Я буду твоим огнём

В ответ ничего.

— Если ты опасаешься, что машины нас найдут, то... фыркни два раза.

Лазура хранила молчание.

— Не бойся. Мы справимся, если будем действовать вместе, — Миртис попыталась приободрить Лазуру, которая всё также неподвижно лежала. — Когда машины напали на нас, я вспомнила, как стрелять из лука. А глаз у меня как алмазы, между прочим.

Дождик всё продолжал идти.

— Надо будет сделать снова лук. С ним я смогу защитить тебя, — уверенно сказала Миртис, протягивая руку к голове дракона, чтобы погладить.

Лазура резко открыла глаза и, утробно зарычав, окинула девушку таким взглядом, которым можно было бы кого-нибудь убить. Миртис, опешив от такой реакции дракона, прижала протянутую руку к себе.

— Что не так? — недоумённо спросила она. — Знаешь, сегодня я тебя совершенно не понимаю. Что тебе не нравится?

Лазура мотнула головой в сторону девушки и недовольно рыкнула.

— Я? Ты думаешь... я не могу себя защитить?

В ответ раздалось согласное фырканье.

— Может, ты думаешь, что мне не стоило вмешиваться и отвлекать машины на себя? — Миртис бросила пронзительный ледяной взгляд на дракона.

Лазура согласно рыкнула и ударила хвостом о землю.

— К твоему сведению, я тебя спасла. Если бы те две машины не отвлеклись на меня, то... Я даже не хочу представлять, что бы с тобой было.

Лазура недовольно взглянула на девушку и гордо вскинула подбородок, оскалив зубы.

— Думаешь, раз ты дракон, то ты всесильна и неуязвима, а раз я всего лишь человек, то должна стоять в стороне, пока четверо машин обстреливают тебя из лазерных пушек?! — Миртис криво усмехнулась. — Нет, Лазура. Я не такая. Я всегда защищала, защищаю и буду защищать дорогих мне людей... драконов и птиц. Я уничтожила машину. Представляешь? Я. Убила. Машину! Если бы ты только знала, как я их боялась раньше и как ненавижу сейчас.

Лазура раздражённо фыркнула и закатила глаза.

— Я не смогла уберечь своего младшего брата от машин. Забавно... Я его почти не помню, только его лицо и как он пытался помочь мне спастись. А потом его забрали машины, — прошептала Миртис, чувствуя, как в горле образовался ком, а глаза начало пощипывать. Она сделала глубокий вдох, отогнав от себя мысли о прошлом. — Тебе исчезнуть из-за машин я не дам.

Лазура отвела взгляд, словно пряча его от девушки, и посмотрела на Беляша, который с любопытством присматривался к недавно собранной ягоде.

— Я вспомню, как делать лук. Точнее, как его делали в клане. Я уверена, меня должны были этому обучать. Я сделаю стрелы, которые будут взрываться, загораться, — в голосе звенел металл, а в глазах пылал холодный голубой огонь. — Я уничтожу все машины, если они тебя тронут хоть ещё один раз. Я на берегу озера кричала те речи не в пустоту. Всё сказанное — чистая правда. Я отомщу за всех и за себя тоже.

Хвост вновь недовольно ударил по земле. Но после долгих секунд раздумий, Лазура смягчилась. Она осторожно ткнула девушку в плечо своей головой и тихо заурчала.

— Ты даже не представляешь, как же мне было страшно... и сейчас страшно, — прошептала Миртис, никак не реагируя на прикосновение к плечу. — Не за себя. А за тебя. Я просто беспомощно стояла и смотрела на то, как эти железные твари тебя...

Закончить мысль она не смогла. В горле запершило, а сердце сжало тисками. Она обхватила себя руками, пытаясь абстрагироваться от мысли о том, что могло случиться с Лазурой.

— Я буду твоим огнём, а ты моими крыльями, — произнесла Миртис шёпотом, который звучал громче любого крика.

Лазура и Миртис встретились взглядами, и каждая увидела своё отражение в глазах другой. Они смотрели друг на друга с железной решимостью. У каждой было виденье того, как поступать им дальше.

Лазура выдохнула, обдав девушку тёплым воздухом, и положила свою шипастую голову на её ноги.

— Я говорила тебе, что ты похожа на кошку? — спросила Миртис, улыбнувшись, и положила руки на большую голову с отломанными двумя рогами. — И... Спасибо, что спасла меня от машины. И спасибо за то, что ты рядом.

В ответ раздалось фырканье, но оно тут же сменилось тихим урчанием, стоило девушке начать медленно её гладить. Беляш, не довольный тем, что на него совсем не обращали внимания, взобрался, царапая руку Миртис, ей на плечо и начал щёлкать клювом.

Девушка дотянулась до рюкзака, достала глиняную акарину и завела простенькую спокойную мелодию.

***

Через несколько часов, когда дождь закончился, Лазура сложила крылья и встала, потянувшись передними лапами вперёд. Потом подошла к ближайшей сосне, встала на задние лапы и принялась по очереди точить когти передних лап об ствол дерева.

Миртис весело усмехнулась, вспомнив, каких монстров себе успела навоображать, когда увидела полосы на дереве от когтей неведомого зверя, а это оказался всего лишь дракон.

Всего лишь. Дракон.

— Итак. Что у нас дальше по плану? Идём и продолжаем отдаляться от озера или ночуем здесь? — спросила Миртис, прикидывая, где бы лучше устроиться: на дереве или на земле? — Ты слышишь стрекот от машин?

Лазура прислушалась и через несколько секунд отрицательно мотнула головой. Видимо, решив, что коготки достаточно подточены, она перестала полосовать дерево, подошла к девушке и расправила крылья.

— И что это значит? — В глазах Лазуры заплясали огнедышащие чертята. — Нет... Подожди. В небе ты как бельмо на глазу. Машины тебя сразу засекут, если будут пролетать неподалёку.

Лазура прислушалась к окружающим её звукам, а потом лишь насмешливо фыркнула и красноречиво взглянула на девушку.

— Что? Я не боюсь! И мне даже понравилось. Высоты я никогда не боялась. Летаешь ты невероятно. Но нас могут увидеть, — строго сказала Миртис, стараясь отговорить дракона от безумства. Снова оказаться в небе она бы хотела, но желательно не под обстрелом из лазерных пушек. — А что с твоим крылом? Тебе нельзя его перенапрягать.

В ответ раздалось фырканье, потом Лазура бесцеремонно подошла к рюкзаку, взяла его зубами и поднесла Миртис, заговорщически смотря на неё лазурными прищуренными глазами.

— Упрямый дракон, — улыбнувшись, сказала Миртис, принимая рюкзак. — Может, Беляша в рюкзак закинем?

Беляш был недоволен ровно до тех пор, пока девушка не накормила его оставшейся малиной. Миртис посадила его в рюкзак, который надела не на спину, а спереди.

Лазура улеглась на землю, ожидая, когда она удобно усядется, и сразу же предвкушающе взмахнула крыльями.

Миртис мёртвой хваткой схватилась за гребень, уперлась коленями в бока и припала ближе к спине.

Отдохнувшие крылья заколотили по воздуху. Лазура вместе со всадницей стрелою взмыла в хмурое небо. Не ожидавшая такого быстрого набора высоты, сердце Миртис от волнения пропустило удар, в её лицо ударил, вышибив дух, свежий воздух после дождя.

Как только они стали выше сосен, рука соскользнула с шипа гребня, и всадница свалилась с дракона.

— ЛАЗУРААААА! — вскрикнула она, находясь в свободном падении.

Лазура не заставила себя долго ждать и успела подхватить девушку когтями в пяти метрах от земли. Она насмешливо рыкнула, подкинула Миртис, снова взмыв в небо, и подлетела под неё.

Девушка мягко приземлилась на чешуйчатую спину и вновь ухватилась покрепче, переводя дух от такого смертоносного аттракциона и проверяя, на месте ли Беляш. Он ворочался недовольно в рюкзаке.

В этот раз Лазура летела более плавно и не под прямым углом.

Через несколько секунд всадница посмотрела вниз, и её дыхание перехватило. Земля стремительно отдалялась. Внизу остались леса, в которых водились медведи, и реки, которые, как вены, расползались в разные стороны, кормя землю спасительной влагой. Миртис увидела вдалеке крошечное озеро, а за ним бескрайние поля. Где-то там далеко располагался её сгоревший и разрушенный Улей.

Но что там дальше, за далёким горизонтом? Бесконечные Ульи, руины или кланы? Миртис никогда не думала, что мир может быть таким безграничным и всеобъемлющим, после годов взаперти.

Ни единого намёка на то, что биосферу требуется возрождать из пепла, она не увидела.

Когда они влетели в серые облака, девушка ощутила, что её одежда и волосы насквозь промокли, по коже пробежали мурашки от холода. Их окружила непроглядная белая пелена, а дышать из-за влаги стало гораздо сложнее.

Миртис зажмурившись вжалась сильнее в скользкую от влаги спину дракона. Конечно, она не боялась упасть, так как знала, что Лазура её поймает, но ощущений свободного падения ей хватило... На пару дней, а потом можно было бы и повторить.

Наконец, набор высоты прекратился, и Лазура довольно фыркнула, привлекая внимание. Крылья перестали молотить воздух и только изредка выравнивали полёт

Миртис открыла глаза и села прямо. Её глаза заискрились от восторга.

— Это... — прошептала Миртис, рассматривая белоснежные пушистые облака, которые завихрялись от ветра и словно блестели от яркого солнца. — Невероятно!

В охватившей её эйфории Миртис звучно закричала и подняла руки вверх, растопырив пальцы. Раньше она никогда не чувствовала ничего подобного. Находясь высоко над землёй вдали от всего, связанного с её прошлыми жизнями, она почувствовала небывалую лёгкость и заливисто, счастливо засмеялась. Тяжёлые мысли о мести и уничтожении всех машин растворились в холодном ветре, который колыхал её одежду и ерошил короткие чёрные волосы.

Лазура взглянула из-за своего плеча на девушку, весело прищурив глаза, и, издав довольное низкое урчание, немного накренилась, спускаясь поближе к облакам.

Девушку долго уговаривать не нужно было. Она заворожённо протянула руку и коснулась облака. На ощупь — конечно, не как сахарная вата, и рука просто снова промокла, но детский восторг затопил все чувства и мысли. Миртис наблюдала восторженными голубыми глазами, в которых отражалось такое же яркое глубокое голубое небо, как за рукой протянулась лёгкая, почти прозрачная борозда.

— Я В ОБЛАКЕ! — закричала в эйфории Миртис. — МЫ В ОБЛАКЕ!

Когда Лазура выровняла свой полёт, Миртис перестала держаться за гребень и, приоткрыв рюкзак, проверила, как поживает Беляш. Воронёнок в ответ недовольно распушил перья и защёлкал клювом.

— Вот научишься летать, тогда не будешь в сумке сидеть, — произнесла назидательно Миртис и рассмеялась. — Сиди спокойно, а то сдует ветром.

Спустя примерно час или два девушка всё ещё с интересом всматривалась в редкие ямы облаков, из которых была видна далёкая земля. Миртис подумала, что могла бы провести в полёте бесчисленное количество времени, но так и не устав от открывающихся видов с высоты птичьего... Драконьего полёта.

Единственное, что спускало Миртис с небес на землю, — это физическая усталость. Мышцы рук и ног ныли от постоянного напряжения, как и спина. Отсиженные ягодицы ныли от твёрдой крупной чешуи. Пальцы одеревенели от холодного ветра, который, не переставая ни на секунду, обдувал девушку, одетую в простую белую футболку из Улья. Миртис сетовала на себя, что следовало ей хотя бы какую-нибудь утеплённую одежду да придумать, но сейчас, находясь в нескольких километрах от земли, о тёплой курточке можно было только мечтать. Её губы обветрились, а лицо покраснело, но всё же продрогшей до костей она себя не чувствовала, так как от чешуи Лазуры шло тепло.

Внезапно Лазура зарычала и так резко нырнула в облака, что не ожидавшая манёвра всадница чуть не соскользнула со спины.

— Что такое? Машины? — всматриваясь в небо, настороженно спросила Миртис, моментально растеряв своё прекрасное настроение.

Ответом послужило яростное утробное рычание, а через пару минут их оглушил звук сотни... сотни ТЫСЯЧ лопастей и накрыла тень.

В паре сотен метров над драконом, девушкой и воронёнком пролетала целая флотилия из маленьких и огромных абсолютно чёрных кораблей. Формой они напоминали острые клинья и летели гораздо быстрее Лазуры.

Наблюдая за тем, как километровое скопление кораблей проплывало мимо, не обращая ни малейшего внимания на прячущуюся в облаках компанию, Миртис криво усмехнулась. Ей показалось до смерти смешным то, как она недавно всего лишь с одним луком и стрелами хотела уничтожить все машины.

«Что это за корабли? Куда летят? Это как-то связано с нами или с разрушенными Ульями?» — задавалась она вопросами, чувствуя, как тошнота подкатила к горлу.

— Давай спускаться, пока нас не засекли, — перекрикивая гул и свист ветра, девушка крепче перехватилась и пригнулась.

Лазура согласно мотнула головой и, чуть поджав крылья, начала снижаться.

Когда они вылетели из облаков, Миртис широко раскрыла глаза, а в голове возник немой вопрос — «Что здесь произошло?»

По земле расползались глубокие широкие трещины, которые оплетали вздыбленную землю. Многие деревья были повалены, а лес превратился в непроходимый бурелом. Горы, словно песчаные куличи, осыпались и разломились пополам по хребту. Из них струились столбы чёрного дыма. Растекались грязевые реки. В воздухе витала дымка, которая ограничивала видимость.

Стало абсолютно ясно, что они постепенно приближались к эпицентру землетрясения.

— Теперь понятно, куда летит флотилия, — протянула задумчиво Миртис, пытаясь разглядеть сквозь дымку, есть ли какие опасности внизу.

Лазура согласно рыкнула и снова, набрав высоту, нырнула в облака.

— Куда мы?

Ответом ей послужило неоднозначное фырканье.

***

Приземлились они только когда стемнело. Лазура то выныривала из облаков, что-то высматривая, то снова пряталась, пока наконец не начала быстро снижаться, почти полностью сложив крылья. Она приземлилась в глуши. После размеренных взмахов крыльев казалось, что здесь царила абсолютная тишина. Воздух пах пылью, дымом и, кажется, тухлыми яйцами.

Оглядеться не получилось. Ночная тьма заволокла всё вокруг, и без источника света рассмотреть что-либо было сложно. Только благодаря яркой луне, сквозь плотные тучи отражённый свет солнца слегка касался земли, девушка смогла определить, что находилась на поляне, а в десяти метрах начиналась гряда валунов и редкие низкие деревья.

У Миртис за время полёта сложилось стойкое ощущение, что Лазура летела сюда целенаправленно, как и раньше, когда они добирались до пещеры за водопадом. Нетрудно было догадаться, что оба места были знакомы дракону.

Лазура взглянула на девушку через плечо и мотнула головой: мол, слазь.

Как только ноги коснулись земли, колени непроизвольно подогнулись, и Миртис осела на землю. Она поклялась, что если когда-нибудь снова сядет на дракона, то привяжет к седлу хотя бы подушку. Чешуя оказалась твёрже камня.

— Земля, — Миртис не стала бороться с усталостью и, раскинув ноги и руки в стороны, улеглась на спину. Она глубоко вздохнула и закашлялась от неприятного запаха. — Что за вонь?

Внезапно Беляш, словно почувствовав, что они приземлились, закопошился в рюкзаке и громко заклокотал.

— Не забыла я про тебя, не забыла, — девушка вытащила из сумки воронёнка и успокаивающе погладила его. — Ты голодный, наверно? Придётся ждать утра. Ягоду я тебе скормила всю, а в такой темени ничего не найти.

Лазура принюхалась и поморщилась от резкого запаха. Потом схватила лежащую на траве Миртис зубами за футболку и подняла. Потревоженный Беляш зацепился коготками за рукав и перебрался на плечо.

— Что у тебя за привычка появилась? У меня скоро футболка так порвётся! — негодовала девушка, но всё же встала на ноги. — Куда теперь?

В ответ Лазура фыркнула, закатила глаза и стала головой толкать девушку в направлении ближайшего огромного валуна. Миртис покорно пошла, осторожно ступая. Глаза привыкли к темноте, но всё равно видно было очень плохо.

Через пару шагов спереди образовалась преграда. После недолгого исследования на ощупь и постукивания кулаком Миртис пришла к выводу, что это что-то металлическое и ржавое. Она толкнула преграду рукой, и та с громким скрипом отъехала в сторону, открывая проход дальше. Ещё через пару шагов земля будто ненадолго затряслась. Девушка запнулась, но успела подставить руки. Беляш, не ожидавший такого финта, недовольно защёлкал клювом и соскочил с девушки на ровно выложенную узорчатую заросшую плитку.

Плитку? Миртис провела пальцами по шершавым узорам. Уже полностью осознавая природу этих плит, но не веря в происходящее, она тупо уставилась на них, пока из-за туч не выглянула полная луна.

Серебристый свет растёкся по округе. Миртис в немом шоке подняла голову и увидела перед собой почти полностью разрушенный кирпичный дом. Крыша, покрытая металлочерепицей, прогнила и заржавела, накренилась. На стыках листов проросла трава. Стены одноэтажного дома осыпались и покрылись крупными трещинами, из которых выглядывал лишайник. В дверном проёме двери не было, остался только порог. Стёкла в одном окне полностью отсутствовали, а в другом были, но покрытые паутиной трещин. Также были замечены свежие трещины в земле, которые разрисовали округу замысловатыми острыми узорами.

Миртис поднялась на ноги, и её взгляд сразу зацепился за гряду валунов, которые таковыми совсем не оказались. Это были дома. Одноэтажные и двухэтажные. Сделаны они были из различных материалов. Какие-то сохранились лучше, какие-то хуже. Вросли в землю ржавые заросшие зеленью машины и заборы. А дальше за этими домами, в нескольких километрах от девушки, виднелись очертания высоких зданий.

— Руины, — прошептала Миртис, неверяще смотря на остатки человеческой цивилизации. Сколько лет всё находится в таком запустении? — Неужели я добралась до них? Значит, где-то здесь могут находиться люди из клана? Или они приходят в руины только к зиме? Не помню точно…

Ожидаемая радость от находки не появилась. Происходящее казалось нереальным. Миртис с трепетом прикоснулась к кирпичной стене и провела рукой. Её поглотило странное ощущение. Прямо сейчас она прикасалась к тому, что, скорее всего, было создано ещё до постройки Ульев и запуска проекта «Новая жизнь». Сколько прошло с тех пор лет? Если летосчисление, которое предлагала Оракул, и то, которым пользовались люди, совпадало, то прошло примерно полтора века. А если нет?

— Рискнём устроиться на ночлег в каком-нибудь уцелевшем доме? — постояв в абсолютной тишине пару минут, Миртис обратилась к Лазуре. В ответ ничего не раздалось. Тогда девушка развернулась и поняла, что по земле скачет только Беляш, а вот Лазура осталась стоять возле жестяных ржавых ворот и внимательно наблюдала за её действиями. — Почему ты там застыла? Иди сюда.

Лазура не шелохнулась и продолжала стоять во тьме, с которой она почти сливалась. Только глаза сверкали.

— Что-то случилось? — настороженно спросила Миртис, подходя к дракону.

Только вблизи стало заметно, что Лазура была чем-то расстроена. Её хвост беспокойно подметал траву, крылья были плотно сложены. В лазурных глазах отражался свет луны. Она осторожно наклонила голову и уткнулась лбом в плечо растревоженной девушки, тихо урча.

— Что с тобой? Тебя вымотал полёт? — мягко улыбнувшись, произнесла Миртис, тепло обняв голову дракона. — Нам обеим нужно отдохнуть. Давай поищем место для ночлега. Деревьев тут нет, поэтому мы для машин как на ладони. Возможно, они не станут нас искать здесь, в такой дали от озера и обрыва, но стоит перестраховаться. На тебя они явно положили зуб.

Лазура осторожно стряхнула руки девушки со своей головы и сделала сначала один шаг назад, потом второй и третий, смотря твёрдым взглядом прямо в непонимающие глаза девушки.

В душу Миртис закралось нехорошее предчувствие. Она успела сделать только один шаг в сторону Лазуры, но та резко расправила крылья, обдав девушку волной воздуха, с силой взмахнула ими и, оторвавшись от земли, взмыла в небо, растворяясь с каждым ударом крыльев во тьме.

— Ты куда? — в чёрное небо, которое снова затянуло тучами, выкрикнула Миртис. Предчувствие подсказывало, что наутро Лазура не вернётся. Только что они попрощались.

Ей казалось, что лёгкие перестали её слушаться и вдыхать, когда нужен был воздух, а сердце стало набирать обороты и стучать всё громче и громче. Только когда Миртис запнулась об камень, она осознала, что бежала за улетающей Лазурой. Она, не замечая боли в ушибленных коленях, поднялась на ноги и побежала дальше.

— Не бросай меня! — отчаянно выкрикнула девушка. Слёзы стекали по щекам, из горла вырывались надрывные всхлипы, лёгкие горели, а душа рвалась… и рвалась на мелкие кусочки. — ЛАЗУРА!

Она продолжала бежать и падать, а потом снова вставать и бежать вслед улетевшему дракону. Но чуда не случилось. Лазура не вернулась. Улетела.

Миртис не знала, сколько она пробежала, не разбирая дороги, пока ногу не резануло что-то острое. Она вновь упала, но подняться сил ни моральных, ни физических уже не было. Девушка притронулась к своей ноге и почувствовала на пальцах тёплую кровь, а также тонкую поблёскивающую проволоку, к концу которой за шею было привязано нечто пушистое с длинными ушами.

Миртис оцепенела и тупо уставилась на мёртвого от удушья кролика. Осознать, что она снесла ловушку охотника, не успела.

— Это случаем не мои силки, которые я расставил вчера? — раздался презрительный голос. Миртис ощутила дежавю и никак не отреагировала. — Ты кто такая?

Раздался звук снятия пистолета с предохранителя, а в затылок уткнулся холодный ствол.

— Я повторять дважды не стану, — пригрозил нападающий.

Эти слова стали последней завершающей каплей долгого дня, и Миртис отключилась.

Глава 18. Точка невозврата

— Я повторять дважды не стану, — раздался в ночной темноте напряжённый голос Эрнеста. — Завтра на инициации ты подстрелишь пару белок и на этом закончишь. Мы договорились?

— А то что? — криво усмехнулась Миртис, холодно сверкнув глазами. — Избавишься от меня?

— Знаешь ли, некультурно отвечать вопросом на вопрос.

— Прекратите оба! — раздался жалобный голос Беатрисы, которая только что вышла из-за куста и встала между Миртис и Эрнестом, которые, не ожидавшие, что за ними кто-то следил, враз вздрогнули и достали луки.

Пару секунд троица стояла неподвижно среди леса. Первые зелёные листики начали проклёвываться на ветвях деревьев и кустов. Свежая весенняя трава постепенно прорастала из земли вместе с подснежниками, которые были хорошо видны во тьме благодаря яркой луне.

— Что ты тут делаешь? — враз Миртис и Эрнест разрушили тишину, зыркнув недовольно друг на друга. Юноша повесил лук за спину.

— Завтра инициация, а вы ушли из лагеря, — тихо ответила Беатриса.

— Это не ответ, — даже во тьме было видно, как Эрнест поднял одну бровь.

— Беатриса, иди обратно и ложись спать, — сказала Миртис, сложив руки на груди. — Тебе тут нечего делать.

— Впервые я согласен с тобой, изгой. Уходи, Беатриса.

— Нет! Никуда я не уйду! — выкрикнула девушка так, что Миртис и Эрнест поморщились. — Я слышала весь ваш разговор почти от самого начала и до конца. Пожалуйста, я тебя умоляю, Тиса. Уступи ему. Поддайся. Пусть он займёт первое место. Тебе главное просто пройти инициацию. Тебе незачем становиться первой.

Миртис в немом изумлении уставилась на свою бывшую подругу. Она ожидала, что та будет их уговаривать бросить споры и уйти в лагерь отсыпаться перед завтрашним днём, но никак не упрашивать её последовать плану Эрнеста. В душе начало бурлить негодование, а кровь вскипела от несправедливости. Почему Миртис должна уступать сынку главы? Она всегда была лучше его. Лучше стреляла, лучше разбиралась в грибах, лучше вязала ловушки. Уступала лишь в знании трав и врачевании, но это ей было не нужно. Лук и охота — это её жизнь. Она должна доказать всем, что она лучший охотник, и заслужить уважение клана. А потом она станет одной из защитников, и её добычей станут не белки и зайцы, а металлические пчёлы.

Поддаться Эрнесту, почти завалить инициацию и упустить своё будущее? Ни за что! На ней сейчас висела забота о Джеймсе. От положения Миртис в клане напрямую зависело, сколько еды, одежды, воды им будет доставаться. Подвести своего младшего брата она не могла.

— Где остальные твои дружки? Денис тоже скоро придёт? — деловито спросила Миртис, обращаясь к напряжённому Эрнесту. Девушка мысленно усмехнулась. Кажется, он запомнил, как она выстрелила в него зимой, и теперь держался рядом с ней настороже.

— Нет. Я должен был быть один. О ней, — юноша недовольно мотнул головой в сторону Беатрис. — Я не знал.

— Ну, да. Конечно.

Эрнест устало вздохнул и провёл руками по светлым русым волосам, взъерошив их до самых корней. На несколько секунд он закрыл серые глаза, а когда открыл — посмотрел на Миртис ясным взглядом.

— Давай договоримся по-хорошему. Отец поставил передо мной условие. Или я на инициации буду лучшим и после отца становлюсь главой, или он изгоняет меня из клана, — произнёс Эрнест дрожащим от напряжения голосом, а потом грустно усмехнулся. — Представляешь, он хочет меня изгнать. Поэтому инициация для меня — это не вопрос гордости, а моей жизни. Проси всё что хочешь. Еду для тебя с Джеймсом? Место среди охотников или защитников? Я смогу договориться.