртис, никак не реагируя на прикосновение к плечу. — Не за себя. А за тебя. Я просто беспомощно стояла и смотрела на то, как эти железные твари тебя...

Закончить мысль она не смогла. В горле запершило, а сердце сжало тисками. Она обхватила себя руками, пытаясь абстрагироваться от мысли о том, что могло случиться с Лазурой.

— Я буду твоим огнём, а ты моими крыльями, — произнесла Миртис шёпотом, который звучал громче любого крика.

Лазура и Миртис встретились взглядами, и каждая увидела своё отражение в глазах другой. Они смотрели друг на друга с железной решимостью. У каждой было виденье того, как поступать им дальше.

Лазура выдохнула, обдав девушку тёплым воздухом, и положила свою шипастую голову на её ноги.

— Я говорила тебе, что ты похожа на кошку? — спросила Миртис, улыбнувшись, и положила руки на большую голову с отломанными двумя рогами. — И... Спасибо, что спасла меня от машины. И спасибо за то, что ты рядом.

В ответ раздалось фырканье, но оно тут же сменилось тихим урчанием, стоило девушке начать медленно её гладить. Беляш, не довольный тем, что на него совсем не обращали внимания, взобрался, царапая руку Миртис, ей на плечо и начал щёлкать клювом.

Девушка дотянулась до рюкзака, достала глиняную акарину и завела простенькую спокойную мелодию.

***

Через несколько часов, когда дождь закончился, Лазура сложила крылья и встала, потянувшись передними лапами вперёд. Потом подошла к ближайшей сосне, встала на задние лапы и принялась по очереди точить когти передних лап об ствол дерева.

Миртис весело усмехнулась, вспомнив, каких монстров себе успела навоображать, когда увидела полосы на дереве от когтей неведомого зверя, а это оказался всего лишь дракон.

Всего лишь. Дракон.

— Итак. Что у нас дальше по плану? Идём и продолжаем отдаляться от озера или ночуем здесь? — спросила Миртис, прикидывая, где бы лучше устроиться: на дереве или на земле? — Ты слышишь стрекот от машин?

Лазура прислушалась и через несколько секунд отрицательно мотнула головой. Видимо, решив, что коготки достаточно подточены, она перестала полосовать дерево, подошла к девушке и расправила крылья.

— И что это значит? — В глазах Лазуры заплясали огнедышащие чертята. — Нет... Подожди. В небе ты как бельмо на глазу. Машины тебя сразу засекут, если будут пролетать неподалёку.

Лазура прислушалась к окружающим её звукам, а потом лишь насмешливо фыркнула и красноречиво взглянула на девушку.

— Что? Я не боюсь! И мне даже понравилось. Высоты я никогда не боялась. Летаешь ты невероятно. Но нас могут увидеть, — строго сказала Миртис, стараясь отговорить дракона от безумства. Снова оказаться в небе она бы хотела, но желательно не под обстрелом из лазерных пушек. — А что с твоим крылом? Тебе нельзя его перенапрягать.

В ответ раздалось фырканье, потом Лазура бесцеремонно подошла к рюкзаку, взяла его зубами и поднесла Миртис, заговорщически смотря на неё лазурными прищуренными глазами.

— Упрямый дракон, — улыбнувшись, сказала Миртис, принимая рюкзак. — Может, Беляша в рюкзак закинем?

Беляш был недоволен ровно до тех пор, пока девушка не накормила его оставшейся малиной. Миртис посадила его в рюкзак, который надела не на спину, а спереди.

Лазура улеглась на землю, ожидая, когда она удобно усядется, и сразу же предвкушающе взмахнула крыльями.

Миртис мёртвой хваткой схватилась за гребень, уперлась коленями в бока и припала ближе к спине.

Отдохнувшие крылья заколотили по воздуху. Лазура вместе со всадницей стрелою взмыла в хмурое небо. Не ожидавшая такого быстрого набора высоты, сердце Миртис от волнения пропустило удар, в её лицо ударил, вышибив дух, свежий воздух после дождя.

Как только они стали выше сосен, рука соскользнула с шипа гребня, и всадница свалилась с дракона.

— ЛАЗУРААААА! — вскрикнула она, находясь в свободном падении.

Лазура не заставила себя долго ждать и успела подхватить девушку когтями в пяти метрах от земли. Она насмешливо рыкнула, подкинула Миртис, снова взмыв в небо, и подлетела под неё.

Девушка мягко приземлилась на чешуйчатую спину и вновь ухватилась покрепче, переводя дух от такого смертоносного аттракциона и проверяя, на месте ли Беляш. Он ворочался недовольно в рюкзаке.

В этот раз Лазура летела более плавно и не под прямым углом.

Через несколько секунд всадница посмотрела вниз, и её дыхание перехватило. Земля стремительно отдалялась. Внизу остались леса, в которых водились медведи, и реки, которые, как вены, расползались в разные стороны, кормя землю спасительной влагой. Миртис увидела вдалеке крошечное озеро, а за ним бескрайние поля. Где-то там далеко располагался её сгоревший и разрушенный Улей.

Но что там дальше, за далёким горизонтом? Бесконечные Ульи, руины или кланы? Миртис никогда не думала, что мир может быть таким безграничным и всеобъемлющим, после годов взаперти.

Ни единого намёка на то, что биосферу требуется возрождать из пепла, она не увидела.

Когда они влетели в серые облака, девушка ощутила, что её одежда и волосы насквозь промокли, по коже пробежали мурашки от холода. Их окружила непроглядная белая пелена, а дышать из-за влаги стало гораздо сложнее.

Миртис зажмурившись вжалась сильнее в скользкую от влаги спину дракона. Конечно, она не боялась упасть, так как знала, что Лазура её поймает, но ощущений свободного падения ей хватило... На пару дней, а потом можно было бы и повторить.

Наконец, набор высоты прекратился, и Лазура довольно фыркнула, привлекая внимание. Крылья перестали молотить воздух и только изредка выравнивали полёт

Миртис открыла глаза и села прямо. Её глаза заискрились от восторга.

— Это... — прошептала Миртис, рассматривая белоснежные пушистые облака, которые завихрялись от ветра и словно блестели от яркого солнца. — Невероятно!

В охватившей её эйфории Миртис звучно закричала и подняла руки вверх, растопырив пальцы. Раньше она никогда не чувствовала ничего подобного. Находясь высоко над землёй вдали от всего, связанного с её прошлыми жизнями, она почувствовала небывалую лёгкость и заливисто, счастливо засмеялась. Тяжёлые мысли о мести и уничтожении всех машин растворились в холодном ветре, который колыхал её одежду и ерошил короткие чёрные волосы.

Лазура взглянула из-за своего плеча на девушку, весело прищурив глаза, и, издав довольное низкое урчание, немного накренилась, спускаясь поближе к облакам.

Девушку долго уговаривать не нужно было. Она заворожённо протянула руку и коснулась облака. На ощупь — конечно, не как сахарная вата, и рука просто снова промокла, но детский восторг затопил все чувства и мысли. Миртис наблюдала восторженными голубыми глазами, в которых отражалось такое же яркое глубокое голубое небо, как за рукой протянулась лёгкая, почти прозрачная борозда.

— Я В ОБЛАКЕ! — закричала в эйфории Миртис. — МЫ В ОБЛАКЕ!

Когда Лазура выровняла свой полёт, Миртис перестала держаться за гребень и, приоткрыв рюкзак, проверила, как поживает Беляш. Воронёнок в ответ недовольно распушил перья и защёлкал клювом.

— Вот научишься летать, тогда не будешь в сумке сидеть, — произнесла назидательно Миртис и рассмеялась. — Сиди спокойно, а то сдует ветром.

Спустя примерно час или два девушка всё ещё с интересом всматривалась в редкие ямы облаков, из которых была видна далёкая земля. Миртис подумала, что могла бы провести в полёте бесчисленное количество времени, но так и не устав от открывающихся видов с высоты птичьего... Драконьего полёта.

Единственное, что спускало Миртис с небес на землю, — это физическая усталость. Мышцы рук и ног ныли от постоянного напряжения, как и спина. Отсиженные ягодицы ныли от твёрдой крупной чешуи. Пальцы одеревенели от холодного ветра, который, не переставая ни на секунду, обдувал девушку, одетую в простую белую футболку из Улья. Миртис сетовала на себя, что следовало ей хотя бы какую-нибудь утеплённую одежду да придумать, но сейчас, находясь в нескольких километрах от земли, о тёплой курточке можно было только мечтать. Её губы обветрились, а лицо покраснело, но всё же продрогшей до костей она себя не чувствовала, так как от чешуи Лазуры шло тепло.

Внезапно Лазура зарычала и так резко нырнула в облака, что не ожидавшая манёвра всадница чуть не соскользнула со спины.

— Что такое? Машины? — всматриваясь в небо, настороженно спросила Миртис, моментально растеряв своё прекрасное настроение.

Ответом послужило яростное утробное рычание, а через пару минут их оглушил звук сотни... сотни ТЫСЯЧ лопастей и накрыла тень.

В паре сотен метров над драконом, девушкой и воронёнком пролетала целая флотилия из маленьких и огромных абсолютно чёрных кораблей. Формой они напоминали острые клинья и летели гораздо быстрее Лазуры.

Наблюдая за тем, как километровое скопление кораблей проплывало мимо, не обращая ни малейшего внимания на прячущуюся в облаках компанию, Миртис криво усмехнулась. Ей показалось до смерти смешным то, как она недавно всего лишь с одним луком и стрелами хотела уничтожить все машины.

«Что это за корабли? Куда летят? Это как-то связано с нами или с разрушенными Ульями?» — задавалась она вопросами, чувствуя, как тошнота подкатила к горлу.

— Давай спускаться, пока нас не засекли, — перекрикивая гул и свист ветра, девушка крепче перехватилась и пригнулась.

Лазура согласно мотнула головой и, чуть поджав крылья, начала снижаться.

Когда они вылетели из облаков, Миртис широко раскрыла глаза, а в голове возник немой вопрос — «Что здесь произошло?»

По земле расползались глубокие широкие трещины, которые оплетали вздыбленную землю. Многие деревья были повалены, а лес превратился в непроходимый бурелом. Горы, словно песчаные куличи, осыпались и разломились пополам по хребту. Из них струились столбы чёрного дыма. Растекались грязевые реки. В воздухе витала дымка, которая ограничивала видимость.

Стало абсолютно ясно, что они постепенно приближались к эпицентру землетрясения.

— Теперь понятно, куда летит флотилия, — протянула задумчиво Миртис, пытаясь разглядеть сквозь дымку, есть ли какие опасности внизу.

Лазура согласно рыкнула и снова, набрав высоту, нырнула в облака.

— Куда мы?

Ответом ей послужило неоднозначное фырканье.

***

Приземлились они только когда стемнело. Лазура то выныривала из облаков, что-то высматривая, то снова пряталась, пока наконец не начала быстро снижаться, почти полностью сложив крылья. Она приземлилась в глуши. После размеренных взмахов крыльев казалось, что здесь царила абсолютная тишина. Воздух пах пылью, дымом и, кажется, тухлыми яйцами.

Оглядеться не получилось. Ночная тьма заволокла всё вокруг, и без источника света рассмотреть что-либо было сложно. Только благодаря яркой луне, сквозь плотные тучи отражённый свет солнца слегка касался земли, девушка смогла определить, что находилась на поляне, а в десяти метрах начиналась гряда валунов и редкие низкие деревья.