Между страницами дружбы

— Включай «Симс», — сказала Дженни.

Она не любила эту игру, но любила наблюдать за мной. Когда подруга увидела мою милую семейку с Рейганом, то засмеялась.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — Джен хитро посмотрела на меня, а я пыталась сделать невозмутимый вид.

— Я не виновата. Виртуальный Рейган насильно затащил меня под алтарь. И это была его идея завести пуделя.

Как же меня разрывало внутри от того, что в нашей семье появился пудель. Я всего лишь один вечер играла за другую семью, решив оставить себя и Ника на произвол судьбы. И без моего контроля они успели завести пуделя.

— Скоро у вас появятся милые ребятишки, — Джен легко толкнула меня плечом.

— Весело тебе, да? Твоя успешная подруга живет с нищим художником…

— И воспитывает прелестного пуделя. Это так идеально, прямо в вашем с Рейганом стиле. Не удивлюсь, если вы и в реальности обзаведетесь милым домиком, бассейном, качелями и собакой.

— Это случится при двух условиях, — деловито начала я и показала указательный палец. — Во-первых, у меня внезапно должно пропасть чувство самоуважения. Во-вторых, — я показала средний палец, — у меня должна пропасть память, чтобы влюбиться в первого встречного блондина с льющимся пафосом.

— Да вы сойдетесь через полгода или год, — отмахнулась она и тихо засмеялась.

— Ч-что?! Да как… Да что… Да… — у меня пересохло во рту, как, видимо, и в голове, потому что я не могла сказать ничего путного.

— Просто сойдетесь и все, — подруга закатила глаза и посмотрела на меня так, будто сказала самую очевидную вещь в мире. — Без всяких «но» и «если».

— Мы говорим о Рейгане, ты не забыла? Тот самый, который предал меня, — я даже помахала руками перед ее лицом, чтобы она очнулась, но Дженни мягко поймала мои руки.

— Тот самый, которого ты не забывала все это время, тот самый, который занимает все твои мысли сейчас, и тот самый, который имеет честь жить с твоим персонажем в «Симс», а это очень серьезно. Если бы тебе это было противно на самом деле, то ты бы утопила его в бассейне и сохранила прогресс, но ты не сохранила.

У меня от возмущения даже застряли слова в горле. Как она могла подумать о таком?! Я ни за что не стану встречаться с Ником Рейганом, который имеет привычку пропадать на несколько лет, а потом появляться и оставлять у мусорного бака трогательные видеописьма. Я так ему ничего не написала после просмотра видео — все еще не знала, что сказать.

Мы больше не затрагивали эту тему. Дженни стало лучше, ведь весь вечер мы смотрели ее любимые фильмы, когда нам надоело играть в «Симс».

Утром, когда мы только проснулись, нас ждал очередной сюрприз: аноним удалил из школьного чата все вчерашние мемы и видео, а следом выложил новый ролик. На нем Симонс целовался с чирлидершей, и самое интересное, что на записи отчетливо виднелась дата.

— Да мы же еще встречались в это время! — Дженни с широко раскрытыми глазами смотрела на то, как ее бывший парень самозабвенно целовался с какой-то девчонкой. — Урод! Он еще что-то говорил про меня, а сам в это время… Ненавижу его!

Дирк отреагировал не сразу, а потом сухо написал, что видео сделано нейросетью, ведь он всегда любил только Дженни. Потом появились их милые фотографии, которые он, по его словам, трогательно хранил в своем телефоне.

Дирк: Она умеет разбивать сердце. Мне, кроме нее, никто не был нужен.

— Лжец! — Дженни нервно ходила по комнате из стороны в сторону. — Он изменял мне, а я после этого еще спала с ним. Какой кошмар.

— Ты же не знала, — пыталась успокоить подругу я.

— Да, но сейчас знаю, и мне противно. Я в душ, мне надо… смыть это с себя.

Я и сама подумать не могла, что Симонс способен на подобное, ведь именно он ревновал Дженни, говорил о верности и любви. Такое странно слышать от парня, от которого потеряли голову многие девчонки в школе. Несмотря на мерзкий характер, Дирк реально красавчик: крепкое телосложение, светло-русые волосы и большие голубые глаза. Джен не раз говорила, что она сначала влюбилась в эти глаза, а потом уже в самого Дирка.

Перед тем как уйти в душ, Джен снова посмотрела в телефон, и многие реально посчитали, что видео сделано с помощью нейросети.

— Отлично, они готовы верить этому придурку. Он засовывал свой гадкий язык в глотку какой-то чирлидерши, а шлюха я, — Дженни отбросила телефон и тяжело вздохнула.

— Но мы ведь знаем правду.

— Объясни это гиенам, которые готовы зацепиться за все что угодно. С нашим зоопарком не соскучишься, — она грустно усмехнулась. — Не пойду сегодня в школу.

— Нет, — резко сказала я, отчего подруга вздрогнула, — тогда они точно будут верить Дирку. Твой прогул — это доказательство его правоты, понимаешь?

— Лия, я не выдержу еще один такой день.

— Но ты не можешь прогуливать вечно. Я с тобой и не брошу тебя. Мы знаем, что это правда, и многие ребята в чате знают, какая ты на самом деле. Просто пишут самые отбитые. Не давай им повода лишний раз задеть тебя.

— Как же хочется курить, — она стала бить пальцами по губам, прогоняя это желание.

— Не надо. Когда-то Симонс был твоей вредной привычкой, но ты бросила. Вот сделай то же самое с желанием покурить, но уже навсегда.

Джен серьезно посмотрела на меня и коротко кивнула, а потом ушла в ванную.

В школе, как и ожидала Дженни, все внимание обрушилось на нее и Дирка. Но он искусно строил из себя саму невинность, присылал в чат уже совместные с ней видео, где он признавался ей в любви. Если бы у меня была возможность, я бы отвезла Симонса в лес, привязала к дереву и оставила на съедение волкам.

Подруга стояла у своего локера и не шевелилась, но вздрогнула, когда услышала ругань. Мы обе посмотрели в сторону, откуда доносились громкие голоса. Ник толкнул Дирка к стене, а потом резко ударил его в лицо.

— Рейган, нет! — вырвалось у меня, и я подбежала к нему. Он замахнулся, чтобы снова ударить этого идиота, но я остановила его. — Не связывайся с ним.

Я сама от себя не ожидала такого порыва, и Ник тоже. Он злобно посмотрел на Дирка, который вытирал кровь с носа.

— Тебе конец, Рейган, — прорычал он, толкнул Ника плечом и ушел.

У меня по телу пробежали колючие мурашки. Я никогда еще не видела Дирка Симонса таким злым. Казалось, еще немного, и он действительно мог сорваться и проломить Нику череп. О его драках за пределами школы знали многие, но Симонс умел выходить сухим из воды, поэтому с ним старались лишний раз не связываться.

— Зачем ты это сделал? — выпалила я, а Ник по-идиотски улыбнулся.

— Сэнс, неужели ты переживаешь за меня? — наклонил он голову вбок.

— Я тебе сейчас сама врежу, — я отвела взгляд от него. — Я просто забочусь о здоровой обстановке в школе.

— Хм, а я и не знал, что ты стала такой заботливой. Экология, здоровые школьные отношения. Что дальше, Сэнс? Будем вместе собирать подписи в защиту уточек в парке, которых ты так любишь кормить? — он тихо засмеялся.

— Может, и буду, но без тебя — ты всех уток распугаешь! — сказала я, а он еще громче рассмеялся.

— Ты прелесть, Сэнс, знаешь об этом?

В следующую секунду он увидел мой средний палец, который врезался ему прямо в нос.

***

После этого случая несколько дней в школе все было спокойно, хотя я ожидала, что в любой момент Дирк взорвется и сделает что-нибудь Нику или Дженни. Да, я переживала за Рейгана, и меня это чертовски бесило. Еще меня бесило, что каждый вечер я листала его скетчбук и пересматривала видео с флешки. Это уже становилось моей вредной привычкой.

Дженни потребовалось много усилий, чтобы затащить меня на эту чертову ярмарку. Каждый раз, когда я появлялась на ней, у меня возникали противоречивые чувства. Во-первых, меня раздражало, что это все организовывала Кристен, и своим присутствием я не хотела поддерживать ее корону на голове.

Во-вторых, она, черт возьми, все делала реально красиво: гирлянды свисали с деревьев, музыка из динамиков перемежалась с детским смехом и запахом сладкой ваты. Ярмарка шумела, переливалась огнями, и все казались слишком счастливыми.

В-третьих, с этой ярмаркой связано одно из самых позорных моих воспоминаний. И оно ярко всплыло в моей памяти, когда я смотрела на красную будку с сердечками. Она была такой же, как и в тот знаменательный день: занавеска из пайеток, деревянная вывеска «Поцелуй» и куча сердечек. Так как это было еще в средней школе, будка для поцелуев носила, скорее, шуточный характер, и ребята внутри в основном занимались полной ерундой. Чаще всего парни обливали девчонок водой или газировкой. Поставили ее сами ученики в темном и неприметном месте, чтобы учителя не смогли ее заметить и убрать.

Тогда мне ужасно хотелось поцеловаться в первый раз. Желание, гормоны, осенняя обстановка и атмосфера этой ярмарки подтолкнули меня потратить один доллар, чтобы подарить свой первый поцелуй таинственному парню. Я долго сомневалась, потому что полчаса смотрела на эту будку, подходила к ней, а потом уходила.

Но потом я все-таки подошла, заплатила доллар и перевернула табличку с изображением девочки. Ладони вспотели, а время, казалось, замерло вместе с моим сердцем.

Вскоре туда зашел парень. Невдалеке играла песня Бритни Спирс, которая меня дико бесила, и это был сигнал, чтобы я немедленно бежала и не позорилась. Не так должен был случиться мой первый поцелуй. Я ведь даже не видела лица парня. В будке было настолько темно, что перед собой невозможно было разглядеть хоть что-нибудь.

Когда я почувствовала его горячее дыхание на своей щеке, меня пробрала дрожь. Глаза автоматически закрылись, и я попыталась его поцеловать, но промахнулась и попала куда-то в нос. Мне было жутко стыдно, и я захотела немедленно оттуда сбежать, но незнакомец нежно взял меня за подбородок и так же нежно прикоснулся своими губами к моим.

Это было странно и неловко. Я не знала, что делать, поэтому нелепо шевелила губами, думая, что похожа на рыбу, которую выкинуло на берег. Но потом я немного расслабилась и смогла нормально ответить. Мне даже немного понравилось.

Все это длилось не дольше минуты, но казалось, что целую вечность. Он ушел, а я осталась в будке, думая о том, как жалко я выгляжу.

Я вышла оттуда со слезами на глазах и подошла к Нику, который стоял у прилавка с карамельными яблоками. Он сразу спросил, что случилось, увидев мои слезы. Я не могла ответить ничего внятного, ведь меня переполняли противоречивые эмоции. Он купил мне яблоко, взял за руку, и мы в полном молчании пошли домой.

— Я с кем-то целовалась, но не знаю с кем, — вдруг выпалила я, когда мы уже подходили к моему дому.

— Что?

— Я была в будке для поцелуев. Это ужасно. Разрешаю тебе посмеяться надо мной, — мне было настолько стыдно, что я не могла посмотреть на Ника и лишь сильнее сжала его руку.

— Лия, я не буду смеяться над тобой, — спокойно сказал он. — Тебе хоть понравилось?

— С технической точки зрения — да.

— Как? С технической? Лия, — Ник тихо засмеялся и обнял меня, — ты прелесть, знаешь об этом?

— Говори мне об этом почаще, — я быстро успокоилась в его объятиях. — Никому не рассказывай.

— Обещаю.

Как бы я сейчас ни относилась к Рейгану, я до сих пор была уверена в одном: он никому не рассказал о том, что произошло в тот вечер.

— Ностальгия? — раздался рядом знакомый голос.

Я резко обернулась. Ник стоял совсем близко, держа в руках стакан лимонада. На его губах была легкая улыбка, и он тоже смотрел на будку.

— С чего бы? — я скрестила руки на груди, стараясь казаться равнодушной. — Это же тупость.

— Ага, тупость, — кивнул он, но в его голосе слышалась насмешка. — Хотя, насколько помнится, ты там тоже была.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

— Ты… Ты же обещал никому не рассказывать! — хотелось накричать на него, но вместо этого я шептала, чтобы никто нас точно не услышал.

— И я не рассказывал, — спокойно ответил он, делая глоток лимонада.

Я отвернулась от него и снова уставилась на чертову красную будку, чувствуя, как горят уши.

— Рейган, просто заткнись, так ты сделаешь лучше всем, — буркнула я и опустила взгляд. Никогда не думала, что мои кеды будут настолько интересными.

— Я тут, кстати, видел заманчивый мусорный бак. Хочешь, покажу?

Я закатила глаза и просто отошла от него и от этой дурацкой будки подальше.

Мне всегда было интересно, кто был тот парень, которому я подарила свой первый поцелуй. Может, оно и к лучшему, что я его не знаю? А может, и нет, потому что сейчас я бы показала ему, что умею нормально целоваться, а не глупо открывать рот в панике.

Я села подальше от всего шума с лимонадом в руках. Не знаю, зачем я его взяла, — мне просто было не по себе.

Я не сразу заметила, что рядом со мной на скамейке появилась плюшевая утка. Я подняла взгляд и увидела довольное лицо Рейгана.

— Что это? — спросила я.

— Я выиграл ее в тире. Эта утка напомнила мне тебя.

— Дай угадаю: потому что у меня утиный нос? Или такие же глупые глаза?

— Нет, потому что она плюшевая и милая, — спокойно ответил Ник. — Давно пора перестать переживать из-за первого поцелуя. Все могло быть гораздо хуже.

— Правда? И какой же был у тебя? Дай угадаю: это наверняка было у океана, под россыпью миллионов звезд. Вас обдувало теплым ветром, на заднем плане играла кавер-группа, а потом был яркий фейерверк.

— Ты промахнулась по всем пунктам, — усмехнулся он и убрал челку с лица.

Я заметила, что сегодня на нем были браслеты с шипами, футболка с изображением группы Korn и косуха. Не хотелось признавать, но Рейган выглядел привлекательно. Наверняка Крис весь вечер не сводила с него свой хищный взгляд. Если ей нравится какой-то парень, она будет всеми силами добиваться его. Или делать так, чтобы он добивался ее.

— Ну так каким был твой первый поцелуй? Говори, Рейган.

— Ты уверена, что хочешь знать? Твое сердце не выдержит, — в его глазах были хитрые искры, которые меня сейчас больше раздражали, чем завораживали.

— Мое сердце выдерживало и не такое благодаря тебе, — фыркнула я и отвернулась.

Я уверена, что у Ника был потрясающий первый поцелуй в классной обстановке. Если не на пляже, то в каком-нибудь красивом парке или на фоне «Hollywood». Может, это случилось на школьной дискотеке, когда он заказал красивую песню для медляка.

— Это случилось здесь, — ответил Ник.

— Круто, — буркнула я, — спасибо за подробности. Слушай, иногда твой пафосный поток речи нереально остановить, но о самом важном ты говоришь так, будто тебе в язык воткнули не меньше сотни зубочисток.

— Я о тебе забочусь, Сэнс.

— Не хочешь — не говори, я не буду тебя умолять, — я резко встала и собралась уйти, чтобы закончить этот тупой разговор.

Ник подошел сзади и положил ладони мне на плечи. Я вздрогнула, а по коже тут же пробежали мурашки, словно от одного его прикосновения тело вспомнило что-то раньше меня.

— Это случилось здесь. Я зашел в будку для поцелуев. Мне пришлось ждать весь вечер, чтобы поцеловать одну девчонку с большими серыми глазами и длинными темными волосами, — тихо сказал он мне на ухо.

Весь мир в эту минуту исчез, как и тепло его рук. Тот парень из будки. Это был он. Я подарила свой первый поцелуй Нику Рейгану.

Глава 9

Я повернулась к нему лицом, чтобы попытаться прочитать то, о чем он думает в эту минуту, но мои собственные мысли звучали так громко, что заглушали все вокруг. Он оказался тем самым парнем, подарившим мне первый поцелуй, который я столько лет пыталась вычеркнуть из памяти. И теперь выяснилось, что это было еще одной его тайной. Сначала Рейган исчез, потом появился, начал оставлять флешки, а теперь… теперь просто добил меня своим признанием.

— Зачем? Хотя, знаешь, не отвечай. Больше ничего не хочу слышать, — я оттолкнула его от себя, пытаясь этим жестом стереть его прикосновение и наш давний поцелуй. — Ты постоянно обманываешь меня.

— Лия, послушай…

— Просто исчезни, Рейган.

Он стоял напротив, опустив плечи, и впервые, кажется, не пытался защищаться. Ник молча смотрел на меня, и это бесило еще сильнее. Я ждала, что он снова как-нибудь глупо отшутится, но Рейган лишь кивнул и ушел.

Я осталась одна. Огни ярмарки пульсировали вокруг: гирлянды мигали, кто-то громко смеялся у палатки с попкорном, а в динамиках заиграла какая-то безумно веселая песня, и от этого мне стало хуже. В голове была каша, и перед глазами — тоже, отчего слегка подташнивало.

Я обняла себя за плечи, пытаясь согреться, хотя знала, что дрожь меня пробивает вовсе не от холода. Она снова взялась откуда-то изнутри — из того места, где все это время жил Рейган, которого я пыталась оттуда вытеснить. Но он тихо сидел там и ждал момента, чтобы снова заявить о себе.

Я закрыла глаза и вдохнула запах карамели и сладкой ваты, чтобы немного прийти в себя. Хотелось уйти, но ноги будто приросли к земле. Мимо прошла Дженни, но я не позвала ее. Не хочу, чтобы она видела, как я стою здесь с дрожащими руками и раскрасневшимися глазами.

В толпе мелькнул Себастьян. Он общался с ребятами у стенда с горячим шоколадом, но вдруг заметил меня и сразу замолчал. Наши взгляды на секунду встретились. Он нахмурился, сделал шаг в мою сторону, и я поняла, что, если он сейчас подойдет, я расплачусь. Мне нужно собраться с последними силами, чтобы не выглядеть жалко перед Стайлзом, иначе он не даст мне спокойно жить.

— Сэнс, ты в порядке? — вдруг спросил он.

Мне хотелось рассмеяться. Во-первых, давно ли Стайлза волнует мое душевное состояние? Во-вторых, я не в порядке и не буду, пока Ник Рейган есть в моей жизни.

— Ты вся бледная.

Он снял с себя рюкзак и достал оттуда бутылку с водой. Я с недоверием посмотрела на нее, а Себ закатил глаза, открыл ее и сам глотнул воды.

— Если бы я хотел избавиться от тебя, то выбрал бы способ поинтереснее, — сказал он и снова протянул бутылку.

Я осторожно взяла ее и выпила всю воду.

— Спасибо, — тихо произнесла я и отдала ему уже пустую бутылку.

— В другой раз я бы сказал, что ты мне должна доллар, но не сейчас, — он бросил бутылку в мусорку и засунул руки в карманы ветровки.

Себастьян пристально смотрел на меня своими серыми глазами. Хм, как давно у него появился пирсинг в брови? Либо он сделал его недавно, либо я этого не замечала, ведь мое любимое занятие — доставать его, а не разглядывать. Длинная челка спадала ему на лицо, но он, как всегда, не собирался ее поправлять.

— Я провожу тебя до дома. Если ты где-нибудь свалишься в обморок, то это останется на моей совести. А мне не хочется лишний раз терзать себя, особенно из-за тебя, Сэнс.

— Ты что, из вампира в человека превратился? Откуда такая забота о людях?

— Я это делаю для себя, а не для тебя, — фыркнул он. — Не заставляй меня ждать, пошли уже.

Стайлз в своем репертуаре. Сейчас это даже кстати, потому что от потока собственных мыслей я точно сойду с ума или свалюсь в ближайший мусорный бак. Тогда у Рейгана и Себастьяна появится еще один повод подколоть меня.

Мы шли медленно вдоль улицы, где уже зажглись фонари. Свет от них ложился мягкими бликами на мокрый асфальт. Себастьян шел чуть впереди, словно хотел быть щитом от всего, что осталось на ярмарке. Он не задавал лишних вопросов и не пытался подкалывать, а просто молча шагал, за что я была ему благодарна. Честно говоря, я даже не знала, что с ним может быть так спокойно.

Раньше я чувствовала что-то подобное, когда была рядом с Ником, но теперь мой бывший лучший друг не приносит ничего, кроме боли, разочарования и обиды. И от этого мне становилось еще хуже.

— Хочешь, я тебе кое-что расскажу, чтобы стало менее тоскливо? — вдруг спросил он, обернувшись на меня.

— Давай, только не про свои посиделки в мрачном склепе.

— Нет, не про склеп, — Себ нахмурился и уставился куда-то в темноту. — Я коллекционирую рыбок.

— Что? — я моргнула и остановилась под фонарем.

— Рыбок. Ну… аквариумных, — он замялся. — У меня дома стоит аквариум на сто двадцать литров с подсветкой. Я кормлю рыб каждое утро и вечер, даже разговариваю с ними, — он хмыкнул, неловко почесав затылок. — И не спрашивай, зачем я тебе это рассказал. Сам не знаю.

Я не сдержала улыбки.

— Рыбки, Стайлз. Правда? Ты серьезно?

— Абсолютно. У меня даже есть сом по имени Уильям.

— Уильям?! — я уже не сдержала смех и заметила, что он улыбнулся, посмотрев на меня. Удивительно, что этот человек способен нормально улыбаться.

— Да. Когда я первый раз увидел его в магазине, то сразу понял, что это Уильям. У меня еще есть Мортимер, Чендлер и Дженис, которая его гоняет.

— Неужели ты тоже любишь «Друзей»? — удивилась я, считая, что Стайлз смотрит только хорроры и триллеры.

— Ну да, — кивнул он и внимательно посмотрел на меня.

От этого мне стало даже немного не по себе, потому что мы с ним никогда так не гуляли и даже не разговаривали. Все наши разговоры сводились к тому, чтобы как можно обиднее задеть друг друга и показать напоследок средний палец.

— Вот, тебе уже лучше, — он достал пачку сигарет и зажигалку из кармана ветровки.

— Ты странный, — только и сказала я и чуть отошла, чтобы не дышать дымом.

— От тебя я не ожидал услышать что-то другое, — он закатил глаза, но его это нисколько не обидело.

Мы подошли к моему дому. Я остановилась у калитки, сжимая в руках плюшевую утку, которую для меня выиграл Рейган. Зачем я прижимаю ее к себе? Надо было оставить ее там, на той скамейке, где мой мир снова перевернулся.

— Спасибо, что проводил, — неловко произнесла я, глядя на утку.

Он только кивнул.

Порыв ветра сдул с ветки несколько листьев; они пролетели между нами. Себастьян посмотрел на листья и вдруг стал слишком серьезным, словно ветер занес ему в голову какую-то гениальную мысль.

— Сейчас бы съесть жирный чизбургер с колой.

Насчет гениальной мысли я ошиблась, но мне почему-то снова стало смешно. Я прикрыла лицо уткой, но мой смех все-таки прорвался наружу. Черт возьми, я много лет переживала из-за первого поцелуя, частенько думала о том, кто же мог быть в той будке. Теперь я узнала, что тайный целовальщик — Ник Рейган, который непонятно по каким причинам решил это сделать.

Теперь я стояла вместе со Стайлзом во дворе моего дома с плюшевой нелепой уткой в руках, и он мне говорил про жирный чизбургер.

— Когда тоже захочешь самый жирный и калорийный чизбургер, пиши. Зависнем где-нибудь вместе, помолчим, ты угостишь меня, и разойдемся.

— Только я подумала, что ты стал человеком, но нет. Ты все такой же придурок в человеческом обличии.

Он тихо засмеялся, махнул мне рукой и ушел.

Когда я зашла в дом, мне сразу захотелось спрятаться в своей комнате, а лучше всего на несколько часов зависнуть в душе, чтобы смыть с себя этот вечер. Но меня остановил папа, который сразу заметил мое состояние.

— Ты точно на ярмарке была, а не в карцере, — улыбнулся он, а потом стал серьезным. — Тебя кто-то обидел? Мне уже доставать охотничий дробовик?

— Нет… меня никто не обидел, — тихим и опустошенным голосом ответила я, теребя утку в руках. — Просто кругом одна ложь, пап. Я помню, что, когда мне было четыре года, мама привела меня на большой батут. Она сказала, что я буду самой красивой девочкой на этом батуте в новом желтом платье. А еще она сказала, что любит меня. И где сейчас мама?! Где?! — я оглянулась по сторонам, будто пыталась ее найти. — Через год она ушла из семьи и забыла, что у нее есть дочь. Она врала. И вот сегодня я снова узнала, что много лет меня обманывал один человек.

— Дочка, что тебе сделал Ник? — Папа подошел и обнял меня, и в этих объятиях, самых крепких, теплых и любящих, я позволила себе наконец-то разрыдаться.

— Он ведь тоже бросил меня. Мы были так близки, у нас даже был альбом, где мы в восемь лет планировали нашу свадьбу. Ник знал мой пароль на телефоне, знал, что мне нужен шоколад после похода к стоматологу.